СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                         Дело № А27-18093/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 октября 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

ФИО1

судей

 

ФИО2

 

 

ФИО3

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Серяковой Л.Д., секретарём судебного заседания Мизиной Е.Б. с использованием средств аудиозаписи и системы веб-конференции, рассмотрев в судебном заседании, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоТранзит» (№ 07АП-4830/21(5)), ФИО4 (№ 07АП-4830/21(6)) на определение от 09.09.2024 (16.04.2024 дата объявления резолютивной части) Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-18093/2020 (судья Матыскина В.В.) о несостоятельности (банкротстве) должника – общества с ограниченной ответственностью «Объединение» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего имуществом должника ФИО5 об оспаривании сделок, привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества

В судебном заседании приняли участие: 

конкурсный управляющий ФИО5, лично,

от ООО «Энерго Транзит»: ФИО6, доверенность т 21.01.2022,

от ПАО «Кузбассэнергосбыт»: ФИО7, доверенность от 27.08.2024,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Объединение», конкурсный управляющий имуществом должника обратился 17.12.2021 с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Также в рамках дела о банкротстве ООО «Объединение» конкурсным управляющим, в числе прочего, были поданы следующие заявления об оспаривании сделок по оказанию услуг по содержанию и текущему ремонту МКД (акт №13 от 31.07.2019, акт №18 от 31.08.2019, акт №24 от 30.09.2019, акт №29 от 31.10.2019, акт №29 от 30.11.2019, акт №33 от 31.12.2019, акт №3 от 31.01.2020, акт №8 от 29.02.2020, акт №12 от 31.03.2020, акт №18 от 30.04.2020, акт №22 от 31.05.2020, акт №25 от 30.06.2020, акт №29 от 31.07.2020, акт №31 от 31.08.2020), заключенные между ООО «Объединение» (ИНН 

<

***>, Подрядчик) и ООО «Объединение» (ИНН 

<

***>, Заказчик) в рамках договора подряда №1 от 01.11.2018, недействительными (дата подачи в суд: 12.07.2021 16:47 МСК, обособленному спору присвоен №12); -об оспаривании договора подряда на оказание услуг по содержанию и текущему ремонту от 01.11.2018 (дата подачи в суд: 18.11.2021 17:22 МСК). 

Поскольку заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности и указанные выше заявления о признании недействительными сделок должника связаны между собой представленными доказательствами, при рассмотрении участвуют одни и те же лица, а также в целях экономии процессуального времени, суд на основании частей 1,2 статьи 130 АПК РФ объединил для совместного рассмотрения в рамках дела №А27-18093/2020, заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделок должника, поданные в Арбитражный суд 13.07.2021 (Дата подачи в эл. виде: 12.07.2021 16:47 МСК) и 19.11.2021 (Дата подачи в эл. виде: 18.11.2021 17:22 МСК) с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Определением от 09.09.2024 (резолютивная часть от 16.04.2024) Арбитражный суд Кемеровской области в удовлетворении требований о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности, отказал. Признал доказанным наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Приостановил производство в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО4 до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом ООО «ЭнергоТранзит» и ФИО4 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права. 

ООО «ЭнергоТранзит» с учетом дополнения, указало, что судом не дана оценка доказательствам недействительности договора подряда №1 от 01.11.2018. Договор заключен для прикрытия ввода имущества Должника в пользу бенефициара и связанного с ним лица.  

ФИО4 с учетом дополнения, указал, что судом допущены процессуальные наращения срока изготовления мотивированного судебного акта. В определении от 09.09.2024 не указана связь с определением от 16.04.2024. Вменяемое нарушение вызвано бездействием конкурных управляющих в отношении дебиторской задолженности. ФИО4 была передана конкурному управляющему вся имевшаяся у него документация, что подтверждается актом от 10.06.2021 и постановлением об окончании исполнительного производства. Данные о собственниках и лицах с ними проживающих, об оплатах, управляющий должен был получить в ООО «ГКРКП». Бездействие управляющих привело к просрочке задолженности. Материалами дела подтверждается принятие ответчиком мер для преодоления тяжелой финансовой ситуации, невозможность же полного расчета с кредиторами возникла после того как ответчик перестал быть руководителем Должника. Конкурсный управляющий причинил убытков куда больше чем ответчик. На дату заключения сделки Должник располагал реальной ко взысканию дебиторской задолженностью покрывающую требования кредиторов. Непогашение задолженности связано с незапланированными затратами в разы превышающими обороты деятельности Общества. 

