Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                          Дело № А75-12588/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 30 июля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Доронина С.А.,

судей                                                                  Ишутиной О.В.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2025 (судьи Дубок О.В., Самович Е.А., Целых М.П.) по делу № А75-12588/2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>; далее – должник), принятое по заявлению Фонда содействия кредитованию малого и среднего бизнеса «Югорская региональная гарантийная организация» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – фонд) о процессуальном правопреемстве.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО3 определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.02.2024 требование акционерного общества Коммерческого банка «Приобье» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – банк) в размере 43 474 935,51 руб., из которых: основной долг – 42 720 471,58 руб., неустойка за возникновение просроченной задолженности по основному долгу за период с 01.11.2023 по 30.11.2023 – 754 463,93 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника (далее – реестр).

Фонд обратился в арбитражный суд с заявлением о замене первоначального кредитора – банка его правопреемником – фондом в части включённой в реестр задолженности в сумме исполненного фондом перед банком обязательства в размере 32 899 382,98 руб.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 13.12.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2025 определение суда от 13.12.2024 отменено, принят новый судебный акт. Произведено процессуальное правопреемство, требование банка и фонда признаны подлежащими учёту в реестре как единое консолидированное требование с последующим удовлетворением исходя из внутренней очерёдности в соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве» (далее – Постановление № 26).

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить постановление апелляционного суда от 11.04.2025, оставить в силе определение суда от 13.12.2024.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к тому, что, поскольку срок действия договора поручительства истёк, обязательства должника отвечать перед фондом за выплату последним части суммы долга банку не имеется.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемого судебного акта, суд округа считает его законным и обоснованным.

Из материалов обособленного спора следует и судами установлено, что между банком (займодавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Русская топливно-энергетическая компания» (заёмщик; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – компания) заключён кредитный договор от 26.03.2021 № 2021-0019, в обеспечение обязательств по которому между банком (кредитор) и ФИО3 (поручитель) заключён договор поручительства от 26.03.2021 № 2021-0019-2п (далее – договор поручительства № 1), в соответствии с которым она приняла на себя обязательства отвечать перед банком солидарно с заёмщиком за исполнение последним обязательств по кредитному договору.

В дальнейшем между компанией, банком и фондом заключён договор предоставления поручительства регионального гарантийного обязательства (РГО) субъектам малого и среднего предпринимательства (МСП) и организациям, образующим инфраструктуру поддержки от 08.04.2021 № ПО/0040/21 (далее - договор предоставления поручительства), по условиям которого фонд взял на себя обязательства предоставить поручительство банку за компанию в качестве обеспечения обязательств основного должника по кредитному договору от 26.03.2021 № 2021-0019.

В соответствии с пунктом 2.1 договора предоставления поручительства ограничено суммой 40 000 000 руб.

Также между Фондом, ФИО4, ФИО5 Алексеем Александровичем и ФИО3 заключён договор поручительства от 08.04.2021 № ПО/0040/21-П-ФЛ (далее – договор поручительства № 2), по условиям которого указанные лица отвечают перед фондом за исполнением принятых на себя обязательств компании по договору предоставления поручительства.

Платёжным поручением от 23.09.2024 № 755 фонд произвёл оплату в размере 32 899 382,98 руб. на счёт компании, открытый в банке; в назначении платежа в платёжном поручении указано «погашение задолженности по КД от 26.03.2021 № 2021-0019, договор поручительства РГО от 08.04.2021 № ПО/0040/21».

Ссылаясь на частичное исполнение в рамках договора предоставления поручительства обязательств компании по кредитному договору с банком, фонд обратился с заявлением о процессуальном правопреемстве в порядке статьи 48 АПК РФ.

Суд первой инстанции отказывая в процессуальном правопреемстве указал на отсутствие правовых оснований для удовлетворения заявления в порядке суброгации, поскольку в результате исполнения фондом обязательств компании у него возникло новое регрессное требование к ФИО3

Апелляционный суд, отменяя определение арбитражного суда и производя процессуальное правопреемство, руководствовался положениями статей 365, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 14 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» (далее – Постановление № 45), а также пунктам 12, 20 Постановления № 26, и исходил из того, что к исполнившему сопоручителю в порядке суброгации перешли права кредитора, в том числе основанные на другом поручительстве.

