АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

295000, Симферополь, ул. Александра Невского, 29/11

http://www.crimea.arbitr.ru         E-mail: info@crimea.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А83-12127/2020

17 декабря 2020 года

город Симферополь

 

Резолютивная часть решения объявлена 10 декабря 2020 года.

Решение изготовлено в полном объеме 17 декабря 2020 года.

Арбитражный суд Республики Крым в составе судьи Шкуро В.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Здоровье» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Таврия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО2, о признании договора аренды недействительным и применении последствий недействительности оспоримой сделки,

при участии представителей:

от истца – Салата Я.В., представитель по доверенности от 22.07.2020 б/н;

от ответчика – ФИО3, представитель по доверенности от 21.08.2020 б/н; 

от третьего лица – не явились,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Здоровье» (далее - истец, ООО «Здоровье») обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Таврия» (далее – ответчик, ООО «Таврия») о признании договора аренды от 01.01.2020 № АР-1/20 (далее – спорный договор), заключенного между ООО «Здоровье» и ООО «Таврия», недействительным и применении последствий недействительности оспоримой сделки путем понуждения ответчика возвратить истцу недвижимое имущество, перечисленное в акте приема-передачи объекта от 01.01.2020 (Приложение № 2 к договору аренды от 01.01.2020 № АР-1/20).

После устранения недостатков, послуживших основанием для оставления 13.07.2020 искового заявления без движения, определением суда от 22.07.2020 исковое заявление принято к производству и назначено предварительное судебное заседание. Этим же определением суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО2 (далее – ФИО2).

Протокольным определением от 22.09.2020 суд признал дело подготовленным к судебному разбирательству, завершил предварительное судебное заседание и назначил судебное разбирательство.

Представителем ответчика 17.09.2020 через систему «Мой Арбитр» было подано ходатайство об объединении настоящего дела и дела № А83-10497/2020 по иску ООО «Таврия» к ООО «Здоровье» о признании расторжения договора аренды от 01.01.2020 № АР-1/20 в одностороннем порядке и выраженного в уведомлении о расторжении договора аренды от 15.05.2020 исх. № 13 незаконным, а договора аренды от 01.01.2020 № АР-1/20 – действующим (том 2 л.д. 124-125), которое оставлено без рассмотрения по ходатайству представителя ответчика, заявленному в судебном заседании 22.09.2020.

В судебном заседании, состоявшемся 10.12.2020, представители истца и ответчика свои требования и возражения, соответственно, поддержали. 

Третье лицо в судебное заседание не явилось, явку своего полномочного представителя не обеспечило, о времени и месте судебного разбирательства извещено надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на сайте суда в сети Интернет, однако о причинах неявки суду не сообщило, с учетом чего суд считает возможным рассмотреть дело в соответствии с частью 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в его отсутствие.

Исковые требования с учетом письменных пояснений (том 2 л.д. 129-132) мотивированы тем, что договор аренды от 01.01.2020 № АР-1/20 заключен от имени ООО «Здоровье» генеральным директором ФИО2, который одновременно являлся участником ООО «Таврия» с долей в размере 40% уставного капитала в отсутствие согласия общего собрания участников ООО «Здоровье», то есть с нарушением установленного порядка заключения сделок, в отношении которых имеется заинтересованность, и подлежит признанию недействительным также как крупная сделка, поскольку в результате в аренду передано практически все имущество ООО «Здоровье», при этом размер арендной платы явно занижен, чем ООО «Здоровье» причинен ущерб.

ООО «Таврия» против удовлетворения иска возражает, указывая в своем отзыве (том 2 л.д. 1-9) на то, что соответствующая сделка заключена в рамках обычной хозяйственной деятельности ООО «Здоровье», поскольку продолжает арендные отношения, начавшиеся еще 01.10.2015, когда ФИО2 еще не был участником ООО «Таврия» и соответственно не был заинтересованным лицом, при этом ущерб интересам истца не причиняет, в том числе с учетом того, что после увольнения ФИО2 с должности директора ООО «Здоровье» арендные отношения продолжились, оспариваемая сделка одобрена и признана новым директором ООО «Здоровье».

Третье лицо ФИО2 правом предоставления отзыва или письменной позиции по делу не воспользовался, что в силу части 1 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав представленные сторонами в подтверждение своих доводов и возражений доказательства, суд установил следующее.

