АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

г. Салехард, ул. Республики, д.102, тел. (34922) 5-31-00, 

www.yamal.arbitr.ru, e-mail: info@yamal.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А81-6140/2019

г. Салехард

30 января 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 24 января 2020 года. 

Полный текст решения изготовлен 30 января 2020 года.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе судьи Беспалова М.Б., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ленцовым М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению акционерного общества «Роспан Интернешнл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес (место нахождения): 629306, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>, дата государственной регистрации 28.06.1994) к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ямало-Ненецкому автономному округу (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, адрес (место нахождения): 629008, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>, дата государственной регистрации 17.12.2004) об оспаривании решения от 22.01.2019 № 08-18/1 в части, при участии в судебном заседании:

от заявителя - ФИО1 по доверенности № 272 от 17.12.2019, ФИО2 по доверенности № 193 от 02.12.2019;

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №6 по Ямало-Ненецкому автономному округу – ФИО3 (приказ от 11.07.2019), ФИО4 по доверенности № 02-12/0004 от 09.01.2020;

от Управления Федеральной налоговой службы по Ямало-Ненецкому автономному округу - ФИО5 (доверенность № 19 от 13.01.2020 № 04-09/00208);

от Департамента тарифной политики, энергетики и жилищно-коммунального комплекса Ямало-Ненецкого автономного округа - ФИО6 по доверенности от 22.01.2020 № 6.

У С Т А Н О В И Л:

акционерное общество «Роспан Интернешнл» обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №6 по Ямало-Ненецкому автономному округу об оспаривании решения от 22.01.2019 №08-18/1 в части:

- доначисления налога на прибыль организаций в сумме 2 627 693 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.3.6. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1,

- доначисления налога на имущество в сумме 1 241 526 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.4.1. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1,

- доначисления налога на имущество организаций в сумме 91 187 862 руб. соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.4.2. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 28.06.2019 заявление принято к производству.

30.07.2019 от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №6 по Ямало-Ненецкому автономному округу поступил отзыв на заявление, согласно которому просит отказать в полном объеме.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 01.08.2019 дело назначено к судебному разбирательству.

27.08.2019 от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №6 по Ямало-Ненецкому автономному округу поступили дополнения к отзыву на заявление.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 28.08.2019, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Ямало-Ненецкому автономному округу (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, адрес: 629008, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>, дата государственной регистрации 21.10.2004).

18.10.2019 от АО «Роспан Интернешнл» поступили письменные пояснения по делу.

18.10.2019 от АО «Роспан Интернешнл» поступило ходатайство о приобщении документов к материалам дела.

18.10.2019 от АО «Роспан Интернешнл» поступили возражения на отзыв. 

15.11.2019 от АО «Роспан Интернешнл» поступили письменные пояснения по делу.

18.11.2019 от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №6 по Ямало-Ненецкому автономному округу поступили дополнения к отзыву на заявление.

19.11.2019 от Управления Федеральной налоговой службы по Ямало-Ненецкому автономному округу поступили письменные пояснения по делу. 

19.11.2019 от АО «Роспан Интернешнл» поступили письменные пояснения по делу.

10.12.2019 от АО «Роспан Интернешнл» поступили письменные пояснения по делу.

10.12.2019 от Управления Федеральной налоговой службы по Ямало-Ненецкому автономному округу поступили письменные пояснения по делу.

10.12.2019 от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №6 по Ямало-Ненецкому автономному округу поступили дополнения к отзыву на заявление.

12.12.2019 от АО «Роспан Интернешнл» поступили письменные пояснения по делу с приложением документов.

12.12.2019 в судебном заседании представителем налогового органа заявлено ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора Департамента тарифной политики, энергетики и жилищно-коммунального комплекса Ямало-Ненецкого автономного округа.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 12.12.2019, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Департамент тарифной политики, энергетики и жилищно-коммунального комплекса Ямало-Ненецкого автономного округа (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, (адрес) место нахождения: 629008, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>, дата регистрации – 09.03.2006)

20.01.2020 от АО «Роспан Интернешнл» поступили письменные пояснения по делу с приложением документов.

22.01.2020 от АО «Роспан Интернешнл» поступили письменные пояснения по делу с приложением документов.

23.01.2020 от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ямало-Ненецкому автономному округу поступили дополнения к отзыву на заявление. 

23.01.2020 от Департамента тарифной политики, энергетики и жилищно-коммунального комплекса Ямало-Ненецкого автономного округа поступили письменные пояснения по делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле разъяснены их процессуальные права и обязанности. Отводов составу суду не заявлено.

Дело рассматривается арбитражным судом в открытом судебном заседании в порядке, предусмотренном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

В судебном заседании представители АО «Роспан Интернешнл» настаивали на заявленных требованиях по основаниям, изложенным в заявлении и в возражениях, просили суд решение от 22.01.2019 № 08-18/1 признать недействительным в обжалуемой части. Представители инспекции настаивали на доводах отзыва, просили суд отказать в заявленных требованиях.

Как следует из материалов дела, в период с 06.12.2017 по 01.10.2018 Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по Ямало-Ненецкому автономному округу (далее - «Налоговый орган», «Инспекция») на основании Решения от 06.12.2017 № 08-18/11 проведена выездная налоговая проверка АО «Роспан Интернешнл» (далее - «Заявитель», «Общество», «Налогоплательщик») за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 по всем налогам и сборам.

По результатам проверки составлен Акт налоговой проверки от 29.11.2018 № 08-18/9 (т. 1 л.д. 26-150), на основании которого вынесено Решение от 22.01.2019 № 08-18/1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (т. 2 л.д. 110-150, т. 3 л.д. 1-99).

Не согласившись с принятым инспекцией Решением, АО «Роспан Интернешнл» направило в Управление ФНС по Ямало-Ненецкому автономному округу апелляционную жалобу от 28.02.2019 № 073-3/3-РИ (т. 3 л.д. 100-148).

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы управление вынесло решение от 22.03.2019 № 169, которым апелляционная жалоба АО «Роспан Интернешнл» удовлетворена частично (т. 4 л.д. 1-15).

Не согласившись с вынесенными решениями АО «Роспан Интернешнл» обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по Ямало-Ненецкому автономному округу об оспаривании решения от 22.01.2019 № 08-18/1 в части. 

Так, согласно заявлению, налогоплательщик считает, что выводы, изложенные в Решении от 22.01.2019 № 08-18/1 о привлечении лица к ответственности за совершение налогового правонарушения, и в Решении по апелляционной жалобе от 28.02.2019 № 073-3/3-РИ не соответствует фактическим обстоятельствам дела, что инспекцией нарушены материальные нормы права, кроме этого, ряд выводов инспекции не соответствуют фактам, имевшим место в деятельности налогоплательщика за проверяемый период, а также что инспекцией нарушены нормы Налогового кодекса РФ и действующего законодательства Российской Федерации, что в совокупности привело к принятию необоснованного и незаконного Решения по следующим эпизода:

- доначисление налога на прибыль организаций в сумме 2 627 693 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.3.6. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1,

- доначисление налога на имущество в сумме 1 241 526 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.4.1. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1,

- доначисление налога на имущество организаций в сумме 91 187 862 руб. соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.4.2. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1.

Рассмотрев заявление, заслушав лиц, участвующих в деле, оценив доводы сторон, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд считает, что заявление подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Статьей 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантирована судебная защита его прав и свобод, в том числе посредством обжалования в судебном порядке решений и действии (или бездействия) органов государственной власти.

В силу ст. 13 Гражданского кодекса Российской Федерации ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Глава 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает в качестве самостоятельного способа защиты прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности обжалование решений государственных органов в суд.

Согласно ч. 1 ст. 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с ч.  4 ст.  200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Исходя из ч. 2 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) - незаконными.

Таким образом, для признания арбитражным судом ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными, необходимо наличие одновременно двух юридически значимых обстоятельств: несоответствие их закону или иным нормативным правовым актам и нарушение прав и законных интересов заявителя.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, действий закону или ному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого акта и обстоятельств, послуживших основанием для его принятия, в силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возлагается на орган или лицо, которые приняли соответствующий акт.

В силу ст.  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При этом статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закреплено, что обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Анализ данных норм Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что административный орган самостоятельно должен представить все необходимые доказательства в обоснование правомерности принятия оспариваемого ненормативного акта, представление этих документов является обязанностью данного органа.

1 . По пункту 2.3.6. Решения в отношении доначисления налога на прибыль в сумме             2 627 693 руб., а также соответствующих сумм пени и штрафа.

В оспариваемом пункте 2.3.6. Решения, налоговой орган установил, что налогоплательщиком в нарушение ст. 256, 258, 259 Налогового кодекса Российской Федерации завышены амортизационные отчисления по объекту основного средства «Скважина № Р-911» (инв. № 7011434) за 2015 год в связи с неверным определением срока полезного использования (61 мес. вместо 84 мес.).

В подтверждение правомерности указанной позиции инспекция ссылается:

- на представленную налогоплательщиком в ходе выездной налоговой проверки инвентарную карточку на объект основных средств «Скважина Р-911» со сроком полезного использования 121 мес.;

- на представленную в ходе ранее проведенных налоговых проверок ведомость амортизации, где амортизационные начисления в 2009 году посчитаны исходя из срока полезного использования объекта основных средств «Скважина Р-911», равному 85 мес.

Кроме того, по мнению инспекции положения учетной политики для целей налогового учета на 2009 не могут быть приняты во внимание, как определяющие срок полезного использования, поскольку это не предусмотрено налоговым законодательством, а представленная в суд инвентарная карточка на объект основных средств «Скважина Р-911» со сроком полезного использования 61 мес., не может быть принята во внимание, поскольку составлена не на момент ввода спорного объекта в эксплуатацию.

Рассмотрев представленные в материалы дела доказательства, а также изложенные сторонами по делу позиции, Суд не может согласиться с позицией инспекции в связи со следующим.

