ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-7055/2019

г. Вологда

28 февраля 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 28 февраля 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Докшиной А.Ю., судей Алимовой Е.А. и                         Болдыревой Е.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Контрольно-счетной палаты Архангельской области и администрации муниципального образования «Вельский муниципальный район» Архангельской области на решение Арбитражного суда Архангельской области от 07 ноября 2019 года по делу № А05-7055/2019,

у с т а н о в и л:

администрация муниципального образования «Вельский муниципальный район» Архангельской области  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 165150, 

<

...>; далее – администрация МО «Вельский муниципальный район», администрация, заказчик) обратилась в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Контрольно-счетной палате Архангельской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 163069, Архангельская область,  город Архангельск, площадь В.И. Ленина, дом 1; далее – КСП, палата) о признании недействительными подпункта 9.2, абзацев пятого, восьмого, тринадцатого, шестнадцатого подпункта 9.3, подпункта 9.6 пункта 9 мотивировочной части, пункта 2.1 (в части определения стоимости работ по укладке асфальтобетонной смеси на сумму 780 769 руб. 28 коп.) и пункта 2.4 резолютивной части представления от 12.03.2019 № 01-02/282, а также о возложении на ответчика обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Регион-Инвест» (далее –                    ООО «Регион-Инвест»), общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания Асгард» (далее – ООО «СК Асгард»).

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 07 ноября                 2019 года заявленные требования удовлетворены частично: признан недействительным пункт 2.4 резолютивной части оспариваемого представления; в удовлетворении остальной части требований отказано.

КСП не согласилась с решением суда в части признания недействительным пункта 2.4 резолютивной части представления и обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в указанной части. В обоснование жалобы ссылается на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела. Считает, что поскольку требование о направлении подрядчику соответствующей претензии содержится в Федеральном законе от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок, товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (далее – Закон № 44-ФЗ, Закон о контактной системе), исполнение которого обязательно и для органов местного самоуправления, требование палаты, отраженное в данном пункте представления, направлено исключительно на соблюдение положений указанного Закона и не является вмешательством в процесс исполнения местного бюджета.

Администрация также не согласилась с решением суда в части отказа в удовлетворении заявленных требований и обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в указанной части, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме. Настаивает на том, что заявителем не допущено ни нецелевого расхождения денежных средств бюджета, ни причинения ущерба областному бюджету, а все полученные и потраченные денежные средства пошли именно на строительство школы по муниципальному контракту, что соответствует целям предоставления субсидии. Также указывает на то, что решением Арбитражного суда Архангельской области от 28 августа 2017 года по делу № А05-5353/2017 удовлетворены исковые требования ООО «Регион-Инвест» к администрации МО «Вельский муниципальный район» о взыскании 10 619 794 руб. 59 коп., в связи с этим полагает, что данное решение носит преюдициальный характер для данного дела.

Доводы апелляционной жалобы администрации, по сути, аналогичны доводам, заявленным в суде первой инстанции.

КСП в отзыве на апелляционную жалобу администрации и представитель палаты в судебном заседании с изложенными в ней доводами не согласились, просили апелляционную жалобу заявителя оставить без удовлетворения, подержали доводы и требования своей апелляционной жалобы..

От администрации, ООО «Регион-Инвест» и ООО «СК Асгард» отзывы на апелляционную жалобу палаты не поступили.

Отзывы на апелляционную жалобу палаты от ООО «Регион-Инвест» и ООО «СК Асгард» также не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, от администрации и КСП имеются ходатайства о рассмотрении дела без их участия. В связи с этим дело рассмотрено в отсутствие представителей                                       лиц, участвующих в деле, в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, в соответствии с планом экспертно-аналитической и контрольной деятельности КСП на 2018 год и на основании распоряжения от 14.11.2018 № 39-р палатой проведена проверка соблюдения бюджетного и иного законодательства при расходовании бюджетных средств, направленных администрации на реализацию мероприятия «Строительство школы на 90 мест в деревне Погост Вельского района», предусмотренного государственной программой Архангельской области «Устойчивое развитие сельских территорий Архангельской области (2014 – 2021 годы)».

Результаты проверки отражены в акте от 24.12.2018, согласно которому в ходе проверки КСП установлено, что администрацией, как главным распорядителем и получателем бюджетных средств, не выполнены бюджетные полномочия в части обеспечения условий предоставления, целевого характера и результативности расходования бюджетных средств, в том числе:

- в связи с приемкой и оплатой командировочных расходов на общую сумму 5 174 674 руб. 49 руб., предъявленных на основании акта формы КС-2                от 30.01.2017 № 137 (за минусом затрат на авторский надзор в сумме 203 руб.                           78 коп., начисленных в нарушение пункта 4.91 МДС 81-35.2004) и справки             КС-3 от 30.01.2017 № 27, в отсутствие документального подтверждения осуществления подрядчиком указанных расходов, то есть на цели, не связанные со строительством, а также в связи с ничтожностью дополнительного соглашения от 07.12.2016 № 4, расходование средств областного бюджета в сумме 4 972 344 руб. 72 коп. (расчет содержится на странице 40 акта проверки (том 1, лист 51)) является нарушением абзаца четвертого (подпункта 3                   пункта 1) статьи 162 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее –                  БК РФ), пунктов 1.1, 1.2, 2.2.1 соглашения о предоставлении субсидии из областного бюджета от 24.07.2017 № 06/2017 (далее – соглашение № 06/2017), пунктов 1.1, 13.1 муниципального контракта на выполнение работ по строительству школы на 90 мест в деревне Погост Вельского района                          от 14.10.2013 № 9 (далее – контракт № 9);

- в связи с приемкой и оплатой фактически не выполненных работ (оплата из средств областного бюджета) по установке диффузора на сумму 88 746 руб. 37 коп. (акт КС-2 от 179.07.2016 № 64, от 08.12.2016 № 98), монтажу шкафов управления комплексом автоматики на сумму 374 580 руб.           46 коп. (акт формы КС-2 от 03.02.2015 № 26), монтажу наружного освещения на сумму 204 314 руб. 69 коп. (акт формы КС-2 от 30.01.2017 № 104), озеленению на сумму 319 707 руб. 63 коп. (акты формы КС-2 от 19.07.2016             № 68, от 17.11.2016 № 87) нарушены части 1, 2 статьи 94 Закона о контрактной системе, пункт 1 статьи 740, пункта 1 статьи 746, пункт 2 статьи 763 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункты 1 и 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон № 402-ФЗ), пункты 2.3, 2.6, 4.2.3 контракта № 9,                   пункты 2.2.7, 2.2.11 соглашения № 06/2017;

-  в связи приемкой в составе акта КС-2 от 30.01.2017 № 134 работ по установке малых архитектурных форм (далее – МАФ), в котором предъявлены не имевшее места факты хозяйственной деятельности, и отражением в бухгалтерском учете указанных затрат, подписанием акта приемки работ законченного строительством объекта формы СК-11 от 08.12.2016, оплатой указанных работ в 2017 и 2018 годах администрацией нарушены часть 1               статьи 94 Закона № 44-ФЗ, пункты 1, 3 статьи 9 Закона № 402-ФЗ, статья 162               БК РФ, пункт 18 Правил финансирования областной адресной инвестиционной программы и осуществления капитальных вложений в объекты капитального строительства муниципальной собственности муниципальных образований Архангельской области или в приобретение объектов недвижимого имущества в муниципальную собственность муниципальных образований Архангельской области, утвержденных постановлением администрации Архангельской области от 17.01.2008 № 6-па/1 (далее – Правила № 6-па/1), пункты 2.2.3, 2.2.6 соглашения № 06/2017, то есть средства областного бюджета в размере                  160 535 руб. 18 коп. использованы с нарушением условий их предоставления, что влечет применение ответственности, предусмотренной статьей 306.8                   БК РФ.

Кроме того, палатой в ходе проверки выявлено, что при использовании средств межбюджетных трансфертов, направленных на строительство школы, Архангельской области причинен ущерб в сумме 570 241 руб. 20 коп., поскольку при определении стоимости работ по укладке асфальтобетонной смеси использовался не соответствующий пункту 3.30 МДС 81-25.2004 метод определения стоимости строительства, а также в связи с отсутствием подтверждения обоснованности примененной стоимости 1 тонны асфальтобетонной смеси. 

В ходе проверки ответчик также пришел к выводу о том, что в связи с ничтожностью дополнительных соглашений подрядчиком допущена просрочка исполнения обязательств по контракту № 9 в количестве 786 календарных дней (с 15.10.2014 по 08.12.2016) (пункт 6 оспариваемого представления). 

При этом администрацией в нарушение части 6 статьи 34 Закона                         № 44-ФЗ не выполнена обязанность по предъявлению подрядчику мер ответственности в виде пеней в размере 14 186 370 руб. 21 коп., в том числе за просрочку исполнения обязательства в течение 2016  года – 3 218 414 руб.               20 коп. (по состоянию на 18.12.2018). 

