﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-26919/2016

г. Краснодар

29 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  29 июня 2020 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Калашниковой М.Г. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от Богуславской О.В. – Мухиной Е.О. (доверенность от 21.01.2019), от Литуева Е.Г. – Малиборского И.М. (доверенность от 19.02.2018), Кириловой Н.Г. (лично), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу Богуславской О.В. на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2020 по делу № А32-26919/2016 (Ф08-4139/2020), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя Богуславского В.А. (далее ? должник) конкурсные кредиторы обратились в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным брачного договора от 26.03.2013 (далее ? брачный договор), заключенного должником и Богуславской О.В.

Богуславская О.В. обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о снятии ограничений прав и обременений, наложенных на жилой дом общей площадью 442,5 кв. м с кадастровым номером 23:49:0201008:1048 и земельный участок площадью 600 кв. м, кадастровый номер 23:49:0201008:72, расположенные по адресу: Краснодарский край, Центральный район, ул. Виноградная 282, на основании постановления Центрального районного суда города Сочи о наложении ареста на имущество от 15.09.2015 (уточненные требования).

Определением суда от 18.12.2018 года заявления объединены в одно производство.

Определением суда от 01.11.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано; спорные жилой дом и земельный участок освобождены от ареста, наложенного на основании постановления Центрального районного суда города Сочи от 15.09.2015. Суд в части отказа в удовлетворении заявленных требований, пришел к выводу о том, что дом построен на денежные средства Богуславской О.В. и на объекте, принадлежащем ей на праве собственности; жилой дом является единственным пригодным для проживания ответчика, в связи с чем, целесообразность признания недействительным брачного договора отсутствует. В отношении снятия обременения судебный акт мотивирован тем, что в суде общей юрисдикции производство прекращено, вопрос может быть рассмотрен в рамках дела о банкротстве.

Постановлением апелляционного суда от 19.02.2020 определение суда                             от 01.11.2019 отменено; признан недействительным брачный договор и применены последствия его недействительности в виде обязания Богуславской О.В. передать в конкурсную массу должника спорные жилой дом и земельный участок; в удовлетворении заявления Богуславской О.В. о снятии ареста, наложенного в рамках уголовного дела постановлением судьи Центрального района города Сочи Ващенко Н.П. от 15.09.2015, отказано. Судебный акт в части удовлетворения требований кредиторов мотивирован тем, что стороны, заключая брачный договор в условиях неплатежеспособности и с целью сокрытия от кредиторов имущества, нарушили баланс интересов и права кредиторов. Поскольку права пострадавших от преступления не восстановлены, арест накладывался с целью обеспечения прав лиц, являющихся кредиторами участниками строительства в настоящем деле, в связи с чем цели, на которые направлен данный арест не достигнуты, соответственно, основания для его снятия отсутствуют.

В кассационной жалобе Богуславская О.В. просит отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение суда первой инстанции. По мнению заявителя жалобы, апелляционный суд не применил нормы материального права, подлежащие применению, о предоставлении исполнительского иммунитета единственному жилью Богуславской О.В. и членов ее семьи. Апелляционный суд также не учел, что спорный жилой дом перешел в единоличную собственность Богуславской О.В. на основании соглашения о расторжении совместно нажитого имущества от 30.04.2012. Выводы апелляционного суда в части подтверждения факта строительства Богуславской О.В. жилого дома и увеличения площади жилого дома до 700 кв.м противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам. Кроме того, податель жалобы указывает на то, что апелляционный суд неправомерно оставил в силе арест, наложенный в рамках уголовного дела.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсные кредиторы Кирилова Н.Г., Емельянова Л.В. и Литуева Е.Г. просят оставить судебный акт без изменения, указывая на его законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель Богуславской О.В. поддержал доводы жалобы, Кирилова Н.Г. и представитель Литуевой Е.Г. поддержали доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 19.10.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена Биченкова Н.К.; применены правила 7-го параграфа главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ? Закон о банкротстве).

