ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-426/2020

г. Самара

30 мая 2023 года

11АП-6636/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23.05.2023

постановление в полном объеме изготовлено 30.05.2023

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Колодиной Т.И., судей Деминой Е.Г., Морозова В.А.,              

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                    ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании 23.05.2023 апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Центр Антикризисной Поддержки» на решение Арбитражного суда Самарской области от 21.02.2023 по делу №А55-426/2020 (судья Шаруева Н.В.) по иску Общества с ограниченной ответственностью «Центр Антикризисной Поддержки» к Обществу с ограниченной ответственностью «Волга-Проект» о взыскании 21 263 201 руб.

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральное казенное учреждение  «Федеральное управление автомобильных дорог «Большая Волга» Федерального дорожного агентства, Общество с ограниченной ответственностью «АвтоВолгастрой», Общество с ограниченной ответственностью «Мебиус АСФ»,

в судебное заседание явились:

от истца - ФИО2 доверенность от 10.01.2023, паспорт, диплом

от ответчика -  ФИО3 доверенность от 12.08.2022, паспорт, диплом,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Мебиус АСФ» с учетом принятых судом уточнений обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском  к Обществу с ограниченной ответственностью «Волга-Проект», в котором просил:

1. Обязать ответчика принять фактически выполненные работы по демонтажу старого моста через реку СОК произведенный истцом в интересах ответчика, а именно:            -демонтаж руслового пролетного строения №3 (L=84,0m); -демонтаж руслового пролетного строения №4(L=84,0m); -демонтаж берегового пролетного строения №2(L 34м); -демонтаж берегового пролетного строения №5 (L=34m); -демонтаж пролетного строения № 1. 

2. Взыскать с ответчика в пользу истца оплату фактически выполненных работ по демонтажу старого моста через реку СОК произведенный истцом в интересах ответчика, а именно: - демонтаж руслового пролетного строения №3 (L=84,0m); -демонтаж руслового пролетного строения №4 (L=84,0m); - демонтаж берегового пролетного строения №2 (L 34м); - демонтаж берегового пролетного строения №5 (L=34m); - демонтаж пролетного строения №1 на общую сумму 43 422 101 руб. 

3. Взыскать с ответчика в пользу истца пени за пользование чужими денежными средствами в размере 2 340 983 руб.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 27.01.2021, оставленным без изменения Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2021, отказано в удовлетворении исковых требований.

Арбитражный суд Поволжского округа постановлением от 02.09.2021  решение Арбитражного суда Самарской области от 27.01.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2021 отменил, дело направил на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Определением Арбитражного суда Самарской области дело № А55-426/2020, переданное на новое рассмотрение, принято к производству.

В судебном заседании 29.03.2022 истец заявил письменное ходатайство об уточнении иска, в котором просил взыскать с ответчика 21 263 201 руб., в том числе: 

- 15 630 000 руб. – стоимость выполненных работ, 

- 5 633 201 руб. 00 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 24.01.2017 по 10.03.2017. 

Суд первой инстанции, руководствуясь ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принял заявленные истцом уточнения.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 21.02.2023 в иске отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, Общество с ограниченной ответственностью «Центр Антикризисной Поддержки» (истец - на основании произведенной судом первой инстанции процессуальной замены ввиду заключения договора уступки права требований (цессии) от 17.12.2022) обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение Арбитражного суда Самарской области от на решение Арбитражного суда Самарской области от 21.02.2023, принять новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2023 апелляционная жалоба принята к производству с назначением судебного заседания на 23.05.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, не обеспечившие явку в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе в силу ч. 6 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также  публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

В обоснование апелляционной жалобы истец ссылался на несогласие с выводами суда о невыполнении спорных работ истцом; полагает, что указание в спорных актах о приемке выполненных работ  № 72 и № 73 от 23.12.2016 период выполнения работ 4 квартал 2016 года не свидетельствует об их фактическом выполнении после 01.10.2016; полагает, что доказательством выполнения работ является общий журнал производства работ, а также фото- и видео- материалы, представленные в дело; на несогласие с выводами суда о том, что спорные работы были дополнительными; на несогласие с проведенной судебной экспертизой со ссылкой на письменную консультацию ФБУ "СЛСЭ", а также на несогласие с выводами суд первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности.

Ответчик возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, который в соответствии со ст. 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен судом апелляционной инстанции к материалам дела.

Исследовав материалы дела, оценив доводы и возражения сторон, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены решения Арбитражного суда Самарской области от 21.02.2023 по делу №А55-426/2020. При этом суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между Обществом с ограниченной ответственностью «Волга-Проект» (генподрядчик) и Обществом с ограниченной ответственностью «Мебиус АСФ» (субподрядчик) был заключен договор от 31.12.2015 № 9/37-15-С/1 на выполнение работ по ремонту (демонтажу) пролетов моста №1,№2,№3 через реку Сок на км 1021+400 автомобильной дороги М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-Самара-Уфа-Челябинск (старое направление), на общую сумму 10 000 000 руб., срок окончания выполнения работ - 31.03.2016.

Между истцом и ответчиком также был заключен договор от 31.03.2016 № 9/37-15-С/2 на выполнение работ по ремонту (демонтажу) пролетов № 4, № 5 через реку Сок на  км 1021+400 автомобильной дороги М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-Самара-Уфа-Челябинск(старое направление) на общую сумму 8 000 000 руб., срок окончания выполнения работ - 31.06.2016.

Вышеуказанные договоры заключены в рамках государственного контракта №9/37-15 от 27.11.2015, заключенного между генподрядчиком и ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «Большая Волга» Федерального дорожного агентства» (ФКУ «Поволжуправтодор») (заказчик) на сумму 105 000 000 руб. и сроком окончания работ конец декабря 2016 года.

Обращаясь с иском в суд, истец указал, что согласно достигнутой договоренности между сторонами, истцом были проведены дополнительные работы (на что прямо указано в иске), которые ответчиком не приняты и не оплачены, что явилось основанием для обращения с иском в суд.

Ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, ссылался на расторжение договоров в соответствии с заключенными сторонами соглашениями. 

В материалы дела представлено соглашение от 31.08.2016 о расторжении договора на выполнение работ по ремонту моста от 31.12.2015 № 9/37-15-С/1, по условиям которого стороны, на основании ст.ст. 450, 452 Гражданского кодекса Российской Федерации и в порядке п. 17.1 договора пришли к взаимному соглашению о его расторжении с 01.09.2016.