В связи с выявленными нарушениями в адрес заявителя КСП направила представление от 12.03.2019 № 01-02/282, согласно резолютивной части которого администрации надлежало в срок до 14.06.2019:

1. Рассмотреть информацию об указанных в представлении недостатках и нарушениях законодательства и иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

2. Принять меры по устранению выявленных недостатков и нарушений законодательства и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а именно:

2.1 вернуть в областной бюджет сумму ущерба в размере 929 826 руб.            96 коп. (пункт 10 представления);

2.2 обеспечить надлежащее выполнение подрядчиком (ООО «Регион-Инвест») условий контракта № 9 в части обязательств по монтажу вытяжной и приточной систем (пункт 11 представления);

2.3 принять меры к устранению нарушений при приобретении хлеборезки, посудомоечной машины, холодильных шкафов (отсутствие фактического использования (абзац четвертый пункта 12.4 представления);

2.4 учитывая ничтожность дополнительных соглашений к контракту № 9, следовательно, недействительность установленных в них сроков, направить подрядчику – ООО «Регион-Инвест» требование об уплате неустойки за просрочку выполнения обязательств (пункт 6 представления);

2.5 направить поставщику (ООО «Викольд-групп») требование об уплате неустойки (штрафа) по контракту от 25.07.2016 № 24/68/16 (пункт 12.2 представления).

3. Принять меры по пресечению и предупреждению нарушений законодательства и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, в том числе:

3.1 обеспечить соблюдение требований бюджетного законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов, регулирующих бюджетные правоотношения, в том числе, в части соблюдения требований                 БК РФ о необходимости целевого и эффективного использования бюджетных средств, соблюдения условий предоставления межбюджетных трансфертов; 

3.2 обеспечить соблюдение требований нормативных правовых актов, регулирующих ведение бухгалтерского учета;

3.3 привлечь к ответственности лиц, по вине которых были допущены указанные нарушения.

Не согласившись с представлением КСП в части подпункта 9.2, пятого, восьмого, тринадцатого, шестнадцатого подпункта 9.3 (нецелевое использование бюджетных средств), подпункта 9.6 (использование бюджетных средств в нарушением условий их предоставления) его мотивировочной части, пункта 2.1 (требование о возврате ущерба в сумме по эпизоду определения стоимости работ по укладке асфальтобетонной смеси на сумму 780 769 руб.              28 коп.), пункта 2.4 (требование о применении ответственности за просрочку подрядчиком исполнения обязательств по контракту № 9) его резолютивной части, администрация обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным в указанной части.

Суд первой инстанции удовлетворил требования администрации в части, поскольку пришел к выводу о том, что в полномочия ответчика в соответствии с положениями части 1 статьи 9 Федерального закона от 07.02.2011 № 6-ФЗ «Об общих принципах организации и деятельности контрольно-счетных органов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований» (далее – Закон № 6-ФЗ), не входит контроль за использованием средств местных бюджетов (за исключением случаев, установленных БК РФ, в частности, пункта 2 части 4 статьи 136, части 2 статьи 264.4 БК РФ).

В связи с этим суд посчитал, что ответчик вышел за пределы своих полномочий, обязав администрацию в пункте 2.4 резолютивной части оспариваемого представления направить подрядчику ООО «Регион-Инвест» требование об уплате неустойки за просрочку выполнения обязательств в размере 14 186 370 руб. 21 коп., поэтому признал недействительным представление КСП в указанной части, отказав в удовлетворении остальной части требований.

В соответствии с частью 1 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Апелляционная инстанция, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, не находит правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы администрации, поскольку суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Исходя из совокупного толкования положений согласно статьям 157, 265, 268.1 БК РФ, Закона № 6-ФЗ, Закона Архангельской области от 30.05.2011                      № 288-22-ОЗ «О контрольно-счетной палате Архангельской области» (далее – Закон № 288-22-ОЗ) КСП вправе осуществлять контроль за исполнением бюджета Архангельской области, в том числе за законностью, результативностью (эффективностью и экономностью) использования средств областного бюджета и иных источников, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а также контроль за законностью, результативностью использования межбюджетных трансфертов, предоставленных из областного бюджета бюджетам муниципальных образований Архангельской области.

В данном случае КСП в рамках предоставленных ей полномочий проведено контрольное мероприятие и проверка расходования бюджетных средств, направленных администрации на реализацию мероприятия «Строительство школы на 90 мест в д. Погост Вельского района», по итогам которого ответчик пришел к выводу о том, что администрацией, как главным распорядителем и получателем бюджетных средств, не выполнены бюджетные полномочия в части обеспечения условий предоставления, целевого характера и результативности расходования бюджетных средств.

Суд первой инстанции, соглашаясь с указанными выводами палаты, правомерно руководствовался следующим.

В статье 28 БК РФ предусмотрено, что бюджетная система Российской Федерации основана, в том числе, на принципах: единства бюджетной системы Российской Федерации; эффективности использования бюджетных средств; адресности и целевого характера бюджетных средств.

Согласно статье 34 БК РФ принцип эффективности использования бюджетных средств означает, что при составлении и исполнении бюджетов участники бюджетного процесса в рамках установленных им бюджетных полномочий должны исходить из необходимости достижения заданных результатов с использованием наименьшего объема средств (экономности) и (или) достижения наилучшего результата с использованием определенного бюджетом объема средств (результативности).

В силу статьи 38 БК РФ принцип адресности и целевого характера бюджетных средств означает, что бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств доводятся до конкретных получателей бюджетных средств с указанием цели их использования.

В пункте 1 статьи 306.4 БК РФ определено, что нецелевым использованием бюджетных средств признаются направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо иным документом, являющимся правовым основанием предоставления указанных средств.

В соответствии со статьей 18 Закона № 288-22-ОЗ в случаях, предусмотренных Законом № 6-ФЗ и БК РФ, палатой составляются представления, предписания и направляются объектам внешнего государственного финансового контроля, органам государственной власти Архангельской области и иным государственным органам Архангельской области, органам местного самоуправления муниципальных образований Архангельской области, их должностным лицам.

В рассматриваемом случае оспариваемое представление внесено в адрес заявителя уполномоченным органом.

Проверкой установлено, что строительство школы на 90 мест в деревне Погост предусмотрено государственной программой Архангельской области «Устойчивое развитие сельских территорий Архангельской области                          (2014-2021 годы)», утвержденной постановлением Правительства Архангельской области от 08.10.2013 № 461-пп, а также областной адресной инвестиционной программой, утверждаемой на соответствующий финансовый год.

В соответствии с пунктом 2.1.2 перечня мероприятий областной адресной инвестиционной программы условиям заключенных с Министерством архитектуры и строительства Архангельской области соглашений целью предоставления субсидии из областного бюджета являлось строительство школы в деревне Погост.

При этом строительство школы в деревне Погост осуществлялось в том числе за счет средств областного бюджета, выделявшихся по соответствующим соглашениям, заключавшимся в течение 2014-2017 годы, а средства предоставлялись в виде субсидии на софинансирование мероприятия, предусмотренного областной адресной инвестиционной программой.

Пунктом 2 статьи 763 ГК РФ предусмотрено, что по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

В данном случае, как следует из материалов дела, администрацией (заказчик) в целях выполнения работ по строительству указанной выше школы с ООО «Регион-Инвест» (подрядчик) заключен контракт от 14.10.2013 № 9, в соответствии с пунктом 1.1 которого подрядчик по заданию заказчика обязуется собственными силами или с привлечением субподрядных организаций выполнить строительство школы на 90 мест в поселке Погост Вельского района по адресу: Архангельская область, Вельский район, муниципальное образование «Судромское», 

<

...> и передать полученные результаты в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим контрактом.

В связи с этим, как верно отмечено судом, правоотношения сторон по контракту № 9 регулируются нормами главы 37 ГК РФ «Подряд» и Закона                № 44-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2.1 контракта № 9 цена данного контракта согласно составила 112 191 130 руб. 80 коп. 

Пунктом 2.2 контракта предусмотрено, что цена является твердой и не подлежит корректировке в связи с инфляцией.

В пункте 2.6 контракта определено, что расчет по контракту производится путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет подрядчика после выполнения подрядчиком условий контракта, в соответствии с постановлением правительства Архангельской области                    № 372-пп от 11.10.2011 и финансируется при поступлении средств из бюджета Архангельской области.

В пункте 3.1 контракта № 9 датой окончания работ установлено 14.10.2014.

Вместе с тем, как выявлено палатой, дополнительным соглашением от 19.09.2014 к контракту № 9 его стороны изменили срок окончания выполнения работ на 01.09.2015 (том 2, лист 15).

Также дополнительным соглашением от 07.12.2016 № 4 к контракту № 9 его стороны увеличили цену контракта до 123 323 480 руб. (в том числе налог на добавленную стоимость) и установили иной срок окончания работ – 25.12.2016 (том 2, лист 16). 

Акт приема-передачи здания школы подписан сторонами 08.12.2016.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ доводы сторон и имеющиеся в деле доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае палатой доказано наличие в действиях администрации нарушения абзаца четвертого (подпункта 3 пункта 1) статьи 162 БК РФ, пунктов 1.1, 1.2, 2.2.1 соглашения № 06/2017, пунктов 1.1, 13.1 контракта № 9, выразившегося в приемке и оплате командировочных расходов на общую сумму 5 174 674 руб. 49 коп., предъявленных подрядчиком на основании акта формы КС-2 от 30.01.2017 № 137 (за минусом затрат на авторский надзор в сумме 203 руб. 78 коп., начисленных в нарушение пункта 4.91                                   МДС 81-35.2004) и справки КС-3 от 30.01.2017 № 27, в отсутствие документального подтверждения осуществления подрядчиком указанного вида расходов, а также ничтожность дополнительного соглашения от 07.12.2016 № 4 и расходование в связи с этим бюджетных средств в сумме 4 972 344 руб.                   72 коп. (пункт 9.2 оспариваемого представления).

