АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

09 декабря 2020 года

Дело №

А56-2553/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Корабухиной Л.И., судей Александровой Е.Н.,        Журавлевой О.Р., 

при участии от акционерного общества «Валенс» ФИО1 (доверенность от 31.01.2020), от общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовые технологии и инженерные изыскания» ФИО2 (доверенность от 01.12.2020), 

рассмотрев 09.12.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Валенс» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.05.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2020 по делу № А56-2553/2020,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Нефтегазовые технологии и инженерные изыскания», адрес: 190020, Санкт-Петербург, Бумажная ул., д. 16, корп. 1, лит. А, пом. 22-Н, оф. 336, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>   (далее - Общество), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о взыскании с акционерного общества «Валенс», адрес: 192029, Санкт-Петербург, пр. Обуховской обороны,           д. 86, лит. К, пом. 2Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Компания), 1 280 000 руб. 01 коп. неустойки за нарушение срока оплаты работ по договору от 04.04.2016 № 11/182-16с/СПА (далее - договор).

Решением суда первой инстанции от 28.05.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 07.09.2020, исковые требования Общества удовлетворены в полном объеме.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить решение от 28.05.2020 и постановление от 07.09.2020 и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки по договору за период до 2017 года пропущен истцом в силу пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), что необоснованно не принято во внимание судами. Ответчик отмечает, что при обращении к досудебному порядку урегулирования спора срок исковой давности фактически продлевается на срок, установленный законом для соблюдения такого порядка, а поэтому полагает, что период взыскания неустойки определен судами неверно. Также Компания считает необоснованным отказ судов в применении статьи 333 ГК РФ. По мнению подателя жалобы, с учетом приведенных обстоятельств неустойка за нарушение срока оплаты работ подлежала взысканию в сумме, не превышающей 16 219 руб. 18 коп. Кроме того, ответчик указывает, что в нарушение норм процессуального права, суд первой инстанции необоснованно не привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, временного управляющего Компании ФИО3 и общество  ограниченной ответственностью «Проектно-изыскательский институт Легато» (далее –                 ООО «ПИИ Легато») и отказал ответчику в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания.

В отзыве на кассационную жалобу Общество просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу Компании - без удовлетворения, считая приведенные в ней доводы несостоятельными.

В судебном заседании представитель Компании поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель Общества – свои возражения на них.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, между Обществом (подрядчик) и Компанией (заказчик) 04.04.2016 заключен договор, согласно которому заказчик поручил, а подрядчик принял на себя выполнение разведочных и археологических работ по объектам, указанным в пункте 2.1 договора.

Согласно пункту 3.1 договора стоимость работ в текущих ценах составила 9 569 292 руб. 25 коп., в том числе, 18% НДС (1 459 722 руб. 55 коп.). 

В соответствии с пунктом 3.5 договора заказчик обязался производить оплату выполненных работ на основании акта сдачи-приемки работ не позднее 90 календарных дней со дня подписания заказчиком указанного акта. При исполнении пункта 5.8 договора срок оплаты подлежал отсчету от даты выставления акта. В случае подписания акта с замечаниями согласно пункту 5.2 договора срок оплаты должен был отсчитываться со дня окончательного устранения подрядчиком замечаний.  

Указывая на то, что выполненные по договору работы приняты заказчиком без замечаний по объему и качеству на основании двустороннего акта сдачи-приемки выполненных работ от 23.06.2016 № 1 (том 1 л.д. 23), однако оплачены ответчиком с нарушением срока, определенного в договоре (27.02.2019), Общество в претензии от 13.11.2019 № 1902 (том 1 л.д.7-8) потребовало от Компании в срок до 31.12.2019 уплатить предусмотренную пунктом 7.4 договора неустойку за просрочку исполнения денежного обязательства, начисленную в сумме 1 280 000 руб. 01 коп.

Поскольку данное требование Общества оставлено Компанией без удовлетворения, подрядчик  обратился в арбитражный суд с настоящим иском. 

Суды первой и апелляционной инстанций, признав требования истца обоснованными по праву и размеру, удовлетворили иск в полном объеме.   

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы ответчика, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, приходит к следующим выводам. 

Согласно статье 758 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

Если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно (пункт 1 статьи 711 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой.

Пунктом 1 статьи 330 ГК РФ предусмотрено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

В рассматриваемом случае ответственность заказчика за нарушение сроков оплаты принятой работы, с учетом положений 3.5 и 3.6 договора, предусмотрена сторонами в пункте 7.4 договора и предполагает уплату заказчиком в пользу подрядчика неустойки в размере 0,5% от стоимости работ за каждый день просрочки, но не более 15% от стоимости договора (этапа).

Из материалов дела судами установлено, что работы на сумму                            9 569 292 руб. 25 коп. приняты заказчиком по акту сдачи-приемки выполненных работ от 23.06.2016 № 1, в связи с чем срок оплаты работ, обусловленный пунктом 3.5 договора, истекал 21.09.2016. 