В связи с обстоятельством, указанным в пункте 2 соглашения, а также в связи с предъявленными генподрядчиком субподрядчику пени (претензия № ЮР-44 от 30.08.2016, полученная согласно подписи и печати истца 31.08.2016 нарочно), генподрядчик освобождается от обязательства оплаты по договору (путем зачета встречных однородных требований), и стороны соглашаются, что финансовые обязательства генподрядчика при указанных обстоятельствах по договору отсутствуют. Все обязательства сторон по договору прекращаются с момента его расторжения

На аналогичных условиях соглашением от 31.08.2016 расторгнут договор № 9/37-15-С/2 от 31.03.2016. Согласно условиям соглашения договор считается расторгнутым с 01.09.2016.

При этом ответчик указывал, что на момент расторжения договоров субподрядчик не исполнил возложенные на него обязательства по выполнению подрядных работ по ремонту части объекта в сроки, предусмотренные договором (п. 5.1. договора).

При первоначальном рассмотрении дела суд первой инстанции исходил из того, что договоры, заключенные между сторонами, расторгнуты с 01.09.2016, тогда как отраженный истцом в спорных актах КС-2 № 72, № 73 от 23.12.2016 период выполнения работ - с 01.10.2016 по 31.12.2016, об оплате которых заявлен иск, не совпадает с периодом действия договоров, при том, что доказательства поручения выполнения истцу спорных работ именно ответчиком в материалы дела не представлены.

Суд первой инстанции также учел отсутствие доказательств сдачи истцом спорных работ ответчику в соответствии с условиями договоров (в случае если истец полагал их выполненными на основании договоров).

Кроме того, судом было установлено, что разделом 3 заключенных и расторгнутых договоров № 9/37-15-С/1 от 31.12.2015 и №9/37-15-С/2 от 31.03.2016 предусмотрена твердая цена работ, которая определяется на весь срок исполнения договора.

При указанных обстоятельствах требования истца об обязании ответчика принять фактически выполненные работы и оплатить их стоимость, а также требования о взыскании штрафных санкций за просрочку оплаты были оставлены судом первой инстанции без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд кассационной инстанции указал следующее. 

Расторгнутые сторонами договоры заключены с истцом в рамках исполнения ответчиком государственного контракта от 27.11.2015. В материалы дела представлен договор от 01.11.2016 № 9/37-15-СДоп3, заключенный между сторонами после расторжения вышеуказанных договоров, оценка которому судами не дана, не установлено сохранение между сторонами на его условиях договорных отношений по выполнению работ на объектах ответчика. Судами не установлено кем, в каком объеме были выполнены работы, предусмотренные договорами от 31.12.2015 № 9/37-15-С/1, от 31.03.2016 № 9/37-15-С/2 и когда они сданы ответчиком заказчику по государственному контракту, имеют ли работы, указанные истцом в спорных односторонних актах, потребительскую ценность для ответчика.

Во исполнение указаний Арбитражного суда Поволжского округа суд первой инстанции определением от 29.06.2022 удовлетворил ходатайства истца и ответчика, назначив строительно-техническую экспертизу, проведение которой было поручено эксперту ИП ФИО4 с постановкой перед экспертом следующих вопросов:

1) Выполнены ли фактически строительно-монтажные работы по демонтажу мостовых пролетных строений на объекте: «Мост через реку Сок на км 1021+400 автомобильной дороги М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-С амара-Уфа-Челябинск (старое направление), перечень которых содержится в актах выполненных работ формы КС-2 №72 от 23.12.2016 и №73 от 23.12.2016? Каким техническим и организационным нормативам должен был удовлетворять объект экспертизы? 

2) Определить качество выполненных работ на соответствие условиям договоров № 9/37-15-С/1 от 31.12.2015г. и № 9/37-15-С/2 от 31.03.2016 и нормативно технической документации? Имеются ли существенные недостатки в выполненных работах, которые не позволяют использовать работы в соответствии с назначением, предусмотренным договорами? 

3) Имеют ли выполненные работы, потребительскую ценность для подрядчика при сдаче работ заказчику по государственному контракту № 9/37-15 от 27.11.2015 и по каким критериям оценивается его потребительская ценность? 

4) Какова стоимость фактически выполненных работ?

В ходе проведения экспертизы в суд от эксперта поступило ходатайство о привлечении к проведению экспертизы дополнительного эксперта - ФИО5

Определением суда от 20.09.2022 ходатайство эксперта было удовлетворено, для проведения экспертизы по делу № А55-426/2020 привлечен эксперт ФИО5

По результатам проведенной экспертизы в материалы дела представлено экспертное заключение № 12/10/2022/АК от 12.10.2022, содержащее следующие выводы по поставленным вопросам: 

1) Достоверно определить какие именно работы, указанные в актах КС-2 № 72 и № 73 от 23.12.2016, фактически выполнялись ООО «Мебиус АСФ» невозможно. Имеющиеся в распоряжении эксперта материалы дела по выполнению ООО «Мебиус АСФ» перечня работ, указанных в актах КС-2 № 72 от 23.12.2016, № 73 от 23.12.2016, не подтверждают потенциальную возможность данного субподрядчика выполнить объемы работ» за счет собственных сил и средств.

2) Качество выполненных работ по демонтажу моста через реку Сок ООО «Мебиус АСФ» не соответствует условиям договоров № 9/37-15-С/1 от 31.12.2015 и № 9/37-15- С/2 от 31.03.2016 и нормативно-технической документации. 

Недостатки являются существенными. Качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда. Результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными федеральными законами, техническими регламентами, нормативными документами и нормативными правовыми актами. 

Имеются существенные недостатки в выполненных работах, которые не позволяют использовать работы в соответствии с назначением, предусмотренным договорами, а именно исполнение передвижки пролетных строений без возведения плавучей опоры, что привело к заклиниванию мостовой конструкции, изменению безопасного напряженно-деформированного состояния мостового сооружения и, в последствии, возникновению трещины в арке 3 пролетного строения. 

3) Выполненные работы по демонтажу моста через реку Сок ООО «Мебиус АСФ» не имеют потребительской ценности для подрядчика при сдаче работ заказчику по государственному контракту № 9/37-15 от 27.11.2015.

4) Определить стоимость фактически выполненных работ, подлежащих оплате в соответствии с предъявляемыми требованиями, не предоставляется возможным ввиду отсутствия документов, подтверждающих выполнение.