Так, в материалах дела усматривается, что первоначальной проектной и сметной документацией затраты подрядчика, связанные с командированием рабочих для выполнения строительно-монтажных работ, предусмотрены не были.

После подписания акта осмотра объекта от 03.10.2016, в пункте 27 которого зафиксировано «Отсутствие в проектно-сметной документации (локальных сметных расчетах) командировочных затрат», заказчиком было принято решение о заключении дополнительного соглашения с подрядчиком.

В связи с этим дополнительным соглашением от 07.12.2016 № 4 к контракту № 9 стороны, сославшись на часть 1.1 статьи 95 Закона № 44-ФЗ (действовавшую на дату заключения указанного соглашения), увеличили цену контракта на 11 132 350 руб. и установили срок окончания работ – 25.12.2016.

При этом в качестве обоснования увеличения цены и срока выполнения работ в этом соглашении указано увеличение объема работ, необходимых для ввода объекта в эксплуатацию. 

В результате заключения указанного дополнительного соглашения цена контракта № 9 составила 123 323 480 руб. (включая налог на добавленную стоимость).

Между тем, как следует и сводного сметного расчета, обосновывающего стоимость так называемых «дополнительных» работ по дополнительному соглашению от 07.12.2016 № 4 к контракту № 9, в его состав фактически включены затраты на командировочные расходы подрядчика в размере 5 268 871 руб. 65 коп.

При этом подрядчиком предъявлены заказчику к оплате командировочные расходы на общую сумму 5 174 674 руб. 49 коп. (акт ф. КС-2 от 30.01.2017 № 137 (за минусом затрат на авторский надзор в сумме 203 руб. 78 коп., начисленных в нарушение требований пункта 4.91 МДС 81-35.2004) в составе справки формы КС-3 от 30.01.2017 № 27.

Как и в суде первой инстанции, администрация в своей апелляционной жалобе, возражая против доводов КСП о нецелевом расходовании бюджетных средств в связи с оплатой командировочных расходов подрядчика, настаивает на том, что проведение дополнительных работ было согласовано сторонами контракта № 9, работы являлись необходимыми для его исполнения, их стоимость не превышала 10 % от первоначальной цены контракта, решением Арбитражного суда Архангельской области от 28 августа 2017 года по делу                    № А05-5353/2017 с МО «Вельский муниципальный район» в лице администрации за счет казны муниципального образования района в пользу ООО «Регион-Инвест» взыскан долг по контракту № 9, при этом, по мнению апеллянта, данный судебный акт имеет преюдициальное значения для настоящего спора. 

Между тем все доводы, приведенные администрацией по пункту 9.2 оспариваемого представления, получили надлежащую правовую оценку в решении суда первой инстанции, с которой апелляционная коллегия согласна, поскольку суд обоснованно исходил из следующего.

Согласно части 1.1 статьи 95 Закона № 44-ФЗ (в редакции, действовавшей в спорный период заключения дополнительных соглашений к контракту № 9), в 2015 и 2016 годах допускается изменение по соглашению сторон срока исполнения контракта, и (или) цены контракта, и (или) цены единицы товара, работы, услуги, и (или) количества товаров, объема работ, услуг, предусмотренных контрактами (включая государственные контракты, муниципальные контракты, гражданско-правовые договоры бюджетных учреждений на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд заказчиков, заключенные до дня вступления в силу названного закона), срок исполнения которых завершается в 2015 и 2016 годах, в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

При этом в силу пункта 5 Правил изменения по соглашению сторон срока исполнения контракта, и (или) цены контракта, и (или) цены единицы товара, работы, услуги, и (или) количества товаров, объема работ, услуг, предусмотренных контрактами, срок исполнения которых завершается                               в 2016 году, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14.03.2016 № 191 (далее – Правили № 191), заказчик не вправе принимать решение об увеличении цены контракта, цены единицы товара, выполняемой работы, оказываемой услуги без обращения поставщика (подрядчика, исполнителя), указанного в абзаце первом настоящего пункта.

В данном случае, как верно отмечено судом, доказательств обращения подрядчика к заказчику, содержащего обоснование невозможности исполнения контракта, заявителем не представлено. 

В соответствии с пунктом 10 Правил № 191 в дополнительном соглашении к контракту, заключенном в соответствии с настоящими Правилами, не может предусматриваться увеличение количества поставляемого товара, объема выполняемых работ или оказываемых услуг.

Пунктом 17 Правил № 191 установлена формула, согласно которой может быть изменена цена контракта. Данная формула предусматривает применение к оставшимся по контракту платежам прогнозных индексов-дефляторов 2016 года.

Вместе с тем дополнительным соглашением от 07.12.2016 № 4 к контракту № 9 установлена новая цена контракта, рассчитанная только исходя из дополнительного объема работ (виды которых к тому же не указаны в этом дополнительном соглашении) и командировочных расходов подрядчика, что противоречит положениям Правил № 191.

Следовательно, при заключении дополнительного соглашения                              от 07.12.2016 № 4 сторонами контракта нарушены указанные нормы Правил               № 191, что в силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ влечет ничтожность новых условий контракта.

Более того, судом обоснованно учтена правовая позиция, изложенная в пункте 12 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее – Обзор судебной практики), согласно которой при рассмотрении вопроса о правомерности оплаты подрядчику дополнительных строительных работ указывает на то, что увеличение объема работ по государственному (муниципальному) контракту, в том числе когда такое увеличение превышает 10 % от цены или объема, предусмотренных контрактом, допустимо исключительно в случае, если их невыполнение грозит годности и прочности результата выполняемой работы. К дополнительным работам, подлежащим оплате заказчиком также могут быть отнесены исключительно те работы, которые, исходя из имеющейся информации на момент подготовки документации и заключения контракта объективно не могли быть учтены в технической документации, но должны быть произведены, поскольку без их выполнения подрядчик не может приступать к другим работам или продолжать уже начатые, либо ввести объект в эксплуатацию и достичь предусмотренного контрактом результата.

В силу пункта 3 статьи 743 ГК РФ подрядчик, обнаруживший в ходе строительства не учтенные в технической документации работы и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости строительства, обязан сообщить об этом заказчику.

В силу подпункта б) пункта 1 части 1 статьи 95 Закона № 44-ФЗ условия контракта могут быть изменены, если по предложению заказчика увеличиваются предусмотренные контрактом количество товара, объем работы или услуги не более чем на десять процентов или уменьшаются предусмотренные контрактом количество поставляемого товара, объем выполняемой работы или оказываемой услуги не более чем на десять процентов.

Согласно пункту 18.1 контракта № 9 заказчик вправе вносить изменения в объем работы, которые необходимы, но не изменяют проект, по которому ведется строительство. В этом случае он направляет подрядчику письменное распоряжение с указанием:

- увеличить или сократить объем некоторой указанной работы, включенной в контракт;

- исключить указанную работу;

- изменить характер, качество и вид некоторой указанной работы;

- выполнить определенную дополнительную работу, необходимую для завершения строительства.

Учитывая изложенное, изменение объема обязательств подрядчика и заказчика, цены контракта возможно только в случае изменения объема именно работ, к числу которых стоимость командировочных расходов не относится.

С учетом изложенного суд обосновано согласился с доводами КСП о том, что оплата командировочных расходов ни одному из перечисленных условий увеличения цены контракта не соответствовала (непредвиденности в том, что командировочные расходы отсутствовали в проектно-сметной документации, не было; связь командировочных расходов с годностью и прочностью результата работ не доказана). 

Как верно указал суд в обжалуемом решении в пользу приведенного довода также указывает то, что соглашение № 4 от 07.12.2016 подписано за день до подписания акта формы К-11 о приемке законченного строительством объекта 08.12.2016, то есть когда почти весь объем работ на объекте был выполнен подрядчиком (предъявленные с этого момента акты формы КС-2                  носили в большей части корректировочный характер (сминусована часть работ).

Следовательно, является правильным вывод суда о том, что действия заказчика по подписанию дополнительного соглашения от 07.12.2016 № 4 об увеличении цены контракта на сумму командировочных расходов подрядчика не соответствуют требованиям вышеназванного законодательства.

Также суд правомерно отклонил ссылку администрации на решение Арбитражного суда Архангельской области от 28 августа 2017 года по делу                  № А05-5353/2017 по иску ООО «Регион-Инвест» к администрации                          МО «Вельский муниципальный район» о взыскании 10 619 794 руб. 59 коп. долга по контракту № 9 и дополнительному соглашению к нему от 07.12.2016 № 4 на строительство школы на 90 мест в поселке Погост Вельского района, верно отметив при этом, что в силу положений статьи 69 АПК РФ указанный судебный акт не обладает признаками преюдициальности при рассмотрении настоящего спора. 

