Арбитражный  суд  Брянской  области

241050, г. Брянск, пер. Трудовой, д.6 сайт: www.bryansk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Решение

Дело №А09-12559/2016

город Брянск

22 октября 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 15.10.2018.

Арбитражный суд Брянской области в составе судьи Матулова Б.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ивашиной Я.В., 

рассмотрев исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Брянск Брянской области, ОГРНИП 312325605500286,

к обществу с ограниченной ответственностью «Динамик 32», г.Брянск Брянской области, ОГРН 

<

***>,

о взыскании 588 131, 66 руб.

третьи лица: 1) ИП ФИО2; 2) ИП ФИО3; 3) ФИО4.

при участии до перерыва:

от истца: ФИО1 - предприниматель (личность удостоверена); ФИО5 – представитель (доверенность от 29.02.2016 №32 АБ 1051264);

от ответчика: ФИО6 – директор (личность удостоверена), ФИО7 – представитель (доверенность от 12.10.2016 №018);

от третьих лиц: не явились, извещены. 

ФИО8 - эксперт (личность удостоверена).

при участии после перерыва:

от истца: ФИО1 - предприниматель (личность удостоверена); ФИО5 – представитель (доверенность от 29.02.2016 №32 АБ 1051264);

от ответчика: ФИО6 – директор (личность удостоверена);

от третьих лиц: не явились, извещены.

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, истец, субарендатор) обратился в Арбитражный суд Брянской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Динамик 32» (далее – ООО «Динамик 32», ответчик, арендодатель) о взыскании 588 131,66 руб., в том числе 587 779 руб. убытков, а также 352, 66 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд, в порядке ст.51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) привлек к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ИП ФИО2, ИП ФИО3, ФИО4.

Дело рассмотрено 15.10.2018, после перерыва, объявленного в судебном заседании 10.10.2018 в порядке ст.163 АПК РФ.

В ходе судебного разбирательства истец поддержал исковые требования к ответчику, а также заявил ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы.

В судебном заседании был опрошен эксперт ФИО8, который дал пояснение по исследовательской части проведенного экспертного исследования.

Судом данное ходатайство отклонено как необоснованное с учётом пояснений эксперта, а также фактических обстоятельств дела.

Обосновывая позицию истец указал, что 01.06.2014 между истцом и ответчиком был заключен договор субаренды нежилого помещения №012 (т.1 л.д.12-15), по условиям которого арендодатель сдает во временное пользование, а арендатор принимает в субаренду нежилое помещение: кирпичное отапливаемое помещение площадью 88,0 кв.м (далее – нежилое помещение) для полиграфической деятельности, расположенное по адресу: 

<

...>. Сумма субаренды составляет 21 000 руб. в месяц (п.1.1 договора). На основании акта приема-передачи от 01.06.2014 (л.д.17) данное помещение было передано истцу.

Дополнительным соглашением от 01.05.2015 к договору от 01.06.2014 №012 стороны определили использование отмеченного помещения под склад с суммой оплаты в месяц 16 000 руб.

15.04.2015 между ИП ФИО1 и ИП ФИО2 был заключен договор хранения №05/2015 (т.1 л.д.27-31), в соответствии с которым истец принял на хранение мебель на общую сумму 167 489, 22 руб.

01.05.2015 между ФИО3 и ИП ФИО1 был заключен договор хранения №04/2015 (т.1 л.д.32-36), в соответствии с которым истец принял на хранение мебель на общую сумму 468 890, 72 руб.

Вышеуказанное имущество хранилось в арендованном истцом помещении на основании договора субаренды от 01.06.2014 №012.

Как указал в своем исковом заявлении истец, 27.05.2015 в результате сильного дождя произошло залитие арендуемого помещения, вследствие чего находящаяся на хранении мебель получила значительные повреждения, приведшие к ее полной непригодности.

01.06.2015 между истцом и ответчиком был заключен договор субаренды нежилого помещения №007 (т.1 л.д.18-20), по условиям которого ответчик передал по акту (т.1 л.д.21), подписанному без замечаний и разногласий, во временное пользование, а истец принимает в субаренду спорное нежилое помещение, используемое под склад (п.1.1 договора от 01.06.2015 №007).

02.06.2015 истцом был составлен акт (т.1 л.д.23), подтверждающий факт залития, в котором указано, что залитие складского помещения произошло из-за неисправности водоотводов (ливневок), а также кровли складского помещения.