Выполненные работы, как до расторжения договоров, так и после, по демонтажу русловых пролётных строений являются не соответствующими требованиям Федерального закона от 27.12.2002 N 184-ФЗ «О техническом регулировании», п. 6 статьи 15 Федерального закона № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» от 30.12.2009 (ФЗ № 384-ФЗ), Градостроительному кодексу Российской Федерации. № 190-ФЗ от 29^12.2004 (ред. от 31.12.2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.04.2015) (ГрК РФ № 190-ФЗ), ГОСТ 21.101-97 Основные требования к проектной и рабочей документации, ГОСТ 21779-82 Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве. Технологические допуски, ВСН 19-§9 Правила приемки работ при строительстве и ремонте автомобильных дорог, МДС 12-46.2008 Методических рекомендаций по разработке и оформлению проекта организации строительства, проекта организации работ по сносу (демонтажу), проекту производства работ. Экспертизой установлен недопустимый риск причинения вреда по требованиям ГОСТ 21779-82 Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве. Технологические допуски. 

Качество выполненной работы не соответствует условиям договора подряда, недостатки являются существенными. Результат выполненной работы генподрядчику не передавался. Работы не были выполнены подрядчиком в полном объеме, при этом также не предоставлены сведения о приемке готовности скрытых работ, так как скрытые работы генподрядчику не сдавались, не представлен журнал работ, документы на материалы, оборудование, указанные в смете и перечне основных товаров (материалов), используемых при выполнении работ.

В порядке ч.3 ст. 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 19.01.2023 вызванный в суд эксперт ФИО5 дал пояснения по экспертному заключению и ответил на вопросы лиц, участвующих в деле. 

Истец представил возражения на экспертное заключение, а также заявил письменное ходатайство о назначении повторной строительно-технической экспертизы основанное на письменной консультации ФБУ СЛСЭ исх. №85-4 от 18.01.2023 (рецензия).

Ходатайство истца о назначении повторной экспертизы было отклонено судом первой инстанции по следующим основаниям.

Истец указывает, что экспертами не дано полного и развернутого ответа на вопрос суда №1. Судом не ставился вопрос перед экспертами, кем конкретно выполнены работы указанные в актах КС-2 №72 от 23.12.2016 и №73 от 23.12.2016, но утверждает, что достоверно определить, какие именно работы, указанные в актах, выполнялись ООО «Мебиус ЛСФ» невозможно, и ему не представлены документы, подтверждающие потенциальную возможность выполнения работ, указанных в КС-2 №72 от 23.12.2016 и №73 от 23.12.2016. 

Согласно статье 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», на основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его. Подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью государственного судебно-экспертного учреждения. В заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены:, время и место производства судебной экспертизы; основания производства судебной экспертизы; сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов; объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы; сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. 

В силу абзаца 12 части 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если эксперт при проведении экспертизы установит обстоятельства, которые имеют значение для дела и по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

 Таким образом, эксперт связан поставленными судом вопросами лишь по магистральным направлениям экспертного исследования. 

Ответ эксперта на вопрос №1 дан с учетом необходимости вызванной установлением обстоятельств при проведении экспертизы, которые имеют значение для дела, с учетом поставленного вопроса 1 в определении суда: «Выполнены ли фактически строительно-монтажные работы по демонтажу мостовых пролетных строений на объекте…, перечень которых содержится в Актах выполненных работ формы КС-2 №72 от 23.12.2016 и №73 от 23.12.2016?». 

Экспертное заключение содержит подробное описание проведенных специалистами исследований и обоснованные полные ответы на поставленные судом вопросы и не выходят за рамки предоставленных эксперту полномочий. 

Кем конкретно выполнены работы согласно перечню работ, поименованные в актах КС-2, в заключении эксперты не указывают, поскольку это вопрос права и правовых последствий оценки доказательств, которые оценивает суд по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наряду с другими доказательствами, а указывают лишь на невозможность достоверно определить какие именно работы выполнялись ООО «Мебиус АСФ» на основании имеющихся материалов.

На стр.36 абзац 3 экспертного заключения указано, что "вышеперечисленные документы не подтверждают фактический объем выполненных работ, указанных в актах КС-2 №72 и №73 от 23.12.2016, эксперту не предоставлены для установления достоверности определения фактически выполненных работ ООО «Мебиус АСФ» документы, действующие на дату выполнения работ и подтверждающих потенциальную возможность ООО «Мебиус АСФ» выполнение указанных работ в КС-2». 

На стр.14 заключения указан порядок выполнения работ, в числе которых указано на камеральное исследование полученных материалов. 

На стр.36 Заключения отражено, что осмотр объекта экспертизы не проводился, поскольку факт отсутствия старого моста через реку Сок был установлен визуально при проезде на автомобиле через новый мост через реку Сок 22.08.2022. 

Эксперт ответил на поставленный вопрос № 1 с учетом фактических обстоятельств и материалов, представленных эксперту для проведения экспертизы, при этом следует отметить, что с момента выполнения работ по договорам прошло более шести лет.

На стр.61 экспертного заключения экспертом приводится «Проверочный расчет» конструкций при демонтажных работах на объекте: Мост через реку Сок на км 1021+400 автомобильной дороги М-5 «Урал», выполненный ООО ПЦЭИ «ИМТОС» по договору №368 от 08.08.2016, заключенного между ООО «Волга-Проект» (Заказчик) и ООО Поволжский центр экспертизы и испытания «ИМТОС» (Исполнитель). 

Кроме того, указано, что в проверочном расчете конструкций даны рекомендации и перечисляет их, а далее на основании представленных документов эксперт приходит к выводу (стр.76 абзац 1), что данные рекомендации ООО «Мебиус АСФ» не были выполнены (стр.62 абзац 1). 

На стр.81 Заключения приведены страницы общего журнала работ №1 от 04,01.2016, эксперт отмечает об отсутствии отметок об изменениях, внесенных в проектно-сметную документацию. 

В абзаце 2 на стр. 62 Заключения эксперт перечисляет подробно документы, которые не представлены в подтверждение объемов работ указанных в актах КС-2 №72 и №73, указывает на отсутствие исполнительной документации, составленной ООО «Мебиус АСФ», документов, подтверждающих фактическое выполнение за счет сил и средств истца и на основании этого делает вывод о невозможности фактического выполнения работ истцом в объеме, указанном в спорных актах КС-2. 

