СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-10934/2018-ГК

г. Пермь

04 октября 2018 года

Дело № А50-30911/2017-Б2 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2018 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 04 октября 2018 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Поляковой М.А., судей Макарова Т.В., Скромовой Ю.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Балдиной А.С.,  при участии:  

от общества с ограниченной ответственностью «Развлекательный центр  «Вознесенский»: Воробьев А.В., доверенность от 29.03.2018, паспорт;  

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены  надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «Развлекательный центр «Вознесенский»,  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 24 июня 2018 года об  отказе во включении требований общества с ограниченной ответственностью  «Развлекательный центр «Вознесенский» (ОГРН 1055900288256, ИНН  5902150860) в реестр требований кредиторов должника,  

вынесенное в рамках дела № А50-30911/2017 судьей Копаневой Е.А.,  

о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества  «Меркадо» (ОГРН 1025900520360, ИНН 5902184073),  

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.01.2018  (резолютивная часть от 16.01.2018) заявление ООО «Альянс+» признано  обоснованным в отношении Закрытого акционерного общества «Меркадо»  (ИНН 5902184073, ОГРН 1025900520360) введена процедура наблюдение,  временным управляющим утвержден Лядов Сергей Юрьевич, член НП  

РСОПАУ, № реестре – 1250, ИНН 590699522616, адрес для корреспонденции:  614068, г.Пермь, ул.Екатерининская, 163, оф.38.  

Объявление о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 03.02.2018.  

В Арбитражный суд Пермского края 21.02.2018 поступило заявление ООО  «Развлекательный центр «Вознесенский» о включении в реестр должника  требований в сумме 1 234 175 руб.  

10.05.2018 года в суд (л.д.125) поступило уточненное требование, в  котором кредитор просит включить в реестр должника сумму требований в  размере 1 151 175 руб. по задолженности, вытекающей только из договоров  займа, уточнение судом принято, судебное разбирательство продолжено с  учетом уточнений в порядке ст.49 АПК РФ.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.06.2018 в  удовлетворении заявления отказано.  

Не согласившись с вынесенным определением, общество с ограниченной  ответственностью «Развлекательный центр «Вознесенский», обратилось с  апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить и принять по  делу новый судебный акт о включении в реестр требований кредиторов  должника в полном объеме.  

В обоснование апелляционной жалобы кредитор указывает, что  требования, вытекающие из правоотношений, основанных на договорах займа  между кредитором и должником, не носят корпоративный характер и подлежат  регулированию нормами главы 42 ГК РФ. Полагает, что все сделки были  заключены в процессе обычной хозяйственной деятельности, недобросовестное  поведение со стороны кредитора отсутствует.  

Отзывы на апелляционную жалобу не представлены. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и  месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда  апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ч. 3 ст. 156 АПК  РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Как следует из материалов дела, между ЗАО «Меркадо» и ООО  «Развлекательный центр «Вознесенский» заключен договор займа от  10.05.2017, согласно которому должнику передан заем в сумме 477000 руб. на  срок до 31.08.2017  

Денежные средства были переданы следующим образом: 

- 10.05.2017 в сумме 100 000 руб. по квитанции к приходному кассовому  ордеру № 135 от 10.05.2017;  

- 11.05.2017 в сумме 100 000 руб. по квитанции к приходному кассовому  ордеру № 136 от 11.05.2017;  

- 16.05.2017 в сумме 77 000 руб. по квитанции к приходному кассовому  

ордеру № 139 от 16.05.2017;  

- 12.05.2017 в сумме 100 000 руб. по квитанции к приходному кассовому  ордеру № 137 от 12.05.2017;  

- 15.05.2017 в сумме 100 000 руб. по квитанции к приходному кассовому  ордеру № 138 от 15.05.2017.  

Суду в подтверждение проведенных операций представлен на обозрение  подлинник кассы, копия приобщена в материалы дела 05.06.2018.  

Между ЗАО «Меркадо» и ООО «Развлекательный центр «Вознесенский»  заключен договор займа от 10.04.2017, по условиям которого должнику был  передан заем в сумме в сумме 34 000 руб., что подтверждается платежным  поручением № 82 от 10.04.2017.  

Между ЗАО «Меркадо» и ООО «Развлекательный центр «Вознесенский»  был заключен договор займа от 23.01.2017, по условиям которого должнику  передан заем в сумме 37 500 руб. со сроком возврата не позднее 30.06.2017, что  подтверждается платежным поручением № 31 от 23.01.2017.  