Согласно п. 1 ст. 258 НК РФ амортизируемое имущество распределяется по амортизационным группам в соответствии со сроками его полезного использования. Сроком полезного использования признается период, в течение которого объект основных средств или объект нематериальных активов служит для выполнения целей деятельности налогоплательщика. Срок полезного использования определяется налогоплательщиком самостоятельно на дату ввода в эксплуатацию данного объекта амортизируемого имущества в соответствии с положениями ст. 258 НК РФ и с учетом Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы (утв. Постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 № 1, далее - Классификация основных средств).

Срок полезного использования для целей налогового учета подлежит определению на дату ввода данных объектов в эксплуатацию с учетом той редакции Классификации основных средств, которая действовала в периоде ввода в эксплуатацию спорных объектов. 

Согласно п. 3 Учетной политики для целей налогообложения на 2009 год (т. 4 л.д. 15-47), срок полезного использования основного средства определяется исходя из минимального срока полезного использования, установленного для каждой группы классификацией основных средств, утвержденной постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 № 1, увеличенного на 1 мес.

Основное средство «Скважина № Р-911» согласно Классификации основных средств (код ОКОФ 12 4521162 «Скважина разведочная», в редакции, действовавшей на дату ввода объекта в эксплуатацию), относится к 4-й амортизационной группе, со сроком полезного использования свыше 5 лет до 7 лет включительно, или 61-84 мес.

Согласно инвентарной карточке на спорное основное средство срок полезного использования в отношении «Скважина № Р-911» налогоплательщик установил как 61 месяц (т. 4 л.д. 48-49).

Таким образом, Суд приходит к выводу, что налогоплательщик для исчисления амортизационных отчислений по объекту ОС «Скважина № Р-911» за 2015 год обоснованно и правомерно исходил из того, что срок полезного использования спорной скважины составляет 61 мес.

Доводы налогового органа о том, что ранее налогоплательщиком были представлены налоговые регистры, в которых расчет амортизации из срока полезного использования, равному 85 мес., а также инвентарная карточка, в которой срок полезного использования равен 121 мес., Суд признает необоснованными на основании следующего.

Налоговый орган на странице 55 оспариваемого Решения (т. 2 л.д. 110-150, т. 3 л.д. 1-99) указывает, что «По данным ведомостей амортизации за 2009-2014 годы, представленные в ходе проведения ВНП за предыдущие налоговые периоды, сумма начисленных амортизационных отчислений по объекту ОС «Скважина № Р-911» составила 66 815 709,19 руб.»

Сумма начисленной амортизации в размере 66 815 709,19 руб. могла сформироваться только в случае ежемесячной суммы амортизации, равной 5 139 669,94 руб., определенной исходя из срока полезного использования, равному 61 мес.

Как установлено Судом, фактический срок использования спорной скважины с учетом ее консервации, продления консервации, и расконсервации, в подтверждение чего в материалы дела представлены приказ от 26.05.2010 № 199А «Об изменении категории скважины», акт на консервацию (т. 4 л.д. 50-54), акт на продление консервации основного средства «Скважина № Р-911» (т. 4 л.д. 55-58), приказ от 26.11.2014 № 526 «О расконсервации скважины» (т. 4 л.д. 60), акт на расконсервацию основного средства от 24.11.2014 (т. 4 л.д. 61-63), составил 13 мес.

Соответственно, Суд соглашается с доводом налогоплательщика, что только исходя из фактического периода эксплуатации, равному 13 мес., общего срока полезного использования, равному 61 мес., могла сформироваться общая сумма начисленной амортизации, равная 66 815 709,19 руб. (13 * 5 139 669,94 руб.) (т. 4 л.д. 64-67).

Также, Суд принимает во внимание, представленное в материалы дела налогоплательщиком Решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 02.05.2017 № 792 по результатам проведения камеральной налоговой проверки по налогу на прибыль за 2014 год, где на стр. 39 Инспекция указывает, что при проверке инвентарной карточки ОС Скважина Р-911 и регистров полученных в ходе ВНП за 2012-2014 года, срок её полезного использования составляет 61 мес., а также что сумма месячной амортизации составляет 5 139 669,94 руб. 

Суд критически относится к доводу налогового органа, что налогоплательщиком представлена в рамках ВНП инвентарная карточка с указанием срока полезного использования, равному 120 мес., а также регистров, в которых сумма амортизации посчитана исходя из срока полезного использования, равному 85 мес., поскольку налоговым органом в оспариваемом Решении срок полезного использования определен исходя из иного срока полезного использования, равному 84 мес.

Пунктом 19 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в РФ (утв. Приказом Минфина России от 29.07.1998 № 34н) установлено, что регистры бухгалтерского учета могут вестись, в том числе на машинных носителях информации. При ведении регистров бухгалтерского учета на машинных носителях информации должна быть предусмотрена возможность их вывода на бумажные носители информации.

Согласно п. 7 ст. 9 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные и сводные учетные документы могут составляться на машинных носителях информации (в электронном виде), но в этом случае организация обязана изготовлять за свой счет копии таких документов на бумажном носителе для других участников хозяйственных операций, а также по требованию органов, осуществляющих контроль в соответствии с законодательством РФ, суда и прокуратуры.

Таким образом, поскольку инвентарная карточка по форме ОС-6 может вестись и храниться в электронном виде, постольку такая инвентарная карточка каждый раз может быть распечатана по требованию инспекции, а само по себе указание в инвентарной противоречивых сведений не может служить самостоятельным основанием для доначисления налогов в тех ситуациях, когда налоговые обязательства определены налогоплательщиком в соответствие с действующим законодательством.

В рассматриваемом случае, Суд считает, что определение срока полезного использования должно осуществляться не только исходя из сроков указанных в инвентарной карточке, а исходя действующего законодательства, регламентирующего определение срока полезного использования основного средства, в частности Классификации основных средств. 

Как ранее установлено Судом, в соответствии с Классификацией основных средств на дату принятия к учету спорной скважины, она подлежа включению в 4-ю амортизационную группу со сроком полезного использования от 5-7 лет, или 60-84 мес. 

Согласно п. 1 ст. 258 НК РФ срок полезного использования определяется налогоплательщиком самостоятельно в соответствии со ст. 258 НК РФ и Классификацией основных средств.

Пунктом 1 ст. 259 НК РФ установлено, что метод начисления амортизации устанавливается налогоплательщиком самостоятельно ко всем объектам основных средств и отражается в учетной политике.

Таким образом, исходя из системного толкования положений ст. 258, 259, 259.1, 259.3 и ст. 313 НК РФ можно сделать вывод, что срок полезного использования основных средств и порядок его определения может быть отражен в учетной политике налогоплательщика для целей налогового учета. 

В учетной политике общества для целей налогообложения на 2009 год налогоплательщик определил, что срок полезного использования основного средства определяется из минимального срока полезного использования, установленного для каждой амортизационной группы увеличенный на 1 мес.

Соответственно, в отношении объекта основных средств «Скважина Р-911», исходя из положений Классификации основных средств и учетной политики, срок полезного использования может быть определен как 61 мес. 

В силу изложенных выше норм права, установленных обстоятельств, Суд приходит к выводу о незаконности доначисления заявителю налога на прибыль в связи с завышением сумм амортизационных отчислений по основному средству «Скважина Р-911» в сумме 2 627 693 руб. При этом, незаконность доначисления налога влечет необоснованность начисления пени, штрафов.

2 . По пункту 2.4.1. Решения в отношении доначисления налога на имущество за 2015 и 2016 гг. в сумме 1 241 526 руб., а также соответствующих сумм пени и штрафа.

Согласно оспариваемому Решению, по мнению инспекции налогоплательщиком неправомерно применена пониженная ставка налога на имущество, не являющегося линиями электропередачи или неотъемлемой их технологической составной частью (п.1, п.3 ст. 380 НК РФ), что привело к неуплате налога на имущество за 2015 год в размере 768 546 руб., за 2016 год в размере 472 980 руб. 

Рассмотрев представленные в дело доказательства, а также позицию сторон, Суд приходит к выводу, что налогоплательщиком в соответствии с п. 3 ст. 380 НК РФ применены в целях исчисления налога на имущество пониженные налоговые ставки в отношении линий энергопередачи и объектов, являющихся их неотъемлемой технологической частью, на основании следующего.

Пунктом 1 ст. 374 НК РФ определено, что объектами налогообложения признается движимое и недвижимое имущество, учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета.

В соответствии с п. 3 ст. 380 НК РФ налоговые ставки, определяемые законами субъектов Российской Федерации линий электропередачи, а также сооружений, являющихся их неотъемлемой технологической частью, не могут превышать в 2013 году – 0,4%, в 2014 году – 0,7%, в 2015 году – 1,0%, в 2016 году – 1,3%, в 2017 году – 1,6%, в 2018 году – 1,9%. Перечень имущества, относящегося к указанным объектам, утверждается Правительством Российской Федерации.

Диспозиция нормы п. 3 ст. 380 НК РФ сформулирована в соответствии с гражданско-правовой классификацией вещей на главные и их принадлежности. В соответствии со ст. 135 ГК РФ вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной, вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи, если договором не предусмотрено иное.

На основании данных норм применяется Постановление Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 № 504 (далее - Перечень), которым утвержден Перечень имущества, относящегося к железнодорожным путям общего пользования, федеральным автомобильным дорогам общего пользования, магистральным трубопроводам, линиям энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов, в отношении которых организации освобождаются от обложения налогом на имущество организаций.

В указанном Перечне приведены наименования сложных технологических объектов, относящихся к линиям энергопередачи, а также сооружения, являющиеся их неотъемлемой технологической частью, и соответствующие этим объектам коды ОКОФ (Общероссийский классификатор основных фондов). Кроме того, Перечень содержит графу «Примечание», в котором имеется краткая характеристика имущественных объектов.

Право на применение льготы законодатель связывает с функциональной принадлежностью объектов налогообложения. 

