﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7924/20 

Екатеринбург

19 января 2021 г.

 

Дело № А07-14743/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 января 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Новиковой О.Н., Оденцовой Ю.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Башкирская страховая компания «Резонанс» (далее – общество «БСК «Резонанс», должник) Савина Михаила Юрьевича на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.06.2020 по делу № А07-14743/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель Егоровой Елены Андреевны (далее также ответчик) – Давлетов К.Т. (доверенность от 12.11.2019).

 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.09.2016 (резолютивная часть решения от 21.09.2016) общество «БСК «Резонанс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должником утвержден Савин М.Ю.

В Арбитражный суд Республики Башкортостан от конкурсного управляющего Савина М.Ю. поступило заявление о привлечении бывшего руководителя должника Егоровой Е.А. и учредителя должника Яковенко Романа Игоревича к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «БСК «Резонанс».

Определением арбитражного суда от 18.06.2020 заявление конкурсного управляющего Савина М.Ю. удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Яковенко Р.И. по обязательствам общества «БСК «Резонанс»; производство по заявлению конкурсного управляющего в части установления размера ответственности Яковенко Р.И. приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении заявления о привлечении руководителя Егоровой Е.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  отказано. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2020 определение суда от 18.06.2020 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий Савин М.Ю. просит определение от 18.06.2020 и постановление от 05.10.2020 отменить в части отказа в привлечении Егоровой Е.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что определениями Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.06.2017 и от 20.11.2017 о признании сделок должника недействительными установлено, что  на момент совершения Егоровой Е.А. спорных сделок (на даты 18.08.2015 и 31.08.2015) общество «БСК «Резонанс» отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, в период с 30.10.2015 у должника возникли просроченные обязательства перед кредиторами на общую сумму 181 840 074 руб. 96 коп., которые подтверждены судебными актами и впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Податель жалобы полагает, что поскольку аудиторское заключение, представленное конкурсным управляющим в качестве доказательства по делу, не было признано недействительными или оспорено в судебном порядке, указаний на его недостоверности с привлечением иного аудита для проверки имеющихся данных не заявлялось, то выводы судов о недостоверности данного заключения являются необоснованными.  Заявитель отмечает, что до 09.11.2015 Егорова Е.А. являлась участником общества «БСК «Резонанс», факт составления и направления ею отчетности 06.11.2015  характеризует положение должника именно на 30.09.2015, что в свою очередь свидетельствует об осведомленности Егоровой Е.А. относительно действительного финансового состояния должника, его неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Помимо прочего заявитель жалобы обращает внимание суда округа, что конкурсному управляющему надлежащим образом не была передана номенклатура передачи дел, которая отражала бы сведения о наличии у должника по состоянию на 26.11.2015 и 27.11.2015 денежных средств в кассах на сумме не менее 38 000 000 руб.; считает, что соответствующая передача не могла быть осуществлена позднее 12.11.2015, поскольку полномочия Егоровой Е.А. были прекращены протоколом внеочередного общего собрания участников должника от 09.11.2015, изменения указанных сведений в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) были внесены 12.11.2015.

Также заявитель указывает, что в результате совершения сделок Егоровой Е.А. с Кулимбетовым А.А. и Буйловой В.В. должнику причинен существенный вред на общую сумму 246 000 000 руб., поскольку при разрешении вопроса об их недействительности спорное имущество было возвращено в конкурсную массу должника и реализовано. Помимо этого податель жалобы указывает на совершение контролирующими должника лицами сделок, в результате которых было выведено имущество из собственности должника, а именно: осуществлены выплаты действительной стоимости доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Кристалл»; выплаты по договорам купли-продажи доли в уставном капитале общества; внесению в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью «Аксиома» недвижимого имущества; перечисление денежных средств с расчетных счетов должника на расчетный счет Егоровой Е.А. в общей сумме 32 000 000 руб.

