ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-2505/2017

город Ростов-на-Дону

15 апреля 2018 года

15АП-4274/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 апреля 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Емельянова Д.В.

судей Н.В. Шимбаревой, А.Н. Стрекачёва,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседании ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 02.04.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4

на определение Арбитражного суда Ростовской области

от 27.02.2018 по делу № А53-2505/2017 об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов

по заявлению ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 2 000 000 руб.,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод»

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

принятое в составе судьи Комягина В.М.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» (далее - должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратился ФИО4 (далее - заявитель, кредитор) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 2 000 000 руб.

Определением суда от 27.02.2018 по делу № А53-2505/2017 отказано в удовлетворении ходатайства ФИО4 об отложении судебного разбирательства, отказано в удовлетворении требований о включении в реестр требований кредиторов должника.

Не согласившись с определением суда от 27.02.2018 по делу № А53-2505/2017, ФИО4 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что заявитель с обжалуемым определением не согласен, считает его незаконным и необоснованным.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 27.02.2018 по делу № А53-2505/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» ФИО2 просит обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» ФИО2 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя конкурсного управляющего должника, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.07.2017 (резолютивная часть от 18.07.2017) требования ФИО4 признаны обоснованными. В отношении общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО5.

Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 137 от 29.07.2017.

Заявление о включении в реестр требований кредиторов поступило в срок, предусмотренный статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника. В данном случае, требование кредитора должно отвечать положениям статьи 71 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 5 указанной статьи требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

В соответствии со статьей 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов, в силу требований Закона о банкротстве, судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

В обоснование заявленных требований заявитель указал, что 03.02.2014 между ФИО4 (далее - кредитор/ цессионарий) и ООО «Маяк» (далее - цедент) заключен договор уступки прав требований (цессии), по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает права требования кООО «Мариинский спиртзавод», основанных на обязательствах по договору займа № 3/07 от 30.08.2007, договору № 2407/08 от 24.07.2008, платежному поручению№ 19 от 25.07.2008.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1.1 договора на момент его заключения общая сумма уступаемых прав составляет 2 000 000 руб.

Пунктом 2.1 договора установлено, что при подписании договора уступки цедент передает цессионарию документы, удостоверяющие уступаемое право, а именно: копию договора займа № 3/07 от 30.08.2007, договор № 2407/08 от 24.07.2008, платежное поручение № 19 от 25.07.2008, письмо от 25.07.2008, акты сверки взаимных расчетов от 25.07.2008, 31.12.2010, 31.12.2012, 31.01.2014.

В соответствии с пунктом 3.1 договора в счет оплаты по договору цессионарий обязуется уплатить цеденту сумму в размере 10 % от размера суммы уступаемого права требования.

Сумма уплачивается в течении 10 рабочих дней с момента надлежащего исполнения должником обязательств по оплате общей суммы уступаемых требований.

В пункте  26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Временным управляющим представлены возражения относительно заявленного требования, указывая на наличие оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая, что договор цессии, указанный кредитором является недействительной поскольку, при реализации своих прав и обязанностей стороны должны действовать добросовестно и разумно, между тем, данные действия направлены искусственное создание задолженности и причинение вреда должнику и конкурсным кредиторам.

Оценив, представленные доказательства в совокупности, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии основания для удовлетворения заявления, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В силу пункта 2 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 главы 42, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

Пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок, и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Необходимым условием в подтверждение заключения договора займа в силу статей 807, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации является передача денежных средств или вещей, определенных родовыми признаками.

В соответствии со статьей 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого срока.

В соответствии со статьями 809, 819 ГК РФ заемщик обязан уплатить кредитору проценты за пользование кредитом в размере и порядке, определенных договором, которые выплачиваются до дня возврата кредита.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Из совокупности указанных норм следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Таким образом, предметом доказывания по настоящему спору о включении задолженности по договорам займа в реестр требований кредиторов должника является факт предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенной сторонами сделки.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1 (2017), утверждённого Президиумом ВС РФ 16.02.2017.

Названные разъяснения направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

По смыслу перечисленных норм права и указанных разъяснений заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в оправдательных документах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон № 129-ФЗ) все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Однако, в материалы дела заявителем в отсутствие документов первичного бухгалтерского учета не было представлено первичных документов в подтверждения наличия задолженности, в дальнейшем уступленной по договору уступки права требования (цессии), документов в подтверждение финансовой возможности предоставления займов в спорных периодах в заявленных суммах, должником не было представлено достоверных доказательств отражения в документах бухгалтерского учета (отчетности) кредитора сумм, равных размеру займа; доказательств передачи денежных средств; не было представлено доказательств получения и последующего использования должником заемных денежных средств, первичных бухгалтерских документов, отражающих использование заемных денежных средств при осуществлении должником предпринимательской деятельности.

