ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-33846/2020

Дело № А40-17236/17

г. Москва

02 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 октября 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 02 ноября 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А. Назаровой,

судей Д.Г. Вигдорчика, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Прионежский габбро-диабаз» 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 26 июня 2020 года по делу № А40-17236/17, вынесенное судьей В.А. Чернухиным, 

о признании недействительными сделками: Дополнительное соглашение б/н от 22.07.2016 г. к Договору залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016 г., заключенное между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) и ООО «Прионежский габбро-диабаз»; Дополнительное соглашение б/н от 11.08.2016 г. к Договору залога №80(3)-3/15 от 11.08.2016 г., заключенное между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) и ООО «Прионежский габбродиабаз»; применении последствий недействительности сделки: признании существующим право на обеспечение исполнения обязательств, предусмотренных Договором залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016 г., заключенного между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) ООО «Прионежский габбро-диабаз», в пределах, установленных условиями Договора залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016 г.; признании существующим право на обеспечение исполнения обязательств, предусмотренных Договором залога №80(3)-3/15 от 11.08.2016 г., заключенного между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) и ООО «Прионежский габбро-диабаз», в пределах, установленных условиями Договора залога №80(3)-3/15 от 11.08.2016 г., 

по делу о признании несостоятельным (банкротом) Акционерный коммерческий банк «Банк на Красных Воротах» (Акционерное общество) (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

при участии в судебном заседании:

председатель комитета кредиторов АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО): ФИО2, лично, паспорт, выписка из протокола,

от ООО «Прионежский габбро-диабаз»: ФИО3, по дов. от 22.01.2020,

от к/у АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) - ГК АСВ: ФИО4, по дов. от 30.10.2019,

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.03.2017 Акционерный коммерческий банк "Банк на Красных Воротах" (Акционерное общество) (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства на срок один год, функции конкурсного управляющего Акционерного коммерческого банка "Банк на Красных Воротах" (Акционерное общество) возложены на государственную корпорацию "Агентство по страхованию вкладов".

10.07.2019  в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) в лице ГК АСВ к ООО «Прионежский габбро-диабаз» о признании недействительными дополнительных соглашений от 22.07.2016 к   договору   залога   №    80(2)-3/15 и от 11.08.2016 к договору залога № 80(3)-3/15, и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 19.09.2019, оставленным безизменения Постановлением Девятого     арбитражного     апелляционного     суда     №     09АП- 64157/2019 от 13.12.2019 заявление конкурсного управляющего АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) в лице ГК АСВ к ООО «Прионежский габбро-диабаз» о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности оставлено без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.03.2020 определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.09.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-64157/2019 от 13.12.2019 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 26 июня  2020 признаны недействительными сделками: дополнительное соглашение б/н от 22.07.2016 г. к Договору залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016 г., заключенное между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) и ООО «Прионежский габбро-диабаз»; дополнительное соглашение б/н от 11.08.2016 г. к Договору залога №80(3)-3/15 от 11.08.2016 г., заключенное между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) и ООО «Прионежский габбро-диабаз»; применены последствия недействительности сделки: признано  существующим право на обеспечение исполнения обязательств, предусмотренных Договором залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016 г., заключенного между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) ООО «Прионежский габбро-диабаз», в пределах, установленных условиями Договора залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016 г.; признано существующим право на обеспечение исполнения обязательств, предусмотренных Договором залога №80(3)-3/15 от 11.08.2016 г., заключенного между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) и ООО «Прионежский габбро-диабаз», в пределах, установленных условиями Договора залога №80(3)-3/15 от 11.08.2016 г.; взысканы с ООО «Прионежский габбро-диабаз» в пользу АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) в конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Прионежский габбро-диабаз» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение и принять по делу новый судебный акт, в обоснование указывая на нарушение судом норм процессуального и материального права. 

Представитель  ООО «Прионежский габбро-диабаз» в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы,  в редакции, поступившей в суд 07.08.2020, настаивал на приобщении письменных  объяснений. 