Таким образом, право на налоговую льготу возникает у организации при соблюдении одновременно следующих условий:

1) имущество по своему функциональному предназначению относится к одной из категорий, указанных в п. 11 ст. 381 НК РФ, п. 3 ст. 380 НК РФ;

2) имущество поименовано в Перечне, утвержденном Правительством РФ;

3) имущество учтено на балансе организации в качестве объектов основных средств в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета.

Поскольку понятие «линии энергопередачи» в налоговом законодательстве отсутствует, для уяснения этого понятия необходимо руководствоваться понятиями и терминами гражданского и других отраслей законодательства Российской Федерации (п. 1 ст. 11 НК РФ).

Согласно п. 1 ст. 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

В силу п. 4 ст. 539 и п. 1 ст. 548 ГК РФ правила § 6 «Энергоснабжение» применяются, в том числе к договору снабжения электрической энергией, а также отношениям, связанным со снабжением тепловой энергией через присоединенную сеть.

Из ст. 3 и 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон № 35-ФЗ) следует, что услуги по передаче электроэнергии - это комплекс организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей в соответствии с требованиями технических регламентов. Оказание услуг по передаче электроэнергии осуществляется в отношении точек поставки на розничном рынке на основании публичного договора возмездного оказания услуг, заключаемого потребителями самостоятельно или в их интересах обслуживающими их гарантирующими поставщиками (энергосбытовыми организациями). Технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер. Технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом.

К объектам электросетевого хозяйства отнесены линии электропередачи, трансформаторные и иные подстанции, распределительные пункты и иное предназначенное для обеспечения электрических связей и осуществления передачи электрической энергии оборудование (абз. 11 ст. 3 Закона № 35-ФЗ).

В соответствии с п. 6 «ГОСТ 19431-84. Государственный стандарт Союза ССР. Энергетика и электрификация. Термины и определения», утвержденным Постановлением Госстандарта СССР от 27.03.1984 № 1029, энергоснабжение (электроснабжение) - обеспечение потребителей энергией (электрической энергией), при этом на основании п. 21 этого акта потребителем признается предприятие, организация, территориально обособленный цех, строительная площадка, квартира, у которых приемники электрической энергии (тепла) присоединены к электрической (тепловой) сети и используют электрическую энергию (тепло).

Линия электропередачи (ЛЭП) - это электрическая линия, выходящая за пределы электростанции или подстанции и предназначенная для передачи электрической энергии на расстояние (п. 34 ГОСТ 19431-84).

В силу п. 5 Государственного стандарта СССР ГОСТ 24291-90 «Электрическая часть электростанции и электрической сети. Термины и определения», утвержденного Постановлением Госстандарта СССР от 27.12.1990 № 3403, электропередачей является совокупность линий электропередачи и подстанций, предназначенная для передачи электрической энергии из одного района энергосистемы в другой.

Пунктом 2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг (утв. Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861), точка поставки определена как место исполнения обязательств по договору об оказании услуг по передаче электрической энергии, используемое для определения объема взаимных обязательств сторон по договору, расположенное на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств, определенной в акте разграничения балансовой принадлежности электросетей.

Границей балансовой принадлежности является линия раздела объектов электроэнергетики между владельцами по признаку собственности или владения на ином предусмотренном федеральными законами основании, определяющая границу эксплуатационной ответственности между сетевой организацией и потребителем услуг по передаче электрической энергии (потребителем электрической энергии, в интересах которого заключается договор об оказании услуг по передаче электрической энергии) за состояние и обслуживание электроустановок.

Таким образом, исходя из указанных выше норм, к линиям энергопередачи, а также сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью, относится имущество, коды ОКОФ которого содержатся в Перечне № 504.

Кроме того, Объектом классификации материальных основных фондов в ОКОФ является объект со всеми приспособлениями и принадлежностями или отдельный конструктивно обособленный предмет или обособленный комплекс конструктивно сочлененных предметов.

Льготированию подлежит не только имущество, код которого по ОКОФ непосредственно указан в Перечне, но и имущество, являющееся составной неотъемлемой частью указанного объекта, которое может иметь свой код ОКОФ, независимый от кода ОКОФ основного объекта (сооружения). Такое имущество, являющееся составной частью сложного технологического объекта, поименовано в Перечне по соответствующему коду ОКОФ в графе «Примечание», состав имущественных объектов по которой является закрытым.

Материалами дела подтверждается, что на балансе Общества числятся линии электропередачи, а также сооружения, являющиеся технологической частью указанных объектов (т. 4 л.д. 68-133).

Из введения в ОКОФ следует, что он составлен с целью обеспечения расчета экономических показателей; в основу классификации положено назначение объекта, его связь с видами деятельности, осуществляемыми с использованием этих объектов и производимыми в результате этой деятельности продукцией и услугами.

Судом установлено, что налогоплательщик правомерно определил, что спорное имущество линии электропередач следует отнести к ОКОФ 124521125, а кабельная линия электропередачи 0,4 кВ к ОКОФ 12 4521010 которые прямо указаны в разделе «Имущество, относящееся к линиям энергопередачи, а также сооружения, являющиеся их неотъемлемой технологической частью» Перечня № 504.

Судом также принято во внимание, что инспекция в оспариваемом Решении на стр. 120 отметила, что в ходе проверки установлен факт совпадения кодов ОКОФ и наименований имущества, принадлежащего обществу и отнесённого к льготируемому, с кодами ОКОФ и наименованиями имущества, содержащимися в Перечне № 504. 

Инспекцией в оспариваемом Решении сделан вывод, что имущество, позиционируемое обществом как линии электропередачи, не связано с передачей электроэнергии сторонним организациям, что в свою очередь свидетельствует об отсутствии права на применение пониженной ставки на имущество.

Однако, Суд критически относится к данному выводу, так как ни из ст. 380 НК РФ, ни из Перечня № 504, ни из отраслевых нормативных актов не следует, что квалификация линий электропередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой частью указанных объектов, в качестве таковых зависит от цели их использования. 

Согласно разъяснениям Минфина России, изложенным в письмах от 24.01.2018 № 03-05-05-01/3648, от 16.11.2017 № 03-05-05-01/75693, от 05.10.2017 № 03-05-05-01/64885, от 28.09.2017 № 03-05-05-01/63070, пониженные налоговые ставки, предусмотренные  п. 3 ст. 380 НК РФ, применяются в отношении поименованных в Перечне № 504 объектов, вне зависимости от передачи энергии сторонним потребителям или для энергоснабжения собственных нужд 

Более того, Судом установлено, что инспекцией в ходе проведения проверки не проверялось, какие из объектов основных средств, принадлежащих обществу, используются (либо могут быть использованы) им для передачи электрической энергии не только в целях обеспечения собственных нужд, но и для третьих лиц.

В процессе изучения материалов дела, Суд пришел к выводу, что все спорные объекты, по функциональному назначению использовались для передачи электроэнергии сторонним организациям.

Материалами дела доказано, и не оспаривается инспекцией, что оборудование, на которое обществом была применена пониженная ставка, по своему, технологическому и фактическому назначению использовалось для передачи электроэнергии.

Как установлено Судом, налогоплательщиком заключены договоры на поставку электрической энергии (т. 4 л.д. 135-152, т. 5 л.д. 1-150, т. 6 л.д. 1-149, т. 7 л.д. 1-29). Обществом также представлен перечень сторонних потребителей, присоединенных к электрической сети (т. 4 л.д. 134).

В соответствии с указанными договорами энергоснабжения налогоплательщик (Энергоснабжающая организация) обязуется подавать абоненту через присоединенную сеть электрическую энергию, а абонент обязуется своевременно оплачивать принятую электрическую энергию (схемы подключения абонентов представлены в материалы дела - т. 7 л.д. 30-51).

По вышеуказанным договорам налогоплательщиком, была получена оплата за поставку электроэнергии, что подтверждается реестром платежных документов за 2015 и 2016 года (т. 7 л.д. 52-59) и платежными поручениями (т. 7 л.д. 60-150, т. 8 л.д. 1-10).

Кроме того, участие спорного имущества в передаче электроэнергии сторонним организациям прямо следует из актов разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности (т. 8 л.д. 14-47). 

Таким образом, как было указанно выше, Суд соглашается с налогоплательщиком, что имущество, числящееся на балансе напрямую связано с процессом передачи электрической энергии сторонним организациям на возмездной основе.

Согласно оспариваемому Решению, инспекция отказала в праве на применение пониженной ставки, придя к выводу, что переданная электроэнергия третьим лицам, использовалась ими для выполнения работ и оказания услуг налогоплательщику, а значит, фактически использовалась обществом для собственных нужд.

Вопреки доводам инспекции относительно снабжения истцом электроэнергией сторонних потребителей которые оказывали благодаря этой электроэнергии услуги или выполняли работы только для истца, что по мнению налогового органа свидетельствует об отсутствии права на применения льготы, Суд отмечает что данный вопрос в рамках провидения ВНП инспекцией не исследовался.

Суд соглашается с доводом налогоплательщика, что инспекция подошла к вынесению решения формально, посчитав, что поскольку истцом заключены договоры со сторонними потребителями на оказание услуг, выполнение работ в интересах истца, то сторонние потребители не могли использовать полученную электроэнергию для своих нужд.

Обществом представлены в материалы дела, договоры с операторами мобильной связи - МТС, Мегафон, РТ-Мобайл, Т2-Мобайл, на основании которых Налогоплательщик на возмездной основе предоставлял право пользования своими Объектами для размещения оборудования сотовой связи и его последующей эксплуатации.

Данные договоры заключались по инициативе операторов мобильной связи, они направляли в адрес Общества письма о заключении договора права пользования движимым/недвижимым имуществом.

Кроме того, с данными операторами мобильной связи заключены договоры, в рамках которых налогоплательщик обеспечивал электроснабжением имущество данных сотовых операторов для осуществления ими оказания услуг на предоставление мобильной связи.

