943/2023-109787(1) 

 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда  

05 июня 2023 года Дело № А65-11502/2017  гор. Самара 11АП-4274/2023  Резолютивная часть постановления оглашена 29 мая 2023 года.  

Полный текст постановления изготовлен 05 июня 2023 года. 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Гадеевой Л.Р., судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрев 29 мая 2023 года в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале № 2,  

апелляционную жалобу акционерного общества «Каустик» на определение Арбитражного суда  Республики Татарстан от 14.02.2023, принятое по заявлению акционерного обществ «Каустик» к  ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника  

в рамках дела № А65-11502/2017 о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного  общества «Казанский завод синтетического каучука», ИНН 

<

***>  

при участии в судебном заседании: от ФИО2 – лично по паспорту; 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.07.2019 открытое акционерное  общество «Казанский завод синтетического каучука» признано несостоятельным (банкротом) в  отношении должника открыто конкурсное производство.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.07.2021 конкурсным  управляющим утвержден ФИО3, член Ассоциации  Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».  

В Арбитражный суд Республики Татарстан 04.04.2022 поступило заявление акционерного  общества «Каустик» о привлечении ФИО2 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника и взыскании с ФИО2 в  пользу открытого акционерного общества «Казанский завод синтетического каучука» денежной  суммы 6 888 307 418,69 рублей.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.02.2023 заявление оставлено  без удовлетворения.  

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, акционерное общество  «Каустик» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.02.2023 по  делу № А65-11502/2017 отменить, принять по делу новый судебный акт.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023  апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание назначено на 17 апреля 2023  года на 09 час. 40 мин.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2023 судебное  заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено на 29 мая 2023 года на 10 час. 00 мин.  

В связи с нахождением в очередном отпуске судьи Машьяновой А.В. (приказ № 163/к от  15.05.2023), произведена замена судьи в судебном составе, рассматривающем апелляционную  жалобу акционерного общества «Каустик», на судью Львова Я.А. Рассмотрение апелляционной  жалобы начато с начала.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и  месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого  арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с  порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.  

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО3 поступил отзыв, согласно которому он возражает относительно доводов  апелляционной жалобы.  

От ФИО2 поступил отзыв, согласно которому он возражает  относительно доводов апелляционной жалобы.  

Поступившие документы приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела в  порядке ст. 262 АПК РФ.  

В судебном заседании ФИО2 возражал относительно доводов  апелляционной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о  времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили.  

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц,  участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного  разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.  

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц,  участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения  апелляционной жалобы и не явившихся в судебное заседание, в порядке, предусмотренном главой  34 АПК РФ.  

Рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в  обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность  применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм  процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный  апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации для отмены судебного акта.  

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Как следует из материалов дела, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении  ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного  общества «Казанский завод синтетического каучука», акционерное общество «Каустик» указывало  на следующие основания:  

- неподача заявления о несостоятельности (банкротстве) должника; - непередача документации и имущества должника; - невозможность погашения требований кредиторов. 

В части доводов о неисполнении ответчиком обязанности по подаче заявления о  несостоятельности (банкротстве) должника, акционерное общество «Каустик» указывало, что у  должника имелась задолженность перед иными кредиторами, подтвержденная судебными актами:  

- перед ООО «Энергоподдержка» по товарной накладной № 11 от 04.08.2014 (решение АС РТ  по делу А65-15064/2016);  

- перед Министерством земельных и имущественных отношений РТ по долгу с 01.01.2015  (решение АС РТ по делу А65-15068/2015);  

- перед ООО «СпецСтройСервис» по акту КС-2 от 10.05.2016 (решение АС РТ по делу А6517137/2016);  

- перед ООО «Волго-Вятская химическая компания» по товарным накладным с 28.11.2016 по  22.12.2016 (решение АС РТ по делу А65-5558/2017)4  

- перед АО «Каустик» по товарным накладным от 26.12.2016, 22.01.2017 (решение АС РТ по  делу А65-11185/2017);  

- перед ООО «Волго-Вятская химическая компания» по мировому соглашению с 28.02.2017  (дело А65-31874/2016).  