Апелляционным судом отказано в приобщении апеллянту письменных  объяснений, поскольку положениями АПК РФ  не предусмотрена  возможность совершения подобного процессуального действия по истечении срока на  апелляционное обжалование. 

Представители конкурсного управляющего, комитета кредиторов в судебном заседании возражал на доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно статье 32 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд округа  указал на необходимость  всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 23.08.2018 №301-ЭС17-7613 (3), с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ). В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.90 Федерального закона N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

Пунктом 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 25.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" установлено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Приказом Банка России от 29.12.2016 N ОД-4839 у АКБ "Банк на Красных Воротах" отозвана лицензия на осуществление банковских операций, этим же Приказом Банка России назначена временная администрация по управлению АКБ "Банк на Красных Воротах".

Судом первой инстанции установлено, что 22.07.2016 между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) и ООО «Прионежский габбро-диабаз» заключен договор залога №80(2)-3/15 в обеспечение исполнения ООО «Первая Лизинговая Группа» кредитных обязательств перед заявителем по следующим кредитным договорам: 

<

***> от 25.02.2013, №93-К/13 от 23.04.2013, №189-К/13 от 14.08.2013, №218-К/13 от 25.09.2013, №232-К/13 от 11.10.2013, №260-К/13 от  19.11.2013,   №276-К/13   от   05.12.2013,   №71-К/14   от   21.03.2014,   №100-К/14   от 24.04.2014,№118-К/14 от 22.05.2014, №146-К/14 от 23.06.2014, №265-К/14 от 17.11.2014, №293- К/14 от 16.12.2014, №31-К/15 от 24.03.2015, №80-К/15 от 21.05.2015, №71-К/13 от 04.04.2013, №129-К/13 от 17.06.2013, №151-К/13 от 09.07.2013, №219-К/13 от 02.10.2013, №240-К/13 от 21.10.2013, №255-К/13 от 11.11.2013, №289-К/13 от 23.12.2013, №44-К/14 от 20.02.2014, №122- К/14 от 26.05.2014, №166-К/14 от 16.07.2014, №233-К/14 от 29.09.2014, №244-К/14 от 29.10.2014, №81-К/15 от 22.05.2015, №86-К/15 от 26.05.2015.

Предмет залога представлен в виде специальной техники, перечисленной в приложении к договору залога (самосвалы, экскаваторы, бульдозеры и др.) и, в соответствии с п. 1.2. договора залога, оценен в общей сумме 181 873 645,88 руб.

В соответствии с п. 3.2. договора залога, за счет заложенного имущества Банк вправе удовлетворить свои требования по Кредитным договорам в полном объеме, определяемом к моменту фактического удовлетворения.

По условиям договора залога, изложенным в п.4.1, он вступает в силу с момента его подписания и действует до фактического исполнения обеспеченного залогом обязательства. 

22.07.2016заключено дополнительное соглашение б/н к договору залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016, по условиям которого п. 4.1, изложен в следующей редакции - «Настоящий Договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует по 31 августа 2016 года».

11.08.2016 между АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО) и ООО «Прионежский габбро-диабаз» заключен договор залога №80(3)-3/15 в обеспечение исполнения ООО «Первая Лизинговая Группа» своих обязательств перед Банком по следующим кредитным   договорам:   

<

***>    от   25.02.13,   №93-К/13   от   23.04.13,   №189-К/13   от

14.08.13,№218-К/13 от 25.09.13, №232-К13 от 11.10.13, №260-К/13 от 19.11.13, №276-К/13 от 05.12.13, №71-К/14 от 21.03.14, №100-К/14 от 24.04.14, №118-К/14 от 22.05.14,№146-КЛ4   от   23.06.14,   №265-К/14   от   17.11.14,   №293-К/14   от   16.12.14,   №31-КЛ5   от

24.03.15,№80-К/15 от 21.05.15, №71-К/13 от 04.04.13, №129-К/13 от 17.06.13, №151-К/13 от 09.07.13, №219-К/13 от 02.10.13, №240-К/13 от 21.10.13, №255-КЛЗ от 11.11.13,№289-К/13   от   23.12.13,   №44-К/14   от   20.02.14,   №122-К/14   от   26.05.14,   №166-К/14   от

16.07.14,№233-К/14 от 29.09.14, №244-К/14 от 29.10.14, №81-К 15 от 22.05.15, №86-К/15 от 26.05.15.