Операторы мобильной связи размещали свое оборудование на Объектах Налогоплательщика и пользовались поставляемой в их адрес электроэнергией для увеличения радио покрытия территорий Нового-Уренгоя и как следствие для получения дохода от подключенных абонентов, обратного как установлено Судом, инспекцией не доказано.

Так, например, в Договоре от 04.09.2014 № РИ431-14 заключенным с ЗАО «РТ-Мобайл» в пункте 1.2 Договора указано: «Размещаемое Арендатором Оборудование связи принадлежит ЗАО «РТ-Мобайл» и предназначено для обеспечения радио покрытия территории г. Новый Уренгой».

Более того, согласно лицензии на пользования недрами СЛХ 15988 НР выданной Истцу, установлены границы Восточно-Уренгойского месторождения, на основании которой составлена карта-схема расположения данного месторождения (т. 26 л.д. 57-63).

Из данной карты-схемы следует, что на расстоянии 20-40 километрах от Восточно-Уренгойского месторождения, находятся крупные населенные пункты, автомобильные трассы, а также проселочные и дороги и дачные поселки. 

В связи с чем, Суд соглашается с позицией налогоплательщика, что вышки мобильных операторов покрывают зону за пределами месторождения и предоставляют услуги связи иным лицам, не связанным с деятельностью общества, обратного налоговым органом не исследовалось и не доказано.

Также Судом учтены, выводы Арбитражного суда Западно-Сибирского округа сделанные в постановлении от 24.01.2020 по делу № А81-3604/2019, в котором в частности отмечено следующее: «Установив данные обстоятельства, свидетельствующие о том, что у спорного оборудования имеется техническая возможность для передачи электроэнергии третьим лицам (в том числе в процессе перетока электроэнергии), спорное имущество фактически используется не только для собственных нужд, но и для передачи электроэнергии третьим лицам, суды пришли к правильному выводу о наличии у налогоплательщика права на применение пониженной ставки в отношении спорных объектов основных средств, в связи с чем обоснованно удовлетворили заявленные требования».

Суд критически относится к ссылке инспекции на определение Конституционного Суда РФ от 28.02.2019 № 282-О как на указание того, что налогоплательщику запрещается одновременно совмещать деятельность, связанную с производством электроэнергии и с ее поставкой (продажей) третьим лицам, и как следствие нарушающие этот запрет налогоплательщики не имеют права на применение пониженной ставки налога на имущество по п.1, п.3 статьи 380 НК РФ.

Определение Конституционного Суда РФ от 28.02.2019 № 282-О не содержит, какой-либо информации, о критерии оценки права налогоплательщика на применение пониженной налоговой ставки на имущество, как и не содержит каких-либо правовых оснований позволяющих прийти к выводу, что совмещение деятельности связанной с производством электроэнергии и с ее поставкой (продажей) третьим лицам влияет на право налогоплательщика на применения пониженной налоговой ставки в рамках НК РФ.

В данном определении Конституционный Суд РФ указал, что: «Оценка того, в какой мере принадлежащее заявителю имущество соответствует критериям применения льготы по налогу на имущество организаций, предполагает исследование и оценку фактических обстоятельств в его конкретном деле».

Довод Управления ФНС России по ЯНАО о том, что Налогоплательщик не зарегистрировал право собственности на спорные линии электропередачи, в связи с чем не имеет права на применение пониженной налоговой ставки, Суд считает необоснованным и опровергается представленными в материалы дела документами.

В силу п. 1 ст. 130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Права на недвижимое имущество в силу ст. 8.1, 131 ГК РФ подлежат государственной регистрации. При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25).

Налогоплательщиком приобщены в материалы дела, документы подтверждающие регистрацию права собственности на часть объектов линий электропередачи являющиеся объектами недвижимости, на остальную часть право собственности не регистрировалось, так как оно является движимым имуществом.

Суд также отмечает, что положения ст. 374 НК РФ не связывают возникновение объекта обложения налогом на имущество с наличием оформленного в специальном порядке права собственности не объект основных средств. 

Как указано в ст. 374 НК РФ объектом обложения признается движимое и недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств.

Соответственно, возникновение объекта обложения налогом на имущество не связано с наличием или отсутствием права собственности на объект основных средств.

Кроме того, ст. 380 НК РФ также не связывает применения налоговой ставки, в том числе пониженной в отношении объектов обложения налогом на имущество с наличием или отсутствием права собственности.

Инспекцией также заявлен довод, что налогоплательщик не имеет права на применение пониженной налоговой ставки, так как не относится к субъектам электроэнергетики, с которым Суд не может согласиться на основании следующего.

В соответствии со ст. 3 Закона об электроэнергетике субъекты электроэнергетики - лица, осуществляющие деятельность в сфере электроэнергетики, в том числе производство электрической, тепловой энергии и мощности, приобретение и продажу электрической энергии и мощности, энергоснабжение потребителей, оказание услуг по передаче электрической энергии, оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике, сбыт электрической энергии (мощности), организацию купли-продажи электрической энергии и мощности.

Таким образом, под субъектами электроэнергетики Закон об электроэнергетике понимает всех лиц, осуществляющих деятельность на различных этапах единой технологической и организационной цепи по производству, передаче и реализации электрической энергии (мощности).

В соответствии с абз. 29 ст. 3 Закона об электроэнергетике гарантирующий поставщик электрической энергии - коммерческая организация, обязанная в соответствии с настоящим Федеральным законом или добровольно принятыми обязательствами заключить договор купли-продажи электрической энергии с любым обратившимся к ней потребителем электрической энергии либо с лицом, действующим от имени и в интересах потребителя электрической энергии и желающим приобрести электрическую энергию.

На основании изложенного, хотя Закон об электроэнергетик определяет субъектов электроэнергетики достаточно общим образом, как «лиц», системное толкование норм данного закона и Постановления № 442 позволяет определить, что субъектами электроэнергетики могут быть: во-первых, только юридические лица, во-вторых, коммерческие организации, а производителями электрической энергии - собственник или иной законный владелец генерирующих объектов, на которых осуществляется производство электрической энергии.

Судом установлено, что согласно кодам 35.12; 35.13 Общероссийского классификатора видов экономической деятельности (ОКВЭД), Общество осуществляет деятельность в области «обеспечения передачи электроэнергии от генерирующих объектов к распределительным системам путем обеспечения работоспособности (эксплуатации) объектов электросетевого хозяйства, а также процедуру технологического присоединения энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц (энергопринимающих устройств) к электрическим сетям сетевой организации».

В соответствии с подп. 3 п. 1 ст. 21 НК РФ, п. 1 ст. 56 НК РФ налогоплательщик имеет право использовать налоговые льготы (преимущества, предоставляемые отдельным категориям налогоплательщиков, в том числе возможность не уплачивать налог) при наличии оснований и в порядке, установленном законодательством о налогах и сборах.

Как уже было отмечено Судом ранее, в силу норм п. 3 ст. 380 НК РФ право на применение пониженных налоговых ставок в отношении предусмотренного нормой имущества конкретизировано Постановлением Правительства РФ № 504.

При этом объекты включаются в перечень Постановления № 504 исходя из их функционального назначения, наименования и присвоенного кода ОКОФ.

Приоритет метода буквального толкования норм налогового права определен Конституционным Судом РФ в Постановлении от 23.05.2013 № 11-П: «необходимость же для участников налоговых правоотношений исходить прежде всего именно из буквального толкования налогового закона обусловлена тем, что налоговые правоотношения основаны на властном методе правового регулирования, требующем строгого следования тексту налогового закона».

Таким образом, Суд приходит к выводу, что налогоплательщик в отношении принадлежащего ему имущества, наименования, коды ОКОФ, функциональное назначение которого соответствуют Постановлению № 504, имеет право на применение пониженной ставки налогообложения исходя из прямого действия положений п. 3 ст. 380 НК РФ.

Кроме того, Судом учтено, что согласно позиции Минфин РФ изложенной в письмах от 24.01.2018 № 03-05-05-01/3648, 09.04.2018 № 03-05-05-01/23085 и ФНС России изложенной в письме от 16.05.2018 № БС-4-21/9256 установленные п. 3 ст. 380 НК РФ ставки по налогу на имущество организаций применяются в отношении поименованных в Перечне № 504 объектов, относящихся к линиям энергопередачи и сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью, вне зависимости от осуществления экономической деятельности в сфере энергетики.

Суд полагает, что обществом выполнены все условия, для применения пониженной ставки по налогу на имущество организаций, установленные п. 3 ст. 380 НК РФ в отношении спорных объектов основных средств, в том числе:

1) имущество общества по своему функциональному предназначению относится к категории «линии энергопередачи или сооружения, являющиеся их неотъемлемой технологической частью»;

2) имущество общества по кодам ОКОФ, наименованиям и функциональному предназначению относятся к объектам, включенным в Перечень № 504;

3) имущество общества по своему функциональному назначению и техническим характеристикам передают электроэнергию, учувствуют в процессе передачи электроэнергии сторонним потребителям;

4) объекты учтены на балансе общества в соответствии с утвержденным порядком бухгалтерского учета и оформлены первичные учетные документы по формам, утвержденным Госкомстатом России, с заполнением всех обязательных реквизитов форм.

В связи с чем, Суд приходит к выводу, что позиция инспекции не основана на нормах действующего законодательства, необоснованно возлагает на налогоплательщика выполнение условий и требований, не предусмотренных Налоговым кодексом РФ и других нормативных актов, что привело к необоснованному доначислению заявителю налога на имущество организаций  за 2015 год в размере 768 546 руб., за 2016 год в размере 472 980 руб. При этом, незаконность доначисления налога влечет необоснованность начисления пени, штрафов.

3 . По пункту 2.4.2. Решения в отношении доначисления налога на имущество организаций в сумме 91 187 862 руб., а также соответствующих сумм пени и штрафа.

В оспариваемом пункте решения инспекция указывает, что налогоплательщиком на основании Классификации основных средств неверно определен срок полезного использования объектов основных средств для добычи углеводородного сырья - эксплуатационные скважины для добычи природного газа (37 и 60 мес.).

