СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-19338/2018(12,13,14)-АК

Дело № А50-23861/2017

30 августа 2023 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 24 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 августа 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С.,

судей                               Мартемьянова В.И., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего: ФИО2, паспорт, доверенность от 10.08.2023,

от ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 18.05.2023,

от ПАО «Сбербанк России»: ФИО5, паспорт, доверенность от 22.03.2022,

от иных лиц, участвующих в деле, не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционные жалобы ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Проспект», конкурсного управляющего ФИО6

на определение Арбитражного суда Пермского края  от 27 июня 2023  года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности и заявления ФИО3 взыскании убытков с контролирующих должника лиц,

вынесенное в рамках дела № А50-23861/2017 

о признании общества с ограниченной ответственности «Промышленные линии»  (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

ответчики: ФИО14,  общество с ограниченной ответственности «Уральская агропромышленная компания», ФИО16, ФИО7, общество с ограниченной ответственности «Другое дело», ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО17, ФИО10, ФИО11,

третьи лица: общество с ограниченной ответственности «Ашатли-молоко», конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственности «Ашатли-молоко» ФИО12, общество с ограниченной ответственности «Уральская агропромышленная компания-менеджмент», общество с ограниченной ответственности «Альтернатива-Гейм»,

установил:

решением суда от 07.04.2018 ООО «Промышленные линии» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО13. 

Определением суда от 19.02.2021 ФИО13 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Конкурсный управляющий 23.11.2021 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО14 и ООО «Уральская агропромышленная компания» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которое было принято судом к производству и назначено к рассмотрению на 16.02.2022.

В материалы дела 15.02.2022 от конкурсного управляющего поступило заявление об изменении исковых требований, привлечении соответчиков. Судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнение было принято, в качестве соответчиков привлечены ФИО7, ООО «Другое дело». 

Определением суда от 24.02.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ООО «Ашатли-молоко», временный управляющий ООО «Ашатли-молоко» ФИО12, ООО «Уральская агропромышленная компания-менеджмент», ООО «Альтернатива-Гейм».

Определением суда от 06.04.2022 к участию в споре в качестве соответчиков привлечены ФИО15, ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО17, ФИО10, ФИО11

Конкурсный управляющий в судебном заседании представил в материалы дела копию акта выездной налоговой проверки от 21.10.2020, пояснил, что согласно акту налоговой проверки, денежные потоки предприятий осуществляли ФИО16 совместно со ФИО14, в порядке статьи 49 АПК РФ просил принять уточнения к заявлению об изменении оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, просил привлечь солидарно ФИО14, ФИО16, ФИО7, ООО «Уральская агропромышленная компания», ООО «Другое дело», ФИО15, ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО17, ФИО10, ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника.

В порядке статьи 49 АПК РФ уточнение заявленных требования принято судом, в качестве соответчика привлечена ФИО16

23.05.2022 от конкурсного управляющего поступило ходатайство об отказе от требований к ответчику ФИО15

В порядке статьи 49 АПК РФ частичный отказ от требований принят судом.

Представитель ФИО3 в судебном заседании заявил ходатайство об объединении дел в одно производство. Из ходатайства усматривается, что ФИО3 19.05.2022 в суд подано заявление о взыскании убытков в размере 410 899 000 руб. с ряда физических лиц, в том числе ответчиков по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, заявление о взыскании убытков связано с заключением сделки по отчуждению 100% доли в уставном капитале ООО «Нива», которая была признана недействительной. 

Определением суда от 01.06.2022 суд исключил ФИО15 из числа ответчиков, объединил в одно производство для совместного рассмотрения заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности и заявление ФИО3 о взыскании убытков, отложил рассмотрение спора до 20.06.2022.

30.09.2022 от ФИО3 в материалы дела поступило заявление об уменьшении размера заявленных требований, просит взыскать с ответчиков солидарно убытки в размере 246 358 433,78 руб.

В порядке статьи 49 АПК РФ уточнение заявленных требований принято судом.

Определением суда от 27.06.2023 (резолютивная часть от 22.05.2023) в удовлетворении заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности и о взыскании убытков отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3, ООО «Проспект», конкурсного управляющего ФИО6 обратились с апелляционными жалобами.

ФИО3 просит определение изменить в части отказа в удовлетворении заявления ФИО3 о взыскании убытков. В указанной части взыскать солидарно с ООО «Уральская агропромышленная компания», ФИО14, ФИО7, ООО «Полюс Инжиниринг», ПАО «Сбербанк России» в пользу должника убытки в размере 246 358 433, 78 руб. 

ФИО3 приводит обстоятельства совершения сделки купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Нива». Отмечает, что для должника договор купли-продажи от 15.04.2015 фактически являлся безвозмездной сделкой, договоры купли-продажи и новации фактически прикрывали безвозмездный вывод имущества, принадлежащего должнику. Определением суда от 20.10.2021 указанные сделки признаны недействительными, применены последствия их недействительности. Полагает, что обстоятельства, установленные определением суда от 20.10.2021, имеют преюдициальный характер. ФИО3 не согласен с выводами суда о том, что он являлся конечным бенефициаром в направлении девеломпента.  Указывает, что в определении суда от 04.07.2022 установлено, что конечными бенефициарами в направлении девеломпента являлись ФИО10. и ФИО9 Отмечает, что не могло быть разумной договоренности по передаче актива стоимостью несколько сотен миллионов взамен векселей фирмы – однодневки с датой погашения – через 8 лет. Относительно причин, по которым ФИО3 не интересовался спорной сделкой отмечает, что в 2015 году до момента введения конкурсного производства в отношении ООО «Проспект» в конце 2017 года ФИО3 занимался исключительно недопущением срыва строительства дома и обеспечивал соблюдение прав дольщиков. В начале 2018 года, в том числе, по инициативе учредителей конкурсный управляющий должника стал оспаривать сделку с долей ООО «Нива». Оспаривает выводы суда о том, что вывод единственного актива из имущественной массы должника по безвозмездной ничтожной сделке не причинил ущерба должнику и его кредиторам. Указывает, что аналогично тому как была выведен единственный актив (доля в уставном капитале ООО «Нива») из имущественной массы должника по безвозмездной ничтожной сделке, аналогичным образом ФИО14, ООО «Уральская агропромышленная компания», ПАО «Сбербанк России» вывели из имущественной массы ООО «ТСГ» (ранее – ООО «УК Ашатли») доли в уставном капитале иных обществ, входящих в группу «Ашатли». Данный вывод активов также был оспорен в судебном порядке.  Считает, что ФИО14, ООО «Уральская агропромышленная компания», ПАО «Сбербанк России» вывели всю группу, образующую огромный, рентабельный бизнес, приносящий доход, безвозмездно. Отмечает, что стоимость доли на момент ее отчуждения определена в определении от 20.10.2021 и составляет 246 358 434,78 руб. При этом указывает, что у должника выбыл ликвидный актив, а после его принудительного возврата в конкурсную массу его стоимость упала до 1 руб. Апеллянт приводит соответствующие расчеты. По его мнению, размер убытков составляет: 246 358 434,78 – 1,00 = 246 358 433,78 руб. Отмечает, что выдав в пользу ООО «Нива», ООО «Пихтовское» кредиты по семи кредитным договорам на общую сумму 484 666 916,18 руб., ПАО «Сбербанк России» получило от всей группы компаний «Ашатли» в счет исполнения обязательств по состоянию на 10.11.2021 сумму в размере 1 043 733 565,50 руб. Полагает. что при таких обстоятельствах ПАО «Сбербанк России» не вправе ссылаться на неисполнение группой компаний своих обязательств как на основание для совершения недобросовестных действий по необоснованному выводу 100% доли в уставном капитале ООО «Нива» из собственности должника. По мнению апеллянта, с учетом размера принадлежащей должнику доли стоимостью 246 358 434,78 руб., объективное банкротство ООО «Промышленные линии» наступило 15.04.2015 в момент выбытия доли ООО «Нива» из конкурсной массы должника. Оспаривает выводы суда о том, что вывод единственного актива из имущественной массы должника по безвозмездной ничтожной сделке был частью единого процесса перераспределения активов группы. Отмечает, что никакого единого процесса перераспределения активов после смерти ФИО10 не было, а была ситуация, при которой после смерти ФИО10 одна сторона корпоративного конфликта по ничем не обеспеченным векселям фактически безвозмездно вывела единственный на тот момент работоспособный актив группы компаний, оставив остальных лиц, организаций, входящих в группу, в процедурах банкротства. Полагает, что гашение задолженности по кредитным обязательствам не свидетельствует о добросовестности ответчиков. Отмечает, что принимая во внимание дату возникновения обязательств у должника перед кредиторами ООО «Наше дело» и АО «Росссельхозбанк» признак неплатежеспособности у должника возник с момента выбытия доли ООО «Нива». Апеллянт приводит описание неправомерных действий ответчиков, которые привели к убыткам у должника. Считает, что срок исковой давности по требованию, предъявленному к ФИО3, на момент обращения с требованиями к нему 30.03.2022, истек.

