ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-1976/2024

г. Челябинск

26 марта 2024 года

Дело № А47-986/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Матвеевой С.В., Поздняковой Е.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Правовой Центр «ОДА» на определение Арбитражного суда Оренбургская область от 27.12.2023 по делу № А47-986/2023 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

 

Общество с ограниченной ответственностью «Правовой центр «ОДА» (далее – ООО «Правовой центр «ОДА», кредитор) 31.01.2023 (согласно штампу экспедиции суда) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО2 (Оренбургская область, Оренбургский р-он, 

<

...>, ОГРНИП 319565800073738, ИНН 

<

***>), в связи с наличием просроченной более трех месяцев задолженности в размере 772 844 руб. 38 коп.

Определением суда от 10.02.2023 заявление принято 

Определением суда от 30.04.2023 (резолютивная часть от 21.04.2023) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим утверждена ФИО3 (ИНН 

<

***>, почтовый адрес для направления корреспонденции: 362027, 

<

...>), являющаяся членом Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (115114, 

<

...>). 

Решением от 28.09.2023 (резолютивная часть от 21.09.2023) должник признан несостоятельным (банкротом). Введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим утверждена ФИО3.

ООО «Правовой центр «ОДА» 25.04.2023 обратилось в арбитражный суд с заявлением к ФИО4, г. Оренбург / Респ. Беларусь, Брестская обл., г. Барановичи,  согласно которому просило:

1. признать недействительным договор займа от 15.04.2019;

2. признать недействительным договор уступки прав требования от 11.05.2022.

3. применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу дебиторской задолженности к Религиозной организации «Оренбургская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» (ИНН 

<

***>) по неисполненному им, в рамках договора поставки от 16.03.2020 денежному обязательству, а в случае невозможности возвращения полученного возместить взысканные денежные средства.

4. признать недействительным договор уступки права требования от 26.05.2022.

5. применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу дебиторской задолженности к Религиозной организации «Магнитогорская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» (ИНН 

<

***>) по неисполненному им, в рамках договора поставки от 29.10.2021 денежному обязательству, а в случае невозможности возвращения полученного возместить взысканные денежные средства.

6. признать недействительным соглашение о зачете встречных однородных требований от 20.01.2023.

7. применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу дебиторской задолженности ФИО4 в размере 800 000 руб., возникшей из обязательств по оплате товара, по товарной накладной № 1 от 20.01.2023.

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Религиозная организация «Оренбургская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Религиозная организация «Магнитогорская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

ООО  «Правовой центр «ОДА» представлено уточнение к заявлению, согласно которому просило:

1. признать недействительным договор займа от 15.04.2019;

2. признать недействительным договор уступки прав требования от 11.05.2022;

3. применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу дебиторской задолженности к Религиозной организации «Оренбургская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» (ИНН 

<

***>) по неисполненному им, в рамках договора поставки от 16.03.2020 денежному обязательству в размере 58 800 руб.;

4. признать недействительным договор уступки права требования от 26.05.2022;

5. применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 вернуть в конкурсную массу ФИО2 денежные средства в размере 1 339 200 руб., взысканные с Религиозной организации «Магнитогорская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» (ИНН 

<

***>) на основании договора уступки права требования от 26.05.2022;

6. признать недействительным соглашение о зачете встречных однородных требований от 20.01.2023;

7. применить последствия недействительности сделки в виде восстановления дебиторской задолженности ФИО4 перед ФИО2 в размере 800 000 руб., возникшей из обязательств по оплате товара по товарной накладной №1 от 20.01.2023.

Судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнение заявленных требований принято.

Определением суда от 27.12.2023 в удовлетворении заявления отказано.

С определением суда от 27.12.2023 не согласился кредитор, обратившись с апелляционной жалобой, в которой просил заявление удовлетворить.

По мнению апеллянта, судом первой инстанции не проанализирована возможность признания недействительными сделок по статье 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в отношении договора уступки права требования от 11.05.2022, договора уступки права требования от 26.05.2022, соглашения о зачете встречных однородных требований от 20.01.2023. Между тем, требования кредитор основывал и на указанных положениях. Данное указывает на неполноту исследования.

