ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-19981/2023, 10АП-19980/2023, 10АП-19979/2023

Дело № А41-59299/21

01 марта 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 01 марта 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Семикина Д.С., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы АО «ББК Строй», ФИО2, ООО «Техстрой Индустрия» на определение Арбитражного суда Московской области от 11 августа 2023 года, по заявлению ООО «Эстейт Лимитед» о включении требования в размере 77320763 руб. 59 коп. в реестр требований кредиторов по делу №А41-59299/21 о несостоятельности (банкротстве) АО «ББК Строй»,

при участии в заседании:

от АО «Центродорстрой» - ФИО3, доверенность №93-д от 03.10.2022; ФИО4, доверенность №13-Д/24 от 29.01.2024,

от АО «ББК Строй» - ФИО5, доверенность от 09.01.2024; ФИО6, конкурсный управляющий, судебный акт,

от ООО «Эстейт Лимитед» - ФИО7, доверенность от 22.06.2023; ФИО8, доверенность от 14.02.2024,

от ООО «Техстрой Индустрия» - ФИО9, доверенность от 27.11.2023; ФИО10, доверенность от 01.11.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом. 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 27.01.2023 по делу АО «ББК Строй» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

ООО «Эстейт Лимитед» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 735 993 338,53 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.08.2023 заявление ООО «Эстейт Лимитед» удовлетворено, задолженность в размере 735 993 338,53 руб. включена в третью очередь реестра требований кредиторов АО «ББК Строй».

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника, представитель его единственного акционера - ФИО2 и кредитор ООО «Техстрой Индустрия» обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт. 

В обоснование апелляционных жалоб заявители ссылаются на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывают на недоказанность и необоснованность заявленных кредитором требований, а также обращают внимание на аффилированность должника и кредитора.

ООО «Эстейт Лимитед» и АО «Центродорстрой» в судебном заседании апелляционной инстанции возражали против удовлетворения апелляционных жалоб по доводам, изложенным в письменных отзывах.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 и 100 настоящего Федерального закона. 

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статьи 71 Закона о банкротстве судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

 В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий по этим требованиям между должником и лицами, имеющими право заявлять возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

О применении вышеуказанных правил в деле о банкротстве указывалось в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), согласно которому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Как следует из материалов дела, заявленное требование ООО «Эстейт Лимитед» основано на договоре цессии №2 от 31.12.2020, заключенном между АО «Центродорстрой» (цедент) и ООО «Эстейт Лимитед» (цессионарий), по условиям которого цедент уступил цессионарию права требования к должнику на сумму 773 820 763,59 руб.: по договору субподряда от 25.01.2018 № КН-2018-3, договору субподряда от 11.02.2015 № 103/2015-03, договору поставки от 17.10.2016 № 17/10-16 СЯ, договору поставки от 29.04.2016  №29/04-16, договору поставки от 31.08.2017 № ПП/СП-2017-1,  договору поставки от 28.11.2012 № ГП-450, договору аренды от 11.01.2014 № З/СУ-450, по постановлениям о взыскании административного штрафа от 14.08.2018 № 18810139180814896279, от 10.09.2018 № 18810177180910951910, от 26.11.2018 № 18810139181126152066, от 27.11.2018 № 18810139181127.

Уступка прав требования являлась возмездной. Оплата по договору цессии была произведена в форме зачета денежных требований, что подтверждается актом зачета встречных требований № 958, в соответствии с которыми в счет оплаты уступленных прав требования по договору цессии № 2-Ц стороны акта зачли задолженность АО «Центродорстрой» перед ООО «Эстейт Лимитед» по ранее заключенным ими договорам займа. 

ООО «Эстейт Лимитед» были  представлены в материалы,  помимо договоров субподряда, поставки, аренды, вошедшие в основание договора цессии №2, - первичные документы, подтверждающие реальность указанных сделок (универсально-передаточные документы (УПД), акты сверки взаиморасчетов, книги продаж бухгалтерские справки, акты приема-передачи техники в аренду, паспорта транспортных средств и самоходных машин, исполнительная документация к договорам субподряда, постановления о назначении административных штрафов за нарушения, совершенные с использованием автомобилей, находившихся в аренде у должника, платежные поручения АО «Центродорстрой» на перечисление в бюджет сумм назначенных штрафов).