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

По смыслу приведенной правовой нормы преюдиция – это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной и (или) резолютивной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами.

Вместе с тем положения части 2 статьи 69 АПК РФ освобождают от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключают их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора. Такая позиция по данному вопросу соответствует судебно-арбитражной практике (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 июня 2004 года № 2045/04).

В рассматриваемой ситуации суд первой инстанции правильно указал, что при рассмотрении дела № А05-5353/2017 администрация заявляла доводы лишь об отсутствии финансирования, при этом вопрос правомерности заключения дополнительного соглашения и увеличения цены контракта в связи с включением в нее командировочных расходов подрядчика при рассмотрении дела № А05-5353/2017 не рассматривался и судом не оценивался.

В свою очередь, в рамках настоящего спора оценивается законность действий администрации при расходовании бюджетных средств, а также оценивается иной объем доказательств. 

Кроме того, судом приняты во внимание положения пункта 2 статьи 709 ГК РФ, согласно которым цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение.

Также как верно отмечено судом, компенсация издержек лица, выполняющего работы по договору подряда, направлена на погашение расходов, документально подтвержденных и произведенных подрядчиком в интересах заказчика работ. 

Между тем, согласно материалам дела, в ходе контрольного мероприятия администрацией документы, подтверждающие понесенные подрядчиком в рамках исполнения контракта № 9 затраты на командирование рабочих для выполнения строительно-монтажных работ представлены не были. На письма КСП от 19.11.2018 № 39-р/1н, от 22.11.2018 № 39-р/2н заявитель сообщил, что подтверждающие документы отсутствуют.

Таким образом, является правильным вывод суда о том, что поскольку компенсация издержек лица, выполняющего работы по договору подряда, направлена на погашение расходов, документально подтвержденных и произведенных подрядчиком в интересах заказчика, оплата указанных затрат подрядчика без их документального подтверждения противоречит пункту 2 статьи 709 ГК РФ.

В решении суда подробно оценены представленные заявителем в материалы дела переданные подрядчиком (ООО «Регион-Инвест») в период рассмотрения дела в суде копии следующих документов: авансовых отчетов за 2015, 2016 годы; расходных кассовых ордеров за 2014- 2016 годы о выдаче предпринимателю ФИО2 денежных средств за услуги по аренде бытовых помещений для проживания в деревне Погост; автобусных билетов и квитанций об оплате бензина.

При этом, проанализировав указанные документы, суд обоснованно не принял их в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих несение подрядчиком командировочных расходов в общей сумме 5 174 674 руб. 49 коп.

В частности, как установлено судом и не опровергается администрацией в ее апелляционной жалобе, в материалы дела представлены 72 копии лицевой стороны авансовых отчетов двух работников – ФИО3 и                   ФИО4 на общую сумму 490 000 руб. за 3 года (2014-2016). В графе «израсходовано» лицевой стороны всех авансовых отчетов стоит прочерк, соответственно, расходы подотчетными лицами не осуществлялись.

При этом оборотная сторона авансовых отчетов, где подотчетными лицами перечисляются документы, подтверждающие произведенные расходы (квитанции, транспортные документы, чеки ККМ, товарные чеки и другие оправдательные документы), суммы затрат по ним, а также проставляется подписи подответных лиц не представлены. 

Документы, которые должны быть приложены к авансовому отчету в целях подтверждения произведенных командировочных расходов, апеллянтом также не представлены.

Данные выводы суда администрацией при обращении с апелляционной жалобой документально не опровергнуты.

При таких обстоятельствах является правильным вывод суда первой инстанции о невозможности принять в качестве надлежащих доказательств представленные заявителем в материалы дела копии авансовых отчетов.

Оценив предъявленные заявителем копии 33 копии расходных кассовых ордеров за период 2014-2016 годов на общую сумму 3 372 000 руб., суд установил, что в них отсутствует информация о паспортных данных индивидуального предпринимателя ФИО2 (проставлена подпись неизвестного лица без ее расшифровки), по строке «Основание» всех ордеров допущена орфографическая ошибка в слове «бытоваых». Поэтому суд обоснованно отметил, что названные обстоятельства косвенно могут свидетельствовать об одновременном оформлении всех ордеров.  

Кроме того, судом отмечено, что расходные кассовые ордера подтверждают только факт выдачи денежных средств предпринимателю ФИО2, однако не подтверждают фактическое оказание ему услуг по аренде бытовых помещений.

Таким образом, является мотивированным вывод суда о том, что представленные в материалы дела копии расходных кассовых ордеров также не могут быть признаны надлежащими доказательствами по делу, поскольку не содержат обязательных реквизитов, наличие которых предусмотрено статьей 9 Закона № 402-ФЗ.

Помимо изложенного судом установлено, что кассовые чеки на приобретение бензина в отсутствие путевых листов с указанным в них маршрутом следования не позволяет их соотнести с командировочными расходами для строительства объекта. При этом некоторые из представленных кассовых чеков АЗС оплачены лицами (ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8), информация о направлении которых в командировку от имени подрядчика в деле вообще отсутствует.

Кроме того, проездные документы на сумму 12 125 руб. не приложены к авансовым отчетам конкретного работника подрядчика (субподрядчика), который направлялся в командировку, в качестве подтверждающих произведенных им командировочных расходов.

При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о том, что заявителем не представлено надлежащих доказательств осуществления подрядчиком командировочных расходов, следовательно их оплата в отсутствие документального подтверждения факта несения подрядчиком такого вида расходов в любом случае не может быть признана целевым расходованием администрацией бюджетных денежных средств.

В связи с этим коллегия суде соглашается с выводом суда об отсутствии правовых оснований для признания пункта 9.2 оспариваемого представления недействительным.

По результатам проверки в абзацах пятом, восьмом, тринадцатом шестнадцатом подпункта 9.3 оспариваемого представления администрации вменены в вину необоснованная приемка и оплата фактически не выполненных работ (оплата из средств областного бюджета) по установке диффузора на сумму 88 746 руб. 37 коп. (акт КС-2 от 179.07.2016 № 64, от 08.12.2016 № 98), по монтажу шкафов управления комплексом автоматики на сумму 374 580 руб. 46 коп. (акт формы КС-2 от 03.02.2015 № 26), по монтажу наружного освещения на сумму 204 314 руб. 69 коп. (акт формы КС-2 от 30.01.2017                    № 104), по озеленению на сумму 319 707 руб. 63 коп. (акты формы КС-2 от 19.07.2016 № 68, от 17.11.2016 № 87), что повлекло нарушение частей 1, 2 статьи 94 Закона о контрактной системе, пункта 1 статьи 740, пункта 1 статьи 746, пункт 2 статьи 763 ГК РФ, пунктов 1 и 3 статьи 9 Закона № 402-ФЗ, пунктов 2.3, 2.6, 4.2.3 контракта № 9, пунктов 2.2.7, 2.2.11 соглашения                        № 06/2017.

В частности, в ходе проверки КСП проведены осмотры здания школы, прилегающей территории, установленного оборудования, по результатам которых выявлены факты невыполненных, однако предъявленных к оплате и оплаченных заказчиком работ на общую сумму 3 243 794 руб. 29 коп. (сумма средств, оплаченных за счет субсидии из областного бюджета).

Частично обжалуя выводы суда по данному эпизоду, администрация в апелляционной жалобе сослалась на то, что фактически в спортивном зале установлено 5 приточных диффузоров, однако паспорта и исполнительная документация на них утеряны (по проекту предусмотрено установка 5-ти единиц диффузоров, но сопловых распределителей марки ISBK); фактически шкафы управления установлены марки VKT и на них имеются паспорта; в отношении монтажа наружного освещения указывает на то, что выполненные работы не вызваны сокращением проектных объемов работ, а наоборот, выполнен больший объем, установлены светильники другой марки, не ухудшающие предусмотренных проектом (сумма к снятию 205 380 руб.40 коп. необоснованна), так как копия паспорта на прожектор светодиодный представлена в материалы дела; по озеленению администрация указывает на то, что из 40 саженцев, предусмотренных по проекту, фактически высажено 31 саженцев, из них: береза - 4 штуки, рябина - 11 штук, сирень -13 штук, калина - 3 штуки; 

В связи с этим податель жалобы считает, что в данном случае не имеется нецелевого расходования бюджетных средств, поскольку фактическое выполнение всех этих работ КСП не оспаривается.  

Оценив данные доводы заявителя, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований по данному пункту представления, при этом обоснованно руководствовался следующим.

Так, в ходе проверки ответчик установил, что в спортивном зале школы в приточной системе вентиляции П-2 фактически установлено 5 приточных диффузоров, определить марку которых не представляется возможным ввиду утери заказчиком исполнительной документации. 

При этом проектно-сметной документацией (лист 9 ГР2012.08.001.ОВ2 и ЛС № 02-01-05) предусмотрена установка сопловых распределителей марки 1SBK120 в количестве 5 единиц, которые позволяют распределять подаваемый воздух в диапазоне ± 30° в любом направлении от оси симметрии изделия. 

Таким образом, КСП пришла к обоснованному выводу о том, что установка 5 приточных диффузоров не соответствует условиям контракта № 9, предусматривающим выполнение работ только согласно проектной документации. 