Между ЗАО «Меркадо» и ООО «Развлекательный центр «Вознесенский»  был заключен договор займа от 06.03.2017, по условиям которого должнику  передан заем в сумме 127 675 руб. со сроком возврата не позднее 10.07.2017,  что подтверждается платежным поручением № 11 от 06.03.2017.  

Между ЗАО «Меркадо» и ООО «Развлекательный центр «Вознесенский»  заключен договор займа от 03.03.2017, по условиям которого должнику был  передан заем в сумме 190 000 руб. со сроком возврата не позднее 01.07.2017,  что подтверждается платежным поручением № 5 от 03.03.2017.  

Частично сумма займа была возвращена на сумму 120 000 руб., что  подтверждается платежным поручением № 120 от 17.03.2017.  

Между ЗАО «Меркадо» и ООО «Развлекательный центр «Вознесенский»  заключен договор займа от 02.03.2017, по условиям которого должнику был  передан заем в сумме 355 000 руб. со сроком возврата не позднее 31.07.2017,  что подтверждается платежным поручением № 3 от 02.03.2017 на сумму 130 000  руб., № 4 от 02.03.2017 на сумму 255000 руб.  

Всего сумма долга по договорам займа составила 1 151 175 руб.,  доказательств возврата займа в заявленном размере суду не представлено (ст.65  АПК РФ).  

Ссылаясь на неисполнение должником обязательств по указанным выше  договорам займа, заявитель обратился в суд с заявлением (требованием) о  включении в реестр требований кредиторов должника  

Отказывая в удовлетворении заявленного ООО «Развлекательный центр  «Вознесенский» требования, суд первой инстанции исходил из отсутствия  правовых оснований для включения требований заявителя в реестр требований  кредиторов должника.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы,  исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК  РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены  (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.  

Согласно п. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным  Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом  в соответствии с порядком, определенном статьями 71 и 100 Закона о  банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении  должника. При наличии возражений относительно требований кредиторов  арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований  для включения указанных требований в реестр требований кредиторов.  

В обоснование денежного требования к должнику заявитель ссылается на  неисполнение последним договоров займа.  

Согласно ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец)  передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи,  определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить  займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других  полученных им вещей того же рода и качества.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или  других вещей.  

По правилам ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от  01.07.2018) "О несостоятельности (банкротстве)" к числу конкурсных  кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику  требования из обязательств, вытекающих из факта участия.  

В определении от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2) Верховным Судом РФ  сформирован правовой подход, в силу которого по смыслу названной нормы  к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование  которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата  дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства,  которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в  действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их  возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не  участвовал в капитале должника).  

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его  участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона  от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью",  статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных  обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в  том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых  недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия  стратегических управленческих решений и т.д.).  

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо  недостаточности имущества) должника исходя из требований  добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6  Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит  

распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного  косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством  запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования  требованиям иных (независимых) кредиторов.  

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на  договорах займа требований участников следует детально исследовать природу  соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем,  а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий  банкротству.  

В частности заем может использоваться вместо механизма увеличения  уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить  подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью  последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц  количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем  нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.  

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе  переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения  уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по  правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за  прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием  для отказа во включении его в реестр.  

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских  прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в  обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность  их действий предполагаются (п. 5 указанной статьи).  

В соответствии с п. 2 ст. 10 ГК РФ в случае несоблюдения требований,  предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или  третейский суд с учетом характера и последствий допущенного  злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права  полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные  законом.  

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 3  статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и  при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских  правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1  ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или  недобросовестного поведения.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные,  

следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского  оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По  общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников  гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока  не доказано иное.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд  в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого  поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или  частично (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).  

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного суда  Российской Федерации, Верховного суда Российской Федерации, изложенных в  п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве», п.  13 утверждённого Президиумом ВС РФ 20.12.2016 Обзора судебной практики  по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о  банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, в условиях  банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения  необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его  кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением  задолженности должника-банкрота предъявляются повышенные требования.  

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по  отношению к должнику признаётся лицо, которое в соответствии с  Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции"  входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является  аффилированным лицом должника.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому  лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в  совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный  орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер)  должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей  в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве  или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в  зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или  имевшее в течение указанного периода возможность определять действия  должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце  втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей  статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником  сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих  видах юридических лиц.  

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований  в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны  критерии распределения бремени доказывания: при представлении  доказательств общности экономических интересов (аффилированности)  

должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о  включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании  сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и  размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на  последнего переходит бремя по опровержению соответствующего  обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена  обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки  либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения  (правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).  

