АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА 

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-1475/22 

Екатеринбург 15 февраля 2023 г. Дело № А50-36839/2019 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2023 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 15 февраля 2023 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Павловой Е. А., судей Морозова Д. Н., Новиковой О. Н. 

при ведении протокола помощником судьи Романовой А.М. рассмотрел  в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при  содействии Арбитражного суда Пермского края кассационную жалобу  конкурсного управляющего открытым акционерным обществом  «Уралтеплосервис» (далее – общество «Уралтеплосервис») ФИО1 на постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 07.11.2022 и дополнительное постановление  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2022 по делу   № А50-36839/2019 Арбитражного суда Пермского края.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе  публично, путем размещения информации о времени и месте судебного  заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Пермского края  принял участие представитель конкурсного управляющего ФИО1 –  ФИО2 (доверенность от 10.01.2023).  

 Решением Арбитражного суда Пермского края от 06.07.2020 общество с  ограниченной ответственностью «МЭК» (далее – общество «МЭК»,  должник) признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура  конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.  

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением  о признании недействительными трудового договора от 15.01.2015 № 01/15,  заключенного между обществом «МЭК» и ФИО4; платежей по перечислению должником в адрес  ФИО4 заработной платы в период с 15.01.2015 по 30.04.2019  в сумме 5 138 448 руб. 95 коп.; НДФЛ в сумме 790 915 руб., страховых  взносов на обязательное пенсионное страхование в сумме 1 076 492 руб.,  страховых взносов на обязательное медицинское страхование (ФОМС)  

в сумме 310 28 руб. 96 коп., страховых взносов на случай временной  нетрудоспособности (ФСС) в сумме 100 189 руб. 20 коп.; применении  последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО4  в конкурсную массу должника денежных средств в сумме  7 416 327 руб. 11 коп., в том числе: 5 138 448 руб. 95 коп. выплаченной  заработной платы, 790 915 руб. перечисленного в бюджет НДФЛ,  1 486 963 руб. 16 коп. оплаченных страховых взносов (с учетом уточнения,  принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации).  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05.08.2022  трудовой договор от 15.01.2015 № 01/15, заключенный между обществом  «МЭК» и ФИО4, платежи по перечислению должником в адрес  ФИО4 заработной платы в период с 15.01.2015 по 30.04.2019  в общей сумме 5 138 448 руб. 95 коп. признаны недействительными  сделками; применены последствия недействительности сделок в виде  взыскания с ФИО4 в пользу общества «МЭК» денежных средств  в сумме 5 138 448 руб. 95 коп.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 29.11.2022 определение суда от 05.08.2022 изменено; признаны  недействительными платежи по перечислению ФИО4 премиальной  части заработной платы за период с января 2017 года по апрель 2019 года  в сумме 182 091 руб.; в остальной части в удовлетворении заявления  конкурсного управляющего отказано.  

Дополнительным постановлением Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 29.11.2022 применены последствия  недействительности сделки; с ФИО4 в пользу должника взысканы  денежные средства в сумме 182 091 руб.  

В кассационной жалобе конкурсный управляющий обществом  «Уралтеплосервис» ФИО1 просит постановление суда  апелляционной инстанции от 07.11.2022, дополнительное постановление  от 29.11.2022 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции  от 05.08.2022.  

Заявитель жалобы считает, что заключение трудового договора  от 15.01.2015 направлено на причинение вреда имущественным правам  кредиторов и должника за счет уменьшения конкурсной массы должника,  ссылается на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства  реального исполнения ФИО4 трудовых функций; полагает, что  трудовой договор является мнимым, заключен в отсутствие встречного  предоставления, кроме того, по мнению кассатора, ответчик не имел  возможности исполнять трудовые функции, поскольку постоянно находился  на территории Пермского края. Кредитор указывает на то, что ФИО4  является аффилированным по отношению должнику, а именно его  бенефициаром; на момент заключения спорного договора должник имел  неисполненные обязательства перед обществом «Уралтеплосервис» в сумме,  превышающей 1 000 000 руб.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа  в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, в ходе проведения  мероприятий в рамках процедуры конкурсного производства управляющим  установлено, что между обществом «МЭК» в лице генерального директора  ФИО5 и ФИО4 заключен трудовой договор  от 15.01.2015 № 01/15 , в соответствии с которым ФИО4 назначен  на должность советника генерального директора общества «МЭК»  на неопределенный срок с нормальными условиями труда.  

