ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-25556/2023

г. Саратов

11 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 11 июля 2024 года

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи И.М. Заграничного,

судей С.А. Жаткиной, Е.В. Романовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                    А.Д. Ардабацким,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Двенадцатого арбитражного апелляционного суда: 

<

...>, зал 3, 

апелляционную жалобу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 02 мая 2024 года по делу № А12-25556/2023 

по иску Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Эверест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии:

от ФИО1 – представитель ФИО2 по доверенности от 29.01.2024 

 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Волгоградской области (далее – суд) поступило исковое заявление Комитета по управлению государственным имуществом о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Эверест» (ИНН: 

<

***>) в размере 9 224 282,41 руб.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 02 мая 2024 года отказано в удовлетворении исковых требований.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Комитет по управлению государственным имуществом Волгоградской области обратился с апелляционной жалобой в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить.

Апеллянт настаивает на том, что вывод суда о недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ФИО1 и непогашением заложенности по арендной плате ошибочным, бездействие ответчика, уклонившегося от предоставления достоверных сведений об адресе юридического лица, свидетельствует о его недобросовестности. 

Представитель ФИО1 возражал против доводов, указанных в апелляционной жалобе, просил решение суда оставить в силе, апелляционную жалобу без удовлетворения. Свою позицию изложил в отзыве на апелляционную жалобу, приобщенном судом к материалам дела. 

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Арбитражный апелляционный суд в порядке пункта 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на нее, заслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что судебный акт подлежит отмене либо изменению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «Эверест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица налоговым органом 11.08.2008, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена соответствующая запись. 

21.01.2009 между Администрацией Волгограда (арендодатель) и ООО «Управляющая компания «Недвижимость и Консалтинг» (далее также - арендатор, ответчик) заключен договор аренды № 8419 земельного участка (далее - Договор № 8419) площадью 10 649 кв.м, расположенного по адресу: Волгоград, Центральный район, пр-кт им. В.И. Ленина, 78д., предоставленного для строительства капитального объекта гостиничного комплекса. 

Изменением от 22.10.2009 к договору аренды № 8419 в договор внесены изменения в части наименования стороны в договоре, а именно: арендатором по договору аренды №8419 является ООО «Эверест». 

21.01.2009 между Администрацией Волгограда (арендодатель) и ООО «Управляющая компания «Недвижимость и Консалтинг» (далее также - арендатор, ответчик) заключен договор аренды № 8420 земельного участка (далее - Договор 8420) площадью 6 805 кв.м, с кадастровым номером 34:34:020099:61, расположенный по адресу: г. Волгоград, Краснооктябрьский район, пр-кт им. В.И. Ленина, 67л, для строительства капитального объекта - комплекса административных зданий. 

Изменением от 20.10.2009 к договору аренды № 8420 в договор внесены изменения в части наименования стороны в договоре, а именно: арендатором по договору аренды №8420 является ООО «Эверест». 

31.05.2010 между Администрацией Волгограда и ООО «Управляющая компания «Недвижимость и Консалтинг» заключен договор аренды № 9260 земельного участка (далее - Договор 9260) с кадастровым номером 34:34:020099:69 площадью 2 960 кв.м, расположенного по адресу: город Волгоград, Краснооктябрьский район, ул. Горная, 20а для строительства капитального объекта - административного здания. 

Права и обязанности по указанному договору перешли к ООО «Эверест» на основании договора от 03.11.2009 года о передаче прав и обязанностей по договору аренды земельного участка. 

Договорные обязательства в части внесения арендной платы ООО «Эверест» (далее - Общество) выполнялись не добросовестно, платежи вносились несвоевременно и не в полном объеме, что привело к образованию задолженности и послужило основанием для обращения Комитета в суд. 

Так решением Арбитражного суда Волгоградской области от 06.02.2014 по делу № А12-29912/2013 с ООО «Эверест» (Общество) в пользу Комитета взыскана задолженность по Договору 9260 в размере 529 512,45 руб., пеня в размере 1 000 руб. (Погашено 529 512,45 руб., остаток по задолженности – 1 000 руб.). 

На основании указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии АС № 000308339 от 21.04.2014. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 31.03.2014 по делу № А12-400/2014 с Общества в пользу Комитета взыскана задолженность по Договору № 8420 в размере 1 077 945,87 руб., пеня в размере 50 000 руб. 

На основании указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии АС № 00319642 от 14.07.2014. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 08.12.2014 по делу № А12-34258/2014 с Общества в пользу Комитета взыскана задолженность по Договору 8420 в размере 603 888,19 руб., пеня в размере 110 000 руб. (Погашено 10 124,09 руб., остаток по основной задолженности 593 764,10 руб., по пене 110 000 руб.). 