01.01.2020 между ООО «Здоровье» (по договору арендодатель) в лице генерального директора ФИО2 и ООО «Таврия» (арендатор) в лице заместителя генерального директора ФИО4 был заключен договор аренды от 01.01.2020 № АР-1/20 (далее – договор аренды, том 2 л.д. 30-39), по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в срочное платное пользование (аренду) недвижимое имущество с неотъемлемыми элементами, строениями, сооружениями, расположенное по адресу: 

<

...> (пункт 1.1.) в составе согласно перечню, содержащемуся в подпунктах 1.1.1-1.1.142 договора аренды (объект аренды).

Объект аренды, принадлежащий истцу на основании договоров купли-продажи с обществом с ограниченной ответственностью «Волна» от 05.02.2019 № 1/201, от 08.02.2019 № 2/2019, от 15.02.2019 № 3/2019, а также на основании договора купли-продажи с обществом с ограниченной ответственностью «Оздоровительный комплекс-2010» от 20.03.2019№ 1/2019 (пункт 1.3 договора аренды), был передан ответчику в аренду для ведения хозяйственной деятельности и предоставления санаторно-курортных услуг (пункт 1.2 там же).

Срок договора установлен в пункте 3.1. продолжительностью 11 месяцев, с момента подписания договора и до 30.11.2020. Аналогичный срок действия договора содержится в пункте 9.1.

В пунктах 3.2 и 9.2 также закреплено, что стороны достигли предварительной договоренности, согласно которой договор может быть пролонгирован на дополнительный срок, что оформляется дополнительным соглашением к договору, являющимся его неотъемлемой частью после подписания сторонами.

Согласно пункту 4.1 договора плата за пользование объектом аренды составляет 90 000,00 руб. в месяц.

В Приложении № 1 к договору аренды (том 2 л.д. 40) содержится протокол согласования арендной платы, согласно которому ежемесячная плата за аренду составляет сумму в размере 90 000,00 руб. (пункт 1).

Прием-передача объекта во временное платное пользование ответчика оформлена актом от 01.01.2020 (Приложение № 2 к договору аренды, том 2 л.д. 41-44).

Дополнительным соглашением № 1 (Приложение № 4 к договору аренды, том 2 л.д. 45-46), заключенным 04.02.2020, пункт 5.1 договора дополнен подпунктом 5.1.3, согласно которому в случае его досрочного расторжения по инициативе арендодателя либо окончания срока аренды, арендодатель обязан выплатить арендатору в 30-тидневный срок денежные средства, затраченные арендатором на неотделимые улучшения объекта аренды, в том числе произведенных с разрешения арендодателя, подлежат возмещению арендатору при условии предъявления арендодателю оплаченных счетов, актов выполненных работ, договоров подряда. 

Новая редакция пункта 6.1.6 предоставила арендодателю право оставить в своем распоряжении все улучшения объекта аренды, осуществленные арендатором в период с 01.04.2019, с учетом договора аренды от 01.04.2019 № АР-9/19 по 01.03.2020, с учетом условий настоящего договора, которые невозможно отделить от объекта аренды без ущерба для него, выплатив арендатору денежные средства в порядке и на условиях пункта 5.1. настоящего договора.

Одновременно в новой редакции изложены подпункт 9.3.3, пункты 9.3, 9.5, 9.6 и 9.7, а также уточнена общая арендованная площадь по договору и в акте приема-передачи объекта – 25 301,2 кв.м.

В материалы дела также приобщено дополнительное соглашение от 05.02.2020 № 1/2 (том 3 л.д. 27), которым раздел 9 договора аренды дополнен пунктом 9.8, согласно которому в случае, если арендодателем не будет выплачено возмещение полной стоимости любых улучшений, предусмотренных пунктом 8.4 договора, арендатор имеет право на возобновление действия договора аренды на тех же условиях до даты выплаты арендодателем арендатору стоимости всех произведенных улучшений. Возобновление договора происходит на основании соответствующего заявления арендатора. 

