Дело № А39-6964/2017

город Владимир

24 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 ноября 2020 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Протасова Ю.В., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

арбитражного управляющего ФИО2 

на  определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 29.06.2020 по делу № А39-6964/2017, принятое по жалобе акционерного общества «Российской сельскохозяйственный банк» в лице Пензенского регионального филиала на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО3 ФИО2 и по требованию об обязании финансового управляющего ФИО3 ФИО2 устранить допущенные нарушения и перечислить залоговому кредитору акционерному обществу «Российской сельскохозяйственный банк» денежные средства в сумме 682 914 руб. 30 коп. в счет погашения задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, и в конкурсную массу ФИО3 845 216 руб. 60 коп.,

при участии:

финансового управляющего ФИО3 ФИО2 – ФИО2 лично на основании паспорта гражданина Российской Федерации,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3  в Арбитражный суд Республики Мордовия в порядке статьи 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обратилось акционерное общество «Российской сельскохозяйственный банк» в лице Пензенского регионального филиала (далее – Банк) с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО3 ФИО2 (далее – финансовый управляющий) и об обязании финансового управляющего устранить допущенные нарушения и перечислить залоговому кредитору Банку денежные средства в сумме 682 914 руб. 30 коп. в счет погашения задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, и в конкурсную массу ФИО3 845 216 руб. 60 коп.

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 29.06.2020:

- в удовлетворении ходатайства финансового управляющего об отложении судебного заседания по жалобе кредитора отказал; 

- удовлетворил жалобу Банка  на действия финансового управляющего; признал неправомерными действия финансового управляющего, выразившиеся в неверном распределении денежных средств от реализации залогового имущества должника, в перечислении суммы процентов по вознаграждению в размере 845 216 руб. 60 коп.; 

- выделил в отдельное производство требование Банка об обязании финансового управляющего перечислить залоговому кредитору Банку денежные средства в сумме 682 914 руб. 30 коп. в счет погашения задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, и в конкурсную массу должника 845 216 руб. 60 коп.;

- отложил рассмотрение обособленного спора в выделенной части требований на 06.08.2020 12 час. 30 мин.;

- обязал финансового управляющего представить в материалы дела копию договора обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего.

Не согласившись с принятым судебным актом,                                          финансовый управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции не применил, подлежащий применению, пункт 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, а также сделал неверные выводы о нарушении прав Банка.

Свою позицию заявитель мотивирует тем, что пункт 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» разъясняет судам порядок применения статьи 138 Закона о банкротстве, а именно порядок погашения требования залогового кредитора в банкротстве юридического лица и не учитывает норм о банкротстве физического лица. Заявитель отмечает, что правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, содержащаяся в определениях от 24.12.2018 № 304-ЭС18-13615, № 305-ЭС18-15086 (1,2),               от 16.12.2019 № 305-ЭС19-927(2-5) не является источником нормы права, не вошла в Обзоры Верховного Суда Российской Федерации, не содержится в Пленумах Верховного Суда Российской Федерации, а являются судебными актами по конкретным делам.

Заявитель апелляционной жалобы обращает внимание на то обстоятельство, что вопросы порядка распределения денежных средств, вырученных от предмета залога Банка, обсуждались с кредитором; денежные средства, направленные на погашение требований Банка, определена самим кредитором в письме от 10.01.2020 № 015-39-22/9.

Кроме того, с точки зрения заявителя апелляционной жалобы, вывод суда первой инстанции о неправомерной выплате процентов по вознаграждению финансового управляющего без судебного акта об установлении суммы вознаграждения является несостоятельным, поскольку Закон о банкротстве не содержит обязанности финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина устанавливать проценты судебным актом. Заявитель полагает, что вопрос фактической оплаты процентов по вознаграждению финансового управляющего до завершения расчетов с кредиторами или после таких расчетов малозначителен, поскольку сумма процентов является фиксированной (семь процентов от цены реализации имущества); размер процентов, подлежащих выплате или уже выплаченных, не изменяется и не влияет на распределение конкурсной массы, так как  в силу пункта 1, абзаца 2 пункта 2 статьи 213.27 Закона о банкротстве, процентное вознаграждение выплачивается в первую очередь текущих требований.