На основании указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 005226836 от 29.04.2015. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 05.09.2016 по делу № А12-33511/2016 с Общества в пользу Комитета взыскана задолженность по Договору 8419 в размере 3 378 503,31 руб., пеня в размере 371 785,40 руб. 

На основании указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 013285718 от 02.11.2016. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 11.11.2016 по делу № А12-48662/2015 с Общества в пользу Комитета взыскана задолженность по Договору № 8420 в размере 17 301,57 руб. 

На основании указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 016428119 от 15.02.2017. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.03.2016 по делу № А12-56170/2015 с Общества в пользу Комитета взыскана задолженность по Договору № 8419 в размере 1 802 039,33 руб., пеня в размере 181 448 руб. 

На основании указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 013198152 от 29.09.2016. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 28.06.2016 по делу № А12-11102/2015 с Общества в пользу Комитета взыскана задолженность по Договору № 9260 в размере 1 384 484,17 руб. На основании указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 013192215 от 07.09.2016.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 08.07.2016 по делу № А12-54258/2015 с Общества в пользу Комитета взыскана задолженность по Договору 9260 в размере 222 704,04 руб., пеня в размере 33 306,62 руб. 

На основании указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 011159847 от 08.08.2016. 

По данным выписки из ЕГРЮЛ директором общества с 27.06.2018 являлся ФИО1, участником общества с 17.05.2018 являлся ФИО1 с размером доли 100 % уставного капитала. 

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, 16.10.2020 ООО «Эверест» прекратило деятельность на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от 08.08.2001 N 129-ФЗ, в связи с непредставлением документов отчетности, предусмотренной законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и неосуществлением операций по банковским счетам.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с исковым заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности.

При рассмотрении спора суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ, обсудив доводы жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, считает, что оснований для отмены решения суда не имеется в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном Законом N 129-ФЗ.

Как следует из подпункта "б" пункта 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ, предусмотренный данной статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случае наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Порядок исключения юридического лица, прекратившего свою деятельность, из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа предусмотрен ст. 21.1 Закона N 129-ФЗ.

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Исходя из системного толкования указанной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя возлагается на лицо, требующее его привлечение к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

При этом само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Ответственность перед внешними кредиторами наступает в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Указанное обусловлено тем, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

В данном случае Комитет вменяет вину учредителю ООО «Эверест» ФИО1 в виду непогашение задолженности, непринятие мер, направленных на предотвращение исключения ООО «Эверест» из ЕГРЮЛ при наличии непогашенной задолженности.

Как следует из материалов дела, взысканная судебными актами задолженность ООО «Эверест» по арендной плате перед Облкомимуществом образовалась в период с 01.01.2013 по 28.12.2015. 

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 стал лицом, контролирующим деятельность должника, с 17.05.2018г. (дата приобретения доли в уставном капитале Общества) (назначение на должность руководителя должника с 27.06.2018г.), то есть более чем через четыре года после того, как должник стал отвечать признакам неплатежеспособности. 

Последующие решения в пользу Комитета были вынесены Арбитражным судом Волгоградской области: 08.12.2014г. по делу № А12-34258/2014, задолженность по Договору №8420 в размере 603 888,19 руб., пени в размере 110 000 руб.; 05.09.2016г. по делу № А12-33511/2016, задолженность по Договору №8419 в размере 3 378 503,31 руб., пени в размере 371 785,40 руб.; 11.11.2016г. по делу № А12-48662/2016. задолженность по Договору №8420 в размере 17 301,57 руб.; 24.03.2016г. по делу № А12-56170/2015, задолженность по Договору №8419 в размере 1 802 039,33 руб., пени в размере 181 448 руб.; 28.06.2016г. по делу № А12-11102/2015, задолженность по Договору №9260 в размере 1 384 484,17 руб.; 08.07.2016г. по делу № А12-54258/2015, задолженность по Договору №9260 в размере 222 704,04 руб., пени в размере 33 306,62 руб.

Следовательно, не позднее одного месяца с даты вынесения указанных выше решений руководитель должника обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Ни в одну из этих дат Ответчик не являлся контролирующим должника лицом.

На основании запроса Арбитражного суда Волгоградской области МИФНС №11 по Волгоградской области предоставлены сведения об открытых (закрытых) счетах в кредитных организациях. 