Уведомлением от 08.06.2015№б/н (т.1 л.д.22) истец пригласил ответчика для произведения осмотра 10.06.2015 в 10 час. 00 мин. находящейся на хранении мебели в спорном помещении.

10.06.2015 в составе комиссии был произведен осмотр мебели, находящейся на хранении истца, о чем составлен акт (т.1 л.д.24-26), который ответчиком не подписан.

В целях определения стоимости причиненного ущерба истец обратился в специализированную организацию ООО «Деловое партнерство», согласно заключению от 27.08.2015 №15415 (т.1 л.д.37-48) рыночная стоимость испорченного имущества составила 587 779 руб.

В связи с тем, что у истца возникла обязанность перед третьими лицами по возмещению убытков, связанных с оплатой поврежденного имущества, ИП ФИО1 направил в адрес ответчика претензию от 31.07.2015, которая была оставлена последним без исполнения и ответа.

Доказывая понесенные убытки истец представил расписки о выплате ИП ФИО3 и ИП ФИО2 денежных средств за причиненный ущерб от 10.06.2016 на сумму 420 290,73 руб., от 15.09.2016 на сумму 167 490, 22 руб. (т.1 л.д.93, 94).

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований по причине не согласия с фактом и причинами залива, указанными истцом, а также величиной причиненного ущерба. При этом, по его мнению, спорная мебель была перемещена в арендуемый склад из другого места с учётом условий заключенного договора субаренды от 01.06.2015.

Также ответчик указал, что в материалах дела отсутствуют акты приема-передачи мебели по договорам хранения от 15.04.2015 №04/2015, от 01.05.2015 №04/2015, соответственно, нет доказательств передачи вещей на хранение между истцом и третьими лицами.

То есть, ответчик считает, что истцом не доказаны причиненные ему убытки, и оснований для их компенсации не возникло (т.1 л.д.149-150, т.2 л.д.45-46, т.4 л.д.57).

В опровержение указанной позиции ответчика истец представил в материалы дела акты приема-передачи по договорам хранения от 01.05.2015 (т.2 л.д.58-60).

Ответчиком заявлено ходатайство о фальсификации доказательств (ст.161 АПК РФ) и назначении судебной экспертизы по проверке подлинности актов (т.2 л.д.40).

Учитывая поданное ответчиком ходатайство, истец заявил об исключении из числа доказательств по делу указанных актов (т.2 л.д.74), в связи с чем, экспертиза не проводилась, а денежные средства, перечисленные ответчиком на депозит суда, были возвращены.

Вместе с тем, подтверждая фактическое заключение договоров хранения поврежденного имущества истец указал, что факт его передачи подтверждается совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе позицией третьих лиц ИП ФИО3 и ИП ФИО2, актом осмотра мебели от 10.06.2015, составленного комиссией на складе хранения, перечень элементов которого полностью совпадает с перечнем мебели, указанной в приложениях к договорам хранения мебели, а также договорами аренды транспортных средств от 01.05.2015 №1 (т.3 л.д.92-93, 94-95), согласно которым транспортные средства, принадлежащие истцу, будут использоваться для перевозки мебели из гипермаркета 2×2 по ул.Бурова, д.22 на склад, находящийся на ул.Базарная, д.1 (п.1.4.).

Третьи лица (ФИО3 и ФИО2) представили письменные отзывы на исковое заявление (т.2 л.д.79-77), в которых указали о подтверждении фактов передачи мебели на хранение истцу, а также указали, что причиненный ущерб ИП ФИО1 возместил в полном объеме, сославшись на вышеуказанные расписки.

Стороны ходатайствовали о назначении строительно-технической и товароведческой судебных экспертиз с целью установления возможности залития спорного помещения при заданных условиях с учётом возможного расположения мебели, а также стоимости причиненного ущерба.

Определением суда от 15.06.2017 по делу была назначена судебная товароведческая экспертиза, проведение ее было поручено обществу с ограниченной ответственностью «Международный центр оценки и консалтинга» (ИНН 

<

***>), эксперту – ФИО9, перед экспертом были поставлены следующие вопросы:

«1. Определить по акту залития №б/н от 10.06.2015 стоимость ущерба, причиненного имуществу, по состоянию на 10.06.2015?