По мнению финансового управляющего, Банк ошибочно полагает, что перед выплатой семи процентов вознаграждения необходимо погасить текущие расходы в процедуре банкротства, поскольку указанная позиция противоречит судебной практике, в том числе определению Верховного Суда российской Федерации от 10.10.2019 № 304-ЭС19-9053 по делу                      № А45-25794/2016. Заявитель отмечает, что все затраты на проведение торгов по всем залогам должника изначально оплачивались финансовым управляющим из личных средств. При этом, возмещение данных расходов финансовому управляющему (условно три процента в составе десяти процентов) происходит в первую очередь текущих платежей одновременно с выплатой вознаграждения (не более семи процентов в составе десяти процентов). Является недоказанным факт причинения Банку убытков в результате перечисления гарантированного вознаграждения в размере 845 216 руб. 60 коп., выплаченного в допустимых пределах (десяти процентов).

Более того, финансовый управляющий указывает на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, выразившееся в не привлечении к участию в деле страховой компании и саморегулируемой организации, членом которой является финансовый управляющий.

Заявитель также обращает внимание суда на то обстоятельство, что суд первой инстанции выделил в отдельное производство требование Банка о взыскании с финансового управляющего денежных средств при оглашении резолютивной части оспариваемого определения, в то время как данный вопрос не выносился на обсуждение сторон в судебном заседании, а также не оформлено в виде отдельного определения.

Более подробно доводы содержатся в апелляционной жалобе и дополнении к ней.

Финансовый управляющий в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы; настаивал на ее удовлетворении.

Банк в отзыве и дополнении к нему возразил против доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Представитель Банка в судебном заседании указал на правомерность принятого судебного акта.

Саморегулируемая организация  арбитражных управляющих Союз «Межрегиональный центр арбитражных управляющих» (далее – саморегулируемая организация) в отзыве указала на обоснованность доводов апелляционной жалобы, просила ее удовлетворить. 

Иные лица, участвующие в обособленном споре в рамках дела о банкротстве, отзывы на апелляционную жалобу не представили.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия (далее – Управление) и                             САУ «Возрождение», извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел                к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Республики Мордовия                        от 20.10.2017 (резолютивная часть объявлена 16.10.2017) по делу                                № А39-6964/2017 гражданка ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2

Предметом заявления Банка является требование о признании незаконными действий финансового управляющего, выразившиеся в неправильном распределении денежных средств от реализации имущества должника, в перечислении себе суммы процентов по вознаграждению в размере 845 216 руб. 60 коп., а также требование об обязании финансового управляющего устранить допущенные нарушения и перечислить залоговому кредитору Банку денежные средства в сумме 682 914 руб. 30 коп. в счет погашения задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, и в конкурсную массу должника ФИО3. 845 216 руб. 60 коп.

Арбитражный суд Республики Мордовия пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения жалобы Банка на действия финансового управляющего; признал неправомерными действия финансового управляющего, выразившиеся в неверном распределении денежных средств от реализации залогового имущества должника, в перечислении суммы процентов по вознаграждению в размере 845 216 руб. 60 коп.; выделил в отдельное производство требование Банка об обязании финансового управляющего перечислить залоговому кредитору Банку денежные средства в сумме 682 914 руб. 30 коп. в счет погашения задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, и в конкурсную массу должника                          845 216 руб. 60 коп.

Предметом апелляционного обжалования является определение суда в части признания неправомерными действия финансового управляющего, выразившиеся в неверном распределении денежных средств от реализации залогового имущества должника, в перечислении суммы процентов по вознаграждению в размере 845 216 руб. 60 коп., а также необоснованное выделение в отдельное производство требований о возмещении денежных средств с финансового управляющего.

