АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А05-9152/2022

г. Архангельск

05 декабря 2022 года

 

Резолютивная часть решения объявлена 28 ноября 2022 года  

Полный текст решения изготовлен 05 декабря 2022 года 

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Шапран Е.Б.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Онега Неруд» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; адрес: 164884, Архангельская область, Онежский район, п. Покровское)

к обществу с ограниченной ответственностью «Техинвест» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; адрес: 640002, 

<

...>)

о взыскании 4 222 635 руб. 57 коп.,

при участии в судебном заседании представителей

истца ФИО2 (доверенность от 01.01.2022) 

ответчика (с использованием режима веб-конференции) ФИО3 (по доверенности от 18.08.2022)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Онега Неруд» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд архангельской области с  исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Техинвест» (далее – ответчик) о взыскании 4 222 635 руб. 57 коп., в том числе 3 399 468 руб. 64 коп. долга в порядке возврата предоплаты по договору поставки № 161 от 14.09.2021, 119 668 руб. расходов, понесенных истцом по направлению работников для организации и контроля отгрузки товара в место нахождения поставщика (ответчика), и 703 498 руб. 93 коп. пени за просрочку поставки товара, начисленных за период с 28.02.2022 по 16.08.2022. 

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объёме. 

Ответчик не согласен с иском в части заявленных ко взысканию суммы  расходов на командирование работников и неустойки, мотивы несогласия приведены в отзыве и возражениях.

Изучив материалы дела, заслушав представителей  сторон, суд установил. 

14.09.2021 между истцом и ответчиком заключен договор поставки №161, по условиям которого ответчик (поставщик по договору) обязался поставить истцу (покупателю) товар, наименование, количество, цена, срок, место поставки, порядок оплаты указываются в Спецификации (Приложение №1 к договору).

Согласно Спецификации №1 от 14.09.2021 к договору ответчик обязался поставить истцу: 

- костыль путевой 16х16х165 ГОСТ 5812-82 в количестве 1,000 тонны  стоимостью 97 416, 67 руб. (без НДС) в течение 12 календарных дней с момента подписания Спецификации, 

- подкладки Д-65 ГОСТ 8194-75 в количестве 5, 000 тонны стоимостью 883 041 руб. 67 коп. (без НДС) в течение 12 календарных дней с момента подписания Спецификации, 

- шпалу пропитанную 2 тип ГОСТ 78-2004 ГОСТ Р58615-2019 в количестве 1 400 шт. стоимостью 2 664 818 руб. 33 коп. (без НДС) в течение 60 календарных дней с момента подписания Спецификации.

Общая стоимостью поставки составляет 4 374 332 руб. (с НДС).

В Спецификации предусмотрен порядок оплаты: 50% предоплата, 50% по факту готовности к отгрузке. Место поставки: Архангельская область, Онежский район, ж/д станция Онега.

Таким образом исходя из условий договора костыль и подкладки должны были быть поставлены ответчиком истцу в срок не позднее 26.09.2021, шпалы – в срок не позднее 13.11.2021. 

По платежному поручению от 29.09.2021 №63258 истец перечислил ответчику 507 166 руб. в порядке предоплаты по договору поставки.

По платежному поручению от 30.09.2021 №63249 истец перечислил ответчику 1 680 000 руб. в порядке предоплаты по договору поставки. 

Письмом от 21.10.2021 №185 ответчик сообщил истцу о готовности товара к отгрузке 01.11.2021 и просил произвести оплату оставшихся 50% по спецификации. 

29.10.2021 стороны подписали дополнительное соглашение №1 (том 1 л.д. 22) к договору поставки о том, что в связи с увеличением срока отгрузки поставщик организовывает хранение товара, которое производится на охраняемой территории по адресу: 

<

...>, плата за хранение товара не взимается. Стороны договорились, что хранение товара осуществляется до 28.02.2022. Стороны также договорились, что окончательная стоимость товара по спецификации может измениться в связи с прогнозируемым повышением железнодорожного тарифа.

По платежному поручению от 10.11.2021 №71671 истец перечислил ответчику 2 187 166 руб. (окончательный расчет 50% по договору поставки).

Таким образом, истец перечислил ответчику 4 374 332 руб. (507 166 руб. + 1 680 000 руб. +   2 187 166 руб.) в оплату товара по договору поставки.