По мнению заявителя, признаки банкротства имелись у должника на 01.01.2015, впоследствии  заявителем указана дата 01.02.2012.  

Также заявитель указывал, что в связи с действиями (бездействием) ответчика стало  невозможно погашение требований кредиторов, ссылаясь на ведение неэффективного менеджмента,  неиспользование рефинансирования кредитных обязательств, не взыскание дебиторской  задолженности и т.п. без указания на конкретные действия, ограничившись лишь общими  формулировками.  

Кроме того, заявитель ссылается на участие ответчика в переводе деятельности должника на  АО «Синтез» (АО «КЗСК»).  

Исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого  доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их  совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для  удовлетворения заявленных кредитором требований.  

Суд первой инстанции, отклоняя требование о привлечении ответчика к ответственности по  обязательствам должника, принял во внимание, что ухудшение финансового состояния должника  (ОАО «КЗСК») произошло в результате действия внешних факторов, таких как резкое ослабление  российского рубля по отношению к иностранным валютам в 2014 году, рост инфляции в стране и  повышение учетной ставки ЦБ до 17%, приведших в условиях сокращающейся из года в год  выручки (и прибыли) к сложностям изыскания средств для обслуживания ранее полученных  предприятием кредитов и займов.  

Судом первой инстанции также принято во внимание, что изначально имущество ОАО «КЗСК»  в 2000 - 2011 годах формировалось путем покупки этого имущества на торгах. ОАО «КЗСК»  выкупало размещенные на производственной площадке завода, но находившиеся в государственной  собственности, а также в собственности иных лиц, производственные здания, сооружения и  оборудование. Выкуп имущества на завод производился на заемные деньги, которые ОАО «КЗСК»  получило в кредит, не имея на это собственных средств. На это ОАО «КЗСК» потратило около 1  млрд. руб., полученных в кредит у различных банков, в т.ч. АКБ «Спурт». Значительные суммы  (около 1,2 млрд. руб.) были дополнительно вложены в те годы в ремонт производственных  помещений и коммуникаций завода (ОАО «КЗСК»). Использование кредитных инструментов было  обычной практикой для ОАО «КЗСК» в течение многих лет, что в прочем характерно и для других  промышленных предприятий в России. Завод даже при наличии значительной кредитной нагрузки  продолжал производить продукцию и осуществлять обычную финансово-хозяйственную  деятельность.  

При этом с 2010 ОАО «КЗСК» года реализовывало на кредитные и заемные средства ряд  инвестиционных проектов, необходимость участия в которых была вызвана «жизненно  необходимыми» объективными причинами - стремлением сохранить поставленное под угрозу  прекращения основных видов продукции (в т.ч. тиокола), обеспечением экологической  безопасности завода, а также строительством комплекса производства метилхлорсиланов с  целью обеспечения импортонезависимости и снижения себестоимости выпускаемой продукции за  счет организации передела сырья. Это были следующие проекты:  

2.1.1. Проект покупки и модернизации и производства этиленхлоргидрина (ЭХГ), в г.  Дзержинск Нижегородской области. ЭХГ является сырьем для производства полисульфидного  каучука – тиокола, который применяется в гражданских отраслях и в оборонной промышленности,  при этом на территории СНГ и России производился только на заводе ОАО «КЗСК». Тиокол  производится только в 3 странах мира, из которых две страны - члены НАТО. Проект был начат в  2013 году, когда возникла угроза прекращения производства ЭХГ прежним собственником  площадки в г.Дзержинск. Потребовалось выкупить площадку производства ЭХГ и модернизировать  

ее. Затраты на проект составили около 1 млрд. рублей, из которых 650 млн. руб. - это кредитные  средства, полученные в АКБ «Спурт».  

2.1.2. Инвестиционный проект по реконструкции очистных сооружений завода, а также по  приобретению немецкого оборудования для очистки сточных вод от отходов производства тиокола.  Затраты на проект составили около 800 млн. рублей.  

