﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3732/21 

Екатеринбург

23 августа 2021 г.

 

Дело № А47-10057/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 августа 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 августа 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Плетневой В.В.,

судей Пирской О.Н., Столяренко Г.М.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Завод синтетического спирта» (далее – общество «Завод синтетического спирта») в лице конкурсного управляющего Блинника Семена Борисовича на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.03.2021 по делу № А47-10057/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2021 по тому же делу.

В судебном заседании путем использования системы онлайн - заседаний приняла участие представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – общество «Сбербанк России») - Шкоряпкина О.В. (доверенность от 20.02.2020 № ПБ/632-Д). 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 12.09.2019 должник - акционерное общество «Промбаза» (далее – общество «Промбаза») признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурное производство, конкурсным управляющим утвержден Самойлов Дмитрий Александрович.

Общество «Завод синтетического спирта» 13.11.2019 обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 839 323 418 руб. 36 коп.

Определением суда от 03.03.2021 требование общества «Завод синтетического спирта» в размере 565 907 728 руб. 36 коп. признано подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества «Завод синтетического спирта» – без удовлетворения.

В кассационной жалобе общество «Завод синтетического спирта», ссылаясь на неправильное применение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит обжалуемые судебные акты отменить, заявленные требования удовлетворить. По мнению заявителя жалобы, суды, понижая очередность удовлетворения требований кредитора, неверно применили и истолковали разъяснения Верховного Суда Российской Федерации в частности, изложенные в пункте 9 Обзора судебной практики по разрешению споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом ВС РФ 29.01.2020 (далее – Обзор), поскольку из показателей бухгалтерского баланса должника, следует, что при приобретении Баклаженко О.В. контроля над обществом «Промбаза» необходимость докапитализации общества отсутствовала, имущественного кризиса не было, а у сторон не имелось воли на инициацию процедур банкротства в отношении друг друга и на получение контроля над ними, при этом с момента открытия конкурсного производства в отношении кредитора и в отношении должника стороны перестали быть аффилированными по отношению друг к другу. Заявитель жалобы отмечает, что единственной целью обращения с заявленными требованиями к должнику является необходимость защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов общества «Завод синтетического спирта», а не включение реестр общества «Промбаза» и удовлетворение наравне с внешними кредиторами требований лица, контролировавшего должника (его имущественную сферу) либо имевшего возможность оказывать влияние на должника (его имущественную сферу), на недопущение которой направлены разъяснения, изложенные в Обзоре. 

По мнению заявителя жалобы, факт наличия имущественного кризиса у должника опровергается заключением договора поручительства между обществом «Сбербанк России» и должником на сумму 1 723 360 331 руб. 84 коп. Относительно пропуска срока исковой давности заявитель указывает, что факт поставки подтвержден заявителем надлежащими доказательствами, представленными в материалы дела, никем не оспаривается и не поставлен судом под сомнение, акты сверки взаимных расчетов, вопреки выводу суда, содержат необходимые идентифицирующие сведения, о пропуске срока заявил кредитор – общество «Сбербанк России», должник при рассмотрении спора факт наличия задолженности не отрицал, в части соблюдения срока исковой давности не возражал, что указывает на совершение представителем должника действий, свидетельствующих о признании долга и впоследствии на прерывание срока, при этом требования заявлены конкурсным управляющим кредитора, который в силу закона начинает действовать с даты принятия соответствующего судебного акта (11.09.2019), что означает, что он лишен какой-либо фактической правовой возможности как на получение сведений о наличии задолженности ранее даты его назначения, так и на совершение необходимых процессуальных действий.

Общество «Сбербанк России» в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

До начала судебного заседания от общества «Завод синтетического спирта» поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие его представителя. Судом округа указанное ходатайство рассмотрено и удовлетворено (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьей 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, должник зарегистрирован в качестве юридического лица 10.11.2002 за основным государственным регистрационным номером (ОГРН) 1027103672705. Основным видом деятельности общества является производство безалкогольных напитков; производство минеральных вод и прочих питьевых вод в бутылках. Уставный капитал общества составляет 17 416 000 руб. Единственным акционером должника является Баклаженко Олег Валерьянович, согласно выписке из реестра акционеров от 22.10.2018 ему принадлежит 17 416 акций номинальной стоимостью 1 000 руб. Держателем акционеров акционерного общества является открытое акционерное общество «Агентство «Региональный независимый регистратор».

Общество «Завод синтетического спирта»зарегистрировано в качестве юридического лица 27.09.2002 за основным государственным регистрационным номером (ОГРН) 1027700172818. Основным видом деятельности общества является производство спиртов, фенолов, фенолоспиртов и их галогенированных, сульфированных, нитрованных или нитрозированных производных; производство жирных промышленных спиртов. Уставный капитал общества составляет 84 056 000 руб. Единственным акционером общества «Завод синтетического спирта» является Баклаженко Олег Валерьянович - ему принадлежат 6 004 акций номинальной стоимостью 14 000 руб. Держателем акционеров акционерного общества является общество с ограниченной ответственностью «Реестр-РН».