2. Определить возможность причинения ущерба, причиненного имуществу, находящемуся в помещении склада №5, расположенного по адресу: 

<

...>, с учетом площади склада и расположения мебели (поврежденных элементов), указанной в договоре хранения №03/2014 от 15.04.2015 (акт приема передачи №б/н от 01.05.2015), договоре хранения №04/2015 от 01.05.2015 (акт приема передачи №б/н от 01.05.2015)?».

Согласно заключению эксперта от 07.12.2017 №08/12 (т.3 л.д.88-106) ущерб мог быть причинен имуществу, находящемуся в помещении склада №5, расположенного по адресу: 

<

...>, с учетом площади склада (43,7 кв.м) и расположения мебели (поврежденных элементов), указанной в договоре хранения от 15.04.2015 №03/2014. При этом, стоимость ущерба по состоянию на 10.06.2015 составила 483 350 руб.

В целях определения причин залива определением суда от 15.06.2017 была также назначена строительно-техническая экспертиза проведение ее было поручено федеральному бюджетному учреждению Брянская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (ИНН 

<

***>), ведущему государственному судебному эксперту – ФИО10

Определением суда от 08.11.2017 была произведена замена экспертного учреждения на общество с ограниченной ответственностью «ТрастПроект» (ИНН 

<

***>) с поручением её проведения экспертам - ФИО8, ФИО11, на разрешение экспертов был поставлен следующий вопрос:

«Определить возможность попадания 27.05.2015 через въездные ворота дождевых вод в помещение склада №5, арендуемого ИП ФИО1, расположенного по адресу: 

<

...>, с учетом существующей системы водоотвода и погодных условий?».

Из заключения экспертов №100Э-05/18 (т.4 л.д.24-31) следует, что попадание 27.05.2015 дождевых вод в помещение склада №5 через въездные ворота с учетом существующей системы водоотвода и погодных условий, а также состояния водоотводного лотка невозможно. Так же невозможно попадание дождевых вод, собранных с асфальтированной площадки базы, на которой расположен склад №5, в помещение данного склада при забитой системе водоотвода. По мнению экспертов, залив склада №5 мог произойти только при забитых водоотводных лотках и территории водосбора не менее 4 388 м2, что может возникнуть при стоке дождевых вод на территорию базы с окружающей территории или с крыш зданий (необходимый прирост площади водосбора составляет 873 м2.

Изучив представленные сторонами доказательства по правилам ст.71 АПК РФ, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ввиду следующего.

Статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) является общей нормой, регламентирующей институт возмещения убытков в качестве универсальной формы (общих правил) гражданско-правовой ответственности, согласно которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Одним из способов возмещения вреда является возмещение причиненных убытков (ст.1082 ГК РФ).

Пунктом 2 ст.307 ГК РФ установлено, что обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, ГК РФ.

Согласно п.1 ст.393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнение обязательства.

Пунктом 1 ст.1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами.

Правоотношения арендодателя и арендатора являются обязательственными, и бремя доказывания обстоятельств по иску в этой части распределяется с учетом норм об обязательствах, а не о возмещении вреда, возникшего из деликта.

Согласно п.3 ст.401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии с п.1 ст.611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

В соответствии с п.2 ст.612 ГК РФ арендодатель освобождается от ответственности в случае, если он уведомил о недостатках объекта арендатора или они были известны арендатору при заключении договора.

Исходя из разъяснений п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №7) по смыслу ст.ст.15, 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст.404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (п.2 ст.401 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, также изложенным в п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В соответствии с положения ст.210 ГК РФ собственник, который в данном случае является и арендодателем арендуемого истцом помещения, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, в том числе обязанность по обслуживанию и содержанию земельного участка.

В соответствии со ст.431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно п.п.1.1., 1.3. договора субаренды нежилого помещения от 01.06.2014 №012 (далее – договор от 01.06.2014) истцу передано спорное нежилое помещение для полиграфической деятельности на срок с 01.06.2014 по 30.05.2015 (т.1 л.д.12-15), переданное по акту приемки-сдачи от 01.06.2014 (т.1 л.д.17) без замечаний и разногласий с пометкой «помещение в хорошем состоянии и ремонта не требуется». Согласно дополнительному соглашению от 01.05.2015 №б/н (т.1 л.д.16) сторонами согласовано изменение субарендной платы с 01.05.2015.