       Как полагает апеллянт, заключение договора уступки права требования от 11.05.2022, договора уступки права требования от 26.05.2022, соглашения о зачете встречных однородных требований от 20.01.2023 было совершено с целью уменьшения конкурсной массы должника и направлено на утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требованийпо обязательствам должника за счет его имущества. На момент заключения договоров уступки права требования от 11.05.2022 и от 26.05.2022, соглашения о зачете встречных однородных требований от 20.01.2023 у ФИО2 имелись неисполненные обязательства перед ООО ПКО «Правовой Центр «ОДА» по договорам займа от 09.07.2021 и от 23.12.2021, срок исполнения обязательства до 31.12.2021, 31.01.2022 соответственно. Претензии с требованием об уплате задолженности по договорам займа, процентов и неустойки были направлены должнику 18.03.2022. Решением Арбитражного суда Оренбургской области по делу № А47-9700/2022 от 28.11.2022 исковые требования ООО «Правовой Центр «ОДА» были удовлетворены, также 13.01.2023 опубликовано сообщение №14381902 о намерении кредитора ООО «Правовой Центр «ОДА» обратиться в суд с заявлением о банкротстве ИП ФИО2

ООО ПКО «Правовой Центр «ОДА» полагает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении заявления о фальсификации доказательства. У конкурсного кредитора имелась лишь копия договора займа, представленная в материалы гражданского дела, доступ к оригиналу у общества отсутствовал, поскольку ООО ПКО «Правовой Центр «ОДА» стороной сделки не являлось. Также необходимо подчеркнуть, что в ходе рассмотрения дела 2-29/2023 (2-941/2022) в Оренбургском районном суде Оренбургской области, ООО «Правовой Центр «ОДА» было привлечено в качестве третьего лица 01.12.2022, тогда как производство по делу прекращено 20.02.2023. Таким образом, у общества отсутствовала возможность в сжатые сроки оценить представленные в материалы дела доказательства, и заявить ходатайство о фальсификации в рамках рассмотрения гражданского дела.

Экономическая возможность ФИО4 предоставить займ ФИО2 не подтверждена фактически. Фактического подтверждения наличия денежных средств по состоянию на момент заключения договора займа не представлено, с момента заключения договора уступки от 26.12.2016 до момента заключения договора займа 15.04.2019 с ФИО2 прошло 2 года 10 месяцев. Отсутствие реальной экономической деятельности, вывод активов при безденежности соответствующих операций, является злоупотреблением правом, поскольку такие действия имеют цель причинения вреда третьим лицам. Другим примером ничтожности является фальсификация договоров, в том числе, оспариваемых сделок. Таким образом, безденежность, независимо от способа ее сокрытия, является злоупотреблением правом, поскольку посягает на охраняемые законом интересы обеспечения достоверности фактов, и соответствующих подтверждающих документов, в сфере экономического оборота.

Определением от 06.02.2024 апелляционная жалоба принята к производству с назначением к рассмотрению в судебном заседании на 12.03.2024.

Финансовый управляющий посредством системы «Мой арбитр» представил отзыв на апелляционную жалобу с доказательствами заблаговременного направления в адрес лиц, участвующих в деле, в связи с чем, отзыв приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 АПК РФ. В отзыве финансовый управляющий поддержал доводы жалобы.

От иных лиц отзывов не поступило.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО4 (займодавец) и ФИО2 (заемщик) 15.04.2019 заключен договор займа, согласно условиям которого займодавец передает заемщику займ в размере 2 500 000 руб. наличными денежными средствами, а заемщик обязуется возвратить полученную сумму в сроки и в порядке, указанные в настоящем договоре (пункт 1.1 договора) (т.1 л.д. 11).

Согласно пункту 1.2 договора за пользование суммой займа заемщик выплачивает один раз в квартал займодавцу проценты из расчета 6 процентов годовых от суммы займа, не позднее 5 числа месяца следующего за отчетным кварталом. 

Пунктами 2.1, 2.2, 2.3 договора предусмотрено, что займодавец передает заемщику, указанную в п.1.1 сумму, на момент подписания настоящего договора.

Факт передачи займодавцем указанной суммы займа подтверждается подписанием настоящего договора, который имеет силу акта приема - передачи денежных средств.

Возврат суммы займа осуществляется заемщиком в срок не позднее 15.01.2022. Сумма займа может возвращаться заемщиком займодавцу и до истечения срока возврата займа.

Согласно решению Арбитражного суда Оренбургской области от 28.11.2022 в рамках дела № А47-9700/2022 удовлетворены исковые требования. Взыскано с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ООО «Правовой Центр «Ода» 754 749 руб. 38 коп., в том числе 700 000 руб. 00 коп. основной долг, 6 719 руб. 18 коп. проценты за пользование займом, 48 030 руб. 20 коп. неустойка, с продолжением начисления неустойки на сумму долга и процентов в сумме 706 719 руб. 18 коп. (с учетом поступающих платежей), исходя из ставки 0,1 % за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная с 02.10.2022 по день фактической оплаты основного долга и процентов, а также 18 095 руб. 00 коп. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины (л.д.10-12). Заявителем получен исполнительный лист ФС № 035988748.