Истец оспаривал и был не согласен с выводом эксперта в отношении ненадлежащего оформления рабочего журнала №1 от 04,01.2016, который, по его мнению, оформлен надлежащим образом и содержит заполнение титульного листа сторонами при подписании договора подряда.

На стр.80 Заключения приведена Форма Ф-1 «Указания к ведению общего журнала работ» и в пункте 3 названой формы указано: "Общий журнал работ готовит и заполняет подрядная организация совместно с проектной организацией и заказчиком. Титульный лист заполняется до начала строительства (реконструкции)". 

Таким образом, требования по заполнению титульного листа общего журнала работ выполнены до начала выполнения работ по договорам и оформление титульного листа не подтверждает факт выполнения работ и период их выполнения.

В пункте 7 названной формы (стр.80 заключения) указано: "При сдаче законченного строительством (реконструкцией) объекта в эксплуатацию общий и специальные журналы работ предъявляются со всей исполнительной документацией рабочей комиссии и после приемки объекта государственной приемочной комиссии передаются на хранение эксплуатационной организации". 

На стр.83 заключения экспертом отмечено, что в копии общего журнала работ №1 ООО «Мебиус АСФ» отсутствует обязательное заполнение перечня актов промежуточной приемки ответственных конструкций и освидетельствования скрытых работ, и сканкопии страницы 5 из общего журнала работ №1 ООО «Мебиус АСФ» отображен на стр.83 заключения. 

В абзаце 4 на стр.36 Заключения указано, что отсутствуют документы, отвечающие требованиям к оформлению (общий журнал работ, специализированные журналы работ, акты промежуточной приемки, журнал авторского надзора, журнал инженерного сопровождения, наряды-допуски на выполнение работ и т.д.). Представленная копия общего журнала работ №1 от 04.01.2016 не содержит сведения о его совместном заполнении  ООО «Мебиус АСФ» и ООО «Волга-Проект».

Оценивая заключение экспертов и их ответ на второй вопрос, истец не согласился с выводами по мотиву отсутствия предписаний со стороны генподрядчика о наступлении возникновения опасных техногенных воздействий при демонтаже моста в адрес ООО «Мебиус АСФ», а также наступления риска причинения вреда генподрядчику. 

При этом судом первой инстанции установлено, что  данный довод противоречит утверждениям самого истца (стр.4 абзац 4 возражений): «Согласно пункту 2.3 договоров №9/37-15-С/1 от 31.12.2015 и №9/37-15-С/2 от 31.03.2016 все действия и взаимодействия при исполнении договора осуществляются сторонами только в письменном виде, при этом письменные указания Субподрядчику могут даваться в Общем журнале». 

С ответом эксперта на третий вопрос суда истец не согласен, поскольку, по его мнению, утверждения эксперта не направлены на полный ответ о потребительской ценности для подрядчика по госконтракту №9/37-15 от 27 Л1.2015. Ответ на третий вопрос, по мнению истца, выходит за рамки поставленного и эксперт отвечает, кем были выполнены работы. 

Между тем на стр.78 Заключения эксперт указывает: «При исследовании вопроса о потребительской ценности для; подрядчика при сдаче работ заказчику экспертизой рассмотрены критерии проверки соответствия выполненных работ государственному контракту №9/37-15 от 27.11.2015». 

Эксперт делает вывод о потребительской ценности для подрядчика исходя из документов, исследуемых при проведении экспертизы, которые подробно описаны на стр.74-84 заключения. 

Таким образом, выводы эксперта на вопрос № 3, основаны исключительно на материалах дела с учетом вопроса суда и проведенных исследований, позволяющих прийти к мнению о значении потребительской ценности для Подрядчика сданных работ Заказчику, с учетом требований их к качеству и возможного выполнения работ. 

С ответом экспертов в заключении на вопрос суда № 4 истец также не согласен, указывая, что: «Эксперты не дают правовую оценку всем документам для проведения экспертизы, а исследуют выборочно»

По смыслу статей 64, 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза является одним из доказательств по делу и оценивается судом наряду с другими доказательствами в их совокупности.

Оценив заключение эксперта, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что  основания для назначения повторной экспертизы отсутствуют, поскольку представленное в материалы дела заключение соответствует действующему законодательству, не содержит противоречий и неоднозначных толкований, является мотивированным и содержит ясные и обоснованные выводы; нарушений при проведении данной экспертизы судом также не установлено; заключение содержит все предусмотренные законодательством разделы и сведения, выполнено экспертами, имеющими необходимое образование и достаточную квалификацию для проведения такого рода экспертизы. 

Кроме того, судом первой инстанции принято во внимание, что экспертом ФИО5, обладающим специальными познаниями в области мостостроения, в судебном заседании были даны исчерпывающие ответы на опросы истца, ответчика и суда.

Суд апелляционной инстанции, исследовав доводы истца, изложенные в ходатайстве о назначении повторной экспертизы, заявленном в ходе рассмотрения апелляционной жалобы, в обоснование необходимости назначения повторной экспертизы, пришел к выводу о том, что с учетом вышеизложенного предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации оснований для назначения повторной экспертизы в рассматриваемом случае не имеется, а несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности или недействительности экспертного заключения.

Суд апелляционной инстанции также отмечает несостоятельность ссылок истца на письменную консультацию иных экспертов, полученную на основании самостоятельного обращения истца в ФБУ "СЛСЭ", поскольку нормами действующего законодательства не предусмотрено рецензирование результатов судебной экспертизы, проведенной экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, иными специалистами. При этом доводы истца, высказанные им против экспертного заключения, подобно изучены и мотивированно отклонены судом первой инстанции.  

Как указано выше, суд первой инстанции при первоначальном рассмотрении дела исходил из прекращения действия договоров между истцом и ответчиком ввиду подписания соглашений об их расторжении. При этом суд кассационной инстанции, отменяя принятые ранее по делу судебные акты, не указал на неправильность выводов суда в данной части. Апелляционная жалоба истца, рассматриваемая в настоящее время, доводов относительно расторжения договора и несогласия с прекращением действия договоров на основании вышеуказанных соглашений также не содержит.

