АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-746/2025

21 апреля 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 апреля 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.,

судей: Ефановой А.В., Кучеренко С.О.

при участии: 

представителя конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 (онлайн), по доверенности от 01.03.2024;

представителей ФИО3 – ФИО4 и ФИО5 (оба онлайн), по доверенностям от 26.11.2022 и от 21.08.2024 (соответственно);

рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, кассационную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Сахалинской области от 08.11.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2025

по делу № А59-162/2019

по обособленному спору по заявлению ФИО3

об исключении требований общества с ограниченной ответственностью «Автодорсервис» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 693010, 

<

...>)              из реестра требований кредиторов должника

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Строй-Альянс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 693006, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)   

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Автодорсервис» в          лице конкурсного управляющего ФИО6 (далее – ООО «Автодорсервис») обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Строй-Альянс» (далее – ООО «Строй-Альянс», общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 02.04.2019 заявление ООО «Автодорсервис» признано обоснованным, в отношении ООО «Строй-Альянс» введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден ФИО1 (из числа членов Некоммерческого партнерства «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих»).

Решением суда от 05.03.2020 ООО «Строй-Альянс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим по делу утвержден также             ФИО1

В рамках данного дела о несостоятельности (банкротстве) должника 19.04.2019 ООО «Автодорсервис» обратилось в суд с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Строй-Альянс» (далее – реестр) требований в размере 252 178 071,26 руб.

Определением суда от 15.11.2019 требования ООО «Автодорсервис» в размере 252 175 071,43 руб., в том числе: 205 384 247,58 руб. основного долга, 46 790 823,85 руб. – неустойки и процентов за пользование чужими денежными средств, включены в третью очередь реестра.

Участник ООО «Строй-Альянс» ФИО3 (далее также – участник, заявитель жалобы, кассатор) 23.08.2024 обратился в суд с заявлением об исключении требований ООО «Автодорсервис» в размере              263 935 814,81 руб., установленных судебными актами, из реестра.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 08.11.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2025, производство по заявлению участника прекращено применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В кассационной жалобе ФИО3 просит названные судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Заявитель ссылается, что судебные инстанции, указав на то, что ФИО3 уже были приведены доводы об аффилированности               ООО «Автодорсервис» с должником при рассмотрении вопроса о включении в реестр, соответственно, фактически сделали вывод о пропуске срока исковой давности; вместе с тем на дату рассмотрения требований                    ООО «Автодорсервис» и включения их в реестр (15.11.2019) еще не была выражена позиция Верховного Суда Российской Федерации и правовые механизмы, позволяющие понижать в очередности требования, вытекающие из компенсационного финансирования, которые, как полагает кассатор, впервые установлены пунктом 3.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020); в поданном заявлении об исключении требований  ООО «Автодорсервис» им указано не только на фактическую аффилированность кредитора и должника, но и обоснован корпоративный характер требования, вытекающего из компенсационного финансирования, о чем им ранее не заявлялось; таким образом, доводы участника о компенсационном характере требований ООО «Автодорсервис» к должнику фактически не были исследованы судом со ссылкой на якобы пропущенный срок исковой давности и положения пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный  закон             «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – постановление            Пленума № 40 и Закон № 107-ФЗ, соответственно), как они не исследовались судом и при включении требований кредитора в реестр; в результате внутригрупповое требование из компенсационного финансирования продолжает находиться в реестре и сохраняет за ООО «Автодорсервис» статус основного кредитора с большинством голосов в ущерб интересам иных независимых кредиторов должника; тем временем имеются достаточные доказательства компенсационного характера предоставленного должнику финансирования, вопреки выводам нижестоящих судов. По мнению кассатора, в силу разъяснений, содержащихся в пунктах 3.2 и 3.3 Обзора от 29.01.2020, требование ООО «Автодорсервис» является                 одной из форм компенсационного финансирования должника; заявление  ФИО3 об исключении требования кредитора из реестра не должно рассматриваться как нарушающее положения статей 16, 69 АПК РФ а, равным образом, и как заявление о пересмотре судебного акта, поскольку направлено лишь на понижение требований аффилированного кредитора в очередности с целью недопущения конкуренции его требований с требованиями независимых кредиторов. Полагает, что, прекращая производство по заявлению, суд первой инстанции нарушил нормы процессуального права, поскольку не установил в оспариваемом определении никаких прямых оснований для применения положений пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Определением от 02.04.2025 указанная кассационная жалоба принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, заседание по ее рассмотрению назначено на 09 час. 30 мин. 15.04.2025.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы размещена 03.04.2025 на общедоступном официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

В судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей               153.2 АПК РФ в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», представители ФИО3, конкурсного управляющего, соответственно, поддержали собственные заявленные (противоположные) позиции по существу спора, дав по ним необходимые пояснения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», в заседание суда кассационной инстанции не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления апелляционного суда по доводам кассатора не усматривает.