ПАО «Кузбассэнергосбыт», в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представило отзыв на апелляционную жалобу ФИО4, в котором просит определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

ООО «ЭнергоТранзит» представило ходатайство о  приобщении к материалам дела доказательств уплаты государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы и ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное отсутствием полного текса судебного акта на дату подачи ходатайства.

Определением от 18.09.2024 судебное разбирательство откладывалось, в связи с неоходимостью предоставления участникам спора времени для уточнения позиций по делу с учетом выводов суда, изложенных в определении от 09.09.2024 и отсутствием у суда сведений о надлежащем извещении лиц, участвующих в деле о принятии судом к производству апелляционной жалобы ФИО4

ПАО «Кузбассэнергосбыт», представило ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное необходимостью  формирования позиции по делу с учетом дополнений апеллянтов. 

Согласно пункту 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание изложенное выше, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, об отсутствии оснований для отложения судебного разбирательства и возможности с учетом положений статьи 163  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявить перерыв в судебном заседании.

После перерыва конкурсный управляющий представила письменные пояснения по делу, ПАО «Кузбассэнергосбыт» представило дополнение к отзыву.

 В судебном заседании представители ООО «Энерго Транзит», ПАО «Кузбассэнергосбыт» поддержали доводы апелляционной жалобы ООО «Энерго Транзит», просили определение суда в части отказа в признании сделки недействительной отменить. Возражали против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО8

Конкурсный управляющий возражала по доводам ФИО8, просила определение суда оставить без изменений. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Кемеровской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены. 

Как следует из материалов дела, ООО "Объединение"  состоит на налоговом учете в Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Новокузнецка Кемеровской области - Кузбассу. 

На основании решения № 5 единственного участника от 7.11.2018 ФИО4 назначен генеральным директором должника. 

Полагая, что в результате действий (бездействия) ФИО4, в том числе в связи с совершением сделок (договора подряда №1 от 01.11.2018 с актами) имеются основания для признания сделок недействительными и привлечения его  ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника, конкурный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящими заявлениями.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований о признании сделок недействительными, исходил из недоказанности всей совокупности условий, наличие которых необходимо для признания сделок недействительными, ни по специальным, ни по общим основаниям. Суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

На основании пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Согласно пункту 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве, заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", рассматриваются по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона). 

С учетом даты обращения конкурсного управляющего с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, требование конкурсного управляющего подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ. 

Вместе с тем, суд учитывает, что указанные правила применяются судом только в части процессуальных и процедурных правоотношений. 

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" нормы материального права, регулирующие основания привлечения к субсидиарной ответственности, должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица. 

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) приведены разъяснения, согласно которым необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

ФИО4 с 07.11.2018 являлся генеральным директором должника, следовательно является контролирующим ООО «Объединение» лицом и может быть привлечен к субсидиарной ответственности по его обязательствам по названным конкурсным управляющим правовым основаниям. 

Рассматривая требования о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, суд исходит из следующего. 

На основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

Если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. 

Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве). 

Таким образом, исходя из взаимосвязи положений пункта 1 статьи 61.12 и статьи 9 Закона о банкротстве, обязанным отвечать в порядке субсидиарной ответственности по основанию пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в случае неисполнения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, является, в частности, руководитель и учредители должника. 

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: -неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд; -возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; -неподача контролирующими должника лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; -возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

 Субсидиарная ответственность по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрена лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом). 

Соответственно, для применения субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом). 

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с настоящим заявлением указал, что, с учетом объема требований, установленных в реестре, и их характера, заявитель полагает, что признаку неплатежеспособности должник стал отвечать ориентировочно в мае 2019 года. 

Между тем, исходя из анализа представленных в материалы дела доказательств, в том числе бухгалтерской документации, суд, установив, что объективно у ООО «Объединение» возникли существенные финансовые сложности (формальные признаки банкротства) и непреодолимый имущественный кризис, то есть период объективного банкротства не ранее третьего квартала 2020 года, пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказано наличие правовых оснований для привлечения ФИО4 по указанной норме. 

Из материалов дела следует, что на момент, когда у ФИО4 возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве Общества в соответствии с указанной нормой, заявление о банкротстве должника уже было подано кредитором. 

Рассматривая требование о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника за невозможность полного погашения требований кредиторов, суд исходит из следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 Постановления N 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Кроме того, в соответствии с пунктом 17 указанного Постановления, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Пунктом 7 Постановления N 53 установлена презумпция отнесения лица к числу контролирующих должника, если лицо извлекло выгоду из недобросовестного поведения руководителя должника. 