В ходе судебного разбирательства представителем истца было подано заявление (том 3 л.д. 28), согласно которому руководитель ООО «Здоровье» ФИО5 обратился в правоохранительные органа, полагая, что указанное дополнительное соглашение от 05.02.2020 № 1/2 изготовлено ФИО2 позже указанной в нем даты, с использованием похищенной печати ООО «Здоровье», однако, поскольку от рассмотрения его в качестве заявления о фальсификации доказательств в порядке статье 161 АПК РФ представитель отказался, оснований для исключения его из доказательств по делу суд не усматривает.

Далее, дополнительным соглашением от 01.07.2020 № 2 (Приложение № 3 к договору аренды), подписанным от имени ООО «Здоровье» генеральным директором ФИО5, а со стороны ООО «Таврия» – генеральным директором ФИО2 (том 2 л.д. 47) пункт 4.1 договора изложен в новой редакцией, согласно которой оплата за фактическое использование объекта аренды составляет 2 000 000,00 руб., которые оплачиваются с предоплатой за следующий месяц до 5 числа текущего месяца.

Истцом к иску был приложен аналогичный договор от 01.01.2020 № АР-1/20 (том 1 л.д. 32-46), различающийся с вышеуказанным лишь размером арендной платы (пункт 4.1 договора и пункт 1 протокола согласования арендной платы), которая составила 205 200,00 руб.

В то же время, соглашением о расторжении договора аренды от 01.01.2020 № АР-1/20 (Приложение № 3, том 2 л.д. 82) последний был расторгнут ввиду ошибочного заключения и утверждения путем скрепления печатями и подписями сторон. При ведении финансово-хозяйственной деятельности стороны определили руководствоваться нормами договора аренды от 01.01.2020 № АР-1/20 с закрепленной арендной платой (до внесения изменений дополнительным соглашением от 01.07.2020 № 2) в сумме 90 000,00 руб.

С учетом пояснений истца, а также принимая во внимание, что истец изначально ссылался на арендную плату в размере 90 000,00 руб., суд при рассмотрении дела исходит из того, что спорным является договор с арендной платой в размере 90 000,00 руб.

Полагая, что спорный договор аренды является экстраординарной сделкой, а именно сделкой, в отношении которой имеется заинтересованность, и одновременно крупной сделкой, которая совершена с нарушением требований действующего законодательства (без одобрения ООО «Здоровье»), нарушает права и законные интересы ООО «Здоровье», причиняя ущерб интересам последнего, истец обратился в арбитражный суд с иском о признании его недействительным в силу статей 45, 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) и статьи 173.1, пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Рассматривая спор, суд исходит из того, что правила и понятия экстраординарных сделок содержатся в Законе № 14-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

- являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

В данном случае сделка совершена между ООО «Здоровье» и ООО «Таврия». При этом, учредителями ООО «Здоровье» на момент совершения сделки являлись (и являются на дату рассмотрения дела в суде) Осмачко И.Б. (с долей в уставном капитале 20%) и ФИО5 (80%). От имени ООО «Здоровье» действовал генеральный директор ФИО2, приступивший к исполнению обязанностей с 29.08.2019 на основании решения учредителей (протокол общего собрания учредителей от 24.08.2019 № 1), что подтверждается приказом от 29.08.2019 № 1 (том 1 л.д. 740 и Листом записи Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в отношении ООО «Здоровье» от 30.08.2018 (том 1 л.д. 70-73).

Участниками ООО «Таврия» согласно Выписке из ЕГРЮЛ (том 1 л.д. 48-59) являются ФИО2 (с долей в уставном капитале 40 %) и Осмачко И.Б. (60 %) (соответствующая запись в ЕГРЮЛ внесена 16.10.2019), а генеральным директором ФИО2 (запись в ЕГРЮЛ от 04.10.2017).

Отсюда, в силу вышеуказанных норм права спорная сделка между ООО «Здоровье», от имени которого действовал генеральный директор ФИО2 и ООО «Таврия», генеральным директором которого являлся также ФИО2 должна совершаться по правилам о сделках с заинтересованностью.

ФИО2 как лицо, занимающее должности в органах управления сторон сделки обязан был довести до сведения общего собрания участников ООО «Здоровье» информацию о совершении спорной сделки (абзац 5 пункта 2 статьи 45 Закона № 14-ФЗ).

Однако доказательства такого сообщения или извещения обществом о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, установленном пунктом 3 статьи 45 Закона № 14-ФЗ, в материалы дела не предоставлены.

