ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А72-7737/2017

г. Самара

20 июня 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 июня 2018 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Засыпкиной Т.С.,

судей Кувшинова В.Е., Рогалевой Е.М.,

при ведении протокола секретарем  судебного заседания ФИО1, с участием:

от общества с ограниченной ответственностью "НПО АкваБиоМ" – ФИО2 (паспорт, приказ от 03.08.2017), ФИО3 (доверенность от 16.01.2018),

от общества с ограниченной ответственностью "Тэнеко"  - ФИО4 (паспорт, приказ от 06.06.2011),

от ООО «Эко-Потенциал»- представитель не явился, извещено,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда дело по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью "НПО АкваБиоМ" на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 15.03.2018 по делу №А72-7737/2017 (судья Карсункин С.А.)

по заявлению общества с ограниченной ответственностью "НПО АкваБиоМ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г.Москва,

к обществу с ограниченной ответственностью "Тэнеко" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Свердловская область, г.Екатеринбург,

о взыскании денежных средств,

третье лицо: ООО «Эко-Потенциал», г.Москва,

по встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Тэнеко",

к обществу с ограниченной ответственностью "НПО АкваБиоМ",

о взыскании денежных средств, 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «НПО АкваБиоМ» (далее – истец, ООО «НПО АкваБиоМ») обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Тэнеко» (далее – ответчик, ООО «Тэнеко») о взыскании задолженности за поставку оборудования в размере 4 785 400 руб., за оказание услуг по хранению в размере 1 531 328 руб., пени за период с 12.02.2017 по 02.06.2017 в размере 177 059 руб. 80 коп.

13.12.2017 судом первой инстанции было принято к производству встречное исковое заявление ООО «Тэнеко» к ООО «НПО АкваБиоМ», согласно которому ответчик просил признать договор поставки от 30.08.2016 № 133 расторгнутым с 17.03.2017, взыскать с ООО «НПО «АкваБиоМ» денежные средства в размере 5 854 111,82 руб., в том числе: убытки в сумме 1 484 500 руб., неустойку в сумме 827 649,27 руб., убытки по хранению оборудования 830 000 руб., расходы на проведение шеф-монтажных работ в сумме 2 279 840 руб., расходы вследствие удовлетворения претензии перевозчика ТОО «N-One Ltd» в сумме 100 000 руб., расходы по транспортировке оборудования, не соответствующего договору, в сумме 150 000 руб., а также проценты за использование денежных средств в сумме 182 122,55 руб.

Истец по первоначальному иску заявил ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которому просил взыскать с ответчика задолженность за поставку оборудования в размере 4 785 200 руб. 00 коп., за оказание услуг по хранению в размере 11 676 376 руб., пени за период с 17.02.2017 по 24.10.2017 в размере 478 540 руб., всего на общую сумму 16 940 116 руб. Данное ходатайство об уточнении исковых требований судом первой инстанции было удовлетворено в порядке статьи 49 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 15.03.2018 заявленные требования ООО «НПО АкваБиоМ» оставлены без удовлетворения, встречные исковые требования ООО «Тэнеко» удовлетворены частично, договор поставки от 30.08.2016 № 133 признан расторгнутым с 17.03.2017, с истца в пользу ответчика взысканы: переплата по договору в сумме 1 484 500 руб.; неустойка в сумме 813 034 руб. 83 коп.; убытки в сумме 930 000 руб.; проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 89 863 руб. 09 коп., в удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с выводами суда, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе указывает, что в договоре и спецификации указан срок производства, а срок поставки начинает исчисляться после срока производства.

Судом первой инстанции неверно сделаны выводы о неоднократном нарушении договора поставки со стороны ООО «НПО АкваБиоМ», так как в материалы дела неоднократно представлялись в качестве доказательства письменные уведомления о готовности оборудования к отправке в соответствии со спецификацией, а также требования об окончательном расчете за произведенную продукцию.

В связи с большим количеством, ассортиментом и объемом поставляемой продукции, а также принимая во внимание ненадлежащее исполнение покупателем условий договора в части оплаты (п. 3.2.1 договора), то оборудование поставлялось поэтапно.

Распечатки технических характеристик какого-либо оборудования не могут быть допустимым доказательством, так как не представлены и не подтверждены источники получения информации или не подтверждены квалифицированным специалистом.

Судом первой инстанции не установлены полномочия ФИО5, направившего уведомление о расторжении договора в одностороннем порядке.

Судом первой инстанции должна была быть применена двусторонняя реституция.

