АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 18.04.2024 Дело № А41-49629/2018 

Резолютивная часть постановления объявлена 11.04.2024 Полный текст постановления изготовлен 18.04.2024 

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Кручининой Н.А., судей: Мысака Н.Я., Уддиной В.З. при участии в судебном заседании: 

от ПАО Банк «ТРАСТ» - ФИО1 по доверенности от 28.09.2023   № 15/СА/2023,  

от конкурсного управляющего АО «ПК «Экстра М» - ФИО2 по  доверенности от 20.09.2023,  

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 20.10.2021,  ФИО5 по доверенности от 18.01.2023,  

рассмотрев 11.04.2024 в судебном заседании кассационную жалобу ПАО Банк  «ТРАСТ»  

на определение Арбитражного суда Московской области от 25.05.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2023 

по заявлению ПАО Банк «ТРАСТ» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «ПК «Экстра М»,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области 08.08.2018 АО  «Полиграфический комплекс «Экстра М» признано несостоятельным  (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной  процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждена  ФИО6.  

Конкурсный кредитор ПАО Банк «ТРАСТ» обратился в Арбитражный суд  Московской области о привлечении ФИО7 Мария и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО  «ПК «Экстра М» в размере 754 251 077,50 руб.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 02.08.2022  требования к ответчику ФИО7 Мария были выделены в  отдельное производство.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 25.05.2023,  оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного  апелляционного суда от 25.10.2023, в удовлетворении заявленных ПАО Банк  «ТРАСТ» к ФИО3 требований было отказано.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ПАО Банк «ТРАСТ»  обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в  которой, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной  инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие  выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим  обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просит определение и  постановление отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении  заявленного требования.  

От ФИО3 поступил отзыв на кассационную жалобу, который  приобщен судом к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте  судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  http://kad.arbitr.ru.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель  заявителя доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме,  представитель конкурсного управляющего должника поддержал позицию  кредитора, представитель ФИО3 против удовлетворения кассационной  жалобы возражал по мотивам, указанным в отзыве.  

 Изучив материалы дела, выслушав я вившихся в судебное заседание  представителей, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее,  проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации правильность применения судами норм материального и  процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в  обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной  инстанции пришел к следующим выводам.  

При рассмотрении обособленного спора судами установлено, что ФИО3 исполнял обязанности генерального директора АО «Полиграфический  комплекс «Экстра М» в период с 15.12.2015 по 18.07.2016.  

29.02.2016 между ЗАО «Типография «Экстра М» (Цедент) и АО «ПК «Экстра  М» в лице генерального директора ФИО3 (Цессионарий) был заключен  договор об уступке прав требования (цессии), по условиям которого Цедент  уступает, а Цессионарий приобретает в полном объеме права требования Цедента  по договору займа № 1 от 25.02.2016 к ЗАО «Курсив» (Должник) в размере 95 307  656 рублей 83 копейки. К Цессионарию также переходит право требования  уплаты процентов на сумму займа в соответствии с условиями договора займа (т.  1, л.д. 100 - 102).  

Ссылаясь на то, что действия контролирующего должника лица по  совершению данной сделки в пользу аффилированного лица, повлекли  банкротство должника, в результате чего причинен существенный вред  

имущественным правам и интересам кредиторов в виде невозможности  удовлетворения их требований к должнику, кредитор обратился в арбитражный  суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности на  основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).  

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции  пришел к выводу о пропуске заявителем срока исковой давности.  

Повторно рассматривая материалы обособленного спора, суд апелляционной  инстанции признал ошибочным данный вывод суда первой инстанции, однако,  пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчика к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду  недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями  ответчика по совершению сделок и объективным банкротством АО  «Полиграфический комплекс «Экстра М», а также того, что действия ФИО3 повлекли ухудшение финансового положения должника.  

Суд апелляционной инстанции указал, что материалы дела не содержат  доказательств того, что заключение договора об уступке прав требования (цессии)  от 29.02.2016 с ЗАО «Типография «Экстра М» привело к банкротству АО «ПК  «Экстра М», напротив, вступившими в законную силу судебными актами в рамках  настоящего дела установлено, что по итогам 2017 года общество показало  существенную положительную динамику финансовых показателей по сравнению  с 2016 годом, у общества не имелось просроченной кредиторской задолженности,  существенно сократился объем безнадежной к взысканию дебиторской  задолженности, к обществу не было предъявлено ни одного иска, не было  возбуждено ни одного исполнительного производства, у общества не имелось  задолженности по уплате обязательных платежей, обществом своевременно  исполнялись обязанности по выплате заработной платы.  

Сам факт приобретения кредиторской задолженности у аффилированного  лица не свидетельствует об убыточности такой сделки в отсутствии доказательств  противоправности сторон (нереальность уступленной задолженности,  безнадежность взыскания и прочее).  

Также судом апелляционной инстанции установлено, что заключение  договора уступки с ЗАО «Типография «Экстра М», по условиям которого АО «ПК  «Экстра М» приобретает права требования по договору займа № 1 от 25.02.2016 к  ЗАО «Курсив» в размере 95 307 656,83 руб. не являлось единоличным решение  бывшего генерального директора, а было согласовано Советом директоров АО  «ПК «Экстра М» в соответствии с пунктом 14.2 Устава общества, утвержденного  решением единственного акционера от 22.12.2014, что подтверждается  протоколом № 28/02/2016 СД ПК от 28.02.2016.  

