Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город  Волгоград

«14» января 2025 года

Дело № А12-9523/2024

Резолютивная часть решения объявлена 14 января 2025 года

Решение суда в полном объеме изготовлено 21 января 2025 года

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Тесленко М.А.,при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Скрипкиной Ю.А., рассмотрев в судебном заседании материалы дела по заявлению акционерного общества «Камышинский стеклотарный завод» (403871, Волгоградская область, Камышин город, Краснодонская улица, 1, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 23.12.2002, ИНН: 

<

***>) к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Волгоградской области (403874, Волгоградская обл., Камышин г., ФИО1 ул., д. 18, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 31.12.2004, ИНН: 

<

***>) об оспаривании решения,

при участии в судебном заседании:

от заявителя - ФИО2, доверенность № 13 от 21.03.2023 (онлайн – участие),

от налогового органа – ФИО3, доверенность № 8 от 09.01.2025;ФИО4, доверенность № 22 от 09.01.2025,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Камышинский стеклотарный завод» (далее –АО «Камышинский стеклотарный завод», общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением об оспаривании решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Волгоградской области (далее – МИФНС № 3 по Волгоградской области) № 1241 от 08.12.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Определением суда от 06.06.2024 производство по делу приостанавливалось до рассмотрения Арбитражным судом Поволжского округа кассационной жалобы по делу№ А12-7040/2023.

В материалы дела инспекцией представлены материалы проверки и отзыв на заявление в электронном виде (через систему «Мой Арбитр») и на бумажном носителе, а также дополнительные документы.

От АО «Камышинский стеклотарный завод» в материалы дела поступили дополнительные письменные объяснения, дополнительные документы.

В судебном заседании представитель заявителя заявленные требования поддержал, просил решение налогового органа признать недействительным.

Представители налогового органа просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

Изучив материалы дела, оценив доводы заявления и отзыва на заявление, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к выводу о том, что заявленные АО «Камышинский стеклотарный завод» требования подлежат удовлетворению, ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, в отношении АО «Камышинский стеклотарный завод» проведена камеральная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (удержания, перечисления) в бюджет налогов и сборов за период с 01.01.2022 по 31.12.2022.

По итогам рассмотрения материалов камеральной налоговой проверки инспекцией вынесено решение от 08.12.2023 № 1241 о привлечении заявителя к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, с учетом обстоятельств, смягчающих ответственность, в виде штрафа в размере 271 219,82 руб. Кроме того, указанным решением заявителю доначислен налог на имущество организаций в сумме 21 697 386 руб.

В ходе проведения камеральной налоговой проверки уточненной налоговой декларации по налогу на имущество организаций за 2022 год установлено занижение налоговой базы по налогу на имущество в связи с неправомерным отнесением объектов стекловаренная печь № 1 - 2018 год (инвентарный номер 7934), стекловаренная печь № 2 - 2021 год (инвентарный номер 8193), стекловаренная печь № 3 - 2021 год (инвентарный номер 8105) к категории движимого имущества.

В ходе проведения камеральной налоговой проверки уточненной налоговой декларации по налогу на имущество организаций за 2022 год были использованы документы, информация, имеющиеся в распоряжении налогового органа, а также полученные в рамках проведения выездной налоговой проверки за период 2018- 2020 годы в отношении АО «КСЗ».

Решением УФНС России по Волгоградской области № 81 от 02.02.2024 в удовлетворении апелляционной жалобы общества было отказано.

Общество полагает, что решение инспекции не соответствует фактическим обстоятельствам дела и требованиям действующего законодательства Российской Федерации.

Как указывает общество в заявлении, объекты «Стекловаренная печь № 1-2018,№ 2-2021, № 3-2021» отнесены обществом к категории движимого имущества, ввиду чего не были включены в налогооблагаемую базу по налогу на имущество организаций за 2022 год. Так как основные средства, отнесенные к движимому имуществу с 2019 года, не являются объектом налогообложения налогом на имущество организаций (статья 374 Налогового кодекса Российской Федерации, пункт 19 статьи 2, пункт 2 статьи 4 Федерального закона от 03.08.2018 № 302-Ф3).

Правила формирования в бухгалтерском учете информации об основных средствах организации установлены Положением по бухгалтерскому учету «Учет основных средств» ПБУ 6/01, утвержденным приказом Минфина России от 30.03.2001 № 26н (далее - ПБУ 6/01), в соответствии с пунктом 5 которого рабочие и силовые машины и оборудование выделены в отдельный вид подлежащих учету объектов основных средств, отличный от зданий и сооружений.

Основой классификации объектов основных средств в бухгалтерском учете выступает Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), введенный в действие приказом Росстандарта от 12.12.2014 № 2018-ст, и ранее действовавший Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-94, утвержденный постановлением Госстандарта России от 26.12.1994 № 359.

В соответствии с названными классификаторами оборудование не относится к зданиям и сооружениям, формируя самостоятельную группу основных средств.

Из содержания классификаторов следует, что оборудование для осуществления процесса производства путем выполнения тех или иных технических функций, связанных с изменением предмета труда, в том числе, установленное на фундаменте, по общему правилу не классифицируется в качестве сооружений (не отвечают определению понятия «сооружение»), а подлежит классификации в соответствующих группировках машин и оборудования.

Учитывая изложенное, если иное не вытекает из содержания ПБУ 6/01 и классификаторов основных фондов (основных средств), машины и оборудование, приобретенные как объекты движимого имущества, учитываются в бухгалтерском учете отдельно от зданий и сооружений в качестве самостоятельных инвентарных объектов, и подлежат налогообложению в таком качестве.