Заявленные ответчиком расходы по хранению фактически не понесены, так как насосы и шнековый обезвоживатель были переданы ТОО «Айсем и Ко», в настоящее время оборудование находится на складе конечного потребителя в заводской тарно-транспортной упаковке.

В судебном заседании представители истца доводы апелляционной жалобы поддержали.

Представитель ответчика считает решение суда законным и обоснованным.

В судебное заседание представитель третьего лица не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

В соответствии со ст. 156 АПК РФ рассмотрение дела проводится в отсутствие его представителя.

Истцом в судебном заседании арбитражного апелляционного суда было подано заявление о пересмотре решения суда первой инстанции по вновь открывшимся обстоятельствам.

Однако в силу части 1 статьи 310 АПК РФ вступившие в законную силу решение, судебный приказ, определение, принятые арбитражным судом первой инстанции, пересматриваются по новым или вновь открывшимся обстоятельствам судом, принявшим эти решение, судебный приказ, определение.

Следовательно, у суда апелляционной инстанции отсутствует право пересмотреть судебный акт суда первой инстанции, не вступивший в силу, по вновь открывшимся обстоятельствам.

Истцом также было заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела новых доказательств в обоснование заявления о пересмотре решения суда первой инстанции по вновь открывшимся обстоятельствам.

Поскольку заявление о пересмотре решения суда первой инстанции по вновь открывшимся обстоятельствам не рассматривается арбитражным апелляционным судом, то в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела новых доказательств отказано.

Истец также заявил в арбитражном апелляционном суде ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве заинтересованных лиц Отдела жилищно-коммунального хозяйства и жилищной инспекции Енбекшиказахского района Алматинской области и Товарищества с ограниченной ответственностью «АЙСЕМ и Ко».

Данное ходатайство суд апелляционной инстанции оставляет без удовлетворения, поскольку в рамках искового производства не предусмотрено привлечение в дело заинтересованных лиц. В качестве третьих лиц названные лица также не могут быть привлечены, поскольку в силу ст. 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Проверив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 30.08.2016 между истцом (Поставщик) и ответчиком (Покупатель) был заключен договор поставки № 133, по условиям которого поставщик принял на себя обязательство поставить покупателю продукцию (оборудование), а покупатель - принять и оплатить поставляемую продукцию согласно прилагаемой Спецификации поставки.

Оборудование приобреталось ответчиком для монтажа станции биологической очистки хозяйственно-бытовых сточных вод в Республике Казахстан.

Согласно пунктам 1.2, 3.1.1, 3.1.2, 3.2.1 договора количество, ассортимент, цена поставляемой продукции, сроки и условия поставки и оплаты устанавливаются сторонами договора в Спецификации. Продавец обязан поставить оборудование согласно Спецификации, утвержденной сторонами, в порядке и сроки, указанные в договоре. Во время передачи оборудования предоставить покупателю всю необходимую техническую документацию: чертежи, техпаспорта на оборудование, гарантийные талоны, сертификаты качества, универсальные передаточные документы (далее - УПД). Покупатель обязан оплатить купленный товар в сроки, указанные в Спецификации договора.

В Спецификации к договору установлены перечень поставляемого оборудования, его стоимость, которая составляет 31 970 800 руб., и срок производства оборудования 75 рабочих дней.

Датой начала производства считается 1-й рабочий день, следующий за датой наступления последнего из фактов, а именно: подписания Договора поставки; согласования чертежей; поступления на расчетный счет поставщика первого авансового платежа согласно Спецификации.

Поставщик обязан известить покупателя письменным уведомлением о готовности оборудования к отгрузке за 3 рабочих дня до окончания изготовления оборудования.

Датой поставки и передачи товара считается дата подписания сторонами товарно-транспортной накладной согласно Спецификации, являющейся неотъемлемой частью данного договора (п.п. 5.1 - 5.4).

Спецификацией установлены сроки и условия оплаты оборудования: авансовый платеж 50% в размере 15 985 400 руб. - в течение 5 банковских дней после подписания спецификации; окончательный платеж 50% - 15 985 400 руб. в течение 5 банковских дней по факту получения за 3 рабочих дня письма уведомления о готовности оборудования.

Как указывает истец, во исполнение договора им было отпущено в адрес ответчика оборудование по следующим универсальным передаточным документам: № 258 от 17.11.2016 на сумму 4 798 050 руб., № 269 от 01.12.2016 на сумму 2 399 025 руб., № 275 от 05.12.2016 на сумму 2 399 025 руб., № 276 от 08.12.2016 на сумму 7 163 930 руб., № 285 от 15.12.2016 на сумму 4 798 600 руб., № 287 от 15.12.2016 на сумму 833 400 руб., № 293 от 19.12.2016 на сумму 3 578 500 руб., № 292 от 14.02.2017 на сумму 6 000 270 руб.