Согласно пункту 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002          № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с изменениями, внесенными Законом № 107-ФЗ (начало действия – 29.05.2024), пункт 8 статьи 100 Закона о банкротстве изложен в следующей редакции: если лицу, имеющему право на заявление возражений, после включения требования кредитора в реестр требований кредиторов станут известны обстоятельства, свидетельствующие о необоснованности требования кредитора либо об иной его очередности, такое лицо вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с заявлением об исключении требования кредитора из реестра требований кредиторов либо об изменении его очередности. Такое заявление может быть подано в течение трех месяцев с момента, когда этому лицу стало или должно было стать известно о наличии указанных обстоятельств. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

С учетом указанных норм при рассмотрении заявления об исключении требований не могут быть приняты доводы и доказательства, о которых заявитель знал и которые он имел возможность привести и представить в составе возражений при рассмотрении требования кредитора по существу, поскольку они фактически направлены на пересмотр судебного акта. Кроме того, в качестве основания для исключения требования кредитора не могут быть приняты доводы и доказательства, которые, соответственно, ранее уже заявлялись при рассмотрении спора по существу. В таком случае производство по заявлению об исключении требований подлежит прекращению (пункт 33 постановления Пленума № 40).

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО3 в обоснование заявления об исключении требований ООО «Автодорсервис» в размере 263 935 814,81 руб. из реестра путем понижения очередности привел аргументы о фактической аффилированности общества и кредитора, вхождении их в одну группу компаний, поскольку ООО «Автодорсервис» функционировало как субподрядное подразделение ООО «Строй-Альянс» для исполнения должником муниципальных и государственных контрактов; должность главного инженера должника занимал ФИО7, который являлся учредителем и заместителем генерального директора        ООО «Автодорсервис», а также получал заемное финансирование у должника, представлял должнику транспортные средства в аренду, поставлял обществу материалы и выполнял работы; ООО «Строй-Альянс» и             ООО «Автодорсервис» длительное время располагались по одному адресу, арендуя прилегающие друг к другу помещения под офисы в здании по адресу: 

<

...>; ООО «Строй-Альянс» гарантировал исполнение должником крупных обязательств и исполнял их перед третьими лицами без какого-либо последующего возмещения; основанием для понижения очередности требований ООО «Автодорсервис» к должнику участник считал признаки компенсационного финансирования в соответствии с правовым подходом, изложенным в Обзоре от 29.01.2020.

При проверке обоснованности заявления участника, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, судом, в частности, констатировано следующее:

- ФИО3 с 13.10.2014 до введения в отношении ООО «Строй-Альянс» процедуры конкурсного производства являлся генеральным директором должника, а с 18.07.2018 – его единственным участником, следовательно, с учетом занимаемой должности и участия в уставном капитале общества, безусловно располагал информацией об обстоятельствах аффилированности должника и ООО «Автодорсервис», приводимых в настоящем заявлении;

- при рассмотрении в суде заявлений ООО «Автодорсервис» о признании ООО «Строй-Альянс» несостоятельным (банкротом) и включении требований в сумме 11 760 743,38 руб. в реестр (определение от 02.04.2019), о включении в реестр требований в размере 252 178 071,26 руб. (определение от 15.11.2019) ФИО3, как директор должника в лице представителя ФИО4, принимал участие в рассмотрении названных споров и представлял возражения: так, в отзыве от 08.11.2019 заявлено как раз об аффилированности кредитора и должника через ФИО7, занимающего определенные должности в обоих предприятиях.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и разъяснениями, исходя из установленных по данному конкретному спору обстоятельств, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, пришел к выводу о том, что приводимые ФИО3 доводы об аффилированности должника и кредитора, безусловно известные ему уже и на этапе самого рассмотрении заявлений ООО «Автодорсервис» о включении требований в реестр, более того, – собственно и заявлявшиеся им, не             могут быть признаны основанием для исключения требований указанного кредитора из реестра по поданному  ФИО3 23.08.2024 заявлению, поскольку в таких условиях фактически направлены именно на              пересмотр определений суда от 02.04.2019, 15.11.2019, порядок которого регламентирован главами 34-37 АПК РФ.

В изложенных обстоятельствах и применительно к совокупной оценке исследованных доказательств судом первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, постановлен мотивированный вывод о наличии оснований для прекращения производства по настоящему заявлению применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, на что прямо для подобных случаев (и вопреки доводам кассатора) указано в абзаце первом пункта 33 постановления Пленума № 40.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции, таким образом, полагает, что позиция судов двух инстанций ими в достаточной мере обоснована, соответствует совокупности установленных по делу конкретных обстоятельств, применимым нормам материального права.