Компания в срок, установленный в договоре, оплатила стоимость работ в размере 7 969 292 руб. 25 коп., о чем свидетельствуют платежные поручения от 02.08.2016 № 563, от 04.08.2016 № 564, от 12.08.2016 № 589.

Оставшаяся часть долга в размере 1 600 000 руб. 01 коп. оплачена подрядчику с просрочкой по платежному поручению от 27.02.2017 № 118.   

Основываясь на условиях пункта 7.4 договора, Общество предъявило к взысканию с Компании неустойку за нарушение сроков оплаты работ по договору в размере 1 280 000 руб. 01 коп., начислив ее за период с 22.09.2016 по 27.02.2017 на сумму задолженности ответчика в размере 1 600 000 руб. 

Поскольку с иском в суд Общество, как установлено судами, обратилось 10.01.2020, Компания, возражая против иска, заявила о пропуске истцом срока исковой давности. 

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса, то есть со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи       200 ГК РФ). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 43) срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки. 

Признание обязанным лицом основного долга, в том числе в форме его уплаты, само по себе не может служить доказательством, свидетельствующим о признании дополнительных требований кредитора (в частности, неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами), а также требований по возмещению убытков, и, соответственно, не может расцениваться как основание перерыва течения срока исковой давности по дополнительным требованиям и требованию о возмещении убытков.

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.2013                № 10690/12 по делу № А73-15149/2011, неустойка подлежит взысканию с момента нарушения исполнения основного обязательства до момента его исполнения за период в пределах трех лет, предшествующих дате предъявления иска о взыскании неустойки. За период, который входит в трехлетний срок, предшествующий дате предъявления иска о взыскании неустойки, срок исковой давности нельзя признать истекшим, если основное обязательство было исполнено до истечения срока исковой давности.

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ и разъяснениям, изложенным в пункте 16 Постановления Пленума ВС РФ № 43, течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Процессуальным законом (часть 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее - АПК РФ) определено, что  гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении 30 календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

С учетом приведенных норм права и разъяснений высших судебных инстанций суды обоснованно признали, что истец вправе требовать взыскания с ответчика неустойки за просрочку оплаты работ за период с 11.12.2016 по 27.02.2017, поскольку за период с 22.09.2016 по 10.12.2016 срок исковой давности  в отношении пеней Обществом пропущен. 

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ и пункту 15 Постановления Пленума ВС РФ № 43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Между тем, суды, признав срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки пропущенным истцом за период с 22.09.2016 по 10.02.2016, удовлетворили иск в полном объеме, истолковав условия пункта 7.4 договора таким образом, что согласованный сторонами размер пеней подлежит начислению за каждый день просрочки на всю стоимость договора.

Однако данный вывод судов следует признать ошибочным, поскольку стоимость договора упоминается в данном пункте договора только в связи с установлением 15% предела начисления неустойки.

У истца при предъявлении ответчику претензии об уплате неустойки, а затем и иска в арбитражный суд не вызывало сомнений применение предусмотренного пунктом 7.4 договора размера неустойки к стоимости принятых работ, оплаченных с просрочкой, в связи с чем начисление неустойки произведено Обществом на сумму долга, составлявшую 1 600 000 руб., а общий размер пеней определен в сумме 1 280 000 руб. 01 коп. Ответчиком иное толкование данного условия договора также приводилось.

Как разъяснено в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. 

В данном случае осуществленный судом первой инстанции расчет неустойки в сумме 3 779 870 руб. 44 коп. за период 11.12.2016 по 27.02.2017, начисленной на цену договора  не основан на условиях этого договора, исковых требованиях истца и выходит за их пределы.

С учетом пропуска истцом срока исковой давности в отношении взыскания пеней, начисленных за период до 10.12.2016, просрочка ответчика в оплате работ в сумме 1 600 000 руб. составляет 79 дней, а поэтому неустойка, подлежащая начислению на эту сумму за период 11.12.2016 по 27.02.2017 не может превышать 632 000 руб. Указанная сумма не выходит за пределы ограничения в начислении неустойки (15% от стоимости договора), предусмотренной пунктом 7.4 договора.

Довод подателя жалобы о том, что суды необоснованно отказали в удовлетворении его ходатайства о снижении неустойки на основании пункта 1 статьи 333 ГК РФ, подлежит отклонению.

Подателем жалобы не учитывается, что уменьшение размера неустойки является правом, а не обязанностью суда и применяется только в том случае, если суд сочтет размер предъявленной к взысканию неустойки не соответствующим последствиям нарушения обязательства. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против злоупотребления кредитором своим правом на свободное определение размера неустойки.

В данном случае, рассматривая заявление Компании о снижении начисленного истцом размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ, суды правомерно исходили из разъяснений, содержащихся в пункте 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 7), согласно которым снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

При этом бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возложено на ответчика (пункт 73 Постановления Пленума ВС РФ № 7).

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства и доводы ответчика, суды не усмотрели оснований для применения статьи 333 ГК РФ в отношении неустойки, подлежащей взысканию с ответчика за нарушение сроков оплаты работ, поскольку согласованный в договоре размер неустойки                   не превышал разумные пределы, а несоразмерность начисленной неустойки последствиям нарушения обязательства и получения Обществом необоснованной выгоды, Компанией не подтверждена. 