Конкурсный управляющий ООО «Проспект» просит определение суда  изменить, исключить из мотивировочной части определения суда вывод относительно того, что «о наличии такого конфликта указано в определении суда от 19.05.2019 в деле №А50-23861/2017».

Отмечает, что в указанном определении суда был сделан вывод только о наличии корпоративного конфликта между учредителями должника (ООО «Промышленные линии»), о чем указано в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2020 по делу №А50-23861/2017: 

«Указанные обстоятельства позволили суду прийти к выводу об очевидности наличия корпоративного конфликта между учредителями должника (ФИО3 и ФИО11), при наличии которого суд признал незаконными действия конкурсного управляющего ФИО18, выразившиеся в недопущении к участию в собрании кредиторов представителя миноритарного участника должника – ФИО11 Между тем, несмотря на ошибочное указание судом первой инстанции на наличие корпоративного конфликта со ФИО14, который в действительности учредителем должника не является, данный вывод, тем не менее, не влечет отмену судебного акта, поскольку не повлек принятие неправильного судебного акта, так как основания для пересмотра определения от 03.06.2019 по вновь открывшимся обстоятельствам отсутствуют». Полагает, что факт наличия корпоративного конфликта между ФИО9, ФИО14, ФИО11, ФИО3, ФИО15 и иными лицами мог быть установлен судом только при рассмотрении настоящего спора.

Конкурсный управляющий должника просит отменить определение суда в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО14, ФИО16, ФИО7, ООО «Уральская агропромышленная компания», ООО «Другое дело» и принять по делу новый судебный акт о привлечении данных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Конкурсный управляющий, полагает, что судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта допущено нарушение части 2 статьи 69 АПК РФ. Так, выводы суда об отсутствии в действиях контролирующих лиц вины в банкротстве как самого должника, так и всей группы компаний «Ашатли», противоречат выводам суда, сделанным в определении от 20.10.2021. Отмечает, что в данном определении установлено противоправное поведение ФИО14 IO., ФИО7, ООО «УАПК», выразившееся в совершении ничтожной сделки по выводу актива (ООО «Нива») из собственности должника. При этом совершение этой сделки сопровождалось фальсификацией юридически значимых документов (протоколов собрания участников), подделкой сведений в ЕГРЮЛ о директоре общества (установлено, что ФИО7 был поминальным директором и участниками общества не избирался), была выстроена схема по формальному движению векселей. Полагает, что вывод суда о том, что все перечисленные действия совершались во благо должника, группы компаний «Ашатли» и кредиторов группы противоречит логике последствий ничтожных противоправных сделок. Отмечает, что  заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности обусловлено именно обстоятельствами виновности контролирующих лиц в совершении сделки, повлекшей банкротство ООО «Промышленные линии», установленными определением суда от 20.10.2022. По мнению управляющего, прослеживается  взаимосвязь между наступившим банкротством ООО «Промышленные линии» и совершенной 15.04.2015 сделкой по отчуждению доли ООО «Нива». Считает, что в рассматриваемом случае суду надлежало привлечь к участию в настоящем обособленном споре конкурсных управляющих всех предприятий-банкротов группы компаний «Ашатли» в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требования относительно предмета спора, поскольку при разрешении вопросов о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в рамках дел о банкротстве ООО «Нива», ООО «Пихтовское», ООО «Шляпники», ООО «Горы», ООО «Жемчужина» и др. оценка поведения и действий ФИО14 и ФИО16 будет производиться через призму обжалуемого определения, затронувшего обстоятельства ведения бизнеса всей группы. Также ссылается на то, что ФИО14 никак не объяснил причину, по которой кредитные обязательства группы перестали обслуживаться в преддверии вынесения судом определения по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «Промышленные линии» об оспаривании сделки по отчуждению ООО «Нива». Считает, что  владея предприятием ООО «Нива», ФИО14 предпринимал действия по реструктуризации кредитов, поскольку его интерес в работающем предприятии представляется очевидным. Но как только появилась перспектива утраты контроля над ООО «Нива», кредиты перестали обслуживаться совсем, что спровоцировало банкротство всей группы. Обращает внимание на тот факт, что хозяйственная деятельность группы не прекратилась, не уменьшилась, торговый оборот не упал, объективных причин для дефолта по кредитам не было. Отмечает, что с такой позиции суд первой инстанции поведение контролирующих лиц не оценивал. Указывает, что в рамках спора не исследовались обстоятельства финансово-хозяйственной деятельности сельхозпроизводителей группы «Ашатли», не устанавливались причины банкротства группы. Кроме того, судом не дана оценка действиям и поведению ФИО14, ФИО16 и ООО «Другое дело», которые фактически лишили ООО «Нива» хозяйственной самостоятельности, и на свое усмотрение распределяли активы дочернего предприятия должника. Отмечает, что после заключения мирового соглашения в 2018 году были исключены требования ПАО «Сбербанк России» и АО «Россельхозбанк», однако по факту задолженность не была погашена и в настоящее время установлена в реестре ООО «Нива». Обращает внимание суда на то обстоятельство, что СЧ ГСУ МВД России по Пермскому краю вынесено постановление о возбуждении уголовного дела от 28.04.2023. Основанием для вынесения постановления стало заявление конкурсного управляющего ООО «Промышленные линии», поданное на основании выводов, содержащихся в заключении о наличии в действия контролирующих должника лиц признаков преднамеренного банкротства.

До судебного заседания от ООО «Другое Дело», ФИО16, ФИО14, ООО «Уральская агропромышленная компания» поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы об отказе в их удовлетворении.

От ПАО «Сбербанк России» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу ФИО3 об отказе в ее удовлетворении.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы своей апелляционной жалобы поддержал, просит определение суда отменить в обжалуемой части, против доводов апелляционной жалобы ООО «Проспект» возражает, рассмотрение апелляционной жалобы ФИО3 оставил на усмотрение суда.   

Представитель ФИО3 должника доводы своей апелляционной жалобы поддержал, просит определение суда отменить в обжалуемой части, против доводов жалоб ООО «Проспект» и конкурсного управляющего возражает.

Представитель ПАО «Сбербанк России» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной  жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статей 266, 268 АПК РФ в обжалуемой части, в пределах доводов апелляционных жалоб.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, должник зарегистрирован в качестве юридического лица при создании 03.12.2003 года ИФНС по Ленинскому району г. Перми, присвоен ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, учредителями общества являются: ФИО11 (ИНН 

<

***>) 12,5% доли в уставном капитале; ФИО3 (ИНН 

<

***>) 12,5% доли в уставном капитале; ФИО17 (ИНН 

<

***>) 12,5% доли в уставном капитале; ФИО8 (ИНН 

<

***>) 12,5% доли в уставном капитале. Указанные доли находятся в залоге, залогодержателем является ПАО «Сбербанк России».

В заявлении от 23.11.2021 конкурсный управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО14 и ООО «Уральская агропромышленная компания» по основаниям статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) за совершение противоправной сделки по продаже 100% доли в уставном капитале ООО «Нива».

В уточненном заявлении от 15.02.2022 (л.д.69 т.1) конкурсный управляющий дополнительно просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО7, который как директор должника подписал сделку по продаже 100% доли в уставном капитале ООО «Нива»; ООО «Другое дело» как центр прибыли группы компаний «Ашатли», получившее всю прибыль, причитающуюся на долю ООО «Нива», и как следствие, ООО «Промышленные линии.

В уточненном заявлении от 30.03.2022 (л.д.89 т.7) конкурсный управляющий просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве за совершение противоправной сделки с долей ООО «Нива».

Также 30.03.2022 (л.д.86 т.7) конкурсный управляющий дополнительно просит привлечь в качестве соответчиков по заявлению ФИО15,, ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО17, ФИО10, ФИО11, участников должника, за бездействие, выразившееся в не исполнении обязанностей по управлению должником в период с 2015 по 2017 года в пределах компетенции общего собрания участников, не проявление интереса к хозяйственной деятельности и финансовому состоянию должника, не оспаривание сделки по продаже 100% доли в уставном капитале ООО «Нива», уточнение принято.

26.04.2022 (д.д.49 т.8) конкурсный управляющий просит дополнительно привлечь в качестве соответчика ФИО16, контролирующую деятельность группы компаний «Ашатли» совместно со ФИО14, денежные потоки группы, в том числе ООО «Нива», допустившую обесценивание актива должника, 100% доли в уставном капитале ООО «Нива».

23.05.2022 (л.д.142 т.8) конкурсный управляющий отказался от требований к ответчику ФИО15, отказ судом принят.