Предмет залога представлен в виде «Крошка декоративная габбро фр. 0-5 мм», в соответствии с п. 1.2. договора залога, оценен в общей сумме 68 351 591,77 руб.

В соответствии с п. 3.2. договора залога, за счет заложенного имущества Банк вправе удовлетворить свои требования по Кредитным договорам в полном объеме, определяемом к моменту фактического удовлетворения.

11.08.2016 заключено дополнительное соглашение б/н к договору залога №80(3)-3/15 от 11.08.2016, по условиям которого внесены изменения в п. 4.1, который  изложен в следующей редакции - «Настоящий Договор вступает в силу с момента его подписания Сторонами и действует по 31 августа 2016 года».

23.10.2017ООО «Прионежский габбро-диабаз» направило в адрес Банка  требования-претензии (исх. №№ 36/01-1017, 37/01-1017) о немедленном исключении из реестра уведомлений о залоге движимого имущества сведений о залоге техники по договору залога 80(2)-3/15 от 22.07.2016, а также крошки декоративной габбро фр. 0-5 мм в количестве 137 872,341 тонн по договору залога № 80(3)-3/15 от 11.08.2016 в связи с прекращением залоговых обязательств.

19.12.2017 Банк направил в адрес ответчика сообщение  за исх.№ 14к/127476, указав о добровольном исполнении требований и совершении всех необходимых действий для исключения из реестра уведомлений о залоге движимого имущества сведений о залоге по договору залога № 80(2)-3/15 от 22.07.2016 и по договору залога № 80(3)-3/15 от 11.08.2016.

Из материалов дела следует, что одновременно с требованиями-претензиями ответчика (исх. №№ 36/01-1017, 37/01-1017 от 23.10.2017) Банк получил все подтверждающие требования документы, включая дополнительные соглашения к договорам залога, определившие срок действия договоров до 31.08.2016.

Судом первой инстанции установлено, что заявитель добровольно во внесудебном порядке исполнил требования ответчика об исключении сведений о залоге из реестра уведомлений о залоге движимого имущества ввиду прекращения залога по договорам залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016 и № 80(3)-3/15 от 11.08.2016, о чем соответствующим образом уведомил ответчика письмом исх. № 14к/127476 от 19.12.2017.

Конкурсный управляющий, считая, что заключенные в дату заключения договоров залога дополнительные соглашения, которыми стороны определили срок действия залоговых обязательств до 31.08.2016, ничтожными сделками, обратился в  суд с иском ссылаясь на положения статей 10, 168 Гражданского кодекса РФ, указывая, что в результате совершения оспариваемых сделок банк лишился возможности получить исполнение по кредитным договорам. Также, конкурсный  управляющий  в обоснование требований ссылается на отсутствие у сторон экономической целесообразности в ограничении срока действия залога и злоупотреблении правом, как со стороны должника, так и со стороны ответчика-залогодателя в ущерб интересам кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 355 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодателем может быть как сам должник, так и третье лицо. В случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 настоящего Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

Правовые нормы относительно залоговых обязательств и договора залога схожи но своей правовой природе с обеспечительными обязательствами в виде поручительства (обеспечивающие обязательства), и в условиях схожести правовой природы возможно учитывать по аналогии выводы, сделанные Верховным судом Российской Федерации в Определении от 28.02.2017 по делу №22-КГ16-16: Действующее гражданское законодательство не ставит возможность заключения договора поручительства, а также обязанность поручителя нести солидарную ответственность с должником вследствие неисполнения последним обеспеченных поручительством обязательств, в зависимость от платежеспособности поручителя либо наличия у него имущества, достаточного для исполнения такого обязательства. Судом второй инстанции не учтено, что, заключая договор поручительства, поручитель действует на свой страх и риск. Поскольку поручительство выдается добровольно, с учетом принципа свободы договора, именно на поручителе лежит обязанность оценки степени риска заключения договора поручительства.