В соответствии с  пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В силу пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

По смыслу данной нормы права, основанием для удовлетворения жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника. Признание судом незаконными конкретных действий конкурсного управляющего предполагает устранение, прекращение этих действий и, соответственно, урегулирование разногласий и восстановление нарушенных прав кредитора.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными. Предусмотренный в названных нормах Закона о банкротстве перечень не является исчерпывающим.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в соответствии с настоящим Федеральным законом или федеральными стандартами, является основанием для отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего                          от исполнения данных обязанностей по требованию лиц, участвующих в деле о банкротстве (пункт 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества, при несостоятельности физического лица - залогодателя изложены в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве. 

Согласно абзацам первому, четвертому и шестому пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве 80 процентов вырученных от продажи заложенного имущества средств подлежат направлению залоговому кредитору. Из оставшихся средств 10 процентов (далее – «проценты на расходы») направляются на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога. Оставшиеся от «процентов на расходы» средства подлежат направлению на расчеты с залоговым кредитором.

При отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) и при условии, что первоначальные 80 процентов не покрыли полностью обеспеченное залогом требование, указанные 10 процентов по смыслу абзацев пятого и шестого пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве направляются на расчеты с залоговым кредитором.

В силу абзаца третьего пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве другие 10 процентов (далее – «другие десять процентов») направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований. В абзаце пятом этого же пункта указано, что при отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) «другие десять процентов» включаются в конкурсную массу. Указание законом на включение названных средств в конкурсную массу означает, что они также подлежат распределению с учетом приоритета залогового кредитора (статьи 18.1, 134 и 138 Закона о банкротстве) при условии, что обеспеченное залогом требование не было удовлетворено в полном объеме. Именно такое толкование приведенной нормы дано в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определениях от 16.12.19 № 305-ЭС19-927(2-5) по делу № А41-14162/2016, от 24.12.2018 № 304-ЭС18-13615 по делу № А03-22218/2015,                          № 305-ЭС-15086(1,2). Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 26.11.2019 по делу № А29-18245/2018 и от 28.05.2020 по делу № А17-9319/2017.

Как следует из материалов дела 10 процентов от стоимости реализованного залогового имущества составляет 910 000 руб. При этом согласно данным из отчета финансового управляющего (том 1, листы дела 111 – 123) сумма неисполненных обязательств первой очереди отсутствует, а второй очереди составляет 98 421 руб. 50 коп. 

Следовательно, исходя из положений указанных норм права и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, оставшиеся денежные средства при погашении 98 421 руб. 50 коп. из 910 000 руб. подлежали выплате Банку, поскольку при реализации залогового имущества и выплате ему 80 процентов задолженность перед Банком не погашена. 

Однако по утверждению финансового управляющего оставшиеся денежные средства после погашения второй очереди были зачислены в конкурсную массу и распределены между кредиторами.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о нарушении финансовым управляющим порядка  распределения денежных средств от реализации залогового имущества должника, в связи с чем удовлетворил жалобу кредитора в данной части.

Доводы финансового управляющего об ином порядке распределения денежных средств, вырученных от продажи предмета залога, а также  о том, что размер денежных средств, направленных на погашение требований Банка, определена самим кредитором в письме от 10.01.2020                                         № 015-39-22/9 основаны на неправильном толковании пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, в связи с чем подлежат отклонению. Финансовый управляющий является профессиональным участником данных правоотношений и должен руководствоваться действующим законодательством, а не позиций высказанной в письме кредитором.

Сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и выплачивается за счет денежных средств, полученных в результате реализации такого имущества (пункт 17 статьи 20.6, пункт 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в случае реализации заложенного имущества при несостоятельности физического лица – залогодателя общие правила пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве применяются с учетом специальных правил, установленных в пункте 5 статьи 213.27 названного Закона.

По смыслу данной нормы, если в залоге находится имущество целиком, то восемьдесят процентов вырученных средств подлежат направлению залоговому кредитору; десять процентов направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований; оставшиеся денежные средства (далее – иные десять процентов) - на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога (текущие расходы).