Письмом от 06.02.2017 № 48 истец уведомил ответчика о готовности к отгрузке оборудования по договору № 133 от 30.08.2016 и о необходимости выполнения окончательного расчета в сумме 4 785 400 руб.

В связи с тем, что в установленный срок оплата товара ответчиком не произведена, истец письмом от 01.03.2017 № 84 уведомил ответчика о том, что изготовленное по договору поставки № 133 от 30.08.2016 оборудование принято на хранение с 17.02.2017, а также потребовал в 3-х дневный срок произвести окончательный расчет по договору.

Письмом от 23.03.2017 № 114 истец снова уведомил ответчика о принятии изготовленного оборудования на хранение, указав, что плата за хранение составляет 1 531 328 руб. Также истцом в письме был приведен расчет неустойки за просрочку платежа в сумме 177 059 руб. 80 коп.

Поскольку ответчиком обязательство по оплате оборудования не было исполнено в полном объеме, истец обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

В свою очередь, ответчик указывает, что истец осуществил отгрузку оборудования, часть из которого не соответствует условиям договора, что обязанность по оплате в указанной части у него отсутствует, что истцом неоднократно нарушались сроки поставки оборудования, поставка оборудования по договору была произведена не в полном объеме. В связи с нарушением сроков поставки оборудования письмом от 17.03.2017 ответчик указанный выше договор расторгнул. По мнению ответчика, за время действия договора им была оплачена сумма, превышающая стоимость товара, поставленного в соответствии с условиями договора, в связи с чем у ответчика в отношениях с истцом имеется переплата.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ответчика в арбитражный суд со встречными исковыми требованиями.

При принятии судебного акта суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу пункта 5 статьи 454 ГК РФ к отдельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров.

Пунктом 1 статьи 467 ГК РФ предусмотрено, что если по договору купли-продажи передаче подлежат товары в определенном соотношении по видам, моделям, размерам, цветам или иным признакам (ассортимент), продавец обязан передать покупателю товары в ассортименте, согласованном сторонами.

На основании пунктов 2 – 4 статьи 468 ГК РФ, если продавец передал покупателю наряду с товарами, ассортимент которых соответствует договору купли-продажи, товары с нарушением условия об ассортименте, покупатель вправе по своему выбору: принять товары, соответствующие условию об ассортименте, и отказаться от остальных товаров; отказаться от всех переданных товаров; потребовать заменить товары, не соответствующие условию об ассортименте, товарами в ассортименте, предусмотренном договором; принять все переданные товары.

При отказе от товаров, ассортимент которых не соответствует условию договора купли-продажи, или предъявлении требования о замене товаров, не соответствующих условию об ассортименте, покупатель вправе также отказаться от оплаты этих товаров, а если они оплачены, потребовать возврата уплаченной денежной суммы.

Товары, не соответствующие условию договора купли-продажи об ассортименте, считаются принятыми, если покупатель в разумный срок после их получения не сообщит продавцу о своем отказе от товаров.

В пунктах 1 и 2 статьи 483 ГК РФ указано, что покупатель обязан известить продавца о нарушении условий договора купли-продажи о количестве, об ассортименте, о качестве, комплектности, таре и (или) об упаковке товара в срок, предусмотренный законом, иными правовыми актами или договором, а если такой срок не установлен, в разумный срок после того, как нарушение соответствующего условия договора должно было быть обнаружено исходя из характера и назначения товара.

В случае невыполнения правила, предусмотренного пунктом 1 настоящей статьи, продавец вправе отказаться полностью или частично от удовлетворения требований покупателя о передаче ему недостающего количества товара, замене товара, не соответствующего условиям договора купли-продажи о качестве или об ассортименте, об устранении недостатков товара, о доукомплектовании товара или о замене некомплектного товара комплектным, о затаривании и (или) об упаковке товара либо о замене ненадлежащей тары и (или) упаковки товара, если докажет, что невыполнение этого правила покупателем повлекло невозможность удовлетворить его требования или влечет для продавца несоизмеримые расходы по сравнению с теми, которые он понес бы, если бы был своевременно извещен о нарушении договора.

Согласно пунктам 1, 2 и 4 статьи 523 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450).

Нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях: поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократного нарушения сроков поставки товаров.