Согласно правовой позиции Верховного суда, изложенной в Определении от 08.04.2019 №305-ЭС18-22264 по делу № А41-25952/2016 сделки поручительства и залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица.

То есть, залогодатель в полной мере осознает, последствия заключения договоров залога, а также то, что предоставляемое залоговое обеспечение не предполагает встречного исполнения, следовательно, такое залоговое обеспечение предоставляется лицам, с которыми имеет тесные экономические или иные связи, при этом залогодатель действует на свой страх и риск.

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 352 Гражданского кодексаРоссийской Федерации залог прекращается с прекращением обеспеченногозалогом обязательства, а, следовательно, предоставление средств кредита сфактическим выбытием в течении месяца залога в результате заключенияоспариваемыхсоглашений,нельзярасцениватьникакиначекак

злоупотребление сторонами своими правами, повлекшими поражение в правах должника и его кредиторов в виду отсутствия возможности получить исполнения по кредитным договорам, пополнить конкурсную массу в результате реализации предмета залога.

Как  следует из материалов  дела, ответчик обратилсяс заявлением о снятии обременения спустя более чем год, после прекращенияобеспечительныхобязательстввсоответствии с оспариваемыми дополнительными соглашениями, то есть Банк до отзыва лицензии и залогодатель до направления требования о снятии обременения продолжали считать обеспечительные обязательства существующими.

Конкурсный управляющий в обоснование  требования, указал на то, что  дополнительное соглашение б/н от 22.07.2016 к Договору залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016 и дополнительное соглашение б/н от 11.08.2016 к Договору залога №80(3)-3/15 от 11.08.2016 являются недействительными сделками в порядке статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Согласно разъяснениям пункта 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», также ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в зависимости отобстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной(пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона спротивоправнойцелью,подлежатприменениюнормыгражданского

законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 428 Гражданского кодекса Российской Федерации договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

При заключении договора залога залогодатель был свободен в заключении договора (ст. 421 ГК РФ).

С учетом правовой позиции, изложенной в Определении   Судебной   коллегии   по   экономическим   спорам   Верховного   Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 301-ЭС17-7613(3) по делу №А79-8396/2015, действующее законодательство не содержит норм, препятствующих оспариванию дополнительного соглашения к договору, при этом, не оспаривая сам договор, вне зависимости от дат заключения.

Банком указано на то, что заключение оспариваемых соглашений на дату заключения договоров залога, вызывает обоснованные сомнения, так как стороны согласовывают условия договора и подписывают договоры на определенную дату, дополнительным соглашением меняются условия в связи с какими-либо событиями в деятельности сторон, либо согласованием сторонами изменений в основное обязательство.

Согласно абзацу четвертому пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного па такой сделке.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации «сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения».

В соответствии с абзацем первым пункта 1 и пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения данного требования закона суд может отказать лицу в защите прав.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного   лица   по   осуществлению   принадлежащего   ему   гражданского права,    сопряженное     с    нарушением     установленных    в    этой    статье    пределов осуществления     гражданских     прав,     причиняющее    вред    третьим    лицам,     или создающее условия для наступления вреда.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Лица, участвовавшие в получении кредитных средств от Заявителя (в последующем после отзыва лицензии у Банка в отношении заемщика - ООО «ПЛГ» было возбуждено дело о банкротстве), а также лица (ООО ПГД), заключившие в последующем дополнительные соглашения к договорам залога с сокращением срока действия залога (срок действия был сокращен до месяца), допустили злоупотребление правом с единственной целью - невозврата кредитных денежных средств Банку, при этом оставив себе залог, обязательства по которому прекратились до возврата суммы долга.

В определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2015 № 32-КГ14-17, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, от 14.06.2016 № 52-КГ16-4 констатируется, что под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права; одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага, включающее уменьшение или утрату дохода; для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершениисоответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон посделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Как правило, освобождение от обязательств по кредиту может быть вызвано возвратом суммы займа или предоставлением залогодателем Банку какого-либо иного обеспечения исполнения обязательств по возврату сумм кредита.