Из решения по делу № А47-9700/2022 следует, что между истцом (займодавец) и ответчиком (ИП ФИО2, заемщик) заключены договоры займа от 09.07.2021 и от 23.12.2021, в соответствии с пунктом 1.1 которых, займодавец передает заемщику сумму займа в размере 200 000 руб. и 500 000 руб. (соответственно), а заемщик обязуется возвратить указанную сумму в порядке и сроки, согласованные сторонами, и уплатить займодавцу начисленные на нее проценты. Пунктом 1.3 договоров установлено, что заем выдается на срок до 31.12.2021 и до 31.01.2022 соответственно. В силу пункта 1.4 договоров за пользование денежными средствами заемщик обязан уплатить займодавцу проценты из расчета 4,5% процентов годовых. Расчет суммы процентов производится умножением фактической суммы задолженности на годовую процентную ставку и фактическое количество дней использования займа и деления на расчетное количество дней в году, применяемое равным 366 календарным дням. Согласно пункту 5.1 договоров в случае нарушения заемщиком срока возврата займа на сумму основного долга и процентов подлежит начислению неустойка в размере 0,1% от суммы задолженности за каждый день просрочки, начиная со дня, следующего за днем просрочки. Факт передачи истцом ответчику денежных средств в сумме 700 000 руб. 00 коп. подтверждается платежными поручениями № 732 от 09.07.2021, 1577 от 23.12.2021. Истец указал, что ответчик обязанность по возврату займа, а также обязательства по уплате процентов за пользование займом, не исполнил, размер непогашенной задолженности составляет 706 719 руб. 18 коп. Кроме того, истцом начислена неустойка в размере 48 030 руб. 20 коп. (по договору от 09.07.2021 – 18 388 руб. 36 коп. за период с 01.01.2022 по 31.03.2022; по договору от 23.12.2021 – 29 641 руб. 84 коп. за период с 01.02.2022 по 31.03.2022) в соответствии с пунктом 5.1 договоров за нарушение сроков возврата займа и процентов. Истцом 18.03.2022 направлены ответчику претензии с требованием об уплате задолженности по договорам займа, процентов и неустойки, которые оставлены без ответа и удовлетворения. Иск поступил в суд 06.07.2022.

11.05.2022 ФИО2 (цедент) и ФИО4 (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно условиям которого, цедент в счет погашения денежного обязательства возникшего из договора займа от 15.04.2019 уступает, а цессионарий принимает право требования к Религиозной организации «Оренбургская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» по неисполненному им в рамках договора поставки от 16.03.2020 денежному обязательству (пункт 1.1 договора) (т.1 л.д. 14).

Согласно пунктам 1.2, 2.1, 2.2, 2.3 договора сумма уступаемого в соответствии с п.1.1 настоящего договора права требования составляет 382 800 руб.

Уступка права требования цедента к должнику, осуществляемая по настоящему договору, является возмездной.

В качестве оплаты за уступаемое право требования цедента к должнику цессионарий снижает задолженность цедента перед цессионарием возникшую из договора займа от 15.04.2019 на сумму 382 800 руб.

С момента подписания настоящего договора денежные обязательства цедента перед цессионарием в рамках договора займа от 15.04.2019 считаются частично исполненными на сумму 382 800 руб.

26.05.2022 ФИО2 (цедент) и ФИО4 (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно условиям которого цедент в счет погашения денежного обязательства возникшего из договора займа от 15.04.2019 уступает, а цессионарий принимает право требования к Религиозной организации «Магнитогорская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» по неисполненному им в рамках договора поставки от 29.10.2021 денежному обязательству (пункт 1.1 договора) (т.1 л.д. 16).

Согласно пунктам 1.2, 2.1, 2.2, 2.3 договора сумма уступаемого в соответствии с п.1.1 настоящего договора права требования составляет 1 339 200 руб.

Уступка права требования цедента к должнику, осуществляемая по настоящему договору, является возмездной.

В качестве оплаты за уступаемое право требования цедента к должнику цессионарий снижает задолженность цедента перед цессионарием возникшую из договора займа от 15.04.2019 на сумму 1 339 200 руб.

С момента подписания настоящего договора денежные обязательства цедента перед цессионарием в рамках договора займа от 15.04.2019 считаются частично исполненными на сумму 1 339 200 руб.

20.01.2023 ФИО2 и ФИО4 заключено соглашение о зачете встречных однородных требований, согласно условиям которого ФИО2 имеет задолженность перед ФИО4 в размере 800 075 руб., из которых 778 000 руб. основной долг по договору займа от 15.04.2019 и 22 075 руб. расходы по оплате государственной пошлины понесенных в рамках гражданского дела №2-29/2023. ФИО4 имеет задолженность перед ФИО2 в размере 800 000 руб., возникшую из обязательства по оплате товара по товарной накладной №1 от 20.01.2023  (т.1 л.д. 19).

Согласно пункту 3 соглашения стороны решили произвести зачет встречных однородных требований на сумму 800 000 руб. 

