420/2023-39915(2) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-4380/2023

г. Челябинск

09 июня 2023 года

Дело № А07-4721/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 09 июня 2023 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Томилиной В.А., судей Камаева А.Х., Колясниковой Ю.С., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  индивидуального предпринимателя ФИО2 на  решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.01.2023 по делу   № А07-4721/2022.  

В судебное заседание явился представитель индивидуального  предпринимателя ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 11.04.2023, диплом, свидетельство о расторжении  брака, свидетельство о заключении брака, паспорт).  

Индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее  – истец, ИП ФИО4) обратился в Арбитражный суд Республики  Башкортостан к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании основного  долга по арендной плате за период с 17.08.2021 по 15.08.2022 в размере  17 000 000 руб., пени в размере 2 776 100 руб. с последующим начислением  пени по день фактической оплаты долга, задолженность за электроэнергию в  сумме 125 192 руб. 94 коп. (с учетом принятых судом уточнений иска в порядке  статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Определением суда от 30.06.2022 в порядке статьи 51 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве  третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требований относительно  предмета спора, привлечены Комитет по управлению имуществом  Златоустовского городского округа и ФИО5.  

Определением суда от 15.09.2022 принято к рассмотрению совместно с  первоначальным иском встречное исковое заявление ИП ФИО2 к  ИП ФИО4 о признании договора аренды нежилого здания  недействительным, обязании ответчика возвратить денежные средства в  

размере 4 600 000 руб.  

Решением арбитражного суда первой инстанции от 27.01.2023  (резолютивная часть объявлена 20.01.2023) первоначальный иск удовлетворен  частично: суд взыскал с ИП ФИО2 в пользу ИП ФИО4  сумму долга в размере 17 125 192 руб. 94 коп., пени в сумме 1 458 700 руб. с  продолжением начисления пени по день фактической оплаты долга, расходы по  оплате государственной пошлины в сумме 114 397 руб. В остальной части  первоначального иска отказано.  

В удовлетворении встречного иска отказано. 

С вынесенным решением не согласился ответчик, обжаловав его в  апелляционном порядке. В апелляционной жалобе ИП ФИО2  (далее также – податель жалобы, апеллянт) просит решение суда отменить и  принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении  первоначального иска и удовлетворении встречного иска.  

Податель жалобы не согласился с выводом суда первой инстанции  относительно наличия у истца материального права на нежилое здание - гараж,  АБК, площадью 541,5 кв.м. Указал, что согласно свидетельству о  государственной регистрации прав на недвижимое имущество, субъектом права  является ФИО5. ИП ФИО4 подписывая договор  аренды, действовал не от собственного имени, а от имени ФИО5,  представителем которой он являлся в силу нотариальной доверенности. По  мнению апеллянта, поскольку ИП ФИО4 не является собственником  помещения (а представляет лишь его интересы в рамках договорных  отношений), данное лицо не вправе было предъявлять материально правовое  требование к ИП ФИО2 о взыскании арендной платы в свою  пользу.  

Апеллянт указал на нарушение судом первой инстанции норм  процессуального права, выразившееся в нарушении правил подсудности и  подведомственности дел арбитражному суду. Так, поскольку у субъекта права  (ФИО5) помещения отсутствует статус индивидуального  предпринимателя, подведомственность рассмотрения данного спора не может  относиться к компетенции арбитражного суда.  

Податель жалобы отметил, что работы на земельном участке фактически  не проводились, гараж ответчиком также не использовался, арендные платежи  осуществлялись до нарушения истцом обязательств по договору и расторжения  договора аренды в соответствии с пунктом 4.3 договора.  

Податель жалобы обратил внимание на то, что сумма, прописанная в  договоре аренды, указывала не на стоимость такой аренды, а фактически  определяла ежемесячную прибыль истца, в обмен на возможность  самостоятельно проводить работы на земле и получать 100% прибыль от  результатов таких работ.  

Апеллянт ссылается на завышенную стоимость арендной платы по  договору и злоупотребление правом со стороны истца в части определения  стоимости аренды на объект недвижимости.  

Податель жалобы указал, что договор аренды земли не прошел  

обязательную государственную регистрацию, в связи с чем, не порождает для  сторон правовых последствий. ИП ФИО4, действуя вопреки закону, под  видом аренды здания фактически распорядился земельным участком,  находящимся в муниципальной собственности. Соответственно, договор  аренды здания, подписанный между ИП ФИО4 и ИП  ФИО2 имел цель прикрыть сделку, совершенную между этими  же лицами, по незаконной передаче в пользование соответствующего  земельного участка, находящегося в муниципальной собственности, на котором  расположено это здание.  

Апеллянт отметил, что металлургический шлак, являющийся объектом  договоров на проведение работ, фактически не является собственностью ИП  ФИО4, в материалы дела не представлены правоустанавливающие  документы относительно приобретения такого имущества по соответствующим  сделкам.  

Податель жалобы ссылается на прекращение договорных отношений с  истцом на основании неоднократно направленных в адрес истца писем,  электронных писем, телеграмм. По мнению апеллянта, игнорирование судом  первой инстанции писем, неоднократно направленных в адрес собственника  помещения с сообщением о прекращении договорных отношений, без учета  обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны  договора относительно отсутствия у него прав на земельный участок, наличие  иных договорных отношений, а также стоимости такой аренды, привело к  нарушению норм материального права в виде неприменения закона,  подлежащего применению.  

Апеллянт со ссылкой на пункт 4.3 договора, не согласился с выводом  суда первой инстанции, что у ответчика отсутствует право на одностороннее  расторжение договора.  

Податель жалобы указал, что при наличии оснований, считать истца  ненадлежащим, требование истца о взыскании задолженности за  электроэнергию в размере 125 192 руб. также является незаконным и  необоснованным: Так, данная задолженность возникла у ФИО5 в рамках договорных отношений, при этом, эта задолженность была  погашена самостоятельно стороной договора (ФИО6 - третьим лицом).  Кроме того, не доказано, что данная задолженность по электроэнергии  возникла исключительно в результате эксплуатации только гаража, поскольку у  третьего лица имеются в собственности и иные объекты.  

Также апеллянт указал, что расчет потребленной энергии был рассчитан  без учета приложения № 1 к договору, что влечет его недействительность.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от  24.03.2023 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к  рассмотрению в судебном заседании 02.05.2023.  