В то же время, согласно абзацу второму  пункта 6 статьи 45 Закона № 14-ФЗ сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ установлено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Таким образом, условием признания недействительной сделки, в совершении которой имелась заинтересованность, является доказанность факта заключения сделки в ущерб интересам общества (пункт 6 статьи 45 Закона № 14-ФЗ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – Постановление № 27), по смыслу пункта 1.1 статьи 84 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и абзацев 4-6 статьи 45 Закона № 14-ФЗ, содержащаяся в них презумпция ущерба от совершения сделки подлежит применению только при условии, что другая сторона оспариваемой сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности в сделке и об отсутствии согласия (одобрения) на ее совершение, возлагается на истца.

Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона сделки или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце 2 пункта 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ и абзаце втором пункта 1 статьи 81 Закона № 208-ФЗ.

Таким образом, поскольку в спорной сделке ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом как арендодателя, так и арендатора, данная сделка является сделкой с заинтересованностью, о чем ФИО2 знал, а, следовательно, при ее оспаривании, подлежит применению опровержимая презумпция причинения ущерба (пункт 27 Постановления № 27).

Так, ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий:

- отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки;

- лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки в соответствии с абзацем первым настоящего пункта.

При этом, в силу прямого указания пункта 7 статьи 45 Закона № 14-ФЗ положения указанной статьи не применяются, в частности, к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности.

Вопросы согласия (последующего одобрения) и связи с обычной хозяйственной деятельности имеют значение и для квалификации спорной сделки как крупной.

Так, крупной сделкой согласно пункту 1 статьи 46 Закона № 14-ФЗ считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

В силу пункта 2 там же в случае передачи имущества общества во временное владение и (или) пользование с балансовой стоимостью активов общества сопоставляется балансовая стоимость передаваемого во временное владение или пользование имущества.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления № 27 балансовая стоимость активов общества для целей применения пункта 1.1 статьи 78 Закона об акционерных обществах и пункта 2 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, по общему правилу, определяется в соответствии с данными годовой бухгалтерской отчетности на 31 декабря года, предшествующего совершению сделки (статья 15 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»); при наличии предусмотренной законодательством или уставом обязанности общества составлять промежуточную бухгалтерскую отчетность, например ежемесячную, упомянутые сведения определяются по данным такой промежуточной бухгалтерской отчетности.

В данном случае, такая обязанность не установлена, соответственно балансовая стоимость активов определяется в соответствии с данными годовой бухгалтерской отчетности на 31.12.2019.

Так, в материалы дела предоставлена информация из Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Здоровье» за 2019, согласно которой балансовая стоимость активов общества на 31.12.2019 составляет 62 649 тыс. руб., в том числе материальных внеоборотных активов – 58 159 тыс. руб., однако расшифровка, в том числе сведения о балансовой стоимости собственно объекта аренды суду не предоставлены. Между тем, между сторонами нет спора относительно того, что балансовая стоимость объекта аренды составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов ООО «Здоровье».

В силу пункта 3 статьи 46 Закона № 14-ФЗ принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества.

При этом, Уставом ООО «Здоровье» предусмотрено, что к исключительной компетенции общего собрания участников обществ также относится принятие решения об одобрении крупных сделок общества, если стоимость имущества и услуг, которые являются предметом такой сделки, составляет более 1 000 000,00 руб., кредитов, залогов имущества, купли-продажи недвижимого имущества (подпункт 10.2.14 пункта 10.2 раздела 10 «Общее собрание участников» Устава ООО «Здоровье», утвержденного решением общего собрания учредителей (протокол от 24.08.2018 № 1), зарегистрированного МИФНС № 9 по Республике Крым 29.08.2018, ОГРН 

<

***> (том 3 л.д. 5-19), а также одобрение сделок по передаче обществом в аренду или в иное срочное или бессрочное пользование недвижимого имущества на срок более 1 года независимо от суммы сделки (подпункт 10.2.26 там же).

В то же время, положения уставов хозяйственных обществ, распространяющие порядок одобрения крупных сделок на иные виды сделок, является способом установления необходимости получения согласия общего собрания участников на совершение таких сделок (пункт 3.1 статьи 40 Закона № 14-ФЗ). Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 27, при рассмотрении споров о признании недействительными таких сделок в связи с нарушением порядка их совершения следует руководствоваться пунктом 1 статьи 174 ГК РФ, согласно которому если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях. В данном случае такие требования не заявляются и основания для их применения к спорным отношениям из обстоятельств дела не усматривается.