Кредиторы обратились в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным брачного договора, указав, что на его основании после расторжения брака Богуславской О.В. принадлежат жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край, г. Сочи, Центральный район,                ул. Виноградная, № 282. При этом пунктом 2.1 данного договора предусмотрено, что имущество, нажитое супругами во время брака, не является в период брака общей совместной собственностью супругов, в том числе имущество лично принадлежащее по закону одному из супругов. В случае расторжения брака супругами на все нажитое во время брака имущество не сохраняется правовой режим общей совместной собственности (пункт 2.2 брачного договора); все движимое и недвижимое имущество, приобретенное во время брака, в том числе на условиях кредитования, является во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение имущества (пункт 2.5 брачного договора); имущество, принадлежащее одному из супругов по закону или в соответствии с положениями настоящего договора, не может быть признано совместной собственностью в том числе и на том основании, что во время брака за счет общего имущества супругов или личного имущества другого супруга были произведены вложения значительно увеличивающие стоимость этого имущества. При этом второй супруг не имеет права на пропорциональное возмещение стоимости произведенных вложений (пункт 3.1 брачного договора).

Кредиторы указывают, что право собственности на дом Богуславская О.В. оформила 06.04.2011 и площадь указанного дома на момент оформления права собственности составляла 442,5 кв. м, число этажей 3, в том числе подземный, однако в 2015 году общая площадь дома уже составляла порядка 700 кв. м, следовательно, строительство дома продолжалось после оформления права собственности. При этом денежные средства кредиторов должник начал привлекать с 2010 года,  в связи с чем брачный договор является сделкой, направленной на исключение имущества из конкурсной массы. В акте Земельной инспекции г. Сочи по Центральному району от 13.10.2011 обследования земельного участка в натуре с кадастровыми номерами 23:49:0202010:0154, 23:49:0202010:0164 зафиксировано, что строительство ведется без проекта, утвержденного органами местного самоуправления.

Кроме того, кредиторы указали, что спорный жилой дом не является единственным жильем Богуславской О.В., поскольку последней на праве собственности принадлежит жилое помещение (квартира) по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край,                  г. Сочи, Центральный район, ул. Тимирязева, с/т «Луч», д. 167, пом. 102,103,106; согласно предоставленным сведениям из Единого государственного реестра недвижимости по Краснодарскому краю большая часть имущества должника переоформлена в 2013 году; должник 24.05.2013 прекратил права государственной регистрации на 7 объектов недвижимости в Московской области, однако в собственности должника находится 14 объектов недвижимости.

Ссылаясь на указанные обстоятельства и учитывая, что Богуславская О.В. знала или могла знать об ущемлении интересов кредиторов должника и о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, так как находилась в браке с должником и вела совместное хозяйство с ним, кредиторы обратились в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования кредиторов, апелляционный суд обоснованно руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражный судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обязательств такого встречного исполнения обязательств.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее ? постановление № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества.

Согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацам вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах третьем и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 7 постановления № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"» указано на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов) относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Таким образом, в отсутствие брачного договора в отношении имущества, нажитого супругами во время брака, действует режим совместной собственности, доли супругов в этом имуществе признаются равными, что влияет на объем имущества, на которое могут претендовать кредиторы одного из супругов в порядке пункта 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации. С целью защиты прав кредиторов пунктом 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность супруга уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или о расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

Брачный договор опосредует распределение имущества супругов и либо прекращает режим совместной собственности, либо, наоборот, устанавливает его.

Апелляционный суд установил, что на основании постановления главы администрации Центрального района г. Сочи от 09.04.1997 № 278/3 Диденко С.В. предоставлен на праве аренды земельный участок с разрешением проектирования нового индивидуального жилого дома. ГУП КК «Крайтехинвентаризация» 03.09.2003 составило техническое описание объекта незавершенного строительства по адресу: Виноградная б/н, жилой дом кирпичный, площадью 1259 кв. м.

