СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 город Томск Дело № А02-1933/2021 Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2023 года. Постановление изготовлено в полном объеме 10 августа 2023 года. Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Дубовика В.С., судей Михайловой А.П., Сбитнева А.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Специальное конструкторское и технологическое бюро «Сибэлектромотор» (№07АП-5003/2023(2)) на определение Арбитражного суда Республики Алтай от 02.06.2023 по делу № А02-1933/2021 (судья Борков А.А.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Водбурмонтаж» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным договора уступки права (требования) от 17.02.2021, заключенного должником с ФИО4, при участии в судебном заседании: от конкурсного управляющего ФИО2 по доверенности от 10.05.2023, паспорт, от ООО «Специальное конструкторское и технологическое бюро «Сибэлектромотор» - ФИО3 по доверенности от 20.12.2022, паспорт, УСТАНОВИЛ: В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Водбурмонтаж» (далее – ООО «Водбурмонтаж», должник) конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Алтай с заявлением о признании недействительным договора уступки права (требования) от 17.02.2021, заключенного должником с ФИО4 (далее – ФИО4). Определением Арбитражного суда Республики Алтай от 02.06.2023 договор уступки прав требования (цессии) от 17.02.2021 в отношении задолженности ООО «Специальное конструкторское и технологическое бюро «Сибэлектромотор» в размере 1 216 793 рублей, заключенный между ООО «Водбурмонтаж» и ФИО4 признан недействительной сделкой. Применены применения недействительности сделки в виде восстановления задолженности ООО «СКБ «Сибэлектромотор» перед ООО «Водбурмонтаж» в размере 1 216 793 рублей. Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «СКБ «Сибэлектромотор» обратилось в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Алтай от 02.06.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование доводов жалобы указано, что лицо, работающее в качестве инженера у должника, не могло влиять на политику и принятия решения ООО «Водбурмонтаж». Полагает, что само по себе наличие трудовых отношений между братом ФИО4 и должником не свидетельствует о наличии аффилированной между организациями. Заявитель отмечает, что на факт внесения средств указывают квитанции к приходно-кассовым ордерам. Поскольку первой сделкой был договор займа, после этого был заключен договор поставки, а уже спустя время было принято решение произвести зачет, ввиду невозможности погасить средства напрямую, данная сделка является распространённой и не несет никаких скрытых мотивов. В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) конкурсный управляющий должника ФИО5 представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Представитель ООО «СКБ «Сибэлектромотор» - ФИО3 в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержал. Представитель конкурсного управляющего должника - ФИО2 настаивала на доводах, изложенных в отзыве на апелляционную жалобу. Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие. Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего. В соответствии с материалами дела, решением суда от 29.06.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. 08.11.2022 конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора б/н от 17.02.2021 уступки права (требования) в отношении задолженности в сумме 1 216 793 рублей к ООО СКБ «Сибэлектромотор» заключенного между ООО «Водбурмонтаж» и ФИО4 и применении последствий недействительности сделки. Правовым основанием требования конкурсного управляющего являются положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Суд первой инстанции пришел к выводу о реальности финансово-хозяйственных операций между должником и ответчиком; отсутствии правовых оснований для признаний сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, по статьям 10, 168, 170 ГК РФ. Судом установлено, что ООО «ЦПЛП» (ИНН 

<

***>) не в полном объеме исполнено обязательство по оплате денежных средств за поставленный товар по договору поставки от 01.02.2019 на сумму 62 749,34 рублей; в порядке статьи 395 ГК РФ с ответчика взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 11 753,37 рублей. Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что совершение оспариваемой сделки свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела. Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). Как следует из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. В силу пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2, 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах). Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2). Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 указанной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63). В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 Постановления № 63). Согласно пункту 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 постановления № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в том числе сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества). В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления № 63). Понятие недостаточности имущества, неплатежеспособности дано в статье 2 Закона о банкротстве. Так, под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. Как следует из определения Верховного Суда РФ от 23.08.2019 № 304-ЭС15-2412(19) по делу №А27-472/2014, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме. Из диспозиции названных норм (как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что помимо установленных законом обстоятельств, требующих анализа, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным. В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется. Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Как следует из материалов дела, 17.02.2021 между ООО «Водбурмонтаж» (цедент) и ФИО4 (цессионарий) подписан договор цессии, по условиям которого цедент уступил цессионарию права требования к ООО СКБ «Сибэлектромотор» по оплате задолженности в размере 1 216 793 рублей, возникшей по договору поставки от 22.09.2020 № 7-04/09/2020 и подтвержденной УПД № 32 от 30.09.2020. Пунктом 4 указанного договора предусмотрено, что за уступаемое право требования цессионарий производит погашение долга цедента по договорам займа № 1 от 31.05.2019 и № 2 от 31.10.2019 на сумму равную сумме долга должника перед цедентом. Дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением суда от 29.11.2021. Таким образом, договор цессии от 17.02.2021, совершен в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. На момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами: ФНС, ООО «СтройСервис». При этом с учетом анализа данных, содержащихся в выписках по расчетным счетам общества и его имущественного положения, с учетом заключенных сделок по отчуждению имущества, ООО «Водбурмонтаж» в рассматриваемый период, отвечало, признаку недостаточности имущества. Кроме того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической (определения Верховного суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)). О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения. При этом о наличии подконтрольности, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества заинтересованного лица; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.. Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на заинтересованное лицо. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу № А33-1677/2013). Вывод суда об аффилированности ответчика и должника основан на следующих установленных обстоятельствах: - согласно сведениям из ЕГРЮЛ ФИО4 является директором и участником ООО СКБ «Сибэлектромотор» с долей 50%, вторым участником данного общества с долей 50%, является ФИО4 (брат), который, в свою очередь, являлся работником ООО «Водбурмонтаж». Факт родства аппелянт и ФИО4 не оспаривали; - ФИО4 являлся лицом, имеющим права получать материальные ценности должника. Согласно доверенности ООО «Водбурмонтаж» (доверитель) от 03.12.2019 на имя ФИО4 (сроком действия с 03.12.2019 по 31.12.2019), последний наделялся следующими полномочиями: - представлять и получать в удостоверяющем центре документы; - подписывать от имени ЮЛ договор, в том числе дополнительное соглашение, заявление на выдачу Сертификата, первичных бухгалтерских документов, а также заверять копии документов, представленных в УЦ; - получать Сертификаты Доверителя, ключи электронных подписей и подписывать расписку в получении Сертификатов; - получать защищенные носители ключевой информации (ЭЦП). Таким образом, ФИО4 имел распорядительные полномочия, доступ к бухгалтерской и иной документации должника, являлся пользователем электронно-цифровых подписей должника и имел право подписи документов должника. Ввиду изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об аффилированности ООО «СКБ Сибэлектромотор», ФИО4 и ФИО4 Следовательно, ФИО4 не мог не быть осведомлен как о наличии кредиторов у должника, так и том, что полученное в результате оспариваемой сделки право требование, являлось предметом залога ФНС России, а также о наличии обеспечительных мер на уступленное право требования, принятых ФНС России. Таким образом, довод апеллянта об отсутствии аффилированности является несостоятельным. Согласно пояснениям ООО СКБ «Сибэлектромотор» в качестве встречного исполнения по оспариваемому договору цессии было произведено погашение задолженности по договорам займа. Из договора займа № 1 от 31.05.2019 и № 2 от 31.10.2019 следует, что ФИО4 предоставлены ООО «Водбурмонтаж», в лице директора ФИО6, на срок три года заемные денежные средства, соответственно в сумме 650 000 рублей и 450 000 рублей, под 15% годовых. В качестве доказательств передачи денежных средств должнику ФИО4 представлены копии квитанций к приходному кассовому ордеру № 3 от 31.05.2019 на сумму 650 000 рублей и № 9 от 31.01.2019 на сумму 450 000 рублей, которые не содержат подписей должностных лиц ООО «Водбурмонтаж». Кроме того, согласно сведениям, предоставленным кредитным учреждением, на расчетных счет должника, в рассматриваемый период, поступили денежные средства в следующих суммах: 400 000 рублей (31.05.2019), 1 500 000 рублей (10.09.2019), 200 000 рублей (31.10.2019), 1 500 000 рублей (02.03.2020), всего на сумму 3 600 000 рублей с указанием основания – «займ от директора ФИО6». При этом данные расчетного счета ООО «Водбурмонтаж» за период с 18.11.2019 по 30.07.2020 содержат сведения о возврате ФИО6 заемных денежных средств на сумму 3 271 700 рублей. В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления № 25). Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время, для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ). В абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены. В качестве доказательств наличия финансовой возможности предоставить заемные денежные средства, ответчиком представлены копия договора займа от 20.12.2018, заключенного с заемщиком ФИО7 и копии расписок о получении займа и возврате ФИО4 заемных денежных средств. Между тем, в материалы дела не представлены относимые и допустимые доказательства, подтверждающие наличие у ответчика финансовой возможности предоставления займа в указанной сумме, как ФИО7 по состоянию на 20.12.2018, так и должнику по состоянию на 31.05.2019 и на 31.10.2019. Источники дохода ответчиком также не раскрыты. Договоры займа и квитанции к приходно-кассовым ордерам без подписи лиц, принявших якобы денежные средства и без соответствующих на то полномочий, не являются документами, подтверждающими приход в кассу денежных средств. Назначения платежей внесенных денежных средств ФИО6 на счет ООО «Водбурмонтаж» не идентифицируются с квитанциями ФИО4, поскольку содержат иное назначение и иные суммы. Кроме того, не раскрыта экономическая обоснованность и объективная необходимость заключения договоров займа в рассматриваемый период. Ввиду изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности реальности исполнения сторонами договоров займа, отвечающих признакам мнимости, что также свидетельствует о наличии фактической заинтересованности ответчика по отношению к должнику. Поскольку материалами спора не подтверждается факт оплаты со стороны ФИО4 стоимости полученного от должника права требования по спорной сделке, указанное, свидетельствует о причинении вреда ООО «Водбурмонтаж» и его кредиторам, а также о том, что ответчик, приобретая имущество (право требования) без встречного исполнения, являясь фактически заинтересованным лицом, не мог не знать об указанной цели должника. В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. Учитывая, что уступленная должником задолженность ООО «Специальное конструкторское и технологическое бюро «Сибэлектромотор» не погашена в пользу ответчика (л.д.43), в качестве последствий недействительности сделок подлежит восстановлению задолженность ООО «Специальное конструкторское и технологическое бюро «Сибэлектромотор» перед должником в размере 1 216 793 рублей. Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта. При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает. Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции П О С Т А Н О В И Л: определение Арбитражного суда Республики Алтай от 02.06.2023 по делу № А02-1933/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Специальное конструкторское и технологическое бюро «Сибэлектромотор» – без удовлетворения. Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай. Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». Председательствующий В.С. Дубовик Судьи А.П. Михайлова А.Ю. Сбитнев