Проанализировав материалы настоящего обособленного спора и проверив довод о нереальности задолженности АО «ББК Строй», суд апелляционной инстанции полагает его несостоятельным, поскольку он не соответствует представленным доказательствам. Имеющиеся в материалах дела первичные учетные документы, а также доказательства реальности исполнения сделок подтверждают обоснованность заявленных требований. При этом лица, участвующие в деле, не опровергли задолженность АО «ББК Строй».

При таких обстоятельствах, удовлетворяя заявленные кредитором требования, суд первой инстанции верно исходил из того, что в материалы обособленного спора представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности АО «ББК Строй». Выводы суда соответствуют разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Отклоняя доводы заявителей апелляционных жалоб о недействительности договора цессии от 31.12.2020 № 2-Ц, по которому ООО «Эстейт Лимитед» приобрело права требования к должнику, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

По мнению апеллянтов, данный договор цессии является мнимой сделкой, совершенной при злоупотреблении правом в целях создания фиктивной задолженности АО «ББК Строй» и причинения вреда его конкурсным кредиторам. 

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. При этом в силу пункта 2 рассматриваемой статьи для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.  

В силу пункта 1 статьи 384 Кодекса право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.  Положения главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержат специальных указаний относительно существенных условий сделок уступки права (требования). Поскольку цель такой сделки – передача обязательственного права требования одним лицом (первоначальным кредитором, цедентом) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указания на цедента и цессионария, обязательство, являющееся предметом уступки.  

По смыслу пункта 3 статьи 308, пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи совершение уступки требований не влечет возникновение новых обязательств (задолженности) у должника, но предполагает лишь смену кредитора в уже существующем или будущем обязательстве. Сделка уступки прав требований не увеличивает объем задолженности должника, и как следствие, сама по себе такая сделка не может оказать негативное влияние на права и законные интересы его конкурсных кредиторов. 

При таком правовом регулировании сама по себе уступка требования не может быть квалифицирована как акт злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), а равно как способ создания фиктивной задолженности и причинения вреда конкурсным кредиторам.

Следовательно, уступка требований по договору от 31.12.2020 № 2-Ц не повлекла создание новой или увеличение существующей задолженности АО «ББК Строй», а лишь явилась юридической формой замены кредитора в уже имеющемся у должника обязательстве.

Таким образом, доводы апеллянтов о злоупотреблении правом ООО «Эстейт Лимитед» и АО «Центродорстрой» при заключении договора цессии, о преследовании ими цели причинить вред кредиторам должника являются несостоятельными.

Отклоняя довод о мнимости совершенной сделки (заключения договора цессии №2) как основание для отказа в установлении заявленных требований в реестре требований кредиторов должника, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. 

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Как установлено судом, все условия договора цессии от 31.12.2020 № 2-Ц исполнены его сторонами в полном объеме: ООО «Эстейт Лимитед» произвело оплату за уступленные требования к АО «ББК Строй» посредством зачета своих требований к АО «Центродорстрой» по заемным обязательствам, а АО «Центродорстрой» передало ООО «Эстейт Лимитед» права требования к АО «ББК Строй». Должник был своевременно уведомлен о факте смены кредитора, что подтверждено также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области по делу № А41-94910/2022, возбужденному по иску ФИО11 и АО «ББК Строй».

Подписание должником акта сверки взаиморасчетов от 12.04.2021 свидетельствует о том, что он был с этим фактом согласен. 