В соответствии с пунктом 1.3 договора местом работы является  общество «МЭК» (Управление по адресу 

<

...>).  

Пунктом 1.6 договора работнику установлен оклад в сумме 54 000 руб.,  уральский коэффициент – 15%, работнику может выплачиваться премия  на основании принятых у работодателя локальных нормативных актов.  

Согласно пункту 1.8 трудового договора советник генерального  директора ФИО4 проводит за персональным компьютером более 50%  рабочего времени. Работа по трудовому договору является для работника  ФИО4 основным местом работы (пункт 1.9 договора).  

Дополнительным соглашением от 01.10.2016 к трудовому договору  от 15.01.2015 № 01/15 работнику с 01.10.2016 установлен оклад в сумме  108 000 руб., уральский коэффициент – 15%, оплата производится  пропорционально отработанному времени.  

В период с 15.01.2015 по 30.04.2019 должником в пользу  ФИО4 перечислено 5 138 448 руб. 95 коп. заработной платы,  произведены выплаты в бюджет 790 915 руб. НДФЛ, 1 486 963 руб. 16 коп.  страховых взносов.  

Полагая, что спорный трудовой договор заключен в отсутствие  встречного предоставления, с целью причинения вреда имущественным  правам кредиторов должника, ссылаясь на отсутствие в материалах дела  доказательств, подтверждающих реальное исполнение ФИО4  трудовых функций, конкурсный управляющий обратился в суд  с настоящим заявлением. В качестве правового основания для признания  сделок недействительными управляющий указал положения статьи 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил  из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности  материалами дела наличия всех необходимых и достаточных оснований для  признания оспариваемых сделок недействительными.  

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, частично  не согласился с выводами суда первой инстанции, определение суда  от 05.08.2022 изменил, при этом руководствовался следующим.  

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010   № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  постановление № 63), в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под  сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона,  понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств  и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым,  семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах,  таможенным законодательством Российской Федерации  

 Сделка должника-банкрота, совершенная с целью причинения вреда  имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным  судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности  и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующей триады критериев  подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным  правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели  должника к моменту совершения сделки).  

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены презумпции,  которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств,  требующихся для признания сделки недействительной. Так, в силу указанной  нормы цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или  в результате совершения сделки стал отвечать признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо  совершена при наличии одного из иных указанных в данной норме условий.  Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать  об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной  по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо  доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка  совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам  кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать  об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 5  постановления № 63)  

Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов,  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или  частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих  требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В абзаце 4 пункта 4 постановления № 63 дано разъяснение о том, что  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

При этом в приведенных разъяснениях речь идет о сделках с пороками,  выходящими за пределы дефектов подозрительных и преференциальных  сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11).  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона  с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского  законодательства, в обход которых она была совершена; в частности, такая  сделка может быть признана недействительной на основании положений  статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации; при наличии в законе специального основания  недействительности такая сделка признается недействительной по этому  основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  содержит запрет на осуществление гражданских прав исключительно  с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона  с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное  осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); с целью  квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной  с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить  обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта  злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося  в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами  статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности  мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения  создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных  сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие  сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации); совершая  мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными  в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило,  верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые  последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими  документах, не стремятся; поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве  

возражений о мнимости или притворности договора суд не должен  ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных  кредитором, формальным требованиям, установленным законом; суду  необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу  установления достаточных доказательств наличия или отсутствия  фактических отношений по сделке.  