Так, в качестве выгоды могут расцениваться как получение активов должника, в том числе по цепочке взаимосвязанных сделок, так и сбережение активов лица за счет аккумулирования долговой нагрузки на должнике.

В обоснование требования конкурсный управляющий указал на совершение ФИО8 договора подряда №1 от 01.11.2018, извлечением ФИО4 как контролирующим лицом должника выгоды из банкротства должника путем перевода бизнеса ООО «Объединение» на зеркальное ООО «Объединение» во вред должнику и его кредиторам. 

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными, в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Из материалов дела следует, что между ООО «Объединение» (ИНН 

<

***>, Подрядчик) в лице генерального директора ФИО4 и ООО «Объединение» (ИНН 

<

***>, Заказчик, учредитель – ФИО4) в лице исполнительного директора ФИО9 (доверенность №1 от 01.08.2018 года) заключен договор подряда №1 на оказание услуг по содержанию и текущему ремонту от 01.11.2018.

По данному договору Подрядчик обязуется выполнять обязанности Заказчика в части содержания и текущего ремонта общего имущества в многоквартирных домах.

 В соответствии с содержанием договора подряда (пункт 1.1, пункт 2.1, пункт 2.5, пункт 3.1.2) заключенного между сторонами, Подрядчик обязался от имени и за счет Заказчика осуществлять сбор платежей на содержание и ремонт общего имущества; от имени и за счет Заказчика осуществлять ведение лицевых счетов собственников помещений, лицевого счета многоквартирного дома; осуществлять сбор денежных средств с населения, проживающего в домах Заказчика за жилищные услуги; организовать прием обязательных ежемесячных платежей; обеспечить учет поступающих денежных средств от собственников и пользователей помещений в многоквартирном доме на лицевом счету многоквартирного дома. 

В соответствии с п. 5.3. договора оплата работ и услуг осуществляется за счет денежных средств – платежей собственников помещений. 

Ссылаясь на то, что сделка совершена между аффилированными лицами, с целью причинения вреда кредиторам должника; Подрядчик фактически обязался не выполнять работу для Заказчика, а обязался выполнять обязанности Заказчика по договорам управления МКД; В период действия договора подряда задолженность за ресурсы, потребляемые МКД, ОДН ресурсоснабжающими организациями предъявлялись к оплате ООО «Объединению»- Должнику, как избранной управляющей компании МКД, но денежные средства на счета Должника не поступали, в результате чего сложилась задолженность, включенная в реестр требований кредиторов (ПАО «Кузбассэнергосбыт», ООО «Водоканал», ООО «Энерготранзит», пр.), конкурсный управляющий обратился с заявлениями о признании договора и актов недействительными сделками.

Между тем, из материалов дела следует и участниками дела не оспаривается, что работы по содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирных домах ООО «Объединение»-Подрядчиком выполнялись. 

В период действия договора подряда ООО «Объединение»- Должник работников не имело. 

Само по себе заключение сделки между аффилированными лицами, на ее недействительность не указывает.

Из материалов дела не усматривается, что на момент заключения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) поступило в арбитражный суд 14.08.2020. 

Судом установлено, что сделка совершена на возмездной основе, таким образом, признак причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате ее совершения также отсутствует. 

В учетом установления заинтересованности сторон сделки, судом проверена реальность оказания услуг, в результате такой проверки, суд пришел к выводу, о доказанности услуг в заявленном объеме.

Доказательств иного управляющим и кредиторами не представлено.

Таким образом, доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемый договор заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и что в результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, в материалы дела не представлено.

При данных обстоятельствах, арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора недействительным по признакам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Проверяя доводы о совершении сделки  при наличии признаков злоупотребления правом и о притворности сдели, суд исходит из следующего.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

На основании пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Следовательно, ничтожная сделка является таковой вне зависимости от признания судом этой сделки ничтожной.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации)

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 32) содержится указание на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 10 Постановления № 32). 

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. 

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации. 

Таким образом, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. 

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 01.12.2015 №4-КГ15-54, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается. 

Исследовав материалы дела, оценив в совокупности, установленные по делу обстоятельства, апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания договора от 01.11.2018 и актов к нему, совершенных при наличии признаков злоупотребления правом.

Исходя из пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. 

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. 

При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. 

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. 

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. 

Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. 

Между тем, само по себе заключение договора №1 от 01.11.2018 не указывает на притворность правоотношений. Реальность оказания услуг, подтверждена допустимыми доказательствами.