До начала судебного заседания ИП ФИО4 представил в  арбитражный апелляционный суд отзыв на апелляционную жалобу, в котором  указал, что с доводами апелляционной жалобы не согласен, просил решение  суда первой инстанции оставить без изменения.  

От ИП ФИО2 поступили возражения на отзыв истца.  Поступившие от сторон документы приобщены к материалам дела.  

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в судебном заседании 02.05.2023 объявлен перерыв до  15 часов 00 минут 10.05.2023.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от  10.05.2023 судебное заседание суда апелляционной инстанции было отложено  на 05.06.2023. ИП ФИО2 было предложено представить в суд  апелляционной инстанции:  

- письменные пояснения относительно того, каким образом и на  основании каких исходных данных ответчик исчислял и оплачивал до ноября  2021 года включительно стоимость электрической энергии, потребленной в  спорном помещении;  

- контррасчёт долга за электрическую энергию; 

- контррасчёт долга по арендной плате за спорное здание с учетом  позиции ответчика относительно прекращения договорных отношений с  истцом путем направления в адрес последнего в ноябре 2021 года актов и  соглашения о расторжении договора аренды (применительно к положениям п.  4.3 договора аренды от 17.08.2021);  

- письменные пояснения относительно лиц, подписавших акты возврата  нежилого здания от 24.11.2021, возврата земельного участка от 24.11.2021,  составленных ответчиком;  

- доказательства направления запрашиваемых документов в адрес ИП  ФИО4 по адресу проживания.  

ИП ФИО4 было предложено представить в суд апелляционной  инстанции письменные пояснения относительно срока действия договора  аренды нежилого здания от 17.08.2021 с учетом условий пункта 4.3 договора.  

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, произведена замена судей Аникина И.А.,  Жернакова А.С. судьями Камаевым А.Х., Колясниковой Ю.С., после чего  рассмотрение дела произведено с самого начала.  

ИП ФИО4 представил письменные пояснения от 22.05.2023 и  23.05.2023, которые приобщены судом апелляционной инстанции к материалам  дела в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

К письменным пояснениям истцом приложены дополнительные  доказательства: договор аренды от 01.04.2017, акт приема-передачи от  01.04.2017, договор оказания услуг от 01.06.2020, приложение к договору  оказания услуг от 01.06.2020, свидетельства о государственной регистрации  права от 24.12.2004, запрос, ответ на запрос от 17.05.2023, выписка из ЕГРН от  08.09.2021, договор аренды № 19-12-01 от 05.09.2022, акт приема передачи к  договору аренды № 19-12-01 от 05.09.2022, договор возмездного оказания услуг   № 17-21 от 01.06.2021.  

Суд апелляционной инстанции на основании части 2 статьи 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определил  

приобщить к материалам дела указанные документы.  

ИП ФИО2 представил возражения на письменные  пояснения истца, которые приобщены к материалам дела.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание  представители истца и третьих лиц не явились.  

С учетом мнения ответчика и в соответствии со статьями 123, 156, 159  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело  рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие истца и третьих  лиц.  

В судебном заседании представитель ответчика, изложенные в  апелляционной жалобе доводы, поддержал в полном объеме.  

Законность и обоснованность судебного акта суда проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, 17.08.2021 между ИП ФИО4  (арендодатель) и ИП ФИО2 (арендатор) заключен договор  аренды нежилого здания, в соответствии с условиями которого арендодатель  передает, а арендатор принимает во временное пользование нежилое здание -  гараж, АБК (здание), кадастровый № 74:25:0302902:0013:017849:1000/А,  расположенное по адресу: Челябинская область, г. Златоуст, р-н шлаковых  отвалов металлургического завода 1930 км ЮУЖД общей площадью 541,5 кв.м  и принадлежащее арендодателю на праве собственности согласно  свидетельству о государственной регистрации прав на недвижимое имущество  серии № 74-АМ № 019571 24.12.2004 (т. 1, л.д. 59-61).  

В соответствии с пунктом 1.2 договора арендуемое помещение  предоставляется арендатору для использования под хранение автотранспорта,  рабочих, строительной и иной техники и на момент передачи в аренду  пригодно для использования на эти цели.  

Сумма ежемесячной арендной платы составляет 1 800 000 руб. (пункт 4.1  договора).  

В силу пункта 4.3 договора платежи вносятся арендатором заранее  ежемесячно не позднее 1 числа текущего месяца. Кроме арендной платы  арендатор ежемесячно оплачивает платежи за электроэнергию согласно  приборам учета.  

На основании пункта 5.1 договора в случае неуплаты арендатором  арендной платы в сроки, установленные договором, арендодателем может быть  взысканы пени в размере 0,1% в день от просроченной суммы за каждый день  задержки.  

Договор вступает в действие с даты подписания на 11 месяцев 29 дней  (пункт 6.1 договора). Арендатор, надлежаще выполнивший обязанности по  истечении срока действия договора имеет право на продление договора на  новый срок, при этом арендатор обязан в письменной форме уведомить  арендодателя о желании заключить такой договор, не позднее, чем за 2 месяца  до окончания срока действия договора.  

Как указал истец, во исполнение условий договора здание передано  арендатору по передаточному акту от 17.08.2021 (т. 1 л.д. 62), однако,  ответчиком арендная плата и плата за электроэнергию не оплачена в полном  объеме.  

Истцом в адрес ответчика были направлены претензии, требования  которых оставлены ответчиком без удовлетворения (т. 1 л.д. 66-71).  

Вышеуказанные обстоятельства послужили истцу основанием для  обращения в арбитражный суд с первоначальным иском.  

В свою очередь, ИП ФИО2 заявлено встречное исковое  заявление к ИП ФИО4 о признании договора аренды нежилого здания  от 17.08.2021 недействительным, обязании ответчика возвратить денежные  средства в размере 4 600 000 руб.  

В обоснование заявленных встречных требований ИП  ФИО2 указал следующее.  

25.12.2020 между ФИО5 (арендодатель) и ИП  ФИО2 (арендатор), был заключен договор аренды нежилого  здания - гараж АКБ, расположенного по адресу: г. Златоуст, р-н шлаковых  отвалов металлургического завода, 1930 км ЮУЖД, общей площадью 571,5  кв.м.  