Исковые требования мотивированы пунктом 4 статьи 46 Закона № 14-ФЗ, по которому крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 ГК РФ по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

В силу статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность (пункт 1).

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (пункт 2).

Отсюда, как разъяснено в пункте 9 Постановления № 27, для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона № 208-ФЗ, пункт 1 статьи 46 Закона № 14-ФЗ):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона № 208-ФЗ, пункт 8 статьи 46 Закона № 14-ФЗ). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

При этом, согласно пункту 5 статьи 46 Закона № 14-ФЗ суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения такой сделки;

- при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

Кроме того, в силу пункта 6 статьи 46 Закона № 14-ФЗ в случае, если крупная сделка одновременно является сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и в соответствии с настоящим Федеральным законом вопрос о согласии на совершение такой сделки вынесен на рассмотрение общего собрания участников, решение о согласии на совершение такой сделки считается принятым, если за него отдано количество голосов, необходимое в соответствии с требованиями настоящей статьи, и большинство голосов всех не заинтересованных в сделке участников.

С учетом всего вышеизложенного, принимая во внимание возражения ответчика, при рассмотрении спора судом выяснялся вопрос, выходила ли спорная сделка за пределы обычной хозяйственной деятельности ООО «Здоровье», поскольку от этого зависит, применимы ли к ней правила о сделках с заинтересованностью и является ли она крупной по качественному признаку.

Как отмечено в пункте 8 статьи 46 Закона № 214-ФЗ для целей настоящего Федерального закона под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

Отсюда, любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано обратное.

Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит с учетом статьи 65 АПК РФ и пункта 9 Постановления № 27 на истце.

Оценивая в этом контексте экстраординарность (исключительность) спорного договора суд находит, что в дело не предоставлены доказательства того, что заключение спорного договора привело к прекращению деятельности ООО «Здоровье» или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов. 

Так, из материалов дела следует, что ООО «Здоровье» приобрело объект аренды в феврале-марте 2019 у ООО «Волна» и ООО «Оздоровительный комплекс-2010». До приобретения объекта аренды истцом им пользовался ответчик на основании договора аренды с ООО «Волна» от 01.10.2015 № 34/15/АР (том 2 л.д. 83-90) с учетом дополнительных соглашений от 11.01.2019 (том 2 л.д. 92), от 01.09.2016 (том 2 л.д. 93), от 01.08.2017 (том 2 л.д. 94), от 26.06.2018 № 2 (том 2 л.д.95), который был расторгнут 04.02.2019 соглашением о расторжении договора аренды от 01.10.2015 № 34/15/АР (том 2 л.д. 96-97) и договора аренды с ООО «Оздоровительный комплекс-2010» от 01.10.2015 № 01/10 (том 2 л.д. 98-103) с учетом дополнительных соглашений от 01.09.2016 (том 2 л.д. 104), от 01.08.2017 (том 2 л.д. 105), от 01.10.2018 (том 2 л.д. 106-107), который был расторгнут 20.03.2019 на основании соглашения о расторжении договора аренды от 01.10.2015 № 01/10 (том 2 л.д. 108-109). Арендная плата по первому составляла 82 170,50 руб., в том числе НДС (18 %) – 12 534,50 руб. (пункт 3.2 в редакции дополнительного соглашения от 11.01.2016), по второму – 19 720,92 руб., в том числе НДС (18 %) 3 549,77 руб. в месяц.

01.04.2019 между ООО «Здоровье» в лице генерального директора ФИО2 и ООО «Таврия» в лице заместителя генерального директора ФИО4 был заключен аналогичный спорному договор аренды № АР-9/19 (том 2 л.д. 48-62), сроком действия до 01.03.2020 (пункт 9.1) и арендной платой за пользование объектом аренды – 205 200,00 руб. (пункт 4.1.).

При таких обстоятельствах, поскольку доказательства самостоятельного использования ООО «Здоровье» объекта аренды суду не предоставлены, доводы истца о том, что в результате совершения спорной сделки общество утратило возможность осуществления деятельности, оценивается судом критически, поскольку в сложившихся обстоятельствах арендные правоотношения не привели к прекращению деятельности ООО «Здоровье» или изменению ее вида. Из пояснений истца также следует, что после приобретения объекта аренды у него существовало намерение по его хозяйственному использованию на прежних условиях, то есть не исключалось продолжение арендных правоотношений.

