ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

31.05.2019

Дело № А40-243386/2015

Резолютивная часть постановления объявлена   28.05.2019 

Полный текст постановления изготовлен  31.05.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего судьи Коротковой Е.Н.,

судей Кручининой Н.А., Петровой Е.А.,

при участии в заседании:

от АО "Эстейт Кэпитал Групп"  - ФИО1, доверенность от 18.04.2019,

от ЗАО «Энергосервис» - ФИО2,  доверенность от 16.04.2019,

от АО «Шахта Полосухинская» - ФИО3, доверенность от 12.02.2019,

от ООО «Кронтэкс» - ФИО4, доверенность от 24.05.2019,

рассмотрев 28.05.2019 в судебном заседании кассационную жалобу 

АО "Эстейт Кэпитал Групп"  

на определение от 26.10.2018

Арбитражного суда города Москвы,

принятое судьей  Чернухиным В.А.,

на постановление от 04.02.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Нагаевым Р.Г., Григорьевым А.Н., Клеандровым И.М.,

по заявлению о включении задолженности АО "Эстейт Кэпитал Групп" в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о признании ЗАО «Энергосервис» несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2018 в отношении должника ЗАО "Энергосервис" введена процедура  наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.

08.06.2018 в Арбитражный суд города Москвы поступило требование АО "Эстейт Кэпитал Групп" о включении задолженности в размере 5 920 856 руб. 16 коп. в реестр требований кредиторов должника. 

Определением Арбитражного суда города  Москвы от 26.10.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2019,  в удовлетворении заявленных АО "Эстейт Кэпитал Групп" требований отказано.

Не согласившись с судебными актами по обособленному спору, АО "Эстейт Кэпитал Групп" обратилось с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просит определение и постановление судов отменить, направить спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылался на то, что выводы суда об отсутствии документов, отражающих обстоятельства, по которым был выдан вексель, не соответствует обстоятельствам дела, представленным в материалы дела доказательствам; у судов не имелось оснований для переквалификации заёмных отношений в докапитализацию в рамках корпоративных отношений, на момент заключения договора купли-продажи собственных векселей  ЗАО «Энергосервис» не обладало признаками объективного банкротства, аффилированность не подтверждается материалами дела; судами не были в полном объёме оценены представленные в материалы дела доказательства.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судом в порядке ст.279 АПК РФ приобщены к материалам дела отзывы АО «Шахта Полосухинская», ООО «Реалтэкс Менеджмент Групп», ЗАО «Энергосервис»   на кассационную жалобу.

В судебном заседании представитель АО "Эстейт Кэпитал Групп"   на доводах кассационной жалобы настаивал.

Представители ЗАО «Энергосервис», кредитора ООО «Кронтэкс» доводы кассационной жалобы поддержали.

Представитель АО «Шахта Полосухинская» возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установили суды, в обоснование заявленных требований АО "Эстейт Кэпитал Групп" ссылалось на приобретение обществом 09.06.2015 у компании Бисимер Консултантс Лимитед простой вексель ЗАО "Энергосервис" серии ЭС №00035, выпущенный 28.01.2014, по которому должник обязался безусловно уплатить по этому векселю денежную сумму в размере 5 000 000 (непосредственно компании Бисимер Консултантс Лимитед или по его приказу любой другой компании/лицу, со сроком оплаты  по предъявлении, но не ранее 30.06.2015. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно представленной в материалы дела копии векселя  вышеуказанный вексель АО "Эстейт Кэпитал Групп" передан компанией Бисимер Консултантс Лимитед посредством индоссамента АО "Эстейт Кэпитал Групп", о чем была сделана соответствующая отметка на оборотной стороне векселя. 

Также заявитель указывал, что 21.10.2015 представил нотариусу города Москвы заявление о предъявлении векселя к платежу, на основании заявления кредитора о предъявлении векселя к платежу нотариус 21.10.2015 предъявил требование должнику о платеже по векселю, однако, оплата по векселю должником произведена не была;  в связи с неоплатой должником векселя 26.10.2015 нотариус совершил протест векселя, что подтверждается соответствующим актом о протесте векселя в неплатеже от 26.10.2015.

Ссылаясь на наличие задолженности по векселю и введение в отношении должника процедуры наблюдения, АО "Эстейт Кэпитал Групп" обратилось в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обоснованно исходили из следующего.

В силу п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу положений пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Пунктом 4 ст. 134, п. 1 ст. 137 Закона о банкротстве установлено, что требования кредиторов по денежным обязательствам по гражданско-правовым сделкам подлежат удовлетворению в третью очередь.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3-5 ст. 71 и пунктов 3-5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Рассматривая обособленный спор об установлении требования, при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В случае наличия возражений конкурирующего кредитора либо конкурсного управляющего, выступающего в интересах справедливого и обоснованного распределения конкурсной массы, на требования о включении в реестр и представлении в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, на заявившее требование лицо возлагается бремя опровержения этих сомнений, при этом заявителю требований не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу № А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413 по делу № А40-163846/2016, при рассмотрении заявлений о включении рядовых гражданско-правовых кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, при рассмотрении требований о включении в реестр требований кредиторов применяется более строгий стандарт доказывания, в соответствии с которым заявители по таким требованиям должны не только представить ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть возможные сомнения относительно обоснованности их требований, возникающие как у других лиц, участвующих в деле о банкротстве, так и у суда.