28.02.2022 стороны подписали дополнительное соглашение №2 к договору поставки от 14.09.2021, в котором договорились о продлении срока хранения товара от 31.05.2022, плата за хранение товара не взимается. 

В дальнейшем, как усматривается из материалов дела, 24.03.2022 работник истца (ФИО4, руководитель службы закупок) направил в адрес ответчика (работник ФИО5) запрос по электронной почте о планируемых сроках поставки (том 1 л.д. 142-144).

29.03.2022 ответчик сообщил о наличии вагонов для доставки продукции, увеличении ж/д тарифа на перевозку и необходимости произвести доплату.   

29.03.2022 ответчик выставил счет №4 (том 1  л.д. 106) на  «доплату по п. 7 доп.соглашения от 29.10.2021» на сумму 84 786 руб. 84 коп.

Истец по платежному поручению от 31.03.2022 №17772 истец перечислил ответчику 84 786 руб. 64 коп. в оплату по счет №4 от 29.03.2022.

В апреле 2022 года, в мае 2022 года истец интересовался у ответчика о том, когда будет произведена поставка товара. Переписка между сторонами проводилась по электронной почте (том 1 л.д. 142-143) и с использованием мессенджера  WhatsApp (том 2 л.д. 16-17) от руководителя ответчика поступило сообщение о том, что отгрузка товара планируется в 20-х числах мая 2022 года, в адрес истца были высланы фото товара (шпал, подкладок).

Как указывает истец, 27.05.2022 в адрес истца по электронной почте поступило дополнительное соглашение №3 к договору поставки, оформленное на бланке ответчика (том 1 л.д. 25), содержание которого предусматривало следующие условия: доставка товара осуществляется ЗАО «Промтранс» за счет покупателя, при этом поставщик возмещает покупателю в срок до 11.06.2022 расходы по оплату услуг ЗАО «Промтранс», расходы покупателя, понесенные по направлению им работников для организации контроля и отгрузки товара. Кроме того поставщик в срок до 11.06.2022 возвращает покупателю  84 786 руб. 64 коп., перечисленных по платежному поручению от 31.03.2022 №17772, поставщик в срок до 11.06.2022 уплачивает покупателю пени за просрочку поставки товара в размере 0,1% от суммы договора за каждый просрочки, начиная с 28.02.2022. Срок отгрузки товара – до 11.06.2022. 

30.05.2022 истец командировал двух своих работников главного инженера ФИО6 и руководителя  службы экономической безопасности ФИО7 в г. Екатеринбург для освидетельствования наличия ТМВЦ и контроля отгрузки ТМЦ.    

31.05.2022 состоялась встреча командированных работников истца (ФИО6 и ФИО7) и руководителя ответчика ФИО8 по адресу: Свердловская область, р-н Белоярский, пгт Белоярский, ул. Трактовая, д. 7.

31.05.2022 представителями истца и ответчика составлен акт (том 1 л.д. 140), в котором зафиксировано, что на месте хранения шпалы в количестве 1 400 шт. отсутствуют, костыли путевые в количестве 1 тонна – отсутствуют, в наличии имеются подкладки в количестве 5 тонн. 

Из материалов дела усматривается, что ответчику шпалы в количестве 1 400 штук должен был поставить ООО «АйПромСити» на основании договора поставки от 21.09.2021 №21/09/21, ответчик также согласовывал с ООО «АйПромСити» хранение товара (шпал, костылей и подкладок) на территории 

<

...> на срок до 28.02.2022 (дополнительное соглашение №1 от 08.11.2021 к договору поставки от 21.09.2021). 

Как указывает ответчик, 01.06.2022 от ФИО9 (директора ООО «АйПромСити») была получена расписка в том, что товар будет поставлен в срок до 10.06.2022.

После этого один из работников истца (ФИО6) 02.06.2022 выехал обратно в Архангельск, работник истца ФИО7 остался в г. Екатеринбурге.

06.06.2022 представителями истца (ФИО7) и ответчика (ФИО8) составлен акт (том 1 л.д. 141), в котором зафиксировано, что на месте хранения шпалы в количестве 1 400 шт. отсутствуют, костыли путевые в количестве 1 тонна – отсутствуют, в наличии имеются подкладки в количестве 5 тонн. 

