АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-23513/2022

Дело № А65-1020/2022

г. Казань

17 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 мая 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 мая 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В., 

судей Ивановой А.Г., Моисеева В.А.,

при участии представителей:

общества с ограниченной ответственностью «Палата независимых экспертиз номер 6» – ФИО1, директора,

общества с ограниченной ответственностью «Оренбургская жилищно?строительная компания» – ФИО2, доверенность от 23.12.2020,

общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Тимерхан Строй» – ФИО3, доверенность от 14.12.2020,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Оренбургская жилищно?строительная компания», общества с ограниченной ответственностью «Палата независимых экспертиз номер 6» и общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Тимерхан Строй»

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023

по делу № А65-1020/2022

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Палата независимых экспертиз номер 6» о признании общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Тимерхан Строй» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), с участием третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «Специализированный застройщик «Оренбургстрой»,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Палата независимых экспертиз номер 6» (далее – общество «Палата независимых экспертиз номер 6») обратилось с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Тимерхан Строй» (далее – должник) несостоятельным (банкротом), включении требования в размере 9 829 889,32 руб. в реестр требований кредиторов должника и назначении конкурсного управляющего должником ФИО4, являющегося членом Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал», г. Челябинск.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2022 во введении в отношении должника процедуры наблюдения по заявлению общества «Палата независимых экспертиз номер 6» о признании должника несостоятельным (банкротом) отказано. Заявление общества «Палата независимых экспертиз номер 6» о признании должника несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2022 отменено; признано обоснованным заявление общества «Палата независимых экспертиз номер 6» о признании несостоятельным (банкротом) должника; в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение; требование общества «Палата независимых экспертиз номер 6» в размере 9 829 889,32 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты). Вопрос об утверждении временного управляющего направлен на рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

В кассационной жалобе общество с ограниченной ответственностью «Оренбургская жилищно-строительная компания» (далее – ООО «ОЖСК») просит постановление апелляционного суда от 07.02.2023 отменить, оставить в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2022, мотивируя неправильным применением апелляционным судом норм материального и процессуального права. Заявитель жалобы указывает, что суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований общества «Палата независимых экспертиз номер 6», квалифицировав требование как предоставление компенсационного финансирования, установив фактическую заинтересованность должника и общества «Палата независимых экспертиз номер 6». 

В кассационной жалобе общество «Палата независимых экспертиз номер 6» просит постановление апелляционного суда от 07.02.2023 отменить, включить его требования в третью очередь реестра требований кредиторов должника и утвердить временным управляющим ФИО5, члена Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр антикризисного управления». По мнению заявителя жалобы, выводы судов о наличии аффилированности между должником и обществом «Палата независимых экспертиз номер 6» не соответствуют положениям законодательства и основаны на неверном толковании закона. Также заявитель жалобы полагает, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции судом была произведена свободная выборка арбитражного управляющего, и Ассоциацией арбитражных управляющих «Сибирский центр антикризисного управления» представлена кандидатура ФИО5, в отношении которой никто из участвующих в деле сторон возражений не представил, в связи с чем апелляционный суд обязан был назначить кандидатуру арбитражного управляющего, уже случайно выбранную судом первой инстанции.

В кассационной жалобе должник просит постановление апелляционного суда от 07.02.2023 отменить, указывая на отсутствие доказательств аффилированности между должником и обществом «Палата независимых экспертиз номер 6», а также о необходимости назначения кандидатуры арбитражного управляющего, предложенной Ассоциацией арбитражных управляющих «Сибирский центр антикризисного управления», сведения о которой поступили в суд первой инстанции.

Проверив законность принятых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления апелляционного суда не находит.

Как установлено судами, между обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционная Компания «Специализированный застройщик «Оренбургстрой» (далее – общество «Оренбургстрой», заимодавец) и должником (заемщик) заключен договор займа от 01.04.2019 № 4/2019, по условиям которого заимодавец обязуется передать заемщику в срок до 05.04.2019 включительно денежные средства в размере 16 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить заимодавцу указанную сумму займа и проценты за пользование займом в срок до 31.12.2019 (пункт 1.1 договора).

Согласно пунктам 3.1-3.2 договора за пользование займом заемщик выплачивает заимодавцу проценты на сумму займа, размер которых определяется ключевой ставкой ЦБ РФ, действующей в соответствующий период.

По платежному поручению от 02.04.2019 № 109 общество «Оренбургстрой» перечислило должнику 16 000 000 руб.

Дополнительным соглашением от 30.09.2019 № 1 стороны согласовали срок возврата займа – 31.12.2020 и установили, что проценты на сумму займа начисляются до 30.09.2019, а с 01.10.2019 договор займа становится беспроцентным.