Применительно к настоящему спору суд апелляционной инстанции  установил, что на момент заключения трудового договора от 15.01.2015,  дополнительного соглашения к трудовому договору от 01.10.2016,  и в момент выплаты премий в период по апрель 2019 года включительно  должник имел неисполненные обязательства перед обществом  «Уралтеплосервис» в сумме, превышающей 1 000 000 руб., что  подтверждается вступившими в законную силу судебными актами (решение  Арбитражного суда Пермского края от 24.12.2015 по делу   № А50-22490/2015, решение Арбитражного суда Пермского края  от 24.12.2015 по делу № А50-22489/2015, решение Арбитражного суда  Пермского края от 28.03.2017 по делу № А50-3282/2017, решение  Арбитражного суда Пермского края от 28.03.2017 по делу № А50-3282/2017);  впоследствии на основании указанных судебных актов задолженность  включена в реестр требований кредиторов должника при введении  в отношении общества «МЭК» процедуры наблюдения.  

Рассматривая доводы управляющего относительно того, что  в материалах дела отсутствуют доказательства реальности исполнения  ФИО4 трудовых функций, а работодатель (должник) выплачивал  денежные средства в виде заработной платы без какого-либо встречного  представления, суд апелляционной инстанции, проанализировав  представленные в материалы дела штатное расписание, табель учета  рабочего времени, налоговые декларации, сведения о застрахованных лицах  (ОПФР по Пермскому краю), по страховым взносам (Инспекция  Федеральной Налоговой службы России по Свердловскому району г. Перми),  приняв во внимание пояснения ответчика, согласно которым в период  осуществления трудовой деятельности в обществе «МЭК» он исполнял  возложенные на него трудовым договором трудовые обязанности  в соответствии с должностной инструкцией и поручениями генерального  директора (вел переговоры с контрагентами, потенциальными партнерами  для продолжения производственной деятельности, осуществлял подготовку  документов для утверждения тарифов в Региональную службу по тарифам  Пермского края, занимался решением проблем общества «МЭК» по вопросу  исключения котельной ВК-1 из схемы теплоснабжения города Перми, в том  числе осуществлял переговоры с администрацией города Перми, проводил  личные встречи, осуществлял подготовку документов и вел переговоры  по получению лицензии на владение тепловыми сетями и др.), заключил  о доказанности факта осуществления ФИО4 трудовой  деятельности в обществе «МЭК»; доказательства, свидетельствующие об  

ином, в материалы дела не представлены (статьи 9, 65, 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

При этом суд апелляционной инстанции, отклоняя довод  управляющего о том, что ФИО4 не имел возможности выполнять  возложенные на него трудовые обязанности в обществе «МЭК», поскольку  с ноября 2017 года трудоустроен в качестве генерального директора  в обществе с ограниченной ответственностью «Звезда востока»  (далее – общество «Звезда востока») и с 2017 года проживает в городе  Владивостоке, указал на то, что в материалы дела представлен трудовой  договор от 11.11.2017 № 2/П, заключенный между обществом «Звезда  востока» и ФИО4, согласно которому ФИО4 принят  на должность генерального директора общества с 15.11.2017 на неполный  рабочий день (пятидневная рабочая неделя по 4 часа в день),  по совместительству; таким образом, рабочее место в обществе «Звезда  востока» являлось для ответчика неосновным местом работы, кроме того,  возражая относительно заявленного довода, ФИО4 пояснил, что  в период его отсутствия в городе Перми работа им выполнялась  дистанционно.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции учел и то обстоятельство,  что при приеме на работу с ФИО4 оговаривались условия, в том  числе и о размере ежемесячного вознаграждения, которое гарантированно  работник будет получать за проделанную работу в сумме не ниже  108 000 руб.; на момент заключения спорного трудового договора  действовала система оплаты труда, согласно которой работникам  выплачивались установленный трудовым договором оклад и премия в  размере до 100 % оклада; из бухгалтерской документации по выплате  заработной платы работникам должника усматривается, что размер премии и  ее выплата носила постоянный характер и не зависела от результатов  выполненной работы; впоследствии было принято решение изменить  существующую систему оплаты труда, упразднив часть оплаты в виде  премии в размере до 100% оклада; дополнительным соглашением от  01.10.2016 к трудовому договору от 15.01.2015 № 01/15 были внесены  соответствующие изменения в трудовой договор с советником генерального  директора; должностной оклад был определен в сумме 108 000 руб. в месяц,  что соответствовало договоренностям, достигнутым при приеме на работу  ФИО4 в 2015 году, таким образом, после изменения размера оклада,  порядок исчисления размер заработной платы ФИО4 не изменился,  что также подтверждается бухгалтерскими документами по выплате  заработной платы.  