07.06.2022 работник истца ФИО7 выехал обратно в г. Архангельск. 

Истец направил ответчику требование от 10.06.2022 №3219 (том 1 л.д. 26) о поставке товара в срок до 11.06.2022 в соответствии с условиями дополнительного соглашения №3 от 27.05.2022.

В ответ на указанное требование ответчик в письме №31 от 26.05.2022 (том 2 л.д. 22, в дате письма ответчиком допущена опечатка, на что обоснованно указывает ответчик, вероятнее всего письмо должно быть датировано 26.06.2022), ответчик высказал истцу заверения о принятии с его стороны всех необходимых мер для выполнения обязательства перед истцом по договору поставки  и просил предоставить дополнительное время для исполнения обязательств.     

Истец направил  ответчику претензионное письмо  от 20.06.2022 №3236, в котором потребовал  вернуть  денежные средства в сумме 4 374 332 руб., уплаченные за товар по платежным поручениям от 29.09.2021 №63258, от 30.09.2021 №63249 и от 10.11.2021 №71671,  денежные средства в сумме 84 786 руб. 64 коп., перечисленные по платежному поручению  от 31.03.2022 №17772 (доплата за увеличение ж/д тарифа), уплатить неустойку за просрочку поставки товара и возместить расходы на командирование работников в период с 30.05.2022 по 08.06.2022. 

29.06.2022  по УПД - счету-фактуре  №5 ответчик поставил истцу подкладки Д-65 в количестве 5, 000 тонн стоимостью 883 041 руб. 67 коп. (без НДС) или 1 059 650 руб. (с НДС), которые были приняты истцом.

Поскольку остальной товар  (шпалы и костыли) ответчик не поставил, денежные средства за него не возвратил, истец обратился в суд с настоящим иском. 

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу пункта 5 статьи 454 ГК РФ общие положения параграфа «О купле-продаже» применяются к отдельным видам договора купли-продажи, в том числе поставке товаров, если иное не предусмотрено правилами ГК РФ об этом виде договора.

Согласно пункту 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи 

В соответствии с пунктом 1 статьи 487 ГК РФ в случаях, когда договором купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя оплатить товар полностью или частично до передачи продавцом товара (предварительная оплата), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 настоящего Кодекса.

В пункте 3 статьи 487 ГК РФ установлено, что в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Материалами дела подтверждается, что истец перечислил ответчику в порядке предоплаты денежные средства  за товар в общей сумме 4 374 332 руб., а также 84 786 руб. 64 коп. - доплату за увеличение ж/д тарифа. 

Ответчик поставил истцу только часть товара, о поставке которого стороны договорились в договоре, на сумму 1 059 650 руб. 

Таким образом, сумма предварительной оплаты за товар и его доставку, не поставленный ответчиком, составила 3 399 468 руб. 64 коп.  

Ответчик возражений по обязанности вернуть истцу указанную сумму не заявил, с обязательством по её возврату согласен.

На основании статьи 487 ГК РФ требование о возврате предварительной оплаты за не переданный товар подлежит удовлетворению.  

Истец просит взыскать с ответчика  119 668 руб. расходов, понесенных на командирование своих работников для организации и контроля отгрузки товара в г. Екатеринбург в период с 30.05.2022 по 08.06.2022.

Обязательство ответчика возместить истцу расходы по направлению работников для организации и контроля отгрузки товара по месту нахождения поставщика зафиксировано в пункте 3 дополнительного соглашения №3 от 27.05.2022.   

Из материалов дела следует, что в дополнительном соглашении №1 от 29.10.2021 стороны договорились о хранении подлежащего поставке товара на охраняемой территории по адресу: 

<

...> на срок до 28.02.2022. Впоследствии в дополнительном соглашении № от 28.02.2022 стороны согласовали продление срока хранения до 31.05.2022  на том же месте.

В связи с тем, что ответчик в апреле - мае 2022 года уклонялся от сообщения истцу о  конкретных сроки поставки товара истец 30.05.2022 направил в г. Екатеринбург двух своих работников (ФИО6 и ФИО7) для организации и контроля отгрузки товара. 31.05.2022 сторонами совместно произведен осмотр места хранения товара и установлено, что из согласованного к поставке товара имеются в наличии только подкладки, а шпалы и костыли отсутствуют. 

