ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

672007, Чита, ул. Ленина, 145 тел. 

<

***>, тел./факс 

<

***> Е-mail: info@4aas.arbitr.ru http://4aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-27830/2024

г. Чита

30 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2025 года. В полном объеме постановление изготовлено 30 октября 2025 года. Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Луценко О.А. судей: Каминского В.Л., Корзовой Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Луниным Д.С.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда апелляционную  

жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Иркутской области  

от 30 июня 2025 года по делу № А19-27830/2024, 

по делу по иску ФИО2 к ФИО1 о  

привлечении к субсидиарной ответственности, о взыскании 424 075 руб. 94 коп., 

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Алмаз» (ОГРН  

1163850099456, ИНН 

<

***>, адрес: 666036, Иркутская область, м.р-н Шелеховский,  

г. Шелехов, мкр. 4-й, д. 37а, офис 1) при участии в судебном заседании: ФИО1, личность установлена по паспорту, установил: 

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) обратилась в Арбитражный  

суд Иркутской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее –  

ответчик, ФИО1) о привлечении к субсидиарной ответственности по  

обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Алмаз», о взыскании 424 075  

руб. 94 коп., из них: 287 964 руб. на основании решения Октябрьского районного суда г.  

Иркутска от 04.04.2018 по делу № 2-179/2018; 136 111,94 руб. на основании определения  

Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18.06.2024 по делу № 2-179/2018.  

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 04.12.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Алмаз».  

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 30 июня 2025 года иск удовлетворен.  

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, ФИО1 его обжаловал в апелляционном порядке, просил решение суда отменить и отказать в удовлетворении исковых требований.  

В апелляционной жалобе ФИО1 выражает несогласие с решением суда в части правового обоснования выводов суда, считает, что не подлежали применению нормы Закона о банкротстве, законодательства об обществах с ограниченной ответственностью, положения обзора судебной практики, связанного с наследственными правоотношениями, но не были применены положения законодательства о возмещении убытков.  

Также заявитель не согласен с распределением бремени доказывания. 

Поскольку хозяйственную деятельность Общество не прекратило, следовательно, требования ФИО2 будут исполнены при поступлении денежных средств.  

В связи отсутствием банковских реквизитов истца денежное обязательство не могло быть исполнено.  

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить.  

В отзыве на апелляционную жалобу истец просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, оставить решение суда первой инстанции без изменения.  

Определением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2025 на основании части 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Жегаловой Н.В. на судью Корзову Н.А. В силу части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное разбирательство производится с самого начала.  

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.  

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным  

рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных иных лиц, участвующих в деле.  

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, Общество с ограниченной ответственностью «Алмаз» (далее - ООО «Алмаз») зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 09.12.2016 за основным государственным регистрационным номером 1163850099456.  

Согласно данным из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), с момента создания общества и до 17.03.2020 единственным участником общества и генеральным директором являлся ФИО1, с 18.03.2020 участниками стали ФИО1 с долей в уставном капитале общества 0,5% и ООО «АГРОТРЕЙД» с долей в уставном капитале общества 99,5%.  

Решением Октябрьского районного суда г. Иркутска 04.04.2018 по делу № А19-179/2018 с Общества с ограниченной ответственностью «Алмаз» в пользу ФИО3 взысканы 287 964 руб., из которых: двукратная стоимость штор в размере 173 808 руб., стоимость услуги химчистки 3 168 руб., компенсация морального вреда 5 000 руб., расходы на оплату экспертизы 15 000 руб., штраф 90 988 руб.  

На основании указанного решения выдан исполнительный лист от 11.07.2018 серии ФС № 023221346, возбуждено исполнительное производство № 110874/23/38016-ИП от 30.03.2023, которое окончено 24.09.2024 на основании пункта 3 части 1 статьи 46 ФЗ «Об исполнительном производстве».  

Определением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 02.11.2018 по делу № 2-179/2018 заменен взыскатель по исполнительному производству - ФИО3 на правопреемника ФИО2  

Определением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18.06.2024 по делу № 2-179/2018 удовлетворено заявление ФИО2 об индексации присужденных сумм; с ООО «Алмаз» в пользу ФИО2 взыскана сумма индексации в размере 136 111 руб. 94 коп.  

В целях принудительного исполнения определения Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18.06.2024 по делу № 2-179/2018 выдан исполнительный лист серии ФС № 048267109 от 18.09.2024, на основании которого возбуждено исполнительное производство № 637448/24/38016-ИП от 08.10.2024.  

26.06.2024 в ЕГРЮЛ внесена запись о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (недействующее юридическое лицо).  