Из иных десяти процентов в первую очередь погашаются расходы, понесенные в связи с продажей заложенного имущества (статья 319 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 1 статьи 61 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)»), в частности, на его оценку, проведение торгов, выплату финансовому управляющему вознаграждения, начисленного в результате удовлетворения требований залогового кредитора, оплату привлеченным лицам, услуги которых были необходимы для реализации предмета залога.

При этом проценты по вознаграждению финансового управляющего, исчисляемые при реализации предмета залога, выплачиваются исключительно за счет и в пределах указанных иных десяти процентов. Фиксированное вознаграждение не поименовано в качестве соответствующих расходов.

В силу положений пунктов 1 и 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, которое состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.

Сумма процентов по вознаграждению конкурсного управляющего устанавливается в зависимости от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, в порядке, предусмотренном пунктом 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве.

Порядок расчета процентов разъяснен в пункте 13.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» (далее – 

Постановление

 № 97), в соответствии с которым проценты по вознаграждению конкурсного управляющего исчисляются по правилам пункта 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве для всех удовлетворенных требований, включенных в реестр требований кредиторов, за вычетом требований залогового кредитора, удовлетворенных за счет выручки от реализации предмета залога. Кроме того, подлежат исчислению проценты отдельно для требований каждого залогового кредитора, погашенных за счет выручки от реализации каждого отдельного предмета залога; при этом проценты, исчисляемые при удовлетворении залогового требования, уплачиваются только за счет и в пределах указанных десяти или пяти процентов.

В соответствии с абзацем пятым пункта 13.1 Постановления №  97 сумма процентов по вознаграждению конкурсного управляющего исчисляется исходя из размера удовлетворенных требований залогового кредитора.

Действуя добросовестно и разумно, арбитражный управляющий обязан приступать к выплате собственного вознаграждения в виде процентов только после погашения иных видов расходов, предусмотренных абзацем 4 пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, исходя из общего принципа, который усматривается из положений пункта 4 статьи 20.3, статьи 20.7 Закона о банкротстве и изложен в пункте 5 Постановления № 97, правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частно-правовой встречный характер и вознаграждение управляющему подлежит выплате, если арбитражный управляющий надлежащим образом исполнял свои обязанности.

При рассмотрении вопроса о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего суду следует учитывать, в частности, имелись ли случаи признания судом незаконными действий этого управляющего, или необоснованными понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, причинил ли он убытки должнику, а также имелись ли периоды, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий.

Каких-либо исключений и особенностей в данной части глава X «Банкротство граждан» Закона о банкротстве не содержит.

При этом, законодательство о банкротстве не позволяет арбитражному управляющему осуществлять действия по распоряжению конкурсной массой путем направления денежных средств на уплату процентов по вознаграждению арбитражного управляющего до определения их размера и взыскания с должника в соответствующем судебном акте (абзац третий пункта 12.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013№ 97).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив отсутствие судебного акта об установлении финансовому управляющему размера процентов, принимая во внимание, что расчеты с кредиторами не были завершены в полном объеме, оставшиеся от реализации залогового имущества после погашения требований второй очереди денежные средства, Банку не направлялись, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о неправомерности выплаты процентов по вознаграждению, в связи с чем удовлетворил жалобу кредитора в данной части.

Довод жалобы о том, что Закон о банкротстве не содержит обязанности финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина устанавливать проценты судебным актом основан на неверном толковании норм действующего законодательства о банкротстве, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции.

Так, согласно абзацу второму пункта 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», абзацу третьему пункта 12.1 Постановления Пленума № 97 размер суммы процентов по вознаграждению арбитражного управляющего определяется судом на основании представляемого арбитражным управляющим расчета в судебном акте, выносимом при завершении соответствующей процедуры (за исключением конкурсного производства, в котором размер суммы процентов определяется отдельным судебным актом); арбитражный управляющий не вправе выплачивать себе проценты по вознаграждению до определения их размера в соответствующем судебном акте.