Договор поставки считается измененным или расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора полностью или частично, если иной срок расторжения или изменения договора не предусмотрен в уведомлении либо не определен соглашением сторон.

Пунктами 3 и 4 статьи 487 ГК РФ установлено, что в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

В случае, когда продавец не исполняет обязанность по передаче предварительно оплаченного товара и иное не предусмотрено законом или договором купли-продажи, на сумму предварительной оплаты подлежат уплате проценты в соответствии со статьей 395 настоящего Кодекса со дня, когда по договору передача товара должна была быть произведена, до дня передачи товара покупателю или возврата ему предварительно уплаченной им суммы. Договором может быть предусмотрена обязанность продавца уплачивать проценты на сумму предварительной оплаты со дня получения этой суммы от покупателя.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что ответчик платежным поручением № 4 от 01.09.2016 оплатил истцу аванс в сумме 15 985 400 руб. Следовательно, установленный договором срок производства и, соответственно, поставки оборудования (75 рабочих дней) истек 16.12.2016.

До указанной даты (16.12.2016) истец поставил ответчику товар на сумму 22 392 030 руб.

В свою очередь, ответчик до указанной даты оплатил товар на сумму 20 245 400 руб.

19.12.2016 истцом по УПД № 293 было поставлено оборудование на сумму 3 578 500 руб.

Платежными поручениями от 20.12.2016 № 70 и от 21.12.2016 № 72 ответчик перечислил истцу 7 000 000 руб.

Таким образом, общая сумма поставленного товара составила 25 970 530 руб., а сумма оплаты - 27 245 400 руб.

Между тем истцом в числе поставленного в адрес ответчика товара были переданы насос подачи неочищенных стоков в количестве 2 шт. на сумму 833 400 руб. (УПД № 287 от 15.12.2017) и шнековый обезвоживатель осадка в количестве 2 шт. на сумму 3 578 500 руб. (УПД № 293 от 19.12.2016).

Спецификацией к договору предусмотрена поставка насоса подачи неочищенных стоков марки SE1.50.80.40.2.51D и шнекового обезвоживателя осадка VOLUTE ES-051 AMCON.

Технико-коммерческим предложением на поставку станции биологической очистки хозяйственно-бытовых сточных вод производительностью 1000 м3/сутки, составленным истцом, также в качестве насоса предусмотрен насос подачи неочищенных стоков SE1.50.80.40.2.51D (стр. 4) и шнековый обезвоживатель VOLUTE ES-051 AMCON (стр. 5).

Однако при осмотре оборудования на складе покупателя в Республике Казахстан было обнаружено, что шнековый обезвоживатель и насос не соответствуют условиям договора. Истцом было поставлено оборудование, отличающееся от того, которое предусмотрено договором, а именно: поставленные истцом шнековые обезвоживатели осадка не соответствуют заявленному такому оборудованию в договоре и не поддаются идентификации. Насосы также не соответствуют насосам, указанным в договоре.

Письмом от 11.01.2017 № 01/01-0002 ответчик обратился к истцу с требованием предоставить ответ на следующие вопросы: «В приложении № 1 к Договору поставки № 133 от 30.08.2016 указаны насосы подачи неочищенных стоков Grundfos SE1.50.80.40.2.51D, а были отгружены самовольно насосы Grundfos SE1.50.80.30.2.50D.

Отгруженные насосы Grundfos SE1.50.80.30.2.50D отличаются по техническим характеристикам производительности от заложенных в проекте и указанных в приложении № 1 насосов Grundfos SE1.50.80.40.2.51D.

В приложении № 1 к Договору поставки № 133 от 30.08.2016 указан шнековый обезвоживатель осадка Volute ES-051 AMCON. Произведена отгрузка шнекового обезвоживателя осадка ОБ - 0,5. Замена производителя шнекового обезвоживателя с импортного на отечественного произведена самовольно без согласования».

Письмом от 13.01.2017 № 08 истец сообщил, что в части ТХ проектной документации указаны были насосы подачи неочищенных стоков Grundfos SE1.50.80.30.2.50D, которые в рамках договора поставки № 133 от 30.08.2016 и были отгружены фактически. По договору поставки № 133 от 30.08.2016 фактически отгружен шнековый обезвоживателъ осадка Volute ES-051 AMCON. Фотография, являющаяся приложением к письму за № 01/01-0002 от 11.01.2017, является свидетельством упаковочной тары, а не самого шнекового обезвоживателя. Маркировка модели ОБ - 0,5 на упаковке указана ошибочно.