Исследовав и оценив указанные обстоятельства, руководствуясь  положениями трудового законодательства, апелляционный суд пришел  к выводу об отсутствии оснований для признания спорного трудового  договора от 15.01.2015 недействительным, при этом, установив, что платежи  в период с 15.01.2015 по 30.04.2019 являются выплатой заработной платы,  оговоренной сторонами в трудовом договоре и дополнительном соглашении  

к нему, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств того, что  размер оплаты труда является явно завышенным либо не соответствует  объему выполняемых трудовых функций и квалификации работника, суд  также не усмотрел оснований для признания спорных платежей  недействительными.  

В то же время относительно начислений и выплат ФИО4  премий за исполнение обязанностей советника генерального директора  общества «МЭК» после 01.10.2016 суд апелляционной инстанции,  руководствуясь пунктами 4.1, 4.3, 4.1.4 Положения об оплате труда  и премировании работников общества «МЭК», утвержденного  руководителем должника, установив, что ФИО4 в период с июня  2017 года по сентябрь 2018 года начислена и выплачена премия  в общей сумме 182 091 руб., что подтверждается представленными  в материалы дела справками по форме 2-НДФЛ, выписками по расчетным  счетам должника и ответчика, заключив о том, что фактически сделки  по премированию ответчика совершены должником в условиях ухудшения  финансово-хозяйственных результатов работы должника, а также в период  подозрительности, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве,  отклонив доводы об истечении срока исковой давности с учетом положений  статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о  наличии необходимых и достаточных оснований для признания сделки  недействительной применительно к положениям статьи 61.2 Закона о  банкротстве, поскольку имеет место непосредственное причинение вреда  правам и законным интересам кредиторов.  

На основании пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской  Федерации, статьи 61.6 Закона о банкротстве, суд применил последствия  недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную  массу должника денежных средств в сумме 182 091 руб.  

 Отказывая в удовлетворении требований управляющего в части  признания недействительными платежей НДФЛ в сумме 790 915 руб.,  страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в сумме 1 076  492 руб., страховых взносов на обязательное медицинское страхование  (ФОМС) в размере 310 281 руб. 96 коп., страховых взносов на случай  временной нетрудоспособности (ФСС) в размере 100 189 руб. 20 коп., суд  апелляционной инстанции исходил из того, что указанные перечисления  не могут быть признаны недействительными, поскольку являются  обязательными платежами в пользу государственных органов (в бюджет), а  не в пользу ответчика; ФИО4 данные денежные средства не  получены, ввиду чего являются неподлежащими взысканию с него.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения  материалов дела, суд округа считает, что судом апелляционной инстанции  все приведенные сторонами спора доводы и доказательства исследованы  и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для  правильного разрешения рассматриваемого спора, определены, им дана  правовая оценка, применены нормы права, регулирующие спорные  

правоотношения, выводы суда о применении нормы права соответствуют  установленным им обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.  

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом округа  исследованы и отклонены, поскольку являлись предметом исследования суда  апелляционной инстанции и были отклонены, при этом касаются  обстоятельств и доказательств, являвшихся предметом исследования  и оценки суда апелляционной инстанции, о неправильном применении судом  при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт  конкурсного оспаривания сделок в деле о банкротстве, либо о наличии  нарушений норм процессуального права, приведших к принятию  неправильного судебного акта, не свидетельствуют, по сути, выражают  несогласие заявителей жалоб с выводами суда о фактических  обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ними оценке  доказательственной базы по спору.  

Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции  доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судом  апелляционной инстанции выводы относительно того, какие обстоятельства  по делу можно считать установленными, исходя из иной оценки  доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при  рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).  

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной  жалобы не имеется, постановление суда от 07.11.2022, дополнительное  постановление суда от 29.11.2022 отмене не подлежат.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд   

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  07.11.2022 и дополнительное постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 29.11.2022 по делу № А50-36839/2019 Арбитражного  суда Пермского края оставить без изменения, кассационную жалобу  конкурсного управляющего открытым акционерным обществом  «Уралтеплосервис» ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Е.А. Павлова  

Судьи Д.Н. Морозов  

 О.Н. Новикова