Таким образом, конкурсным управляющим предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве за совершение сделки по продаже 100% доли в уставном капитале ООО «Нива» к следующим ответчикам: ФИО14, ООО «Уральская агропромышленная компания», ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО17, ФИО10, ФИО11, ФИО16, ООО «Другое дело», как выгодоприобретателям прибыли, полученной ООО «Нива» в период после совершения противоправной сделки.

Кроме того, ФИО3 обратился с заявлением от 19.05.2022 о взыскании с ООО «Уральская агропромышленная компания», ФИО14, ФИО7, ООО «Полюс Инжиниринг», ПАО «Сбербанк России» в пользу должника убытков (л.д.2 т.9) в размере 246 358 433,78 руб. (с учетом принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнения).

Заявитель ссылается на причинение ущерба имущественным правам кредиторов ООО «Промышленные линии» в связи с заключением сделки по купле-продаже доли в уставном капитале ООО «Нива» от 15.04.2015, соглашения от 30.04.2015. 

Определением суда от 01.06.2022 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности и заявление ФИО3 о взыскании убытков объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Отказывая в удовлетворении требования о привлечении к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из отсутствия на то оснований. Указал, что в период после заключения сделки от 15.04.2015 по 2020 год группа «Ашатли» предпринимала действия, направленные не на причинение ущерба ООО «Промышленные линии» в части вывода активов с ООО «Нива», а фактически осуществляло деятельность, позволяющую обслуживать кредитные обязательства ООО «Промышленные линии», в связи с чем указал, что оснований полагать, что сделки по купле-продаже доли в ООО «Нива» от 15.04.2015 и соглашение о новации от 30.04.2015 причинили ущерб должнику не имеется. Суд также отметил, что в отношении ФИО9 суду представлены сведения из ЕГРЮЛ, из которых усматривается, что на 01.04.2015, то есть до заключения сделки от 15.04.2015, ФИО9 вышел из состава учредителей ООО «Промышленные линии», соответственно, по заявленным основаниям ФИО9 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Промышленные линии», что является дополнительным основанием для отказа в удовлетворении заявления к ФИО9  

Поскольку судом при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности установлено отсутствие причинения какого-либо ущерба указанными сделками, в удовлетворении заявления о взыскании убытков также отказано. В том числе суд не усмотрел у ПАО «Сбербанк России» признаков контролирующего должника лица. 

Также суд первой инстанции пришел к выводу о том, что срок исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности не пропущен ни к одному из ответчиков.

Поскольку судебный акт в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО17, ФИО10, ФИО11 не обжалуется, выводы суда в данной части судом апелляционной инстанции не пересматриваются. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов, заслушав лиц, участвующих в споре, суд апелляционной инстанции оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части не усматривает в силу следующего.

Учитывая, что обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчиков ФИО14, ООО «Уральская агропромышленная компания», ФИО7, имели место на дату 15.04.2015, а ФИО16, ООО «Другое дело» связаны с периодом распределения прибыли, полученной от деятельности ООО «Нива», в пользу ООО «Другое дело», то есть с 2016 по 2022 годы, судом первой инстанции правильно применен Закон о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)».

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В соответствии с пунктом 23 Постановления № 53 согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО14, ООО «Уральская агропромышленная компания», ФИО7  конкурсный управляющий  связывает с заключением сделки от 15.04.2015, а ФИО16, ООО «Другое дело» с действиями по распределению прибыли ООО «Другое дело», полученной от деятельности ООО «Нива».

В отношении ФИО14 конкурсный управляющий указывает, что он с 2014 года является непосредственным руководителем всех предприятий группы «Ашатли», именно он принимал управленческие решения и реализовывал их, в том числе им было реализовано решение перераспределить актив, принадлежащей должнику, путем безвозмездного вывода доли ООО «Нива» на юридическое лицо, в котором ФИО14 был единственным участником и единоличным исполнительным органом.

В отношении ООО «Уральская агропромышленная компания» указывает, что данная организация является контролирующим должника лицом, поскольку выступило выгодоприобретателем от сделки, признанной впоследствии ничтожной.

ФИО7 исполнял функции единоличного исполнительного органа должника в период совершения сделки, в результате которой наступили признаки банкротства.

ООО «Другое дело» создано в начале 2016 года для целей консолидации денежных потоков внутри группы компаний Ашатли и представляет собой «центр прибыли» группы. Подлежит привлечению к ответственности как лицо, имеющее статус контролирующего во всей группе компаний «Ашатли». В результате вывода товарных и денежных потоков с ООО «Нива» на ООО «Другое дело» дочернее предприятие должника полностью утратило ликвидность, что не позволит восстановить платежеспособность должника за счет продажи доли в уставном капитале ООО «Нива». Денежные средства, которые причитались ООО «Нива» от реализации произведенной продукции, аккумулировались на счете ООО «Другое дело», которое распределяло денежные средства по своему усмотрению. Решение контролирующих лиц не платить от ООО «Нива» ежемесячные платежи по кредитам ПАО «Сбербанк России» в 2021 году привело к банкротству дочерней компании и обесцениванию этого актива.

ФИО16 являлась в 2015 году и является сейчас директором и единственным участником ООО «Наше дело» и ООО «Другое дело», а также финансовым директором группы компаний «Ашатли», несет ответственность за распределение финансовых потоков внутри группы компаний «Ашатли».

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу определением суда от 20.10.2021 по настоящему делу признаны недействительными (ничтожными) сделками договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Нива» от 15.04.2015, соглашение о новации №43-2015-1 от 30.04.2015, заключенные между ООО «Тулым» и ООО «Уральская агропромышленная компания»; применены последствия недействительности ничтожных сделок ООО «Промышленные линии» в собственность , возвращено 100% доли в уставном капитале ООО «Нива» (ИНН 

<

***>), определение вступило в законную силу. 

Данным судебным актом установлены следующие обстоятельства              (статья 69 АПК РФ).

Между должником (ранее - ООО «Тулым) и ООО «Уральская агропромышленная компания» 15.04.2015 заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Нива».

 По условиям договора должником продается 100% доли в уставном капитале ООО «Нива» номинальной стоимостью 246 358 434,78 руб.

Из пункта 1 договора следует, что отчуждаемая доля оплачена в полном объеме, что подтверждается справкой об оплате доли от 15.04.2015.

При этом из пункта 2 договора следует, что оплата доли производится покупателем в срок до 30.04.2015 путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца.

Согласно пункту 5 договора отчуждаемая доля обременена залогом в пользу ПАО «Сбербанк России» по договору залога доли № 1 от 01.06.2009, договора залога доли № 2 от 01.06.2009, договору залога доли № 7 от 16.10.2009, договору залога доли № 9 от 16.10.2009.

Из договора следует, что ПАО «Сбербанк России» дало согласие на продажу доли №01-02/5 от 16.04.2014.

31.03.2014 собранием участников ООО «Тулым» (переименовано в ООО «Промышленные линии») было принято решение об одобрении договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Нива» за 246 358 434,78 руб. ООО «Уральская агропромышленная компания».

Оплата по договору была произведена следующим образом.

Между ООО «Тулым» (ООО «Промышленные линии») и ООО «Уральская агропромышленная компания» было заключено соглашение о новации №43-2015-1 от 30.04.2015, по условиям которого стороны заменили по договору купли-продажи от 15.04.2015 обязательство ООО «Уральская агропромышленная компания» оплатить долю в уставном капитале ООО «Нива» в размере 246 358 434,78 руб. на заемное обязательство, оформленное простым векселем № 000001, векселедатель ООО «Полюс-Инжиниринг», дата 27.03.2015, сумма 246 358 434,74 руб., срок платежа – по предъявлении, но не ранее 31.12.2022.

В соответствии с пунктом 3 соглашения после передачи векселя обязательство ООО «Уральская агропромышленная компания» по оплате доли в уставном капитале ООО «Нива» на сумму 246 358 434,78 руб. по договору купли-продажи от 15.04.2015 считается прекращенным

Согласно протоколу внеочередного общего собрания участников ООО «Тулым» (ООО «Промышленные линии») от 26.01.2015 участниками единогласно было принято решение о досрочном прекращении полномочий директора должника ФИО3 (на основании его заявления), избрании нового директора должника ФИО7, сведения об изменении директора были внесены в ЕГРЮЛ 03.02.2015.

Спорный договор и соглашение о новации со стороны должника были подписаны директором ФИО7

Суд признал сфальсифицированным протокол внеочередного общего собрания участников ООО «Тулым» (ООО «Промышленные линии») от 26.01.2015 об избрании директора ФИО7, при этом указал, что поскольку подписание договора купли-продажи от 15.04.2015 было одобрено со стороны всех учредителей ООО «Тулым» (ООО «Промышленные линии»), протокол собрания учредителей от 31.03.2014, о его подписании учредители общества знали, признал, что в силу положений статей 183,432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договор следует считать заключенным от имени и в интересах ООО «Тулым» (ООО «Промышленные линии»), фальсификация избрания руководителя  общества в данном случае не имеет правового значения для исполнения данной сделки со стороны покупателя.