Одновременно, с передачей прав владения и пользование зданием,  ответчику в этот же день были переданы права на земельный участок с  кадастровым номером 74:25:0302902:13, что оговорено в пунктах 1.3, 1.4  договора аренды нежилого здания от 25.12.2020.  

Согласно пункту 1.1 договора аренды здания, земельный участок  принадлежал ФИО5 на праве аренды по договору от 22.12.2004 г. №  3629, заключенного с муниципальным учреждением и прошедшего  государственную регистрацию.  

Земельный участок был передан ИП ФИО2 для добычи  металла. Исходя из условий такого договора размер оплаты по договору, а  также размер прибыли ИП ФИО4 устанавливался условиями договора в  процентном соотношении.  

Так, по результатам проведенных работ за период действия договоров от  25.12.2020 (7 месяцев и 18 дней = 7,5 месяцев), прибыль ИП ФИО4  составила около 12 млн. руб., что им не оспаривалось, более того признавалась  сумма в размере 2 300 000 руб., при этом, стоимость ежемесячной арендной  платы за пользование зданием составляла 30 000 (тридцать тысяч) рублей  (пункт 4.1).  

Несмотря на то, что срок действия обоих договоров от 25.12.2020 г. не  истек, по инициативе ИП ФИО4, 11.08.2021 данные сделки были  расторгнуты.  

Вместе с тем, уже 17.08.2021 по инициативе ИП ФИО4, истцу по  встречному иску было вновь предложено заключить аналогичные договоры на  тех же условиях. Однако, после подписания этих договоров выяснилось, что  исключив из договора на проведение работ на земельном участке условие по  оплате, ответчик по встречному иску установил для себя выгодную сумму  

ежемесячного дохода, прописав ее в условиях договора аренды здания в  качестве ежемесячной оплаты.  

Таким образом, размер арендной платы за одно и тоже помещение за 6  дней с 30 000 увеличился на 1 800 000 рублей, т.е. в 60 раз.  

Умысел в расторжении договоров и заключении новых сделок под видом,  якобы, аналогичных условий, возник у ответчика по встречному в связи с тем,  что он понимал, что доходность ресурса земельного участка иссекает и  прибыль его по условиям ранее совместно заключенных договоров аренды  здания с целью использования земельного участка для проведения работ, будет  снижаться.  

При этом выяснилось, что ИП ФИО4 не имеет  правоустанавливающих документов, подтверждающих зарегистрированное  право аренды по договору № 51-2021/И-Р, ссылка на наличие которого имеется  в пункте 1.1 договора на проведение работ на земельном участке от 17.08.2021,  а также согласие собственника земельного участка на передачу прав третьим  лицам.  

Как указано истцом по встречному иску, ответчик по встречному иску в  результате обмана и введения истца по встречному иску в заблуждение, под  видом, аналогичных условий, подписал договоры аренды здания и на  проведение работ на земельном участке при отсутствии согласованности  предмета использования земельного участка с собственником, а также при  отсутствии государственной регистрации договора аренды земельного участка,  принадлежащего муниципальному образованию.  

Кроме того, истец по встречному иску пояснил, что между сторонами  всего было подписано четыре договора на период 25.12.2020 и на 17.08.2021, в  рамках которых ИП ФИО4 фактически передавал ИП ФИО2 земельный участок для его использования. Исходя из оценки  соответствия предмета этих договоров, правовой цели взаимоотношений  сторон, основных прав и обязанностей, определенных условиями данных  договоров, можно сделать вывод, что фактическим предметом  взаимоотношений между истцом и ответчиком являлась прибыль, полученная  от результата проведения работ на земельном участке.  

Поскольку, на момент заключения договоров аренды здания и на  проведение работ на земельном участке от 17.08.2021 право ИП ФИО4  на земельный участок зарегистрировано не было, фактическим содержанием  договора аренды здания является скрытая и незаконная передача ИП  ФИО2 земельного участка, находящегося в муниципальной  собственности. Таким образом, ИП ФИО4, действуя вопреки закону, под  видом аренды здания фактически распорядился земельным участком,  находящимся в муниципальной собственности.  

Соответственно, договор аренды здания, заключенный между ИП  ФИО4 и ФИО2, имел цель прикрыть сделку,  совершенную между этими же лицами по незаконной передаче в пользование  соответствующего земельного участка, находящегося в муниципальной  собственности, на котором расположено это здание.  

По указанной причине, по мнению истца по встречному иску,  прикрываемая сделка по передаче в пользование муниципального земельного  участка, а также прикрывающая сделка - договор аренды здания гаража  являются сделками, прямо нарушающие требования закона (статья 168  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Размер арендной платы, указанный в договоре от 17.08.2021 в отличие от  условий договора от 25.12.2020 значительно отличается (превышен в 60 раз),  при этом, как указал ИП амалетдинов А.Ю., указанный размер значительно  отличается от рыночной стоимости аренды указанного имущества,  определенной на основании оценочного отчета.  

На основании изложенного ИП ФИО2 обратился в суд с  рассматриваемым встречным исковым заявлением о признании договора  аренды недействительным.  

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суд первой  инстанции исходил из обоснованности материально-правовых требований к  ответчику, доказанности их материалами дела, отсутствия доказательств  погашения задолженности.  

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований суд первой  инстанции, исходил из недоказанности всей совокупности обстоятельств,  необходимых для признания договора аренды недействительным по  заявленным правовым основаниям.  

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в  порядке, предусмотренном статьями 268, 269 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства,  проверив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены  или изменения обжалуемого судебного акта.  

По договору аренды (имущественного найма) арендодатель  (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за  плату во временное владение и пользование или во временное пользование  (пункт 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование  имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной  платы определяются договором аренды (пункт 1 статьи 614 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Из взаимосвязанных положений норм статей 606, 611, 614, 616, 622  Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по договору аренды  имеет место встречное исполнение обязательств: обязанность арендодателя по  отношению к арендатору состоит в предоставлении последнему имущества в  пользование, а обязанность арендатора - во внесении платежей за пользование  этим имуществом; обязанность арендатора по оплате арендной платы и  содержанию имущества возникает у арендатора с момента передачи ему  арендуемой вещи до момента ее возврата.  