Суд апелляционной инстанции считает необоснованными доводы АО «ББК Строй» о нереальности (мнимости) договоров займа между АО ЦДС» и ООО «Эстейт Лимитед» от 26.09.2017 № 1, от 09.11.2017 № 2, от 18.12.2017 № 3, от 28.02.2018 № 5, от 26.12.2018 № 9, от 17.10.2016 № б/н поскольку факт выдачи заемных средств произведен безналичным способом, подтвержден соответствующими платежными поручениями на выдачу займов и банковскими выписками, карточками бухгалтерского счета 58 «Финансовые вложения» ООО «Эстейт Лимитед». 

Соответственно, договор цессии является реальной сделкой, совершенной для наступления именно тех правовых последствий, которые характерны для такого рода договоров. Следовательно, договор от 31.12.2020 № 2-Ц мнимой сделкой не является.

Применительно к оценке уступки прав требований суд первой инстанции справедливо учел обстоятельства, установленные Арбитражным судом Московской области в деле № А41-94910/2022 по иску АО «ББК Строй» и его генерального директора и одновременно 100% акционера ФИО11 к ФИО12, ФИО13 о взыскании убытков в сумме 847 397 310,98 руб.: факт возникновения задолженности в размере 773 820 763,59 руб., надлежащее уведомление должника об уступке прав требования, наличие у должника всей первичной документации, в том числе по дебиторской и кредиторской задолженности и иных документов хозяйственной деятельности, подписание ФИО11 актов приемки-передачи всего объема документов в рамках договора цессии от 31.12.2020 № 2-Ц, а также надлежащее извещение должника об уступке.

В части довода о пропуске срока исковой давности судом апелляционной инстанции установлено следующее. 

В рамках настоящего обособленного спора конкурсным управляющим и конкурсным кредитором заявлено ходатайство о применении срока исковой давности. 

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. В силу пункта 1 статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.  

Как следует из материалов обособленного спора, по всем уступленным ООО «Эстейт Лимитед» требования в период 2016-2021г.г. должник с АО «Центродорстрой» последовательно подписывал акты сверки взаиморасчетов от 31.12.2016, 31.12.2018, 31.12.2019, 12.04.2021, тем самым признавая наличие задолженности. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что течение исковой давности прервано совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

Согласно правовой позиции, изложенной Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 01.12.2011 № 10406/11, до момента расторжения договора подряда в связи с нарушением его условий у заказчика отсутствует право требования возврата неосновательного обогащения, и соответствующее требование не может быть предъявлено должнику. Обязанность по возврату неосновательно удерживаемых после расторжения договора денежных средств представляет собой обязательство без определенного срока исполнения.

Поэтому течение срока исковой давности по требованию о возврате неотработанного аванса начинается с момента расторжения договора подряда по правилам пункта 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации (определение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации по экономическим спорам от 24.08.2017 № 302-ЭС17-945).

Поскольку судом было установлено, что договоры субподряда не расторгнуты, то обязательства должника по возврату неотработанного аванса наступило 24.01.2023 в силу императивных норма Закона о банкротстве, в связи с чем судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что срок исковой давности по требованиям о неотработанном авансе не пропущен.

Оспаривая вывод суда относительно включения требований в третью очередь реестра требований кредиторов должника, апеллянты указывают на фактическую аффилированность АО «Центродорстрой», ООО «Эстейт Лимитед» и должника. 

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются  также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров, коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве, либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными выше, в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (родственники); лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц. 

По смыслу Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) для решения вопроса о субординации требований кредитора наряду с аффилированностью должника и кредитора юридически значимым фактом является наличие у должника признаков имущественного кризиса в период совершения сделки.

При недоказанности наличия оснований считать задолженность возникшей в результате предоставления компенсационного финансирования, а также при отсутствии доказательств наличия у должника в период возникновения спорной задолженности имущественного кризиса законные основания для субординации требований отсутствуют (постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.04.2023 по делу № А41-76911/2021, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2023 по делу № А41-76911/2021, постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.02.2022 по делу № А40-83687/2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2023 по делу № А40-32338/2022).

В материалах настоящего обособленного спора отсутствуют какие-либо объективные данные о наличии у АО «ББК Строй» признаков имущественного кризиса именно в период формирования задолженности по договорам субподряда, поставки и аренды, а равно – на дату совершения сделки цессии.