В обоснование своей позиции, налоговый орган указывает:

- в целях исчисления налога на имущества срок полезного использования подлежит определению на основании п. 20 Положения по бухгалтерскому учету ПБУ 6/01, и применительно к спорным скважинам на основании проектной документации № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13, в соответствии с которой срок эксплуатации скважин составляет 15 лет.

- классификация основных средств не может быть использована в целях определения срока полезного использования, поскольку ее применение противоречит Федеральному закону от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете». 

- учетная политика общества для целей бухгалтерского учета не содержит в себе положений о применении Классификации основных средств. 

- спорные скважины являются газоконденсатными, а не газовыми, а потому, в виду отсутствия в Классификации основных средств газоконденсатной скважины, такая Классификация применению к спорным скважинам не подлежит. 

- при вводе аналогичных скважин поставленных ранее на учет скважинам (в период с 2003 по 2011 гг.) обществом был установлен срок полезного использования, равный 120-180 мес. 

- налоговый и бухгалтерский учет в ряде случаев может не совпадать, а потому срок полезного использования скважин для добычи природного газа должен определяться только по правилам, установленным ПБУ 6/01 без применения Классификации основных средств.

С учетом приведенных обстоятельств инспекция указывает на занижение среднегодовой стоимость основных средств и налоговой база по налогу на имущество, что в свою очередь привело к неуплате в бюджет суммы в размере 91 187 862 руб.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, изучив изложенную в заявлении, отзыве, письменных пояснениях позицию сторон по делу, а также заслушав представителей, Суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 374 НК РФ объектом обложения налогом на имущество признается движимое и недвижимое имущество, учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета.

В соответствии с подп. 8 п. 1 ст. 374 НК РФ не признаются объектом обложения налогом на имущество объекты основных средств, включенные в первую или во вторую амортизационную группу в соответствии с Классификацией основных средств, утвержденной Правительством РФ.

Соответственно, Налоговым Кодексом РФ предопределено включать объект основных средств при его постановке на учет в целях исчисления налога на имущество в ту или иную амортизационную группу, в соответствии с Классификацией основных средств. 

В соответствии с п. 1 и 3 ст. 375 НК РФ налоговая база определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения, если иное не предусмотрено настоящей статьей. При определении налоговой базы как среднегодовой стоимости имущества, признаваемого объектом налогообложения, такое имущество учитывается по его остаточной стоимости, сформированной в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета, утвержденным в учетной политике организации.

Порядок бухгалтерского учета объектов основных средств регулируется:

- приказом Минфина России от 30.03.2001 № 26н «Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету «Учет основных средств» ПБУ 6/01» (далее - ПБУ 6/01),

- и Методическими указаниями по бухгалтерскому учету основных средств, также утвержденными приказом Минфина России от 13.10.2003 № 91н (далее - Методические указания № 91н).

Пунктом 12 Методических рекомендаций № 91н установлено, что учет основных средств по объектам ведется бухгалтерской службой с использованием инвентарных карточек учета основных средств (например, унифицированная форма первичной учетной документации по учету основных средств № ОС-6 «Инвентарная карточка учета объекта основных средств», утв. Постановлением Госкомстатом РФ от 21.01.2003 № 7 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету основных средств»). 

Этим же пунктом установлено, что инвентарные карточки могут группироваться в картотеке применительно к Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы, утвержденной Постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 № 1 «О классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы», а внутри разделов, подразделов, классов и подклассов - по месту эксплуатации (структурным подразделениям организации).

Также, согласно форме инвентарной карточки (ОС-6), как и форме карточки Акта о приеме-передаче объекта основных средств (ОС-1), в составе информации, подлежащий отражению, указывается амортизационная группа и соответствующий код ОКОФ.

Таким образом, при принятии объекта основных средств к учету, согласно Методическим рекомендациям № 91н и порядку оформления первичной документации по бухгалтерскому учету основных средств, каждый объект основных средств подлежит отнесению в ту или иную амортизационную группу в соответствии с утвержденными кодами ОКОФ Постановления Правительства РФ от 01.01.2002 № 1 «О классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы».

Кроме того, согласно п. 17 ПБУ 6/01 стоимость объектов основных средств погашается посредством начисления амортизации, если иное не установлено ПБУ 6/01. Сумма амортизационных отчислений определяется с учетом срока полезного использования (п. 19 ПБУ 6/01).

Судом установлено, что учетной политикой общества, предусмотрено, что амортизация основных средств в бухгалтерском учете начисляется линейным способом, при этом срок полезного использования определяется в соответствии с действующей Классификацией основных средств (т. 8 л.д. 48-105, т. 9 л.д. 106-156). 

В письме Минфина России от 21.01.2003 № 16-00-14/17 применительно к установлению срока полезного использования объектов основных средств, введенных в эксплуатацию после 01.01.2002 года (т. 31 л.д. 88), отмечено: «Для целей бухгалтерского учета Постановление Правительства Российской Федерации «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы» от 1 января 2002 г. № 1 рекомендуется применять к тем объектам основным средств, которые приняты к бухгалтерскому учету (дебет счета 01) начиная с 1 января 2002 года».

Пунктом 1 Постановления Правительства РФ от 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы» (в редакции на дату ввода спорных объектов в эксплуатацию) прямо установлено, что указанная Классификация может использоваться для целей бухгалтерского учета.

Согласно Классификации основных средств скважина газовая для эксплуатационного бурения имеет код ОКОФ 12 4521332 и включена в третью амортизационную группу со сроком полезного использования свыше 3 лет до 5 лет включительно.

Руководствуясь положениями ст. 374 и 375 НК РФ, 4.3.9 Учетной политикой для целей бухгалтерского учета на 2015 и 2016 гг., которым установлено, что срок полезного использования устанавливается в соответствии с классификацией, общество в 2015-2016 годах при вводе спорных скважин в эксплуатацию установило срок полезного использования равный 37 и 60 мес.

Судебная практика (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 23.08.2018 по делу № А81-2002/2017, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.06.2017 по делу № А70-12080/2016, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 05.03.2015 по делу № А70-4852/2014, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2019 по делу № А40-77932/2018, Постановление ВАС РФ от 05.07.2011 № 2346/2011) исходит из того, что срок полезного использования в целях бухгалтерского учета и последующего исчисления налога на имущество, определяется в соответствии Классификацией основных средств.

Разъяснения Минфина России о порядке определения срока полезного использования в бухгалтерском учете последовательно, начиная с 2002 года содержащиеся в письмах от 20.03.2002 № 16-00-14/98, от 21.01.2003 № 16-00-14/17, от 27.12.2016 № 02-07-08/78243, от 06.07.2016 № 03-05-05-01/39563 также исходят из того, что такой срок определяется на основании Классификации основных средств. 

Суд соглашается с позицией налогоплательщика, что актуальная судебная практика и разъяснения Минфина России исходят из допустимости и законности определения срока полезного использования основного средства в целях отражения в бухгалтерском учете на основании Классификацией основных средств.

В части доводов инспекции о наличии противоречий между положениями Классификации основных средств и Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ (далее – Закон № 402-ФЗ) в целях организации и ведения бухгалтерского учета, Судом установлено следующее.

Согласно доводам инспекции со ссылкой на ст. 8 и 22 Закона № 402-ФЗ с 01.01.2013 при формировании учетной политики организация должна применять только нормативные акты в сфере бухгалтерского учета, принимаемые уполномоченным федеральным органом, которым является Минфин России и Центральный банк России. Применительно к бухгалтерскому учету основных средств таким документом является только ПБУ 6/01 «Учет основных средств» (утв. приказом Минфина России от 30.03.2001 № 26н), а поскольку Классификация основных средств принята постановлением Правительства РФ, т.е. не уполномоченным органом, она противоречит Закону № 402-ФЗ.

Суд считает, что вывод налогового органа о противоречии Классификации основных средств Закону № 402-ФЗ не основан на нормах законодательства.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закона № 129-ФЗ) законодательство Российской Федерации о бухгалтерском учете состоит из:

- настоящего Федерального закона, устанавливающего единые правовые и методологические основы организации и ведения бухгалтерского учета в Российской Федерации,

- других федеральных законов,

- указов Президента Российской Федерации,

- и постановлений Правительства Российской Федерации. 

В соответствии с п. 1 ст. 5 Закона № 129-ФЗ регулирование бухгалтерского учета осуществляется Правительством Российской Федерации.

Нормативно-правовым актом, принятым в соответствии с Законом № 129-ФЗ и регулирующим порядок определения срока полезного использования основного средства в бухгалтерском учете, является Постановление Правительства РФ от 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы», поскольку оно принято уполномоченным органом - Правительством РФ, и в допустимой форме – в форме постановления.

Начиная с 2013 года бухгалтерский учет регулируется новым Законом о бухгалтерском учете № 402-ФЗ, где в ст. 4 которого указано, что законодательство о бухгалтерском учете состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов и принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов. 

В ст. 30 Закона № 402-ФЗ указано, что до утверждения органами государственного регулирования бухгалтерского учета федеральных отраслевых стандартов, предусмотренных настоящим Федеральным законом, применяются правила ведения бухгалтерского учета и составления бухгалтерской отчетности, утвержденные уполномоченным федеральным органом и Центральным банком до вступления в силу настоящего Федерального закона.

Как уже было отмечено, Правительство РФ являлось уполномоченным федеральным органом, регулирующим бухгалтерский учет. 

Соответственно как до, так и после принятия Закона № 402-ФЗ, допустимым нормативным правовым актом, регулирующим порядок определения срока полезного использования основного средства в бухгалтерском учете, было и остается Постановление Правительства РФ от 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы».

Таким образом, Суд соглашается с позицией налогоплательщика, что нормативным правовым актом, регулирующим порядок определения срока полезного использования основного средства в бухгалтерском учете, как до принятия Закона № 402-ФЗ, так и после, является Постановление Правительства РФ от 01.01.2002 № 1.