Практика применения приведенных норм закона об аренде определена в  числе прочего Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения  

споров, связанных с арендой».  

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской  Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в  соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных  правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии  с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми  требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и  одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением  случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Частью 1 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что договоры аренды заключаются на срок, определенный в  договоре.  

Из материалов дела усматривается, что между сторонами договора  имеется спор относительно срока действия договора аренды нежилого здания  от 17.08.2021.  

Принимая во внимание, что первоначальные исковые требования  заявлены о взыскании задолженности по арендной плате по договору аренды  нежилого здания от 17.08.2021, а встречные исковые требования о признании  договора аренды нежилого здания от 17.08.2021 недействительным, о возврате  в качестве уплаченных денежных средств по данному договору в размере  4 600 000 руб., судебная коллегия рассматривает вопросы встречных  требований в первую очередь, так как установление их обоснованности может  исключить полностью или в части удовлетворение первоначальных исковых  требований.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской  Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в  силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от  такого признания (ничтожная сделка).  

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при  этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом  интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка  оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не  связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

В определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного  Суда Российской Федерации от 30.08.2016 № 5-КГ16-119 указано, что по своей  правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета,  установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в  связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок,  влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и  168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации  при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при  исполнении гражданских обязанностей участники гражданских  

правоотношений должны действовать добросовестно.  

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации  никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или  недобросовестного поведения.  

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и  разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или  недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого  участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы  другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой  информации. Поведение одной из сторон может быть признано  недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий  участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет  установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости  от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения  отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а  также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов  добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения  другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Оснований полагать поведение арендодателя недобросовестным с учетом  установленных по делу обстоятельств, включая отсутствие доказательств  приобретения арендатором права на транспортные средства,  воспрепятствования пользования транспортными средствами со стороны  арендодателя, не имеется.  

Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения  создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1).  Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть  другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке,  которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания  сделки применяются относящиеся к ней правила (п. 2).  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определениях  Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от  01.12.2015 № 22-КГ15-9, пунктами 86, 87 Постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, мнимые и притворные сделки,  как правило, относят к сделкам с пороком воли. Основным условием для  признания их недействительными является установление отличия истинной  воли сторон от выраженной формально в сделке.  

Поскольку факт передачи здания гаража во владение и пользование  ответчика по первоначальному иску подтвержден материалами дела, последним  

не оспаривается, в отсутствие порока воли сторон при заключении сделки  оснований для квалификации договора аренды ничтожным не установлено.  Доказательств иного апеллянтом не приведено.  

Кроме того, заявление о недействительности сделки не имеет правового  значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует  недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки  давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт  5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Доводы апеллянта об отсутствии у ИП ФИО4 правомочий на  передачу спорного здания в аренду, подлежат отклонению судебной коллегией.  

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 10 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.01.2013 № 13 «О  внесении дополнений в Постановление Пленума Российской Федерации от  17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил  применения Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды»,  в соответствии со статьей 608 Гражданского кодекса Российской Федерации  право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику.  Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или  собственником сдавать имущество в аренду.  

Судам следует иметь в виду, что по смыслу названной статьи  арендодатель, заключивший договор аренды и принявший на себя  обязательство по передаче имущества арендатору во владение и пользование  либо только в пользование, должен обладать правом собственности на него в  момент передачи имущества арендатору. С учетом изложенного договор  аренды, заключенный лицом, не обладающим в момент его заключения правом  собственности на объект аренды (договор аренды будущей вещи), не является  недействительным на основании статей 168 и 608 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Действительно, ФИО5 является собственником  нежилого здания – гаража АБК, расположенного по адресу: Челябинская  область, г. Златоуст, р-н шлаковых отвалов металлургического завода 1930 км  ЮУЖД общей площадью 571,5 кв.м, на основании договора купли-продажи  недвижимости № 11 от 14.11.2004, что подтверждается свидетельством о  государственной регистрации права от 24.12.2004 (т. 2, л.д. 6), а также  выпиской ЕГРН, приложенной к отзыву истца от 03.11.2022.  

Между тем, в соответствии с нотариально заверенной доверенностью   № 02АА 3385494 от 10.05.2016 ФИО5 доверила ФИО4 (истцу) управлять, пользоваться и распоряжаться  принадлежащими ей на праве собственности объектами недвижимости, в том  числе указанным выше нежилым зданием – гаражом, АБК, расположенного по  адресу: Челябинская область, г. Златоуст, р-н шлаковых отвалов  металлургического завода 1930 км ЮУЖД общей площадью 571,5 кв.м (т. 1  л.д. 78). Срок действия доверенности – тридцать лет.  

На основании изложенного, апелляционная коллегия поддерживает вывод  суда первой инстанции о том, что у истца имелись правомочия на передачу  

спорного здания в аренду.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что 25.12.2020 между ФИО5 (арендодатель) и ИП ФИО2  уже был заключен договор аренды спорного нежилого помещения - гараж АКБ,  (т. 1, л.д. 83-88) и согласован порядок расчета по договору на проведения работ  на земельном участке, в соответствии с которыми заказчик в качестве оплаты  выполненных работ оставлял в собственности исполнителя металл,  извлеченный в ходе работ в процентном соотношении, а впоследствии истец  предложил ответчику вновь заключить взаимосвязанные между собой  договоры, изменив их условия, установив ежемесячный размер дохода истца в  результате проведенных работ в удобном для себя размере, не принимаются  апелляционной коллегией поскольку не имеют правового значения для  настоящего спора.  

Так, в рамках настоящего дела судом подлежат рассмотрению  правоотношения, возникшие между сторонами по договору аренды от  17.08.2021.  

В соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 421 Гражданского кодекса  Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении  договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме  случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или  иными правовыми актами.  

Договорные отношения субъектов гражданского права основаны на их  взаимном юридическом равенстве, исключающем властное подчинение одной  стороны другой. Следовательно, заключение договора и формирование его  условий по общему правилу должно носить добровольный характер,  базирующийся исключительно на соглашении сторон и определяемый их  частными интересами.  

При этом установление арендной платы в размере, большем, чем  рыночная стоимость арендной платы не является основанием для признания  договора недействительным.  