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о недоказанности всей совокупности условий, наличие которых необходимо для признания сделок недействительными ни по специальным основаниям, ни по общим, поскольку оформление оспариваемых сделок, в первую очередь договора подряда №1 от 01.11.2018, являлось необходимым в целях соблюдения требований ЖК РФ, составляющие предмет названного договора услуги входят в обязательный минимальный перечень услуг и работ для обеспечения надлежащего санитарного и эксплуатационного состояния общего имущества в МКД, находящихся под управлением Должника Договор предусматривает равноценное встречное исполнение, факт реального оказания услуг подтвержден надлежащими доказательствами, достаточных доказательств, подтверждающих, что условия договора значительно отличались от сделок, заключаемых при аналогичных обстоятельствах, а стоимость услуг, оформленных Актами, была завышена (занижена), не представлено. 

Между тем, давая оценку иным доводам конкурсного управляющего, суд установил, что в ходе анализа представленных в материалы дела доказательств, установлен факт недобросовестного перевода бизнеса на зеркальное ООО «Объединение», что по факту лишило должника прибыли от текущей хозяйственной деятельности, что привело к невозможности полного погашения требований кредиторов. 

В соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Как указывалось выше, из содержания договора подряда (п.1.1, п.2.1, п.2.5, п.3.1.2) заключенного между сторонами, Подрядчик обязался не выполнять работу для Заказчика, а обязался выполнять обязанности Заказчика по договорам управления МКД. Подрядчику было предоставлено право распоряжения денежными средствами, полученными от населения за содержание и ремонт жилья в МКД, управление которым в соответствии с договорами управления осуществляло ООО «Объединение» (Заказчик, должник), как текущими, так и задолженностью по состоянию на 01.11.2018 - дату заключения договора подряда. 

 Даже после прекращения договора подряда ООО «Объединение» - Подрядчиком продолжались сборы с населения на свой счет за коммунальные услуги.

Подрядчик имеет идентичное наименование с Должником.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд обоснованно признал, что руководителем должника, создано Общество, которое продолжило осуществлять хозяйственную деятельность за Должника (перевод деятельности на взаимозависимое лицо/перевод бизнеса). Указанное свидетельствует о переводе хозяйственной деятельности на взаимозависимое лицо ООО «Объединение» (ИНН 

<

***>) с целью неисполнения обязательств по удовлетворению требований кредиторов должника ООО «Объединение» (ИНН 

<

***>).

ООО «Объединение» (ИНН 

<

***>) фактически осуществляло хозяйственную деятельность должника - ООО «Объединение» (ИНН 

<

***>) и получало доход, за счет которого должна была быть погашена задолженность перед кредиторами последнего.

Должник, напротив, с момента заключения договора от 01.11.2018 ООО «Объединение» (ИНН 

<

***>) фактически прекратил деятельность (отсутствовали работники, прекратились хозяйственные отношения с контрагентами, должник прекратил расчеты с кредиторами).

Таким образом, действия ФИО4 фактически шли в разрез интересам общества и привели к передаче прав на получение доходов от деятельности Должника в пользу зеркального Общества.

Утверждения подателя жалобы об обратном, судом апелляционной инстанцией отклоняются, в отсутствии допустимых доказательств.

При этом, судом принято во внимание, что для стабильно действующей и эффективно управляемой управляющей компании показатели дебиторской и кредиторской задолженности будут являться сопоставимыми, а ситуация, при которой размер дебиторской задолженности населения перед управляющей компанией соотносим с кредиторской задолженностью компании перед поставщиками коммунальных ресурсов, не будет свидетельствовать об убыточности общества, а является типичной для данного вида деятельности. 

Таким образом, обоснованием наличия кредиторской задолженности стабильно действующей и эффективно, добросовестно управляемой управляющей компании перед ресурсоснабжающими организациями может являться только задолженность собственников помещений, потребивших ресурс тех же поставщиков. 

Свобода предпринимательской деятельности означает возможность субъектов предпринимательства по своему усмотрению определять способы ведения ими хозяйственной деятельности, время и способ ее прекращения, в том числе, посредством передачи бизнеса другим участникам гражданского оборота, что предполагает одновременную передачу материальных, трудовых и иных ресурсов, ранее находившихся в распоряжении общества. 

Между тем, в данной ситуации, условия и обстоятельства передачи бизнеса, значительно отличаются от условий, которые обычно имеют место при взаимодействии независимых участников гражданского оборота, преследующих цели делового характера.