Судом установлено, что решение со стороны учредителей о новации долга не принималось, об изменении условий оплаты они не были уведомлены, решение об одобрении договора купли-продажи от 15.04.2015 было принято учредителями исключительно вследствие условий оплаты полной суммы в срок 20 дней с даты заключения договора денежными средствами, о чем прямо указано в решении участников от 31.03.2014, вследствие чего суд признал ничтожным соглашение о новации долга от 30.04.2015.

При изучении движения векселя №000001 на сумму 246 358 434,74 руб. от 27.03.2015, принадлежащего ООО «Полюс-Инжиниринг», установлено, что на векселе имеются последовательные индоссаменты от 30.03.2015 ООО «Уральская агропромышленная компания» (подпись ФИО14), 30.04.2015 ООО «Уральская агропромышленная компания» (подпись ФИО14), 01.07.2015 ООО «Тулым» (подпись ФИО7), 03.07.2015 ООО «Управляющая компания «Ашатли» (подпись ФИО14).

03.07.2015 указанный вексель был передан ООО «Нива», далее вексель был передан в ПАО «Сбербанк России» в качестве обеспечения обязательств ООО «Нива», ООО «Пихтовское» по кредитным договорам по акту от 26.05.2016.

Соответственно, единственный актив должника, 100% доли в уставном капитале ООО «Нива», был продан ООО «Уральская агропромышленная компания», при этом денежное возмещение по сделке в виде векселя путем цепочки индоссаментов было возвращено в ООО «Нива» в течение трех месяцев с даты заключения договора купли-продажи от 15.04.2015, то есть покупателю, ООО «Уральская агропромышленная компания».

Документов, подтверждающих действительность обязательств по передаче векселя между должником, ООО «Управляющая компания «Ашатли», ООО «Нива», суду не представлено (статья 65 АПК РФ).

Ранее указанный вексель был передан ООО «Полюс-Инжиниринг» ФИО14 по соглашению от 27.03.2015, оплата произведена ФИО14 путем отступного от 19.08.2015, передачей 100% доли в уставном капитале ООО «Уральская агропромышленная компания».

Далее ФИО14 передал ООО «Уральская агропромышленная компания» 8 векселей ООО «Полюс-Инжиниринг», в том числе вексель ООО «Полюс-Инжиниринг» от 27.03.2015 № 00001 на сумму 246 358 434,74 руб.

В соответствии с пунктом 1.4. договора займа от 30.03.2015 г. № 43/2015-3 ООО «Уральская агропромышленная компания» было обязано возвратить заем до 31.12.2015. Спорные векселя были переданы со стороны ФИО14 в адрес ООО «Уральская агропромышленная компания» по акту от 30.03.2015.

Судом была установлена аффилированность лиц, ФИО14, должника и ООО «Уральская агропромышленная компания».

Суд признал, что порядок оплаты по договору купли-продажи свидетельствует о том, что в группе аффилированных лиц, в которую входят как должник, так и ответчик было произведено перераспределение имущества с целью обеспечения интересов тех обществ, на которых фактически был в последующем сосредоточен весь бизнес группы компаний «Ашатли», это ООО «Нива», ООО «Пихтовское», иные общества, остальная группа компаний последовательно оказывалась в процедуре банкротства, в которой устанавливалось отсутствие каких-либо активов. 

Аналогичная ситуация произошла с должником, где единственный ликвидный актив, 100% доли в уставном капитале ООО «Нива», был безвозмездно передан аффилированному лицу для так называемого усиления залогового актива перед ПАО «Сбербанк России», при этом должник фактически оказался без активов, а кредиторская задолженность не была погашена группой аффилированных компаний.

Однако признание сделки недействительной само по себе основанием для привлечения указанных выше лиц к субсидиарной ответственности не является. В данном случае конкурсным управляющим не доказано, что совершение указанных сделок явилось необходимой причиной объективного банкротства должника.

Так, судом первой инстанции приняты во внимание, следующие обстоятельства, установленные  при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности лиц в деле о банкротстве ООО «Проспект» №А50-20477/2015, в определении от 04.07.2022  (с 31 по 34 страницы).

Как следует из проведенного кредитором анализа, в отношении приобретения контроля над ООО «Проспект» со стороны ФИО14, то такой контроль был осуществлен им через приобретение долей в уставных капиталах ООО «Ашатли-Молоко», ООО «Агросепыч», ООО «Горы», ООО «Жемчужина», ООО «Пихтовское» в пользу ООО «Уральская агропромышленная компания» (аффилированное лицо по отношению к ФИО14, установлено судебными актами в рамках дела о банкротстве ООО «Промышленные линии», дело №А50-23861/2018).

При этом, как следует из документов, приобретение долей было осуществлено ФИО14 24.04.2015-29.05.2015.

Перераспределение бизнеса внутри группы состоялось после смерти ФИО10, то есть после 2014 года, что совпадает с хронологией событий приобретения части группы компаний со стороны ФИО14

ФИО14 в своем отзыве раскрыл порядок работы группы предприятий РОСТЭК, указав следующее.

Предприятия группы работали в различных направлениях: 

- теплоэнергетика (ООО «Пермгазэнергосервис» ИНН 

<

***>, ООО «Пгэсгрупп» ИНН 

<

***> , ООО «ПГЭС-теплоэнерго» ИНН 

<

***>); 

- подрядные работы (ООО «Ростэк. УПР» ИНН 

<

***>, ООО «Ростэк. ДОС» ИНН 

<

***>, ООО «ПГЭС-Барда» ИНН 

<

***>, ООО «Газмет-интек» ИНН5904115660); 

- девелопмент (ООО «Проспект», ООО «Проспект-Нева» ИНН5902212281, ООО «Проспект-байкал» ИНН3808156413); 

- сельское хозяйство (ООО «Нива», ООО «Шляпники», ООО «Пихтовское», ООО «Агросепыч», ООО «Горы», ООО «Ашатли-Молоко»); 

- горнолыжные базы (ООО Горнолыжная база «Ашатли»;

- IТ-направление (ООО «Танки-онлайн» ИНН 

<

***>, ООО «Альтернатива-гейм» ИНН 

<

***>; 

- ресторанный бизнес (ООО «Коллекция вин-Пермь» ИНН 

<

***>, ООО «РК-1» ИНН 

<

***>, ООО «РК-2» 5902152265, ООО «РК-6» ИНН 

<

***>).

ФИО14 указывает, что в направлениях подряда, теплоэнергетики конечными бенефициарами выступали ФИО10, ФИО9, в направлении девеломпента конечными бенефициарами помимо ФИО10 и ФИО9 являлся ФИО3, именно его родственники являлись владельцами доли ООО «Проспект» после 2009 года.

Во всех остальных направлениях конечными бенефициарами помимо ФИО10 и ФИО9 являлись топ-менеджеры группы (ФИО19, ФИО3, ФИО15, ФИО20, ФИО21).

Неосновные направления группы Ростэк финансировались за счет средств ООО «Ростэк. УПР», ООО «Пермгазэнергосервис».

Примерно до 2008 года все предприятия группы работали достаточно стабильно, самыми крупными предприятиями по выручке и прибыли были предприятия подрядного направления (ООО «Ростэк. УПР.») и теплоэнергетики (ООО «Пермгазэнергосервис»). Сельскохозяйственное направление всегда было дотационным, финансировалось за счет займов в других предприятиях группы. Помимо этого на сельскохозяйственные предприятия оформлялись кредиты, за счет которых частично осуществлялось погашение таких займов.

После 2008 года резко сократились объемы подрядных работ у ООО «Ростэк.УПР», существенно сократилась выручка, исчезла прибыль ООО «Ростэк.УПР», а сама компания вошла в процедуру банкротства.

С этого момента вся группа начала движение «вниз», начались проблемы с финансами.

Компании, которые не были напрямую связаны с ООО «Ростэк.УПР» финансовыми операциями, работали на рынке самостоятельно, смогли просуществовать еще какое-то время (ООО «Пермгазэнергосервис», ООО «Проспект»). Однако они также впоследствии вошли в процедуры банкротства.

Компании сельскохозяйственного направления были чрезмерно закредитованы. Кредиты на компании сельскохозяйственного направления получались в ПАО «Сбербанк России» (с 2006 года) и ПАО «Россельхозбанк» (с 2008-2009 годов). Часть из этих кредитов, полученных в ПАО «Сбербанк России», была выведена на ООО «Ростэк.УПР» через договоры подряда с ООО «Нива» путем завышения сметной стоимости подрядных работ по строительству молочно-товарной фермы в с. Аспа Уинского р-на. Всего на сельхозпредприятия за все время было получено около 500 млн. руб. кредитов в ПАО «Сбербанк России» и 400 млн. руб. в ПАО «Россельхозбанк». Общая долговая нагрузка сельхозпредприятий в 2012 году составляла 900 млн. руб. при суммарной годовой выручке около 600 млн. руб.