В силу пункта 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности,  оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки  (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не  имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо  действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения  сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки  (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Доказательствами действительности договора аренды от 17.08.2021  являются факт передачи имущества, о чем составлен передаточный акт,  подписанный со стороны арендодателя и арендатора без разногласий (т. 1, л.д.  62), факт уплаты ответчиком арендных платежей, что подтверждается  расписками о получении денежных средств (т. 2, л.д. 88-93), а также фактом  

оплаты арендатором коммунальных платежей за электроэнергию (платежные  поручения в т. 2, л.д. 106-111).  

Указанное выше свидетельствует о том, что поведение истца по  встречному иску после заключения сделки давало основание другим лицам  полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Более того, судебная коллегия учитывает, что завышенный размер  арендной платы вызван тем, что между ИП ФИО4 и ИП  ФИО2 достигнуто соглашение о том, что вся полученная  прибыль в виде металла и скрапа, извлеченных в ходе сортировочных работ,  остается у ИП ФИО2 (п. 3.1 договора от 17.08.2021 на  проведение работ).  

При этом, представитель ИП ФИО2 данное обстоятельство  в суде апелляционной инстанции подтвердил.  

Действия ИП ФИО7 после заключения договора  свидетельствуют о том, что его воля при его заключении была направлена на  достижение правовых последствий, возникающих именно из спорного договора  аренды с изложенными в ней условиями.  

В действиях ответчика по встречному иску суд намеренного введения в  заблуждение истца не усматривает.  

Каких-либо доказательств, что в результате совершенной сделки истец не  получил прав на пользование и владение зданием, указанным в договоре  аренды, равно как и доказательств недобросовестности действий ответчика, а  также создания у истца ложного представления об обстоятельствах заключения  оспариваемого договора, материалы дела не содержат.  

Кроме того, согласно статьи 431.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору,  связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской  деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое  обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за  исключением случаев признания договора недействительным по основаниям,  предусмотренным статьями 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также если  предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо  недобросовестными действиями этой стороны.  

Апеллянтом заявлен довод о том, что договор аренды земли не прошел  обязательную государственную регистрацию, в связи с чем, не порождает для  сторон правовых последствий, ИП ФИО6, действуя вопреки закону, под  видом аренды здания фактически распорядился земельным участком,  находящимся в муниципальной собственности.  

Положения пункта 1 статьи 552 Гражданского кодекса Российской  Федерации, пункта 1 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации,  разъяснения Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской  Федерации от 24.03.2005 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с  применением земельного законодательства» (пункты 13, 14), Постановления  Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 17.11.2011 №  

73 № «О некоторых отдельных вопросах практики применения правил  Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» (пункт 25) в  своей совокупности разъясняют, что именно собственник здания, строения,  сооружения приобретает право на использование земельного участка и вправе  требовать оформления соответствующих прав на земельный участок, занятый  недвижимостью и необходимый для ее использования.  

Между тем, 01.04.2021 между Комитетом по управлению имуществом  Златоустовского городского округ (арендодатель) и ФИО5 (арендатор) заключен договор аренды земли № 51/2021/И-Р, в  соответствии с условиями которого арендодатель предоставил арендатору в  аренду земельный участок с кадастровым номером № 74:25:0302902:13, по  адресу: Челябинская область, г. Златоуст, р-н шлаковых отвалов  металлургического завода 1930 км ЮУЖД общей площадью 541,5 кв.м.  Разрешенный вид использования – для размещения производственной базы (т.2,  л.д.29-32). Указанный договор в соответствии с п. 1.4 действует 49 лет.  

Согласно пункту 1 статьи 652 Гражданского кодекса Российской  Федерации по договору аренды здания или сооружения арендатору  одновременно с передачей прав владения и пользования такой недвижимостью  передаются права на земельный участок, который занят такой недвижимостью  и необходим для ее использования. Если договором не определено  передаваемое арендатору право на соответствующий земельный участок, к  нему переходит на срок аренды здания или сооружения право пользования  земельным участком, который занят зданием или сооружением и необходим  для его использования в соответствии с его назначением (абзац 2 пункта 2  статьи 652 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Вопросы арендной платы за пользование земельным участком в данном  случае решаются с учетом положений пункта 2 статьи 654 Гражданского  кодекса Российской Федерации.  

Из буквального толкования пункта 2 статьи 654 Гражданского кодекса  Российской Федерации следует, что законом уплата арендной платы за спорный  земельный участок отдельно от арендной платы за пользование расположенным  на таком участке арендуемым объектом, не предусмотрена.  

В пункте 9 Обзора судебной практики Верховного суда Российской  Федерации № 4 (2016) разъяснено, что по смыслу пунктов 1, 2 статьи 652  Гражданского кодекса Российской Федерации, арендатор здания может  пользоваться земельным участком, занятым арендуемым зданием, без  соответствующего договора в силу закона в течение срока аренды  недвижимости; вопросы арендной платы за пользование в данном случае  решаются с учетом положений пункта 2 статьи 654 Гражданского кодекса  Российской Федерации. Исходя из буквального толкования пункта 2 статья 654  Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу плата за  пользование земельным участком включена в размер арендной платы за  пользование зданием.  

В пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 24.03.2005 № 11 «О некоторых вопросах, связанных  

с применением земельного законодательства» разъяснено, что арендатор здания  или сооружения может пользоваться земельным участком, занятым  арендуемым зданием или сооружением, без соответствующего договора в силу  закона в течение срока аренды недвижимости; вопросы арендной платы за  пользование земельным участком в данном случае решаются с учетом  положений пункта 2 статьи 654 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В договоре аренды от 17.08.2021 отсутствует волеизъявление сторон по  вопросу установления отдельной арендной платы за пользование земельным  участком, нормативно не предусмотрено взимание платы за пользование  земельным участком, на котором расположен переданный в аренду объект.  

Таким образом, в отсутствие в договоре аренды условия об обязанности  арендатора вносить плату за пользование земельным участком отдельно от  согласованной сторонами арендной платы, иного договора,  предусматривающего внесение платы за пользование земельным участком, а  также прямой нормы закона, обязывающей арендатора здания (строения,  помещения) оплачивать пользование земельным участком, на котором  расположен объект аренды и который необходим для их использования,  отдельно от внесения арендной платы за пользование зданием (строением,  помещением), согласованная сторонами договора арендная плата включает  плату как за пользование объектом недвижимости, так и земельным участком  под ним.  