В представленном отзыве Егорова Е.А. по доводам кассационной жалобы возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать. Указывает на несостоятельность позиции  конкурсного управляющего о преюдициальном значении определений суда от 16.06.2017 и от 20.11.2017, установивших признаки неплатежеспособности должника на даты 18.08.2015 и 31.08.2015, отмечая, что данные обстоятельства опровергаются последующими судебными актами (определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.11.2017 и от 13.12.2017), пересмотренными по вновь открывшимся обстоятельствам. Настаивает, что выводы аудитора о недостаточности имущества не соответствуют данным представленным самим же аудитором в бухгалтерском балансе от 30.09.2015, составленном на основании аудиторской проверки, поскольку в нем не учтены суммы активов в виде «финансовых вложений», «основных средств», отмечает, что объективного недостатка имущества на 30.09.2019 заявителем не доказано. Ссылаясь на необоснованность  указаний на подписание и передачу бухгалтерского баланса 06.11.2015,  ответчик обращает внимание суда округа, что длительный срок (в 30 дней) на представление указанной отчетности направлен на сохранение разумного срока для страховой организации в подведении итоговых бухгалтерских показателей за соответствующий отчетный период, в связи с этим нельзя считать, что 30.09.2015 добросовестный руководитель знал или должен был знать о наступлении всех страховых случаев и должен был уже в этот период быть осведомлен об итоговых значениях данного баланса. Также Егорова Е.А. отмечает несостоятельность доводов о наличии согласно  номенклатуры передачи в кассах должника денежных средствах в сумме не менее 38 000 000 руб., указывая на их противоречие  фактическим обстоятельствам дела, согласно которым по факту на момент передачи в кассе находились денежные средства в сумме 3 323 661 руб. 91 коп., все остальные деньги в сумме 38 029 121 руб. 73 коп. содержались на расчетных счетах должника, что прямо отражено в номенклатуре передачи дел и подтверждено выписками по счетам должника Помимо прочего ответчик указывает, что материалами дела не подтверждается наличие причинения вреда в результате совершения Егоровой Е.А. спорных сделок, доказательств того, что в результате выбытия имущества должника, общество стало отвечать признакам несостоятельности – в материалы дела не представлено. 

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Поскольку заявителем кассационной жалобы определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции обжалуются только в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении Егоровой Е.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, то законность судебных актов в остальной части (в части удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности Яковенко Р.И. по обязательствам общества «БСК «Резонанс») судом кассационной инстанции не проверяется (часть 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно протоколу от 01.08.2008 № 5 Егорова Е.А. была назначена на должность генерального директора общества «БСК «Резонанс», соответствующая запись внесена в ЕГРЮЛ 08.08.2008. Исполнение обязанностей генерального директора Егорова Е.А. осуществляла до 18.11.2015. 

Согласно протоколу от 09.11.2015 Яковенко Р.И. действовал в качестве генерального директора должника с 19.11.2015 до 05.04.2016 (запись в ЕГРЮЛ внесена 16.11.2015). 

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении Яковенко Р.И. и Егоровой Е.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Основанием для обращения с требованием к Яковенко Р.И. послужило не исполнением им, как руководителем должника, обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, что повлекло невозможность формирования конкурной  массы, а также не исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В качестве оснований для привлечения Егоровой Е.А. к субсидиарной ответственности по пунктам 2 и 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий указал на то, что ответчик  была обязана не позднее 30.10.2015 обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника в силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, ссылаясь на аудиторское заключение бухгалтерской отчетности общества «БСК «Резонанс», согласно которому  должник по состоянию на 30.09.2015 обладал признаками недостаточности имущества на сумму 92 411 000 руб., а также на совершение Егоровой Е.А. сделок:  по заключению договора  от 18.08.2015 и соглашения об отступном от 18.08.2015 (в результате которых должник утратил право собственности на земельный участок кадастровый номер 02:31:000000:2348), договора от 31.08.2015, соглашения об отступном от 31.08.2015, соглашения о зачете взаимных требований от 31.08.2015 с Буйловой В.В. (в результате которых общество «БСК «Резонанс» утратило право собственности на два автомобиля), признанных впоследствии судом недействительными.

Судом первой инстанции признано доказанным наличие оснований для привлечения Яковенко Р.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «БСК «Резонанс», производство по заявлению конкурсного управляющего в части установления размера ответственности Яковенко Р.И. приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

В указанной части судебный акт первой инстанции не был оспорен в суд апелляционной инстанции и не обжалуется в рамках настоящего кассационного производства.

