АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А46-20131/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2022 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                   Куклевой Е.А.,

судей          Глотова Н.Б.,

          ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием информационной системы Картотека арбитражных дел (онлайн-заседание) при введении протокола помощником судьи Прусс Е.М. кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 (судья Бацман Н.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2022 (судьи Зюков В.А., ФИО3, ФИО4) по делу № А46-20131/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>), принятые по заявлению финансового управляющего имуществом должника о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 14.01.2017 и применении последствий ее недействительности.

В судебном заседании в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» принял участие представитель ФИО2 – ФИО6 по доверенности от 19.07.2021.

Суд установил:

в деле о банкротстве ФИО5 (далее – ФИО5, должник) финансовый управляющий его имуществом ФИО7 (далее – управляющий) обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства от 14.01.2017 (далее – договор купли-продажи), заключенный между должником и ФИО8 (далее – ФИО8, ответчик), применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 24.03.2022 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО9 (далее – управляющий).

Определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022, оставленным без изменения постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2022, в удовлетворении заявления управляющего отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор) обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

 По мнению заявителя кассационной жалобы, выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам, в материалы обособленного спора представлены доказательства неплатежеспособности должника на дату спорной сделки, заключенной между аффилированными лицами безвозмездно со злоупотреблением правом с целью уменьшения активов должника, вывода имущества из-под обращения взыскания; оспариваемая сделка с учетом обстоятельств ее совершения подлежит квалификации по правилам статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); из сведений страховых компании следует, что должник был допущен к управлению автомобилем, что в совокупности с отсутствием необходимости его экстренной продажи, реальности правоотношений сторон свидетельствует о мнимости спорого договора; в результате ее совершения должник стал отвечать признакам недостаточности имущества; должник и ответчик в силу заинтересованности должны были раскрыть экономическую целесообразность заключения сделки.

Кассатор указывает на то, что судом первой инстанции не рассмотрено заявление о фальсификации доказательств, результаты его рассмотрения не отражены в протоколе судебного заседания и итоговом судебном акта, не рассмотрены ходатайства об истребовании сведений из Федеральной налоговой службы и Государственной инспекции безопасности дорожного движения (далее – ГИБДД), а также ходатайство ответчика о вынесении частного определения.

В судебном заседании представитель кассатора поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела следует и судами установлено, что между должником ответчиком заключен договор купли-продажи транспортного средства TOYOTA LAND CRUSER 100 VX, 199 г/в, цвет серебристый, VIN 

<

***> (далее - автомобиль), по условиям которого последний приобрел автомобиль по цене 100 000 руб.

На основании заявления ФИО8 04.12.2020 возбуждено дело о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 03.03.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО7

Полагая, что спорный договор заключен в период наличия у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества по заниженной цене с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, управляющий 30.07.2021 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из совершения спорной сделки за пределами периода подозрительности.

Утверждения управляющего о необходимости применения положений статей 10, 168 ГК РФ судом отклонены, поскольку приведенные обстоятельства порока сделки не выходят за пределы специальных оснований, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Восьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции, дополнительно отклонил доводы кредитора о мнимости спорной сделки, установив следующее.

Договор купли-продажи зарегистрирован в органах ГИБДД, согласно сведениям которого неоднократно оформлялись штрафы именно в отношении покупателя, указанные штрафы оплачены также ФИО8

Согласно документам, поступившим из страховых организаций, именно ФИО8 являлся страхователем, а не должник.

Приняв во внимание указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции отметил, что факт указания должника в графе лиц, допущенных к управлению транспортным средством, не свидетельствует о мнимости сделки, отсутствуют доказательства фактического владения и использования должником спорного автомобиля, также в графе фактически допущенных к управлению указаны и иные лица.

Исходя из предмета заявленных требований, принятия судом мер по истребованию документов из страховых организаций, суд апелляционной инстанции счел, что представленных в дело доказательств достаточно для оценки доводов сторон, в связи с чем отказал в удовлетворении ходатайства кредитора об истребовании документов и сведений.

Суд апелляционной инстанции также не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства кредитора о вызове свидетеля, поскольку обстоятельства, которые могут быть обоснованы только письменными доказательствами, не могут быть подтверждены или опровергнуты свидетельскими показаниями (статья 68 АПК РФ).

Отклоняя ссылки кредитора на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права в связи с нерассмотрением заявления о фальсификации доказательств (заказа-наряда от 18.01.2017 № 1), суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

В связи с поступлением заявления о фальсификации доказательств суд первой инстанции предупредил стороны об уголовной ответственности, однако в судебном акте и в протоколе не разрешил по существу ходатайство.

В рассматриваемом случае в качестве обоснования заявления о фальсификации кредитором приведены доводы о том, что указанные работы в нем не выполнялись, работы не отражены в бухгалтерской отчетности, что свидетельствует о недостоверности содержащихся в акте сведений.

Следовательно, заявляя о фальсификации акта, кредитор фактически подменяет обязанность по опровержению сведений, отраженных в указанном документе (статья 65 АПК РФ), на процедуру фальсификации доказательства (статья 161 АПК РФ), что недопустимо.

В связи с указанными обстоятельствами суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о фальсификации.

Суд округа с учетом установленных по обособленному спору обстоятельств считает, что судами приняты правильные судебные акты.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - Постановление № 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В силу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Действующее законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не свидетельствует о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10, 168 ГК РФ. 

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статей 10, 168, 170 ГК РФ, исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Данный подход неоднократно высказывался Верховным Судом Российской Федерации (определения от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9)). 

В настоящем случае управляющий при оспаривании сделки указал на ее совершение между заинтересованными лицами в отсутствие встречного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в связи с чем, суды верно указали на то, что спорная сделка подлежит проверке на соответствие признакам, указанным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По общему правилу периоды подозрительности в деле о банкротстве должника исчисляются с даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Дело о банкротстве должника возбуждено 04.12.2020, в связи с чем, применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, под период подозрительность подпадают сделки, совершенные в течении трех лет до момента возбуждения дела о банкротстве, то есть, совершенные не ранее 04.12.2017, оспариваемая сделка заключена 14.01.2017.

Установив факт совершения оспариваемой сделки (договора купли-продажи) за пределами определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве периода подозрительности, что исключает возможность признания ее недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, а также отсутствие оснований для применения к спорным правоотношениям положений статей 10, 170 ГК РФ суды пришли к правомерному выводу об отказе в удовлетворении требования управляющего.

В данном случае, как верно отмечено судами, управляющий и кредитор не привели обстоятельств, свидетельствующих о наличии у договора купли-продажи пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок.

Иное толкование кассатором положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств настоящего спора не свидетельствуют о неправильном применении судами норм материального права.

Ссылки кредитора на наличие нарушений норм процессуального права в части разрешения ходатайств об истребовании доказательств, вызове и допросе свидетеля, заявления о фальсификации доказательств являлись предметом надлежащей правовой оценки суда апелляционной инстанции и правомерно отклонены.

Аргументы кассатора о не разрешении судом первой инстанции заявления ответчика о вынесении частного определения судом округа отклонены, поскольку в данном случае не затрагивают существо принятых судебных актов, вынесение подобного определения является правом, а не обязанностью суда.

Оснований для отмены судебных актов по приведенным доводам в кассационной жалобе не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2022 по делу № А46-20131/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                                Е.А. Куклева

Судьи                       Н.Б. Глотов

                       ФИО1