04.09.2024 в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности сведений об ООО «АЛМАЗ».  

24.09.2024 истцом как кредитором ООО «АЛМАЗ» поданы возражения в МИФНС № 17 по Иркутской области относительно исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием неисполненных обязательств.  

Истец, указывая на отсутствие возможности взыскания задолженности с ООО «АЛМАЗ» в установленном порядке, на недобросовестность действий ответчика, направленных на уклонение от уплаты истцу задолженности, на неисполнение обязанности по подаче заявления признании ООО «АЛМАЗ» банкротом, заявил о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования, пришел к выводу о недобросовестности и неразумности действий ответчика, направленных на уклонение от погашения имеющейся задолженности путем фактического прекращения деятельности общества. Ответчик не устранил разумные и обоснованные предположения истца о том, что действия его привели к возникновению убытков на стороне истца ввиду неисполнения вышеуказанных судебных актов.  

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены решения суда первой инстанции исходя из следующего.  

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", и в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", арбитражный суд не связан правовой квалификацией правоотношений, предложенной лицами, участвующими в деле; по смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам, и указывает мотивы,  

по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле; в связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.  

Как следует из материалов дела, обращаясь с исковым заявлением к ответчику истец ссылался на наличие у Общества с ограниченной ответственностью "Алмаз" задолженности перед истцом, непринятие контролирующим должника лицом надлежащих мер по погашению данной задолженности.  

Исходя из заявленных исковых требований, установленных обстоятельств, конечной материально-правовой целью истца является привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.  

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо в праве обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).  

Одним из способов защиты гражданским прав в соответствии со статьей 12 ГК РФ, является возмещение убытков.  

Пункт 1 статьи 399 ГК РФ устанавливает основные положения, касающиеся порядка и оснований возникновения у лица субсидиарной ответственности по долгам основного должника, из содержания которой следует, что субсидиарная ответственность по долгам основного должника может возникать у факультативного должника только в силу указания закона, иного правового акта или условий обязательства. При этом требование кредитора может быть предъявлено к факультативному должнику, несущему субсидиарную ответственность, только после того, как данное требование было предъявлено к основному должнику и последний отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование.  

Любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, в связи с чем гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав  

кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.  

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).  

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность, наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").  

В исключительных случаях участник (учредитель) и иные контролирующие лица (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, если их действия (бездействие) носили недобросовестный или неразумный характер по отношению к кредиторам юридического лица и повлекли невозможность исполнения обязательств перед ними.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц,  

влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

В ситуации, когда единственный участник хозяйственного общества одновременно выполняет функции генерального директора, действительно присутствует риск того, что такой участник, ведущий дела общества во всей полноте, включая руководство его текущей деятельностью (участвующий в переговорах с контрагентами, заключающий сделки от имени общества, свободно распоряжающийся имуществом общества и т.п.) будет использовать правовую форму юридического лица только в качестве средства защиты от имущественных притязаний кредиторов по отношению к себе лично. Однако в силу презумпции добросовестности, пока не доказано иное, предполагается, что даже при высокой степени контроля за деятельностью общества участник отделяет собственную личность от личности корпорации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637).  

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).  

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Закона № 14-ФЗ руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.  

Статьей 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно (пункт 1).  

Материалами дела подтверждаются обстоятельства участия ответчика ФИО1 в уставном капитале общества "Алмаз", с момента создания общества и до 17.03.2020 единственным участником общества и генеральным директором являлся ФИО1, с 18.03.2020 участниками стали ФИО1 с долей в уставном капитале общества 0,5% и ООО «Агротрейд» с долей в уставном капитале общества 99,5%.  

Согласно сведений из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Агротрейд» генеральным директором с момента создания 17.09.2012 являлся ФИО4, 18.07.2024 ООО «Агротрейд» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее.  

Единоличным исполнительным органом ООО «Алмаз» является ФИО1 

Пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Такое лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").  

Согласно пункту 5 статьи 44 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.  

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25) указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что  

ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П (далее - постановление N 6-П) изложена следующая правовая позиция.  

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. По смыслу, придаваемому этой норме в правоприменительной практике, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы; суд оценивает существенность влияния таких действий (бездействия) на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между ними и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"). При этом в силу пункта 3 статьи 1 ГК Российской Федерации и абзаца второго пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности тогда, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

Действующее законодательство допускает применение положений статьи 61.11 Закона о банкротстве и вне рамок дела о банкротстве. В частности, согласно подпункту 1 пункта 12 контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам той же статьи, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия этого лица, но производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.  