Соответственно, по общему правилу машины и оборудование, правомерно принятые на учет в качестве отдельных инвентарных объектов, не являются объектом налогообложения налога на имущество согласно статье 374 Налогового кодекса Российской Федерации.

Заявитель ссылается на правовые позиции, изложенные в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 307-ЭС19-5241 от 12.07.2019 по делу№ А05-879/2018, № 308-ЭС20-23222 от 17.05.2021 по делу № А32-56709/2019,№ 308-ЭС21-6663 от 28.09.2021 по делу № А18-1531/2019.

Как указывает заявитель, стекловарные печи по классификатору основных средств ОК 013-2014 относятся к группировке «Прочие машины и оборудование, включая хозяйственный инвентарь, и другие объекты» (ОКОФ 330.28.21.12). Имущество в виде стекловарных печей № 1-2018, № 2-2021, № 3-2021, принятое налогоплательщиком к учету в качестве самостоятельных инвентарных объектов основных средств по ОКОФу 330.28.21.12 «Прочие машины и оборудование», являются движимым имуществом.

Стекловарные печи № 1-2018, № 2-2021, № 3-2021 не являются составными элементами зданий (сооружений), в которых они были установлены, поскольку предназначены не для обслуживания зданий, в которых они установлены, а для изготовления готовой продукции. Данные объекты, как оборудование для осуществления процесса производства путем выполнения тех или иных технических функций, связанных с изменением предмета труда, даже при установлении на фундамент, не относятся к сооружениям (зданиям) и классифицируются в соответствующих группировках машин и оборудования (по ОКОФу), что налоговым органом и не оспаривается.

Налоговый орган не оспаривает в акте и решение правомерность отнесения данного имущества обществом к ОКОФу 330.28.21.12 и учету их в качестве отдельных инвентарных объектов основных средств. Также налоговым органом не оспаривается факт того, что указанные печи не подлежат кадастровому учету и (или) государственной регистрации права собственности в ЕГРН.

Относительно довода налогового органа о едином недвижимом комплексе данных объектов заявитель указывает на то, что доказательства регистрации конкретных объектов общества в качестве единого недвижимого комплекса, по которым проведены доначисления налога, в материалах проверки отсутствуют.

Также заявитель указывает на то, что 12.05.2023 специалисты Камышинского филиала МУП «Центральное межрайонное бюро технической инвентаризации» непосредственно с выездом на объект исследовали объект «Стекловаренную печь №1-2018», а также здание, в котором она установлена. По результатам обследования Камышинским филиалом МУП «Центральное межрайонное бюро технической инвентаризации» в адрес общества направлена справка-заключение № 39.

В данной справке - заключение организации технической инвентаризации, пришла к выводу, что объект «Стекловаренная печь № 1-2018» не является недвижимым имуществом, а является оборудованием, которое относится к группе термического оборудования, следовательно, права на данный объект не подлежат государственной регистрации в ЕГРН.

Также заявитель приводит доводы о необходимости критически оценивать заключение эксперта № 161/2002 от 07.06.2022, на которое ссылается налоговый орган в оспариваемом решении.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения общества в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В дополнениях к заявлению общество ссылается на то, что постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 05.12.2024 по делу № А12-7040/2023 установлено, что спорные печи являются оборудованием и движимым имуществом. Установленные апелляционным и кассационным судами обстоятельства по делу№ А12-7040/2023 в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются преюдициальными и не требуют доказывания в настоящем деле. 

Судами по делу № А12-7040/2023 установлено, что спорные печи служат ровно 10 лет, после чего демонтируются, следовательно, срок службы данных печей значительно меньше, чем срок службы здания, в котором они установлены. Спорные печи являются средствами производства, так как не являются составными элементами здания, в котором они установлены, так как предназначены не для обслуживания зданий, а для изготовления готовой продукции.

Также заявитель ссылается на правовые позиции, изложенные в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 303-ЭС24-8693 от 10.10.2024 по делу№ А73-513/2023, № 306-ЭС24-7822 от 13.11.2024 по делу № А12-10094/2023,№ 306-ЭС24-13246 от 26.11.2024 по делу № А12-9734/2023.

В силу части 1 статьи 198, статей 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для признания недействительным ненормативного правового акта, решения органа, осуществляющего публичные полномочия, должностных лиц, необходимо установить наличие двух условий: несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта, решения закону или иному нормативному правовому акту и нарушение указанным ненормативным правовым актом, решением прав и охраняемых законом интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 373 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщиками налога на имущество организаций признаются организации, имеющие имущество, признаваемое объектом налогообложения в соответствии состатьей 374 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации объектами налогообложения для российских организаций признается недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено статьями 378, 378.1 и 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 375 Налогового кодекса Российской Федерации налоговая база определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Согласно пункту 1 статьи 376 Налогового кодекса Российской Федерации налоговая база определяется отдельно в отношении каждого объекта недвижимого имущества, а также в отношении имущества, входящего в состав Единой системы газоснабжения в соответствии с Федеральным законом от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации».

Согласно пункту 3 статьи 376 Налогового кодекса Российской Федерации налоговая база определяется налогоплательщиками самостоятельно в соответствии с настоящей главой.

Согласно пункту 4 статьи 376 Налогового кодекса Российской Федерации среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения, за налоговый период определяется как частное от деления суммы, полученной в результате сложения величин остаточной стоимости имущества (без учета имущества, налоговая база в отношении которого определяется как его кадастровая стоимость) на 1-е число каждого месяца налогового периода и последнее число налогового периода, на количество месяцев в налоговом периоде, увеличенное на единицу.

Согласно статье 1 Закона Волгоградской области от 28.11.2003 № 888-ОД «О налоге на имущество организаций» налоговая ставка устанавливается в размере 2,2 процента.