По платежным поручениям от 28.12.2019 № 338, от 03.02.2020 № 37 должник возвратил обществу «Оренбургстрой» 6 000 000 руб. займа.

Впоследствии между обществом «Оренбургстрой» (цедент) и обществом «Палата независимых экспертиз номер 6» (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) от 24.04.2021 № 1, согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования по следующим обязательствам: возврат суммы займа в размере 10 000 000 руб. по договору займа от 01.04.2019 № 4/2019, дополнительному соглашению от 30.09.2019 № 1 к договору займа от 01.04.2019, дополнительному соглашению от 15.10.2019 № 2 к договору займа от 01.04.2019 в отношении должника.

В соответствии с пунктом 3.1 договора цессии за уступку права требования выплачивается компенсация в размере 9 200 000 руб. единовременно или по частям только после получения денежных средств от должника.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.08.2021 по делу № А65-14142/2021, вступившим в законную силу 13.09.2021, с должника в пользу общества «Палата независимых экспертиз номер 6» взыскана задолженность в сумме 10 000 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 21 900 руб.

Заявленное обществом «Палата независимых экспертиз номер 6» требование о признании должника банкротом мотивировано тем, что должником не были исполнены обязательства по возврату полной суммы займа; постановлением об окончании и возвращении ИД взыскателю от 25.01.2022 задолженность должника перед кредитором составляет 9 829 889,32 руб.

Также при разрешении спора судом первой инстанции установлены следующие обстоятельства. 

Директором и единственным участником общества «Палата независимых экспертиз номер 6» является ФИО1, которая также является председателем Фонда социальных проектов «Спешите делать добро», созданного по инициативе ФИО6 и ФИО3, что следует из меморандума о намерениях от 06.08.2020.

В настоящем деле интересы должника представляет ФИО3, который с 11.02.2019 является директором общества «Оренбургстрой»; с даты создания 26.03.2014 и до 10.02.2019 директором общества «Оренбургстрой» являлся ФИО6; с 09.07.2015 учредителем общества «Оренбургстрой» являлось ООО «Инвестиционно-строительная компания «Оренбургстрой», учредителем которого, в свою очередь, является ФИО7; с 16.03.2018 ФИО7 стал непосредственным учредителем общества «Оренбургстрой».

Фонд социальных проектов «Спешите делать добро» зарегистрирован по адресу: 460052, Оренбургская область, г. Оренбург, мкр. 70 Лет ВЛКСМ, 7, помещ. 4, по которому зарегистрировано также общество ООО «1ГБН», и в котором с 15.06.2016 единственным учредителем и руководителем является ФИО8, являвшийся, в свою очередь, до 03.06.2021 учредителем должника. Также ФИО8 является руководителем и учредителем в ООО «Инвестиционная Компания «Времена Года», которое с 08.06.2018 до 23.06.2020 являлось учредителем в обществе «Оренбургстрой» (первоначальный заимодавец).

С учетом указанных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу о том, что должник и общество «Оренбургстрой» (первоначальный займодавец) являются аффилированными лицами, входящими в одну группу компаний.

Исходя из условий заключенного между должником и обществом «Оренбургстрой» договора займа, суд первой инстанции отметил, что первоначальный кредитор в отсутствие обоснованного экономического смысла произвел перечисление денежных средств в пользу должника в значительном размере, впоследствии не требовал возврата денежных средств у должника, а перенес срок возврата займа и согласовал условие о беспроцентности займа, а также передал право требования задолженности заявителю фактически без оплаты договора цессии, ставя оплату в зависимость от действий должника по возврату суммы займа.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что заем предоставлялся на недоступных иным ординарным участникам оборота условиях: процент в размере ключевой ставкой ЦБ РФ, действующей в соответствующий период, впоследствии срок начисления процентов сокращен, согласованы условия беспроцентного займа; заем в столь крупном размере 16 000 000 руб. предоставлялся без обычно применяемых участниками оборота способов обеспечения исполнения обязательств – залогов, поручительств, и иных.

Принимая во внимание отклонение в поведении как первоначального, так и нового кредиторов во взаимоотношениях с должником от стандартов обычной хозяйственной деятельности, наличие фактической аффилированности между должником и заявителем, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор займа имеет корпоративный характер, а заключение первоначальным кредитором и новым кредитором договора уступки прав требования по договору займа совершено сторонами для сокрытия корпоративного характера займа, и направлено на искусственное увеличение кредиторской задолженности должника, что нарушает интересы добросовестных кредиторов должника.