В связи с этим судом округа отклонены приведенные заявителем доводы и в целом заявленная им в кассационной жалобе позиция о неправомерном прекращении судом первой инстанции производства по его заявлению, как противоречащие материалам дела, направленные на прямую переоценку последних нижестоящими судами в рамках собственной исключительной компетенции (статья 286, часть 3 статьи 287 АПК РФ) и основанные на неправильном толковании заявителем указанных в настоящем постановлении норм правового регулирования.

В частности, ссылка ФИО3 на то, что об аффилированности кредитора и должника он узнал только из судебных актов, принятых в рамках банкротного дела ООО «Автодорсервис» – № А59-5115/2017, а именно, из определения суда от 16.02.2024 (оставлено без изменения апелляционным постановлением от 15.07.2024), несостоятельна, как ввиду вышеобозначенного особого статуса заявителя (единственный участник, бывший руководитель должника), презюмирующего его осведомленность об указанных обстоятельствах, так и исходя из того, что в названных судебных актах речь в большей степени касалась, в частности, должностей ФИО7 в различных обществах применительно к связям между  ООО «Автодорсервис» и ООО «АльянсСпецАвто»; более того, в постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 18.11.2024 № Ф03-4264/2024 (которым определение от 16.02.2024 и постановление от 15.07.2024 оставлены без изменения) отмечено, что в отсутствие доказательств  причинения в результате совершенной сделки реального имущественного вреда кредиторам, в частности, вопрос аффилированности сторон значения для спора вообще не имеет.

Доводы кассатора, касающиеся периодов выхода Обзора от 29.01.2020 и внесения изменений в пункт 8 статьи 100 Закона о банкротстве, также отклоняются судом округа, поскольку данным Обзором были именно обобщены уже складывающиеся правовые подходы (т.е. судебная практика, сформировавшаяся до публикации Обзора) к рассмотрению соответствующей категории споров, при этом до этого – еще ранее существовала и обширная арбитражная практика, когда во включении требований в реестр при выявлении их сугубо внутреннего корпоративного характера (например, скрытое увеличение уставного капитала, внутренне финансирование, не предполагающее возникновение реального долга, в т.ч. на фоне наличия уже в банкротном процессе требований независимых кредиторов и пр.) суды полностью отказывали; в свою очередь, введение в названную статью банкротного законодательства пункта восьмого, вопреки позиции заявителя, само по себе не означает безусловную допустимость неограниченного последующего пересмотра любых судебных актов о включении требовании в реестр, в частности, вне зависимости от элемента осведомленности (и периода такой изначальной осведомленности) ранее о соответствующих обстоятельствах лица, инициировавшего подобный спор (применительно к рассматриваемой ситуации это, в том числе, и установленный судом факт участия ФИО3 при рассмотрении требований кредитора, в ходе которого соответствующие возражения заявлялись, включая, помимо прочего, аргументы о об аффилированности кредитора с должником); полностью обратный подход прямо противоречил бы установленному процессуальным законом порядку пересмотра судебных актов и принципам стабильности в сфере гражданского оборота.

Кроме того, в настоящем банкротном деле ФИО3 за истекшие пять лет (будучи, как указывалось, руководителем и единственным участником должника – в т.ч. применительно к разъяснениям пункта 41 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве») не использовал и никаких иных процессуальных инструментов для истребуемого только сейчас пересмотра вопроса о составе реестра; вместе с тем иные кредиторы по данному делу, как следует из карточки последнего в «Картотеке арбитражных дел», напротив, уже подавали заявления о пересмотре определения от 15.11.2019 по новым обстоятельствам в порядке статьи 311 АПК РФ, однако в их удовлетворении судом было также отказано по мотиву несоблюдения законодательно установленных процессуальных сроков.

Таким образом, нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам, а изложенное в кассационной жалобе не свидетельствует о нарушениях судами норм права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Относительно преследуемых ФИО3 интересов путем предъявления настоящего заявления (например, о возможном составе и размере субсидиарной ответственности) следует учитывать, что сами по себе положения пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве преследуют цели достижения определенности в вопросе о размере субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, а также обеспечения баланса имущественных интересов как привлекаемого к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, так и кредиторов должника, в том числе с учетом их статуса заинтересованного лица (признаки которого закреплены в статье 19 данного Федерального закона), что, таким образом, не препятствуют арбитражному суду при            установлении уже при рассмотрении спора по существу конкретных к тому оснований определить наличие либо отсутствия такого статуса                             (и, соответственно, допустимость уменьшения в конкретном случае размера субсидиарной ответственности на основании положений абзаца третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве) у отдельного кредитора исходя из фактических обстоятельств дела на основе исследования и оценки доказательств (пункт 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27.06.2023 № 1621-О).

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), окружным судом также не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 08.11.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2025            по делу № А59-162/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу –  без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков

Судьи                                                                                    А.В. Ефанова

С.О. Кучеренко