Согласно пункту 1 статьи 382 Налогового кодекса Российской Федерации сумма налога исчисляется по итогам налогового периода как произведение соответствующей налоговой ставки и налоговой базы, определенной за налоговый период, с учетом особенностей, установленных статьей 385.3 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьёй 379 Налогового кодекса Российской Федерации налоговым периодом по налогу на имущество организаций признается календарный год, отчетными периодами признаются первый квартал, полугодие и девять месяцев календарного года.

Согласно пункту 4 статьи 382 Налогового кодекса Российской Федерации сумма авансового платежа по налогу исчислена по итогам каждого отчетного периода в размере одной четвертой произведения соответствующей налоговой ставки и средней стоимости имущества (за исключением имущества, указанного в абзацах 1 - 3 пункта 24 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации), определенной за отчетный период в соответствии с пунктом 4 статьи 376 Налогового кодекса Российской Федерации.

Как указано в оспариваемом решении налогового органа, в нарушение статей 374, 375, 376, 380, 382 Налогового кодекса Российской Федерации установлено занижение обществом среднегодовой стоимости имущества, признаваемого объектом налогообложения (в связи с неправомерным отнесением объектов недвижимого имущества к составу движимого имущества), а соответственно и налоговой базы по налогу на имущество организаций, в следствие чего была занижена сумма указанного налога, подлежащая уплате в бюджет за 2022 год в размере 21 697 586 руб.

Согласно информации, имеющейся в распоряжении налогового органа, общество при производстве стеклопродукции в проверяемом периоде, для варки стекла, использовало 3 стекловаренные печи.

Стекловаренная печь № 1 - 2018 год (инвентарный номер 7934) введена в эксплуатацию 26.07.2018, стекловаренная печь № 2 - 2021 год (инвентарный номер 8193) введена в эксплуатацию 31.05.2021, стекловаренная печь № 3 - 2021 год (инвентарный номер 8105) введена в эксплуатацию 31.01.2021.

В ходе проведения выездной налоговой проверки, в соответствии со статьей 93 Налогового кодекса Российской Федерации у общества была истребована техническая документация на стекловаренные печи требованием от 11.04.2022 № 1054.

В ответ на указанное требование налогоплательщиком была представлена следующая документация:            схема планировочной организации в цехе стекловаренной печи № 3; пояснительная записка (65/15-ПЗ); архитектурное решение стекловаренной печи № 3 (65/17-АР); автоматизация и техническое решение стекловаренной печи № 3 (65/17- ИОС2); конструктивное и объемно- планировочное решения стекловаренной печи № 3 (65/17-КР); рабочие чертежи (65/17.2-ЕСВ); схема расположения оборудования МВЦ, № 1 и чертежи металлоконструкции печи № 1.

Кроме того, в налоговом органе имелись: общая пояснительная записка на стекловаренную печь № 2 (65/18-ОПЗ);  паспорт стекловаренной печи № 2; общая пояснительная записка на стекловаренную печь № 3 (65/17-ОПЗ).

Согласно письму, полученному от АО «Камышинский стеклотарный завод» от 04.04.2022 № 913, стекловаренные печи № 1, № 2 и № 3, идентичны по своему назначению, технологическим и техническим характеристикам.

В оспариваемом решении налоговым органом сделаны следующие выводы.

Как указывает налоговый орган, стекловаренная печь представляет из себя комплекс устройств, обеспечивающий непрерывное производство стекломассы из шихтовых материалов при сжигании природного газа. В соответствии с паспортом на стекловаренную печь (в соответствии с разделом 4 конструкции стекловаренной печи) тип печи - ванная регенеративная стекловаренная печь с подковообразным направлением пламени. Конструктивно печь состоит из варочного бассейна, протока, выработочного канала и питателей, регенератора, системы дымоудаления, отопления, автоматизации и контроля, вентиляции, охлаждения бассейна, охлаждения верхнего строения выработочного канала и воздухоподачи на горение топлива. Согласно паспорту на стекловаренную печь, металлоконструкция - это пространственная конструкция, на которой расположена футеровка печи, выработочной системы и регенераторов. Она составлена из предварительно изготовленных отдельных компонентов (сварных конструкций) и стального сортового проката, собиралась на стройплощадке и соединялось болтовыми соединениями и сваркой. Рабочая камера ванной печи состоит из бассейна, пламенного пространства и свода. Бассейн ванной печи представляет собой ванну, состоящую из стен и дна, наполненную расплавленной стекломассой, с ссылочным карманом в торце и примыкающим к нему выработочным каналом. Бассейн, конструктивно не разделен на зоны, имеет прямоугольную форму. При переходе от варочной части к выработочной, бассейн постепенно сужается. Площадь бассейна определяет производительность печи. Бассейн печи располагается на самостоятельном фундаменте. Дно бассейна печи в варочной и в выработочной частях выкладывают из шамотных материалов. Кладка стен бассейна ванной печи ведется насухо. Верхние ряды стен варочного бассейна в зоне максимальных температур, а иногда и всю стену выкладывают из особо огнеупорных высококачественных материалов - электроплавленных огнеупоров. При кладке стен бассейна в студочной и выработочной частях также широко применяют электроплавленые огнеупоры. Электроплавленые огнеупоры все чаще используют для кладки и других элементов ванной печи, таких, как влеты горелок, снеты пламенного пространства, выстилка дна бассейна и др. Чтобы уменьшить разъединение огнеупора стекломассой в швах, стеновые брусья укладывают в перевязку и искусственно охлаждают с наружной стороны. Для кладки стен и дна бассейна в местах изменения его конфигурации применяют фасонные брусья. Стекловаренная печь функционирует на постоянной основе. Процесс варки стекла непрерывен. В случае необходимости остановки работы печи, оборудование печи подлежит замене, а бассейн и ванны для плавки шихты выстраивается заново.