2.1.3. С 2010 реализовывался Инвестиционный проект по строительству производства  

метилхлорсиланов, имеющий целью обеспечение сырьевой независимости ОАО «КЗСК» от  импортного сырья планировалось построить современный комплекс метилхлорсиланов,  являющихся сырьем для производимых силиконовых каучуков и продуктов их переработки. Проект  был включен в перечень особо значимых инвестиционных проектов в Приволжском Федеральном  округе (Распоряжение полномочного представителя № А53-52р от 1610.2015). Проект также  поддерживался Президентом и Правительством Республики Татарстан и включен в  Инвестиционный меморандум РТ на 2012-2016 годы (Постановление кабинета министров РТ №  1043 от 31.12.2015г.) Для реализации этого проекта было образовано дочернее предприятие - АО  «КЗСК-Силикон». Вклад ОАО «КЗСК» в данный проект составили 873 млн. рублей, при этом в связи  с вложениями средств в проект АО «КЗСК-Силикон» и выкупом производственной площадки в  г.Дзержинск, объем заемных средств ОАО «КЗСК» к концу 2014 года достиг 3,226 млрд.руб., а объем  собственных средств составил 1,12 млрд.руб.  

АО «КЗСК-Силикон» являлся частно-государственным Партнерством, 51% его акций  принадлежал ОАО «КЗСК», 49% - Росимуществу. Строительство завода по производству  метилхлорсиланов производилось с привлечением заемных средств. Основным кредитором являлась  Госкорпорация «Внешэкономбанк» (в настоящее время - ВЭБ.РФ), который в 2014 году открыл для  АО «КЗСК - Силикон» кредитную линию в сумме 7,8 млрд. руб. Однако из-за валютного кризиса  2014 года сметная стоимость проекта увеличилась в 2 раза, и «ВЭБ.РФ» выдав 3,4 млрд. руб. кредитных  средств, остановил финансирование проекта, выдвинув условие о привлечении дополнительных  инвесторов в капитал. Ответчиком, как председателем Совета директоров АО «КЗСК-Силикон»,  была проделана работа по поиску инвесторов. Так, письменное согласие о выделении 1,5 млрд руб.  было получено от ЗАО «Технопарк «Идея». Интерес к проекту проявляла Госкорпорация «Ростех»,  ОАО «Русал» и другие компании. В мае 2018 года был подписан протокол с «ВЭБ.РФ» о  реструктуризации и возобновлении финансирования проекта, однако по причине смены руководства  в «ВЭБ.РФ» финансирование так и не было возобновлено, что привело к банкротству АО «КЗСК- Силикон» и сказалось на финансовом состоянии ОАО «КЗСК».  

ФИО4 как физическое лицо, выступила поручителем по кредиту, полученному АО  «КЗСК-Силикон», будучи уверенной в успехе проекта, который реализовывался с государственным  софинансированием по Федеральной целевой программе № 2 «Импортозамещение стратегических  оборонных материалов», и в настоящее время признана банкротом. ОАО «КЗСК» также по  требованию «ВЭБ.РФ» выступил поручителями по кредиту, полученному АО «КЗСК-Силикон», чем  увеличил свою задолженность перед кредиторами. В проект строительства АО «КЗСК-Силикон»  вложено 6,1 млрд. руб., однако его имущественный комплекс выставлен на банкротные торги с  начальной ценой в 642 млн. руб., т.е. за 10% от реальной стоимости.  

2.1.4. С целью оптимизации налоговой и процентной нагрузки по кредитам на базе и под  управлением ОАО «КЗСК» был создан и зарегистрирован в Министерстве экономического развития  РФ Промышленной парк «Казанский силикон». С целью снижения кредитной нагрузки на ОАО  «КЗСК», которая в то время составляла 3,17 млрд. руб., инфраструктурные объекты ОАО «КЗСК»  выкупались у должника резидентами промышленного парка на кредитные и заемные средства,  которые по цепочке передавались на завод, обеспечивая его функционирование и дальнейшее  развитие инвестиционных направлений. Регистрация индустриального парка произошла в 2015 году.  