В постановлении суда кассационной инстанции указано, что вывод судов об отсутствии задолженности по оплате выполненных истцом работ основан на условиях соглашений о расторжении договоров от 31.08.2016 ( л.д.18,19, том 2), тогда как в пункте 5 названных соглашений отражено, что отсутствие задолженности (финансовых обязательств) по договорам подтверждается подписанием сторонами актов сверки взаиморасчетов, которые подлежат оформлению в течение 7 рабочих дней с момента подписания сторонами настоящих соглашений. Одновременно подлежали оформлению акты зачета встречных однородных требований. Документы, которые должны были быть составлены сторонами после подписания названных соглашений, в подтверждение отсутствия задолженности, не исследованы судами, не установлено какой объем работ был выполнен истцом на дату расторжения договоров, каким образом и когда они были сданы ответчику. 

Действительно, истец ссылался на п. 5 соглашений о расторжении договоров, предусматривающих составление сторонами акта сверки и акта зачета, которыми, по мнению истца, подтверждалось бы отсутствие финансовых претензий сторон. 

Изучив данные доводы, судебная коллегия соглашается с выводами суд первой инстанции, сделанными при новом рассмотрении дела, отклонившего такие доводы ввиду того, что несоставление сторонами таких документов само по себе не свидетельствует о наличии у ответчика задолженности, поскольку в соглашениях установлен факт неисполнения истцом возложенных на него обязательств по выполнению подрядных работ. Кроме того, как указано выше, период выполнения спорных работ датирован после прекращения действия договоров, следовательно, на момент расторжения договоров сторонами и не могли быть подписаны соответствующие акты сверки и акты зачета.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы о том, что указание в спорных актах о приемке выполненных работ № 72 и № 73 от 23.12.2016 в качестве периода выполнения работ "4 квартал 2016 года" не свидетельствует об их фактическом выполнении после 01.10.2016, являются несостоятельными и надуманными, поскольку в актах формы КС-2 подлежит указанию реальный период выполнения работ, отраженных в акте, а не период их принятия к учету лицом, выполнявшим работы, как указывал в жалобе истец.

Суд кассационной инстанции также указал, что судами не дана правовая оценка доводам истца о том, что ему по электронной почте ответчиком 13.07.2017 был направлен проект договора от 26.08.2016 с датой окончания работ -15.12.2016, приложение № 4 которого по объему работ соответствует перечню объемов работ, указанных в расторгнутых по соглашению сторон договорах ( л.д.119, 126 – 134, том 4), а также письму от 31.05.2017 о корректировке дат в КС-2, КС-3 ( л.д. 123, том 4). 

Исполняя указания суда кассационной инстанции, суд апелляционной инстанции, оценив доводы истца в данной части, приходит к выводу о том, что направление ответчиком истцу проекта договора с датой окончания работ 15.12.2016 и об обращении ответчика к истцу с просьбами внести изменения в даты актов КС-2 сами по себе не свидетельствуют о заключении сторонами нового договора, предметом которого бы являлись спорные работы.

В материалы дела истец представил акты, оформленные по форме КС-2 и справки по форме КС-3 на сумму 10 000 000 руб. (АКТ-72 от 23.12.2016, ФЗ-11 от 23.12.2016) и на сумму 8 000 000 руб. (АКТ-73 от 23.12.2016, ФЗ-12 от 10.12.2016) за отчетный период с 01.10.2016 по 23.12.2016, не подписанные ответчиком. 

В данных актах в качестве основания выполнения работ указаны договоры №9/37-15-С/1 от 31.12.2015 и №9/37-15-С/2 от 31.03.2016. 

В пункте 5.1 договора №9/37-15-С/1 от 31.12.2015 указан срок окончания выполнения работ – 31.03.2015; в пункте 5.1 договора №9/37-15-С/2 от 31.03.2016 срок окончания выполнения работ – 30.06.2016.

Согласно ч. 1 ст. 711 Гражданского Кодекса Российской Федерации если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику (ч. 1 ст. 720 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

В силу указанных норм права и согласно п. 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику.

 Пунктом 1.4 указанных договоров установлено, что субподрядчик обязуется в соответствии с договором завершить все работы и сдать в установленном порядке часть объекта в сроки, установленные в п. 5.1 и приложениями к договору. 

В силу пункта 1.5 названных договоров существенными условиями договора для сторон являются: цена, сроки, качество. 

Пунктом 4.1 и 4.2 договоров предусмотрено, что оплата выполненных работ по настоящему Договору производится, после выполнения Субподрядчиком всех работ в соответствии с Ведомостью объемов работ (Приложения №4), путем перечисления на расчетный счет Субподрядчика денежных средств. Оплата работ производится на основании представленных Субподрядчиком подписанных сторонами акта приемки выполнения работ (форма КС-2) и Справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), счета на оплату. Генподрядчик осуществляет платеж в течение 10 (десяти) рабочих дней после завершения ремонтных работ по ремонту части Объекта, с момента подписания акта выполненных работ и Справки о выполненных работах по форме КС-3. 

В соответствии с пунктом 8.9. договоров Субподрядчик принимает на себя обязательства: немедленно известить Генподрядчика и до получения от него указаний приостановить работы при обнаружении не зависящих от Субподрядчика обстоятельств, угрожающих сохранности или качеству Объекта, на котором выполняются работы по ремонту, либо создающих невозможность завершения работ в установленный договором срок. 

Пунктом 8.15 договоров предусмотрено, что Субподрядчик обязан вести при производстве работ исполнительную документацию в составе и порядке, определенном согласно Сборнику форм исполнительной производственно-технической документации, утвержденному Распоряжением Росавтодора №ИС-478-р от 23.05.2002 г. (Приложения №2 к Договору). 

Согласно пункту 9.3 договоров приемка законченной ремонтом части Объекта осуществляется приемочной комиссией, создаваемой Генподрядчиком.

В соответствии с пунктом 9.4 договоров за 20 дней до полного завершения работ на части Объекта Субподрядчик в письменной форме уведомляет Генподрядчика о необходимости создания комиссии по приемке выполненных работ. 

В пунктах 9.5 и 9.6 договоров указано, что Субподрядчик передает Генподрядчику до начала приемки законченной ремонтом части Объекта 3 экземпляра исполнительной документации, в том числе 1 экземпляр на магнитном носителе (согласно перечню, переданному генподрядчиком по настоящему договору - Приложение №3), с письменным подтверждением соответствия переданной документации фактически выполненным работам. Все действия и взаимодействия при исполнении настоящего договора осуществляются сторонами только в письменном виде. 