Полагая, что имеются основания для признания сделок – договора займа, договоров уступки и соглашения о зачете недействительными сделками, кредитор обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Кредитор ссылался на ничтожность договора займа от 15.04.2019, отсутствие у ФИО4 финансовой возможности выдать займ в пользу должника на сумму 2 500 000 руб.; указывал, что договор займа является мнимой сделкой, фактически денежные средства должнику не передавались, задолженность сформирована искусственно с целью наращивания подконтрольной кредиторской задолженности. Неизвестно на какие цели брался займ, поскольку согласно сведениям из Единого государственного реестре недвижимости (ЕГРН) должник не совершал сделок по приобретению недвижимого имущества, так же у кредитора отсутствуют сведения о приобретении должником движимого имущества. С учетом данных обстоятельств, кредитор указывал, что поскольку договор займа является ничтожным, следовательно, уступка прав требования к религиозным организациям осуществлена должником ответчику без какого - либо встречного предоставления. В результате заключения договоров уступки от 11.05.2022, 26.05.2022, соглашения о зачете встречных однородных требований от 20.01.2023 причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившихся в уменьшении активов должника. В части требований заявителя о признании недействительной сделкой соглашение о зачете встречных однородных требований от 20.01.2023 ссылался на фактическое неисполнение ФИО2 обязательств по поставке товара.

В качестве правового основания для признания сделок недействительными конкурсный кредитор указал пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 170 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ).

В судебном заседании 23.11.2023 представителем ООО «Правовой центр «ОДА» оглашено письменное заявление о фальсификации доказательства по делу: договора займа от 15.04.2019. В качестве способа проверки подлинности договора займа от 15.04.2019 кредитор просил назначить судебную экспертизу.

В судебном заседании представитель ответчика пояснял, что договор займа от 15.04.2019 был представлен ООО «Правовой центр «ОДА» к заявлению о признании сделок недействительными; данный договор конкурсный кредитор просит признать недействительным.

В судебном заседании 21.12.2023 представитель ООО ПКО  «Правовой центр «ОДА» на заявлении о фальсификации доказательства настаивал.

Представитель ответчика возражал, указывая, что копия доказательства, о фальсификации которого заявлено обществом, представлена в суд самим обществом, в связи с чем, заявление о фальсификации рассмотрению не подлежит. Оригинал договора займа от 15.04.2019, наряду с иными документами, имеющими значения для данного дела, были утрачены в виду реального понимания ФИО4 невозможности полного его исполнения должником и отсутствия у ФИО4 желания по несению дополнительных финансовых затрат, связанных с дальнейшим взысканием с ФИО2 оставшегося долга. Однако оригинал договора займа от 15.04.2019 исследовался Оренбургским районным судом Оренбургской области при рассмотрении дела №2-29/2023 и Правобережным районным судом г. Магнитогорска при рассмотрении дела №2-2318/2022, при этом, ему была дана соответствующая правовая оценка. ООО «Правовой центр «ОДА» принимало участие в рассмотрении дела №2-29/2023, имело возможность ознакомиться с оригиналом договора займа от 15.04.2019, при этом заявления о его фальсификации не заявляло. 

Финансовым управляющим 05.06.2023 представлен отзыв на заявление конкурсного кредитора, в котором позиция кредитора поддержана (л.д. 52-55).

Представителем ответчика заявлены возражения по основаниям, изложенным в отзыве на заявление. В обоснование возражений представитель пояснял, что финансовая состоятельность ФИО4 на момент заключения оспариваемого договора займа подтверждается решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 14.09.2016, вступившим в силу и исполненным в январе 2018г., согласно которому с ООО «Скорпион – Трейд» в пользу ФИО4 было взыскано 65 201 700 руб. В 2018г. ФИО4 приобрел долю в уставном капитале ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» (ИНН 