При этом апеллянтом документально не опровергнуты выводы палаты о том, что фактически установленные приточные диффузоры не обеспечивают подачу и распределение воздуха, как это предусмотрено проектной документацией.

Между тем, в пункте 1 акта формы КС-2 от 19.07.2016 № 64 предъявлена стоимость сопловых распределителей 1SBK 120 на сумму 85 376 руб. 17 коп. (5 х 15 036,0 x l,018 х 1,0264  х 1,0234 x 0,9 х 1,18), в пунктах 5 и 6 акта ф. КС-2 от 08.12.2016 № 98 их установка на сумму 3 790 руб. 58 коп.

Выполнение подрядчиком работ по установке в спортивном зале иных приборов (приточных диффузоров), не предусмотренных проектной документацией, с иными функциональными характеристиками (не обеспечивают подачу и распределение воздуха, как это предусмотрено проектной документацией), не направлено на обеспечение достижения целей контракта.

Вопреки доводам подателя жалобы, тот факт, что оплата подрядчику установленных им приточных диффузоров, вместо сопловых распределителей марки 1SBK120, установка которых предусмотрена проектной документацией, свидетельствует именно о нецелевом расходовании средств областного бюджета в связи с фактическим невыполнением подрядчиком тех работы, которые предусмотрены проектной документацией.

Оплата же работ, не предусмотренных такой проектной документацией, не может быть признана правомерной и оправдывающей целевое использование бюджетных средств.

Следовательно, расходование средств в размере 88 746 руб. 37 коп. обоснованно признано КСП нецелевым использованием бюджетных средств, поэтому мотивов для признания недействительным представления КСП в указанной части у суда первой инстанции не возникло. 

Как установлено в ходе проверки, в акте формы КС-2 от 03.02.2015 № 26 заказчику подрядчиком предъявлены шкафы управления с комплексом автоматики.

Вместе с тем, как выявлено палатой, проектом (том ГР2012.08.001.ОВ2), получившим положительное заключение экспертизы, предусмотрена общеобменная и местная приточно-вытяжная с механическим и естественным побуждением.

В частности, проектной документацией (том ГР2012.08.001.АОВ. «Автоматизация систем вентиляции воздуха», подписанный заказчиком к производству работ 09.11.2016) предусматриваются:

- автоматизация защиты, контроля и передачи основных параметров с передачей на пульт диспетчера информации о состоянии систем вентиляции                   П-1 - П-4 и В-1,В-2,

- обеспечение в помещениях требуемых температурных условий для пребывающих в них людей,

- автоматическое отключение систем вентиляции при пожаре. 

Согласно листу 2 Тома 5.4.2.0В2 «Вентиляция» «Предусматривается отключение всех вентиляционных систем при пожаре и включение систем дымоудаления от датчиков пожарной сигнализации», индексацию запыленности воздушного фильтра, индексацию остановки или неисправности вентилятора и т.д.

Вместе с тем при осмотре сотрудникам КСП заявителем не были предъявлены шкафы управления, а также датчики температуры наружного воздуха, которые должны устанавливаться в непосредственной близости от шахты забора воздуха снаружи здания, и комнатные датчики, устанавливаемые на высоте 1,5 м от пола. 

Как установлено проверкой, управление приточными системами П-1, П-2, П-3 осуществляется пускателями, установленными в шкафах питания                     VAK-E-SB, управление системой П-4 осуществляется пультом управления, который в ходе проверки предъявлен не был (проверить его работоспособность не представлялось возможным). Работы по автоматизации приточной вентиляции не отражены ни в проектной документации, получившей положительное заключение государственной экспертизы, ни в журнале работ, ни в исполнительной документации.

Судом установлено, что заявителем в приложении к ходатайству от 30.07.2019 представлена копия паспорта клапана воздушного с алюминиевого с закрытыми шестеренками КВА-2 с ручным приводом, что также не соответствует действительности, поскольку воздушные клапаны (заборные решетки) для работы в автоматическом режиме должны иметь электропривод. 

Таким образом, являются обоснованными выводы палаты и суда первой инстанции о том, что предъявленные заказчику в акте формы КС-2                                от 03.02.2015 № 26 шкафы управления комплексом автоматики на общую сумму 401 436 руб. 57 коп. фактически не установлены (система П-1 акта: в пункт 7 акта включена стоимость шкафа управления комплексом автоматики на сумму 59 162 руб. 01 коп., в пункт 8 акта включена стоимость преобразователя частоты, применяемого для оптимизации электропотребления, но фактически не установленного на объекте на сумму 24 484 руб. 04 коп.; система П-2 акта: в пункт 2а акта включен комплект автоматики ТПА 22001136 на сумму                     131 095 руб. 20 коп.; система П-3 акта: в пункт 28 акта включен комплект автоматики ТПА 22001136 на сумму 131 095 руб. 20 коп.; система П-4 акта: в пункт 33 акта включен шкаф управления с комплексом автоматики на сумму 55 600 руб. 12 коп.).

Вопреки доводам подателя жалобы, расходование средств областного бюджета в размере 374 580 руб. 46 коп. (монтаж шкафов управления комплексом автоматики) обоснованно признано ответчиком нецелевым расходованием бюджетных средств. 

Кроме того, при осмотре школы (акт осмотра от 22.11.2018) ведущим инспектором ФИО9 в присутствии директора школы, представителей администрации и ООО «Регион-Инвест» установлено, что на фасадах здания на уровне пола 2-го этажа установлены прожекторы в количестве 10 штук марки VKL 100 W, крепление выполнено без кронштейнов. 

При этом в ходе проверки документация на данные прожекторы представлена не была. 

С разногласиями на акт проверки администрация предъявила в КСП только паспорт на светильники. 

Иные документы, подтверждающие расходы подрядчика на приобретение данных светильников (счета-фактуры, акты, квитанции и пр.), документы о выполнении данных работ подрядчиком, в том числе о согласовании их выполнения с заказчиком, подателем жалобы не представлено. При этом работы по установке данных прожекторов в актах формы КС-2 отсутствуют.

Вместе с тем, как установлено судом, томом 5.1.3 «Наружные сети электроснабжения» проектной документации (шифр ГР2012.08.001.ЭСН), а также разделом сметной документации ЛСР № 04-01-01 предусмотрены работы по устройству наружной сети электроосвещения. 

Согласно листу 2 раздела проектной документации наружное предусмотрены светильники типа ЖКУ 10-250-025 с лампами ДНаТ-250 по фасаду здания с креплением на кронштейнах к кирпичной стене в количестве 9 штук.

КСП установлено, что виды работ, предъявленных заказчику к оплате в актах формы КС-2 от 26.10.2016 № 84 на сумму 178 124 руб. 39 коп.,                           от 30.01.2017 № 104 на сумму 27 256 руб. 01 коп., по наименованию полностью соответствуют проектной и сметной документации. 

Вместе с тем, поскольку фактического выполнения подрядчиком указанных видов работ в ходе проверки выявлено не было, а заявитель таких доказательств в ходе рассмотрения дела в суде не представил, суд правомерно признал обоснованным вывод ответчика о том, что денежные средства в размере 205 380 руб. 40 коп. направлены на оплату фактически невыполненных работ.

Настаивая в апелляционной жалобе на фактическом выполнении спорного вида работ по установке по фасаду школы именно того вида и того количества светильников, которые предусмотрены проектной документацией, администрация не представила допустимых доказательств, достоверно подтверждающих наличие этих светильников в натуре на момент осмотра здания школы, проведенного сотрудниками палаты в присутствии представителей заказчика и подрядчика, тогда как в ходе осмотра факт выполнения названных работ не подтвердился.

При этом суд обоснованно не принял во внимание довод заявителя о том, что над входом в школу установлено 5 светильников, поскольку, как установлено КСП, указанные светильники относятся к системе внутреннего электроосвещения и работы по их выполнению учтены в разделе системы внутреннего электроосвещения (пункт 4 таблицы № 46 акта проверки), что не отрицается и документально не опровергнуто заявителем в суде апелляционной инстанции. 

Между тем судом по материалам дела установлено, что данные светильники также учтены в плане расположения оборудования (лист 11 раздела проектной документации ГР2012.01001.ЭО). В отношении указанных работ у ответчика замечаний не имелось.  

Таким образом, само по себе предъявление заявителем в материалы судебного дела копии паспорта на прожектор светодиодный не свидетельствует о фактическом установлении спорных светильников, модели и способ крепления которых на фасаде здания школы предусмотрены проектной документацией.   

С учетом изложенного апелляционная коллегия поддерживает вывод обжалуемого решения о том, что расходование средств областного бюджета в размере 204 314 руб. 69 коп. на монтаж наружного освещения обоснованно признано ответчиком нецелевым расходованием бюджетных средств. 

Помимо этого палатой в ходе проверки выявлено, что в листе 3 тома 2 проектной документации «Схема  планировочной   организации  земельного  участка» (шифр ГР2012.08.001.ГП) и в разделе сметной документации ЛСР                 № 07-01-03 «Озеленение» предусмотрены работы по устройству озеленения. 