Таким образом, согласно условиям договоров сдача выполненных работ истцом должна была осуществляться в срок, предусмотренный договорами и после выполнения всех работ, перечисленных в ведомостях объемов работ (Приложение №4 к договору). 

Между тем истцом не доказано, что он извещал генподрядчика о невозможности завершения работ в установленный договором срок при обнаружении независящих от субподрядчика обстоятельств и о том, что он приостанавливает работы до получения от генподрядчика указаний.

Истцом также не представлены доказательства извещения ответчика о завершении работ и вызова его для участия в приемке результата работ, в установленные договорами сроки - до 31.03.2016 и до 30.06.2016. В этой связи суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что истец не может ссылаться на отказ ответчика от исполнения обязательств по приемке работ и требовать их оплаты на основании односторонних актов приемки работ, выполненных после прекращения действия договоров. 

Доказательства исполнения истцом обязанности по передаче исполнительной документации с письменным подтверждением соответствия переданной документации фактически выполненным работам до начала приемки законченной ремонтом части Объекта истцом в материалы дела также не представлены (п. 9.6 договора).

При указанных обстоятельствах является правильным вывод суда первой инстанции о том, что спорные акты, полученные ответчиком 30.12.2016, т.е. после расторжения договоров и в отсутствие заключенного нового соглашения о выполнении работ, а также без соблюдения порядка сдачи работ не порождают у ответчика обязанности по оплат таких работ. 

Ответчик возражая против доводов истца, указывал на отсутствие доказательств, которые подтверждают выполнение истцом работ, указанных в спорных актах КС-2. 

В свою очередь, ответчик представил в материалы дела первичную исполнительную документацию в подтверждение выполнения спорных работ иным лицом, а именно: договор субподряда №4/11 от 15 А55-426/2020 30.11.2015, заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «Волга Проект» и Обществом с ограниченной ответственностью НПО «Авангард» и дополнительные соглашения к нему, акт сверки взаимных расчетов между сторонами за период с 30.11.2015 по 31.12.2016 по указанному договору субподряда, доказательства оплаты Обществом с ограниченной ответственностью «Волга-Проект» в пользу Общества с ограниченной ответственностью НПО «Авангард» денежных средств в размере 97 108 417 руб. за выполненные работы по договору субподряда №4/11 от 30.11.2015, акты приемки скрытых работ, подписанные заказчиком, генподрядчиком, субподрядчиком Обществом с ограниченной ответственностью НПО «Авангард», журнал производства работ № 1 от 30.11.2015, оформленный совместно ответчиком и третьим лицом ФКУ «Поволжуправтодор», акт приемочной комиссии о приемке законченного ремонтом объекта «Мост через реку Сок на км 1021+400 автомобильной дороги М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-Самара-УфаЧелябинск (старое направление), Самарская область» от 27.12.2016 с приложениями, приказ ФКУ «Поволжуправтодор» от 12.12.2016 №384.

Истец в подтверждение выполнения работ представил договор купли-продажи товара от 12.05.2016 на покупку электрической лебедки, товарную накладную №178 от 12.05.2016, договор  подряда № 17 от 16.03.2016 на изготовление металлоизделий (передвижные каретки с расчетной нагрузкой 200 тн), товарные накладные на покупку кислорода газообразного за период с 16.03.2016 по 26.10.2016, договор лизинга №176СА-МБС/01/2013 на экскаватор HYNDAI от 2013 года. 

Однако данные документы сами по себе в отсутствие первичной исполнительной документации, подтверждающей выполнение истцом спорных работ, не могут являться достаточными доказательствами их выполнения. 

При этом, оспаривая достоверность представленных ответчиком актов скрытых работ, акта приемочной комиссии о приемке законченного ремонтом объекта «Мост через реку Сок на км 1021+400 автомобильной дороги М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-Самара-УфаЧелябинск (старое направление), Самарская область, журнала производства работ, истец не представил допустимые и надлежащие доказательства, опровергающие сведения, содержащиеся в указанных документах, и подтверждающих выполнение истцом спорных работ в соответствии с утвержденным проектом организацией демонтажа пролетных строений.

Суд первой инстанции также правильно отметил, что приобретенный истцом кислород, пропан-бутан могли быть использованы при выполнении иных (не спорных) работ, а именно: работ, указанных в акте КС-2 № 74 (газовая резка стальных балок=2,5 пм), в акте КС-2 № 76 (газовая резка стальных связей пролетного строения=42,4 пм), которые выполнялись истцом по дополнительным договорам и были оплачены ответчиком.

Ответчик в принципе не оспаривал выполнение работ истцом на объекте, поэтому нахождение экскаватора в районе проведения работ также не может подтверждать выполнение именно спорных работ.

При наличии спора между сторонами относительно того, кем выполнены спорные работы, суд первой инстанции, учитывая указания суда кассационной инстанции, включил в предмет доказывания также установление обстоятельств фактического выполнения работ, отраженных в спорных актах № 72 и № 73 от 23.12.2016, для чего перед экспертами был поставлен соответствующий вопрос.

Экспертами установлено, что достоверно определить какие именно работы, указанные в актах КС-2 № 72 и № 73 от 23.12.2016, фактически выполнялись Обществом с ограниченной ответственностью «Мебиус АСФ», невозможно.

Имеющиеся в распоряжении эксперта материалы дела по выполнению Обществом с ограниченной ответственностью «Мебиус АСФ» работ, указанных в актах КС-2 № 72 от 23.12.2016 и № 73 от 23.12.2016 не подтверждают потенциальную возможность данного субподрядчика выполнить спорные объемы работ.

В судебном заседании 19.01.2023 эксперт ФИО5 пояснил, что в материалах дела помимо отсутствия исполнительной документации (в частности проектов производства работ - ППР) также отсутствуют договоры на утилизацию элементов демонтируемого моста через реку Сок. что показывает недопустимый уровень экологического риска причинения вреда государственным ценностям. Аналогичный вывод содержится в заключении экспертов на стр.47.

Эксперту не представлены документы, составленные Обществом с ограниченной ответственностью «Мбиус АСФ» в соответствии с заключенными договорами: проект производства работ по демонтажу пролетных строений, общий журнал работ, оформленный совместно субподрядчиком и генподрядчиком, исполнительные чертежи, промежуточные акты выполненных работ, акты освидетельствования скрытых работ и другие документы, которые подтверждали бы выполнение работ на объекте Обществом с ограниченной ответственностью «Мбиус АСФ» (стр.34 заключения экспертов).