Суд также соглашается с доводами налогоплательщика о том, что бухгалтерский учет в Российской Федерации ведется как на основании федеральных стандартов бухгалтерского учета, так и на основании иных федеральных законов и нормативных актов, регулирующих бухгалтерский учет. Следовательно, нормы о бухгалтерском учете, содержащиеся в других, кроме Закона № 402-ЗФ и федеральных стандартах, нормативных актах являются составной частью законодательства о бухгалтерском учете. 

В связи с тем, что Классификация основных средств является частью законодательства о бухгалтерском учете, в силу более высокого правового статуса постановления Правительства РФ, в частности постановления от 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы», по отношению к ПБУ 6/01 «Учет основных средств», при конкуренции норм права подлежит применению именно нормативный акт Правительства РФ.

Таким образом, Классификация основных средств, утвержденная постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 № 1, не только не противоречит Закону № 402-ФЗ, являясь частью законодательства РФ о бухгалтерском учете, но и имеет приоритет при возникновении противоречий в применении в сравнении с ПБУ 6/01 «Учет основных средств». 

Судом также принято во внимание, что согласно п. 4 ПБУ 6/01 сроком полезного использования основного средства в целях бухгалтерского учета является период, в течение которого использование объекта основных средств приносит экономические выгоды (доход) организации.

ПБУ 6/01 само по себе применительно к конкретному объекту основных средств не устанавливает период времени, в течение которого такой объект приносит выгоды организации.

Такой период времени, в течение которого объект основных средств приносит экономические выгоды, установлен Классификацией основных средств, поскольку согласно п. 1 ст. 258 НК РФ срок установленный классификацией определяет период, в течение которого объект основных средств служит для выполнения целей деятельности налогоплательщика.

Таким образом, применение Классификации основных средств в целях определения срока полезного использования для бухгалтерского учета не только не противоречит п. 4 ПБУ 6/01, но ему в полной мере соответствует, поскольку определяет срок, в течение которого объект основных средств приносит экономические выгоды (доход) организации.

Кроме того, Суд принимает во внимание, что после принятия Закона № 402-ФЗ Классификация основных средств продолжает применяться федеральными органами исполнительной власти, в том числе Федеральной налоговой службой.

Подпунктом 1 и 2 п. 1 Закона № 402-ФЗ установлено, что его действие распространяется на такие экономические субъекты как коммерческие организации и государственные органы. 

В п. 1 ст. 6 и п. 2 ст. 8 Закона № 402-ФЗ отдельно указано, что экономический субъект (государственный орган) обязан вести бухгалтерский учет и самостоятельно формировать свою учетную политику.

Во исполнение Закона № 402-ФЗ приказом от 04.07.2018 № ММВ-7-5/434@ Федеральной налоговой службой утверждена «Учетная политика Федеральной налоговой службы», в пункте 2.4 которой указано следующее:

«Срок полезного использования объектов основных средств и нематериальных активов определяется при вводе их в эксплуатацию в соответствии с максимальными сроками полезного использования имущества, установленными для первых девяти амортизационных групп Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы»».

Другие государственные органы в своей учетной политике, также зафиксировали необходимость применения Классификации основных средств, для определения срока полезного использования основного средства (на необходимость применения Классификации основных средств указано в п. 6.1.9 Учетной политики центрального аппарата Федеральной службы по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды (утв. приказом Росгидромета от 18.07.2019 № 348, п. 8.11 Учетной политики Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии (утв. приказом Росстандарта от 23.03.2017 № 619 и др.).

Таким образом, Судом установлено что, как самим налоговым органом (в том числе и другими государственными органами), так и налогоплательщиком, в целях ведения бухгалтерского учета срок полезного использования определяется на основании Классификации основных средств.

Кроме того Минфин России приказом от 31.12.2016 № 257н утвердил Федеральный стандарт бухгалтерского учета для организаций государственного сектора «Основные средства» (далее – Федеральный стандарт).

В п. 35 Федерального стандарта указано, что по объектам основных средств, включенным согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 1 января 2002 г. № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы», в амортизационные группы с первой по девятую, срок полезного использования определяется по наибольшему сроку, установленному для указанных амортизационных групп; в десятую амортизационную группу срок полезного использования рассчитывается исходя из единых норм амортизационных отчислений на полное восстановление основных фондов народного хозяйства СССР, утвержденных постановлением Совета Министров СССР от 22 октября 1990 г. № 1072 «О единых нормах амортизационных отчислений на полное восстановление основных фондов народного хозяйства СССР».

Таким образом, поскольку Минфином России с учетом требований Закона № 402-ФЗ прямо установлена возможность использования в целях бухгалтерского учета Классификации основных средств, постольку, в том числе утверждение налогового органа о несоответствии Классификации основных средств Закону № 402-ФЗ является несостоятельным.

Также, согласно 1 ст. 3 НК РФ законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения. В соответствии с п. 2 ст. 3 НК РФ налоги сборы не могут иметь дискриминационный характер и различно применяться исходя из социальных, расовых, национальных, религиозных и иных критериев.

На основании изложенного Суд приходи к выводу, что НК РФ не допускает ситуаций, когда в целях исчисления налога на имущество в отношении одного и того же объекта основных средств налогоплательщики, в зависимости организационно-правовой формы, ограничены (коммерческие организации) в применении нормативных актов, регулирующих срок полезного использования основного средства, в сравнении с другими (государственные (бюджетные) учреждения).

В части довода инспекции, что учетная политика общества не содержит в себе положений о применении Классификации основных средств, Суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 4.3.9 Учетной политики для целей бухгалтерского учета на 2015 год сроки полезного использования устанавливаются в соответствии с Классификацией основных средств, согласно приложению к учетной политике (т. 8 л.д. 48-105). Аналогичные положения содержаться в пункте 4.3.9 Учетной политики для целей бухгалтерского учета на 2016 год (т. 9 л.д. 106-156). 

В п. 3.1. Учетной политики на 2015 и 2016 гг. раздела 3.1 «Общие положения» указано, что установленная в обществе техника ведения бухгалтерского учета изложена в Методических указаниях «Разъяснения по вопросам бухгалтерского учета и отчетности» № П3-07 М-0060 ЮЛ – 407 (далее – Методические указания) и других ЛНД Общества.

Согласно п. 4.3.5.2 Методических указаний, действующих в 2015 году, основные средства распределяются по амортизационным группам в соответствии со сроками их полезного использования, установленными в соответствии с Классификацией основных средств в Обществе, которая разработана на основании классификации основных средств, определяемой Постановлением Правительства РФ от 01.01.2002г. № 1 «О классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы» (т. 31 л.д. 89-120).

Применительно к положениям Методических указаниях на 2016 год в п. 4.3 отмечено, что порядок бухгалтерского учета основных средств изложен в Приложении 6 «Бухгалтерский учет основных средств» к настоящим Методическим указаниям (т. 31 л.д. 121-133).

В пункте 7.1.1 в Приложении 6 «Бухгалтерский учет основных средств» указано, что основные средства распределяются по амортизационным группам в соответствии со сроками их полезного использования, установленными в соответствии с Классификацией основных средств в Обществе, которая разработана на основании классификации основных средств, определяемой постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 №1 «О классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы» (с учетом изменений и дополнений) (т. 32 л.д. 1-12).

Таким образом, Судом установлено, что учетная политика общества в целях бухгалтерского учета как на 2015 год, так и на 2016 год в части определения срока полезного использования основных средств, разработана на основании Классификации основных средств, определяемой постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 № 1 «О классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы».

Применительно к соответствию положений Классификации основных средств, являющейся приложением к учетной политике на 2015 и 2016 гг., в части срока полезного использования эксплуатационных скважин, положениям Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы (утв. Постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 № 1), налогоплательщиком представлены соответствующие сравнительные таблицы, в соответствии с которыми, скважина газовая для эксплуатационного бурения в приложении к учетной политике на 2015 и 2016 гг. отнесена к третьей амортизационной группе со сроком полезного использования 3-5 лет в полном соответствии с Классификацией основных средств, включаемых в амортизационные группы (утв. Постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 № 1).

Таким образом, Суд считает, что налогоплательщик в полном соответствии с Классификацией основных средств установил срок полезного использования в отношении спорных скважин как 37 и 60 мес. исходя из третьей амортизационный группы, в которую включаются основные средства со сроком полезного использования от 3 до 5 лет. 

Довод налогового органа о том, что спорные скважины являются газоконденсатными, а потому Классификация основных средств не может быть применена в отсутствие упоминания в ней срока полезного использования газоконденсатной скважины, Суд считает необоснованным в виду следующего.

В обоснование своего довода инспекция ссылается на СТО Газпром 2-3.2-168-2007 «Эксплуатационная газоконденсатная скважина. Технические требования и решения» и СТО Газпром 2-3.2-144-2007 «Эксплуатационная газовая скважина. Технические требования и решения», в соответствии с которыми газовая скважина и газоконденсатная скважина добывают газ и газоконденсатную смесь соответственно, а потому, по мнению инспекции отличаются между собой.

Однако налоговым органом не принято во внимание следующее.

Приведенные налоговым органом СТО Газпром не являются нормативными актами и применению не подлежат в связи со следующим:

- не изданы в установленном порядке уполномоченным органом государственной власти, органом местного самоуправления или должностным лицом, 

- не содержат правовых норм (правил поведения), обязательных для неопределенного круга лиц, рассчитанных на неоднократное применение, направленных на урегулирование общественных отношений либо на изменение или прекращение существующих правоотношений; 

- не опубликованы в официальном порядке, 

- не зарегистрированы Минюстом России.

СТО Газпром 2-3.2-168-2007 «Эксплуатационная газоконденсатная скважина. Технические требования и решения» имеет в себе ограничение в области своего применения, а именно распространяется исключительно на эксплуатационные газоконденсатные скважины валанжинских отложений месторождений дочерних обществ ОАО «Газпром» в Тюменской области и устанавливает технические требования к проектированию, строительству и эксплуатации скважин.