Все проекты ОАО «КЗСК» финансировались за счет кредитных средств, в том числе и выкуп  имущества завода у государства.  

АКБ «Спурт» с 2000 года осуществлял кредитование АОА «КЗСК» с обеспечением кредитов в  виде залога имущества завода. Когда банковские лимиты в АКБ «Спурт» по кредитованию  

одного заемщика (ОАО «КЗСК») были исчерпаны, дальнейшее кредитование осуществлялось  в виде займов от «банковских» фирм, фактически образовавших группу компаний «КЗСК».  

Кроме того, к финансированию завода под залог его недвижимости были привлечены еще 6  банков - Татагропромбанк, Татфондбанк, Аки Банк, Интехбанк, Банк Северный кредит, Банк Казани,  

Банк «Йошкар-ола». Поэтому кредитование ОАО «КЗСК» под залог недвижимости было регулярным  и носило обыденный характер. У 4-х банков в начале 2017 года были отозваны лицензии, поэтому  АКБ «Спурт» стал выкупать у этих проблемных банков кредитные задолженности завода,  обеспеченные залогом.  

Поскольку в результате валютного кризиса 2014 года была повышена ставка рефинансирования  Центрального банка до 17%, банки вынуждены были поднять ставки по кредитам от 20 до 25%. В  связи с тяжелой ситуацией в банковском секторе, выраженной в потере финансовой устойчивости  банков, в том числе обслуживающих ОАО «КЗСК», создался кризис ликвидности последнего с  угрозой остановки производства.  

Когда 03.03.2017 у банков «Татфондбанк», «Анкор банк» и «Интехбанк» были отозваны  лицензии, вкладчики банка «Спурт» в течение 2 месяцев забрали большую часть вкладов, что привело  к потере ликвидности банка и впоследствии к отзыву лицензии у АКБ «Спурт». В целях обеспечения  санации банка через поручительство ОАО «КЗСК» часть его имущества была передана по  отступному, тем самым завод получил средства на погашение ранее выданных кредитов.  

При этом кредитные и заемные средства через фирмы, входящие в группу компаний КЗСК,  были направлены на ремонт и модернизацию завода, а также на вышеупомянутые проекты ОАО  «КЗСК», что ранее устанавливалось при включении основанных на транзитных сделках требований  АКБ «СПУРТ» (ПАО) в реестр требований кредиторов должника.  

Приговором Вахитовского районного суда г. Казани по делу 1-141/2019 также установлено, что  денежные средства, полученные подконтрольными ФИО4 организациями, направлялись на  расчетные счета ОАО «КЗСК» и ОАО «КЗСК-Силикон» по цепочке платежей, с различным  назначением с целью сокрытия факта косвенного финансирования ОАО «КЗСК» и ОАО «КЗСК- Силикон».  

ФИО4 в рамках спора о привлечении ее к субсидиарной ответственности раскрыла, что  в целях дальнейшего развития и преодоления кризиса был разработан антикризисный план  реструктуризации долгов ОАО «КЗСК». Ставка была сделана на госкорпорацию «Ростех», которая  проявляла интерес к оборонному предприятию, о чём свидетельствует письмо генерального  директора ФИО5. Предполагалось выкупить кредиторскую задолженность завода у кредиторов  и конвертировать ее за счет дополнительной эмиссии в акции ОАО «КЗСК» и АО «КЗСК-Ссиликон».  Рабочие документы переговоров с госкорпорацией «Ростех» приложены ответчиком к отзыву.  

На 01.01.2017 ОАО «КЗСК» имело задолженность по кредитам и займам перед банками и  иными юридическими лицами в общей сумме 3,17 млрд. руб., имея выручку за 2016 год в сумме  2,086 млрд. руб., и чистый убыток за 2016 год -398, 7 млн. руб.  