Заочным решением Центрального районного суда г. Сочи Краснодарского края от 06.10.2003 по делу № 2-1805/03 за Диденко С.В. признано право собственности на незавершенный строительством жилой 3-х этажный дом (лит. А), площадью 1259 кв. м с цокольным этажом (лит. А1), площадью 148,6 кв. м, готовностью 59%, возведенный на правомерно земельном участке площадью 600 кв. м по адресу: Краснодарский край,                  г. Сочи, ул. Виноградная б/н (рядом с домом № 264).

Зарегистрировав указанное право собственности, Диденко С.В. по договору купли-продажи незавершенного строительством объекта от 26.04.2004 передала в собственность указанный объект недвижимости Богуславской О.В., которая оплатила стоимость объекта, равную 300 тыс. рублей.

В связи с приостановлением государственной регистрации в отношении объекта, 10.03.2005 Диденко С.В. и Богуславская О.В. вновь подписали договор купли-продажи незавершенного строительством объекта, состоящего из литер А, А1, общей площадью 1259 кв. м, со степенью готовности 59%. При этом, договор купли-продажи объекта незавершенного строительством заключен с согласия должника от 22.04.2004, с которым на тот момент Богуславская О.В. состояла в браке. 

Согласно справке ГУП КК «Крайтехинвентаризация» от 17.01.2011 № 06-164, имеющейся в материалах реестрового дела, объект незавершенного строительства с процентом готовности 59%, общей площадью 1259 кв. м снесен.

В 2007 году осуществлено строительство иного объекта, в отношении которого представлен технический паспорт, согласно которому по адресу Виноградная, 282, находится жилой дом 2007 года строительства, общей площадью 442,5 кв. м, этажность 3, число этажей подземной части ? 1. Согласно письму МКУ «Муниципальная земельная инспекция города Сочи» от 25.03.2011 по результатам обследования земельного участка    г. Сочи, ул. Виноградная, 282, установлено, что на нем расположен трехэтажный с цоколем жилой дом общей площадью 442,5 кв.м. Право на данный объект недвижимости зарегистрирован за Богуславской в 2011 году, кадастровый номер 23:49:0201008:1048.

Администрация Центрального района города-курорта Сочи и Богуславская О.В. заключили договор купли-продажи земельного участка от 27.05.2009 № 31 в отношении земельного участка общей площадью 600 кв. м по адресу: г. Сочи, ул. Виноградная, 282. Согласно акту расчета выкупной цены и пункту 2.1 договора цена составила                         33 930 рублей 20 копеек. Данный договор также заключен с согласия Богуславского В.А. от 04.06.2009. 

Исходя из положений статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации к имуществу, нажитому супругами во время брака, относятся, в том числе, приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства. Нормами пункта 1 статьи 36 Кодекса определено, что имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Апелляционный суд указал, что процедура одобрения другим супругом сделки согласно статье 35 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрена при распоряжении общим имуществом супругов. Соответственно, давая согласие на приобретение имущества, супруги предполагали, что денежные средства являются их совместным имуществом, как и объект, который ими приобретается. При таких обстоятельствах спорные жилой дом и земельный участок являются общим совместным имуществом супругов Богуславских.

Статьей 46 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрены специальные гарантии прав кредиторов супругов. По смыслу данной нормы, являясь двусторонней сделкой, спорное соглашение связывает только супругов, при этом ухудшение имущественного положения супруга-должника в результате исполнения такого договора не влечет правовых последствий для не участвовавших в нем кредиторов должника (пункт 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, изложенных в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», следует, что при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе, его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 24.09.2018 № 304-ЭС18-4364, раздел супругами совместно нажитого имущества путем заключения брачного договора не должен нарушать права кредиторов, быть направлен на сокрытие имущества либо иным способом свидетельствовать о злоупотреблении правом.

Апелляционный суд установил, что брачный договор заключен в 2013 году, т.е. до расторжения брака, в период когда должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку уже на тот момент должник заведомо знал о невозможности исполнить требования дольщиков, что подтверждается приговором, из которого следует, что преступный умысел должника возник в 2010 году. Из материалов дела следует, что уголовное дело в отношении должника возбуждено 23.03.2015, следовательно, брачный договор заключен в период осуществления мошеннических действий, при условии того, что один из супругов знал о невозможности исполнения обязательств перед дольщиками, а второй должен был об этом знать. При этом Богуславская О.В., являясь на тот момент супругой должника, в силу статьи 19 Закона о банкротстве признается заинтересованным лицом и не могла не знать о наличии у должника неисполненных обязательств.