Аналогичное ограничение содержит в себе и СТО Газпром 2-3.2-144-2007 «Эксплуатационная газовая скважина. Технические требования и решения», где указано, что он распространяется на эксплуатационные газовые скважины сеноманских отложений месторождений дочерних обществ ОАО «Газпром» в Тюменской области и устанавливает технические требования к проектированию, строительству и эксплуатации скважин.

Соответственно, СТО Газпром не могут квалифицировать эксплуатационные скважины АО «Роспан Интернешнл» в качестве газовых или газоконденсатных. 

Согласно ст. 23.2. «Технические проекты и иная проектная документация на выполнение работ, связанных с пользованием недрами» Закона РФ от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах»:

«Разработка месторождений полезных ископаемых (за исключением добычи подземных вод, которые используются для целей питьевого водоснабжения или технологического обеспечения водой объектов промышленности либо объектов сельскохозяйственного назначения и объем добычи которых составляет не более 100 кубических метров в сутки) осуществляется в соответствии с утвержденными техническими проектами и иной проектной документацией на выполнение работ, связанных с пользованием недрами, а также правилами разработки месторождений полезных ископаемых по видам полезных ископаемых, устанавливаемыми федеральным органом управления государственным фондом недр по согласованию с уполномоченными Правительством Российской Федерации федеральными органами исполнительной власти».

Согласно п. 7.7. «Правил разработки месторождений углеводородного сырья» (утв. Приказом МПР РФ №356 от 14.06.2016, далее – Правила разработки месторождений) эксплуатационные скважины проектируются и бурятся при реализации ППЭ и промышленной разработке месторождения: добывающие (нефтяные и газовые) для организации системы разработки и извлечения из залежи нефти, газа, конденсата и воды.

Соответственно согласно Правилам разработки месторождений добывающие скважины для добычи нефти, газа, конденсата и воды делятся на газовые и нефтяные.

Также, согласно п.1.4. на стр. 21 постановляющей части протокола ЦКР Роснедра по УВС об утверждении проектного документа «Дополнение к единой технологической схеме разработки ачимовских отложений Уренгойского месторождения (в пределах лицензионных участков АО «Роспан Интернешнл» ): Общий фонд скважин предусмотрен в количестве 542, в т.ч. 384 добывающих газовых, 75 добывающих нефтяных.

Таким образом, Судом установлено, что действующим проектным документом на разработку (добычу нефти, газа и конденсата) ачимовских отложений Уренгойского месторождения (в пределах лицензионных участков АО «Роспан Интернешнл») предусмотрен общий фонд скважин, включающий добывающие скважины «газовые» и «нефтяные».

Суд, также приходит к выводу, что проектная документация № 048-РП-031/13 и  № 046-РП-029/13 на строительство скважин не может подтверждать выводы инспекции о необходимости установления срока полезного использования применительно ко всем скважинам, в отношении которых доначислен налога на имущество за 2015 и 2016 гг. 

В соответствии с пунктом 2.4.2 оспариваемого решения доначисление налога на имущество за 2015 и 2016 гг. произведено в отношении 43 скважин, перечень которых, включая инвентарные номера и наименование, приведен в таблице 25 на стр. 122-124 решения (позиции 57-99).

Согласно проектной документации № 048-РП-031/13 на строительство эксплуатационных скважин на Ачимовские отложения Восточно-Уренгойского лицензионного участка Уренгойского месторождения, на ее основании предусмотрено строительство 13 скважин, при этом только 4 скважины фигурируют в оспариваемом решении, по которым произведено доначисление налога на имущество (скважины № 2-06-01, № 2-06-02, № 2-06-03, № 2-06-04).

Согласно проектной документации № 046-РП-029/13 на строительство эксплуатационных скважин на Ачимовские отложения Ново-Уренгойского лицензионного участка Уренгойского месторождения, на ее основании предусмотрено строительство 9 скважин, при этом только 5 скважин фигурируют в оспариваемом решении, по которым произведено доначисление налога на имущество (скважины № 1-14-01, № 1-14-02, № 1-14-03, № 1-09-01, № 1-09-03).

Соответственно, в отношении только 9 из 43 скважин, имеется ссылка в проектной документации. 

Как указывает непосредственно налоговый орган на стр. 124 оспариваемого решения, представленные технические паспорта эксплуатационных скважин не содержат информацию об ожидаемом сроке использования объекта. 

Суд соглашается с позицией налогоплательщика, что инспекция, не располагая технической документацией на спорные объекты из которой можно было бы достоверно установить срок полезного использования, произвела доначисление налога на имущество по 43 скважинам основываясь только на проектной документации на строительство скважин на месторождении, которая составляется не на сами скважины как технические объекты, а на обустройство месторождения при строительстве на нем скважин.

Вывод налогового органа о том, что согласно проектным документам № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13 срок эксплуатации скважин составляет 15 лет, вырван из контекста раздела в котором об этом говорится, а именно «Раздел 10(1) Мероприятия по обеспечению соблюдения требований энергетической эффективности и требований оснащенности зданий, строений и сооружений приборами учета используемых энергетических ресурсов».

В данном разделе, рассматриваются вопросы обеспечения электроэнергией скважин, которые будут строиться на месторождении, и срок, на который ссылается инспекция, установлен не для определения срока полезного использования, так как он не основывается ни на каких технических характеристиках скважин, а лишь для установления срока, от которого стоит отталкиваться при разработки проекта обеспечения электроэнергией месторождение (стр. 262-265 проектной документации № 048-РП-031/13, стр. 258-261 проектной документации № 046-РП-029/13).

Поскольку в проектных документах поименованы только 9 из 43 скважин, по которым произведено доначисление налога на имущество и отсутствуют технические документы об ожидаемом сроке полезного использования в отношении оставшихся 34 скважин, постольку распространение положений проектной документации № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13 об ожидаемом сроке эксплуатации скважин на эти оставшиеся 34 скважин является неправомерным.

Кроме того, проектная документация № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13 не может быть применена 10 скважинам, в числе которых имеются 3 скважины, на которые в этой проектной документации имеется ссылка, также и по той причине, что эти скважины введены в эксплуатацию до утверждения проектной документации. 

Так, скважины № 2-17-01, 2-17-02, 2-17-03, 2-17-04, 2-17-05, 2-17-06, 2-06-01, 2-06-02, 1-09-03, 1-09-04 (позиции 57-66 таблицы № 25 на стр. 123 решения инспекции), из которых скважины № 2-06-01, 2-06-02, 2-06-03 указаны странице 16 проектной документации № 048-РП-031/13, были введены в эксплуатацию в период с 2011 по 2013 гг.

Проектная документация № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13 была утверждена генеральным директором налогоплательщика только в 2014 году, о чем имеется соответствующая подпись генерального директора на титульных листах.

Соответственно на момент ввода скважин № 2-17-01, 2-17-02, 2-17-03, 2-17-04, 2-17-05, 2-17-06, 2-06-01, 2-06-02, 1-09-03, 1-09-04 (2011-2013 гг.) налогоплательщик объективно не мог руководствоваться проектными документами № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13, утверждение которых произошло только в 2014 году.

Довод налогового органа, что при вводе аналогичных скважин поставленных ранее на учет скважинам (в период с 2003 по 2011 гг.) обществом был установлен срок полезного использования, равный 120-180 мес., Судом отклоняется на основании следующего.

Согласно Классификации основных средств (в ред. Постановления Правительства РФ от 09.07.2003 № 415) скважина газовая для эксплуатационного бурения (код ОКОФ 124521332) включена в 6-ю амортизационную группу со сроком полезного использования 10-15 лет, или 120-180 мес., а скважина водозаборная (код ОКОФ 124525351) включена в 8-ю амортизационную группу со сроком полезного использования 20-25 лет, или 240-300 мес.

Соответственно в отношении эксплуатационных скважин срок полезного использования устанавливался с учетом срока, установленного Классификацией основных средств, равного 120-180 мес., а в отношении водозаборной скважины равного 241 мес.

Впоследствии, Постановлением Правительства РФ от 24.02.2009 № 165 в Классификацию основных средств внесены такие изменения, в соответствии с которыми скважина газовая для эксплуатационного бурения (код ОКОФ 124521332) включена в 3 амортизационную группу со сроком полезного использования 3-5 лет, или 36-60 мес. 

С учетом внесенных в Классификацию основных средств изменений, Суд считает, что срок полезного использования газовых эксплуатационных скважин обоснованно определен налогоплательщиком с учетом измененных сроков, равным 37-60 мес.

Что касается эксплуатационной скважины № 4-01-02 (инвентарный номер 14-0366545) срок полезного использования был определен как 85 мес. по той причине, что она является нефтяной, и согласно Классификации основных средств, действующей на момент принятия скважины к учету, включена в 5-ю амортизационную группы со сроком полезного использования 7-10 лет, или 84-120 мес. (код ОКОФ 12 4521021 Сооружения нефтеперерабатывающей промышленности).

Таким образом, Судом установлено, что налогоплательщик последовательно и правомерно, с учетом вносимых в Классификатор изменений, определял срок полезного использования на эксплуатируемые скважины.

Также, Суд отмечает, что само по себе указание в проектной документация № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13 о сроке эксплуатации скважин, равному 15 лет, не может свидетельствовать о том, что скважины безусловно будут приносить экономические выгоды в течение этого срока.

В частности, в отношении 8 из 43 спорных скважин фактический срок использования в процессе добычи нефти составлял от 3 до 83 месяцев.

Так, согласно Акту от 22.06.2017 в категорию пьезометрический фонд переведена скважина № 905. В пункте 26 акта указано, что скважина остановлена 22.06.2016. С учетом даты ввода ее в эксплуатацию 20.03.2016 фактический срок использования составил 3 мес.