На стр. 35-36 Заключения перечислены документы, представленные истцом, из которых следует, что они не подтверждают фактический объем выполненных работ, указанный в актах КС-2 №72 и №73 от 23.12.2016.

При этом суд подробно исследовал общий журнал работ, на который ссылался истец, и установил, что представленный истцом в материалы дела общий журнал работ №1 от 04.01.2016 оформлен ненадлежащим образом, поскольку совместно с ответчиком названный журнал от 04.01.2016 не велся, журнал не содержит обязательных сведений, предъявляемых к такому роду документов, ответчику по окончанию работ журнал не передавался.

По результатам исследования доказательств суд первой инстанции при указанных обстоятельствах согласился с выводом экспертов, приведенным на стр.80-83 Заключения, о том, что при сдаче законченного строительством (реконструкцией) объекта в эксплуатацию общий и специальные журналы работ предъявляются со всей исполнительной документацией рабочей комиссии и после приемки объекта государственной приемочной комиссии передаются на хранение эксплуатационной организации. На стр. 81, 83 Заключения отмечено, что в копии общего журнала работ №1 от 04.01.2016 Общества с ограниченной ответственностью «Мебиус АСФ» отсутствует обязательное заполнение перечня актов промежуточной приемки ответственных конструкций и освидетельствования скрытых работ, отсутствуют отметки об изменениях, внесенных в проектно-сметную документацию.

Суд апелляционной инстанции правовых оснований для переоценки выводов суд первой инстанции в данной части также не усматривает.

Кроме того, судом отмечено, что на  вопрос № 2 экспертами дан ответ на стр.73 Заключения, согласно которому качество выполненных работ по демонтажу моста через реку Сок не соответствует условиям договоров №9/37-15-С/1 от 31.12.2015 и №9/37-15-С/2 от 31.03.2016 и нормативно-технической документации. При проведении судебной экспертизы экспертом установлены обстоятельства, описанные экспертом на стр. 63-68 Заключения, о передвижке пролетных строений без возведения плавучей опоры, что привело к заклиниванию мостовой конструкции, изменению безопасного напряженно-деформированного состояния конструкции мостового сооружения, а впоследствии - к возникновению трещины в арке 3 пролетного строения. На стр.70 заключения эксперт отмечает, в общем журнале работ 09.08.2016 зарегистрировано искривление правой консольной балки при ее перемещении от первоначального положения берегового пролета на 5 м. Экспертом проведена проверка соответствия по требованиям безопасности проектных показателей, как это установлено пунктом 6 статьи 15 Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» и оценен параметрический риск в виде анализа технологических допусков. Экспертом сделан вывод о недопустимом риске причинения вреда при моделировании и анализе сценариев возникновения опасных техногенных воздействий на демонтированном мосту через реку Сок, в том числе по требованиям ГОСТ 21779-82 Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве. Технологические допуски (стр.71 заключения). На стр.72 заключения также отмечено, что 08.11.2016 после передвижения пролетного строения на 3 метра в журнале работ Обществом с ограниченной ответственностью «Мебиус АСФ» отражено, что конструкция упирается в землю, что недопустимо и свидетельствует о превышении технологических допусков и проектных показателей. Имитационное моделирование показало высокую вероятность изменения кинематического замыкания схемы передвижения и напряженно-деформированного состояния пролетного строения до критического с увеличением риска обрушения пролетного строения на фарватер реки Сок, что могло вызвать прекращение судоходства по реке Сок с необходимостью проведения дорогостоящих подъемных работ и привело к недопустимому риску причинения вреда государственным ценностям. 

Ссылки истца на отсутствие выданных генподрядчиком в этой связи предписаний отклонены судом первой инстанции, поскольку согласно пункту 12.5. договоров выдача предписаний является правом генподрядчика, а не его обязанностью.

Суд апелляционной инстанции, учитывая условия договоров, соглашается с данным выводом суд первой инстанции, учитывая также при этом, что обладающий специальными познаниями эксперт ФИО5, давая пояснения относительно отсутствия предписаний, указал, что при наступлении случаев возникновения опасных техногенных воздействий при демонтаже моста и наступления риска причинения вреда лицом, обязанным составить акт, в котором фиксируются наступившие или возможные риски, является лицо, осуществляющее строительство (выполняющее работы), т.е. в рассматриваемом случае истцом как субподрядчиком и такой акт должен был передан генподрядчику для оценки стоимости причиненного вреда. 

Суд первой инстанции учел, что истцом не представлены доказательства составления соответствующего акт, при этом в общем журнале работ №1 от 04.01.2016 также отсутствуют сведения о составлении истцом акта, фиксирующего возникшие риски при демонтаже моста, и передаче его ответчику. 

Истцом также не представлено документальное обоснование необходимости выполнения спорных работ, относящихся к демонтажу пролетных строений, не в соответствии с утвержденным проектом, не приведены доводы со ссылкой на невозможность выполнения работ в соответствии с проектом и техническим заданием, указанных в договорах.

На  вопрос № 3 экспертами дан ответ на стр.84 Заключения, согласно которому работы по демонтажу моста через реку Сок, выполненные Обществом с ограниченной ответственностью «Мебиус АСФ», не имеют потребительской ценности для подрядчика при сдаче работ заказчику по государственному контракту №9/37-15 от 27.11.2015. 

Потребительская ценность определялась экспертами по критериям условий государственного контракта, а также по допустимому риску причинения вреда и моделированием сценариев возникновения опасных техногенных воздействий. Экспертами вывод об отсутствии потребительской ценности работ для подрядчика сделан также исходя из документов, исследованных при проведении экспертизы, которые описаны на стр.74-84 и стр.61-63 Заключения. 

В заключении на стр.65 указано, что после искривления правой консольной балки конструкции моста, конструкции моста возвращены в исходное положение; на стр.61 экспертного заключения экспертом приводится «Проверочный расчет» конструкций при демонтажных работах на объекте: Мост через реку Сок на км 1021+400 автомобильной дороги М-5 «Урал», выполненный ООО ПЦЭИ «ИМТОС» по договору №368 от 08.08.2016, заключенным между ООО «Волга-Проект» (Заказчик) и ООО Поволжский центр экспертизы и испытания «ИМТОС» (Исполнитель); отмечено, что в проверочном расчете конструкций даны рекомендации (стр.61 заключения), которые Обществом с ограниченной ответственностью «Мебиус АСФ» не были выполнены (стр.62 заключения). 