Данный вывод согласуется с позицией, изложенной в определениях  Верховного Суда Российской Федерации № 309-ЭС16-8125 от 21.10.2016, №  309-ЭС16-18264.  

Как следует из материалов дела, Комитет по управлению имуществом  Златоустовского городского округа отзыва на иск, возражений не представил,  ФИО5 исковые требования поддержала, об отзыве  доверенности или иных обстоятельствах, свидетельствующих об отсутствии у  истца прав на указанное в договоре имущество, не заявила.  

В связи с чем, довод апеллянта признан коллегией неверным. 

Довод подателя жалобы о незаключенности договора аренды от  17.08.2021 в связи с отсутствием его государственной регистрации не  принимается во внимание, так как указанный договор фактически исполнялся  сторонами, имущество было передано арендатору и при этом спор о  ненадлежащем исполнении обязанности арендодателя по передаче объекта  аренды между сторонами отсутствовал. Таким образом, ИП ФИО2  не вправе ссылаться на незаключенность или недействительность договора  (пункт 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения  правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды»).  

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что ИП ФИО2 ожидал разрешения уполномоченного государственного органа на  пользование земельным участком, необоснован, поскольку такая возможность  предоставлена арендатору в силу вышеуказанных норм.  

Доказательств невозможности пользования земельным участком в целях  

осуществления деятельности ИП ФИО2 также не  представлено(статьи 9, 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).  

Претензий арендодателю относительно невозможности использования  объекта аренды по назначению арендатором с момента передачи объекта  аренды не заявлялось.  

Довод апеллянта о злоупотреблении истцом правом, поскольку его  действия нарушают баланс обязанностей сторон, несостоятелен в силу  следующего.  

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной  целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских  прав (злоупотребление правом).  

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1  Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, арбитражный суд или  третейский суд с учетом характера и последствий допущенного  злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права  полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные  законом.  

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или  недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого  участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы  другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой  информации. При этом, по общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских  правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано  иное.  

Однако документального подтверждения наличия у истца умысла на  заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели  причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей) в  материалах дела не имеется.  

Таким образом, апелляционная коллегия соглашается с выводами суда  первой инстанции об отказе в удовлетворении встречных исковых требований.  

Удовлетворяя первоначальные исковые требования суд первой инстанции  обоснованно исходил из следующего.  

Как следует из материалов дела, истцом заявлено требование о взыскании  с ответчика задолженности за период с 17.08.2021 по 15.08.2022 в размере  17 000 000 руб.  

Ответчик, возражая против исковых требований, указал, что  неоднократно направлял в адрес ответчика телеграммы и письма с требованием  о расторжении договора аренды. По мнению ответчика, действия/бездействие  

истца, связанные с игнорированием корреспонденции были направлены  исключительно на увеличение срока аренды и соответственно, увеличение  исковых требований. По мнению ответчика, несмотря на фактическое  расторжение отношений между сторонами, от оформления которых истец  всячески уклонялся, оснований для взыскания арендной платы по требованию  ответчика, не имеется.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  договор между сторонами заключен 17.08.2021 сроком на 11 месяцев 29 дней,  то есть до 15.08.2022.  

Телеграммой от 16.11.2021 по адресу, указанному в договоре аренды (

<

...>) ответчик сообщил (на имя ФИО5) о  расторжении договора аренды от 17.08.2021 с 17.11.2021, направил соглашение  о расторжении договора (т. 1, л.д. 213).  

19.11.2021 ответчиком было направлено электронное письмо с вложением  писем о расторжении, соглашений о расторжении договора аренды и договора  на проведение работ на земельном участке, а также акт возврата с просьбой  приехать и подписать акты возврата, назначив дату 22.11.2021 (т. 1, л.д. 220- 221).  

Между тем, из представленных документов невозможно сделать вывод,  что адрес электронной почты, по которому было направлено письмо,  принадлежит истцу, при этом сам истец получение указанных писем отрицал.  

Телеграммой от 19.11.2021 ответчик вновь по указанному в договоре  адресу направил сообщение о расторжении договора аренды с просьбой  приехать 22.11.2021 и получить имущество по акту возврата (т. 1, л.д. 222).  Указанная телеграмма истцом не получена (дом закрыт, адресат за телеграммой  не явился (т. 1, л.д. 223).  

19.11.2021 по почте ответчиком истцу направлены уведомление о  расторжении договора с просьбой подписать акт возврата, при этом в  указанном почтовом отправлении не содержалось информации о дате возврата  здания (т. 1, л.д. 224-226).  

В последующем ответчиком по электронной почте направлено  уведомление с требованием принятия имущества от ответчика с указанием  даты - 24.11.2021 (т. 1, л.д. 230). В указанном требовании ответчиком также  указано, что в связи с неполучением истцом сообщений от ответчика и не  реагированием на них, он намерен создать комиссию на 24.11.2021 для  фиксации освобождения помещения (т. 1, л.д. 231).  

В дальнейшем, ответчиком в адрес истца направлен акт возврата  помещения от 24.11.2021 (т. 1, л.д. 234-236).  

Письмом от 03.12.2021 ответчик известил ФИО5 о бездействии и  просил обеспечить прибытие по адресу арендованного имущества для  сохранности имущества (т. 1, л.д. 240).  

В силу пункта 1 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации  договор аренды заключается на срок, определенный договором.  

По правилам статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации  изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если  

иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или  договором.  

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или  расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора  другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом,  другими законами или договором.  

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое  влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени  лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.  

Согласно положениям статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными  правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора  (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной  стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора  (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного  уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими  законами, иными правовыми актами или договором.  

Арендатор имеет право на односторонний отказ от договора аренды  (расторжение в одностороннем порядке) в том же случае, что и арендодатель:  когда договор заключен на неопределенный срок (пункт 2 статьи 610  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

От договора аренды, заключенного на определенный срок, арендатор  может отказаться, только если такое право содержится в договоре.  

Между тем, как верно установлено судом первой инстанции, договор  арены нежилого здания заключен сторонами на определенный срок - 11  месяцев 29 дней, условиями договора право арендатора на односторонний отказ  от договора не предусмотрено, по требованию арендатора договор в  одностороннем виде расторгнут быть не может, то есть договор действовал  между сторонами до 16.08.2022.  