Апелляционный суд также установил, что Богуславская О.В. являлась сотрудником ООО «Грейс Сити» и ООО «Строительно-монтажное управление-3», директором которых являлся должник, в связи с чем, основной доход Богуславской О.В. получен именно в организациях должника, что свидетельствует о ее осведомленности о невозможности исполнения обязательств перед дольщиками. Кроме того, апелляционный суд установил, что строительство дома осуществлялось фактически на денежные средства должника, поскольку дохода Богуславской О.В. от осуществления ею деятельности парикмахера-стилиста в санатории «Родина», у ИП Матосян Н.Р., у ИП Сгоян В.С. недостаточно для осуществления строительства.

При указанных обстоятельствах, апелляционный суд, учитывая, что заключая брачный договор супруги должны были исходить из баланса интересов сторон, и статус спорного имущества как общего имущества супругов для кредиторов должника не изменился, пришел к верному выводу о реализации данного имущества в процедуре банкротства должника по правилам статьи 213.26 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2018 № 304-ЭС18-436). Следовательно, принятие супругами Богуславскими мер по сокрытию имущества представляет собой злоупотребление правом.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений следует, что под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Апелляционный суд верно отметил, что применительно к настоящему спору для установления факта недействительности сделки на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред должнику и его кредиторам, а не в соответствии с обычно применяемыми правилами.

Апелляционный суд установил, что дом фактически построен на денежные средства супругов, поэтому оставление в собственности супруги лица, привлеченного к уголовной ответственности за совершение мошеннических действий в отношении дольщиков, в период нарушения обязательств перед дольщиками, с учетом подтвержденной площади жилого дома (442,5 кв. м) выходит за рамки обычного для гражданского оборота порядка реализации права. Кроме того, заключение брачного договора с целью вывода имущества подтверждается тем, что сам должник согласно постановлению об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста от 07.05.2015 просил избрать ему домашний арест по месту его постоянной регистрации и жительства в Центральном районе г. Сочи, ул. Виноградная, д. 282.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее ? постановление № 48) разъяснено, что если супругами не заключались внесудебное соглашение о разделе общего имущества, брачный договор либо если судом не производился раздел общего имущества супругов, при определении долей супругов в этом имуществе следует исходить из презумпции равенства долей супругов в общем имуществе (пункт 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации) и при отсутствии общих обязательств супругов перечислять супругу гражданина-должника половину средств, вырученных от реализации общего имущества супругов (до погашения текущих обязательств).

Апелляционный суд установил, что в суде общей юрисдикции раздел общего имущества супругов не производился, доказательств обращения в суд материалы дела не содержат, а исходя из выявленных признаков злоупотребления правом, брачный договор подлежит признанию недействительным. 

Вместе с тем, апелляционный суд отметил, что Богуславская О.В. вправе претендовать на половину средств, вырученных от реализации общего имущества супругов (до погашения текущих обязательств).

Отклоняя довод Богуславской О.В. о том, что указанное имущество является единственным пригодным для проживания для нее и членов ее семьи, апелляционный суд исходил из следующего.

Согласно пункту 4 постановления № 48 целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003                   № 456-О разъяснено, что положения статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека.

Частью 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи. Вселенные собственником жилого помещения члены его семьи имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи (часть 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Апелляционный суд установил, что из представленной в материалы дела копии домовой книги следует, что в доме зарегистрированы: Богуславская О.В. с 09.09.2011, Богуславская Е.В. с 09.09.2011, Гагарина Г.С. с 09.09.2011, Богуславская Л.И. с 11.01.2012, Гагарин О.В. с 22.05.2012, Гагарина В.Ю. с 22.05.2012, Богуславская К.В. с 16.04.2013. При этом, к членам семьи Богуславской О.В. относятся ее мать и двое дочерей, остальные лица, имеющие родственные и свойственные связи, не являются членами семьи для целей оценки жилого помещения по признаку единственного пригодного для проживания.