Определением суда от 19.07.2019 принято к производству заявление о признании общества «Промбаза» несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 12.09.2019 должник - общество «Промбаза» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурное производство, конкурсным управляющим утвержден Самойлов Д.А.

Ссылаясь на наличие у должника задолженности перед обществом «Завод синтетического спирта»  на общую сумму 839 323 418 руб. 36 коп., в том числе по договорам аренды имущества (договор аренды от 22.07.2015 № 1061 (погрузчик), договор аренды от 10.08.2015 №1143 (АКБ Искра); договор аренды от 14.09.2016 № 1432 (автомат выдува II) и тары); договор от 11.03.2019 № 144 (помещение)) за период с 31.03.2019 по 30.06.2019, в общей сумме 391 235 руб. 08 коп.; договору поставки от 04.10.2016 № 1563 (покупатель (общество «Завод синтетического спирта») оплатил поставку, поставщик (общество «Промбаза») товар не поставил), в общей сумме 16 753 000 руб., образовавшейся 16.01.2017; договору поставки от 03.12.2012 №815 (поставщик (общество «Завод синтетического спирта») товары поставил, покупатель (общество «Промбаза») поставки не оплатил), в общей сумме 415 600 157 руб. 26 коп., образовавшейся с 2015 г.; договору поставки от 06.04.2016 № 459 (поставщик (общество «Завод синтетического спирта») товары поставил, покупатель (общество «Промбаза») поставки не оплатил), в общей сумме 137 700 000руб., образовавшейся в 2016 г.; договору поставки от 26.06.2015 (покупатель (общество «Завод синтетического спирта») оплатил поставку, поставщик (общество «Промбаза») товар не поставил) новированного в договор займа соглашением от 28.09.2015, в общей сумме 168 784 178 руб. 98 коп. образовавшейся в 2015г.; договору займа от 29.09.2015, в общей сумме 100 094 847 руб. 04 коп., образовавшейся в 2015 г., конкурсный управляющий общества «Завод синтетического спирта» обратился в суд с заявлением о включении указанной задолженности в реестр требований кредиторов должника, представив первичные документы, подтверждающие наличие задолженности в заявленном размере (акты, акты сверки взаимных расчетов, товарные накладные, счета-фактуры, расчеты задолженности).

Удовлетворяя заявленные требования частично, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71, 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора.

Однако в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и кредитора, связанного с должником общностью хозяйственных или иных интересов, в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

В связи с чем к таким кредиторам допустимо применение высокого стандарта доказывания, а лицу, возражающему относительно таких требований в данном конкретном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга.

В таком случае судам необходимо надлежащим образом исследовать отношения, сложившиеся между должником и аффилированным кредитором, предъявившим требование о включении в реестр, их вовлеченность в производственно-экономический процесс друг друга, мотивы совершения сделки, характер платежей в рамках группы, поведение участников группы лиц в преддверии банкротства, насколько такое поведение отвечало принципам разумности и экономической целесообразности.

Указанные обстоятельства подлежат исследованию и оценке в совокупности, поскольку целью такого изучения является предотвращение включения в реестр требований кредиторов аффилированных лиц, требования которых основаны на внутригрупповых отношениях данных лиц.

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (пункт 3 Обзора).

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты) - пункт 3.1. Обзора.

В пункте 3.3 Обзора также даны разъяснения, что разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов, в том числе кредиторы, чьи требования включены в реестр требований кредиторов.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих прав. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

При рассмотрении обособленного спора, суды установили, что общество «Завод синтетического спирта» и общество «Промбаза» являются аффилированными по отношению друг к другу лицами, поскольку единственным акционером как должника, так и общества «Завод синтетического спирта» является Баклаженко О.В. Производственная деятельность должника и кредитора носила взаимосвязанный характер: общество «Завод синтетического спирта» поставляло обществу «Промбаза» сырье (изопропиловый спирт), из которого должник производил готовую продукцию, которую либо реализовывал самостоятельно, либо поставлял в адрес общества «Завод синтетического спирта». Сделки в виде договоров аренды/поставки между кредитором и должником являются реальными, заключенными в объеме и в сроки, указанные в этих договорах. Какого-либо встречного исполнения от должника кредитор не получал.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц относительно требований, вытекающих из договора поставки от 03.12.2012 № 815 в сумме 415 600 157 руб. 26 коп., установив, что в соответствии с представленным приложением № 18 к названному договору поставки осуществлены на сумму 273 415 690 руб., срок оплаты указанных поставок наступал в периоды с 30.11.2015 до 29.07.2016, т.е. по каждой поставке прошло более трех лет с момента наступления срока оплаты, следовательно, срок исковой давности истек, приняв во внимание, что представленные в материалы дела акты сверки задолженности не могут служить доказательствами наличия задолженности, но и не могут служить основанием для перерыва в течении срока исковой давности, из представленных актов невозможно установить, по какой именно поставке образовалась задолженность, и стороны признали ее наличие, акты сверки не содержат ссылки на вышеуказанные приложения, цифры и даты, проставленные в строках актов, не соотносятся ни со счетами-фактурами, ни с накладными, при этом пояснений по представленным актам от заявителя получено не было, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в данной части.