После того как у ООО «Ростэк.УПР» начались финансовые трудности ПАО «Сбербанк России» отказалось продолжать дальнейшее кредитование сельхознаправления, кредиты на сельхознаправление стали привлекаться в ПАО «Россельхозбанк», существенная часть этих кредитов фактически шла на закрытие старых кредитов, оплату покупки самих сельхозпредприятий (так, доля ООО «Нивы», купленная ООО «Тулым» у ООО «Газпом транзгаз Чайковский» (бывшее ООО «Пермтранзгаз»), фактически оплачивалась кредитными деньгами, полученными на предприятия сельхознаправления. Таким же образом оплачивались доли в ООО «Шляпники», ООО «Горы», ООО «Агросепыч». ООО «Пихтовское» было приобретено бесплатно, т.к. на момент приобретения уже имело кредиты и долги, продавцы отдали его фактически бесплатно с долгами. ООО «Пихтовское» приобреталось для целей его дальнейшего перекредитовывания предприятий сельхознаправления.

С 2011 году в сельхознаправлении шли постоянные процессы реструктуризации кредитов. Все компании сельскохозяйственного направления (ООО «Нива», ООО «Пихтовское», ООО «Шляпники», ООО «Агросепыч», ООО «Ашатли-Молоко») фактически на тот момент находились в предбанкротном состоянии. Чтобы снять с себя ответственность за нецелевое использование кредитных средств и субсидий, получаемых компаниями сельскохозяйственного направления, всеми собственниками было принято решение о выходе из данного бизнеса с целью обезопасить свои оставшиеся активы.

ФИО9 вышел из ООО «Управляющая компания «Ашатли» еще в 2010 году, он отказался подписывать личное поручительство под весь объем кредитных обязательств компаний сельхознаправления, остался владельцем доли в ООО «Тулым», владевшем долей в ООО «Нива», т.к. на ООО «Тулым» помимо доли ООО «Нива» были другие активы, не имеющие отношения к сельхозбизнесу. В частности, на балансе ООО «Тулым» было имущество ресторанного бизнеса, дебиторская задолженность предприятий IT-направления (ООО «Тулым» владело 49% ООО «Альтернаатива-гейм», финансировало данное направление) и т.д.

В этот период времени (2009-2010 года) именно IT-направление начало самостоятельно работать, начала формироваться существенная выручка и прибыль. Доли в компаниях IТ-направления были распределены среди ФИО10, ФИО9, ФИО21, ФИО17, ФИО20, ФИО3, ФИО15, их партнеров по этому бизнесу. Некоторые из них переоформили впоследствии свои доли на своих детей, чтобы снизить риски потери этих долей. Также в IT-бизнесе были созданы зарубежные оффшоры на Мальте (Altinvest ltd., AlternativaPlatform ltd.), на которые выводилась часть прибыли ООО «Альтернатива-гейм» и ООО «Танки онлайн». Мальтийские оффшоры представляли из себя фонды, за счет средств которых финансировались различные стартапы, в т.ч. ООО «Реалтаймбоард» (на международном рынке известная как Miro).

Все сделки по купле-продаже долей ООО «Нива», ООО «Шляпники», ООО «Горы», ООО «Пихтовское», ООО Агросепыч», ООО «Ашатли-Молоко» были одобрены участниками ООО «Тулым» и ООО «УК Ашатли», когда они принимали решение о выходе из сельхозбизнеса, чтобы снять с себя ответственность по банковским кредитам, неправомерному получению субсидий в 2006-2011 годах, а также обезопасить свои активы. Никто из участников ООО «УК «Ашатли», ООО «Тулым» не оспаривал эти сделки, хотя все о них знали.

Также ФИО14 указывает, что ФИО3 ранее был привлечен к субсидиарной ответственности по делу о банкротстве ООО «Проспект-сервис» (определение по делу А50-5003/2015 от 24.08.2017), ФИО3, ФИО9, ФИО7, ранее были совместно привлечены к субсидиарной ответственности по делу о банкротстве ООО «Готи» (определение от 02.07.2019 по делу № А50- 35446/2017).

Анализ представленных документов по группе компаний РОСТЭК позволил суду первой инстанции сделать вывод о том, что организация бизнеса группы включала в себя в различный период разный круг лиц, являющихся бенефициарами и выгодоприобретателями этого бизнеса.

Общий контроль над группой осуществляли ФИО9 и ФИО10, затем при перераспределении бизнесов между его учредителями – бенефициарами контроль стал осуществляться по направлениям, но под контролем ФИО10 и ФИО9, после 2014 года бизнес группы, оставшийся в России, теплоэнергетика, сельхознаправление перешло под управление ФИО14 

Указанное подтверждается вступившими в законную силу судебными актами в рамках дел о банкротстве ООО «Промышленные линии», ООО «Пермгазэнергосервис», ООО «Регионгазлизинг», ООО «Конкур-Пермь».

Суд пришел к выводу о том, что окончательное банкротство группы предприятий стало очевидным после 2020 года, когда ООО «Нива» не смогло исполнять условия мирового соглашения с ПАО «Сбербанк России», в результате чего в 2021 году все предприятия сельхознаправления вошли в процедуру банкротства (ООО «Агросепыч», ООО «Пихтовское» и т.д.)

При этом причинами банкротства ООО «Проспект» явились не недобросовестные действия бенефициаров общества, а объективные причины прекращения хозяйственной деятельности общества в связи со смертью конечного бенефициара общества, ФИО10, отсутствием контрактов на строительство, отсутствием финансирования со стороны группы, банкротством группы, кризисом в строительной области, неконкурентоспособностью общества на рынке.

О перераспределении бизнеса, в частности, о передаче сельхознаправления под управление ФИО14, было известно учредителям ООО «Промышленные линии», которые также все входили на 2015 год в управление группы компаний «Ростэк», «Ашатли», участвовали в указанном перераспределении бизнеса, данные обстоятельства, раскрытые ФИО14 в деле о банкротстве ООО «Проспект», со стороны ФИО11, ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО17, ФИО10 не опровергнуты.

Суд первой инстанции верно отметил, что осведомленность ФИО8, ФИО9, ФИО3, ФИО17, ФИО10, ФИО11 о таком перераспределении бизнеса следует также из поведения указанных лиц после совершения сделки с долей в ООО «Нива», поскольку ни одно из указанных лиц не интересовалось поступлением денежных средств по одобренному ими договору купли-продажи доли с 15.04.2015 до рассмотрения вопроса о признании указанной сделки недействительной, то есть в течение более 5 лет, что свидетельствует о не раскрытых со стороны учредителей должника договоренностях по делению бизнеса и, соответственно, оплате долей участия по каждому направлению бизнеса иным способом.

С учетом изложенного выше, суду апелляционной инстанции представляются правильными выводы суда первой инстанции о том, что совершение сделки от 15.04.2015 с соглашением от 30.04.2015 было направлено на консолидацию активов сельхознаправления группы «Ростэк» в одних руках при условии не раскрытых перед судом договоренностей учредителей должника. Дальнейшие действия ФИО14 и подконтрольного ему ООО «Уральская агропромышленная компания» по передаче векселя №000001 на сумму 246 358 434,74 руб. от 27.03.2015 через связанные с ним компании в собственность ООО «Нива» и передача его в залог ПАО «Сбербанк России» были направлены на сохранение актива в руках ФИО14 с целью усиления обеспечения группы «Ашатли» для кредитных организаций, в частности, кредитной задолженности ООО «Нива». Усиление обеспечения в том числе за счет передачи векселя №000001 на сумму 246 358 434,74 руб. от 27.03.2015 необходимо было для продолжения деятельности всей группы «Ашатли», в том числе ООО «Нива», убедительных доказательств обратного суду не представлено (статья 65 АПК РФ).

Спорное имущество из владения группы компаний не выбывало, имела место формальная смена собственника имущества.

Кроме того, схема деятельности группы компания «Ашатли» в части организации реализации молочной продукции описана в акте налоговой проверки ООО «Пихтовское» от 21.12.2020 №15- 30/14/12079, по результатам которой вынесено решение от 18.03.2022 №15-30/1690, решение оспорено в судебном порядке в деле №А50-21480/2022 (от 26.01.2023, Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2023).

Из вступивших в законную силу судебных актов следует, что анализ расчетных счетов ООО «Наше дело», ООО «Другое дело» за 2016, 2017, 2018 годы показал, что денежные средства за поставленную продукцию на счет ООО «Ашатли-Молоко» от указанных организаций не поступали.

В свою очередь, ООО «Наше дело», ООО «Другое дело» осуществляли реализацию молочной продукции в торговые сети (АО «Семья», АО «Торговый дом «Перекресток», ООО «Агроторг», ЗАО «Тандер», АО «Ашан»). На счета ООО «Наше дело», ООО «Другое дело» поступали денежные средства (выручка) от торговых сетей и иных покупателей молочной продукции.