Отказывая в удовлетворении требований к Егоровой Е.А., суды первой и апелляционной инстанции исходили из недоказанности заявителем совокупности условий для привлечения Егоровой Е.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, заслушав представителя лица, участвующего в деле, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов кассационной жалобы, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Суды правильно исходили из того, что поскольку обстоятельства, которые, как считает конкурсный управляющий, являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, а именно: совершение сделок, неподача заявления о признании должника банкротом, имели место до вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а заявление о привлечении их к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей на момент спорных правоотношений, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Рассматривая эпизод о привлечении Егоровой ЕА. к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), суды пришли к следующим выводам.

Согласно статье 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

На основании пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в названной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Исследовав материалы дела, рассмотрев доводы и возражения сторон, оценив представленные в их обоснование доказательства, суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказано в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наличие у должника по состоянию на 30.09.2015 признаков объективного банкротства, которые влекут возникновение у руководителя должника обязанности по обращению в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Проанализировав и оценив аудиторское заключение общества с ограниченной ответственностью  «АФ» БПЦ «Учет и право», сопоставив выводы  и расчеты аудитора с данными бухгалтерского баланса и представленными доказательствами, принимая во внимание, что сумма недостаточности имущества должника в размере  92 411 000 руб.  определена аудитором в виде разницы между суммой активов должника (определенной, исходя из суммарного размера «дебиторской задолженности» и «денежных средств») и суммой общей кредиторской задолженности (определенной из суммарного размера пассивов - «страховые резервы» и «кредиторская задолженность»), установив, что в указанном расчете не учтена сумма активов должника в виде «финансовых вложений» на сумму 160 715 000 руб., а также сумма «основных средств» 248 631 000 руб., суды констатировали,  что с учетом актива в виде «финансовых вложений» сумма для покрытия кредитных обязательств общества «БСК «Резонанс» на 30.09.2015 составила 303 232 000 руб., что превышает сумму «страховых резервов» и «кредиторской задолженности» в пассиве равной  234 928 000 руб., в связи с чем признали аудиторское заключение недопустимым доказательством.

С учетом установленных обстоятельств, суды пришли к заключению, что бухгалтерский баланс должника от 30.09.2015, составленный  по результатам проведенной аудиторской проверки, не подтверждает наличие у должника признаков несостоятельности в виде недостаточности имущества по состоянию на 30.09.2015, поскольку активы предприятия полностью покрывали имеющиеся пассивы.  

Отклоняя  довод конкурного управляющего о том, что Егорова Е.А. не могла не знать о финансовом состоянии должника по состоянию на 30.09.2015, поскольку отчетность была в ведении и под контролем руководителя должника, суд апелляционной инстанции  исходил из того, что бухгалтерский баланс, составленный самим же аудитором не имеет признаков недостаточности имущества, так как активы должника (имущество) существенно выше пассивов (обязательств). При этом судом учтено, что размер активов баланса согласно балансу на 30.09.2015 составленному аудитором, составляет 555 812 000 руб., а размер долговых обязательств - 234 928 000 руб., в связи с чем на 30.09.2015 у ответчика не имелось оснований полагать о недостаточности имущества должника, поскольку актив более чем в два раза превышал долговые обязательства, при том, что доказательств, свидетельствующих о недостатке имущества на указанную дату, в материалы дела не представлено. 

Обращаясь к разъяснениям о сроках по составлению и представлению бухгалтерского баланса, изложенных в абзаце 2 пункта 13 Приложения № 3 к приказу Министерства финансов Российской Федерации от 27.07.2012 № 109н «Инструкция о порядке составления и представления бухгалтерской (финансовой) отчетности страховщиков», учитывая, что показатели финансовой отчетности страховой организации невозможно отслеживать в режиме реального времени, ввиду того что данные показатели напрямую зависят от наступления страхового случая, который связан со страховым риском (пункты 1 и 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»), учитывая масштабы деятельности должника, суды заключили, что Егорова А.Е. знала или должна была узнать о финансовый показателях, представленных в промежуточном бухгалтерском балансе, не позднее 30.10.2015.

