ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-22792/2024

20 октября 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1 Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2025 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 20 октября 2025 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена, судей А.Ю. Слоневской, И.В. Сотова, при ведении протокола судебного заседания секретарем Т.А. Дмитриевой, при участии: 

от финансового управляющего ФИО1: ФИО2 по доверенности от 03.02.2025,  

от ИП ФИО3: ФИО4 по доверенности от 15.03.2021, от ФИО5: ФИО6 по доверенности от 10.04.2025,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-17838/2025) финансового управляющего имуществом должника ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2025 по обособленному спору № А56-22792/2024/сд.1 (судья Карманова Е.О.), принятое по заявлению финансового управляющего имуществом должника ФИО1 к ФИО5 об оспаривании сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7,  

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратился ИП ФИО3 с заявлением о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом).  

Определением арбитражного суда от 19.04.2024 указанное заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.  

Решением арбитражного суда от 29.05.2024 заявление признано обоснованным, ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1.  

В арбитражный суд 06.03.2025 обратился финансовый управляющий с заявлением о признании недействительными платежей, совершённых должником в адрес дочери ФИО5, в размере 1 265 000 руб.; применении  

последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика указанных денежных средств.  

Определением арбитражного суда от 30.05.2025 в удовлетворении заявления отказано.  

В апелляционной жалобе финансовый управляющий просит определение отменить, признать совершенные должником платежи в пользу ответчика недействительными, ссылается на неправильное распределение беремени доказывания в ходе рассмотрения настоящего спора. Финансовый управляющий указывает, что ввиду заинтересованности сторон сделки бремя доказывания отнесено на ответчика с применением повышенного стандарта доказывания, в частности ответчику следовало раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделок (предоставления займов отцу) притом, что займы предоставлялись на различные суммы, в том числе менее 10000 руб., а ответчик проживает в Чехии; займы являлись беспроцентными, не востребовались; в назначении платежа не указывалось на конкретное перечисление «по договору займа»; во всех договорах, начиная с марта 2020 г., указан адрес должника, который не соответствует адресу его регистрации до 13.05.2021. Финансовый управляющий также считает, что на момент перечислений у должника имелись обязательства перед банками и заявителем по настоящему делу, признаки неплатежеспособности. Как полагает управляющий, перечисления от ответчика должнику являлись помощью (подарком) дочери отцу в тяжелой финансовой ситуации, а спорные сделки являются безвозмездными с заинтересованным лицом в условиях неплатежеспособности должника в целях причинения вреда кредиторам.  

ФИО7 представлен отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».  

В судебном заседании апелляционный суд отказал в приобщении к материалам дела отзыва ФИО5, поскольку доказательств его направления в адрес участвующих в деле лиц не приложено.  

Представители финансового управляющего ФИО1 и ИП ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержали.  

Представитель ФИО5 против удовлетворения жалобы возражал. 

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.  

Исследовав доводы апелляционной жалобы, письменные возражения ФИО7 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого судебного акта.  

Как установлено судом и следует из заявления финансового управляющего, 15.03.2022 и 17.03.2022 ФИО7 перечислил ФИО5 денежные средства в размере 1 265 000 руб.  

Финансовый управляющий, полагая, что в связи с переводом денежных средств должником своей дочери уменьшена конкурсная масса и причинён имущественный вред кредиторам, ссылаясь на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Также финансовый управляющий просил признать платежи недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, указывая на то, что на запрос управляющего должником представлены документы, явившиеся основанием для перечисления денежных средств, а именно договоры займа за период с 07.03.2020 по 12.06.2021, которые, по мнению управляющего, являются притворными. Позиция управляющего обусловлена тем, что займы краткосрочные, новые средства перечислялись до возврата предыдущего займа, договоры беспроцентные, в один календарный месяц несколько маленьких займов, суммы к возврату не требовались, предоставление маленьких сумм займа не соответствует обычному поведению дочери, при переводе в назначении указано «Перевод от клиента ВТБ: Дарья П.», общая сумма займа составила 1 062 600 руб. – возвращено 1 265 000 руб., также адрес должника в договорах займа указан неверно.  