Таким образом, на расчетных счетах ООО «Наше дело», ООО «Другое дело» аккумулировались денежные средства в виде выручки компаний агрохолдинга «Ашатли» (ООО «Агросепыч», ООО «Ашатли-Молоко», ООО «Пихтовское», ООО «Нива», ООО «Горы», ООО «Шляпники»).

ООО «Наше дело», ООО «Другое дело» со своих расчетных счетов осуществляли перечисления заработной платы работникам агрохолдинга по реестрам перечислений, а также перечисления в адрес поставщиков товаров (работ, услуг), с комментарием «в счет взаимных расчетов по договору от 01.01.2015 за ООО «Агросепыч», за Ашатли-Молоко», за Пихтовское», за ООО «Нива», за ООО «Горы», за ООО «Шляпники».

От предприятий ООО «Ашатли-молоко», ООО «Нива», ООО «Горы», ООО «Агросепыч», ООО «Шляпники», ООО «Пихтовское» в адрес ООО «Наше дело» (ООО «Другое дело») поступали письма с просьбой оплатить задолженность перед контрагентом или произвести иные перечисления (заработной платы, платежи в бюджет) с приложением писем с реквизитами для оплаты.

В соответствии с письмами от хозяйств ООО «Наше дело» (ООО «Другое дело») рассчитывались по задолженностям перед контрагентами. 

Таким образом, все средства в виде выручки компаний агрохолдинга «Ашатли» (ООО «Агросепыч», ООО «Ашатли-Молоко», ООО «Пихтовское», ООО «Нива», ООО «Горы», ООО «Шляпники») аккумулировались на счетах ООО «Наше дело», ООО «Другое дело», которыми осуществляется выплата заработной платы сотрудникам проверяемых организаций, формально переведенных в ООО «Девятый вал», ООО «Частинское».

Заработная плата фактически выплачивалась работникам денежными средствами ООО «Агросепыч», ООО «Пихтовское», ООО «Нива», ООО «Шляпники», ООО «Горы»

Вступившим в законную силу определением суда от 20.01.2023 по делу №А50-22761/2021 (постановление от 23.03.2023) установлены следующие обстоятельства.

Кредиторами и конкурсным управляющим указано, что ООО «Другое Дело» получало денежные средства от реализации молочной продукции ООО «Нива», при этом за получаемую продукцию денежные средства не оплачивало должнику. Указанное подтверждается выписками по расчетным счетам, представленными ООО «Другое дело» в материалы дела. Таким образом, внутри группы компаний «Ашатли» активно использовался механизм свободного перемещения денежных средств, позволяющий компаниям беспрепятственно совместно использовать активы компаний, входящих в одну группу с должником.

Данные доводы кредитором не опровергнуты, информация об источниках поступления денежных средств, за счет которых было произведено погашение задолженности перед кредитными организациями, не раскрыта.

Как ранее установлено арбитражным судом в рамках дел о банкротстве ООО «Ашатли-Молоко» (№А50-22800/2021) и ООО «Пихтовское» (№А50-22788/2021), входящих в агрохолдинг «Ашатли», внутри группы активно используется механизм свободного перемещения денежных средств, позволяющий компаниям беспрепятственно совместно использовать активы компаний, входящих в одну группу с должником.

Таким образом, ООО «Другое Дело», являлось организацией, подконтрольной группе компаний агрохолдинга «Ашатли», использовало механизм свободного перемещения денежных средств внутри группы.

Фактически по долгам группы компаний, в которую входит ООО «Нива» и ООО «Другое Дело», рассчитались денежными средствами этой же группы, направив их не на прямое погашение задолженности заемщиком перед банком, а использовав механизм исполнения обязательств поручителем с целью создания подконтрольной искусственной задолженности и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. Об этом также свидетельствует и тот факт, что ООО «Нива» не производило погашение задолженности перед ООО «Другое Дело», поскольку ООО «Другое Дело», будучи аффилированным к должнику лицом, исполняя обязательства должника, не рассчитывало на получение возврата уплаченных денежных средств группы компаний «Ашатли».

Доказательств оплаты за полученную от ООО «Нива» молочную продукцию ООО «Другое дело» представлено не было, что подтверждает вывод суда об аккумулировании прибыли от реализации молочной продукции и деятельности должника в целом на стороне ООО «Другое дело», что подтверждает общий вывод о погашении обществом «Другое дело» задолженности ООО «Нива» перед кредитными организациями при соглашении о покрытии, достигнутом между должником и ООО «Другое дело» (а также иными обществами группы компаний «Ашатли») и являющимся результатом выбранной аффилированными компаниями схемы перераспределения денежных средств.

Данные обстоятельства также нашли свое подтверждение в деле №А50-22761/2021 в рамках обособленного спора  по заявлению ООО «Другое дело» о включении требований в реестр ООО «Нива» в связи с погашением задолженности перед ПАО «Сбербанк России». В удовлетворении данного требования было отказано ввиду того, что указанную задолженность общество погасило не как поручитель по кредитным обязательствам, а деньгами группы, в том числе ООО «Нива».

Как было указано выше, установленные вступившими в законную силу судебными актами обстоятельства ведения бизнеса в группе компаний «Ашатли» свидетельствуют о том, что все саккумулированные денежные средства компании, в том числе причитающиеся ООО «Нива», были направлены ООО «Другое дело» на погашение обязательств, в том числе ООО «Нива», по заработной плате, оплате по обязательствам контрагентов, по кредитным обязательствам, соответственно, приведенные конкурсным управляющим обстоятельства в части причинения ущерба должнику заключенной 15.04.2015 сделкой по продаже доли ООО «Нива», дальнейшему использованию ресурсов общества с целью причинения ущерба кредиторам ООО «Промышленные линии» являются не доказанными.

Реализация доли в ООО «Нива» являлась частью бизнес-проекта компаний «Ашатли» с учетом перераспределения бизнесов в других направлениях между участниками группы «Ростэк» после смерти ФИО10 

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что после реализации доли ООО «Нива» кредиторская задолженность, приходящаяся на ООО «Промышленные линии», в том числе ПАО «Сбербанк России», АО «Россельхозбанк», со стороны группы компаний «Ашатли» продолжала погашаться, бенефициары компании предпринимали действия, направленные на заключение мировых соглашений с банками, оплачивали через группу кредиторскую задолженность перед банками.

Так, из материалов дела следует, что дело о банкротстве должника возбуждено 25.08.2017 на основании заявления уполномоченного органа. Данное требование было основано на наличии задолженности по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в размере 19 691,67 руб. основного долга, требований по обязательным платежам в размере 558 645,49 руб. основного долга, 1 695 622,81 руб. финансовых санкций.

При обращении с требованием уполномоченный орган указывал, что бухгалтерский баланс представлен должником 30.03.2017 за 2016 год, сумма активов составила 55 740 тыс. руб., кредиторской задолженности – 254 342 тыс. руб.

Общий размер требований уполномоченного органа, включенных в реестр требований кредиторов должника в соответствии с определениями суда от 25.09.2017, от 31.05.2018, о т08.08.2018, составил 2 376 788,60 руб.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 12.03.2019 удовлетворено заявление ФИО22 о замене в реестре требований кредиторов должника, требования указанного лица в размере 19 691,67 руб. включены в состав второй очереди реестра требований кредиторов должника, требования в размере 2 357 096,93 руб., в том числе 602 656,49 руб. – долг, 1 754 440,44 руб. – штрафные санкции, в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

ФИО22, ФИО7 и ФИО14 являются аффилированными лицами, что установлено определением суда от 18.05.2018 по делу № А50-31022/2015 и определением Арбитражного суда Пермского края от 03.03.2017 по тому же делу, а также определением Арбитражного суда Пермского края от 29.11.2017 по делу № А50-20477/2015.

Определением суда от 25.12.2017 требования ПАО «Сбербанк России» в размере 403 778 746,77 руб. основного долга, 63 817 651,33 руб. процентов, 1 444 323,44 руб. комиссии, 10 915 835,93 руб. финансовых санкций включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Промышленные линии».

Между тем, определением Свердловского районного суда г. Перми от 16.03.2018 года по делу №13-519/2018 утверждено мировое соглашение, в результате исполнения условий которого ПАО «Сбербанк России» было погашено 448 397 618,29 руб. основного долга, 10 212 575,32 руб. финансовых санкций.

Определением суда от 20.08.2018 требования ПАО «Сбербанк России» в размере 400 465 317,99 руб. основного долга, 61 933 599,08 руб. процентов, 1 393 481,21 руб. комиссий, 10 212 575,32 руб. финансовых санкций исключены из третьей очереди реестра требований кредиторов должника

Определением суда от 25.12.2017 требования АО «Российский сельскохозяйственный банк» в размере 47 039 274,19 руб. основного долга включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО  «Промышленные линии»

При этом требование предъявлено к ООО «Промышленные линии» как к поручителю по кредитному договору ООО «Нива».