Как следует из пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по смыслу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании  

абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 данного Закона на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным, в частности, статьей 61.11 данного Закона, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.  

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 64.2 ГК Российской Федерации привлечению вышеназванных лиц к ответственности не препятствует, в частности, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ. В соотношении с этим пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО предусматривает для случаев исключения общества из ЕГРЮЛ, что, если неисполнение его обязательств (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено недобросовестными или неразумными действиями лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 данного Кодекса, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам общества.  

Непредставление информации об обществе относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.  

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что обязанность возместить причиненный вред является преимущественно мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, а также вину (постановления от 15 июля 2009 года N 13-П, от 7 апреля 2015 года N 7-П, от 8 декабря 2017 года N 39-П и др.). Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо в сфере банкротства как юридических лиц, так и индивидуальных предпринимателей, а пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан (постановления от 31 января 2011 года N 1-П, от 18 ноября 2019 года N 36-П и др.). Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц также служит мерой гражданско-правовой ответственности, притом что ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов, в восстановлении их имущественного положения. При реализации этой ответственности, являющейся по своей природе деликтной, не отменяется и действие  

общих оснований гражданско-правовой ответственности. Лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией обязательств перед кредиторами (постановления от 21 мая 2021 года N 20-П, от 16 ноября 2021 года N 49-П).  

Как указано в постановлении N 6-П, если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.  

Материалами дела подтверждаются обстоятельства наличие задолженности Общества с ограниченной ответственностью "Алмаз" перед истцом в размере 287 964 руб. на основании решения Октябрьского районного суда г. Иркутска от 04.04.2018 по делу № 2-179/2018; в размере 136 111,94 руб. на основании определения Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18.06.2024 по делу № 2-179/2018.  

В настоящем случае ООО «АЛМАЗ» не исключено из ЕГРЮЛ в связи с подачей истцом возражений относительно исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием неисполненных обязательств, вместе с тем, по состоянию на 04.09.2024 в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности сведений о юридическом лице, 24.06.2024 принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности.  

На дату рассмотрения апелляционной жалобы в ЕГРЮЛ внесены сведения о принятии регистрирующим органом решения от 06.10.2025 № 40851 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).  

Положениями статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о государственной регистрации) предусмотрено, что юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.  

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении).  

При публикации решения о предстоящем исключении кредиторы и иные лица, чьи права и законные интересы затрагиваются данным решением вправе направить соответствующие заявления в регистрирующий орган. В этом случае решение об исключении недействующего юридического лица из реестра юридических лиц не принимается.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из сведений ЕГРЮЛ 25.09.2024 в регистрирующий орган поступило заявление лица, чьи права затрагиваются исключением ЮЛ из ЕГРЮЛ.  

Таким образом, материалами дела подтверждаются обстоятельства фактического прекращения деятельности юридического лица (ООО "Алмаз"), уклонения от целей деятельности коммерческой организации (извлечение прибыли) и прекращение исполнение обязательств перед кредиторами, т.е. наличия признаков недействующего юридического лица у ООО "Алмаз", участником и единоличным исполнительным органом которого является ФИО1  

Апелляционный суд также учитывает позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в постановлении от 21.05.2021 N 20-П о том, что по смыслу названного положения статьи 3 Закона об обществах, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить  

доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.  

Таким образом, именно на ответчика в рамках настоящего дела подлежит возложению бремя доказывания добросовестности осуществляемых им действий, повлекших непогашение задолженности перед истцом.  

Согласно положениям части 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.  

В силу приведенных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" обстоятельств, при которых недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, а также пункта 3 указанного постановления Пленума, где перечислены обстоятельства, при которых считается доказанной неразумность действий (бездействия) директора, в частности, когда директор:  

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;  

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;  

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;  

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;  

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).  

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:  

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;  

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;  

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).  

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", возмещение убытков в силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).  

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и  

судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований. Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при прекращении деятельности общества) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.  

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.  

Учитывая изложенное апелляционный суд полагает в рассматриваемом случае подлежит применению правовая позиция указанная в постановлении N 6-П, поскольку необращение контролирующего лица в арбитражный суд с заявлением о признании подконтрольного хозяйственного общества банкротом, нежелание финансировать соответствующие расходы, непринятие им мер по воспрепятствованию исключения хозяйственного общества из государственного реестра при наличии подтвержденных судебными решениями долгов перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении контролирующим лицом своими обязанностями. Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.  

Материалами дела подтверждаются обстоятельства, что действия ответчика направлены на фактическое прекращение юридическим лицом деятельности для принудительной ликвидации общества налоговым органом, поскольку в отношении общества "Алмаз" в ЕГРЮЛ внесена запись о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.  