В данном случае Банк в  обоснование требования  указывает на то, что  фактическое аннулирование обеспечения в результате заключения Дополнительногосоглашения б/н от 22.07.2016 и Дополнительного соглашения б/н от 11.08.2016,обеспечивающих исполнение кредитных обязательств, привело к утратевозможности получения Банком надлежащего исполнения по кредитнымобязательствам заемщика, о чем не могли не знать стороны кредитныхправоотношений, а причинение ущерба Банку прекращением обеспеченияобязательств ООО «Прионежский габбро-диабаз» является очевидным длястороны кредитных правоотношений, и при их прекращении стороны кредитныхправоотношений не могли не знать о явном ущербе для Банка, так какобязательства по кредиту не были исполнены, а прекращение обеспечения вразы понизило шансы получить Банком исполнение по кредитным договорам,прекращениедействиядоговоровзалога,по-мнениюБанка,влечет

невозможность обращения взыскания на предмет залога, для получения денежных средств по кредитным обязательствам, что причиняет Вред имущественным правам кредиторов и указывает на злоупотребление сторонами при заключении Дополнительного соглашения б/н от 22.07.2016 к Договору залога №80(2)-3/15 от 22.07.2016 и Дополнительного соглашения б/н от 11.08.2016 к Договору залога №80(3)-3/15 от 11.08.2016.

Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В соответствии с пунктом 1 статьи 352 Гражданского кодекса Российской Федерации залог прекращается с прекращением обеспеченного залогом обязательства

По смыслу пункта 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации результат сделок, направленных на надлежащее исполнение, заключается в прекращении обязательства. При этом вместе с основным, в данном случае — кредитным, прекращаются и обязательства акцессорные, обеспечивающие его (п. 4 ст. 329 ГК РФ).

Кроме того, ответчик, будучи осведомленным о ходе дела №А40-51838/17 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Первая Лизинговая Группа», искажает фактические обстоятельства дела, так как объем требований Банка, включенный в реестр требований кредиторов ООО «Первая Лизинговая Группа» значительно превосходит объем обеспечения, а, следовательно, Банк гарантированно не получит должного исполнения от заемщика. Данный факт подтвержден Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.18 по делу №А40-51838/17, согласно которому из 255 536 354,40 руб., установлены 23 439 995,14 руб. как обеспеченные залогом.

В данном случае, заключение обеспечительных обязательств, при заключении кредитных договоров, само по себе является гарантией для заимодавца получить исполнение по своим требованиям, и, применительно к настоящему обособленному спору, ограничивать срок действия обеспечительных обязательств не разумно,    экономически нецелесообразно и фактически  влечет убытки в случае неисполнения своих      обязательств заемщиком.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела,  что обязательства   ООО   «Первая Лизинговая Группа»   по кредитным договорам в полном объеме не исполнены, требования Банка включены в реестртребованийкредиторовООО   «Первая Лизинговая Группа» (определение Арбитражного суда города Москвы от 25.10.18 по делу №А40-51838/17).

Суд первой инстанции, выполняя указания суда  округа, установил взаимную     связь заемщика и залогодателя, поскольку фактическим бенефициаром данныхюридическихлиц   является   АО«Щебень Карелии» (ОГРН

<

***>; ИНН

<

***>), до 30.03.2016 которое обладало 100% доли участия вООО «Прионежский габбро-диабаз», а далее уменьшило данное участие, однако фактически продолжало владеть через взаимосвязанных с ним лиц, а также о том, что на момент заключения оспариваемых сделок, так и по настоящее время АО «Щебень Карелии» фактически являлся бенефициарным владельцем ООО «Прионежский габбро-диабаз». Директором и фактическим владельцем АО «Щебень Карелии» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) является ФИО5, который является руководителем ЗАО «Цемград-Терминал» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>), который в свою очередь владеет 83% доли участия в АО «Щебень Карелии». 