Пунктом п.2.1.2. договора от 01.06.2014 предусмотрена обязанность арендатора (истца) в случае аварии, произошедшей не по его вине немедленно уведомить арендодателя (ответчика) и принять меры по устранению её последствий.

Пункт 2.2.2 договора от 01.06.2014 обязывает арендатора использовать помещение строго по назначению, установленному с договором.

В соответствии с п.2.2.6. договор от 01.06.2014 спорное нежилое помещение закрывается замками арендатора, при этом, ответственное лицо сдает контролеру-кладовщику закрываемое помещение, последний обязан проверить контрольные замки на закрытых дверях. Один экземпляр ключей от замка арендатор обязан сдать арендодателю.

С 01.06.2015 сторонами заключен договор субаренды нежилого помещения №007 (далее – договор от 01.06.2015, т.1 л.д.18-18-20) сроком с 01.06.2015 по 30.05.2016 (п.1.3 договора), спорное нежилое помещение по акту приемки-сдачи от 01.06.2015 (т.1 л.д.21) без замечаний и разногласий с пометкой «помещение в хорошем состоянии и ремонта не требуется».

Аналогичные обязанности арендатора содержатся в п.п.2.1.2, 2.2.2, 2.2.6 договора от 01.06.2015.

В соответствии с п.п.1, 3 ст.615 ГК РФ арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества.

В нарушении условий договора от 01.06.2014 в части п.2.2.2 договора истцом 15.04.2015 и 01.05.2015 с третьими лицами ИП ФИО2 – сестрой истца и ФИО3 – отцом истца были пописаны договоры хранения №04/2015 и 04/2015 соответственно (т.1 л.д.27-31, 32-36). По условиям которых мебель передается на хранение в наименовании, количестве, качестве и стоимости согласно приложению №1 к договору (п.1.2) в месте хранения 

<

...> (п.4.1), при этом передача и возврат мебели оформляется двусторонним актом, подписанным сторонами (п.4.2). 

Поклажедатели (3 лица) обязаны отказаться от мебели и потребовать от хранителя (истца) возмещения стоимости мебели, убытков, если в результате повреждения, за которое хранитель отвечает, качество мебели изменилось настолько, что она не может использоваться по назначению (п.3.4.1.).

Риск утраты мебели несет хранитель от даты передачи до даты возврата (п.4.3).

По договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности (п.1ст.886 ГК РФ).

В соответствии с п.п.1, 2 ст.891 ГК РФ хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи.

При отсутствии в договоре условий о таких мерах или неполноте этих условий хранитель должен принять для сохранения вещи также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства, в том числе свойствам переданной на хранение вещи, если только необходимость принятия этих мер не исключена договором.

Хранитель во всяком случае должен принять для сохранения переданной ему вещи меры, обязательность которых предусмотрена законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке (противопожарные, санитарные, охранные и т.п.).

Пунктом 1 ст.901 ГК РФ, что хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным ст.401 ГК РФ.

Убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со ст.393 ГК РФ, если законом или договором хранения не предусмотрено иное п.п.1, 3 ст.902 ГК РФ.

Между тем, согласно положениям ст.ст.886, 887 ГК РФ договор хранения является реальным договором и считается заключенным после передачи вещи на хранение; передача вещи на хранение может быть оформлена как условием самого договора, составленного в письменной форме, либо отдельным документом; права и обязанности сторон по такому договору возникают с момента передачи вещи.

С учётом условий договоров хранения, а также в связи с исключением из числа доказательств по делу актов приема-передачи по ним (т.2 л.д.58-60), суд считает не доказанным в соответствии со ст.65 АПК РФ факта передачи третьими лицами истцу на хранение мебели в соответствии с указанными договорами. При этом, иные доказательства, в том числе показания свидетелей (т.2 л.д.4-26), по мнению истца подтверждающие получение им поврежденного имущества, отклоняются судом применительно к положениям ст.ст.67, 68 АПК РФ, так как не могут достоверно свидетельствовать об указанном факте, составе поврежденного имущества, отсутствии доказательств его принадлежности на праве собственности третьим лицам, с учётом их получения от лиц, находящихся в родственных отношениях либо служебной зависимости от истца.

Кроме этого, судом учитывается, что предъявляя иск о взыскании убытков истец в качестве основания требования заявил о заливе спорного нежилого помещения в результате сильного дождя, произошедшего 27.05.2015.