При этом суд первой инстанции определением от 04.10.2017 предлагал заявителю представить дополнительные пояснения и доказательства.

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, а также должника и его учредителей (участников), законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов.

При наличии возражений о невозможности исполнения договора (нереальности поставки) и представлении в материалы дела подтверждающих эти возражения косвенных доказательств на заявившее требование лицо, согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, возлагается бремя опровержения сомнений в исполнении сделки.

Однако, заявителем требования суда не исполнены, доказательства в подтверждение образовавшейся задолженности, в том числе договор займа № 3/07 от 30.08.2007, договор № 2407/08 от 24.07.2008, платежное поручение№ 19 от 25.07.2008 не представлены.

Акты сверки по состоянию на 25.07.2008, 31.12.2010 и 31.12.2012 в отсутствие первичных документов фактическое наличие задолженности подтверждать не могут. 

При этом суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что факт многолетней неоплаты по договору займа свидетельствует о нестандартном характере сделки. Поведение займодавца, на протяжении более длительного времени не обращавшегося с требованием о взыскании долга (тем самым, предоставлявших отсрочку исполнения обязательства на неопределенный срок), также не может быть объяснено с точки зрения такой цели коммерческого юридического лица как извлечение прибыли от своей деятельности.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что по указанному договору займа оплата не предполагалась.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6) по делу N А12-45751/2015

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать:

поведение лиц в хозяйственном обороте,

заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с арбитражным управляющим, кредиторами) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы поведения в процессе своей деятельности.

Из материалов дела следует, что генеральным директором ООО «Маяк» является ФИО6, совместно с ФИО7 в долях по 50% с номинальной стоимостью доли по 10 000 руб.

Спорные акты сверки по состоянию на 25.07.2008, 31.12.2010, и 31.12.2012 были подписаны ФИО7, в то время как он являлся участником должника и ООО «Маяк», и генеральным директором должника.

Учредителями ООО «Мариинский спиртзавод» являются братья ФИО8 и ФИО9 (напрямую и через ООО «До-Ре-Ми»), законным представителем которых является ФИО10

ФИО4 являлся генеральным директоров ООО «Альянс»(ИНН 

<

***>), учредителем которого являлся ФИО11 - сын ФИО7 (участник общества должника является ФИО7 (49%)).

Из открытых источников следует, что ООО «Альянс» располагалось по адресу: 344016, 

<

...>, по этому же адресу зарегистрирована компания ООО «Три кафе» и ООО «Донюгтрейд», учредителем которых являлся ФИО11 - сын ФИО7 (участником общества должника является ФИО7 (49%)), а также компания ЗАО «ОЛИМП-К», учрежденная на 50% ФИО7

Кроме того, представителем ФИО7, представителем ООО «ЛАНИА и К», а также представителем ООО «Мариинский спиртзавод» в Останкинском районном суде города Москвы по делу № 2-2287/2017 (иск Банка о взыскании долга ООО «Мариинский спиртзавод» со всех поручителей), являлся ФИО12, также как и представителем в делах А53-2505/2017, № А53-16518/2017 в интересах кредитора ФИО4

ФИО13 в деле № А53-28488/2016 представляет ФИО14, которая одновременно представляла интересы ФИО4 по делам№ А53-18971/2011, № А53-2505/2017, № А53-16518/2017.

Интересы финансового управляющего ФИО15 в деле № А53-28488/2016 представляет ФИО16 - ликвидатор ООО «УК Р-Капитал» и второй учредитель ООО «МОБИЛЬ» совместно с ФИО11

ФИО12 в представленных ранее в материалы дела о банкротстве должника документах указывал адрес для направления корреспонденции: 119034, 

<

...>, т.е. адрес нахождения ООО «РОЯЛ МЕНЕДЖМЕНТ», ООО «УК Р-Капитал», ООО «АЛЬФА ТЕНДЕР ГРУПП».

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Статья 65 АПК РФ обязывает каждое лицо, участвующее в деле, доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Иного порядка доказывания обстоятельств, имеющих значение для разрешения в деле о банкротстве обособленного спора, связанного с установлением требования кредитора, Закон о банкротстве не предусматривает.

Таким образом, между названными физическими и юридическими лицами имеется фактическая аффилированность.

Их поведение в хозяйственном обороте и заключение между собой и должниками группы компаний Мариинский спиритзавод и его аффилированными лицами (ФИО7, ФИО10 и другие) сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, а также действия в процедурах банкротства № А53-2505/2017, № А53-16518/2017, № А53-21855/2017, № А53-28488/2016, подтверждают наличие связанности названных лиц по смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве.

Выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого лиц, входящих в группу компаний Мариинский спиртзавод.

Подобные факты свидетельствуют о предъявлении требований заявителем исключительно с противоправной целью уменьшения в своих интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом наличия в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр требований кредиторов.

Таким образом, суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что ФИО4 приобретал права требования к должнику не как независимый участник, а как лицо, обладающее признаками фактической аффилированности с должником, которое в интересах менеджмента и бенефициаров должника приобретает права требования к должнику (в том числе просроченные) в целях уменьшения доли независимых кредиторов в реестре требований кредиторов должника.

При рассмотрении обособленного спора временным управляющим заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 (ред. от 07.02.2017) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктами 13, 14 постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 (ред. от 14.03.2014) «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предъявление не подтвержденных судебным актом требований кредиторов, вступающих в дело о банкротстве, - один из способов судебной защиты гражданских прав (пункт 1 статьи 11 ГК РФ). Поэтому предъявление должнику требования в деле о банкротстве в установленном Законом порядке служит основанием для перерыва течения срока исковой давности (статья 203 ГК РФ).

Возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве.

Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», перемена лиц в обязательстве (статья 201 ГК РФ) по требованиям, которые страховщик в порядке суброгации имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования, не влечет изменение общего (трехгодичного) срока исковой давности и порядка его исчисления. При этом срок исковой давности для страховщика, выплатившего страховое возмещение, должен исчисляться с момента наступления страхового случая.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках», течение процессуального срока, исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено начало процессуального срока (часть 4 статьи 113 АПК РФ). Установление дня окончания процессуального срока осуществляется в соответствии со статьей 114 Кодекса.

Если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (статья 193 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что заявление о включении в реестр требований кредиторов направлено в суд по почте 26.08.2017, согласно оттиску почтового штемпеля на конверте (л.д. 7).

Единственным подтверждением наличия задолженности у должника перед ООО «Маяк» являются представленные акты сверки взаимных расчетов.

Так, акт сверки расчетов по состоянию на 31.01.2014 со стороны должника подписан главным бухгалтером общества ФИО17, при этом ни заявителем, ни должником не представлено в материалы дела документов, свидетельствующих о наделении указанного лица полномочиями на совершение таких действий.

Согласно статье 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

В спорном случае для общества высшим должностным лицом является генеральный директор.

По смыслу изложенных норм признанием долга могут быть любые действия, позволяющие установить, что должник признал себя обязанным по отношению к кредитору. Примерный перечень таких действий приведен в пункте 20 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001№ 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - постановление № 15/18). К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, исходя из конкретных обстоятельств, могут относиться: признание претензии; частичная уплата должником или с его согласия другим лицом основного долга и/или сумм санкций; уплата процентов по основному долгу; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или рассрочке платежа); акцепт инкассового поручения.

В соответствии с пунктом 21 постановления № 15/18 совершение работником должника действий по исполнению обязательства, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что эти действия входили в круг его служебных (трудовых) обязанностей или основывались на доверенности либо полномочие работника на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой он действовал (абзац 2 пункта 1 статьи 182 Кодекса).

Аналогичные разъяснения отражены и в пунктах 20 и 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Уполномоченным лицом признается работник, действия которого по подписанию акта входят в круг его должностных (служебных) обязанностей, или основываются на доверенности или вызваны обстоятельствами, в которых он действовал (пункт 21 постановления № 15/18 или пункт 22 постановления № 43). Акт сверки взаиморасчетов, подписанный работником, действующим без доверенности, не принимается в качестве основания для прерывания срока исковой давности.

Таким образом, акт сверки, свидетельствующий о признании долга, должен подписать руководитель либо представитель, действующий на основании выданной доверенности, в которой конкретно закреплены полномочия на то или иное действие.

Суд установил, что на момент подписания спорного акта сверки расчетов у ФИО17 отсутствовали полномочия на его подписание, поскольку она не являлась руководителем должника. Доверенности на право совершения действий по признанию долга в материалы дела не представлено.

С учетом положений статьи 65 АПК РФ доказательств обратного обществом не представлено. Указанный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.02.2017 по делу № А15-1083/2016.

Определением от 18.01.2018 суд первой инстанции предлагал заявителю представить письменные нормативно-обоснованные возражения относительно доводов временного управляющего, в том числе о пропуске срока исковой давности.

Заявителем в материалы спора не представлены дополнительные пояснения, требования суда не исполнены.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции верно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 АПК РФ, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в дело доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 АПК РФ, не имеется.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 27.02.2018 по делу № А53-2505/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Д.В. Емельянов

СудьиН.В. Шимбарева

А.Н. Стрекачёв