<

***>). После приобретения доли в уставном капитале ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» в 2020г. ФИО4 взыскал в судебном порядке задолженность в общей сумме 36 497 650 руб. (дела №А47-415/2017, №А47-476/2017). В связи с не возвратом ФИО2 суммы займа ФИО4 направлено исковое заявление в Оренбургский районный суд (дело №2-29/2023). В период судебного разбирательства велись переговоры по мирному урегулированию спора, по результатам которых стороны подписали договоры уступки права требования. Впоследствии договор уступки права требования от 11.05.2022 был расторгнут. Сделка - договор уступки права требования от 26.05.2022 является равноценным встречным исполнением обязательств другой стороной сделки, поскольку уступка права требования к Религиозной организации «Магнитогорская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» была произведена по цене равной сумме долга по договору займа от 15.04.2019, что свидетельствует об отсутствии ухудшения условий для должника. Заявителем не доказано, что сделка совершена в отношении заинтересованного лица. Впоследствии также в рамках мирного урегулирования спора между ФИО2 и ФИО4 была достигнута договоренность о поставке взамен отказа от иска в Оренбургском районном суде, в адрес последнего товара на общую сумму 800 000 руб. В целях реализации достигнутого соглашения заблаговременно до поставки товара был подписан акт зачета встречных однородных требований, дело в Оренбургском районном суде 20.02.2023 по заявлению ФИО4 было прекращено, в связи с отказом истца от иска. Однако после прекращения в Оренбургском районном суде дела, обязательства ФИО2 по поставке товара так и не были выполнены. Фактически заблаговременно подписанный до поставки товара 20.01.2023 акт зачета не имеет юридической силы, в виду не передачи  ФИО4 товара. Доводы кредитора о формировании задолженности с целью наращивания подконтрольной кредиторской задолженности опровергаются материалами дела о банкротстве должника; с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО4 не обращался. В обоснование заявленных требований общество представляет копии документов, источники происхождения которых неизвестны; оригиналы документов в материалах дела отсутствуют. Действительность договора займа, в том числе, подтверждается мероприятиями, принимаемыми ФИО4 для взыскания с ФИО2 задолженности. Действия кредитора по инициированию обособленных споров о признании недействительными сделок являются недобросовестными, общество пытается пополнить конкурсную массу путем взыскания денежных средств с добросовестных лиц (отзыв (л.д. 60-62)).

Ответчиком представлена копия решения Ленинского районного суда г. Оренбурга от 14.09.2016г. (л.д. 63-64).

Согласно решению Ленинского районного суда г. Оренбурга от 14.09.2016 исковые требования ФИО4 к ООО «Скорпион - Трейд» о взыскании денежных средств удовлетворены. С ООО «Скорпион - Трейд» в пользу ФИО4 взыскана сумма долга по договору от 04.05.2015 в размере 39 000 000 руб., проценты по договору 6 742 725,92 руб., неустойка 19 398 975 руб., расходы по оплате госпошлины 60 000 руб. (т.1 л.д. 63-64).

Дата вступления решения  в законную силу 20.10.2016.

Определением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 17.03.2017 заявление ФИО5 о процессуальном правопреемстве удовлетворено. Произведена замена стороны взыскателя ФИО4 по гражданскому делу №2-6540/2016 по иску ФИО4 к ООО «Скорпион - Трейд» о взыскании задолженности по договору займа от 04.05.2015 в следующем порядке: на ФИО6 - 17 550 000 руб. - сумма основного долга, 3 034 226 руб. 66 коп. - проценты за пользование суммой займа, 8 729 538 руб. 75 коп. - неустойка за неисполнение условий договора займа;  ФИО7 - 17 550 000 руб. - сумма основного долга, 3 034 226 руб. 66 коп. - проценты за пользование суммой займа, 8 729 538 руб. 75 коп. - неустойка за неисполнение условий договора займа; ФИО5 - 3 900 000 руб. - сумма основного долга, 674 272 руб. 40 коп. - проценты за пользование суммой займа, 1 939 897 руб. 50 коп. - неустойка за неисполнение условий договора займа (л.д. 126-127).

В определении Ленинского районного суда г. Оренбурга от 17.03.2017 указано, что 26.12.2016 между ФИО4 (Цедент) и ФИО7 (Цессионарий) заключен договор уступки права (требования). Цена уступаемого требования составляет 20 000 000 руб. (договор (т.1 л.д. 124-125)).

Судебный акт вступил в законную силу.

Данные обстоятельства являлись предметом исследования суда в рамках дела № А47-11919/2016 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Скорпион - Трейд» (г.Оренбург, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Определением суда от 15.02.2018 (резолютивная часть) по делу № А47-11919/2016 заявление ФИО7 удовлетворено, признана обоснованной задолженность в размере 29 313 765 руб. 41 коп. Конкурсному управляющему должника предписано включить в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Скорпион - Трейд» требование ФИО7  в размере 29 313 765 руб. 41 коп.

Суд первой инстанции, учитывая, что применительно к статье 161 АПК РФ заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах, принимая во внимание, что копия оспариваемого доказательства представлена ООО «Правовой центр «ОДА» к заявлению о признании сделок недействительными; данный договор займа является предметом настоящего обособленного спора, общество просит признать данный договор займа недействительным на основании ст. 10, ст. 170 ГК РФ, пришел к выводу, что указанные обществом доводы о фальсификации подлежат установлению с учетом оценки представленных доказательств. Приведенные обществом основания для признания доказательства сфальсифицированным, а именно выводы суда по результатам рассмотрения обособленных споров №А47-986-2/2023, №А47-986-3/2023 о незаключенности договоров займа от 04.11.2019, 31.05.2019, не могут быть расценены как фальсификация договора займа от 15.04.2019. Представитель ответчика при рассмотрении настоящего обособленного спора на незаключенность договора займа от 15.04.2019 не ссылался. С учетом изложенного, в удовлетворении заявления ООО ПКО «Правовой центр «ОДА» о фальсификации доказательства отказано.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий для признания оспариваемых сделок недействительными, счел доказанным факт возникновения заемных отношений, наличие у ответчика финансовой возможности предоставить заем, указал на отсутствие признаков неравноценности встречного предоставления либо факта причинения вреда кредиторам, учитывая, что часть средств по одному из уступленных прав требований поступила самому должнику.

Апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статье 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Статьей 61.2 Закона о банкротстве предусмотрены условия недействительности сделок, совершенных при неравноценном встречном предоставлении либо с целью причинения вреда кредиторам.

В пунктах 5-9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оспариваемый договор займа заключен 15.04.2019, возбуждено производство по делу о банкротстве определением от 10.02.2023, в связи с чем, суд первой инстанции верно заключил, что оспариваемая сделка совершена за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В силу пункта 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В силу пункта 3 статьи 812 ГК РФ в случае оспаривания займа по безденежности размер обязательств заемщика определяется исходя из переданных ему или указанному им третьему лицу сумм денежных средств или иного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи  10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25),  оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из разъяснений, данных в пунктах 7, 8  постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 86 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Учитывая, что сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, применяются повышенные стандарты доказывания, в частности, к оценке спорных правоотношений применимы названные разъяснения постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35.

Оспариваемый договор займа датирован 15.04.2019, срок возврата 15.01.2022 (на 2 года и 9 месяцев). Оригинал договора не представлен, как указывает ответчик утрачен. Из договора займа следует, что в расчетах при предоставлении займа использовались наличные денежные средства. Сумма займа являлась значительной – 2,5 млн. руб. под 6 % годовых. В последующий период заключено еще 2 договора займа (31.05.2019, 04.11.2019) на сумму 5 млн. руб. и 5,5 млн. руб. соответственно. В рамках дела о банкротстве ФИО2 ФИО4 является ответчиком по трем обособленным спорам, инициированным кредитором.

Заем, исходя из условий спорного договора, должен был быть предоставлен на длительный срок, однако, исходя из значительной суммы займа и длительности периода предоставления, какого-либо обеспечения (залог, поручительство и т.д.), что не характерно для обычаев делового оборота.

Как утверждает кредитор и не оспорено ответчиком, в рамках гражданского дела 2-29/2023 МРУ Росфинмониторинг по ПФО 10.02.2023 представлены сведения, что ФИО4 на дату предоставления денежных средств по договору займа от 15.04.2019 не являлся руководителем/учредителем каких-либо обществ, деятельность индивидуального предпринимателя не осуществлял, в качестве самозанятого не зарегистрирован.

В рамках указанного дела взыскивалась задолженность по договору займа от 15.04.2019, истец ФИО4 отказался от иска, указав на факт исполнения должником обязательств. К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены кредиторы, включая апеллянта. При этом, иск поступил в суд 07.02.2022, на протяжении 2022 года в процесс вступали третьими лицами кредиторы и лишь 20.02.2023 истец отказался от иска и производство по делу было прекращено.

При этом, финансовый управляющий в ходе рассмотрения настоящего спора указывал на наличие признаков заинтересованности должника и ответчика через представителя ФИО8 (представитель ФИО4), который представлял интересы должника ФИО2 в рамках дела о банкротстве ООО «СХП «САЛИС» (№ А47-11664/2018), доверенность от 16.06.2022, выдана сроком на 10 лет.

Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о признаках заинтересованности, однако может быть учтено в качестве косвенных признаков таковой с учетом оценки иных обстоятельств.

Характер сделок, поведение сторон ответчика и должника, наступившие последствия в совокупности с установленными по делу обстоятельствами указывают на наличие признаков фактической заинтересованности между должником и ответчиком. 

В списке кредиторов должник указал ФИО4 с суммой обязательств по договору займа от 15.04.20219 в размере 778 тыс. руб. (как указывал финансовый управляющий, приобщено представителем должника в рамках рассмотрения обособленного спора об истребовании сведений у должника, дата и подпись должника отсутствует). Поданным Картотеки арбитражных дел, документ представлен должником по системе «Мой арбитр» 26.07.2023 в 17:28 мск. При том, что отказ от иска ФИО4 к ФИО2 о взыскании по договору займа от 15.04.2019 в рамках дела № 2-29/2023 датирован 17.02.2023, соглашение о зачете на сумму 800 075 руб. (из которых 778 тыс. руб. основной долг по договору займа от 15.04.2019) датировано 20.01.2023.

В обоснование финансовой возможности, заявитель указал на уступку 26.12.2016 ФИО7 прав требований к ООО «Скорпион-Трейд» на сумму свыше 39 млн. руб. только по основному долгу по займу 2015 года и иные права (по процентам и неустойке) по цене 20 000 000 руб. В договоре уступки указано, что на момент заключения договора цедент получил денежные средства, договор является актом приема-передачи.