Письмом от 15.02.2017 № 01/01-0029 ответчик попросил предоставить подтверждающую документацию на шнековый обезвоживатель: о серийных номерах, фирме производителе, документах, подтверждающих импорт товара на территорию России.

Письмом от 16.02.2017 №01/01-0030 ответчик попросил предоставить технический паспорт и сертификат соответствия на шнековый обезвоживатель осадка Volute ES-051 AMCON, отгруженный по счету-фактуре 239 от 19.12.2016.

Согласно письму ООО «Эко-Потенциал» от 04.07.2017 № 40 (т. 1 л.д. 189-207), являющегося официальным эксклюзивным представителем компании AMCON (Япония) на территории РФ, Республики Казахстан, Республики Беларусь и Украины, шнековый обезвоживатель, поставленный ответчику, не имеет никакого отношения к производимой компанией AMCON продукции. Также на л.д. 22-33 т. 2 представлены сравнения отличительных особенностей оригинального шнекового обезвоживателя от приобретенного.

Ответчиком в материалы дела представлены распечатки технических характеристик поставленного истцом насоса, из которых усматривается, что этот насос в отличие от предусмотренного договором имеет более низкие технические характеристики, касающиеся производительности и коэффициента полезного действия.

Довод истца о том, что распечатки технических характеристик какого-либо оборудования не могут быть допустимым доказательством, арбитражным апелляционным судом не принимается во внимание, поскольку истец не представил доказательств того, что технические характеристики поставленного насоса полностью соответствуют условиям договора. В рассматриваемом случае именно истец обязан доказать, что поставленный насос по своим характеристикам полностью соответствует условиям договора.

Поскольку истцом не был поставлен товар, предусмотренный договором, то ответчик правомерно отказался оплачивать насосы и шнековые обезвоживатели осадка, общая стоимость которых составляет 4 411 900 руб., и вынужден был 10.01.2017 заключить договор временного ответственного хранения этого товара № 01/01/17 с ТОО «ATA-ALLIAZ-OIL».

Судом первой инстанции обоснованно отклонены ссылки истца на пункты 2.5, 6.2 и 6.4 договора, поскольку сторонами в спецификации к договору согласована поставка именно насоса SE1.50.80.40.2.51D и шнекового обезвоживателя Volute ES-051 AMCON, а оборудование, не соответствующее условиям договора, было принято уже в опечатанном автомобиле. Акт осмотра оборудования и обнаружения поставки товара, не соответствующего условиям договора, был составлен ответчиком и его контрагентом в Республике Казахстан 04.01.2017 (т. 3 л.д. 38), а письмо истцу было направлено 11.01.2017.

Сроки извещения поставщика о поставке товара, не соответствующего условиям договора, являются разумными.

Поскольку в спецификации к договору указаны конкретные модели насоса и шнекового обезвоживателя, то поставка именно такого товара является существенным условием договора.

Следовательно, по состоянию на 21.12.2016 истцом был поставлен ответчику товар, соответствующий условиям договора, на сумму 21 558 630 руб. (25 970 530 руб. - 4 411 900 руб.).

С учетом того, что ответчик правомерно отказался от оплаты товара, не предусмотренного договором, то у него на 21.12.2016 имелась переплата в сумме: 5 686 770 руб. (27 245 400 руб. - 21 558 630 руб.).

Письмом № 48 от 06.02.2017 истец уведомил ответчика о готовности к отгрузке оборудования по договору № 133 от 30.08.2016 и выполнении окончательного расчета в сумме 4 785 400 руб., а также указал, что предполагаемое количество автомашин для перевозки оборудования - 5.

В ответ на данное письмо ответчик письмом № 01/01-0022 от 07.02.2017 попросил представить ему точный график отгрузок с указанием наименования, количества, брутто и нетто продукции, тип (вид) упаковки на каждую автомашину; направить конечный вариант спецификации и произвести окончательную отгрузку не позднее 15.02.2017.

09.02.2017 ответчик уведомил о предоставлении под погрузку 14.02.2017 четырех автомашин. Однако по прибытии на место загрузки (

<

...>) истцом ответчику было передано оборудование, которым были загружены только две машины, в связи с чем два оставшихся автомобиля покинули место загрузки.

В материалы дела представлен УПД № 292 от 14.02.2017 на сумму 6 000 270 руб., подписанный истцом.

Однако по данному УПД ответчику было передано товара всего на сумму 4 202 270 руб., а именно наименования оборудования, указанные в УПД под номерами 2, 3, 4, 5, 7, 8, 9, 11 (т. 2 л.д. 141). Поставка только указанного оборудования подтверждается актами приема-передачи оборудования от 14.02.2017 № 24 и № 25, подписанными истцом, ответчиком и ТОО «Айсем и Ко» (Республика Казахстан) (т. 3 л.д. 96-98), из которых не следует, что была произведена передача товара, указанного в пунктах 1, 6, 10 УПД.