Актом от 28.07.2017 в категорию пьезометрический фонд переведена скважина № 2-06-02. В пункте 17 акта указано, что скважина остановлена 18.06.2017. С учетом даты ввода ее в эксплуатацию 30.04.2013 фактический срок использования составил 39 мес.

Актом от 31.10.2018 в категорию пьезометрический фонд переведена скважина № 2-17-02. В пункте 17 акта указано, что скважина остановлена 10.06.2018. С учетом даты ввода ее в эксплуатацию 29.02.2012 фактический срок использования составил 76 мес.

Актом от 31.10.2018 в категорию пьезометрический фонд переведена скважина № 2-17-06. В пункте 17 акта указано, что скважина остановлена 10.10.2018. С учетом даты ввода ее в эксплуатацию 30.11.2012 фактический срок использования составил 71 мес.

Актом от 31.10.2018 в категорию пьезометрический фонд переведена скважина № 2-17-05. В пункте 17 акта указано, что скважина остановлена 21.09.2018. С учетом даты ввода ее в эксплуатацию 30.11.2012 фактический срок использования составил 70 мес.

Актом от 31.10.2018 в категорию пьезометрический фонд переведена скважина № 2-17-04. В пункте 17 акта указано, что скважина остановлена 21.09.2018. С учетом даты ввода ее в эксплуатацию 30.09.2012 фактический срок использования составил 73 мес.

Актом от 31.10.2018 в категорию пьезометрический фонд переведена скважина № 2-17-03. В пункте 17 акта указано, что скважина остановлена 10.06.2018. С учетом даты ввода ее в эксплуатацию 30.11.2012 фактический срок использования составил 68 мес.

Актом от 31.10.2018 в категорию пьезометрический фонд переведена скважина № 2-17-01. В пункте 17 акта указано, что скважина остановлена 10.10.2018. С учетом даты ввода ее в эксплуатацию 31.10.2011 фактический срок использования составил 85 мес.

Скважины, переведенные в пьезометрический фонд, не используются по прямому назначению - добыче газа, а используются для мониторинга пластового давления.

В частности, согласно п. 7.9 приказа Минприроды России от 14.06.2016 № 356 «Об утверждении правил разработки месторождений углеводородного сырья» (далее – Приказ № 356) пьезометрические скважины необходимы для контроля за изменением пластового давления и температуры. 

Также, согласно п. 5.16 Приказа № 356 пользователь недр имеет право принимать оперативные решения по рациональному использованию фонда скважин всех назначений, в том числе случае изменения их назначения 

Таким образом, Суд соглашается с доводом налогоплательщика, что установление скважинам срока полезного использования, равному 180 мес. на основании проектных документов № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13, не может свидетельствовать о том, что в течение данного срока скважины будут приносить экономические выгоды с учетом их назначения, а перевод эксплуатационных скважин в пьезофонд обусловлен выполнением требований законодательства о рациональном использовании фонда скважин. 

Суд критически относится к представленным налоговым органом актам приемки законченного строительством объекта и протоколу от 31.12.2003 № б/н о привязке строительства скважин к проектной документации, так как они не подтверждают, что поименованные в этих документах скважины строились на основании проектной документация № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13.

В частности, в п. 4 актов от 15.07.2015 № 1/24/03 на приемку скважины № 1-24-03, от 23.09.2015 № 1/24/05 на приемку скважины № 1-24-05, от 24.10.2015 № 1/24/04 на приемку скважины № 1-24-04, от 24.05.2013 № 1/09/01 на приемку скважины № 1-09-01, от 16.05.2014 № 1/14-03 на приемку скважины 1-14-03, от 22.05.2015 № 1/24/01 на приемку скважины 1-24-01, от 25.05.2015 № 1/24/02 на приемку скважины 1-24-02 имеется отсылка на иную проектную документацию - № 046-РП-029/11.

В протоколе от 31.12.2013 № б/н о привязке строительства скважин (№№1-02-01, 1-02-02, 1-02-03, 1-02-04, 1-02-05, 1-02-06, 1-02-07, 1-10-01, 1-10-02, 1-10-03, 1-10-04, 1-10-05) также идет отсылка на иную проектную документацию - № 046-РП-029/11.

Проектная документация № 046-РП-029/11 разработана в целях строительства эксплуатационных скважин на Ачимовских отложениях Ново-Уренгойского лицензионного участка Уренгойского месторождения, и утверждена генеральным директором в 2011 году, и в ней отсутствует указание о сроке эксплуатации скважин (т. 32 л.д. 88-150, т. 33 л.д. 1-53).

Таким образом, представленные налоговым органом акты приемки законченного строительством объекта и протокол от 31.12.2003 № б/н не могут подтверждать, что поименованные в этих документах скважины привязаны к проектной документации № 048-РП-031/13 и № 046-РП-029/13, в соответствии с которой, срок их эксплуатации составляет 15 лет.

Относительно довода инспекции о том, что, налоговый и бухгалтерский учет в ряде случаев может не совпадать, а потому срок полезного использования скважин для добычи природного газа должен определяться только по правилам, установленным ПБУ 6/01 без применения Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы», Суд приходит к следующим выводам.

Применительно к спорному вопросу у Суда нет оснований для вывода о том, что налоговый и бухгалтерский учет имеют различное правовой регулирование в вопросе определения срока полезного использования скважин для добычи природного газа. 

Так, согласно п. 4 ПБУ 6/01 в бухгалтерском учете сроком полезного использования основного средства является период, в течение которого использование объекта основных средств приносит экономический выгоды (доход) организации.

Аналогичное по содержанию понятие «срок полезного использования» содержится в п. 1 ст. 258 НК РФ, где под сроком полезного использования основного средства в налоговом учете признается период, в течение которого объект основных средств служит для выполнения целей деятельности налогоплательщика.

По мнению Суда, определение понятия «срок полезного использования» в бухгалтерском и налоговом учете идентичны.

Так, под сроком полезного использования в бухгалтерском и налоговом учете понимается:

- период, в течение которого использование объекта основных средств приносит экономические выгоды (доход) организации (п. 4 ПБУ 6/01);

- период, в течение которого объект основных средств или объект нематериальных активов служит для выполнения целей деятельности налогоплательщика (п. 1 ст. 258 НК РФ).

При этом в п. 1 ст. 258 НК РФ также установлено, что срок полезного использования определяется налогоплательщиком самостоятельно на дату ввода в эксплуатацию данного объекта амортизируемого имущества в соответствии с положениями настоящей статьи и с учетом Классификации основных средств.

Исходя из понятия «срок полезного использования», данному в п. 1 ст. 258 НК РФ, а также что такой срок полезного использования определяется налогоплательщиком с учетом Классификации основных средств, можно сделать вывод о том, что сроки, установленные Правительством РФ в Классификации основных средств, применительно к конкретному основному средству, определяют период, в течение которого это основное средство служит выполнению целей деятельности налогоплательщика, или период, в течение которого использование объекта основных средств приносит экономические выгоды (доход) организации.

Соответственно, поскольку срок полезного использования основного средства, установленный Классификацией основных средств, определяет период, в течение которого такое основное средство служит для выполнения целей деятельности налогоплательщика, или период, в течение которого использование объекта основных средств приносит экономические выгоды (доход) организации, данный классификатор может быть использован для определения срока полезного использования и в бухгалтерском учете.

В силу изложенных выше норм права, установленных обстоятельств, Суд приходит к выводу о незаконности доначисления заявителю налога на имущество организаций в сумме 91 187 862 руб. по основанию неверного определения срока полезного использования в бухгалтерском учете в отношении эксплуатационных скважин для добычи природного газа и нефти. При этом, незаконность доначисления налога влечет необоснованность начисления пени, штрафов.

На основании вышеизложенного, решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №6 по Ямало-Ненецкому автономному округу от 22.01.2019 № 08-18/1 нарушены права общества в следующей части, поэтому оно подлежит признанию недействительным:

- в части доначисления налога на прибыль организаций в сумме 2 627 693 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.3.6. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1,

- в части доначисления налога на имущество в сумме 1 241 526 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.4.1. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1,

- в части доначисления налога на имущество организаций в сумме 91 187 862 руб. соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.4.2. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов между лицами, участвующими в деле Суд исходит из следующего.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, регламентировано статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 данной статьи судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае признания обоснованным полностью или частично заявления об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц судебные расходы подлежат возмещению соответственно этим органом в полном размере (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 ноября 2008 г. N 7959/08). 

В соответствии с требованиями ст. 102 АПК РФ и ст. 333.21 НК РФ, истцом была оплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 руб., что подтверждается платежным поручение от 18.06.2019 г. № 302648, которая в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №6 по Ямало-Ненецкому автономному округу в пользу Акционерного общества "Роспан Интернешнл".

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

1. Заявление акционерного общества «Роспан Интернешнл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес (место нахождения): 629306, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>, дата государственной регистрации 28.06.1994) – удовлетворить.

2. Признать недействительным Решение Межрайонной инспекции ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам Ямало-Ненецкого автономного округа от 22.01.2019 № 08-18/1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части:

- доначисления налога на прибыль организаций в сумме 2 627 693 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.3.6. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1,

- доначисления налога на имущество в сумме 1 241 526 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.4.1. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1,

- доначисления налога на имущество организаций в сумме 91 187 862 руб. соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.4.2. мотивировочной части Решения от 22.01.2019 № 08-18/1.

3. Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №6 по Ямало-Ненецкому автономному округу (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, адрес (место нахождения): 629008, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>, дата государственной регистрации 17.12.2004) в пользу акционерного общества «Роспан Интернешнл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес (место нахождения): 629306, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>, дата государственной регистрации 28.06.1994) расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

4. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

5. Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца со дня его принятия (изготовления его в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

6. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://yamal.arbitr.ru.

7. В случае обжалования решения в порядке апелляционного или кассационного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Восьмого арбитражного апелляционного суда http://8aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Западно-Сибирского округа http://faszso.arbitr.ru.

8. В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

9. Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

10. По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья

М.Б. Беспалов