Утверждение заявителя апелляционной жалобы о том, что вопрос фактической оплаты процентов по вознаграждению финансового управляющего до завершения расчетов с кредиторами или после таких расчетов малозначителен, поскольку сумма процентов является фиксированной (семь процентов от цены реализации имущества) отклоняется судом апелляционной инстанции. Да, действительно, сумма процентов составляет фиксированный размер – семь процентов. Между тем, данный размер процентов может быть снижен при ненадлежащем исполнении арбитражным управляющим своих обязанностей. Предполагается, что финансовый управляющий вправе зарезервировать указанную сумму при соблюдении положений абзацем 4 пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, однако выплату процентов по вознаграждению осуществлять не вправе в силу изложенных обстоятельств.

Расчет финансового управляющего иных десяти процентов с указанием на то, что финансовым управляющим возмещены его расходы на реализацию залогового имущества проведение торгов в сумме 300 704 руб. (3,3 процента от 10 возможных) и 3000 руб. комиссия банка (указано в дополнении к апелляционной жалобе), не принимается судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку в данном обособленном споре (с учетом выделения судом части требований в отдельное производство) не определяется неправомерность выплаты размера подлежащий возврату финансовому управляющему ввиду расходов на реализацию залогового имущества. В данном случае исследуется вопрос о правомерности самой выплаты в пределах всего размера десяти процентов. При этом судом установлена необоснованность проведения выплаты процентов по вознаграждению арбитражного управляющего. Финансовый управляющий не представил доказательств, что вся полученная сумма им относится на расходы по реализации залогового имущества и он затратил эту сумму из своих денежных средств. Напротив, в дополнениях подтверждено, что часть суммы относится к вознаграждению. 

Довод финансового управляющего о недоказанности факта причинения Банку убытков в результате перечисления гарантированного вознаграждения, противоречит установленным судом обстоятельствам дела. В рассматриваемом случае, в результате не правильного распределения денежных средств, полученных от реализации предмета залога Банка, допущено нарушение преимущественного право последнего, как залогового кредитора, на преимущественное удовлетворение своих требований за счет заложенного имущества.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции правомерно признал неправомерными действия финансового управляющего, выразившиеся в неверном распределении денежных средств от реализации залогового имущества должника, в перечислении суммы процентов по вознаграждению.

Принимая о внимание невозможность определения точной суммы, подлежащей возврату кредитору (по сведениям финансового управляющего у должника на счете имеются денежные средства), а также в целях привлечения к участию в рассмотрении обособленного спора страховой организации, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для выделения на основании части 3 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отдельное производство рассмотрения требования об обязании финансового управляющего ФИО2 перечислить залоговому кредитору Банку денежные средства в сумме 682 914 руб. 30 коп. в счет погашения задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, и в конкурсную массу должника 845 216 руб. 60 коп.

Довод заявителя жалобы о том, что суд необоснованно разрешил вопрос о выделении требований в окончательном судебном акте, а не вынес отдельного определения, подлежит отклонению.

В соответствии с пунктом 4 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объединение дел в одно производство и выделение требований в отдельное производство допускаются до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в арбитражном суде первой инстанции.

Вместе с тем разрешение судом первой инстанции вопроса о выделении требований Банка в части выплат денежных средств Банку и в конкурсную массу одновременно с принятием окончательного судебного акта по делу, не является безусловным основанием для отмены обжалуемого определения, поскольку не привело к принятию неправильного судебного акта.

Выделение части требований Банка в отдельное производство не нарушает права финансового управляющего и не ограничивает его права на судебную защиту (статья 47 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации задачами судопроизводства в арбитражных судах являются: защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность; обеспечение доступности правосудия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности; справедливое публичное судебное разбирательство в установленный законом срок независимым и беспристрастным судом; укрепление законности и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности; формирование уважительного отношения к закону и суду.

В данном случае, право финансового управляющего на судебную защиту не нарушено, поскольку выделенные в отдельное производство требования будут рассмотрены по существу, а его доводам будет дана надлежащая правовая оценка.