Вопреки доводам ответчика, истец как кредитор, не обязан доказывать при взыскании договорной неустойки наличие убытков и их размер.   

Суды верно исходили из того, при заключении договора стороны исходя из принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ) по собственному усмотрению, действуя своей волей и в своем интересе, установили условия договора, в том числе определяющие ответственность сторон, в связи с чем ответчик должен был предвидеть соответствующие неблагоприятные последствия несвоевременного исполнения принятых на себя обязательств.

Определение баланса между размером неустойки и последствиями нарушения обязательства относится к фактическим обстоятельствам дела, которые устанавливает суд при рассмотрении дела по существу (пункт 72 постановления Пленума ВС РФ № 7).

Суд кассационной инстанции, проверяющий в соответствии со статьей         286 АПК РФ законность судебных актов, такими полномочиями не обладает.

Ссылку Компании на нарушение судами нормы процессуального права, поскольку к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, не привлечены          ООО «ПИИ Легато» и временный управляющий Компании, суд округа считает несостоятельной.

Согласно части 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Реализация указанного процессуального права осуществляется лишь с санкции суда, поскольку именно суд в силу части 3 статьи 9 АПК РФ, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при рассмотрении дел арбитражным судом, что является необходимым для достижения задач судопроизводства в арбитражных судах.

Исходя из положений части 1 статьи 51 АПК РФ, привлечение к участию в деле третьих лиц является не обязанностью, а правом суда, реализуемым по ходатайству стороны в арбитражном процессе или по собственной инициативе.

Из материалов дела видно, что ответчиком в суде первой инстанции ходатайство о привлечении к участию в деле ООО «ПИИ Легато» не заявлялось, доказательства того, что принимаемые по делу судебные акты могут повлиять на права и законные интересы указанного лиц, не представлялись.

Оснований для привлечения временного управляющего к участию в деле при рассмотрении спора в суде первой инстанции также не имелось. 

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 43 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», временный управляющий привлекается судом первой инстанции к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне должника (статья              51 АПК РФ) при рассмотрении иска в общем порядке только после введения процедуры наблюдения.

В рассматриваемом случае спор разрешен судом первой инстанции с принятием решения от 28.05.2020 до момента введения в отношении Компании 28.07.2020 процедуры наблюдения на основании определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-13685/2020 и назначения временного управляющего.

Привлечение указанного лица к участию в деле на стадии апелляционного обжалования в такой ситуации процессуальным законодательством не предусмотрено.

Довод подателя жалобы о нарушении его процессуальных прав судом первой инстанции, отклонившим ходатайство об отложении предварительного судебного заседания, также не может быть признан обоснованным. 

Согласно части 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 158 АПК РФ отложение судебного разбирательства является правом суда в случае признания причины неявки уважительной.

Отказывая в удовлетворении ходатайства об отложении, суд первой инстанции верно исходил из того, что приведенные Компанией в обоснование ходатайства причины (невозможность участия конкретного представителя) не относятся к уважительным причинам неявки ответчика, извещенным должным образом о начавшемся судебном процессе, в судебное заседание, а имеющиеся в материалы дела доказательства, исследованные судом первой инстанции и получившие его правовую оценку, являлись достаточными для рассмотрения искового заявления.

Исходя из изложенного суд кассационной инстанции не усматривает оснований для вывода о том, что судами первой и апелляционной инстанций допущено нарушение норм процессуального права, которое привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления.

Вместе с тем, учитывая, что суды полно и всесторонне исследовав материалы дела, неправильно применили нормы материального права, не отказав истцу вследствие пропуска срока исковой давности в иске в части взыскания неустойки в сумме, превышающей   632 000 руб., принятые по делу судебные акты подлежат изменению на основании пункта 2 части 1 статьи 287, частей 1 и 2 статьи 288 АПК РФ.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 286, пунктом 2 части 1 статьи 287 и статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.05.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2020 по делу № А56-2553/2020 изменить и изложить в следующей редакции:

Взыскать с акционерного общества «Валенс», адрес: 192029, Санкт-Петербург, пр. Обуховской обороны, д. 86, лит. К, пом. 2Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовые технологии и инженерные изыскания», адрес: 190020, Санкт-Петербург, Бумажная ул., д. 16, корп. 1, лит. А, пом. 22-Н, оф. 336, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 632 000 руб. неустойки,                    12 739 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовые технологии и инженерные изыскания», адрес: 190020, Санкт-Петербург, Бумажная ул., д. 16, корп. 1, лит. А, пом. 22-Н, оф. 336, ОГРН 

<

***>,                          ИНН 

<

***>, в пользу акционерного общества «Валенс», адрес: 192029, Санкт-Петербург, пр. Обуховской обороны, д. 86, лит. К, пом. 2Н,                            ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 3 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде кассационной инстанции.

Председательствующий

Л.И. Корабухина

Судьи

Е.Н. Александрова

О.Р. Журавлева