Суды пришли к обоснованным выводам о том, что из представленных в материалы дела доказательств, усматривается, что АО "Эстейт Кэпитал Групп" и ЗАО «Энергосервис» являются аффилированными лицами, которые подконтрольны одному лицу. 

Как правильно установил суд апелляционной инстанции, в данном случае, фактически аффилированными лицами, что не опровергнуто в ходе судебного разбирательства, реализуется схема, позволяющая создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве (ст. 10 ГК РФ). 

Дальнейшее отчуждение векселя было направлено исключительно на формальное создание «реальной» задолженности перед кредитором. При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Суды при установленных ими вышеуказанных обстоятельствах обоснованно возложили  на АО "Эстейт Кэпитал Групп"  бремя доказывания реальности полученного им векселя, заключения и исполнения сделок, а также его добросовестности и осмотрительности.

Так, в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации  № 2 (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015) отмечено, что в ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам.

Судами установлено, что  денежные средства, предоставленные ЗАО «Энергосервис» Бисимер Консултантс Лимитед, являются вложением средств с использованием заемного механизма мажоритарным акционером, который публично не раскрывался, что свидетельствует о корпоративном характере займа, соответственно такое требование не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов. 

Как указывал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1,2) по делу № А68-10446/2015,  пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом. При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом, оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако, обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (п. 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 4 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой ст. 2 Закона о банкротстве, определение ВС РФ от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

Вместе с тем, обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью.

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако, это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве, п. 8 ст. 63 ГК РФ). При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017)», утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

В Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2, 3) указывалось, что доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально-юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием оффшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

При этом, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо. 

Заявителем, должником так и не раскрыт бенефициара Бисимер Консултантс Лимитед, что справедливо повлекло наступление презумпции аффилированности Бисимер Консултантс Лимитед с АО "Эстейт Кэпитал Групп" и должником, а также презумпции отсутствия разумных экономических обоснований совершения сделок. 

Довод кассационной жалобы о том, что суды не учли заключенный между ЗАО «Энергосервис» и Бисимер Консултантс Лимитед договор купли-продажи собственного векселя ЗАО «Энергосервис», не является основанием для отмены судебных актов по спору.

Договор, на который ссылается АО "Эстейт Кэпитал Групп", был представлен в материалы настоящего обособленного спора, однако ссылки на него уже были проверены и отклонены судом апелляционной инстанции с указанием на правовую позицию относительно обстоятельств продажи собственных векселей, сформированную в Постановлении Президиума ВАС РФ от 25.07.2011 № 5620/11, согласно которой продавцом по сделке купли-продажи векселя как товара может быть лицо, которому принадлежат права из векселя. Векселедатель сам не имеет прав из векселя и, следовательно, не может выступать в качестве продавца.

Исходя из этого, передача собственных векселей не является куплей-продажей ценной бумаги, следовательно, у покупателя, получившего собственные векселя векселедателя, не возникает обязательств покупателя, основанных на положениях пункта 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, а возникшие между сторонами такого договора отношения могут быть квалифицированы как заемные при наличии доказательств реального предоставления денежных средств.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.02.2011 № 13603/10, при разрешении указанной категории споров заинтересованному лицу необходимо представить доказательства, подтверждающие реальность совершенных с векселями сделок, в том числе подтвердить факт существования обязательств, в связи с которыми были выданы векселя; предоставить доказательства, подтверждающие реальность сделки между первоначальным векселедержателем и последующим векселедержателем, в результате которой  последний приобрел право требования по ценным бумагам; не могут быть признаны обоснованными по результатам исследования арбитражным судом обстоятельств, связанных с приобретением вексельных прав, вексельные требования в силу пункта 17 Положения о переводном и простом векселе, если векселедержатель, приобретая вексель, действовал сознательно в ущерб должнику или кредиторам несостоятельного должника в период, предшествовавший возбуждению дела о банкротстве должника, ради включения его требования как векселедержателя в реестр требований кредиторов, получения денежных средств из конкурсной массы должника и оказания существенного влияния на решения, принимаемые собранием кредиторов должника, и соответственно на ход дела о банкротстве.

При этом, суд округа отмечает, что в материалы дела оригинал векселя, на котором АО "Эстейт Кэпитал Групп" основывает свои требования не представлен. Как пояснил представитель АО "Эстейт Кэпитал Групп" в судебном заседании кассационной инстанции оригинал векселя находится в распоряжении   АО "Эстейт Кэпитал Групп".

Поскольку судами были установлены обстоятельства, подтверждающие аффилированность должника, первого и последующего векселедержателей, то  суды, исследовав в порядке статьи  71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, правильно распределили бремя доказывания с учетом требований части 1 статьи  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и пришли к обоснованному выводу об отказе во включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, которую кредитор ошибочно полагает вексельной.

Кассационная жалоба  не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Применительно к фактическим обстоятельствам дела, доводы заявителя кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую оценку суда апелляционной инстанции. Оснований для переоценки в силу положений ст.ст. 286, 287 АПК РФ не имеется.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены решения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 26.10.2018, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2019 по делу № А40-243386/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий судья                       Е.Н. Короткова  

 

Судьи:                                 Н.А. Кручинина  

                                                                                                  Е.А. Петрова