В состав документации на стекловаренная печь № 1 - 2018 год (инвентарный номер 7934), стекловаренная печь № 2 - 2021 год (инвентарный номер 8193), стекловаренная печь № 3 -2021 год (инвентарный номер 8105) АО «Камышинский стеклотарный завод» входят, в том числе: проект организации строительства; проект производства работ по строительству; проект организации по сносу и демонтажу объектов капитального строительства.

В соответствии с технической документацией (паспорт на стекловаренную печь№ 2) установлено, что стекловаренная печь № 2 построена по проекту арх. № 65/18.2, разработанному ООО НПЦ «Стекло-Газ» (в соответствии с проектными решениямиАО «Камышинский стеклотарный завод»).

Налоговый орган указывает на то, что строительство стекловаренной печи подтверждается договором подряда от 31.01.2020 № 95/3, заключенным междуАО «Камышинский стеклотарный завод» (заказчик) и ООО НПЦ «Стекло-Газ» (подрядчик).

В одном из пунктов технического задания на выводку огнеупорной кладки ванной печи № 3 «Цели и задачи мероприятий» прописано, что именно после строительства печи с заменой огнеупорной кладки необходимо провести комплекс работ по сушке, выводке огнеупорной кладки ванной печи и регенератора путем контроля температурного графика выводки.

Налоговый орган указывает на то, что факт строительства стекловаренной печи подтверждается контрактом на оказание услуг от 18.06.2020 №272, заключенным между АО «Камышинский стеклотарный завод» (заказчик) и STARA GLASS S.p.A. Италия (исполнитель), согласно которому заказчик поручает и оплачивает, а исполнитель принимает на себя оказание следующих услуг:  надзор за работами по строительству печи № 3, а также сушке, выводке и наварке стекломассы в ванной печи № 3.

Ссылаясь на положения статей 130, 133.1. 135 Гражданского кодекса Российской Федерации, налоговый орган пришел к выводу о том, что, с учетом специфики строительства стекловаренной печи и особенностей технического процесса производства стекла, стекловаренная печь обладает достаточными признаками объекта недвижимости. 

В ходе выездной налоговой проверки в соответствии со статьей 95 Налогового кодекса Российской Федерации вынесено постановление о назначении технической экспертизы от 23.05.2022 № 1, перед экспертом поставлены следующие вопросы:

1. Является ли объект - стекловаренная печь № 1 2018, инвентарный номер 7934, принадлежащий АО «Камышинский стеклотарный завод», объектом недвижимого имущества?

2. Имеет ли объект - стекловаренная печь № 1 - 2018, инвентарный номер 7934, принадлежащий АО «Камышинский стеклотарный завод», неразрывную (прочную) связь с земельным участком, на котором он расположен?

3. Возможно ли перемещение объекта - стекловаренная печь № 1 - 2018, инвентарный номер 7934, принадлежащий АО «Камышинский стеклотарный завод», всецело, с одного местоположения на другое, не нарушая при этом его целостность и функциональное назначение?

По результатам проведения экспертизы составлено заключение эксперта от 07.06.2022 № 161/2022, из которого следует, что объект - стекловаренная печь № 1 2018, инвентарный номер 7934, является недвижимым имуществом.

На поставленные налоговым органом вопросы, экспертом даны следующие ответы: стекловаренная печь № 1 - 2018, инвентарный номер 7934, является объектом недвижимого имущества, имеет неразрывную (прочную) связь с земельным участком, на котором он расположен, перемещение стекловаренной печи № 1 - 2018, инвентарный номер 7934, всецело, с одного местоположения на другое, не нарушая при этом его целостность и функциональное назначение невозможно.

Налоговый орган указал на то, что  к стекловаренным печам подведены внутренние коммуникации (газо, воздухопроводы), а согласно техническим показателям, неотъемлемой частью стекловаренных печей являются дымовые трубы (объекты недвижимого имущества, на которые в ЕГРН зарегистрированы соответствующие права, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 19.01.2022 № КУВИ-001/2022-5991622), и все эти объекты между собой связаны технологически, то они не могут рассматриваться как отдельные объекты основных средств, поскольку представляют собой фактически единый недвижимый комплекс, ввиду чего пришел к выводу о том, оборудование, неразрывно связанное физически или технологически с капитальным сооружением, зданием или земельным участком, с момента присоединения к соответствующей недвижимости становится ее составной частью, поэтому не может признаваться движимым имуществом.

Вместе с тем, суд не может согласиться с обоснованностью выводов налогового органа, изложенных в оспариваемом решении, по следующим основаниям.

В силу положений статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации  к недвижимым вещам (имуществу) относятся земельные участки, участки недр и любые другие объекты, прочно связанные с землей, перемещение которых в пространстве нанесло бы им несоразмерный ущерб (сооружения, здания, незавершенное строительство и другие объекты) их назначению. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания.

В свою очередь к движимым вещам (имуществу) относится все, что не связано прочно с землей и может быть свободно перемещено без разрушения и (или) уничтожения.

Прочная связь с землей означает наличие конструктивных или иных особенностей, благодаря которым, объекты занимают устойчивое положение, за счет контакта с поверхностью земельного участка.

Вместе с тем, при определении характеристик объекта необходимо учитывать и его функциональные особенности, его прямое назначение, а также возможность использования отдельно от других объектов сходных по природе, не нарушая его целостность и функциональность.

Кроме того, статьёй 133.1 Гражданского кодекса Российской Федерации определён статус единого недвижимого комплекса, под которым понимается совокупность объединенных единым назначением объектов, имеющих неразрывную физическую или технологическую связь. В этом случае вся совокупность является одним недвижимым объектом.