Исследовав обстоятельства заключения и исполнения остальных договоров аренды/поставки между кредитором и должником, послуживших основанием для обращения кредитора в суд с требованием, суды установили отсутствие взаимных расчетов по договорам поставки в течение длительного времени, непринятие мер по истребованию образовавшейся задолженности (претензий, судебных споров), отсутствие взаимозачета по имеющимся обязательствам, неоднократное продление сроков возврата займа (в общей сложности 10 лет), что является неразумным, нетипичным поведением участника гражданско-правового оборота. При этом само общество «Завод синтетического спирта» нуждалось в оборотных денежных средствах, в связи с чем заключило 4 кредитных договора с обществом «Сбербанк России». Размер процентов, которые общество «Промбаза» должно было оплачивать в пользу общества «Завод синтетического спирта» по договору займа составлял 8,5% годовых в период с 01.01.2016 по 02.05.2017 и 6,9% в период, с 02.05.2017, в то время как общество «Завод синтетического спирта» кредитовалось в обществе «Сбербанк России» под процентную ставку от 10,5% до 11.5% годовых. Ввиду чего, общество «Завод синтетического спирта» оплачивало более дорогие кредитные ресурсы общества «Сбербанк России», и при этом не требовало возврата займов, предоставленных под низкий процент обществу «Промбаза», а также не требовало оплаты по вышеуказанным договорам поставки, задолженность по которым, заявленная для включения в реестр, составляет 570 053 157 руб. 26 коп.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что подобная модель взаимоотношений между юридическими лицами в случае отсутствия общего бенефициара у данных юридических лиц была бы невозможна, фактически в данном случае происходило предоставление невозвратного товарного кредита по договорам неоплаченной поставки и крупных займов на длительный период, что расценено судами в качестве компенсационного финансирования (пункты 3.1, 3.2. Обзора), разумного и экономического обоснования которому не приведено, констатировав, что Баклаженко О.В. перераспределил свои предпринимательские риски на случай неуспешности деятельности общества «Промбаза», а именно риск утраты крупных вложений в уставный капитал, при этом, в случае прибыльности деятельности общества «Промбаза», все преимущества возникли бы у Баклаженко О.В., приняв во внимание, что такая процедура финансирования контролирующим лицом подконтрольного общества уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника (его учредителей, контролирующего лица) и прав независимых кредиторов (пункт 9 Обзора), и требования такого кредитора не могут быть противопоставлены требованиям независимых кредиторов, суды пришли к обоснованному выводу, что заявленное требование в сумме 565 907 728 руб. 36 коп. подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве. 

Отклоняя доводы о том, что должник и кредитор не являются аффилированными лицами, апелляционный суд правильно указал, что аффилированность между должником и кредитором доказана, ссылка на то, что с момента открытия процедуры конкурсного производства в отношении кредитора, в отношении должника, стороны перестали быть аффилированными по отношению друг к другу ошибочна. При рассмотрении заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника, суд исходит из оснований возникновения требований (в данном случае даты заключения договоров, в период, начиная с 2015г.). При этом прекратившаяся возможность осуществления бенефициаром контроля над должником не влечет повышение очередности удовлетворения требований бенефициара.

Доводы об удовлетворительном финансовом положении должника ввиду заключения обществом «Сбербанк России» с обществом «Промбаза» договоров поручительства в обеспечение обязательств общества «Завод синтетического спирта» на сумму более 1,7 млрд. руб., также правомерно отклонен апелляционным судом, поскольку, как указал банк, для независимого кредитора, необходимость докапитализации общества не была очевидной. Внутригрупповые отношения, складывающиеся между обществом «Завод синтетического спирта» и обществом «Промбаза», от внешнего кредитора были скрыты. Так как требования общества «Завод синтетического спирта» к обществу «Промбаза» по просрочке поставок и оплаты не предъявлялись, банк объективно лишен был возможности оценить наличие взаимных неисполненных обязательств.

Отклоняя доводы о том, что факт поставки подтвержден заявителем надлежащими доказательствами, о пропуске срока заявил кредитор - общество «Сбербанк России», сам должник при рассмотрении спора факт наличия задолженности не отрицал, в части соблюдения срока исковой давности не возражал, что указывает на совершение представителем должника действий, свидетельствующих о признании долга и впоследствии на прерывание срока, требования заявлены конкурсным управляющим кредитора, обоснованно отклонены апелляционным судом как основанные на неправильном толковании положений Закона о банкротстве.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству. 

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. 

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.03.2021 по делу № А47-10057/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Завод синтетического спирта» в лице конкурсного управляющего Блинника Семена Борисовича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       В.В. Плетнева 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Пирская 

 

                                                                                    Г.М. Столяренко