Вместе с тем, ИП ФИО1 спорное нежилое помещение было принято истцом комиссионно по акту приемки-сдачи от 01.06.2015 (т.1 л.д.21) без замечаний и разногласий с пометкой «помещение в хорошем состоянии и ремонта не требуется».

02.06.2015 и 10.06.2015 истцом составляются акты о залитии спорного помещения, что противоречит содержанию акта от 01.06.2015, представленного истцом, с учётом даты залития помещения.

Указанное свидетельствует о противоречиях представленных истцом доказательств фактическим обстоятельствам дела.

С целью определения возможности возникновения ущерба, определением суда по делу по ходатайству сторон спора были назначены судебные экспертизы.

Выводы экспертного исследования №100Э-05/18 (т.4 л.д.24-31) указывают, что попадание 27.05.2015 дождевых вод в помещение склада №5 через въездные ворота с учетом существующей системы водоотвода и погодных условий, а также состояния водоотводного лотка невозможно. Так же невозможно попадание дождевых вод, собранных с асфальтированной площадки базы, на которой расположен склад №5, в помещение данного склада при забитой системе водоотвода. По мнению экспертов, залив склада №5 мог произойти только при забитых водоотводных лотках и территории водосбора не менее 4 388 м2, что может возникнуть при стоке дождевых вод на территорию базы с окружающей территории или с крыш зданий (необходимый прирост площади водосбора составляет 873 м2.

С учётом пояснений эксперта и сторон спора суд пришел к выводу невозможности достоверно определить реальную площадь водосбора на предполагаемую дату причинения ущерба (27.05.2015) при наличии существенных изменений состояния прилегающей к базе территории и их влиянию на необходимые расчёты. Судом отклонено ходатайство о проведении дополнительной экспертизы по указанному вопросу.

Выводы товароведческой экспертизы являются производными по отношению к обстоятельству возможности причинения ущерба, исследованному в рамках заключения №100Э-05/18. 

При этом судом учитывается, что произведенные в исследовательской части заключения №100Э-05/18 расчёты, предполагающие возможность залива спорного нежилого помещения через гаражные ворота при увеличении площади водосбора на 873 м2, основаны на факте неисправности системы ливневой канализации. Тогда как в материалы дела не представлено достоверных доказательств, подтверждающих данные обстоятельства на дату причинения ущерба. Фото неисправного ливневого лотка, представленное истцом в качестве доказательства, подтверждающего данное обстоятельство, не может быть принято судом, так не содержит идентифицирующих признаков, позволяющих установить относимость как к территории базы, так и к дате причинения ущерба.

Доказательств обращения истца в адрес ответчика по вопросам неисправности иных конструкций спорного нежилого помещения либо несоответствия прилегающей к нему территории в период использования, как в целях полиграфической деятельности, так и в целях складирования имущества в материалы дела не представлено.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства обстоятельств, подтверждающих противоправность поведения ответчика (неисполнение ответчиком обязательств из договора), причинно-следственную связь между данными обстоятельствами, позволяющие суду считать подтвержденной и подлежащей взысканию сумму ущерба в размере 588 131, 66 руб.

В соответствии с ч.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Таким образом, расходы, связанные с проведением экспертиз, проведение которых было поручено ООО «ТрастПроект», ООО «Международный центр оценки и консалтинга» на основании определений суда от 15.06.2017 и 08.11.2017, подлежат отнесению на ИП ФИО1, в связи с чем, с истца подлежит взысканию в пользу ответчика, судебные издержки по оплате товароведческой экспертизы в порядке, установленном ст.110 АПК РФ, в размере 14 100 руб.

В связи с тем, что истцу была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины по делу, с истца подлежит взысканию в доход федерального бюджета Российской Федерации 14 763 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст.167-171, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Динамик 32» о взыскании 588 131, 66 руб. убытков оставить без удовлетворения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Динамик 32» судебные издержки по оплате судебной товароведческой экспертизы в размере 14 100 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в доход федерального бюджета Российской Федерации 14 763 руб. государственной пошлины.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня принятия и может быть обжаловано в течение указанного срока в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Тула.

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Брянской области.

В соответствии с абз.1 ч.1 ст.177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку (абз.2 ч.1 ст.177 АПК РФ).

Судья  Матулов Б.Н.