В соответствии со статьёй 134 Гражданского кодекса Российской Федерации, если различные вещи соединены таким образом, который предполагает их использование по общему назначению (сложная вещь), то действие сделки, совершённой по поводу сложной вещи, распространяется на все входящие в неё вещи, поскольку условиями сделки не предусмотрено иное.

Согласно положениям статьи 135 Гражданского кодекса Российской Федерации вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи.

Используемые в гражданском законодательстве критерии «технологической связанности», прочной связи с землей, невозможности раздела вещи в натуре, экономической целесообразности, понятия сложной и неделимой вещи не позволяют однозначно решить вопрос о праве налогоплательщика на применение льготы по налогу на имущество и в силу пункта 6 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации  (требования формальной определённости) не могут использоваться при разрешения вопроса об отнесении (в целях исчисления налога на имущества) имущества к движимому или недвижимому. Сама по себе технологическая связь вовсе не свидетельствует о том, что данный объект при исчислении налога на имущество следует отнести к недвижимому. Ключевой в определении объекта налогообложения нормой является статья 374 Налогового кодекса Российской Федерации, которая отсылает к бухгалтерскому понятию основного средства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 17.05.2021 № 308-ЭС20-23222 по делу № А32-56709/2019, от 28.09.2021 № 308-ЭС21-6663 по делу№ А18-1531/2019).

Из аналогичного подхода исходит Минпромторг России, издавшее письмо от 23.03.2018 № ОВ-17590/12 «По вопросу квалификации объектов основных средств промышленного производства» (доведено до сведения налоговых инспекций письмом ФНС России от 28.03.2018 № БС-4-21/5834@), в котором содержится разъяснение об отсутствии оснований для отнесения к облагаемому налогом недвижимому имуществу машин и оборудования, поименованных в соответствующем разделе классификатора основных фондов, поскольку эти объекты основных средств (расположенные как внутри, так и вне зданий) не являются составными элементами зданий, будучи предназначены не для обслуживания зданий, а для изготовления готовой продукции либо обслуживания производственного процесса.

Учёт основных средств на АО «Камышинский стеклотарный завод» вёлся в соответствии с ПБУ 6/01, в соответствии с пунктом 5 которого рабочие и силовые машины и оборудование выделены в отдельный вид подлежащих учету объектов основных средств, отличный от зданий и сооружений.

Основой классификации объектов основных средств в бухгалтерском учёте выступает Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), введённый в действие приказом Росстандарта от 12.12.2014 № 2018-ст, и ранее действовавший Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-94, утвержденный постановлением Госстандарта России от 26.12.1994 № 359.

В соответствии с названными классификаторами оборудование не относится к зданиям и сооружениям, формируя самостоятельную группу основных средств. Из содержания классификаторов также вытекает, что оборудование для осуществления процесса производства путём выполнения тех или иных технических функций, связанных с изменением предмета труда, в том числе, установленное на фундаменте, по общему правилу не классифицируется в качестве сооружений (не отвечают определению понятия «сооружение»), а подлежит классификации в соответствующих группировках машин и оборудования.

Учитывая изложенное, если иное не вытекает из содержания ПБУ 6/01 и классификаторов основных фондов (основных средств), машины и оборудование, приобретённые как объекты движимого имущества, учитываются в бухгалтерском учёте отдельно от зданий и сооружений в качестве самостоятельных инвентарных объектов, и подлежат налогообложению в таком качестве. Соответственно, по общему правилу, машины и оборудование, правомерно принятые на учёт в качестве отдельных инвентарных объектов, не являются объектом налогообложения налога на имущество согласно статье 374 Налогового кодекса Российской Федерации.

Налогоплательщик указывает, что спорные стекловаренные печи изначально создавались (возводились, монтировались, устанавливались) как движимое имущество (оборудование, закреплённое на фундаменте). Спорные стекловарные печи не являются составными элементами зданий (сооружений), в которых они были установлены, поскольку предназначены не для обслуживания зданий, в которых они установлены, а для изготовления готовой продукции.

Из позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведённой в определении от 12.07.2019 № 307-ЭС19-5241, следует, что в случае установления в ходе налоговой проверки обстоятельств, указывающих на искусственное разделение в бухгалтерском учёте единого объекта основных средств, выступающего недвижимым объектом (зданием или сооружением), налоговые органы не лишены права обосновывать необходимость взимания налога на имущество в подобных ситуациях.

Судом принято во внимание, что в рамках дела № А12-7040/2023 рассматривался аналогичный спор в части эпизода по доначислению налога на имущество организаций (объекты – стекловаренные печи) за предшествующие периоды (2018-2020 гг.), в частности, в рамках настоящего дела также рассматривается стекловаренная печь № 1 - 2018, инвентарный номер 7934.

Постановлением Арбитражным судом Поволжского округа от 05.12.2023 по делу№ А12-7040/2023 оставлено без изменения постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024 по делу № А12-7040/2023, которым, в свою очередь, решение суда первой инстанции в обжалуемой части было отменено, в отменённой части принят новый судебный акт о признании недействительным решения налогового органа.

Судом апелляционной инстанции по делу № А12-7040/2023 дана критическая оценка заключению ООО «Федерация Экспертов Саратовской области» от 07.06.2022№ 161/2022 как не отвечающему критериям относимости и допустимости доказательств, руководствуясь позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12.07.2019 № 307-ЭС19-5241). Как указал суд, данное заключение не может опровергнуть правомерность классификации приобретенного налогоплательщиком имущества в качестве оборудования, подлежащего учету в качестве самостоятельных инвентарных объектов основных средств как «Прочие машины и оборудование».