Что касается доводов истца относительно убытков, причиненных ему в результате занижения арендной платы, суд отмечает, что ООО «Таврия» за время аренды производило улучшения арендованного имущества, что не учтено истцом при оценке экономической обоснованности арендной платы в размере 90 000,00 руб. и в предоставленном им Отчете об оценке права пользования комплексом нежилых зданий по договору аренды, площадью 26 368,5 кв.м, расположенных по адресу: 

<

...>/2-2020, составленному ООО «КрымЭксперт-Сервис» (том 1 л.д. 74-148). Доказательства обратного суду не предоставлены. 

При этом, суд считает необходимым отметить, что дополнительным соглашением от 01.07.2020 № 3 арендная плата по спорному договору увеличена до 2 000 000,00 руб., с учетом чего даже заниженная арендная плата уже не может рассматриваться как основание недействительности договора и служить защите прав истца.

В контексте адекватного способа защиты суд отмечает, что из Картотеки арбитражных дел усматривается, что ООО «Здоровье» обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с самостоятельным исковым заявлением к ФИО2 о взыскании убытков в размере 66 672 000,00 руб., в том числе по договору аренды от 01.04.2019 № АР 9/19 за период с 01.04.2019 по 31.12.2019 в размере 40 003 200,00 руб., по договору аренды от 01.01.2020 № АР-1/20 за период с 01.01.2020 по 30.06.2020 в размере 26 668 800,00 руб. (дело № А83-19848/2020). 

При этом, суд не может согласиться с доводом ответчика относительно того, что спорная сделка получила одобрение впоследствии.

Согласно пункту 3 статьи 157.1 ГК РФ согласие на совершение сделки может быть как предварительным, так и последующим (одобрение).

Аналогичное правило установлено статьями 45, 46 Закона № 14-ФЗ, установившими, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение, в отношении крупных сделок могут приниматься решения о согласии на совершение или о последующем одобрении.

Что касается порядка и полномочий получения такого согласия, в пункте 17 Постановления № 27 разъяснено, что в соответствии с пунктом 5 статьи 79 Закона № 208-ФЗ и пунктом 6 статьи 46 Закона № 14-ФЗ в случае, если сделка является одновременно и крупной сделкой, предметом которой является имущество, стоимость которого составляет как 50 процентов и менее, так и более 50 процентов балансовой стоимости активов общества, и сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, она подлежит совершению с соблюдением как правил о крупных сделках, так и правил о сделках с заинтересованностью. При этом по правилам о сделках с заинтересованностью указанная сделка подлежит одобрению, только если было заявлено соответствующее требование (пункт 1 статьи 83 Закона № 208-ФЗ, пункт 4 статьи 45 Закона № 14-ФЗ).

Вопрос об одобрении сделки, которая является одновременно и крупной сделкой, и сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть рассмотрен как одним вопросом повестки дня, так и двумя отдельными вопросами (одобрение сделки как крупной и одобрение сделки как сделки с заинтересованностью). В случаях когда, в соответствии с уставом непубличного общества сделки с заинтересованностью не подлежат одобрению, соответствующая сделка подлежит одобрению только по правилам о крупных сделках.

Если по правилам о крупных сделках одобрение сделки, отвечающей одновременно признакам крупной сделки и сделки с заинтересованностью, относится к компетенции совета директоров, то ее одобрение происходит соответственно советом директоров (наблюдательным советом) по правилам о крупных сделках и общим собранием участников (акционеров) - по правилам о сделках с заинтересованностью (если было заявлено соответствующее требование (пункт 1 статьи 83 Закона об акционерных обществах, пункт 4 статьи 45 Закона № 14-ФЗ). 

В данном случае, согласие на сделки с заинтересованностью и крупные сделки в ООО «Здоровье» могло исходить только от общего собрания и вопреки доводам ответчика допустимые доказательства последующего одобрения спорной сделки, то есть соответствующее решение общего собрания участников ООО «Здоровье», суду не предоставлены.