Ответчик, возражая против  требования о взыскании с него расходов на командирование работников, обязательство по возмещению которых принято ответчиком в дополнительном соглашении №3 от 27.05.2022, ссылается на то, что данное соглашение было подписано не 27.05.2022, а 02.06.2022, ответчик подписал его вынужденно, под воздействием обмана со стороны своего поставщика, при этом ответчик имел намерение сохранить деловую репутацию и сотрудничество с истцом, поставить товар, чем истец злоупотребил. Ответчик просит признать дополнительное соглашение №3 от 27.05.2022 недействительным. 

Согласно пункту 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). 

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. 

Причинная связь между обещанием контрагента ответчика  о поставке товара в срок до 11.06.2022 и включением в дополнительное соглашение №3 от 27.05.2022 условия об обязательстве ответчика возместить расходы на командирование своих работников для организации и контроля отгрузки товара отсутствует.

Доводы ответчика о том, что дополнительное соглашение №3  от 27.05.2022 было заключено не 27.05.2022, а позже (02.06.2022) правового значения не имеет, поскольку это обстоятельство не отменяет и не изменяется принятое ответчиком обязательство  по возмещению расходов на командирование работников. Данное обязательство было принято на себя ответчиком, при этом не имеет значения, когда оно было принято (27.05.2022 или 02.06.2022).

Таким образом, суд приходит к выводу, что требование истца о взыскании с ответчика расходов на командирование работников, которые в силу пункта 3 дополнительного соглашения №3 от 27.05.2022 стали для ответчика обязательством, возникшим из договора, является обоснованным по праву.

В пункте 3 дополнительного соглашения №3 от 27.05.2022 стороны не оговорили размеры возмещения расходов на командирование работников, условия данного пункта каких-либо ограничений по суммам возмещения не содержат.

Из материалов дела усматривается, что  приказом №257/К от 27.05.2022  главный инженер ФИО6 был командирован в г. Екатеринбург, г. Курган  на период с 30.05.2022 по 01.06.2022 для освидетельствования наличия ТМЦ и контроля отгрузки ТМЦ, приказом от 01.06.2022 № 270-2/П срок командировки продлен по 03.06.2022. Согласно авансовому отчету  №35 от 30.06.2022 расходы на командировку составили 45 572 руб., в том числе проживание в гостинице - 22 000 руб., перелет 30.05.2022 по маршруту Архангельск - Санкт-Петербург- Екатеринбург и 02.06.2022 по маршруту Екатеринбург- Москва- Архангельск – 14 372 руб., суточные 5 000 руб., проезд такси аэропорт гостиница- аэропорт – 3 200 руб., проезд 30.05.2022 в автобусе по маршруту Онега-Архангельск – 1 000 руб. 

Согласно приказу №258/К от 27.05.2022 руководитель службы экономической безопасности ФИО7 был командирован в г. Екатеринбург, г. Курган  на период с 30.05.2022 по 01.06.2022 для освидетельствования наличия ТМЦ и контроля отгрузки ТМЦ, приказом от 01.06.2022 № 270-1/П срок командировки продлен по 08.06.2022. Согласно авансовому отчету  №31 от 14.06.2022 расходы на командировку составили 62 590 руб., в том числе проживание в гостинице - 44 000 руб., перелет 30.05.2022 по маршруту Архангельск - Санкт-Петербург- Екатеринбург - 7 590 руб., суточные 10 000 руб., проезд 30.05.2022 в автобусе по маршруту Онега-Архангельск – 1 000 руб.  Кроме того истцом для перелета работника ФИО7 07.06.2022 по маршруту Екатеринбург- Москва- Архангельск были приобретены билеты стоимостью 10 706 руб. Согласно платежному поручению от 06.06.2022 №32438 стоимость билетов оплачена истцом в сумме 10 000 руб.  

Суд находит заслуживающим внимания возражения ответчика, касающиеся  размера возмещения таких расходов в части расходов на проезд 30.05.2022 в автобусе по маршруту Онега- Архангельск.

Согласно приложенным кассовыми чекам на сумму 1 000 руб. (том 1 л.д. 41)  АТОЛ  кассовые чеки выданы 30.05.2022 в 11: 16, в тоже время вылет рейса по маршруту Архангельск-Санкт-Петербург состоялся 30.05.2022  в 7:50, что подтверждается также посадочными талонами.  