При этом в материалы дела не представлено доказательств наличия на складе поставщика по состоянию на 14.02.2017 продукции на всю сумму 6 000 270 руб., указанной в накладной.

С учетом поставки истцом ответчику 14.02.2017 оборудования на сумму 4 202 270 руб. и наличия у ответчика переплаты по договору на сумму 5 686 770 руб., сумма переплаты ответчика составила 1 484 500 руб. (5 686 770 руб. - 4 202 270 руб.).

Как уже было отмечено выше, исходя из условий договора и перечисления ответчиком авансового платежа 01.09.2016, срок производства и, соответственно, поставки оборудования составил по 16.12.2016 включительно.

Однако к указанному сроку продукция, соответствующая условиям договора, не была произведена и поставлена истцом в полном объеме.

Довод истца о том, что в договоре и спецификации указан срок производства, а не срок поставки оборудования, арбитражным апелляционным судом не принимается во внимание, поскольку согласно условиям договора товар получается ответчиком со склада истца. Следовательно, у истца имеется возможность отгрузить продукцию сразу после ее изготовления.

Как уже отмечено выше, 14.02.2016 оборудование не было передано в полном объеме ответчику.

Истцом в материалы дела представлено уведомление от 01.03.2017 № 84 о том, что изготовленное по договору поставки № 133 от 30.08.2016 оборудование принято на хранение с 17.02.2016. В данном уведомлении содержится требование произвести окончательный расчет по договору поставки в размере 4 785 400 руб. и указание о принятии оборудования на хранение. Однако доказательств направления этого уведомления от 01.03.2017 в адрес ответчика в материалы дела не представлено.

Также в материалы дела представлена претензия истца от 23.03.2017 № 114 аналогичного содержания.

В свою очередь, в связи с длительным неисполнением обязательств по поставке товара и поставкой товара, не соответствующего спецификации, 17.03.2017 ответчик электронной почтой направил истцу письмо о расторжении в одностороннем порядке договора поставки № 133 от 30.08.2016 (т. 1 л.д. 188 , т. 2 л.д. 61-64). Данное письмо ответчика было направлено истцу до получения претензии истца от 23.03.2017. Получение данного письма истцом не оспаривается.

Длительное неисполнение соответствующей обязанности по поставке оборудования со стороны истца свидетельствует о существенном нарушении им договора. На момент расторжения договора продолжительность просрочки поставки соответствующего условиям договора оборудования в полном объеме составила 91 день.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ответчик 17.03.2017 правомерно отказался от исполнения договора и, следовательно, суд правомерно удовлетворил исковые требования о признании договора поставки от 30.08.2016 № 133 расторгнутым с 17.03.2017.

Поскольку материалами дела доказано, что у ответчика на момент расторжения договора с учетом поставки истцом оборудования, не соответствующего условиям договора, имелась переплата в сумме 1 484 500 руб., то суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требования истца о взыскании задолженности в сумме 4 785 200 руб.

Также суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика платы за оказание услуг по хранению оборудования в сумме 11 676 376 руб. и пени за период с 17.02.2017 по 24.10.2017 в размере 478 540 руб.

Плата за хранение исчислена истцом, исходя из суммы задолженности 4 785 400 руб. и 1% в день от данной стоимости. Однако в договоре поставки не содержится условий об оплате хранения товара, принятого поставщиком на хранение, а также размере платы за хранение, равной 1% от стоимости товара.

Требование о взыскании неустойки заявлено истцом на основании п. 7.3 договора, согласно которому при нарушении покупателем сроков оплаты покупатель выплачивает поставщику пени в размере 0,1% в сутки от неоплаченной суммы.

Поскольку исковые требования о взыскании задолженности оставлены без удовлетворения, то и исковые требования о взыскании платы за хранение и неустойки в связи с несвоевременной оплатой оборудования также обоснованно оставлены без удовлетворения.

В свою очередь, удовлетворяя требования ответчика о взыскании с истца переплаты по договору в размере 1 484 500 руб., суд первой инстанции правомерно руководствовался разъяснениями, изложенными в п. 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», согласно которым при расторжении договора сторона не лишена права истребовать ранее исполненное, если другая сторона неосновательно обогатилась. В этом случае не исключается возможность истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала.