Конкурсным управляющим приведены достаточные доводы в подтверждение того, что в результате, по сути, перевода хозяйственной деятельности должника на зеркальное Общество Должник утратил возможность осуществления нормальной предпринимательской деятельности, что привело к его несостоятельности. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы из материалов дела не следует, что банкротство Должника наступило в результате предпринимательского риска или других объективных причин, которые привели к прекращению хозяйственной деятельности должника.

Судебной практикой подтверждается, что в случае доказанности перевода бизнеса на другое лицо, указанные обстоятельства являются основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2018 N 305-ЭС17-21832(3,4,5); Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.09.2019 N 305-ЭС19- 16226(1,2); Определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2020 N 309- ЭС20-11309; Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2022 N 305- ЭС21-13384). 

Из материалов дела следует, что ответчик планомерно приостановил хозяйственную деятельность Должника, перевел ее на другую компанию, чем лишил Должника возможности получать доход, чтобы уплачивать долги перед кредиторами. 

На основании изложенных обстоятельств, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о доказанности основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность удовлетворения требований кредиторов, в связи с извлечением выгоды из банкротства должника путем перевода его бизнеса на зеркальное Общество. 

Рассматривая требование о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательства должника за непредставление в полном объеме документов бухгалтерского учета должника суд исходит из следующего.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника.

 Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику (определение ВС РФ от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079). 

Кроме того, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (Определение ВС РФ от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622 (4,5,6)). 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, определения основных активов должника и их идентификации, совершенных в период подозрительности сделок и их условий, установления содержания принятых органами должника решений и т.д.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Согласно пунктам 1, 3 статьи 7 Федерального закона "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, который обязан возложить ведение учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, либо, в случае применения упрощенных способов ведения бухгалтерского учета, включая упрощенную бухгалтерскую (финансовую) отчетность - принять ведение бухгалтерского учета на себя. 

Понятие руководителя экономического субъекта содержится в пункте 7 статьи 3 Федерального закона "О бухгалтерском учете" - лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа. 

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. 

При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета  организации. 

Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно (статья 29 Закона о бухгалтерском учете). 

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника. 

В обоснование заявления конкурный управляющий ссылается на невозможность взыскания дебиторской задолженности, невозможность установления объективных причин существенного уменьшения размера дебиторской задолженности. Бывшим руководителем должника не переданы в полном объеме первичные документы бухгалтерского учета, что делает невозможным взыскание дебиторской задолженности в судебном порядке (у конкурсного управляющего отсутствуют первичные документы: в том числе договоры, счета-фактуры, акты выполненных работ, документы по начислению, оплате коммунальных услуг физических и юридических лиц, задолженность которых отражена в документах бухгалтерской отчетности - представляемых должником в ФНС России), и не позволяет выявить имущество, запасы и материальные ценности должника, проведения оценки и реализации имущества должника и формирования конкурсной массы. 

Основным видом деятельности общества являлось управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (ОКВЭД 68.32). 

Как следует из пункта 2 статьи 20 Жилищного кодекса Российской Федерации  управляющей компанией является юридическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по управлению многоквартирными домами на основании лицензии. 

При этом управляющая организация уполномочена собственниками жилищного фонда осуществлять управление жилищным фондом с целью его надлежащего использования и обслуживания, а также обеспечения потребителей жилищно-коммунальными услугами, за что собирает плату с собственников помещений, в обслуживаемых организацией многоквартирных жилых домах (статьи 154, 155 Жилищного кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, основным активом управляющей организации является дебиторская задолженность собственников жилых и нежилых помещений.

Следует отметить, что при выявлении дебиторской задолженности необходимо иметь сведения от организации (дебиторе), которая должна денежные средства или которой были оказаны услуги, отгружены товары, с требованием подтвердить или опровергнуть наличие задолженности, ее размер, представить документы, подтверждающие ее возникновение или, если имело место, ее оплату: дебиторская задолженность с указанием ИНН, юридического адреса, названия фирмы-дебитора; копии документов, подтверждающих образование дебиторской задолженности (договора поставки, оказания услуг и др.); акты сверок по дебиторской задолженности (если имеются); в случае если производилась оплата дебиторской задолженности; копии документов, подтверждающих оплату дебиторами дебиторской задолженности; фактический адрес нахождения должника.

 Для взыскания задолженности с физических лиц необходимы сведения, обосновывающие начисления - тарифы, установленные собранием собственников в протоколах общего собрания собственников, договоры управления, сведения о собственниках посещений, их идентификационных данных (Ф.И.О., даты рождения, адреса регистрации должника, количества проживающих в жилом помещении и степени их родства с собственником помещения). 