Из представленных суду документов, выписок по счету ЗАО «Меркадо»,  открытому в ПАО Сбербанк № 40702810649090110779 (л.д.90-103)  усматривается, что денежные средства, получаемые от ООО «Развлекательный  центр «Вознесенский», направлялись должником на оплату труда работникам  должника, снимались комиссии банка, оплачивались услуги за телефнию,  снимались налоги по инкассовым поручениям, оплачивался вывоз ТБО, аренда,  иное. Из кассы должника за 2017 год (л.д.104-116) усматривается, что  поступающие от кредитора денежные средства выдавались из кассы на  заработную плату работникам должника и на выплату выходных и социальных  пособий.  

В связи с чем суд первой инстанции верно указал, что фактически ООО  «Развлекательный центр «Вознесенский» посредством выдачи займов  финансировало хозяйственную деятельность должника.  

Материалами дела подтверждается наличие оснований полагать должника  и кредитора заинтересованными лицами, фактической аффилированности лиц,  поскольку согласно выпискам ЕГРЮЛ на дату заключения договоров займа  руководителем ЗАО «Меркадо» была Мартюшева Н.В., которая является  руководителем ООО «Развлекательный центр «Вознесенский». Несмотря на то,  что даты нахождения в составе учредителей указанных обществ и физических  лиц, а также в составе руководителей не совпадают, суд правомерно указал на  взаимосвязанность лиц с учетом характера проведения операций, ведения  хозяйственной деятельности, что свидетельствует о взаимосвязи данных  обществ, их вхождение в одну группу лиц.  

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ,  учитывая отсутствие экономического обоснования заключения сделок,  признаков аффилированности заявителя по отношению к должнику на дату  предъявления требования о включении в реестр требований кредиторов  должника, учитывая, что финансирование деятельности должника  производилось в период, когда его неплатежеспособность для ООО  «Развлекательный центр «Вознесенский» была очевидна, указанное  усматривается из выписок должника, кассы должника за данный период, когда  доля поступающих должнику денежных средств помимо займов от  аффилированных лиц составила 53 540 руб. по кассе, 59 2803,50 руб. по счету с  января по апрель 2017 года, суд первой инстанции пришел к обоснованному  

выводу об отсутствии оснований для включения требования в реестр, так как  заявителем не доказана экономическая целесообразность выдачи займов, что  свидетельствует о пороке воли.  

Доводы апелляционной жалобы отклоняются в силу следующего. 

При оценке представленных лицами, участвующим в деле, доводов и  доказательств суд первой инстанции правомерно исходил из необходимости  квалификации взаимоотношений сторон в рамках заключенных договоров  займа, в качестве отношений, регулируемых нормами корпоративного  законодательства, так как заявителем не были раскрыты обстоятельства  совершения этих сделок.  

Поскольку при финансировании подконтрольного общества в период  неплатежеспособности участник должен осознавать повышенный риск  невозврата переданной обществу суммы, в деле о банкротстве общества  требование участника, действия которого фактически были направлены на  финансирование общества в целях погашения имеющейся кредиторской  задолженности, не может быть уравнено с требованиями независимых  кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким  образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение  уставного капитала. Данный правовой подход поддержан в определении  Верховного Суда РФ от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994.  

Следовательно, заключение спорной сделки, направленной на нарушение  прав и законных интересов кредиторов, в частности имеющей целью  увеличение кредиторских обязательств должника, необходимо  квалифицировать как злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1  статьи 10 ГК РФ).  

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015  N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации" если совершение сделки  нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от  обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной  (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).  

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет  юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее  недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

Исходя из общих норм гражданского законодательства, граждане и  юридические лица свободны в заключении договора, условия договора  определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание  соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.  Вместе с тем, принцип свободы договора не исключает при определении его  содержания соблюдение правил разумности и добросовестности участников  гражданских правоотношений. Формальное соблюдение требований  законодательства не является достаточным основанием для вывода об  отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.  

Поскольку в рамках дела о банкротстве установленными могут быть  

признаны только те требования кредиторов, в отношении которых  представлены достаточные доказательства, подтверждающие наличие  задолженности и ее размер, что разъяснено в пункте 26 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N  35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве", суд первой инстанции обоснованно отказал во включении  требований заявителя в реестр требований кредиторов должника.  

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное  значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены  правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и  им дана надлежащая оценка.  

Основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции  по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным  основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ,  судом апелляционной инстанции не установлено. Определение арбитражного  суда отмене не подлежит.  

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в  подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации,  государственная пошлина не уплачивается.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 24 июня 2018 года по  делу № А50-30911/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий М.А. Полякова  

Судьи Т.В. Макаров 

 Ю.В. Скромова