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и сделаны с правильным применением норм права.

Исходя из положений статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны её правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 361 ГК РФ, по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Согласно статье 363 ГК РФ (с учётом разъяснений высшей судебной инстанции, приведённых в пункте 13 Постановления № 45), основное обязательство может быть обеспечено поручительством одного или нескольких лиц.

Независимо от того, совместно или раздельно дано поручительство несколькими лицами, кредитор вправе требовать исполнения как от всех поручителей вместе, так и от любого из них в отдельности, притом, как полностью, так и в части долга, если иной порядок предъявления требования кредитором не установлен договорами поручительства (статья 323, пункт 1 статьи 363 ГК РФ).

Если из соглашения между со поручителями и кредитором не следует иное, поручители, давшие поручительство совместно и ограничившие свою ответственность перед кредитором, считаются обеспечившими основное обязательство каждый в своей части (пункт 3 статьи 363 ГК РФ).

По общему правилу, поручительство, данное несколькими лицами, является раздельным (пункт 14 Постановления № 45).

Если поручительство является раздельным, то в случае исполнения основного обязательства одним из лиц, раздельно давших поручительство, к нему в порядке суброгации переходят права кредитора, в том числе основанные на других поручительствах (пункт 1 статьи 365, пункт 2 статьи 367, статья 384 ГК РФ, абзац второй пункта 14 Постановления № 45). Суброгация является частным случаем перехода прав кредитора к другому лицу на основании закона (подпункт 3 пункта 1 статьи 387 ГК РФ).

Если поручитель произвёл исполнение обязательства лишь в части, права кредитора как залогодержателя переходят к нему соответственно в этой части (пункт 1 статьи 365 ГК РФ), а кредитор и поручитель становятся созалогодержателями, имеющими права на удовлетворение своих требований из стоимости заложенного имущества (статья 335.1 ГК РФ), при этом поручитель не может осуществлять перешедшее к нему право во вред кредитору, получившему лишь частичное исполнение. Например, при недостаточности полученных при реализации предмета залога средств для удовлетворения требований как кредитора, так и исполнившего поручителя либо при недостаточности имущества другого раздельного поручителя кредитор имеет преимущество при удовлетворении требований за счёт предмета залога (то есть правила о пропорциональном распределении вырученных средств между созалогодержателями применению не подлежат) либо за счёт имущества другого раздельного поручителя. Иной порядок и очерёдность удовлетворения требований кредитора и поручителя (поручителей) могут определяться соглашением между ними (пункт 4 статьи 364 ГК РФ, пункты 14, 19 Постановления № 45).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и разъяснениями высшей судебной инстанции, исследовав и оценив материалы дела, установив, что имеется действующее поручительство ФИО3 по договору поручительства № 1, которое является раздельным с поручительством фонда по договору поручительства № 2 (различны даты заключения договоров поручительства, субъектный состав, гражданско-правовая ответственность и её размер), к фонду, как к лицу исполнившему обязательства основного заёмщика (компании) перед кредитором (банком) в размере 32 899 382,98 руб., перешло право требования к ФИО3 на указанную сумму в порядке суброгации на основании закона, суд апелляционной инстанции правомерно произвёл замену кредитора – банка на его правопреемника – фонд, при этом приняв во внимание то, что требования подлежат учёту в реестре как единое консолидированное требование.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных выводов у суда округа в силу предоставленных ему полномочий не имеется (статья 286 АПК РФ).

Довод кассатора  о прекращении срока действия договора поручительства № 2 24.07.2024, что влечёт прекращение обязательств ФИО3 отвечать перед фондом по оплате кредита банку за заёмщика, основан на ошибочном токовании приведённых норм права применительно к наличию, в том числе, иного раздельного поручительства сторон по одному и тому обязательству (договор поручительства № 1), наступления срока исполнения обязательства у компании перед банком и всех поручителей по нему с даты признания ООО «Русская топливно-энергетическая компания» несостоятельным (банкротом) (28.05.2024) в силу статьи 126 Закона о банкротстве, в связи с чем отклоняется судом округа.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2025 по делу № А75-12588/2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

Судьи                                                                                                                 О.В. Ишутина

ФИО1