ОАО «КЗСК» завершило 20216 финансовый год с убытками, которые, как следует из письма  генерального директора ФИО2 «вызваны погашением процентов по ранее взятым  кредитам. На заводе образовался острый дефицит оборотных средств...» (письмо ОАО «КЗСК» №  1/85 от 25.12.2017 г.)  

При этом в 2010 году проектом строительства «КЗСК-Силикон» и бизнес-планом по его  реализации на 2017 год было запланировано начало производства метилхлорсиланов на заводе  «КЗСК-Силикон». Разработанная финансовая модель проекта показывала, что реализация проекта  позволила бы снизить себестоимость продукции ОАО «КЗСК» и вновь выйти на прибыльность,  увеличить выручку и начать обслуживать свои кредитные долги без привлечения дополнительных  кредитов. Но валютный кризис 2014 года явился обстоятельством, повлиявшим на развитие  производства.  

Иными словами, вложение средств ОАО «КЗСК» в проект строительства АО «КЗСК-Силикон»  не привело к ожидаемому экономическому и финансовому эффекту для должника по не зависящим  от контролирующих должника лиц обстоятельствам и находится в рамках обычного  предпринимательского риска.  

Относительно доводов кредитора о неисполнении ФИО2 обязанности по передаче  документации должника конкурсному управляющему, суд первой инстанции принял во внимание,  что 05.09.2018 ответчиком документация должника передана по актам приема-передачи  управляющему. Какие-либо замечания по переданным документам или дополнительные требования  о передаче недостающих документов не предъявлялись.  

При этом вся документация должника находится по местонахождению завода, у конкурсного  управляющего имеется к ним доступ. Доказательства обратного отсутствуют.  

Заявителем в нарушение ст.65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  не доказано, что какие-либо документы или имущество не были переданы, в том числе в связи с не  обеспечением их сохранности, и что данное обстоятельство затруднило проведение процедуры  банкротства и формирование конкурсной массы.  

Относительно доводов о неисполнении ответчиком обязанности по подаче заявления о  несостоятельности (банкротстве) должника, судом первой инстанции отмечено, что согласно отзыву  ФИО2 с приложением подтверждающих документов, обязательства перед ООО  «Энергоподдержка», Министерством земельных и имущественных отношений Республика  Татарстан, ООО «Волго-Вятская химическая компания», АО «Каустик» исполнены полностью либо  частично, при этом полному исполнению обязательств воспрепятствовало то, что на момент  вступления решений в законную силу счета должника были заблокированы.  

При этом, отклоняя доводы акционерного общества «Каустик», судом первой инстанции также  принято во внимание, что согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного суда  РФ № 306-ЭС17-13670(3) от 29.03.2018, объективное банкротство – это критический момент, в  который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов.  Привлекая руководителя должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о  признании должника банкротом, надлежит учитывать, что момент возникновения обязанность по  обращению в суд с заявлением о банкротстве в каждом конкретном случае определяется моментом  осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о  невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для  должника и его кредиторов. Сами по себе кратковременные и устранимые эффективными  действиями руководителя затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство  возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.  

В соответствии с п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности  при банкротстве" обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных  обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности  должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в  пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

При этом наличие у должника в определенный период непогашенной задолженности перед  отдельным кредитором в любом случае не является достаточным основанием для вывода о  возложении на руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке  статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта  кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с  которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры  несостоятельности.  

При наличии у должника формальных признаков банкротства, указанных в пункте 2 статьи 3,  пункте 2 статьи 6 Закона о банкротстве, у внешнего по отношению к должнику лица (кредитора)  возникает право на обращение в суд с заявлением о банкротстве. Однако данных признаков  недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя обязанности  по обращению в суд с заявлением о банкротстве.  

Кроме того судом учтено, что конкретная дата возникновения у ответчика обязанности по  обращению с соответствующим заявлением заявителем не обоснована, доказательства наличия  признаков объективного банкротства ни на 2012, ни на 2015 год не представлены, размер  кредиторской задолженности, возникшей с данной даты до даты возбуждения дела о банкротстве  должника, не доказан.  