27.12.2018 в счет погашения задолженности по кредитному договору 

<

***> от 28.12.2010, заключенному с ООО «Нива», от третьего лица, ООО «Другое Дело», поступило 20 000 000 руб. по платежному поручению от 27.12.2018 №7062.

Определением суда от 11.03.2019 требования АО «Россельхозбанк» в размере 20 000 000 руб. задолженности исключены из третьей очереди реестра требований кредиторов должника

Также между группой компаний «Ашатли», в том числе ООО «Нива», и АО «Россельхозбанк» определением Свердловского районного суда г. Перми от 03.08.2020 утверждено мировое соглашение, по условиям которого в пользу банка поступило удовлетворение в размере 300 000 руб. на дату 03.11.2020.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что после совершения сделок купли-продажи доли в ООО «Нива» от 15.04.2015 и соглашения о новации от 30.04.2015, должник в составе группе компаний «Ашатли» фактически продолжил деятельность, позволяющую обслуживать его кредитные обязательства.

Обстоятельства ведения бизнеса группой компаний «Ашатли» предметом рассмотрения судов при рассмотрения заявления об оспаривании указанных не устанавливались, а были установлены при рассмотрении иных споров в рамках дел о банкротстве входящих в данную группу лиц, в связи с чем данные обстоятельства обоснованно приняты судом первой инстанции при рассмотрении настоящего спора о привлечении к субсидиарной ответственности.

Таким образом, указанные сделки не могли повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той мере, как если бы были направлены на достижение критического результата в совокупной деятельности должника на пути к объективному банкротству, поскольку наличие у должника выбывшего в результате сделок актива (100% доли в уставном капитале ООО «Нива») не привело бы к существенному улучшению финансового состояния должника.

Совершение указанных сделок в рассматриваемом случае не может являться достаточным основанием для привлечения совершавших их лиц к субсидиарной ответственности по всем обязательствам должника, обстоятельства спора не свидетельствуют о том, что действия ответчиков по распределению денежных средств в группе компаний «Ашатли» имели целью причинение вреда должнику и его кредиторам.

При изложенных обстоятельствах, требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО14, ООО «Уральская агропромышленная компания», ФИО7, ФИО16, ООО «Другое дело» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям удовлетворению не подлежит. В удовлетворении заявленных требований в обжалуемой части судом первой инстанции отказано правомерно.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 указанной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Из материалов дела следует, что ответчиками ФИО14 и   ООО «Уральская агропромышленная компания» (л.д. 48 т. 1, л.д. 143 т.9), ФИО16 и ООО «Другое дело» (л.д. 149 т. 8) заявлено об истечении срока исковой давности для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Следует учитывать, что сроки исковой давности регулируются нормами гражданского (материального) права. С другой стороны, совершение отдельных действий (заявление ответчиком о пропуске срока исковой давности, возражения истца на заявление ответчика, принятие судом процессуальных решений и т.д.) подчинено нормам процессуального закона.

На основании статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Как было указано выше, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Из материалов дела усматривается, что должник признан несостоятельным (банкротом) решением суда от 07.04.2018 (резолютивная часть от 22.03.2018).

Конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении ФИО14 и ООО «Уральская агропромышленная компания» к субсидиарной ответственности 23.11.2021, ООО «Другое Дело» - 15.02.2022, ФИО16 – 26.04.2022, то есть по истечении объективного трехлетнего срока исковой давности.

Выводы суда первой инстанции в данной части являются неверными, 

Кроме того, ФИО3 обратился с заявлением от 19.05.2022 о взыскании с ООО «Уральская агропромышленная компания», ФИО14, ФИО7, ООО «Полюс-Инжиниринг», ПАО «Сбербанк России» в пользу должника убытков в размере 246 358 433,78 руб. 

В соответствии с пунктом 20 Постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев 1 и 3 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

В случае нарушения этой обязанности названное лицо несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные юридическому лицу его виновными действиями (бездействием) (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу, установленному статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Следовательно, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, недобросовестное (неразумное) поведение руководителя общества при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками, размер убытков.

В пунктах 1 - 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством; в связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

Заявитель ссылается на причинение ущерба имущественным правам кредиторов ООО «Промышленные линии» в связи с заключением сделки по купле-продаже доли в уставном капитале ООО «Нива» от 15.04.2015, соглашения о новации от 30.04.2015, которые признаны недействительными определением суда от 20.10.2021.

В качестве оснований для взыскания убытков со ФИО14  заявитель ссылается на то, что он на момент совершения действий по выводу доли в размере 100% в уставном капитале ООО «Нива» являлся руководителем ООО «Уральская агропромышленная компания» и единственным участником данной организации, одобрил сделку по выводу доли в размере 100% в уставном капитале ООО «Нива», как руководитель ООО «Полюс-Инжиниринг» осуществил выпуск ничем не обеспеченного векселя от 27.03.2015 специально для вывода доли 100% в уставном капитале ООО «Нива», как руководитель ООО «Полюс-инжиниринг» передал самому себе ничем не обеспеченный вексель в отсутствие обязательств между ООО «Полюс-инжиниринг», как руководитель ООО «Уральская агропромышленная компания» передал ничем не обеспеченный вексель в пользу ООО «Тулым» в счет доли 100% в уставном капитале ООО «Нива», как представитель ООО «УК «Ашатли» принял 01.07.2015 этот же вексель от ООО «Тулым» в отсутствие каких бы то ни было обязательств между ООО «УК «Ашатли» и ООО «Тулым», как руководитель управляющей организации ООО «Нива» - ООО «Уральская агропромышленная компания – менеджмент» принял от самого себя как представителя ООО «УК «Ашатли» 03.07.2015 этот же ничем не обеспеченный вексель и передал этот же вексель в залог ПАО «Сбербанк России» по акту от 26.05.2016.

В отношении ООО «Уральская агропромышленная компания» указывает, что данное общество фактически безвозмездно, злоупотребляя правом, приобрело у ООО «Промышленные линии» по ничтожной сделке долю 100% в уставном капитале ООО «Нива», органы управления (единственный участник) общества принимал корпоративные решения при присвоении доли 100% в уставном капитале ООО «Нива».

В отношение ООО «Полюс-Инжиниринг» ссылается на то, что данное общество, в отсутствие имущества, фактически не осуществляя производственную деятельность, выпустило ничем не обеспеченный вексель с целью его использования при выводе имущества должника, незаконно получило долю в уставном капитале ООО «Нива», органы управления общества одобрили сделку по отступному со ФИО14, при этом не могли не знать, что фактически цена векселя составляет 0 руб.

В отношении ПАО «Сбербанк России» указывает, что ничем не обеспеченный вексель был в конечном итоге передан в залог  ПАО «Сбербанк России» для усиления залога, без согласия Банка доля в уставном капитале ООО «Нива» не могла быть передана третьим лицам, Банк как залогодержатель не мог не знать реальный размер активов ООО «Нива» и как следствие, реальную стоимость доли в размере 100% в уставном капитале, у Банка не было каких-либо правомерных причин согласовывать распоряжение долей в уставном капитале ООО «Нива», Банк, не передавая что-либо в качестве встречного предоставления получает в залог вексель, не истребовал у ООО «Нива» первичные документы, по которым вексель перешел к данному обществу. Полагает, что Банк осуществлял соучастие в причинении вреда ООО «Тулым».

В отношении ФИО7 ссылается на то, что данное лицо на основании подложного заявления формы Р14001 на основании поддельного протокола об избрании директора ООО «Промышленные линии» зарегистрировалось в качестве руководителя ООО «Промышленные линии» и подписало подложное соглашение об изменении способа исполнения обязательств, заменив оплату в размере 246 млн.руб. со стороны ООО «Уральская агропромышленная компания» на ничем не обеспеченный вексель ООО «Полюс Инжиниринг», а в последующем данное лицо довело ООО «Промышленные линии» до банкротства с тем, чтобы скрыть следы вывода имущества. Данное лицо участвовало в выводе 442 млн.руб. из ООО «Конкур-Пермь» и последующем присвоении данных денежных средств. Также на стороне ФИО14 в течение длительного времени участвовал в иных злоупотреблениях и нарушениях.

Размер убытков заявитель определяет исходя из стоимости доли на момент ее продажи  – 246 356 434,78 руб. за минусом стоимости доли по состоянию на 31.12.2021 – 1 руб., что составляет 246 358 433,78 руб.

Оснований для взыскания убытков с указанных выше лиц судом первой инстанции не установлено. Проверив обоснованность заявленных требований, суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для взыскания с ответчиков убытков в силу следующего.

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, наличие причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Наличие вступившего в законную силу судебного акта, принятого по спору о признании сделок недействительными, и содержащих оценку таких сделок, является основанием для освобождения от повторного доказывания недействительности сделок.