Из выписки по счету № 40702810501000003392 в ПАО «Промсвязьбанк» (Южный) за период с 01.01.2014г. до 18.05.2018г. (последнее движение денежных средств по счету было 21.10.2015) на расчетный счет поступали только заемные денежные средства от ФИО3, ФИО4 и ФИО5 на основании заключенных договоров займа.

Всего за период с 01.01.2014 по 21.10.2015 на расчетный счет ООО «Эверест» поступила сумма в размере 3 561 500 руб., а именно: от ФИО3 - 1 210 167 руб., от ФИО4 - 1 141 166 руб., от ФИО5 - 1 210 167 руб. 

Поступление денежных средств от каких-либо иных источников на расчетный счет ООО «Эверест» не усматривается. 

За этот период с расчетного счета ООО «Эверест» было списано: комиссия за взнос наличными - 10 340,34 руб., арендная плата за землю по договорам аренды земельных участков - 2 751 211,03 руб., аренда помещения по договору аренды - 4 800 рублей,  государственная пошлина за рассмотрение иска в Арбитражном суде Волгоградской области, рассмотрение апелляционной жалобы в Двенадцатом арбитражном апелляционном суде - 20 000 руб., оплата за проведение экспертизы по делу, рассматриваемому в Арбитражном суде Волгоградской области - 25 000 руб.,  взыскание задолженности по постановлению судебного пристава в пользу Министерства по управлению государственным имуществом - 576 702,41 руб., иные платежи (комиссия за прием и исполнение электронных платежных поручений, плата за использование системы «PSB On-Line», комиссия за ведение счета, оплата за услуги обработки данных) - 23 891 руб., госпошлина за регистрацию изменений в учредительные документы, оплата за изготовление таблички, оплата за изготовление доп.сертификата, замену доп.сертификата - 1 500 руб., оплата за электроэнергию - 9 000 руб. 

Из анализа движения денежных средств следует, что основная сумма (2 751 211,03 руб.) была оплачена Министерству по управлению государственным имуществом за аренду земельных участков, а также производилось взыскание задолженности по постановлению судебного пристава также в пользу Министерства по управлению государственным имуществом (576 702,41 руб.). 

Незначительные денежные суммы оплачивались за комиссию за прием и исполнение электронных платежных поручений, плату за использование системы «PSB On-Line», за комиссию за ведение счета, оплату за услуги обработки данных и другие обязательные платежи. 

Снятие наличные денежных средств, а также перечисление афиллированным лицам не производилось. Все оплаты производились за счет поступления денежных средств по договорам займа. Земельные участки были предоставлены ООО «Эверест» на основании заключенных договоров аренды для строительства капитальных объектов недвижимости. 

Согласно пояснениям ответчика, став учредителем и директором ООО «Эверест», не нашел финансирования для строительства. Из анализа изложенного выше следует, что в действиях Ответчика отсутствует противоправное поведение, а также отсутствует его вина в причинении вреда кредитору, т.к. в период возникновения задолженности Ответчик не являлся лицом, контролирующим деятельность должника.

В данном случае, исходя из установленных обстоятельств, а также пояснений и возражений участвующих в деле лиц и представленных ими документов, из отсутствия необходимой совокупности доказательств, свидетельствующих, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ответчик уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество общества, либо умышленно действовал во вред кредитору и т.д., суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика и обстоятельствами исполнения/неисполнения обязательства должником, соответственно, и об отсутствии оснований для возложения на ответчика ответственности в субсидиарном порядке, в связи с чем удовлетворению заявленные требования не подлежат (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции отклоняет довод заявителя о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика и не исполненными обязательствами перед истцом.

Уклонение от предоставления достоверных сведений об адресе юридического лица, непредоставление отчетности является, по мнению заявителя, умыслом на избежание ответственности.  

Довод заявителя, что бездействия ответчика свидетельствуют о его недобросовестности, отклоняется судебной коллегией по следующим основаниям.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285 само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В силу п. 3 ст. 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются, следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, возлагается на истца.

Российское гражданское законодательство не устанавливает общего положения о презумпции недобросовестности и неразумности участника правоотношения. Равно не устанавливает презумпции наличия в действиях руководителя организации состава правонарушения.

Следовательно, при применении положений п. 3 ст. 53 ГК РФ в рассматриваемом деле следует исходить из презумпции отсутствия в действиях руководителя общества самого события правонарушения, презумпции добросовестного и разумного поведения руководителя. 

Согласно пункту 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданскоправовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. Отсутствие одного из элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска

Субсидиарная ответственность лиц, контролирующих юридическое лицо - должника, является гражданско-правовой, сходна по своей природе с отношениями по возмещению вреда.