Учитывая, что должником и обществом «Палата независимых экспертиз номер 6» не раскрыты действительные мотивы совершения сделок, которые соответствовали бы стандартам разумности и добросовестности, предъявляемым к обычным участникам хозяйственного оборота, при наличии общности экономических интересов в силу аффилированности указанных лиц, суд первой инстанции пришёл к выводу об отсутствии оснований для признания требования общества «Палата независимых экспертиз номер 6» обоснованным.

Поскольку имелись иные требования кредиторов о включении в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции отказал во введении в отношении должника процедуры банкротства – наблюдения по заявлению общества «Палата независимых экспертиз номер 6», оставив его заявление без рассмотрения.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции, исходил из того, что основанием для обращения общества «Палата независимых экспертиз номер 6» с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) и включении требований в реестр требований кредиторов должника послужил факт наличия задолженности, подтверждённой вступившим в законную силу судебный актом – решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.08.2021 по делу № А65-14142/2021, которое не отменено и не изменено, и является обязательным для всех без исключения органов государственной власти, в том числе, для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Апелляционным судом отмечено, что возражения против включения требований в реестр, основанных на таком вступившем в законную силу судебном акте, могли касаться только обстоятельств исполнения судебного акта должником либо наличия оснований для понижения очередности удовлетворения требований (в случае заявления требований аффилированным лицом), а сам судебный акт мог быть оспорен в порядке, приведенном в пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Судом апелляционной инстанции учтены правовые позиции, изложенные в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.11.2019 № 307-ЭС19-10177(2,3) и абзаце девятом пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), согласно которым подтверждение в судебном порядке существования долга банкрота перед заявителем, хотя и предоставляет последнему право на принудительное исполнение, само по себе правовую природу (существо и основание возникновения) задолженности не меняет и, как следствие, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования.

Принимая во внимание изложенное, а также тот факт, что должник в рассматриваемом случае обладает признаками неплатежеспособности, что в свою очередь подтверждается требованиями кредиторов, обратившихся с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (ФИО9, ООО «РСК», ООО «Бюро номер семнадцать», ООО «ОЖСК»), суд апелляционной инстанции пришел к выводу о соответствии требования общества «Палата независимых экспертиз номер 6» положениям пункта 3 статьи 48, пункта 2 статьи 33 Закона о банкротстве, его обоснованности, а также о наличии оснований для введения в отношении должника процедуры банкротства – наблюдение.

С учетом установленных обстоятельств отклонения поведения при заключении сделок как первоначального, так и нового кредиторов во взаимоотношениях с должником от стандартов обычной хозяйственной деятельности, о наличии фактической заинтересованности между должником и обществом «Палата независимых экспертиз номер 6», исходя из разъяснений, изложенных в пункте 3.2 Обзора от 29.01.2020, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания требования в размере 9 829 889,32 руб. обоснованным, и подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Поручая суду первой инстанции выбрать кандидатуру конкурсного управляющего методом случайного выбора, суд апелляционной инстанции исходил из разъяснений, изложенных в пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016 (далее – Обзор от 20.12.2016), согласно которому арбитражным управляющим в деле о банкротстве не может быть утверждено лицо, кандидатура которого предложена кредитором, аффилированным по отношению к должнику, принял во внимание фактическую аффилированность должника и кредитора – заявителя по делу о банкротстве, и пришел к выводу о том, что самостоятельный выбор апелляционным судом кандидатуры конкурсного управляющего методом случайного выбора необоснованно лишит права лиц, участвующих дела о банкротстве, на оспаривание данной кандидатуры, утвержденной судом первой инстанции, в суд апелляционной инстанции.

Суд округа считает, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

Согласно пункту 1 статьи 7 Закона о банкротстве правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом обладают должник, конкурсный кредитор, уполномоченные органы, а также работник, бывший работник должника, имеющие требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда.

Право на обращение в арбитражный суд в силу пункта 2 статьи 7 Закона о банкротстве возникает у конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств.

Вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 1 статьи 16 АПК РФ).

Разногласия по требованиям кредиторов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом (абзац второй пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае обстоятельства возникновения и размер задолженности должника перед заявителем установлены вступившим в законную силу решением арбитражного суда, и не подлежат доказыванию вновь в рамках настоящего дела (часть 2 статьи 69 АПК РФ).

Доказательства погашения данной задолженности в материалы дела не представлены.

Ввиду того, что требования общества «Палата независимых экспертиз номер 6» документально подтверждены, должником доказательства оплаты имеющейся задолженности не представлены, апелляционный суд пришел к правомерному выводу об обоснованности требований заявителя, соответствующих положениям, установленным пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве, и наличии оснований для введения в отношении должника процедуры банкротства – наблюдение на основании пункта 3 статьи 48, статьи 62 Закона о банкротстве в целях обеспечения сохранности имущества должника и проведения анализа его финансового состояния.