Также судом отклоняются ссылки ответчика на то, что ООО «Таврия» не знало и не могло знать о том, что спорная сделка является для ООО «Здоровье» крупной.

Заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной (в том числе о значении сделки для общества и последствиях, которые она для него повлечет), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент, контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является участником (акционером) общества или контролирующего лица общества или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества. Отсутствие таких обстоятельств не лишает истца права представить доказательства того, что другая сторона сделки знала о том, что сделка являлась крупной, например письмо другой стороны сделки, из которого следует, что она знала о том, что сделка является крупной.

Такие разъяснения содержатся в пункте 18 Постановления № 27 и справедливы, как уже отмечено выше, и в части того, что ООО «Таврия» с учетом субъектного состава органов управления сторон сделки было известно о том, что спорный договор аренды имел признаки сделки с заинтересованностью.

Применительно к доводам истца о том, что ФИО2 при совершении спорной сделки действовал недобросовестно, в ущерб интересам ООО «Здоровье», суд исходит также из того, что требование к участникам гражданских правоотношений действовать добросовестно при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей относится к основным началам гражданско-правовых отношений (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

При этом, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

С учетом всего вышеизложенного, судом не усматривается недобросовестность в действиях ФИО2, которая могла бы служить основанием для признания спорной сделки недействительной в порядке и по основаниям, предусмотренным статьями 45, 46 Закона № 14-ФЗ, пунктом 2 статьи 174, статьей 173.1 ГК РФ.

В то же время, применительно к действиям самого истца суд считает необходимым отметить следующее. В данном случае требования о недействительности спорного договора заявлены в суд ООО «Здоровье» в лице генерального директора ФИО5 Однако, ранее последним как генеральным директором ООО «Здоровье» заключено дополнительное соглашение от 01.07.2020 № 2 к спорному договору. Кроме того, генеральным директором ООО «Здоровье» ФИО5 направлено ООО «Таврия» уведомление от 15.05.2020 исх. № 13 об одностороннем расторжении спорного договора аренды, которое оспаривается в рамках дела № А83-10497/2020.

Таким образом, до предъявления требования о признании договора недействительным, ООО «Здоровье» совершались действия, свидетельствующие о его признании и обязательности для сторон, что свидетельствует о противоречивости действий ООО «Здоровье».

В случае несоблюдения установленного пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрета осуществлять гражданские права исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действовать в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом), суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Так, согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ и разъяснениям, содержащимся в пункте 70 Постановления № 25 сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Отсюда, хотя тем самым не подменяется последующее одобрение спорной сделки, тем не менее, учитывая, что ФИО5 является мажоритарным участником ООО «Здоровье» с долей в уставном капитале 80 % и с 06.04.2020 – генеральным директором ООО «Здоровье», другим участником ООО «Здоровье» является Осмачко И.Б., который одновременно является участником и контролирующим лицом ООО «Таврия» (в силу владения 60 % долей уставного капитала последнего), действия ФИО5, свидетельствующие о признании спорной сделки, по сути, означают признание ее и высшим органом управления ООО «Здоровье», поскольку он (ФИО5), а в части заинтересованности – только он правомочен принять такое решение, иное не отвечало бы общим началам гражданских правоотношений. Предположение иного привело бы к нарушению требования действовать добросовестно и разумно, которое возлагается на ФИО5 как на руководителя ООО «Здоровье».

Отсюда, поскольку истцом в лице его генерального директора и одновременно мажоритарного участника подтверждено действие спорного договора, в отсутствие нарушения интересов третьих лиц (Осмачко И.Б. в силу участия в контрагенте к таким лицам не относится) заявление такой стороны о его недействительности не подлежало бы удовлетворению при любых обстоятельствах (правило эстоппеля).

В сложившихся обстоятельствах, суд не усматривает оснований для признания спорной сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, отмечая также, что такой способ защиты не отвечает в данном случае интересам сторон, между которыми, в действительности, усматривается спор относительно размера арендной платы и улучшений объекта аренды.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в иске отказать полностью.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба, а в случае подачи апелляционной жалобы со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Республики Крым в порядке апелляционного производства в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд (299011, 

<

...>) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Центрального округа (248001, 

<

...>) в течение двух месяцев со дня принятия (изготовления в полном объёме) постановления судом апелляционной инстанции.

Судья В.Н. Шкуро