При этом судом первой инстанции отмечено, что в 2012-2017 годах должником велась  хозяйственная деятельность и исполнялись обязательства перед кредиторами, по результатам 2014 и  2015 годов должник имел прибыль, а убыток возник лишь по результатам 2016 года, что было  отражено в бухгалтерском балансе на 31.03.2017, в связи с чем, 29.04.2017 ФИО2 было  подано заявление о несостоятельности (банкротстве) должника.  

Ответчик в свою очередь заявил о пропуске кредитором срока на подачу заявления о  привлечении к субсидиарной ответственности.  

Рассмотрев заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции  пришел к выводу, что трехлетний срок исковой давности, действовавший как 01.02.2012, так и на  01.01.2015, не пропущен, учитывая, что должник признан банкротом 23.07.2019, а заявление подано  04.04.2022.  

С позиции установленных по делу обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу об  отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных акционерным обществом  «Каустик» требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника.  

Судебная коллегия суда апелляционной инстанции, изучив материалы дела, доводы  апелляционной жалобы, не усматривает оснований для несогласия с выводами суда первой  инстанции.  

На основании п.2 ст.10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции Нарушение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые  установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по  принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по  обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3  статьи 9 данного Федерального закона.  

В силу п.1 ст.9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением  должника в арбитражный суд в случае, если:  

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к  невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;  

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на  принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника;  

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия,  принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает  невозможной хозяйственную деятельность должника;  

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности  имущества;  

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности  денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим  причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые  устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;  

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных  пунктом 1, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения  соответствующих обстоятельств (п.2 ст.9 Закона о банкротстве).  

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения контролирующего лица к  субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии  совокупности следующих условий:  

- возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве  обстоятельств;  

- неподача названными лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты  возникновения соответствующего обстоятельства (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве);  

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к  субсидиарной ответственности, после истечения сроков, предусмотренных статьей 9 Закона о  банкротстве, до возбуждения дела о банкротстве.  

Согласно положению пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ,  если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут  субсидиарную ответственность по его обязательствам.  

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, как и  положения статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции Закона о банкротстве,  предусматривают ответственность за вменяемое правонарушение (невозможность полного  погашения требований кредиторов в результате им действий (бездействий), существенно  ухудшивших финансовое положение должника), соответственно по существу имеют схожую  правовую структуру.  

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей  статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило  действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника  (подпункт 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник  признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что  его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также  признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.  

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции  Закона № 134-ФЗ, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие  положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах  вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о  банкротстве.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление  Пленума ВС РФ № 53), привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав  кредиторов.  

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического  лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ),  его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций,  учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица,  широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на  причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного  использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).  

Согласно пункту 16 постановления Пленума ВС РФ № 53 под действиями (бездействием)  контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья  61.11. Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились  необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не  наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего  лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными  действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

В пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №  6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых  вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  (далее – совместное постановление Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 6/8), разъяснено, что при  разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица,  признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые  имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют  возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что  указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда  несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными  действиями.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 18 постановления Пленума ВС РФ № 53,  контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в  случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника,  не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и  законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3  статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о  привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите  делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в  корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в  сфере несостоятельности.  

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности,  контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно  внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом,  существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными  событиями и т.п.) (пункт 19 постановления Пленума ВС РФ № 53).  

В соответствии с пп.2 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве, действовавшей в период после  возникновения обязанности по обеспечению передачи документации и имущества конкурсному  управляющему, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и  хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения  определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации  финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или  не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской  Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и  реализация конкурсной массы.  

Данные положения применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность  организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или)  бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

В соответствии со статьей 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с  ограниченной ответственностью" общество, в том числе, обязано хранить документы,  подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе.  