В силу пункта 1 статьи 50 Жилищного кодекса Российской Федерации нормой предоставления площади жилого помещения по договору социального найма (далее ? норма предоставления) является минимальный размер площади жилого помещения, исходя из которого определяется размер общей площади жилого помещения, предоставляемого по договору социального найма. В соответствии с пунктом 3 статьи 7 Закона Краснодарского края от 28.07.2006  № 1077-КЗ «О мерах социальной поддержки по обеспечению жильем граждан отдельных категорий», решением городского собрания Сочи от 14.02.2006 № 21, нормой предоставления в данном случае является 18 квадратных метров на одного человека, следовательно на 4х человек, из которых состоит семья Богуславской О.В. необходимая площадь для проживания указанных лиц составляет 72 кв. м.

Апелляционный суд также указал, что в материалы дела представлено объявление о выставлении дома по адресу г. Сочи, ул. Виноградная, д. 282, на продажу в 2015 году, согласно которому площадь дома составляет 700 кв. м, что не опровергнуто материалами дела.

Апелляционный суд установил, что Богуславской О.В. на праве собственности принадлежит квартира № 102, 103, 106, находящаяся по адресу г. Сочи, ул. Тимирязева, 167 и в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии препятствий для проживания в указанных помещениях ответчику и членам ее семьи.

Исходя из вышеизложенного, является правомерным вывод апелляционного суда о том, что заключая брачный договор в условиях неплатежеспособности и с целью сокрытия от кредиторов имущества, супругами Богуславскими нарушен баланс интересов и права кредиторов, в связи с чем брачный договор признан недействительной сделкой.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Согласно пункту 2 статьи 167 Кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах ? если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Поскольку имущество находится в собственности Богуславской О.В. и не выбыло из ее владения, апелляционный суд правомерно в качестве применения последствий недействительности сделки обязал Богуславскую О.В. передать в конкурсную массу должника спорное имущество.

Рассматривая заявление Богуславской О.В. о снятии ограничений прав и обременений, наложенных на спорные жилой дом и земельный участок, на основании постановления Центрального районного суда города Сочи о наложении ареста на имущество от 15.09.2015, апелляционный суд верно исходил из следующего.

Статьей 7 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» частью 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан, и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Апелляционный суд при наличии вступившего в законную силу определения суда общей юрисдикции о прекращении производства по делу либо об отказе в принятии заявления в связи с тем, что оно подведомственно арбитражному суду, не вправе прекратить производство по делу по пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Споры между судами о подведомственности недопустимы, поскольку издержки юрисдикционной неопределенности не должны возлагаться на заинтересованных лиц.

Поскольку определением Центрального районного суда города Сочи Краснодарского края от 21.11.2017 прекращено производство по заявлению Богуславской О.В., заявление подлежит рассмотрению по существу в рамках дела о банкротстве с учетом недопустимости ограничения права на судебную защиту, гарантированного статьей 46 Конституции Российской Федерации и статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом, апелляционный суд учел, что в силу части 9 статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации арест, наложенный на имущество, либо отдельные ограничения, которым подвергнуто арестованное имущество, отменяются на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении данной меры процессуального принуждения либо отдельных ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, отпадает необходимость, а также в случае истечения установленного судом срока ареста, наложенного на имущество, или отказа в его продлении. Поскольку права пострадавших от преступления не восстановлены, арест накладывался с целью обеспечения прав лиц, являющихся кредиторами участниками строительства в настоящем деле, в связи с чем цели, на которые направлен данный арест не достигнуты, соответственно, основания для его снятия отсутствуют.

Доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку доказательств, которые апелляционный суд оценил с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2020 по делу             № А32-26919/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                 Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                М.Г. Калашникова

                                                                                                                           Ю.В. Мацко