Таким образом, кассовые чеки на автобусную перевозку, выданные по времени позже, чем состоявшийся вылет авиарейса не могут подтверждать факт прибытия работником автобусом из г. Онеги в г. Архангельск в целях вылета указанным авиайресом. Поскольку данные расходы не могут быть признаны расходами на командирование работников, то суд отказывает во взыскании названной суммы (2 000 руб.)

Кроме того расходы по перелету работника ФИО7 07.06.2022 по маршруту Екатеринбург- Москва- Архангельск составили 10 706 руб. – стоимость перевозки согласно авиабилету, а также сервисный сбор за оформление билетов – 800 руб., итого 11 506 руб. 

Истец фактически произвел оплату услуг авиакомпании в меньшем размере, в сумме 10 000 руб., что следует из платежного поручения от 06.06.2022 №32438.

Поскольку в пункте 3 дополнительного соглашения №3 от 27.05.2022 предусмотрена обязанность ответчика компенсировать фактически понесенные истцом расходы (долговое обязательство), а не компенсировать убытки истца, связанные с командированием  работников, то взысканию с ответчика подлежат расходы, документальное несение которых подтверждено. В данном случае расходы истца на приобретение авиабилета на перелет ФИО7 по маршруту  Екатеринбург- Москва- Архангельск подтверждены документально в сумме 10 000 руб.  (платежное поручение от 06.06.2022 №32438).

Довод ответчика о том, что документ о проживании ФИО6 в гостинице (том 1 л.д. 45) частично заполнен «от руки», судом отклоняется, поскольку факт оплаты проживания указанного лица в количестве 4 суток на общую сумму 22 000 руб. подтвержден кассовым чеком.

Доводы ответчика о необходимости ограничения суммы расходов на командирование работников разумными пределами, в том числе, в части проезда такси, а не общественным транспортом, в части стоимости проживания, судом отклоняются, поскольку требование о взыскании расходов на командирование заявлено к ответчику на основании заключенного с ответчиком дополнительного соглашения №3 от 27.05.2022, в котором стороны не оговорили размеры и пределы возмещения расходов на командирование работников.

Суд отмечает, что данное требование истца не является требованием о взыскании судебных расходов, размер которых определяется с учетом разумных пределов, исходя из стоимости экономных транспортных расходов и т.д., поэтому оснований для вывода о том, что понесенные истцом расходы на командирование работников выходят за разумные пределы суд не находит.   

На основании изложенного суд считает, что расходы истца, которые истцом фактически понесены на командирование работников для освидетельствования наличия ТМЦ и контроля отгрузки ТМЦ, и, в силу принятого ответчиком обязательства подлежат возмещению ответчиком истцу, составили 116 162 руб.                         

В отношении требования о взыскании 703 498 руб. 93 коп. пени за просрочку поставки товара, начисленных за период с 28.02.2022 по 16.08.2022, судом установлено следующее.

В пункте 7.3. договора поставки сторонами было согласовано условие о том, что в случае нарушения сроков поставки товара покупатель вправе начислить поставщику пени в размере 0,05% от стоимости не поставленного в срок товара. 

В связи с тем, что сторонами было согласовано хранение товара сначала до 28.02.2022 (дополнительное соглашение №1), а затем до 31.05.2022 (дополнительное соглашение №2) указанные соглашения фактически свидетельствуют о согласовании сторонами отсрочки поставки.

В дополнительном соглашении №3 от 27.05.2022 стороны согласовали срок отгрузки товара – до 11.06.2022. При этом в пункте 5 соглашения  установили, что поставщик оплачивает покупателю до 11.06.2022 пени за просрочку поставки товара в размере 0,1% от суммы договора за каждый день просрочки, начиная с 28.02.2022. 

Таким образом, в соглашении №3 от 27.05.2022 стороны увеличили размер ответственности поставщика и определили начальный момент начисления неустойки, что не противоречит положениям статьи 330 и 331 ГК РФ. 

Не оспаривая начальную дату начисления неустойки (с 28.02.2022) ответчик ссылается на то, что период её начисления должен быть ограничен 20.06.2022, т.е. в момент направления истцом претензионного письма от 20.06.2022 №3236, в котором истец потребовал  вернуть  денежные средства, уплаченные за товар по платежным поручениям. 