Вместе с тем, суд первой инстанции не учел следующее.

В период с 11.07.2011-30.09.2014 акционерами должника являлись ФИО12 (9,9% акций) и ОАО «ЦДС» (АО «Центродорстрой») (90,1% акций), с 30.09.2014-25.04.2017 г. акционерами АО «ББК Строй являлись: ФИО14 (9,9% акций) и ОАО «ЦДС» (90,1% акций). 

Задолженность, заявленная ко включению в реестр ООО «Эстейт Лимитед», в общем объеме формировалась на протяжении периода с 11.01.2014 (начало действия договора аренды № 3/СУ-450) до 09.04.2017 (последний платеж должнику по договору субподряда от 19.11.2016 № ОК-2016-4).

В рассматриваемом периоде с 11.01.2014 до 09.04.2017 ФИО12, не являлся аффилированным с должником лицом и не входил с ним в одну группу лиц в силу недостаточного количества акций.

АО «Центродорстрой» являлось аффилированным должника лицом, но исключительно в период с 11.01.2014 по 25.04.2017 – до дня выхода АО «Центродорстрой» из числа акционеров должника. На данный временной период приходится формирование следующей задолженности должника:

- в сумме 73 327 947,63 руб. – задолженность по договору аренды № 3/СУ-450 за период январь 2014 – апрель 2017;

- в сумме 18 768 830,84 руб. – задолженность за поставленный товар по договору поставки от 29.04.2016 № 29/04-16 – сумма по УПД, выставленным за период с 03.08.2016 по 23.09.2016.

Следовательно, на период аффилированности ОАО «Центродорстрой» и ЗАО «СУ-450» (должник, АО «ББК Строй») приходится формирование задолженности на общую сумму 92 096 778,47 руб. 

В своих определениях Верховный Суд Российской Федерации неоднократно экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475.). Это означает, что заинтересованность может быть доказана даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, но сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При этом в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (лицом, заявившем о включении требований в реестр, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений о наличии и размере долга должника перед аффилированным кредитором на последнего переходит бремя опровержения соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС1617647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым, заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица. 

При этом согласно пункту 3.3 Обзора неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов. 

Повышенный стандарт доказывания для заинтересованных по отношению к должнику кредиторов направлен на недопущение включения в реестр требований кредиторов должника требований, основанных на сделках, по которым заинтересованными лицами оформляются документы, не отражающие реальные хозяйственные операции, а также создания искусственной кредиторской задолженности и, как следствие, обеспечение контроля над процедурой банкротства путем включения требования аффилированного кредитора в реестр требований кредиторов должника. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533 по делу №А40-247956/2015, нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. 

В пункте 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020), указано, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника. Вместе с тем, внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц. Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее – компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

 У должника имелась длительная просрочка по исполнению договорных обязательств. Однако кредитор не предпринимал меры по взысканию задолженности. Такое поведение кредитора является недоступным иным участникам хозяйственного оборота, что позволяет прийти к выводу о фактической заинтересованности между сторонами.

Установив указанные обстоятельства, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, принимая во внимание фактически установленные обстоятельства настоящего обособленного спора, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об изменении обжалуемого судебного акта и признании требования ООО «Эстейт Лимитед» в размере 735 993 338,53  руб. обоснованными, и подлежащим включению  в размере 643 896 560,06 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника, в размере 92 096 778,47 руб. подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

Таким образом, определение суда первой инстанции от 11.08.2023 подлежит изменению на основании части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 11 августа 2023 года по делу №А41-59299/21 изменить.

Признать обоснованным требование ООО «Эстейт Лимитед» в размере 735 993 338 руб. 53 коп., из которых 643 896 560 руб. 06 коп. подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника, 92 096 778 руб. 47 коп. подлежащими удовлетворению в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

 

Председательствующий

 

С.Ю. Епифанцева

Судьи

 

Д.С. Семикин

А.В. Терешин