С 15.12.2015 ФИО5 являлся учредителем ООО «Форсе» (ИНН 

<

***>), с 31.12.2015 стал 100 % участником общества.

ЗАО «ЮНИКС» (ИНН 

<

***>), бывшее до 26.11.2009 участником ООО «Первая Лизинговая Группа» со 100% долей участия, прекратило свою деятельность 22.06.2015 путем присоединения к ООО «Форсе» (ИНН 

<

***>), которое стало правопреемником общества.

ООО «Форсе» (ИНН 

<

***>) является участником ООО «Железная гора» (ИНН1020016787), со 100 % долей участия, на момент заключения оспариваемых сделок единственным участником общества являлся ФИО5, генеральным директором данногообщества в указанный период времени являлся ФИО6.

На момент заключения оспариваемых сделок ООО «РИВЕРСАЙД» (ИНН7743094918) обладало 100% долей участия в ООО «Первая Лизинговая Группа», генеральным директором и владельцем 90% доли в участия в ООО «РИВЕРСАЙД» является -ФИО6.

При условии неисполнения заемщиком основного обязательства, залог является фактически единственно возможным способом обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору.

Материалами дела подтверждено, что в результате совершения спорных соглашений о расторжении договоров залога № 80 (2) -3/15 от 22.07.2016 и № 80 (2) -3/15 от 22.07.2016 причинен вред имущественным правам кредиторов банка, в виде полной или частичной утраты возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам банка за счет его имущества в размере неисполненных кредитных обязательств заемщика.

Доказательств наличия какого-либо экономически разумного обоснования действий Банка по отказу от права залога в материалы дела не представлено. 

Подобное поведение, судом первой инстанции правомерно оценено как не соответствующее обыкновениям гражданского оборота и практике банковской деятельности, не отвечающее принципу добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений, а также противоречащее интересам кредиторов должника, что должно было быть очевидным и для ООО «Прионежский габбро-диабаз».

Такой участник оборота должен осознавать, что сделка по расторжению соглашения об обеспечении с высокой степенью вероятности может нарушать права и законные интересы кредиторов его контрагента, справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет пополнения конкурсной массы посредством возврата кредитных средств. Учитывая, что в результате подобной сделки лицо, освобожденное от обеспечительного бремени, получает существенную нетипичную выгоду (которую бы оно никогда не получило при нормальном развитии отношений), на него подлежит возложению риск последующего скорого банкротства контрагента, заключающийся в оспаривании соответствующей сделки.

Отклонение поведения банка от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав указывает на сомнительность отмены обеспечительного обязательства, что должен был понимать залогодатель в отсутствие полного погашения, обеспеченного залогом обязательства перед банком.

При  таких обстоятельствах, суд  первой инстанции пришел к  обоснованному выводу  о том, что спорные  сделки  совершенными со злоупотреблением правом.

Доводы апеллянта об отсутствии возможности ознакомления с документами, предоставленными конкурсным управляющим, апелляционным судом не могут быть отнесены  к числу оснований для  отмены  правильного по существу судебного акта,   поскольку доказательства, на которые ссылался управляющий, являются выпиской из ЕГРЮЛ и сообщением, опубликованным  в журнале Вестник  государственной   регистрации,   находящиеся  в  свободном доступе.

Доводы  жалобы  подлежат отклонению, как основанные  на ошибочном толковании  п. 3 ст. 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и разъяснениям, п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», п. 2 ст. 166 ГК РФ. Кроме того, в силу отсутствия признанного факта недействительности сделки, у управляющего  отсутствовали основания для удержания  залога, права по которому считались утраченными.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, которым судом первой инстанции дана правильная оценка, и для иной оценки апелляционный суд не усматривает с учетом указаний суда  округа. 

Не усматривает апелляционный суд нарушений судом первой инстанции в применении последствий недействительности сделок, исходя из требований заявленных  арбитражным управляющим, и положений статьи  167 ГК РФ,  статьи  61.6 Закона о банкротстве, Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63. 

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

          Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 26 июня 2020 года по делу № А40- 17236/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Прионежский габбро-диабаз» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:         С.А. Назарова      

Судьи:         Д.Г. Вигдорчик      

                                                                                                                   А.А. Комаров