Судом первой инстанции также отмечено, что согласно номенклатуре передачи дел по обществу «БСК «Резонанс» от Егоровой Е.А. Яковенко Р.И. по состоянию  на 26.11.2015, 27.11.2015 у должника имелись денежные средства в сумме 41 352 783 руб. 64 коп., из которой  более 38 000 000 руб. находились на расчетных счетах, что не опровергнуто конкурсным управляющим, о фальсификации данного доказательства не заявлено.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, установив, что признаки недостаточности имущества либо объективной неплатежеспособности отсутствуют, принимая во внимание, что помимо бухгалтерской отчетности, иных документов, подтверждающих недостаточность имущества и неплатежеспособность должника на дату, указанную в заявлении конкурсного управляющего, в материалы дела не представлено, признав не доказанной причинно-следственная связи между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, суды пришли к заключению об отсутствии оснований для привлечения Егоровой Е.А. к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Признавая несостоятельными доводы  о том, что в период с 30.10.2015 у должника возникли просроченные обязательства перед кредиторами в сумме 181 840 074 руб. 96 коп., суды исходили из того, что конкурным управляющим не раскрыты обстоятельства, на основании которых он пришел к выводу о моменте возникновения требований кредиторов, соответствующие доводы документально не подтверждены. Проанализировав сведения, представленные конкурсным управляющим на предложение суда, в отсутствие доказательств, свидетельствующих об ином, суд апелляционной инстанции установил, что в период после возникновения обязанности подачи заявления о признании должника банкротом и до прекращения исполнения Егоровой Е.А. обязанностей руководителя должника, возникли обязательства: 27.10.2015 на сумму 14 500 руб. (определение Калининского районного суда города Уфы от 14.04.2016), 29.10.2015 на сумму 146 000 руб. (решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.08.2016 по делу № А07-4517/2016), 06.11.2015 на сумму 4 133 руб.11 коп. (агентский договор от 01.06.2015 № 023-316-15/Ю). При этом судом отмечено, что предмет обязательств и основания их возникновения суду не были раскрыты. Также судом учтено, что согласно решению Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-4517/2016 с заявлением о выплате страхового возмещения застрахованное лицо обратилось к должнику 27.11.2015, то есть после прекращения Егоровой Е.А. исполнения должностных обязанностей.

Вопреки доводам кассационной жалобы, суды мотивированно отклонили  доводы конкурсного управляющего о необходимости принятия во внимание обстоятельств неплатежеспособности должника на даты совершения сделок 18.08.2015 и 31.08.2015, установленных определениями суда по настоящему делу при рассмотрении обособленных споров о признании сделок недействительными.  

Установленные обстоятельства и оценка доказательств, данная судом по ранее рассмотренному обособленному спору, преюдиции по смыслу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не образуют, но учитываются судом, рассматривающим другой спор. В том случае, если суд придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

В рассматриваемом случае, суды приняли во внимание, что при рассмотрения апелляционной жалобы на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.06.2017 по делу № А07-14743/2016 о признании сделки с Кулимбетовым А.А. недействительной, суд апелляционной инстанции указал, что неисполненные денежные обязательства на указанные даты являлись - обязательства перед Егоровой Е.А., включенные в реестр требований кредиторов должника на сумму 45 542 488 руб. 12 коп. по договорам займа определением суда от 28.02.2017 (постановление Восемнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 29.08.2017).

В последующем, определение суда от 28.02.2017 о включении  требований Егоровой Е.А. в реестр требований кредиторов должника отменено но новым обстоятельствам (определение Арбитражного суда Республики Башкортостан по настоящему делу от 22.11.2017). Определением суда от 13.12.2017 в удовлетворении требований Егоровой Е.А. о включении в реестр требований должника требования на сумму 45 542 488 руб. 12 коп. отказано. 

На основании детального анализа судебных актов, принимая во внимание, что  требования Егоровой Е.А. на сумму 45 542 488 руб. 12 коп. впоследствии признано судом необоснованным и недоказанным, суд апелляционной инстанции правомерно констатировал, что на вышеуказанные даты совершения сделок его не существовало. Исходя из изложенного, учитывая, что конкурсный управляющий в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса не представил доказательств, свидетельствующих о наличии  иных кредиторов, требования перед которыми возникли на 30.09.2015, и подтверждающих наличие признаков несостоятельности должника на указанную дату, суд признал недоказанным факт наличия на указываемую дату признаков неплатежеспособности должника. Оснований для иных выводов  у суда округа не имеется.