Доказательств расторжения договора в судебном порядке или по  соглашению сторон, в материалы дела не представлено.  

Напротив, 18.07.2022 истец (ИП ФИО4) направил ответчику  уведомление о прекращении договора аренды с 15.08.2022 года в связи с  истечением срока его действия с просьбой прибыть на подписание акта  возврата имущества 16.08.2022 (т. 2, л.д. 54-56).  

Однако, ответчик на подписание акта не явился, акт подписан истцом при  участии свидетелей (т. 2, л.д. 57-58).  

На основании вышеизложенного, судом первой инстанции верно принята  позиция истца ИП ФИО4 относительного того, что арендная плата  должна была начисляться до 16.08.2022 включительно, а договор аренды  прекратил свое действие 15.08.2022.  

Согласно расчету истца задолженность ответчика по оплате арендной  платы составляет 17 000 000 руб.  

Представленный расчет проверен судом первой инстанции и признан  верным. Оснований для переоценки расчетов у суда апелляционной инстанции  

не имеется.  

С учетом того, что ИП ФИО2 суду не представлено  доказательств, подтверждающих надлежащее исполнение арендатором  обязанности по внесению арендной платы и отсутствие у ответчика  задолженности в заявленном истцом размере и за указанный им период,  требования ИП ФИО4 правомерно удовлетворены судом первой  инстанции.  

Истцом также было заявлено требование о взыскании с ответчика  задолженности по оплате электроэнергии в размере 125 192 руб. 94 коп.  

В соответствии со статьей 616 Гражданского кодекса Российской  Федерации арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт  переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными  правовыми актами или договором аренды (пункт 1 данной статьи); арендатор  обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой  счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не  установлено законом или договором аренды (пункт 2 данной статьи).  

По смыслу указанной нормы расходы на содержание имущества, к  которым относятся коммунальные платежи, не являются составляющей частью  арендной платы, если стороны прямо не согласовали иное в договоре.  

В пункте 4.4 договора аренды от 17.08.2021 стороны прямо согласовали  условие о том, что кроме арендной платы арендатор ежемесячно оплачивает  платежи за электроэнергию согласно приборам учета.  

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской  Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в  соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, а при  отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового  оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний  отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не  допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В рассматриваемом случае арендатор получил доступ в арендуемое  здание по акту приема-передачи 17.08.2021. Указанные обстоятельства  сторонами не оспариваются.  

Принимая во внимание нормы статьи 616 Гражданского кодекса  Российской Федерации, а также условия пункта 4.4 договора аренды от  17.08.2021, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о  том, что у арендатора имелась обязанность оплачивать арендодателю услуги по  содержанию арендуемого помещения (электроэнергия), соответственно,  встречные исковые требования о взыскании таких платежей обоснованны по  праву.  

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 13 Информационного  письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»,  неиспользование арендатором переданного ему по договору аренды помещения  не является основанием для неисполнения обязательства арендатора по  

внесению платежей за такое пользование.  

Досрочное освобождение арендуемого помещения (до прекращения в  установленном порядке действия договора аренды), на что ссылается податель  жалобы, не является основанием прекращения обязательства арендатора по  внесению платежей за пользование имуществом по договору.  

Доказательств, свидетельствующих о том, что арендатор не имел доступа  в арендуемое помещение по вине арендодателя, в материалах дела не имеется.  

Соответствующий довод жалобы судебная коллегия отклоняет как  несостоятельный.  

Как следует из материалов дела, между собственником здания ФИО5 (потребитель) и ООО «Уралэнергосбыт» (продавец) заключен договор  электроснабжения № 74057410008580 от 01.08.2020, соответствии с которым  продавец обязуется осуществить продажу электрической энергии, а  потребитель обязан оплачивать ее (т. 2, л.д. 94-104).  

В приложении № 1 к указанному договору сторонами договора  электроснабжения определен перечень точек поставки: промбаза, Челябинская  область, г. Златоуст, п. 6 жилой участок, шлаковые отвалы (т. 2, л.д. 102).  

08.12.2020 сетевой организацией и потребителем был пописан акт  допуска прибора учета в эксплуатацию № 19158 после установки новых  приборов учета (т. 3, приложение к возражениям истца на отзыв от 01.12.2022  года). В акте № 19158 отражено, что установлен счетчик Энергомера  009217155335374, тип СЕ 303.  

За период с 17.08.2021 по 15.08.2022 начислено 388 402 руб. 94 коп., как  указано истцом, ответчик оплатил электроэнергию за указанный период на  общую сумму 263 210 руб. следующими платежными документами (т. 2, л.д.  125-129):  

-платежное поручение № 240 от 18.08.2021 сумма 61 584 рубля;  - платежное поручение № 274 от 23.09.2021 сумму 49 000 рублей;  

- платежное поручение № 296 от 11.10.2021 сумма 16 626 рублей;  - платежное поручение № 306 от 14.10.2021 сумма 116 000 рублей;  - платежное поручение № 360 от 29.11.2021 гсумма 20 000 рублей;  

Истцом указано, что на 15.08.2022 (последний день аренды) долг за  электроэнергию составляет 125 192 руб. 94 коп.  

Расчет истца судом проверен, признан верным (т. 2, л.д. 61-62). Расчет  задолженности выполнен истцом на основании показаний электросчетчика,  счетов и актов ООО «Уралэнергосбыт» (т. 2, л.д. 63-86).  

При этом на скриншотах и фото переданных показаний ИП  ФИО8 такие же данные приборов учета, ответчиком электроэнергия  частично была оплачена по указанным показаниям (т. 2, л.д. 125-134).  

В силу чего отклоняется довод ответчика о неподтвержденности со  стороны истца данных приборов учета.  

Доводы апеллянта об отсутствии у него правовых оснований для уплаты  платежей по электроэнергии правомерно отклонены судом первой инстанции.  

В соответствии с пунктом 22 Информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66  

«Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» условия договора  аренды о возмещении арендатором расходов арендодателя на энергоснабжение  арендуемых помещений не свидетельствуют о наличии между сторонами  отношений энергоснабжения. Арендодатель в этом случае не является  энергоснабжающей организацией, а возмещение арендатором расходов  арендодателя на энергоснабжение помещений является составляющей  арендных отношений.  