Как указывалось выше, в соответствии с пунктом 4 статьи 487 ГК РФ в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Судебная практика исходит из того, что с момента заявления покупателем требования о возврате сумм предварительной оплаты за не поставленный товар, которое является односторонним отказом от исполнения договора, обязательство поставщика по поставке товара прекращается.

Согласно пункту 1 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора).

В пункте 4 статьи 450.1 ГК РФ установлено, что сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с пунктом 6 статьи  450.1 ГК РФ если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором, в случаях, когда сторона, осуществляющая предпринимательскую деятельность, при наступлении обстоятельств, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором и служащих основанием для осуществления определенного права по договору, заявляет отказ от осуществления этого права, в последующем осуществление этого права по тем же основаниям не допускается, за исключением случаев, когда аналогичные обстоятельства наступили вновь. 

Согласно пункту 7 статьи 450.1 ГК РФ в случаях, установленных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором, правила пункта 6 настоящей статьи применяются при неосуществлении определенного права в срок, предусмотренный настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

 Истец в претензионном письме  от 20.06.2022 №3236 потребовал от ответчика вернуть  денежные средства.

В ответ на указанное письмо ответчик в письме от 04.07.2022 №34 (том 2 л.д. 23) сообщил, что ответчиком предприняты меры по исполнению своих обязательств по договору поставки, а именно по УПД от 29.06.2022 истцу поставлены подкладки Д-65 в количестве 5 тонн, ответчик решает вопрос о поставке в ближайшее время оставшегося товара (шпал и костылей), предлагает обсудить приемлемые сроки поставки и предоставить ответчику дополнительное время, продлив действие договора. 

Оценивая вышеуказанные обстоятельства, суд считает, что получив 29.06.2022  после претензии от 20.06.2022 №3236 часть товара, истец имел основания полагать, учитывая заверения ответчика в письме от 04.07.2022, что ответчик исполнит свои обязательства, поскольку своим поведением ответчик выражал намерение сохранить действие договора.

Из пояснений истца следует, что истец был заинтересован в получении товара, на поставку которого стороны заключили договор от 14.09.2021. В дальнейшем ответчик не предпринимал действия ни по поставке товара, ни по возврату полученных денежных средств, что и побудило истца обратиться в суд с настоящим иском.  

Принимая во внимание поведение ответчика, выражавшего намерение сохранить и исполнить заключенный с истцом договор, суд находит обоснованным начисление неустойки по день составления истцом искового заявления в суд.

Доводы ответчика о том, что к отношениям сторон применению подлежит постановление Правительства РФ №497 от 28.03.2022 о введении моратория, и, как следствие не начисление штрафных санкций за период, начиная с 01.04.2022, судом отклоняются.  

В пункте 3 статьи 9.1 Закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым – десятым пункта 1 статьи 63 Закона № 127-ФЗ, в частности, не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей. 

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона № 127-ФЗ на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет. 

Согласно пункту 7 вышеназванного Постановления в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона № 127-ФЗ). 

В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. 

Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона № 127-ФЗ) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве. 

Из материалов дела следует, что дополнительное соглашение №3 от 27.05.2022  об исчислении пени по ставке 0,1% от суммы договора за каждый день просрочки, начиная с 28.02.2022, было заключено сторонами в период действия моратория, следовательно, заключая такое соглашение, ответчик выразил свою волю и дал согласие на начисление неустойки и на период действия моратория, что законом допускается.

Оснований для исключения периода начисления неустойки, начиная с 01.04.2022, начавшегося ранее, чем стороны достигли соглашения о начислении неустойки, не имеется. Требование о взыскании неустойки подлежит удовлетворению в заявленном размере.  

На основании  статьи 110 АПК РФ судебные расходы относятся на сторон пропорционально размеру удовлетворенных требований.    

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Техинвест" (ОГРН  

<

***>; ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Онега Неруд" (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) 4 209 129 руб. 57 коп., в том числе 3 505 630 руб. 64 коп. долга, 703 498 руб. 93 коп. неустойки, а также 43 972 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

В удовлетворении иска в остальной части отказать. 

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Судья

Е.Б. Шапран