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу, что перечисления между сторонами производились в счёт исполнения обязательств, реальность договоров займа подтверждена, при этом противоправная цель причинения вреда кредиторам, не доказана. Суд пришёл к выводу, что совершенные платежи не могут быть квалифицированы как дарение, поскольку ответчиком действительно предоставлялись денежные средства должнику, следовательно, имущественное положение последнего в результате совершения спорных переводов не ухудшилось.  

Доводы апелляционной жалобы отклонены как не опровергающие выводов суда первой инстанции и не создающие оснований для отмены принятого судебного акта.  

Поскольку настоящее дело о банкротстве возбуждено 19.04.2024, а оспариваемые перечисления совершены двумя платежами от 15.03.2022 и 17.03.2022, данные сделки входят в трехлетний период подозрительности и могут быть оспорены на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что при наличии соответствующих квалифицирующих признаков не препятствует их оспариванию по общегражданским основаниям.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало ряд обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 Постановления № 63).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о ее совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 данного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 Постановления № 63).  

В соответствии со статьей 65 АПК РФ с учетом установленных законодательством о банкротстве презумпций бремя доказывания цели причинения вреда интересам кредиторов возлагается на лицо, оспаривающее сделку (пункт 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 4 Постановления № 63, в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду  

квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

По смыслу указанной нормы злоупотребление правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.  

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Кодекса пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.  

Для установления в действиях граждан злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.  

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.  

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.  

При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик ссылался на наличие заёмных правоотношений между сторонами, отмечая, что сам по себе факт родственных отношений не опровергает реального предоставления денежных средств должнику и правомерность их возврата последним во исполнение обязательств. Ответчик считал, что факт злоупотребления правом не доказан притом, что действия по предоставлению займов на различные суммы были обусловлены именно непростой финансовой ситуацией отца, который отказывался принимать денежные средства на какой-либо иной основе. В свою очередь, беспроцентное предоставление денежных средств являлось для сторон обычной практикой, каждая операция подтверждена договором займа. Поскольку ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность, финансовая возможность предоставления денежных средств имелась, более того, зачислялись деньги исключительно на счета должника, что дополнительно указывает на отсутствие противоправной цели.  

В рассматриваемом случае стороны настаивают на том, что оспариваемые платежи в пользу ответчика являются возвратом средств, предоставляемых должнику в качестве займов. Подтверждая данные обстоятельства, должник в ответ  

на запрос управляющего представил ему копии договоров займа, которые также приложены к настоящему заявлению. Кроме того, в материалы дела как самим управляющим, так и ответчиком представлены выписки по банковским счетам, открытым в Альфа Банке и Банке ВТБ, которые подтверждают не только наличие спорных переводов в пользу ответчика, но и перечисления последнего в пользу должника с 2020 по 2022 гг. При этом апелляционный суд принимает во внимание, что даты поступления денежных средств на счета должника, а также суммы перечислений не противоречат тем, что указаны в представленных договорах.  

Апелляционный суд также исходит из того, что подлинность заключённых между сторонами договоров займа не оспорена, какие-либо ходатайства (о фальсификации доказательств, о назначении судебной экспертизы по проверке подлинности документов) не заявлены. Позиция финансового управляющего и заявителя по делу о банкротстве сводится к тому, что по совокупности приведённых в заявлении косвенных признаков можно прийти к выводу об отсутствии реальных правоотношений и составлении представленных договоров непосредственно с целью создания видимости обоснованного перечисления оспариваемых платежей, в то время как перечисления от ответчика, по сути, являлись дарением.  