Так, в соответствии с указанными разделами должны быть высажены береза бородавчатая – 18 штук (возраст 5 лет, с комом 0,8x0,8x0,6 м); рябина обыкновенная – 31 штук (возраст 5 лет, с комом 0,8x0,8x0,6м); сирень –                      18 штук (возраст 1 год, саженец). Также должен быть выполнен партерный газон общей площадью 3 984 кв. м и высажена примула на площади 144 кв. м.

Согласно первичным документам подрядчика, работы по устройству озеленения предъявлены заказчику к оплате в актах формы КС-2 от 19.07.2016 № 68 на сумму 2 229 949 руб. 26 коп., от 17.11.2016 № 87 на сумму                          1 956 866 руб. 84 коп., от 30.01.2017 № 118 на сумму 474 697 руб. 35 коп. (общая стоимость представленных к оплате работ составила 4 661 513 руб.                 45 коп.), при этом объем работ, отраженный в вышеуказанных актах, полностью соответствует разделу сметной документации, указанному выше.

Между тем в ходе проведенного КСП осмотра (акт осмотра от 22.11.2018) проверяющими установлено, что фактически высажено только 25 деревьев высотой до 1,0 м, также высажен кустарник, стоимость которого в составе актов формы КС-2 не предъявлялась. 

Поскольку осмотр объекта благоустройства территории проводился в ноябре, на большей части деревьев не было листвы, поэтому палате не представилось возможным установить вид высаженных деревьев, поэтому КСП из 25 зафиксированных деревьев в процентном соотношении принято 37 % березы (9 штук) и 63 % рябины (16 штук), сирень при осмотре вообще не обнаружена. 

По данным КСП сумма невыполненных работ по расчету ответчика составила 319 707 руб. 63 коп., в том числе в составе актов формы КС-2                        от 19.07.2016 № 68 на сумму 179 892 руб. 91 коп., от 17.11.2016 № 87 на сумму 139 814 руб. 72 коп. 

Стоимость невыполненных объемов работ определена в смете, выполненной в программном комплексе «Гранд-Смета», расчет представлен в приложениях № 52, 53 к акту проверки. 

При этом присутствовавшие при проведении осмотра и составлении акта осмотра 22.11.2018 представители администрации и ООО «Регион-Инвест» замечаний по пункту 7 «Озеленение» акта не заявляли.

Кроме того, палатой установлено, что на представленном администрацией плане участка школы отсутствуют отметки о высаженных деревьях в отличии от плана благоустройства, представленного на листе 3 раздела проектной документации шифр ГР2012.08.001.ГП. 

Исполнительная схема, составление которой в рассматриваемый период предусматривалось ГОСТ Р 51872-2002 «Документация исполнительная геодезическая. Правила выполнения», заявителем в материалы дела вообще не представлена.

Суд обоснованно отклонил ссылку апеллянта на представленную им в материалы дела в обоснование возражений по рассматриваемом эпизоду фототаблицу «Озеленение», из которой, как настаивает администрация, якобы можно установить наличие 31 саженца, из них березы - 4 штуки, рябины - 11 штук, сирени -13 штук, калины - 3 штуки. 

В данном случае названные фотографии не могут быть признаны допустимыми доказательствами, достоверно подтверждающими указанные заявителем факты наличия на участке данных видов саженцев, поскольку зафиксированное в названных фотографиях изображение саженцев деревьев и кустарников не позволяет определить их виды.

Названные фотографии составлены администрацией в одностороннем порядке, без участия уполномоченных представителей КСП, проводивших осмотр территории благоустройства школы в ноябре 2018 года.

Также на данных фотографиях отсутствуют сведения о том, кем именно они выполнены, сведения о дате и времени их создания, адресе объекта, применительно к которому произведено фотографирование игрового оборудования. 

С учетом данных осмотра территории, проведенного проверяющими в присутствии представителей заявителя и подрядчика, отсутствия в деле исполнительных схем, суд правомерно согласился с выводом ответчика о невыполнении подрядчиком работ по озеленению на сумму, указанную в обжалуемом представлении. 

При таких обстоятельствах оснований для признания недействительным пункта 9.3 представления по оспариваемым заявителем эпизодам в данном случае не имеется.

Также в ходе проверки КСП выявила, что при благоустройстве территории школы фактически установлено 6 спортивных снарядов, урны бетонные – 8 штук, скамьи – 4 штуки. 

К оплате установка малых архитектурных форм (далее – МАФ) предъявлена в акте формы КС-2 от 30.01.2017 № 134 на сумму 167 067 руб.                 52 коп., включая налог на добавленную стоимость.

При этом наименование и объем работ, отраженный в вышеуказанном акте, полностью соответствует разделу сметной документации ЛСР № 07-01-05 «Малые архитектурные формы».

Вместе с тем при фактическом осмотре здания школы (акт осмотра                   от 27.11.2017), проведенного комиссией в составе директора муниципального бюджетного образовательного учреждения «ФИО10 № 13» ФИО11, начальника управления капитального строительства и экологии администрации ФИО12, спортивная площадка с устройством МАФ не выполнена. 

Товарная накладная на МАФ № 96, представленная в ходе проведения проверки, датирована 26.07.2018, то есть после приемки и оплаты МАФ в составе акта формы КС-2 от 30.01.2017 № 134.

Следовательно, работы по установке МАФ приняты заказчиком в составе справки форма КС-3 от 30.01.2017 № 27 на сумму 139 551 руб. 50 коп. и оплачены заказчиком платежными поручениями от 28.12.2017 № 43014, от 18.08.2017 № 859962, от 01.03.2018 № 887961, от 08.06.2018 № 101035, от 05.09.2018 № 58125, от 03.05.2018 № 598620, от 15.12.2017 № 218542 на момент их фактического отсутствия как таковых на объекте обследования. 

Между тем в соответствии с пунктом 18 Порядка № 6-па/1 (в редакции, действовавшей в рассматриваемый период) оплата стоимости товаров, работ, услуг, предусмотренных в муниципальных контрактах, заключенных в целях строительства (реконструкции, в том числе с элементами реставрации, технического перевооружения) объектов капитального строительства и (или) приобретения объектов недвижимого имущества, осуществляется органами местного самоуправления муниципальных образований в соответствии с объемами фактически переданных товаров, выполненных работ, оказанных услуг с учетом ранее уплаченного аванса и которые ранее не были оплачены.

При этом пунктом 1.2 соглашения № 06/2017 предусмотрена обязанность получателя средств (администрации) выполнять требования Порядка № 6-па/1.

Однако материалами дела подтверждается, что администрация при оплате стоимости невыполненных на момент перечисления средств работ нарушила условия предоставления субсидии из областного бюджета. 

Суд правомерно отклонил довод заявителя о том, что по факту оплаты подрядчику работ по установке МАФ ответчиком не доказано нецелевое расходование бюджетных средств в размере 160 535 руб. 18 коп., поскольку, как верно отмечено судом, по данному эпизоду в пункте 9.6 оспариваемого представления администрации вменено в вину использование бюджетных средств с нарушением условий их предоставления. При этом нецелевое расходование бюджетных средств по указанному виду нарушению заявителю в вину не вменяется.

Вместе с тем администрация последовательно в совей апелляционной жалобе настаивает на том, что ею не допущено нецелевого использования бюджетных средств по эпизоду, отраженному в пункте 9.6 оспариваемого представления, что, тем не менее, фактически заявителю в вину не вменяется.

Мотивированных возражений относительно того, что фактически КСП по рассматриваемому эпизоду установила использование заказчиком бюджетных средств с нарушением условий их предоставления, апеллянтом в своей жалобе не приведено.     

При таких обстоятельствах оснований для признания пункта 9.6 представления недействительным не имеется. 

Также палатой в ходе совместного с заявителем и третьим лицом осмотра, проведенного 22.11.2018, выявлено, что администрацией оплачены работы по устройству проездов и дорожек (проездов на территории школы, хозяйственной площадки, отмостки по периметру здания, а также пешеходных дорожек, выполненных из асфальтобетона) по завышенной стоимости. При этом проезды ограничены бортовым камнем из железобетона.

Так, заказчиком представлены протоколы испытания на асфальтобетонную смесь типа Б марки I, а также журнал испытания образцов асфальтобетонной смеси, взятых из смесителя.

Палатой установлено, что в акте формы КС-2 от 30.01.2017 № 115 на сумму 2 019 982 руб. 40 коп. к оплате предъявлены работы по асфальтированию проездов асфальтобетонной смесью типа Б марки I. 

В качестве обоснования стоимости данного материала в акте КС-2                       от 08.12.2016 № 115 указана «справка о стоимости», согласно которой стоимость 1 т смеси – 5 230 руб. 24 коп. в ценах 4-го квартала 2012 года,                      947 руб. 51 коп. в базисных ценах 2001 года.

Пи этом на запросы КСП о предоставлении справка о стоимости 1 куб. м асфальтобетонной смеси типа Б марки I, израсходованной на объекте согласно акту о приемке выполненных работ формы КС-2 от 08.12.2016 № 115, администрация в ходе проверки документы и пояснения по стоимости не представила. 

Оценив доводы сторон и имеющиеся в деле доказательства, суд согласился с правовой позицией КСП, при этом обоснованно руководствовался следующим.

В силу пункта 3.30 МДС 81-35.2004 (Методики определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации) базисно-индексный метод определения стоимости строительства основан на использовании системы текущих индексов по отношению к стоимости, определенной в базисном уровне цен. 