В соответствии со ст.6 Федеральный закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете",  вступившего в законную силу 01.01.2013, экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет;  бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения  деятельности в результате реорганизации или ликвидации.  

В силу п.3 ст.29 Закона о бухгалтерском учете экономический субъект должен обеспечить  безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.  

Согласно п.1 ст.7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение  документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.  

Согласно п.2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный  управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты  утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной  документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному  управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет  ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.  

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в  соответствии с законодательством Российской Федерации.  

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами  об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение  законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных  документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности и обязанностью  руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему  

бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).  Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем  должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о  банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том  числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств,  возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.  

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им  обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской  отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования  конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как  следствие, неудовлетворение требований кредиторов.  

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N  53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве", при разрешении споров о привлечении к субсидиарной  ответственности по указанному основанию в объективную сторону состава правонарушения входят  такой действия (бездействие), как непередача, сокрытие, утрата и искажение документации.  

Также заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие  документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных  сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела  доказательства, в том числе связанные с деятельностью предприятия, установив обстоятельства,  свидетельствующие о том, что банкротство предприятия было обусловлено исключительно  внешними факторами, а действие, совершение которых вменяется заявителем ответчику в качестве  виновных, не явились причиной банкротства должника, приняв во внимание исполнение бывшим  руководителем должника обязанности по передачи бухгалтерской и иной документации должника  управляющему в полном объеме, суд первой инстанции правомерно отклонил требование о  привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Судебная коллегия, отклоняя доводы, изложенные в апелляционной жалобе относительно не  исследования судом первой инстанции момента возникновения у должника признаков банкротства,  принимает во внимание установленные судом первой инстанции обстоятельства, что в 2012-2017  годах должником велась хозяйственная деятельность и исполнялись обязательства перед  кредиторами, по результатам 2014 и 2015 годов должник имел прибыль, а убыток возник лишь по  результатам 2016 года, что было отражено в бухгалтерском балансе на 31.03.2017, в связи с чем,  29.04.2017 ФИО2 было подано заявление о несостоятельности (банкротстве) должника.  Соответствующие первичные документы, подтверждающие указанные обстоятельства, были  представлены ответчиком при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой  инстанции.  

Таким образом, заявление о банкротстве было подано ФИО2 в суд своевременно, в  соответствии с положениями ст. 9 Закона о банкротстве.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе относительно неисполнения руководителем  обязанности по обеспечению сохранности документов бухгалтерского учета должника и передачи  их конкурсному управляющего, признаются судебной коллегией несостоятельными и  противоречащими установленным по делу обстоятельствам. В частности, конкурсный управляющий  неоднократно отмечал, что все документы, в том числе необходимые для ведения процедуры  конкурсного производства, находятся на заводе и предоставляются по необходимости.  

Кроме того, в адрес конкурсного управляющего поступило письмо ФИО6 от  12.05.2023, который являлся с 29.03.2018 временным управляющим ОАО «КЗСК», а с 29.08.2018 -  исполняющим обязанности внешнего управляющего ОАО «КЗСК», с подтверждением, что все  документы, печати и штампы, используемые в работе предприятия, были переданы ему ФИО2 в сентябре 2018 года. Все документы по деятельности ОАО «КЗСК» находились на заводе, и у  внешнего управляющего всегда был беспрепятственный доступ к ним.  

Также ФИО6 в своем письме подтвердил, что за все время работы временным  управляющим, а затем исполняющим обязанности внешнего управляющего ОАО «КЗСК», - у него  не было претензий к ФИО2 по причине отсутствия или непередачи документов.  

В свою очередь акционерное общество «Каустик» не приводит ссылки на конкретные  документы, которые не переданы ответчиком и отсутствуют в распоряжении конкурсного  управляющего. Приведение в апелляционной жалобе неконкретизированного списка документации,  якобы непереданной конкурсному управляющему, не свидетельствует о неисполнении бывшим  руководителем должника обязанности, возложенной на него ст. 126 Закона о банкротстве. Кроме  того, как указано выше, данные доводы опровергает конкурсный управляющий.  