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего о привлечении Егоровой Е.А. к субсидиарной ответственности ввиду совершениям сделок (договора от 18.08.2015 и соглашения об отступном от 18.08.2015, в результате которых общество «БСК «Резонанс» утратило право собственности на земельный участок; а также  договора от 31.08.2015, соглашения об отступном от 31.08.2015 и акта взаимозачёта от 31.08.2015, в результате которых произошло отчуждение двух автомобилей), целью которых, по мнению заявителя, было причинение вреда кредиторам должника путем вывода имущества из состава активов должника и повлекших его банкротство, (обеспечительных сделок и сделок по зачету встречных однородных требований), суды признали их необоснованными с учетом следующего.

Учитывая, что предусмотренное пунктом 4 статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) в случае недостаточности имущества должника такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», к статье 10 Закона о банкротстве может быть применен значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53).

В соответствии с пунктом 16 постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

В силу пункта 18 постановления № 53 контролирующее должника лицо не подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов. 

В пункте 23 постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Как установлено судом в рамках ранее рассмотренного обособленного спора, 18.08.2015 между обществом «БСК «Резонанс» и Кулимбетовым А.А. заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале общества «БСК «Резонанс», по условиям которого общество «БСК «Резонанс» приобрело у Кулимбетова А. А. принадлежащую ему долю в уставном капитале общества «БСК «Резонанс» в размере 60,453% номинальной стоимостью 242 000 000 руб. по цене 243 000 000 руб. 

Далее между обществом «БСК «Резонанс» и Кулимбетовым А.А. 18.08.2015 заключено соглашение об отступном, согласно которому должник в счет оплаты долга по договору купли-продажи доли в уставном капитале общества обязалось передать в качестве отступного принадлежащий ему земельный участок площадью 500 358 кв.м. кадастровый номер 02:31:000000:2348 стоимостью 242 000 000 руб., расположенный по адресу: Республика Башкортостан, Кармаскалинский район, с/с Шаймуратовский. 

Согласно акту приема передачи 01.10.2015 общество «БСК «Резонанс» передало Кулимбетову А.А. спорный земельный участок в соответствии с соглашением об отступном; 23.10.2015 за Кулимбетовым А.А. зарегистрирован переход  права собственности на земельный участок. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.06.2017, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от29.08.2017, указанные сделки признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок путем возврата спорного  земельного участка в конкурсную массу должника и восстановления доли Кулимбетова А.А. в уставном капитале общества «БСК «Резонанс» в соответствующем размере. 

Проанализировав указанные судебные акты, принимая во внимание, что земельный участок возвращен в конкурсную массу должника и был реализован по результатам торгов по цене 1 152 000 руб., учитывая, что доказательств того, что земельный участок имел рыночную стоимость в сумме 242 000 000 руб. либо в результате выбытия данного земельного участка должник стал отвечать признакам банкротства в материалы дела не предоставлено, суды пришли к выводу, что совершение названных сделок не влечет привлечение ответчика к субсидиарной ответственности.

Относительно заключения Егоровой Е.А. договора от 31.08.2015, соглашения об отступном от 31.08.2015 и акта взаимозачета от 31.08.2015, суды пришли к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов ранее рассмотренного обособленного спора, 31.08.2015 между должником (покупатель) и Буйловой Валентиной Васильевной (продавец) заключен договор купли-продажи части доли в уставном капитале общества «БСК «Резонанс», по условиям которого продавец передает в собственность покупателю принадлежащую продавцу долю, составляющую 3,265 % доли уставного капитала общества «БСК «Резонанс», номинальной стоимостью 13 072 468 руб. 29 коп., а покупатель принимает и оплачивает за нее цену в сумме 13 072 468 руб. 29 коп. не позднее 31.08.2015. 

Между обществом «БСК «Резонанс» (должник) и Буйловой В.В. (кредитор) 31.08.2015 заключено соглашение об отступном, по условиям которого должник в течение трех дней с момента подписания соглашения обязался передать в собственность кредитора в качестве отступного в счет прекращения в части, составляющей 4 720 345 руб. обязательств должника перед кредитором по договору купли-продажи доли в уставном капитале от 31.08.2015, предоставлением отступного в форме передачи Буйловой В.В. двух автомобилей общей стоимостью 4 720 345 руб. 