Стоимость асфальтобетонной смеси типа Б марки I (шифр расценки ФССЦ-410-0002) в базисных ценах ФЕР-2001 составляет 519 руб., что                          на 428 руб. 51 коп. (947,51 – 519,00) меньше стоимости, указанной подрядчиком в акте формы КС-2 от 08.12.2016 № 115.

Согласно пункту 4.25 МДС 81-35.2004 определение текущих цен на материальные ресурсы по конкретной стройке осуществляется на основе исходных данных, получаемых от подрядной организации, а также поставщиков и организаций-производителей продукции.

Как установлено судом, в связи с тем, что справка в обоснование стоимости заявителем в ходе проверки не была представлена, ответчик на основании пункта 3.30 МДС 81-35.2004 произвел расчет стоимости работ по укладке асфальтобетонной смеси с применением базисной расценки стоимости асфальтобетонной смеси типа Б марки 1 (шифр расценки ФССЦ-410-0002) (приложение № 58 к акту проверки). 

Так, согласно расчету КСП стоимость фактически выполненных работ составляет 1 239 213 руб. 12 коп. с учетом лимитированных затрат, понижающего коэффициента и налога на добавленную стоимость (18 %). 

На основании изложенного является правильным вывод суда, что КСП правомерно установила, что подрядчиком стоимость выполнения работ завышена на 780 769 руб. 28 коп. (2 019 982,40 – 1 239 213,12). 

При этом заявитель контррасчет завышения стоимости работ в материалы дела не представил. 

Возражая против выводов суда первой инстанции по рассматриваемому эпизоду, администрация ссылается на те же документы, которые уже были исследованы судом и им дана надлежащая оценка в обжалуемом решении.

При этом, поскольку заявителем не представлено пояснений относительно того, по какой причине стоимость асфальтобетонной смеси была определена не в соответствии с принятыми расценками, как это необходимо в силу пункта 4.24 Методики определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации (МДС 81-35.2004), пункта 30 Положения о составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16.02.2008 № 87, пункта 4.3.4 положительного заключения повторной государственной экспертизы проектной документации на строительство школы от 01.07.2013 № 29-1-5-0085-13, а на только основании некой справки, так и не представленной в КСП в ходе проверки и в материалы дела, то судом первой инстанции  правомерно сделан вывод об обоснованности пункта 2.1 резолютивной части оспариваемого представления в части причинения областному бюджету ущерба в виде неподтвержденной стоимости работ по укладке асфальтобетонной смеси на сумму 780 769 руб. 28 коп.

При таких обстоятельствах все доводы апелляционной жалобы администрации не нашли своего документального подтверждения, а направлены лишь на несогласие с оценкой судом имеющихся в деле доказательств, что само по себе не является безусловным основанием для отмены решения суда в части отказа в удовлетворении заявленных требований.

Вместе с тем коллегия судей считает, что апелляционная жалоба КСП подлежит удовлетворению ввиду следующего.

Как установлено судом, выводы палаты о ничтожности дополнительных соглашений от 19.09.2014 б/н, от 07.12.2016 № 4 к рассматриваемому контракту № 9, заключенному с ООО «Регион-Инвест», в части увеличения цены контракта в связи с выполнением дополнительного объема работ и установления в них иных сроков выполнения подрядных работ, не основаны на нормах законодательства, действовавшего в период их заключения. 

В связи с этим суд согласился с доводами КСП о ничтожности заключенных дополнительных соглашений, подрядчиком (ООО «Регион-Инвест») допущена просрочка исполнения обязательств по контракту № 9 в количестве 786 календарных дней (с 15.10.2014 по 08.12.2016). 

Однако суд посчитал, что поскольку в полномочия палаты в соответствии с положениями части 1 статьи 9 Закона № 6-ФЗ не входит контроль за использованием средств местных бюджетов (за исключением случаев, установленных БК РФ, в частности, пункта 2 части 4 статьи 136, части 2              статьи 264.4 БК РФ), то, возлагая на заявителя (заказчика) выполнить обязанность, установленную в части 6 статьи 34 Закона № 44-ФЗ, по предъявлению к подрядчику мер ответственности в виде пеней за период и в сумме, указанной в пункте 2.4 резолютивной части оспариваемого представления, путем  направления в адрес ООО «Регон-Инвест» (подрядчика, с которым заключен контракт № 9) требования об уплате неустойки за просрочку исполнения обязательств по этому контракту, КСП вышла за пределы своих полномочий, обязывая администрацию направить указанному подрядчику требование об уплате неустойки за просрочку выполнения обязательств.

Апелляционная коллегия не может согласиться с таким выводом суда, исходя из следующего.

Как указано ранее в настоящем постановлении, в силу статей 157, 265, 268.1 БК РФ, Закона № 6-ФЗ, Закона № 288-22-ОЗ КСП вправе осуществлять контроль за исполнением бюджета Архангельской области, в том числе за законностью, результативностью (эффективностью и экономностью) использования средств областного бюджета и иных источников, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а также контроль за законностью, результативностью использования межбюджетных трансфертов, предоставленных из областного бюджета бюджетам муниципальных образовании Архангельской области.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона № 6-ФЗ КСП наделена следующими полномочиями: 

- контроль за исполнением бюджета субъекта Российской Федерации (подпункт 1); 

- организация и осуществление контроля за законностью, результативностью (эффективностью и экономностью) использования средств бюджета субъекта Российской Федерации, средств бюджетов территориальных государственных внебюджетных фондов и иных источников, предусмотренных законодательством Российской Федерации (подпункт 4); 

- контроль за законностью, результативностью (эффективностью и экономностью) использования межбюджетных трансфертов, предоставленных из бюджета субъекта Российской Федерации бюджетам муниципальных образований, расположенных на территории субъекта Российской Федерации, а также проверка местного бюджета в случаях, установленных Бюджетным кодексом Российской Федерации (подпункт 9); 

- иные полномочия в сфере внешнего государственного финансового контроля, установленные федеральными законами, конституцией (уставом) и законами субъекта Российской Федерации (подпункт 12).

Аналогичные полномочия заключены в подпунктах 1, 4, 9 пункта 1           статьи 8 Закона № 288-22-ОЗ и согласуются с абзацем четвертым пункта 1 статьи 268.1 БК РФ.

В данном случае в рамках контрольного мероприятия, в ходе которого выявлены нарушения и недостатки, в отношении заявителя (апеллянта) палатой реализованы полномочия, предусмотренные подпунктом 9 пункта 1 статьи 9 Закона № 288-22-ОЗ, а именно контроль за законностью, результативностью (эффективностью и экономностью) использования межбюджетных трансфертов, предоставленных из областного бюджета бюджету Вельского муниципального района на строительство школы в деревне Погост Вельского района.

Кроме того, подпунктом 15 пункта 1 статьи 8 Закона № 288-22-ОЗ к полномочиям КСП отнесен в том числе аудит в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд в соответствии с Законом о контрактной системе.

Для строительства школы использованы средства бюджета Архангельской области, следовательно КСП вправе проводить аудит и контракта № 9, заключенного с ООО «Регон-Инвест».

Аудит в этой сфере представляет собой анализ результатов закупочной деятельности, он направлен на достижение целей закупок, оценку эффективности закупочной деятельности, проводимых закупок, систематизации полученных сведений и выработки предложений по оптимизации действующей модели закупок.

Согласно части 2 статьи 98 Закона № 44-ФЗ органы, указанные в части 1 этой же статьи (далее - органы аудита в сфере закупок), в пределах своих полномочий осуществляют анализ и оценку результатов закупок, достижения целей осуществления закупок, определенных в соответствии со статьей 13 указанного закона (в редакции, действовавшей на момент проведения проверки).

В силу части 3 этой же статьи Закона для достижения целей, указанных выше, органы аудита в сфере закупок осуществляют экспертно-аналитическую, информационную и иную деятельность посредством проверки, анализа и оценки информации о законности, целесообразности, об обоснованности, о своевременности, об эффективности и о результативности расходов на закупки по планируемым к заключению, заключенным и исполненным контрактам.

В соответствии с частью 4 этой же статьи Закона № 44-ФЗ органы аудита в сфере закупок обобщают результаты осуществления деятельности, в том числе устанавливают причины выявленных отклонений, нарушений и недостатков, подготавливают предложения, направленные на их устранение и на совершенствование контрактной системы в сфере закупок, систематизируют информацию о реализации указанных предложений и размещают в единой информационной системе обобщенную информацию о таких результатах.

Этим целям аудит палатой муниципального контракта № 9, результатом которого должно быть исполнение обязательств МО «Вельский муниципальный район» по строительству школы на 90 мест в деревне Погост Вельского района, соответствует.

Эффективность закупочной деятельности не мыслится без достижения планируемого результата в установленный контрактом срок, а при нарушении последнего, без получения компенсации вызванных этим издержек в размере, предусмотренном контрактом.

В рассматриваемом случае палатой и судом установлена ничтожность дополнительных соглашений к контракту № 9, которыми незаконно продлевался окончательный срок выполнения работ по указанному контракту. 