Ответчик, являющийся участником общества и единоличным исполнительным органом осуществляя имеющую рисковый характер предпринимательскую деятельность, как лицо, ответственное за ведение такой деятельности подконтрольным ему обществом, за ведение бухгалтерского и налогового учета, за своевременное предоставление отчетности, действуя разумно и добросовестно, не мог не знать о непредставлении  

необходимых документов в налоговые органы и об обязательной необходимости предоставления их в регистрирующий орган.  

Доказательств, подтверждающих, что ответчиком предпринимались действия по поддержанию связи с налоговым органом, по сдаче отчетности, действия, препятствующие исключению общества из ЕГРЮЛ как недействующего, а также меры по исполнению денежных обязательств перед истцом, в нарушение статьи 65 АПК РФ, не представлено.  

Тогда как из анализа представленной ПАО «Сбербанк России» по запросу суда выписки ООО «АЛМАЗ» по счету № 40702810548100002801 судом установлено, что после вынесения решения Октябрьским районным судом Иркутской области по делу 04.04.2018 по делу № 2-179/2018 произошло резкое снижение поступлений денежных средств на счет ООО «АЛМАЗ». Денежные средства, аккумулированные за период май-июнь 2018 года, помимо погашения обязательных платежей перед ФНС, перечислены в пользу ИП ФИО5 (ИНН: 

<

***>) (платежи на сумму 38 000 руб.; 08.06.2018 на сумму 45 000 руб.; 25.06.2018 на сумму 36 200 руб.) с назначением платежа «оплата за товар». При этом в назначении платежей нет ссылок на заключенный договор, на счета и т.д.  

Учитывая вышеизложенные фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недобросовестности и неразумности действий ответчика, направленных на уклонение от погашения имеющейся задолженности путем фактического прекращения деятельности общества.  

Ответчик в материалы дела не представил доказательства того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения должником (обществом) обязательств перед своим кредитором.  

Действуя добросовестно и разумно, ответчик мог и должен был принять меры по ликвидации общества, в порядке, предусмотренном статьями 61 - 64 Гражданского кодекса Российской Федерации либо Закона о банкротстве, и осуществления расчетов с кредиторами.  

Ответчик не устранил разумные и обоснованные предположения истца о том, что его действия привели к возникновению убытков на стороне истца ввиду неисполнения вышеуказанных судебных актов.  

Доказательств добросовестности поведения контролирующего лица в материалы дела не представлено, изложенные истцом обстоятельства и представленные в  

подтверждение заявленных требований доказательства не опровергнуты, иного не доказано (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Тогда как задолженность общества "Алмаз" перед истцом установлена вступившими в законную силу судебными актами.  

Суд первой инстанции посчитал, что непредставление в течение длительного времени налоговой и бухгалтерской отчетности, вывод денежных средств со счетов общества способствовало доведению общества до состояния, когда оно не отвечает признакам действующего общества, и может свидетельствовать о том, что единоличный исполнительный орган такого общества имел намерение прекратить деятельность общества в обход установленной законодательством процедуре ликвидации или банкротства.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в действиях ответчика имеются признаки злоупотребления правом. Заведомо зная о наличии права требования истца, будучи извещенным судом о возбуждении искового производства, о наличии исполнительного производства, не принял мер к погашению задолженности, не обеспечил предоставление налоговой отчетности, достоверных сведений о подконтрольном обществе, однако совершал действия, направленные на вывод денежных средств, чем обеспечил невозможность удовлетворения требований истца.  

Таким образом, неисполнение обязательств общества перед истцом обусловлено недобросовестными и неразумными действиями ответчика - лица, контролирующего деятельность общества.  

На основании вышеизложенного является обоснованным вывод суда первой инстанции о доказанности факта наличия убытков, недобросовестности и (или) неразумности бездействия контролирующего должника лица при осуществлении принадлежащих ему прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинной связь между указанными обстоятельствами.  

При определении размера субсидиарной ответственности суд первой инстанции учитывал решение Октябрьского районного суда г.Иркутска от 04.04.2018 по делу № 2-179/2018, определение Октябрьского районного суда г.Иркутска от 18.06.2018 по делу № 2-179/2018.  

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают верных выводов суда первой инстанции и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на его обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.  

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем решение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».  

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.  

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.  

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Иркутской области от 30 июня 2025 года по делу № А19-27830/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение двух месяцев с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.  

 Председательствующий судья О.А. Луценко  

Судьи В.Л. Каминский 

Н.А. Корзова