Между тем в данном случае в материалы спора представлены доказательства, что между должником и ответчиком имели место отношения займа и спорные перечисления являлись возвратом денежных средств во исполнение многочисленных договоров, должник возвратил предоставленные ему денежные средства, в результате чего его имущественное положение не ухудшилось. Доводы об обратном противоречат фактическим обстоятельствам дела, являются несостоятельными.  

Апелляционная коллегия также учитывает, что ответчиком подтверждена финансовая возможность предоставления должнику денежных средств по договорам займа, поскольку ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность и обороты денежных средств (выручка) от её осуществления многократно превышают сумму предоставленных должнику займов. Вопрос длительного нахождения ответчика за пределами Российской Федерации в рассматриваемом случае, как полагает апелляционный суд, не имеет определяющего юридического значения, в условиях наличия у ответчика статуса индивидуального предпринимателя по законодательству РФ и извлечения соответствующих доходов от деятельности под указанным статусом также на территории РФ.  

Перечисления денежных средств, несмотря на суммы займов, носили реальный характер, поскольку, как указано ранее, подтверждены не только представленными договорами, но и выписками по банковским счетам. При этом само по себе наличие родственных отношений между сторонами сделок не является основанием для их признания недействительными. Именно данное обстоятельство обуславливает предоставление ответчиком займов отцу на протяжении длительного времени, в том числе на незначительные суммы, при неистребовании предоставленных ранее денежных средств и в отсутствие условия о выплате процентов. Предоставление денежных средств на подобных условиях в связи с наличием родственных отношений не может быть расценено как отсутствие обязательств у должника как таковых.  

Совокупностью представленных доказательств подтверждается, что обозначенные в договорах суммы перечислялись на счета должника, при этом даты перечисления денежных средств согласуются с датами самих договоров, соответственно, отсутствие в назначении платежей указания на их  

непосредственное перечисление по конкретному договору в настоящем случае определяющего значения не имеет.  

Доводы о том, что во всех договорах займа адресом должника указано г. Лодейное поле, ул. Интернациональная. д. 12, в то время как до 13.05.2021 должник был зарегистрирован по иному адресу, что указывает на составление данных документов «задним числом», отклоняются апелляционным судом.  

Материалами дела подтверждается, что здание по обозначенному выше адресу находится в собственности должника с 04.04.2008 ( № регистрации 47-78-22/005/2008-234). При этом в рамках настоящего дела арбитражным судом рассматривается обособленный спор «заявление 1», в ходе которого должник приводит доводы о том, что на постоянной основе фактически проживает по указанному адресу и в этой связи ходатайствует об исключении дома из конкурсной массы. Таким образом, указание в договорах займа приведённого выше адреса должника не позволяет прийти к выводу о том, что документы составлены позднее обозначенных в них дат.  

При изложенных обстоятельствах у судебной коллегии не имеется достаточных оснований полагать, что оспариваемые платежи преследовали цель причинения вреда кредиторам и в результате их совершения такой вред причинён, что является основанием для отказа в признании платежей недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В этой связи наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения платежей определяющего правового значения также не имеет.  

Заявляя о недействительности сделки, как совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ), финансовым управляющим не доказано, что в рассматриваемом случае имеются пороки, выходящие за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Доказательств того, что перечисления денежных средств осуществлены с умыслом реализовать противоправную цель, не представлено.  

Положения пункта 2 статьи 170 ГК РФ предусматривают, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.  

Финансовый управляющий в рамках настоящего спора просил признать недействительными перечисления в пользу ответчика, которые совершены в счёт исполнения обязательств по договорам займа, денежные средства на счета должника ранее фактически поступали от ответчика, оснований для вывода о том, что сделка является притворной, не имеется.  

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.  

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в силу статьи 110 АПК РФ относятся на её подателя, так как в удовлетворении жалобы отказано.  

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2025 по обособленному спору № А56-22792/2024/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Ю. Тойвонен  

Судьи А.Ю. Слоневская  

 И.В. Сотов