Также необходимы сведения о помесячных начислениях по каждому лицевому счету за весь период образования задолженности каждого отдельного должника, то есть сведения, обосновывающие конечное сальдо задолженности.

 Кроме того, отсутствие сведений о помесячных начислениях по каждому лицевому счету делает невозможным начисление пени за несвоевременную оплату задолженности по статье 154 Жилищного кодекса Российской Федерации. 

ООО «Объединение» оказывало жилищно-коммунальные услуги собственникам помещений многоквартирных домов.

Факт частичной передачи документов бывшим руководителем  участниками дела не оспаривается.

 Однако в полном объеме первичные бухгалтерские документы кассовые книги, выписки банков, документы по расчетам с поставщиками, покупателями (акты, счета, счета-фактуры, накладные) документы, подтверждающие принятие к учету и выбытие внеоборотных и оборотных активов, авансовые отчеты и первичные отчетные документы к ним, бухгалтерские справки и др. оборотно-сальдовые ведомости по всем синтетическим счетам бухгалтерского учета ФИО4 конкурсному управляющему не представлены. 

Возражая ФИО8 указывает, что конкурсному управляющему была передана вся имевшаяся у него документация, что подтверждается актом от 10.06.2021 и постановлением об окончании исполнительного производства.

Между тем, окончание исполнительного производства лишь означат, что ответчик не обладает имуществом, о передаче которого в натуре заявлено.

При этом ссылка ответчика о том, что управляющий мог самостоятельно получить документы в ООО «ГКРКП», судом признаются несостоятельными.

С учетом указанных выше положений об ответственности именно руководителя Должника обеспечить надлежащее ведение, сохранность и передачу документации Должника конкурному управляющему, обстоятельства передачи всей имевшийся в наличии документации, при ее недостаточности для оценки и взыскания дебиторской задолженности, не освобождает ответчика от иных негативных последствий невыполнения обязанности по передаче имущества, заключающихся привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

Отсутствие полных сведений о задолженности собственников многоквартирных домов (дебиторах), а также первичной учетной документации не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу путем взыскания дебиторской задолженности либо реализации ее с торгов и удовлетворить требования кредиторов в размере полученных от ее реализации средств. 

Доводы ФИО8 о передаче им дебиторской задолженности населения конкурсному управляющему в виде передачи сальдо расчетов на дату передачи в размере 10 млн руб., не могут быть признаны состоятельными, поскольку таким сальдо невозможно воспользоваться. Взыскание задолженности по коммунальным услугам с населения подразумевает направление в суд полной расшифровки задолженности, с начислением и оплатой, помесячно, с даты ее возникновения, по дату взыскания, одного переданного сальдо недостаточно. 

В отсутствие вышеуказанных документов, конкурсный управляющий не имел возможности в полном объеме и достоверно выявить должников - собственников помещений, не оплативших оказанные им жилищно-коммунальные услуги, взыскать дебиторскую задолженность, соответственно пополнить конкурсную массу. 

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, о доказанности основания для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве.

С учетом того, что на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве невозможно определить размер субсидиарной ответственности, суд первой инстанции правомерно приостановил производство по заявлению до окончания расчетов с кредиторами.

Доводы ФИО8 о допущенных судом процессуальных нарушениях по изготовлению судебного акта в полном объеме, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку указанное нарушение не привело к вынесению по существу обоснованного судебного акта. Резолютивная часть вынесена судом 16.04.2024, объявлена в судебным заседании, размещена в карточке дела Картотеки арбитражных дела, следовательно, правовой неопределённости относительно результатов спора у сторон не имелось.

Доводы ответчика о неправомерности действий/бездействия конкурсных управляющих, судом апелляционной инстанции не принимаются, поскольку не входят в предмет исследования суда в рамках настоящего спора.   

Ссылка ответчика на нарушение его прав, тем, что он не был подключен к системе онлайн-заседания, судом апелляционной инстанции не принимается.

Согласно ответу Право.тех от 02.10.2024 на запрос суда онлайн заседание было запущено судьей в 16:04 (по местному времени), представитель ФИО8 ФИО10 после подключения судьи находился на вкладке «онлайн-заседания», однако попыток подключения не осуществлялось.

Доводы заявителей апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 09.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-18093/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоТранзит», ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий  

 

ФИО1

Судьи

 

ФИО3

ФИО2