При этом факт уплаты арендодателем суммы долга по электроэнергии  ресурсоснабжающей организации правового значения не имеет, так как  договором аренды установлено обязательство арендатора по уплате указанной  суммы арендодателю.  

В связи с тем, что факт пользования ответчиком имуществом,  переданным ему по договору аренды, подтверждается материалами дела,  требование истца о взыскании задолженности ответчика по оплате  коммунальных услуг по электроэнергии в размере 125 192 руб. 94 коп. является  обоснованными и подлежат удовлетворению.  

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика суммы пени  за несвоевременную оплату арендной платы в размере 2 776 100 руб. (с учетом  принятого судом уточнения иска).  

На основании пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской  Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой,  залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой  гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами,  предусмотренными законом или договором.  

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской  Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или  договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в  случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в  частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки  кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.  

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме  независимо от формы основного обязательства (статья 331 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 5.1 договора аренды в случае неуплаты арендатором  арендной платы в сроки, установленные договором, арендодателем может быть  взысканы пени в размере 0,1% в день от просроченной суммы за каждый день  задержки.  

В связи с тем, что условие о неустойке содержится непосредственно в  тексте анализируемого договора (пункт 5.1), требование о письменной форме  соглашения о неустойке сторонами выполнено.  

Истцом на основании пункта 5.1 договора за период с 17.08.2021 по  15.08.2022 начислена неустойка в общей сумме 2 776 100 руб.  

На основании пункта 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» для обеспечения стабильности  экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях  

природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и  подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе  ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям,  подаваемым кредиторами (далее для целей настоящей статьи - мораторий), на  срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.  

В акте Правительства Российской Федерации о введении моратория  могут быть указаны отдельные виды экономической деятельности,  предусмотренные Общероссийским классификатором видов экономической  деятельности, а также отдельные категории лиц и (или) перечень лиц,  пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для  введения моратория, на которых распространяется действие моратория.  

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 9.1 указанного Федерального  закона на срок действия моратория в отношении должников, на которых он  распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и  седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Федерального закона.  

Согласно вопросу 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики,  связанным с применением законодательства и мер по противодействию  распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной  инфекции (COVID-19) № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 30.04.2020, одним из последствий введения моратория  является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных  финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение  должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям,  возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац  десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).  

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений  статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» в период действия моратория проценты за  пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса  Российской Федерации), неустойка (статья 330 Гражданского кодекса  Российской Федерации), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75  Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые  санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к  лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац  десятый пункта 1 статьи 63 Закона № 127-ФЗ). В частности, это означает, что  не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление  кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за  период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие  моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки  (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона №  127-ФЗ) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.  

Согласно самостоятельному расчету суда первой инстанции сумма пени  составила 1 458 700 руб. за период с 17.08.2021 по 15.08.2022.  

Расчет пени арбитражного суда первой инстанции проверен и признан  

арифметически правильным. Оснований для переоценки представленного  расчета и вывода суда первой инстанции в отношении размера пени у суда  апелляционной инстанции не имеется.  

Поскольку факт нарушения ответчиком обязательства по оплате арендной  платы материалами дела подтвержден, суд первой инстанции обоснованно  взыскал с ответчика договорную неустойку в размере 1 458 700 руб. за период с  17.08.2021 по 15.08.2022 с продолжением начисления по день фактической  оплаты долга.  

О применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации  ответчиком не заявлено.  

Довод подателя жалобы о нарушении судом первой инстанции правил  подсудности подлежит отклонению судом апелляционной инстанции на  основании следующего.  

Согласно части 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации арбитражному суду подведомственны дела по  экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением  предпринимательской и иной экономической деятельности.  

Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают  иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами,  граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без  образования юридического лица и имеющих статус индивидуального  предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке (далее -  индивидуальные предприниматели), а в случаях, предусмотренных настоящим  Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской  Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований,  государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов,  должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и  граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя (часть 2  статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

В силу статьи 28 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражные суды рассматривают в порядке искового производства  возникающие из гражданских правоотношений экономические споры и другие  дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной  экономической деятельности юридическими лицами и индивидуальными  предпринимателями, а в случаях, предусмотренных Кодексом и иными  федеральными законами, другими организациями и гражданами.  

Определяющим моментом отнесения того или иного дела к компетенции  арбитражных судов является субъектный состав, а также предмет спора,  экономический (предпринимательский) характер требования, что соответствует  разъяснениям пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 09.12.2002 № 11 «О некоторых вопросах, связанных  с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации».  

Истцом по настоящему спору выступает ИП ФИО4, ответчиком -  ИП ФИО2, статусы индивидуальных предпринимателей у сторон  

действующие.  

Доказательств оформления договора аренды не в связи с осуществлением  истцом предпринимательской деятельности, подателем апелляционной жалобы  не представлено.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО5 не является стороной настоящего спора.  

При указанных обстоятельствах оснований для вывода о нарушении  судом первой инстанции правил подсудности споров не имеется. Решение  вынесено с соблюдением правил о подведомственности споров арбитражному  суду.  

Довод заявителя апелляционной жалобы о неправильном применении  судом первой инстанции норм материального права является несостоятельным,  поскольку определение законов и иных нормативных правовых актов,  подлежащих применению при рассмотрении дела, является прерогативой суда,  разрешающего спор (часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации).  

Доводы заявителя апелляционной жалобы фактически сводятся к  повторению утверждений, исследованных и правомерно признанных  необоснованными арбитражным судом первой инстанции, и не содержат  фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции  при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения  судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного  акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем  признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут  служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не  свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и  процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителя  апелляционной жалобы с оценкой судом доказательств.  

Судебный акт соответствует нормам материального права, изложенные в  нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для  отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле,  в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, и в связи с оставлением  апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на ее подателя.  

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.01.2023 по  делу № А07-4721/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу  индивидуального предпринимателя ФИО2 – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со  дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд  первой инстанции.  

Председательствующий судья В.А. Томилина 

Судьи А.Х. Камаев 

  Ю.С. Колясникова