В связи с этим по итогам проверки ответчик пришел к выводу о том, что в связи с ничтожностью дополнительных соглашений подрядчиком допущена просрочка исполнения обязательств по контракту № 9 в количестве 786 календарных дней (с 15.10.2014 по 08.12.2016), что отражено в пункте 6 оспариваемого представления, при этом администрацией в нарушение части 6 статьи 34 Закона № 44-ФЗ не выполнена обязанность по предъявлению подрядчику мер ответственности в виде пеней в размере 14 186 370 руб.                   21 коп., в том числе за просрочку исполнения обязательства в течение                    2016  года – 3 218 414 руб. 20 коп. (по состоянию на 18.12.2018). 

В пункте 2.4 резолютивной части представления заявителю предложено направить подрядчику ООО «Регон-Инвест» требование об уплате неустойки за просрочку выполнения обязательств (пункт 6 представления).  

В данном случае администрацией и ООО «Регон-Инвест» заключен муниципальный контракт, а не гражданско-правовой договор, следовательно его исполнение регламентируется Законом о контрактной системе, в соответствии со статьей 1 которого указанный Федеральный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в части, касающейся, в том числе, исполнения контрактов.

В соответствии с пунктом 4 статьи 34 названного Закона в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом. 

Пунктом 6 статьи 34 Закона о контрактной системе предусмотрено, что в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Таким образом, с 01.01.2014 на администрацию возложена обязанность по взысканию неустоек (штрафов, пеней) за неисполнение или ненадлежащее исполнение подрядчиками обязательств по муниципальным контрактам в соответствии с частью 6 статьи 34 Закона № 44-ФЗ.

Учитывая изложенное, требование об уплате неустойки поставщиком (подрядчиком, исполнителем) за ненадлежащее исполнение обязательств по муниципальному контракту является обязанностью, а не правом муниципального заказчика, в данном случае администрации.

При этом на основании абзаца пятого части 3 статьи 41 БК РФ средства от применения мер гражданско-правовой ответственности (в данном случае неустойка) относятся к неналоговым доходам бюджетов бюджетной системы Российской Федерации.

В соответствии с положениями статьи 6 БК РФ главным администратором доходов бюджетов является определенный законом (решением) о бюджете орган государственной власти (государственный орган), орган местного самоуправления, орган местной администрации, орган управления государственным внебюджетным фондом, Центральный банк Российской Федерации, иная организация, имеющие в своем ведении администраторов доходов бюджета и (или) являющиеся администраторами доходов бюджета, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Таким образом, главный администратор доходов бюджетов может иметь в своем ведении администраторов доходов бюджета, но одновременно и сам является администратором доходов бюджета.

В силу абзаца третьего части 2 статьи 160.1 БК РФ администратор доходов бюджета обладает бюджетными полномочиями по осуществлению взыскания задолженности по платежам в бюджет, пеней и штрафов.

Администрация не отрицает тот факт, что в силу указанной правовой нормы обладает бюджетными полномочиями по осуществлению взыскания задолженности по платежам в бюджет, пеней и штрафов

Согласно статье 34 названного Кодекса принцип эффективности использования бюджетных средств означает, что при составлении и исполнении бюджетов участники бюджетного процесса в рамках установленных им бюджетных полномочий должны исходить из необходимости достижения заданных результатов с использованием наименьшего объема средств (экономности) и (или) достижения наилучшего результата с использованием определенного бюджетом объема средств (результативности).

Органы местного самоуправления, к числу которых относится администрация, являются объектом внешнего государственного финансового контроля в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 9 Закона № 6-ФЗ, статьей 8.1 Закона № 288-22-ОЗ.

В предмет контроля КСП входил, в частности, контроль за использованием средств бюджета Архангельской области, из которых в том числе состояла субсидия, выданная администрации согласно региональной адресной программе и заключенному в соответствии с ней соглашению.

Таким образом, исходя из совокупности полномочий КСП, установленных Законом № 6-ФЗ и статьей 98 Закона о контрактной системе, проведение проверки соблюдения муниципальным заказчиком, использующим средства межбюджетного трансферта, законодательства о контрактной системе с последующим направлением ему требований в форме представления по устранению выявленных нарушений входит в объем установленных полномочий палаты.  

Предложение администрации в пункте 2.4 резолютивной части оспариваемого представления КСП принять меры к истребованию с                       ООО «Регон-Инвест» неустойки за нарушение исполнения муниципального контракта, направлено на получение компенсации от правонарушения, допущенного последним, создание условий, предостерегающих в дальнейшем лиц, заключивших подобные муниципальные контракты, от такого поведения, пополнение бюджета и использования полученных средств на цели, поставленные перед их получателем. Принятие указанных мер не только не нарушает права (законные интересы) органа местного самоуправления, а, напротив, обусловлено заботой и о нем, и о населении, проживающем на территории субъекта Российской Федерации.

В свою очередь, вывод суда первой инстанции о том, что в данном случае КСП палата, по сути, осуществила контроль за использованием средств местного бюджета, не основан на обстоятельствах настоящего спора и имеющихся в деле доказательствах, поскольку принятие заказчиком мер по взысканию с подрядчика нестойки за нарушение условий (срока) выполнения муниципального контракта направлено лишь на возможность пополнения бюджета, но никак не связано с использованием самим заказчиком средств бюджета муниципального образования.     

В данном случае, вопреки выводу суда, предложение палатой администрации МО «Вельский муниципальный район» направить в адрес подрядчика требование об уплате неустойки, не связано с полномочиями администрации по исполнению бюджета муниципального района, предусмотренными, как указал суд, абзацем двенадцатым части 1 статьи 2, пунктом 1 части 1 статьи 15 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», а обусловлено исключительно обязанностью администрации как заказчика по муниципальному контракту, заключенному в рамках Закона                    № 44-ФЗ, исполнить положения части 6 статьи 34 этого Закона и раздела 16 контракта № 9.

При этом какого-либо вмешательства КСП в деятельность администрации как органа власти, исполняющего бюджет муниципального района, в данном случае оспариваемым представлением, в том числе               пунктом 2.4 его резолютивной части, не производится. 

Более того, из содержания части 1 статьи 4 АПК РФ следует, что обращение лица в суд должно преследовать цель защиты его нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Основанием для признания незаконными решений, действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, является наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону (иному нормативному правовому акту) и нарушение прав (законных интересов) лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской (иной экономической) деятельности (часть 1 статьи 198, часть 2 статьи 201 АПК РФ).

Как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 20.12.2016 № 2665-О, в развитие закрепленной в статье 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина, объединения граждан часть 1 статьи 4 АПК РФ устанавливает, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном данным Кодексом. Тем самым в нормах арбитражного процессуального законодательства, конкретизирующих положения статьи 46 Конституции Российской Федерации, находит свое отражение общее правило, согласно которому любому лицу судебная защита гарантируется исходя из предположения, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и были нарушены (либо существует реальная угроза их нарушения).

Положения статей 65 и 201 АПК РФ, ставя возможность удовлетворения арбитражным судом заявления об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц в зависимость от выявления арбитражным судом нарушения оспариваемым решением или действием (бездействием) прав и свобод заявителя, что предполагает наличие у последнего обязанности доказать в ходе судебного заседания факт такого нарушения, конкретизируют тем самым положения Конституции Российской Федерации, ее статьи 46.

Таким образом, обращаясь в суд с заявлением об оспаривании ненормативного правового акта соответствующего органа, лицо должно доказать нарушение своего права и то, что используемый им способ защиты влечет пресечение такого нарушения и восстановление нарушенного права. 

При этом юридический интерес заявителя может быть лишь в защите собственного права, поскольку если право ему не принадлежит, судебное решение по делу не породит для него никаких правовых последствий.

Между тем администрацией не указано, какие именно права и законные интересы заявителя нарушаются пунктом 2.4 резолютивной части оспариваемого представлении. 

В свою очередь, суд апелляционной инстанции не усматривает в указанной части какого-либо нарушения прав или законных интересов заявителя.

Отсутствие предусмотренной статьей 198 АПК РФ совокупности условий, необходимой для оспаривания ненормативного правового акта, действия (бездействия), решения, влечет в силу части 3 статьи 201 АПК РФ отказ в удовлетворении заявленных требований.

Таким образом, у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для признания недействительным пункта 2.4 резолютивной части представления КСП от 12.03.2019 № 01-02/282 и удовлетворения в этой части заявленных администрацией требований.

Следовательно, решение суда подлежит отмене в указанной части в связи с неправильным применением судом норм материального права и частичным несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в данном решении, обстоятельствам дела, а также изменению путем исключения из его резолютивной части абзаца первого.

В остальной части решение суда подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Архангельской области от 07 ноября                       2019 года по делу № А05-7055/2019 отменить в части признания недействительным пункта 2.4 резолютивной части представления Контрольно-счетной палаты Архангельской области от 12.03.2019 № 01-02/282.

В удовлетворении требований администрации муниципального образования «Вельский муниципальный район» Архангельской области в указанной части отказать.

Решение Арбитражного суда Архангельской области от 07 ноября               2019 года по делу № А05-7055/2019 изменить, исключив абзац первый его резолютивной части.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу администрации муниципального образования «Вельский муниципальный район» Архангельской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий                                     А.Ю. Докшина

Судьи                   Е.А. Алимова

                   Е.Н. Болдырева