Как было указано выше, определением от  20.10.2021 по настоящему делу признаны недействительными (ничтожными) сделками договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Нива» от 15.04.2015, соглашение о новации №43-2015-1 от 30.04.2015, заключенные между ООО «Тулым» и ООО «Уральская агропромышленная компания»; применены последствия недействительности ничтожных сделок, в собственность ООО  «Промышленные линии» возвращено 100% доли в уставном капитале ООО «Нива» (ИНН 

<

***>), определение вступило в законную силу.

Само по себе наличие вступившего в законную силу определения суда от 20.10.2021 не может являться основанием для взыскания с ответчиков убытков.

В рассматриваемом случае заявителю надлежало доказать, что именно в результате действий названных выше лиц по отчуждению доли в уставном капитале ООО «Нива» должнику были причинены убытки.

При этом в результате признания сделки недействительной, спорный актив был возвращен ООО  «Промышленные линии».

Вместе с тем, заявителем не доказано, что после выбытия 100% доли в уставном капитале ООО «Нива» у должника не осталось иных активов, и должник стал отвечать признакам неплатежеспособности.  Также не доказано, что именно по вине указанных лиц произошло уменьшение стоимости доли ООО «Нива», не раскрыты конкретные виновные действия ответчиков, приведшие к уменьшению стоимости доли ООО «Нива».

С учетом приведенных выше пояснений ФИО14, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что после совершения сделок купли-продажи доли в ООО «Нива» от 15.04.2015 и соглашения о новации от 30.04.2015, должник в составе группе компаний «Ашатли» фактически продолжил деятельность, позволяющую обслуживать его кредитные обязательства, суд первой инстанции также обоснованно исходил из отсутствия в материалах дела доказательств того, что действия ответчиков по распределению денежных средств в группе компаний «Ашатли» имели целью причинение вреда должнику и его кредиторам.

Как верно отмечено судом первой инстанции ПАО «Сбербанк России»  не является контролирующим должника лицом, давая согласие на реализацию предмета залога, доли в уставном капитале ООО «Нива», оно реализовывало свои права в пределах данных ему полномочий как залогодержатель. Оценивая платежеспособность ООО «Уральская агропромышленная компания» по отношению к ООО «Промышленные линии», Банк понимал, что должник входит в группу компания «Ашатли», является поручителем по ряду обязательств группы, контролируемой ФИО14, бенефициаром ООО «Промышленные линии», соответственно, для Банка такая смена владельца предмета залога не являлась подозрительной и критической. С учетом аффилированности лиц фактический владелец доли не поменялся, обслуживание кредитного портфеля продолжилось, перемена лиц в данном случае не привела к нарушению чьих-либо прав. Получение векселя как дополнительного обеспечения кредитных обязательств не является противоправным, является обычным для Банка, с учетом того, что на 2018 год банк заключал с группой «Ашатли» мировое соглашение по всей кредитной задолженности, очевидно, что Банк предполагал, изучив положение группы, что задолженность будет погашена, при этом усиление кредита с учетом переданных должникам сумм является оправданным экономическим действием залогодержателя, иного суду не доказано.

Учитывая вышеизложенное, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности всех условий, необходимых для применения к ответчикам меры ответственности в виде возмещения убытков (наступление убытков в результате виновных действий ответчика, противоправность поведения ответчика, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправным поведением ответчика), в связи с чем, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении требований, заявленных ФИО3

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФИО3, подлежат отклонению, все они были известны суду первой инстанции, фактически дублируют заявление о взыскании убытков. По приведенным основаниям судом не установлено обстоятельств, позволяющих взыскать с  ответчиков убытки. Наличие вины и причинно-следственной связи в действиях ответчиков не усматривается.

Кроме того, ПАО «Сбербанк России» заявлено о пропуске ФИО3 срока исковой давности для предъявления требования о взыскании убытков.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ). В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В данном случае заслуживают внимания доводы ПАО «Сбербанк России» о том, что, с учетом того, что протокол внеочередного общего собрания участников ООО «Тулым» (ООО «Промышленные линии») от 26.01.2015 об избрании директора ФИО7 является сфальсифицированным, ФИО3 при осуществлении полномочий директора должен был своевременно узнать о непоступлении оплаты по договору купли-продажи от 15.04.2015.

Между тем вплоть до оспаривания соответствующих сделок в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 требований об оспаривании указанных сделок, о взыскании убытков не заявлял.

Учитывая изложенное, следует признать, что обращение с рассматриваемым заявлением 19.05.2022 произведено ФИО3 за пределами срока исковой давности.

Соответствующие положения о пропуске срока исковой давности апелляционная коллегия полагает также применимыми, помимо ПАО «Сбербанк России», к ответчикам ФИО14 и ООО «Уральская агропромышленная компания», поскольку в основание требований о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и в основание требований о взыскании убытков приведены аналогичные обстоятельства.

Доводы ООО «Проспект» о наличии оснований для исключения из мотивировочной части определения суда вывода относительно того, что «о наличии такого конфликта указано в определении суда от 19.05.2019 в деле №А50-23861/2017» подлежат отклонению, поскольку судом первой инстанции было процитировано определение от 04.07.2022   по делу №А50-20477/2015 (страница  31). Данный вывод из определения суда от 04.07.2022 не исключался.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, в определении суда от 20.10.2021 не было сделано выводов о том,  что именно в результате действий ФИО14, ФИО16, ФИО7, ООО «Уральская агропромышленная компания», ООО «Другое дело»  у должника наступили признаки объективного банкротства. Как было указано выше, при вынесении данного определения обстоятельства ведения бизнеса в группе компаний «Ашатли» судом не исследовались, в связи с чем доводы о нарушении судом первой инстанции положений части 2 статьи 69 АПК РФ являются несостоятельными. 

Обстоятельств  взаимосвязи между наступившим банкротством ООО «Промышленные линии» и совершенными 15.04.2015 и 30.04.2015 сделками по отчуждению доли ООО «Нива» судом апелляционной инстанции также не установлено.

Доводы конкурсного управляющего о необходимости привлечения к участию в настоящем обособленном споре конкурсных управляющих всех предприятий-банкротов группы компаний «Ашатли» в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, поскольку при разрешении вопросов о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в рамках дел о банкротстве ООО «Нива», ООО «Пихтовское», ООО «Шляпники», ООО «Горы», ООО «Жемчужина» и др. оценка поведения и действий ФИО14 и ФИО16 будет производиться через призму обжалуемого определения, затронувшего обстоятельства ведения бизнеса всей группы, также подлежат отклонению. Так, данный спор рассматривался с ноября 2021 года, конкурсный управляющий неоднократно заявлял об уточнении заявленных требований. При этом ходатайство о привлечении конкурсных управляющих всех предприятий-банкротов группы компаний «Ашатли» в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, не заявлял. Кроме того, действующим законодательством о банкротстве не предусмотрено банкротство коллективных субъектов в рамках одного дела.

Доводы о том, что  владея предприятием ООО «Нива», ФИО14 предпринимал действия по реструктуризации кредитов, поскольку его интерес в работающем предприятии представляется очевидным, а после того как появилась перспектива утраты контроля над ООО «Нива», кредиты перестали обслуживаться совсем, что спровоцировало банкротство всей группы, носят предположительный характер, опровергаются установленными по делу обстоятельствами.

Ссылка на необходимость исследования обстоятельств финансово-хозяйственной деятельности сельхозпроизводителей группы компаний «Ашатли», на необходимость  установления причин банкротства группы подлежит отклонению, поскольку данные вопросы предметом рассмотрения спора не являлись. 

Само по себе обстоятельство, что СЧ ГСУ МВД России по Пермскому краю вынесено постановление о возбуждении уголовного дела от 28.04.2023 не свидетельствует о наличии оснований для привлечения указанных выше лиц к субсидиарной ответственности. 

Таким образом, следует признать, что суд первой инстанции верно оценил все имеющие значение для правильного разрешения указанного заявления обстоятельства и вынес законный и обоснованный судебный акт.

Изложенные заявителями в апелляционных жалобах доводы фактически дублируют доводы, заявленные ими ранее при рассмотрении спора по существу в суде первой инстанции. Все они были известны суду первой инстанции и учтены при принятии обжалуемого определения, следовательно, они не могут служить основанием для отмены принятого по делу судебного акта, поскольку оснований для переоценки фактических обстоятельств дела апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалобы и для отмены судебного акта в обжалуемой части не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционной жалобы на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса РФ, государственная пошлина не уплачивается, в связи с чем, оплаченная ФИО3 государственная пошлина по чеку-ордеру от 07.07.2023 в размере 3 000 руб. подлежит возврату апеллянту.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края  от 27 июня 2023  года по делу № А50-23861/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Возвратить ФИО3 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб., уплаченную по чеку-ордеру от 07.07.2023.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

М.С. Шаркевич

Судьи

В.И. Мартемьянов

С.В. Темерешева