Вместе с тем, во-первых, оспариваемая сделка датирована 2019 годом, по истечении 2,5 лет с момента совершения вышеуказанной сделки. Следовательно, период не соотносится с периодом совершения оспариваемой сделки, в связи с чем, не может служить подтверждением фактического наличия денежных средств в апреле 2019 года в размере договора займа. Во-вторых, в деле не имеется доказательств наличия финансовой возможности у цессионария рассчитаться наличными средствами в цены сделки (20 млн. руб.).

Иных доказательств фактического наличия денежных средств в деле не имеется, а должник не раскрыл цели получения денежных средств и фактическое их расходование.

При изложенных обстоятельствах, факт наличия финансовой возможности не подтвержден, основания для признания доказанным факта предоставления займа не имеется.

Следовательно, доводы жалобы в указанной части следует признать обоснованными.

Доводы общества о формировании искусственной кредиторской задолженности материалами дела о банкротстве должника, вопреки выводам суда первой инстанции, подтверждаются.  

То обстоятельство, что ФИО4 с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов не обращался, правового значения не имеет, учитывая, что за счет формирования мнимой задолженности по договору заключены сделки, направленные на выбытие ликвидных активов – дебиторской задолженности.

Иные оспариваемые сделки совершены 11.05.2022, 26.05.2022, 20.01.2023, то есть в течение года до возбуждения дела о банкротстве, в период подозрительности и могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

Формально договоры уступки носят возмездный характер, право требования к религиозным организациям реализовано по номинальной стоимости. Продажа уступаемого права требования предполагалась за счет уменьшения задолженности по договору займа от 15.04.2019 на сумму 382 800 руб. и 1 339 200 руб. соответственно.

Вместе с тем, выше установлено, что факт предоставления займа документально не подтвержден, следовательно, сделки совершены безвозмездно, в условиях наличия признаков неплатежеспособности должника, поскольку обязательства перед кредиторами были просрочены, что указывает на цели причинения вреда кредиторам.

В рамках дела № 2-2318/2022 Правобережного районного суда г. Магнитогорска по иску ФИО4 к Религиозной организации «Магнитогорская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» определением от 09.08.2022 утверждено мировое соглашение, согласно которому ответчик признал долг на сумму 1 339 200 руб., обязался перечислить средства в установленные сроки.

Из пояснений ответчика, платежных документов, представленных финансовым управляющим (вх. от 16.11.2023 13:28 мск), следует, что мировое соглашение исполнено в пользу ответчика.

То обстоятельство, что по части уступленного права исполнение дебитором произведено в пользу должника (из 382,8 тыс. руб. на сумму 324 тыс. руб. по договору поставки от 16.03.2020, копия платежного поручения №336 от 25.07.2022), не исключает направленности сделки на вышеуказанные цели – причинение вреда кредиторам. Поскольку в отсутствие какого-либо встречного предоставления отчужден ликвидный актив. Остаток долга 58 800 руб.

В части требований заявителя о признании недействительной сделкой соглашение о зачете встречных однородных требований от 20.01.2023 представитель ответчика ссылался на фактическое неисполнение ФИО2 обязательств по поставке товара.

В соответствии со статьей 410 ГК РФ зачет представляет собой способ прекращения встречных однородных требований, обязательным условием для его проведения является наличие встречного однородного требования; в противном случае соглашение о зачете представляет собой недействительную сделку.

Для осуществления зачета необходимо, чтобы кредитор по одному обязательству являлся должником по другому, а должник по первому выступал кредитором по второму обязательству. Кроме того, зачет как способ прекращения встречного однородного требования в обязательствах предполагает бесспорность предъявленных к зачету требований.

Зачет может быть совершен в отношении реально существующих требований и способных к исполнению обязательств.

Вместе с тем, из соглашения о зачете следует, что погашены обязательства должника перед ответчиком на сумму задолженности по договору займа от 15.04.2019, тогда как выше установлено, что факт предоставления займа документально не подтвержден, в свою очередь, погашены и обязательства ответчика перед должником по поставке товара.

При рассмотрении настоящего обособленного спора действительно не представлено доказательств, обосновывающих факт поставки ФИО2 товара ФИО4 на сумму 800 000 руб. 

Вместе с тем, в соглашении о зачете указаны конкретные реквизиты документа, обосновывающего поставку должником товара ответчику, а подписав соглашение о зачете с указанием  на свое обязательство по оплате поставленного товара, ответчик фактически признал наличие таковой.