Также суд апелляционной инстанции указал, что из пункта 1.3 заключения эксперта от 07.06.2022 № 161/2002 следует, что объектом экспертизы являлась только стекловаренная печь №1-2018, однако сам объект экспертизы эксперты не осматривали и на место установки печей не выезжали. 

Суд апелляционной инстанции отклонил ссылку экспертов, инспекции и суда первой инстанции на письмо АО «Камышинский стеклотарный завод» от 04.04.2022№ 913, в котором общество указало на идентичность печей № 1, № 2, № 3 по своим характеристикам и назначению. Из содержания письма налогоплательщика от 04.04.2022 № 913 не представляется возможным определить, какие именно печи являются, по мнению общества, идентичными: спорные печи № 1-2018, № 2-2012, № 3-2010 или одна спорная печь № 1-2018 и две новых № 2-2021, № 3-2021.

Суд апелляционной инстанции установил, что 12.05.2023 по запросуАО «Камышинский стеклотарный завод» специалисты Камышинского филиала МУП «Центральное межрайонное бюро технической инвентаризации» непосредственно с выездом на объект исследовали объект «Стекловаренную печь № 1-2018, а также здание, в котором она установлена. По результатам обследования Камышинским филиалом МУП «Центральное межрайонное бюро технической инвентаризации» составлена справка-заключение № 39, согласно которой объект «Стекловаренная печь № 1-2018» не является недвижимым имуществом, а является оборудованием, которое относится к группе термического оборудования.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что сам по себе факт монтажа оборудования в специально возведённом для его эксплуатации здании, в том числе, если последующий демонтаж и перемещение оборудования потребуют несения дополнительных затрат и частичной ликвидации здания, не означает, что назначением оборудования становится обслуживание здания.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что недвижимой вещью, участвующей в обороте как один объект, может являться единый недвижимый комплекс. Согласно статье 133.1 ГК РФ в качестве такого комплекса выступает совокупность объединённых единым назначением зданий, сооружений и иных вещей, которые либо расположены на одном земельном участке, либо неразрывно связаны физически или технологически (например, железные дороги, линии электропередачи, трубопроводы и другие линейные объекты). При этом в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество (далее – ЕГРН) регистрируется право собственности на совокупность указанных объектов в целом, как на одну недвижимую вещь. В силу прямого указания статьи 133.1 ГК РФ в отсутствие названной регистрации такая совокупность вещей не является единым недвижимым комплексом.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что требование инспекции касательно того, что печи должны быть зарегистрированы как самостоятельные объекты недвижимости, неправильно и неисполнимо,

По мнению суда апелляционной инстанции, наличие (отсутствие) объекта налогообложения не может быть установлено при помощи технической экспертизы. Вопросы квалификации объектов в качестве движимых или недвижимых в целях исчисления налога, должны быть очевидны любому «разумному налогоплательщику» и не должны основываться на экспертных заключениях, а необходимо использовать в данных случаях установленные в бухгалтерском учете формализованные критерии признания имущества налогоплательщика в качестве соответствующих объектов основных средств (ОКОФ). 

Суд округа отклонил доводы инспекции о том, что стекловаренные печи неразрывно связаны физически и технологически с капитальным сооружением, зданием и земельным участком, в связи с чем, с момента присоединения к соответствующей недвижимости становится ее составной частью, соответственно, не может признаваться движимым имуществом. 

Как неоднократно указывал Верховный суд Российской Федерации, ни факт использования имущества по общему назначению, предопределенному технологией производства, ни объединение имущества налогоплательщика в имущественный комплекс для целей совершения сделок с ним (купли-продажи, передачи в залог и т.п.) не являются достаточными основаниями для квалификации всех входящих в такой комплекс вещей, в том числе частей конструктивно-сочлененного объекта, как объектов налогообложения по налогу на имущество организаций (определения от 12.07.2019 № 307-ЭС19-5241, от 17.05.2021  № 308-ЭС20-23222, от 28.09.2021 № 308-ЭС21-6663, от 10.10.2024№ 303-ЭС24-8693 и включенными в Обзоры судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2019 № 4 (2019), от 10.11.2021 № 3 (2021), от 16.02.2022 № 4 (2021).

Согласно разъяснениям, данным Верховным судом Российской Федерации в вышеперечисленных постановлениях, имущество, правомерно учтенное налогоплательщиком в качестве самостоятельных инвентарных объектов движимого имущества (машины и оборудование), в том числе объекты, не являющиеся частями зданий и сооружений, либо выступающие частями зданий и сооружений, но не подлежащие учету в составе комплекса конструктивно-сочлененных предметов (требующие периодического обновления в силу существенно меньшего срока предполагаемой эксплуатации в сравнении со сроком полезного использования всего здания или сооружения и (или) не вносящие существенного вклада в стоимость соответствующего комплекса), не облагается налогом на имущество организаций.

Налоговый орган, сделав вывод о том, что спорные объекты подлежат обложению налогом на имущество организаций, фактически обосновал это единым функциональным назначением спорных объектов в целях реализации предпринимательской деятельности общества. Однако данные обстоятельства в силу изложенных выше положений пункта 1 статьи 374 НК РФ, пунктов 5 и 6 ПБУ 6/01 не могут являться основанием для вывода о квалификации спорного имущества как подлежащего налогообложению.

Суд кассационной инстанции, учитывая указанные характеристики, а также то, что стекловаренные печи не являются объектом капитального строительства в составе зданий и сооружений, согласился с выводами апелляционного суда о том, что оснований для взимания налога на имущество с их стоимости не имеется.