То обстоятельство, что суд первой инстанции не вынес предусмотренного частью 5 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определения о выделение требования в отдельное производство в виде отдельного судебного акта, а объявил об этом в заседании суда и отразил это в окончательном судебном акте, не повлекло за собой принятия незаконного определения по делу, не противоречит положениям части 2 статьи 184 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а потому не может служить основанием для его отмены.

Доводы апелляционной жалобы о допущенном судом первой инстанции нарушении норм процессуального права, выразившееся в не привлечении к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, страховой компании, с которой финансовым управляющим заключен договор страхования ответственности арбитражного управляющего и саморегулируемой организации, членом которой является финансовый управляющий, отклоняются судом апелляционной инстанции.

В силу статьи 34 Закона о банкротстве лицами, участвующими в деле о банкротстве, являются: должник; арбитражный управляющий; конкурсные кредиторы; уполномоченные органы; федеральные органы исполнительной власти, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления по месту нахождения должника в случаях, предусмотренных настоящим Законом; лицо, предоставившее обеспечение для проведения финансового оздоровления.

Пунктами 1 и 2 статьи 35 Закона о банкротстве определен круг лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте 6 пункта 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление                № 35)  непосредственными участниками обособленного спора помимо основных участников дела о банкротстве являются, в частности, при рассмотрении вопросов, связанных с утверждением, освобождением, отстранением арбитражных управляющих, а также жалоб на действия арбитражных управляющих – саморегулируемая организация арбитражных управляющих, которая представляет кандидатуры арбитражных управляющих для утверждения их в деле о банкротстве или член которой утвержден арбитражным управляющим в деле о банкротстве (абзац второй пункта 2 статьи 35 Закона о банкротстве), а также орган по контролю (надзору) (абзац третий пункта 2 статьи 35 Закона).

Как следует из материалов дела, саморегулируемая организация, членом которой является финансовый управляющий, являющаяся участником рассматриваемого спора, уведомлена о рассмотрении обособленного спора в соответствии со статьей  35 Закона о банкротстве (том 1, лист дела 144). Оснований для принятия отдельного судебного акта о привлечении саморегулируемой организации в качестве третьего лица, с учетом пункта 15 Постановления № 35, не требовалось.

Страховая компания, с которой конкурсным управляющим заключен договор страхования ответственности арбитражных управляющих, не является лицом, участвующим в деле о банкротстве, и непосредственным участником обособленного спора по рассмотрению жалобы на действия арбитражного управляющего.

В силу пункта 3 статьи 20 Закона о банкротстве условиями членства в саморегулируемой организации арбитражных управляющих являются также наличие у члена саморегулируемой организации договора обязательного страхования ответственности, отвечающего установленным статьей 24.1 настоящего Федерального закона требованиям.

В соответствии с пунктами 5, 7 статьи 24.1 Закона о банкротстве страховым случаем по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего является подтвержденное вступившим в законную силу решением суда наступление ответственности арбитражного управляющего перед участвующими в деле о банкротстве лицами или иными лицами в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 6 настоящей статьи.

Между тем, определение суда первой инстанции не подтверждает наступление ответственности финансового управляющего (в настоящем случае требование о взыскании денежных средств, удовлетворение которого свидетельствовало бы о наступлении ответственности финансового управляющего, судом выделено в отдельное производство), оно принято по итогам рассмотрения жалобы на действия конкурсного управляющего, требования о взыскании денежных средств выделено в отдельное производство. Следовательно, принятый судебный акт не затрагивают права и обязанности страховой компании, осуществившей страхование ответственности арбитражного управляющего.

Кроме того, вопреки позиции финансового управляющего, непривлечение названных организаций к участию в деле само по себе не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку судебный акт непосредственно не затрагивают права или обязанности этих лиц; установленные судом обстоятельства применительно к указанным организациям преюдициального значения не имеют.

Рассмотрев заявленные доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции признает их необоснованными по изложенным мотивам, указанным доводам судом первой инстанции также дана надлежащая правовая оценка.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 29.06.2020 по делу № А39-6964/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Мордовия.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Ю.В. Протасов 

Е.А. Рубис