Также между обществом «БСК «Резонанс» и Буйловой В.В. 31.08.2015 заключено соглашение о зачете взаимных требований, по условиям которого обязательства  общества «БСК «Резонанс» перед Буйловой В.В. по оплате по договору купли-продажи части доли в уставном капитале общества в части, составляющей 8 352 123 руб. 29 коп., прекращены зачетом встречного однородного требования по обязательству по оплате Буйловой В.В. обществу «БСК «Резонанс» 8 352 123 руб. 29 коп. по договорам займа денежных средств от 20.01.2014 и от 21.11.2014.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.11.2017 указанные сделки признаны недействительными, судом применены последствия недействительной сделки в виде возврата обществом «БСК Резонанс» Буйловой В.В. доли в уставном капитале общества, взыскания с Буйловой В.В. в пользу должника 4 720 345 руб., и восстановления права требования общества «БСК Резонанс» по договорам на займа на сумму8 352 123 руб. 29 коп.

В рассматриваемом случае, исследовав представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, учитывая, что стороны приведены в первоначальное положение, при этом в ходе исполнительного производства производилось частичное погашение, установив, что право требования к Буйловой В.В. реализовано на открытых торгах по ценам, утвержденным комитетом кредиторов общества «БСК «Резонанс», денежные средства поступили в конкурсную массу, отмечая отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что совершение данных сделок повлекло банкротство должника, суды не усмотрели оснований полагать, что совершение указанных конкурсным управляющим сделок является основанием для привлечения Егоровой Е.А.  к ответственности.

Суды с учетом разъяснений, изложенных в пункте 20 постановления № 53, также не усмотрели оснований для привлечения Егоровой Е.А. к ответственности в виде возмещения убытков, признав недоказанным, что в результате ее неправомерных действий должник лишился имущества; судами учтено, что в результате применения последствий недействительности сделок должник вернулся в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделок, при этом обстоятельств, свидетельствовавших о наличии в такой ситуации убытков у  общества «БСК «Резонанс», конкурсным управляющим не приведено.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником о привлечении Егоровой Е.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия совокупности установленных по делу обстоятельств, доказанности материалами дела заявленных требований, а также отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций верно и в полной мере установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка.

Приведенные в кассационной жалобе ссылки на совершение ответчиком сделок по выплате действительной стоимости доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Кристалл»; по выплате по договорам купли-продажи доли в уставном капитале общества; по внесению имущества в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью «Аксиома»; перечислению денежных Егоровой Е.А., судом округа не принимаются во внимание.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 57 постановления № 53, под основаниями требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предполагающего обоснование статуса контролирующего должника лица, понимаются не ссылки на нормы права, а фактические обстоятельства спора, на которых основано притязание гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, о возмещении вреда, обращенное к конкретному лицу

В данном случае на обстоятельства, касающиеся совершения указанных сделок конкурсных управляющий  в заявлении о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции не ссылался, фактические обстоятельства совершения сделок не раскрывал и документально не обосновывал, а сослался на них лишь в возражениях на отзыв ответчика на апелляционную жалобу, в связи с чем  правомерно были отклонены апелляционной инстанцией. 

Поскольку, указанные доводы не были предметом рассмотрения и исследования судов нижестоящих инстанций, то  и в силу полномочий суда кассационной инстанции они не могут быть оценены при рассмотрения данной кассационной жалобы (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую правовую оценку, её обоснованности не опровергают и не свидетельствуюто нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по споруи вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания. Кассационная жалоба ответчика повторяет доводы, которые являлись предметом проверки судов и сводится к несогласию с выводами суда первой и апелляционной инстанций. Несогласие заявителя с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов обособленного спора и мотивировочной части обжалуемых судебных актов следует, что судами в полной мере исследованы все представленные сторонами доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц. Судами правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку. Выводы судов основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием для отмены или изменения судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено. 

С учетом изложенного, обжалуемые определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.06.2020 по делу и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2020 № А07-14743/2016 следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.06.2020 по делу № А07-14743/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Башкирская страховая компания «Резонанс» Савина Михаила Юрьевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Новикова 

 

                                                                                              Ю.А. Оденцова