В соответствии с частью  1 статьи  16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Указанная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 № 2045/04 и в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 06.11.2014 № 2528-О.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации следует, что свойства обязательности и преюдициальности вступившего в силу судебного решения различаются. Если преюдициальность обусловливает лишь признание в другом деле ранее установленных фактов (то есть выступает формальным средством доказывания или основанием для освобождения от доказывания), то общеобязательность является более широким понятием, включающим наряду с преюдициальностью также исполнимость содержащихся в резолютивной части судебного решения властных предписаний о конкретных правах и обязанностях субъектов. Игнорирование в гражданском процессе выводов, содержащихся во вступившем в законную силу решении по другому делу, может привести к фактическому преодолению окончательности и неопровержимости вступившего в законную силу судебного акта без соблюдения установленных законом особых процедурных условий его пересмотра, то есть к произволу при осуществлении судебной власти, что противоречило бы ее конституционному назначению, как оно определено правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированными в его постановлениях от 11.05.2005 № 5-П и от 05.02.2007 № 2-П.

Таким образом, с учетом неоднократно выраженных Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций, не допускается вне установленных процедур оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств.

Отнесение фактов к преюдициально установленным означает не только освобождение заинтересованных лиц от доказывания их в обычном порядке, но и запрещение эти факты оспаривать или опровергать в данном процессе с целью замены ранее сделанных выводов на противоположные.

Принимая во внимание изложенное, обстоятельства, которые установлены в рамках дела № А12-7040/2023, считаются преюдициальными и не подлежат доказыванию вновь.

Также суд отмечает следующее обстоятельство.

В ходе рассмотрения дела решение МИФНС № 3 по Волгоградской области№ 1241 от 08.12.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения самостоятельно отменено решением Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (далее - УФНС России по Волгоградской области)№ 66 от 12.12.2024.

Решение УФНС России по Волгоградской области мотивировано в том числе изменением судебной практики по вопросу квалификации основных средств в качестве движимого и недвижимого имущества для целей применения статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации на уровне Верховного суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.11.2024 № 306-ЭС24-7822 по делу № А12-10094/2023 и от 26.11.2024 № 306-ЭС24-13246 по делу № А12-9734/2023). 

Так, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.11.2024 № 306-ЭС24-7822 по делу № А12-10094/2023 отражено следующее.

Воля законодателя последовательно направлена на сокращение бремени налогообложения в отношении той части активов налогоплательщиков, которая представлена движимым имуществом и, соответственно, на стимулирование организаций к инвестированию в средства производства, к их модернизации, приобретению новых и развитию существующих средств производства.

Осуществляя вложения в обновление средств производства, налогоплательщик вправе точно знать, какие налоговые последствия будет иметь процесс инвестирования, и не должен сталкиваться с неопределенностью в сфере налогообложения (пункт 6 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации), что имело бы место в ситуации, когда отнесение того или иного имущества к объекту обложения проводится не по ясным формализованным критериям, а в значительной мере зависит от усмотрения налоговых органов относительно наличия или отсутствия различных признаков имущества, требовало бы проведения в каждом случае экспертиз и исследований.

Обязанность по уплате налога на имущество организаций ограничена законодателем теми объектами, которые являются недвижимостью в силу своих природных свойств - объектами, прочно связанными с землей, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе зданиями, сооружениями (абзац первый пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо признаются недвижимостью в силу прямого указания закона о том, что соответствующий объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом наличие сведений об имуществе в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним в силу пункта 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет доказательное значение для целей налогообложения, но не является безусловным для квалификации имущества в качестве объекта налогообложения.

Распространение правового режима сложной вещи (статья 134 Гражданского кодекса Российской Федерации) или единого недвижимого комплекса (статья 131.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) на всю совокупность вещей, включающих в себя как движимое, так и недвижимое имущество, продиктовано целями гражданского оборота, связанными с обеспечением его стабильности (удобство совершения одной сделки в отношении всей совокупности вещей, поддержание ценности лота при продаже на торгах имущественного комплекса и т.п.), что не тождественно целям налогообложения, состоящим в обеспечении равного и экономически обоснованного налогообложения, соблюдении формальной определенности правил налогообложения.

Принимая во внимание изложенное, а также учитывая отсылку к правилам бухгалтерского учета при определении объекта налогообложения, содержащуюся в пункте 1 статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации, юридическое значение для целей налогообложения имущества организаций имеют также принятые в бухгалтерском учете формализованные критерии признания имущества налогоплательщика (движимого или недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств.

Правила формирования в бухгалтерском учете информации об основных средствах организации, действовавшие до 01.01.2022, установлены ПБУ 6/01, а начиная с 01.01.2022 - Федеральным стандартом бухгалтерского учета 6/2020 «Основные средства», утвержденным приказом Минфина России от 17.09.2020 № 204н (далее - ФСБУ 6/2020).

В соответствии с пунктом 5 ПБУ 6/01 (пункт 11 ФСБУ 6/2020) рабочие и силовые машины и оборудование выделены в отдельный вид подлежащих учету объектов основных средств, отличный от недвижимости (зданий и сооружений).

Основой классификации объектов основных средств в бухгалтерском учете выступает Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008) (ОКОФ), введенный в действие с 01.01.2016 приказом Росстандарта от 12.12.2014№ 2018-ст.

В соответствии с ОКОФ оборудование не относится к зданиям и сооружениям, формируя самостоятельную группу основных средств, за исключением прямо предусмотренных в классификаторах случаев, когда отдельные объекты признаются неотъемлемой частью зданий и включаются в их состав (например, коммуникации внутри зданий, необходимые для их эксплуатации; оборудование встроенных котельных установок, водо-, газо- и теплопроводные устройства, а также устройства канализации).