Удовлетворяя частично требование ответчика о взыскании с истца неустойки, суд первой инстанции обоснованно руководствовался ст. 330 ГК РФ и пунктом 7.2 договора поставки № 133 от 30.08.2016, согласно которому за срыв сроков поставки оборудования поставщик выплачивает покупателю пени в размере 0,1% в сутки от стоимости не поставленного оборудования.

По расчету ответчика размер неустойки составляет 827 649,27 руб.

Однако по расчету, произведенному судом первой инстанции, размер подлежащей взысканию с истца неустойки составил 813 034 руб. 83 коп.

Расчет неустойки судом первой инстанции произведен правильно и истцом не оспаривается. Свой расчет неустойки истцом в материалы дела не представлен.

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно взыскал с истца в пользу ответчика неустойку в размере 813 034 руб. 83 коп.

Ответчиком также было заявлено требование о взыскании с истца процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 182 122,55руб., которые были начислены на суммы переплат (предоплаты) до даты расторжения договора, в частности, с 21.12.2016 по 16.11.2017.

Удовлетворяя частично данное требование, суд первой инстанции правомерно руководствовался положениями статей 329, 395 и 487 ГК РФ, согласно которым до момента предъявления покупателем требования о возврате суммы предварительной оплаты продавец остается только должником по обязательству, связанному с передачей товара. Возлагаемая на него согласно пункту 4 статьи 487 ГК РФ ответственность является неустойкой, взыскиваемой за просрочку передачи товара. Проценты по статье 395 ГК РФ на сумму предварительной оплаты ввиду отсутствия денежного обязательства в данном случае начислены быть не могут.

Следовательно, требования ответчика о взыскании с истца по первоначальному иску процентов за пользование чужими денежными средствами до момента расторжения договора не подлежат удовлетворению.

При этом судом первой инстанции обоснованно принят во внимание тот факт, что до даты расторжения договора ответчик уже предъявил требование о взыскании с истца неустойки в связи с несвоевременной поставкой товара.

Таким образом, проценты по статье 395 ГК РФ могут быть начислены только за период с 18.03.2017 по 16.11.2017 (дата, указанная в расчете) на сумму 1 484 500 руб.

За указанный период размер процентов составил 89 863 руб. 09 коп. Данный расчет процентов истцом не оспаривается.

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно взыскал с истца в пользу ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами в указанном размере.

Также ответчиком были заявлены требования о взыскании с истца убытков за хранение оборудования в сумме 830 000 руб., суммы расходов на проведение шеф-монтажных работ 2 279 840 руб., расходов вследствие удовлетворения претензии перевозчика ТОО «N-One Ltd» в сумме 100 000 руб., расходов по транспортировке оборудования, не соответствующего договору, в сумме 150 000 руб.

Рассмотрев данные требования ответчика, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В силу статей 15 и 393 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как правильно указал суд первой инстанции, убытки за хранение оборудования в сумме 830 000 руб. возникли у ответчика в результате понесенных расходов на хранение оборудования, не соответствующего условиям договора (насосы и шнековый обезвоживатель).

В подтверждение понесенных затрат по хранению этого оборудования ответчик представил договор временного ответственного хранения от 10.01.2017 № 01/01/17, заключенный с ТОО «ATA-ALLIAZ-OIL» (Хранитель), по которому вознаграждение Хранителя составляет 830 000 руб. Расчет по договору осуществляется один раз в один календарный год (п. 2.1 и 2.2 договора). Насосы и шнековый обезвоживатель переданы на хранение по акту на ответственное хранение от 10.01.2017 (т. 4 л.д. 168-171). Платежным поручением от 10.01.2018 № 4 ответчик перечислил Хранителю 830 000 руб. в счет оплаты по договору № 01/01/17 от 10.01.2017 (т. 3 л.д. 119).

Следовательно, ответчик подтвердил несение расходов по хранению оборудования на указанную сумму, необходимость несения таких расходов вызвана ненадлежащим исполнением истцом своего обязательства по поставке согласованного оборудования.

Довод истца о том, что заявленные ответчиком расходы по хранению фактически не понесены, так как в настоящее время оборудование находится на складе конечного потребителя в заводской тарно-транспортной упаковке, арбитражным апелляционным судом не принимается во внимание, поскольку истец не представил безусловных доказательств, опровергающих факт хранения оборудования у указанного лица в спорный период.

Соответственно, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил данное требование ответчика.