Учитывая, что договоры между истцом и ответчиком были заключены в целях исполнения государственного контракта от 27.11.2015 № 9/37-15, суд апелляционной инстанции соглашается с определением экспертами оценки потребительской ценности работ истца для подрядчика (ответчика) при сдаче работ заказчику исходя из условий государственного контракта от 27.11.2015 № 9/37-15, принимая во внимание также, что пункты 1.2. и 1.3. договоров №9/37-15-С/1 от 31.12.2015 и №9/37-15-С/2 от 31.03.2016 идентичны условиям государственного контракта, тогда как истцом не доказано выполнение работ в соответствии с проектом, проектом производства работ в соответствии и на условиях заключенных договоров.

Представленные истцом в подтверждение факта выполнения работ видео и фотодокументы обоснованно на основании ст. 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признаны судом первой инстанции недопустимыми доказательствами, поскольку по ним невозможно достоверно установить дату и время их изготовления, а также время выполнения работ, объем выполненных работ; представленные фотографии не содержат необходимой информации для соотнесения с доказываемыми обстоятельствами, в связи с чем не могут подтверждать фактическое выполнение объемов работ, указанных в спорных актах КС-2, а только лишь могут указывать на нахождение лиц и техники на объекте, в том числе при выполнении работ по другим договорам подряда №9/37-15-С-Доп от 20.08.2016, №9/37-15-С-Доп2 от 20.09.2016 и №9/37-15-С Доп3 от 01.11.2016, которые сторонами не оспариваются и работы по которым оплачены ответчиком.

Судом также учтены условия расторгнутых договоров, согласно п.17.2 которых указано, что генподрядчик оплачивает субподрядчику только работы, выполненные и принятые генподрядчиком до расторжения настоящего договора, без возмещения убытков.

Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание, что в представленных истцом актах КС-2 с периодом выполнения работ с 01.10.2016 по 23.12.2016 имеются работы, которые уже оплачены ответчиком (пункт 1.2.2. Демонтаж руслового пролетного строения №4: АКТ-73 от 23.12.2016 пункт 25 демонтаж стальных сварных перил, кол-во -6,09 тонн, стоимость -34 758,90 руб. и АКТ-74 пункт 3 демонтаж металлоконструкций перил и погрузкой металлолома в автосамосвалы и транспортировкой на базу, кол-во 6,09 тонн, стоимость -58 204 руб.). 

При этом самим истцом в материалы дела представлено заключение №22/011 от 20.01.2022, составленное ООО «Звента», в котором на стр. 21, 28 отражено, что объемы работ, указанные в актах КС-2 №72,73 от 23.12.2016 и в актах №№74,75,76 идентичны на сумму 1 103 585,46 руб. Работы в актах №№ 74,75,76 выполнялись истцом в рамках дополнительных договоров подряда №9/37-15-С-Доп от 20.08.2016, №9/37-15-С-Доп2 от 20.09.2016 и №9/37-15-С Доп3 от 01.11.2016 и оплачены ответчиком.

На  вопрос № 4, поставленный перед экспертами дан ответ на стр.91 Заключения, так, экспертами указано, что определить стоимость фактически выполненных работ, подлежащих оплате в соответствии с предъявляемыми требованиями, не представляется возможным ввиду отсутствия документов, подтверждающих выполнение работ. Работы по демонтажу пролетных строений, выполненные как до расторжения договоров, так и после их расторжения, не соответствуют требованиям Федерального закона от 27.12.2002 №184 «О техническом регулировании», п.6 статьи 16 Федерального закона №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» от 30.12.2009 (ФЗ №384-ФЗ), градостроительному кодексу Российской Федерации, ГОСТ 21.101-97 Основные требования к проектной и рабочей документации, ГОСТ 21779-82 Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве. Технологические допуски, ВСН 19-89 Правила приемки работ при строительстве и ремонте автомобильных дорог, МДС 12-46.2008 Методических рекомендаций по разработке и оформлению проекта организации строительства, проекта организации работ по сносу (демонтажу), проекту производства работ. Экспертизой, как указано выше, также установлен недопустимый риск причинения вреда по требованиям ГОСТ 21779-82 Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве. Технологические допуски.

С учетом исследованных доказательств, представленных сторонами, и выводов экспертов суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что при новом рассмотрении дела судом первой инстанции подробно и мотивированно изучены доводы и возражения сторон, в том числе исследованы обстоятельства, на которые было указано судом кассационной инстанции, и по результатам такого исследования суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недоказанности выполнения истцом спорных работ в период действия договоров между истцом и ответчиком, недоказанности поручения ответчиком истцу выполнять спорные работы после расторжения договоров, а также о недоказанности самого факта выполнения работ в объеме, указанном в спорных актах, и с надлежащим качеством. 

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Кроме того, суд первой инстанции счел, что истцом пропущен срок исковой давности. Приходя к таком выводу суд первой инстанции руководствовался сроками на оплату работ, установленными договорами, и исходил из того, что истец обратился в суд 10.01.2020.

Как следует из материалов дела, истец обратился в суд 30.12.2019 (согласно штемпелю на почтовом конверте), в этой связи указание судом первой инстанции на то, что истец подал иск 10.01.2020 (дата регистрации иска судом) является ошибочным. 

Кроме того, в ходе рассмотрения дела установлено, что спорные работы выполнены в период после расторжения договоров, следовательно, суд первой инстанции необоснованно исходил из сроков оплаты, указанных в данных договорах.

Спорные работы отражены в актах КС-2 от 23.12.2016, которые были направлены истцом ответчику 27.12.2016 и получены последним 30.12.2016. С учетом разумного срока на оплату, а также выходных праздничных дней в январе 2017 года, истец, обратившись с иском 30.12.2019, срок исковой давности не пропустил.

Однако выводы суда первой  инстанции относительно истечения срока исковой не привели к принятию неправильного судебного акта, в связи с чем по данному основанию решение суда отмене не подлежит. 

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, решение Арбитражного суда Самарской области от 21.02.2023 по делу №А55-426/2020 является законным и обоснованным. При указанных обстоятельствах апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по оплате государственной пошлины за ее рассмотрение относятся на истца и понесены им при предъявлении апелляционной жалобы. 

Руководствуясь статьями 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 21.02.2023 по делу №А55-426/2020  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня его принятия с направлением кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                   Т.И. Колодина

 

Судьи                   Е.Г. Демина 

 

В.А. Морозов