Апелляционным судом также отмечено, что после увольнения ФИО3  с должности генерального директора АО «ПК «Экстра М» продолжалось  исполнение данного договора, так, вновь назначенным директором общества  ФИО8 с ЗАО «Типография «Экстра М» 31.12.2016 и  29.12.2017 были подписаны дополнительные соглашения № 1 и № 2  соответственно, которыми продлевался срок выплаты цессионарием  вознаграждения цеденту по договору уступки от 29.02.2016.  

Суд кассационной инстанции не находит оснований для переоценки выводов  судов об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной  ответственности по обязательствам общества.  

Поскольку конкурсный кредитор ссылался на неправомерные действия  ответчика, имевшие место до введения в действие Федеральным законом от  29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О  несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об  административных правонарушениях», в связи с чем, к спорным  правоотношениям судами правомерно применены нормы Закона о банкротстве, в  редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в  отдельные законодательные акты Российской Федерации в части  противодействия незаконным финансовым операциям».  

В силу абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано  иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том  числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в  

результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим  лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в  статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.  

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве,  является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано  наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда,  противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь  между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом,  вину причинителя вреда.  

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления  и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их  недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия  причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными  последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее  банкротство должника).  

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия  (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то  есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего  лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья  61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие),  которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без  которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает  существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на  положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между  названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным  банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование,  заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с  заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой»  и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций,  назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых  будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации,  создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена  на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его  кредиторам, и т.д.  

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к  субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя,  насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых  решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие  экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием  лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит  признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность  влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника,  проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями  (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления  признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение  финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть  привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков  по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.  

В соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве (в редакции  Закона № 73-ФЗ) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо  имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для  исполнения должником указания или возможность иным образом определять  

действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов  органов управления должника либо оказания определяющего влияния на  руководителя или членов органов управления должника иным образом (в  частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены  ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на  доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло  совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться  пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества  или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной  (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении  Верховного суда РФ от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745 (2) по делу № А5683793/2014, для обоснования возможности лица определять действия должника  необходимо доказать:  

возможность контролирующего лица распоряжаться имуществом должника;  

возможность контролирующего лица принимать административно-хозяйственные решения должника.  

К субсидиарной ответственности подлежит привлечению лицо,  осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от  юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия  во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.  

Согласно пункту 56 Постановления № 53 по общему правилу, на  арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено  требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания  оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо  (статья 65 АПК РФ).  

Субсидиарная ответственность является дополнительной мерой  ответственности контролирующего должника лица перед кредиторами за  недобросовестные действия, повлекшие или могущие повлечь невозможность  сформировать конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения  требований кредиторов должника.  

Как разъяснено в пункте 22 совместного постановления Пленумов  Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с  применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в  тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана  их указаниями или иными действиями.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления № 53 при  решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о  возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила  о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в  каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное  воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц,  действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя,  как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение  должника, какие тенденции приобрели экономические показатели,  характеризующие должника, после этого воздействия.  

С учетом установленных по делу обстоятельств исходя из заявленных  требований в данном случае кредитор не подтвердил какими-либо безусловными  доказательствами, что действия ответчика привели к существенному ухудшению  финансового состояния должника и последующему банкротству общества.  

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы  сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей  67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и  апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных  правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела  обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к  правильным выводам об отказе в удовлетворении заявленного требования.  

Судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает необходимым  отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в  

материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов,  которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом  апелляционной инстанции.  

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов  соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем,  полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств.  

При этом суд кассационной инстанции учитывает, что должник не выплатил  ЗАО «Типография «Экстра М» вознаграждение на приобретённые права к ЗАО  «Курсив», при этом вступившим в законную силу судебными актами по  настоящему делу отказано ЗАО «Типография «Экстра М» во включении его  требования в размере 95 307 656,83 руб. в реестр требований кредиторов  должника, вытекающего из неисполнения должником условий по оплате прав,  приобретенных по договору об уступке прав требования (цессии) от 29.02.2016  (определение Арбитражного суда Московской области от 28.02.2019,  оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного  апелляционного суда от 01.08.2019 и постановлением Арбитражного суда  Московского округа от 04.10.2019).  

Приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о  несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как  основанные на неверном толковании заявителем жалобы положений Закона о  банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по  фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке  судебных актов в кассационном порядке.  

 С учетом изложенного суд кассационной инстанции не усматривает  оснований для удовлетворения кассационной жалобы.  

 Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4  статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом  кассационной инстанции не установлено.  

 Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 25.05.2023 и  постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2023 по  делу № А41-49629/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в двухмесячный срок.  

Председательствующий-судья Н.А. Кручинина 

Судьи: Н.Я. Мысак  

 В.З. Уддина