Отказывая во взыскании с истца убытков в результате несения расходов на проведение шеф-монтажных работ в сумме 2 279 840 руб., суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что по условиям договора поставки от 30.08.2016 № 133 у истца отсутствует обязанность по выполнению шеф-монтажных работ в отношении поставленного оборудования, а предварительные договоренности сторон не нашли своего отражения в договоре.

Удовлетворяя требование ответчика о взыскании с истца расходов, возникших вследствие удовлетворения претензии перевозчика ТОО «N-One Ltd» в сумме 100 000 руб., суд первой инстанции обосновано исходил из следующего.

Между ТОО «N-one Ltd» (экспедитор) и ответчиком (клиент) был заключен договор транспортной экспедиции № 07/12-16 от 07.12.2016, согласно которому клиент поручает, а экспедитор принимает на себя обязанности по организации перевозки грузов, принадлежащих клиенту, автомобильным транспортом. Указанные услуги осуществляются экспедитором за вознаграждение и за счет клиента. Согласно пункту 2.2 договора для организации указанных услуг клиент и экспедитор оформляют заявку на перевозку по согласованной форме, являющейся неотъемлемой частью настоящего договора. На основании заявки экспедитором определяется стоимость услуг по ее выполнению. Основанием для проведения взаимных расчетов являются подписанные сторонами накладные на доставленный экспедитором груз клиента и полученные клиентом счет-фактуры.

14.02.2017 согласно заявкам на перевозку №№ 2, 3, 4, 5 ТОО «N-one Ltd» были предоставлены четыре автомашины на погрузку по маршруту: РФ, 

<

...>, - Казахстан, Алматинская область, с. Каракемер.

Однако 14.02.2017 были загружены и отправлены по маршруту только два автомобиля. Загрузка оставшихся двух машин не была осуществлена по причине отсутствия товара на складе. Соответственно, два автомобиля возвратились незагруженными.

В связи с тем, что два автомобиля совершили рейсы при отсутствии груза на основании договора транспортной экспедиции № 07/12-16 от 07.12.2016 ТОО «N-опе Ltd» выставило претензию в адрес ответчика на сумму 100 000 рублей (т. 4 л.д. 155). В свою очередь, ответчик оплатил экспедитору вышеуказанную сумму, что подтверждается платежным поручением № 2 от 17.02.2017 (т. 4 л.д. 157). После чего ответчик обратился к истцу с требованием (претензией) оплатить сумму понесенных расходов в размере 100 000 рублей.

Следовательно, указанные расходы ответчика были вызваны ненадлежащим исполнением истцом своих обязательств по передаче товара 14.02.2017.

Более того, в предшествующей переписке, касающейся поставки 14.02.2017, истец сообщал покупателю о необходимости перевозки груза именно четырьмя машинами.

Отказывая в удовлетворении требования ответчика о взыскании с истца расходов по транспортировке оборудования, не соответствующего условиям договора, в сумме 150 000 руб., суд первой инстанции правильно отметил, что в автомобиле, перевозящем груз для ответчика, помимо насосов подачи неочищенных стоков и шнековых обезвоживателей осадка, также осуществлялась перевозка КНС подачи стоков на очистку, установки УФ-обеззараживания, воздуходувки, то есть перевозился не только товар, не соответствующий условиям договора, но и иной товар, который договору соответствовал.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно взыскал с истца в пользу ответчика убытки в общей сумме 930 000 руб.

Арбитражным апелляционным судом не принимается во внимание довод истца о том, что судом первой инстанции не установлены полномочия ФИО5, направившего уведомление о расторжении договора в одностороннем порядке, поскольку ответчиком не оспаривается факт направления такого уведомления в адрес истца и не оспариваются полномочия лица, направившего это уведомление. Кроме того, все последующие действия ответчика подтверждают факт расторжения договора.

Не принимается во внимание и довод истца о том, что в рассматриваемом случае должна была быть применена двусторонняя реституция, поскольку в рамках настоящего дела не заявлялось требование о признании договора недействительным (ничтожным) и о применении последствий недействительности сделки. Кроме того, в силу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. Данной нормой закона не предусмотрено применение реституции при расторжении договора.

С учетом изложенного оснований для отмены или изменения решения суда не имеется.

Доводы, приведенные подателем жалобы в апелляционной жалобе, основаны на ошибочном толковании закона и не опровергают обстоятельств, установленных судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела, и, соответственно, не влияют на законность принятого судом решения.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу исковых требований, а потому решение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Расходы по государственной пошлине распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 15.03.2018 по делу №А72-7737/2017  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                      Т.С. Засыпкина

 

Судьи                                                                                                     В.Е. Кувшинов

 

Е.М. Рогалева