В то же время по делам о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности применяется повышенный стандарт доказывания в связи с тем, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов - исключением из принципа ограниченной ответственности участников общества, данная позиция изложена в судебной практике (Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу N А22-941/2006).

Инициирование судебного разбирательства по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности требований о привлечении к субсидиарной ответственности (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 30.12.2020 N Ф09-8100/20 по делу N А50-17260/2018).

По мнению судебной коллегии, указанных доказательств истцом суду не представлено.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что не любое сомнение о намерении причинить вред кредитору (даже подтвержденное косвенными доказательствами) должно толковаться против ответчика. Такие сомнения должны с помощью согласующихся между собой доказательств ясно и убедительно подтверждать противоправность действий (решений) контролирующих лиц во вред кредитору.

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца, заявившего требование о привлечении к ответственности (пункты 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ) (Определение ВС РФ от 02.02.2021 N 305-ЭС20-20172).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180 также выражена правовая позиция о том, что из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации.

Таким образом, при разрешении такого рода споров именно истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Согласно сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРЮЛ, исключение ООО «Эверест» было обусловлено внесением записи о недостоверности сведений об адресе юридического лица (запись о недостоверности внесена 16.10.2020) и не устранением данного нарушения. При этом соответствующие действия регистрирующего органа не были обжалованы ни данным обществом, ни его участником, ни истцом.

Согласно представленным в материалы дела доказательствам у общества отсутствовали денежные средства и имущество на ведение деятельности.

На основании изложенного, судебная коллегия делает вывод, что в данном случае действия  руководителя общества нельзя расценивать как недобросовестными. 

При этом истец не проявлял должной степени осмотрительности и контроля за исполнением решений суда, своевременно не отследил за окончанием исполнительных производств. Доказательств принятия со стороны истца каких-либо мер, направленных на получение долга в период с 2014 года, не имеется.

Учитывая, что задолженность перед Истцом образовалась до того момента, как ФИО1 стал лицом, контролирующим деятельность ООО «Эверест», а также тот факт, что Ответчик не совершал операций по распоряжению денежными средствами компании-должника, отсутствует причинно-следственная связь между действиями Ответчика и причинением вреда Истцу, а само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ не является доказательством противоправных действий Ответчика, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Кроме того, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции о соблюдении срока исковой давности. 

Руководствуясь статьями 195, 196, 199, 200 ГК РФ и учитывая, что начало течения срока исковой давности по иску к субсидиарному должнику связано с моментом установления невозможности взыскания долга с основного должника и в данном случае таким моментом является дата внесения записи в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности юридического лица, начало течения срока исковой давности подлежит исчислению с 04.12.2019.

Особенностями привлечения к субсидиарной ответственности при административной ликвидации обществ с ограниченной ответственностью является, прежде всего, факт такой ликвидации общества в порядке статьи 64.2 ГК РФ и статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ, ранее наступления, которого не может начать течь исковая давность, поскольку именно с ним пункт 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ связывает право кредитора на привлечение контролирующего должника лицо к субсидиарной ответственности, отождествляя исключение общества из ЕГРЮЛ с отказом основного должника от исполнения обязательства (абзац второй пункта 1 статьи 399 ГК РФ), устраняющим почву для разумных ожиданий кредитора на получение от него предоставления. 

При этом для начала течения срока исковой давности кредитор должен быть осведомлен о ликвидации должника в административной процедуре, однако, он не обязан каждодневно проверять сведения ЕГРЮЛ без веских поводов для этого, так как подобное действие не входит в общий стандарт осмотрительности при поведении в гражданском обороте (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2020 N 303-ЭС19- 25156). 

Кредитор может по уважительным причинам узнать об исключении общества из ЕГРЮЛ позже свершения этого юридического факта, что должно сдвигать начало течения субъективного срока исковой давности (пункт 1 статьи 196 ГК РФ) в пределах объективного срока исковой давности (пункт 2 статьи 196 ГК РФ, пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

С настоящим исковым заявлением Комитет обратился в Арбитражный суд Волгоградской области 13.10.2023, то есть в пределах законодательно установленного срока. Таким образом, срок исковой давности, исчисляемый от даты исключения Общества из ЕГРЮЛ 16.10.2020, не пропущен.

Судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции отклоняются, так как не свидетельствуют о нарушении судом норм права, являлись предметом оценки суда и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств. 

Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах, у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.         

Руководствуясь статьями 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 02 мая 2024 года по делу № А12-25556/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                                 И.М. Заграничный

 

 

Судьи                                                                                                                С.А. Жаткина

 

 

                                                                                                                           Е.В. Романова