В описаниях к группировке «Сооружения» ОКОФ к сооружениям относятся инженерно-строительные объекты, возведенные с помощью строительно-монтажных работ. Сооружение - результат строительства, представляющий собой объемную, плоскостную или линейную строительную систему, имеющую наземную, надземную и (или) подземную части, состоящую из несущих, а в отдельных случаях и ограждающих строительных конструкций и предназначенную для выполнения производственных процессов различного вида, хранения продукции, временного пребывания людей, перемещения людей и грузов. Сооружения являются объектами, прочно связанными с землей.

Такие объекты, как оборудование для осуществления процесса производства путем выполнения тех или иных технических функций, связанных с изменением предмета труда, установленное на фундамент, не относятся к сооружениям и классифицируются в соответствующих группировках машин и оборудования. Фундамент, на котором установлены такие объекты, входит в состав данного оборудования.

В пояснениях к группировке «Здания (кроме жилых)» также указано, что фундаменты под всякого рода объектами, такими, как котлы, генераторы, станки, машины, аппараты и прочими, расположенными внутри зданий, не входят в состав здания, кроме фундаментов крупногабаритного оборудования. Фундаменты этих объектов входят в состав установленных на них объектов, фундаменты крупногабаритного оборудования, сооруженные одновременно со строительством здания, входят в состав здания. Они, как и ряд других специализированных инженерно-строительных сооружений, являются неотъемлемыми составными частями самих зданий.

При этом допускается объединение нескольких объектов основных средств в один инвентарный объект (комплекс конструктивно сочлененных предметов), если каждый входящий в комплекс предмет может выполнять свои функции только в составе комплекса, а не самостоятельно. Однако в случае наличия у одного объекта нескольких частей, каждая такая часть учитывается как самостоятельный инвентарный объект, если сроки полезного использования частей существенно отличаются (пункт 6 ПБУ 6/01), а также при существенном отличии стоимости и сроков полезного использования частей от стоимости и срока полезного использования объекта в целом (пункт 10 ФСБУ 6/2020).

Сходным образом, в пунктах 6, 23, 24 части 2 статьи 2 Федерального закона от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» определено, что здание - результат строительства, представляющий собой объемную строительную систему, имеющую надземную и (или) подземную части, включающую в себя помещения, сети инженерно-технического обеспечения и системы инженерно-технического обеспечения и предназначенную для проживания и (или) деятельности людей, размещения производства, хранения продукции или содержания животных; сооружение - результат строительства, представляющий собой объемную, плоскостную или линейную строительную систему, имеющую наземную, надземную и (или) подземную части, состоящую из несущих, а в отдельных случаях и ограждающих строительных конструкций и предназначенную для выполнения производственных процессов различного вида, хранения продукции, временного пребывания людей, перемещения людей и грузов; строительная конструкция - часть здания или сооружения, выполняющая определенные несущие, ограждающие и (или) эстетические функции.

Таким образом, ни факт использования имущества по общему назначению, предопределенному технологией производства, ни объединение имущества налогоплательщика в имущественный комплекс для целей совершения сделок с ним (купли-продажи, передачи в залог и т.п.) не являются достаточными основаниями для квалификации всех входящих в такой комплекс вещей, в том числе частей конструктивно-сочлененного объекта, как объектов налогообложения по налогу на имущество организаций.

Имущество, правомерно учтенное налогоплательщиком в качестве самостоятельных инвентарных объектов движимого имущества (машины и оборудование), в том числе объекты, не являющиеся частями зданий и сооружений, либо выступающие частями зданий и сооружений, но не подлежащие учету в составе комплекса конструктивно-сочлененных предметов (требующие периодического обновления в силу существенно меньшего срока предполагаемой эксплуатации в сравнении со сроком полезного использования всего здания или сооружения и (или) не вносящие существенного вклада в стоимость соответствующего комплекса), не облагается налогом на имущество организаций.

Изложенное согласуется с правовыми позициями, ранее высказанными Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определениях от 12.07.2019 № 307-ЭС19-5241, от 17.05.2021 № 308-ЭС20-23222, от 28.09.2021 № 308-ЭС21-6663, от 10.10.2024 № 303-ЭС24-8693 и включенными в Обзоры судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2019 № 4 (2019), от 10.11.2021 № 3 (2021), от 16.02.2022 № 4 (2021).

Таким образом, поскольку спорные объекты - стекловарные печи № 1-2018, № 2-2021, № 3-2021 не являются объектом капитального строительства в составе зданий и сооружений, оснований для взимания налога на имущество с их стоимости не имеется.

Суд учитывает разъяснения, изложенные в абзаце 2 пункта 18 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 № 99 «Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», отмена оспариваемого ненормативного правового акта или истечение срока его действия не препятствует рассмотрению по существу заявления о признании акта недействительным, если им были нарушены законные права и интересы заявителя. При оспаривании ненормативного правового акта органа, осуществляющего публичные полномочия, либо должностного лица, арбитражный суд в любом случае обязан рассмотреть заявленные требования по существу, вне зависимости от того, отменен ли оспариваемый ненормативный правовой акт либо продолжает свое действие.

Ввиду изложенного, решение МИФНС № 3 по Волгоградской области № 1241 от 08.12.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения является незаконным и подлежит отмене, как принятое с нарушением действующего законодательства и нарушающее права и законные интересы заявителя.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь общим принципом отнесения судебных расходов на сторон (часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), расходы по уплате государственной пошлины относятся на налоговый орган. 

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

                                                          РЕШИЛ:

заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Волгоградской области № 1241 от 08.12.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Волгоградской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу акционерного общества «Камышинский стеклотарный завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины по заявлению в размере 3 000 руб.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия.

В соответствии с частью 2 статьи 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья

М.А. Тесленко