При этом, наличие установленных обстоятельств позволило апелляционному суду придти к выводу о том, что в период предоставления заемных средств должнику по договору займа первоначальный кредитор, а также общество «Палата независимых экспертиз номер 6», приобретшее право требования к должнику на основании договора цессии, являются аффилированными по отношению к должнику лицами (статья 19 Закона о банкротстве).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит каких-либо запретов на инициирование контролирующим должника лицом, требования которого возникли на основании гражданско-правовой сделки, процедуры несостоятельности в отношении должника при возникновении имущественного кризиса на стороне последнего.

Исходя из правового подхода, изложенного в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2020 № 308-ЭС19-20513 (1,2,4), наличие гражданско-правового требования (обладающего свойством принудительной исполнимости) предоставляет аффилированному кредитору права лица, участвующего в деле о банкротстве, в том числе право на инициирование процедуры, независимо от того, подлежит ли очередность удовлетворения такого требования понижению либо нет. В обратном случае законодательное регулирование, предоставляющее самому должнику аналогичные полномочия, являлось бы непоследовательным.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 Обзора от 29.01.2020, поскольку право обратиться с заявлением о собственном банкротстве принадлежит не только должнику (пункт 1 статьи 7 Закона о банкротстве), но и кредиторам, то нет оснований полагать, что соответствующими полномочиями не обладают контролирующие должника либо аффилированные с ним лица, требования которых возникли на основании гражданско-правовых сделок.

При этом само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования (пункт 10 статьи 16 Закона о банкротстве).

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)) выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

При этом высокий стандарт доказывания к аффилированным кредиторам при включении указанных лиц в реестр требований кредиторов должника подлежит применению вне зависимости от основания включения (материальное обязательство, погашение долга, заключение договора уступки прав требований).

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (пункт 3 Обзора от 29.01.2020).

Требование о возврате займа, изначально предоставленного не в условиях имущественного кризиса должника, может быть признано подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, в случае, если, например, после наступления согласованного в договоре срока возврата займа контролирующее должника лицо не принимало мер к его истребованию. Такое поведение было обусловлено тем, что к этому моменту изъятие финансирования повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника. Невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статьи 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2 Обзора от 29.01.2020).

В спорном случае установленное судом длительное неистребование сумм долга в согласованный договорами срок, отказ от взыскания процентов по займу, уступка права требования при отсутствии встречного предоставления не является типичным поведением для обычного участника гражданского оборота, не входящего в одну группу лиц с должником, и рассчитывающего вернуть денежные средства и плату за пользование ими.

При рассмотрении настоящего спора заявителем не раскрыта экономическая целесообразность такого поведения.

При таких обстоятельствах, апелляционной суд, установив, что кредитором предоставлено финансирование в условиях имущественного кризиса должника, правомерно пришел к выводу о невозможности противопоставления требований общества «Палата независимых экспертиз номер 6» требованиям независимых кредиторов, в связи с чем, указал на порядок удовлетворения требований указанного кредитора в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

С учетом специфики производства по делам о несостоятельности (банкротстве), заключающейся в том, что в конкурентной борьбе за распределение конкурсной массы неплатежеспособного должника наряду с независимыми кредиторами, разумно рассчитывающими на погашение имеющейся перед ними задолженности, могут участвовать и заинтересованные (аффилированные) по отношению к должнику лица, обоюдный интерес которых состоит в сохранении имущества/активов должника за собой, сложившейся судебной практикой выработан правовой подход, направленный на обеспечение подлинной независимости управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов, на устранение всяких сомнений по поводу того, что управляющий, предложенный должником или связанным с ним лицом, в приоритетном порядке будет учитывать интересы последнего, ущемляя тем самым права гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов, о наличии у суда права определения кандидатуры арбитражного управляющего методом случайного выбора по аналогии с пунктом 5 статьи 37 Закона о банкротстве (пункт 27.1 Обзора от 20.12.2016 и пункт 12 Обзора от 29.01.2020).

Ввиду изложенного следует признать правильным решение апелляционного суда, который с целью обеспечения баланса интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, направил вопрос об утверждении временного управляющего на основе случайного выбора в суд первой инстанции.

Приведенные заявителями в кассационных жалобах доводы основаны на ошибочном толковании положений Закона о банкротстве и названных разъяснений высшей судебной инстанции по вопросам судебной практики, в связи с чем подлежат отклонению.

Нарушение судом апелляционной инстанций норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по делу № А65-1020/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            М.В. Коноплёва

 

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова

 

                                                                                              В.А. Моисеев