Более того, в данной части позиция ответчика представляется апелляционному суду непоследовательной и противоречивой, учитывая, что спорный документ был введен в гражданский оборот, представлен в рамках иного гражданского дела (где третьими лицами участвовали кредиторы, перед которыми раскрыты данные обстоятельства) в целях обоснования своей позиции относительно отказа от иска со ссылкой на исполнение. Тогда как в рамках настоящего спора ответчик фактически указывает на фиктивность данного документа, ссылаясь на предварительные договоренности о возможности поставки. В связи с чем, апелляционный суд критически относится к пояснениям ответчика, предоставленным в рамках настоящего спора по данным обстоятельствам.

В связи с чем, и с учетом вышеуказанных обстоятельств, факт отсутствия поставки нельзя признать доказанным. Напротив, следует признать подтвержденным с учетом документов, представленных в рамках иного дела.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не может согласиться с позицией суда первой инстанции относительно квалификации данной сделки.

Сделка совершена в целях причинения вреда кредиторам, поскольку в счет исполнения несуществующих обязательств по займу зачтены реальные обязательства ответчика перед должником по договору поставки.

Принимая во внимание изложенное, сделки подлежат признанию недействительными с применением последствий их недействительности (статья 167 ГК РФ, статья 61.6 Закона о банкротстве), учитывая, что в части исполнение дебитором было произведено в пользу должника, следовательно, право требования может быть возвращено в части суммы 58,8 тыс. руб., в иной части исполнение дебитором произведено в полном объеме в пользу ответчика, в связи с чем, возможность возврата данного права требования утрачена, следует взыскать сумму 1 339 200 руб. непосредственно с ответчика, право требования к ФИО4, возникшей из обязательств по оплате товара по товарной накладной № 1 от 20.01.2023, подлежит восстановлению.

Касательно заявления кредитора о фальсификации суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции в данном вопросе, учитывая, что сам кредитор представил копию договора займа, которую оспаривает в рамках настоящего спора, исключение доказательства в порядке статьи 161 АПК РФ исключит возможность оценки договора на предмет действительности, не позволит рассматривать спор по существу в данной части, более того, оригинал договора отсутствует в силу утраты, на что указал ответчик, что является дополнительным основанием для отклонения заявления о фальсификации. Доводы апеллянта в данной части подлежат отклонению.

Касательно необходимости оценки части сделок (договоры уступки, соглашение о зачете) на предмет наличия оказания предпочтения апелляционный суд отмечает следующее. Данные сделки совершены 11.05.2022, 26.05.2022, 20.01.2023, дело о банкротстве возбуждено определением от 10.02.2023. Период подозрительности для сделок, оспариваемых по статье 61.3 Закона о банкротстве – 6 месяцев и 1 месяц до возбуждения дела о банкротстве, либо после возбуждения дела о банкротстве. Договоры уступки не подпадают под период подозрительности, установленный статьей 61.3 Закона о банкротстве, выходят за рамки указанного период, поскольку совершены более чем за 9 месяцев до возбуждения дела о банкротстве. Соглашение о зачете совершено в пределах месяца до возбуждения дела о банкротстве, в связи с чем, может быть признано недействительным и по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Вместе с тем, выше установлено, что зачет произведен в счет исполнения несуществующих обязательств, в связи с чем, является недействительным в силу причинения вреда кредиторам, тогда как факт предпочтения (обязательный элемент состава) отсутствует ввиду отсутствия обязательств должника перед ответчиком.

Определение подлежит отмене, жалоба – удовлетворению (подпункт 3 пункта 1 статьи 270 АПК РФ).

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе в силу статьи 110 АПК РФ подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 176, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургская область от 27.12.2023 по делу № А47-986/2023 отменить, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Правовой Центр «ОДА» - удовлетворить.

Признать недействительным договор займа от 15.04.2019, заключенный между ФИО4 и ФИО2, договор уступки прав требования (цессии) от 11.05.2022, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника ФИО2 дебиторской задолженности к Религиозной организации «Оренбургская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» (ИНН 

<

***>) по неисполненному им в рамках договора поставки от 16.03.2020 денежному обязательству в размере 58 800 (пятьдесят восемь тысяч восемьсот)  руб.

Признать недействительным договор уступки прав требования от 26.05.2022, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделки. Взыскать с ФИО4 в конкурсную массу должника ФИО2 денежные средства в размере 1 339 200 (один миллион триста тридцать девять тысяч двести) руб. 00 коп.

Признать недействительным соглашение о зачете встречных однородных требований от 20.01.2023, заключенное между ФИО4 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности ФИО4 перед ФИО2 в размере 800 000 (восемьсот тысяч) руб. 00 коп., возникшей из обязательств по оплате товара по товарной накладной № 1 от 20.01.2023.

Взыскать с ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Правовой Центр «ОДА» в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления и апелляционной жалобы в сумме 9 000 (девять тысяч) руб. 00 копеек.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                            Л.В. Забутырина 

 

Судьи                                                                              С.В. Матвеева

 

                                                                                             Е.А. Позднякова