Относительно доводов акционерного общества «Каустик» со ссылками на участие ФИО2 в переводе деятельности должника на АО «Синтез» (АО «КЗСК»), судебная коллегия  принимает во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу определением  Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.04.2022 по делу № А65-11502/2017 об отказе в  привлечении к субсидиарной ответственности акционерного общества «Казанский завод  синтетического каучука».  

В частности, судами установлено, что заключение договора взаимодействия и договора  процессинга с акционерным обществом «Казанский завод синтетического каучука» (ранее АО  «Синтез») было вызвано необходимость возобновления выпуска продукции, ранее производимой  должником для выполнения государственного оборонного заказа. Более того, заключение договора  процессинга способствовало осуществлению деятельности должником, получению им стабильной  прибыли, что привело к уменьшению задолженности должника по текущим платежам, а также  исключило из финансовой нагрузки должника оплату коммунальных платежей, охраны периметра  имущественного комплекса, проведения текущего ремонта имущества и остановило увеличение  задолженности перед кредиторами.  

Кроме того, как указал конкурсный управляющий в своем отзыве, деятельность ФИО2 в должности генерального директора ОАО «КЗСК» неотделима от предпринимательского  риска вследствие возможности наступления (опасность возникновения) неблагоприятного события,  в результате которого субъект, принявший решение, направленное на достижение поставленной  цели, теряет полностью или частично свои ресурсы, недополучает ожидаемый доход, или несет не  предусмотренные замыслом дополнительные материальные и финансовые расходы.  

Таким образом, предпринимательский риск – это вероятность потери предпринимателем  прибыли, дохода или имущества в результате предпринимательской деятельности. В зависимости от  основной причины возникновения рисков можно выделить разные виды предпринимательских  рисков: производственный риск – потери предпринимателя, обусловленные сокращением объемов  производства продукции, ухудшением ее качества, ростом материальных и трудовых затрат;  коммерческий риск – потери, возникающие в процессе реализации товаров и услуг; финансовый  риск – потери, связанные с изменениями условий кредита, колебаниями валютных курсов и  стоимости ценных бумаг, с неплатежеспособностью должников, непредвиденными затратами (из-за  инфляции), ростом налогов, ростом цен на поставляемые материалы. При этом риск убытков может  быть как связан с нарушением обязательств контрагентами предпринимателя, так и вызван  изменениями условий предпринимательской деятельности по независящим от предпринимателя  обстоятельствам, в том числе риск неполучения ожидаемых доходов (подп. 3 п. 2 ст. 929 ГК РФ).  

Вместе с тем в материалы дела акционерным обществом «Каустик» не представлены  доказательства, подтверждающие, что несостоятельность (банкротство) ОАО «КЗСК» явилось  следствием совершения неправомерных действий генеральным директором должника ФИО2  

Как разъяснено в п. 18 Постановления N 53, контролирующее должника лицо не подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия(бездействие),  повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного  делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10  статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц  к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует  руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях,  если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.  

Таким образом, оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности не  установлены, поскольку в материалы дела в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не  

представлены доказательства, подтверждающие наличие причинной связи между действиями  контролирующего должника лица и наступлением последствий в виде банкротства должника.  

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что  апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции,  доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые  опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся  основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, обжалуемое определение суда первой инстанции является законным  и обоснованным.  

В соответствии соложениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата  государственной пошлины в настоящем случае не предусмотрена.  

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  арбитражный апелляционный суд   

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.02.2023 по делу № А6511502/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в  месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Л.Р. Гадеева 

Судьи Д.К. Гольдштейн 

Я.А. Львов 

Электронная подпись действительна. 

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 07.02.2023 9:19:00Кому выдана Львов Яков АлександровичЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 10.02.2023 1:32:00Кому выдана Гольдштейн Дмитрий КимовичЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 07.02.2023 2:49:00

Кому выдана Гадеева Лейсан Рамилевна