СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2782/2020(9)-АК

Дело №   А60-14820/2019

04 июля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 04 июля 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                   Гладких Е.О., Даниловой И.П., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

от лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу должника ФИО2 

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 28 февраля 2022 года

 о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника ФИО2 12 800 000 руб. 00 коп.,

 вынесенное в рамках дела № А60-14820/2019 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2,

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 15.03.2019 поступило заявление Федеральной налоговой службы в лице МИФНС № 25 по Свердловской области о признании ИП ФИО2 (ИНН 

<

***>) несостоятельной (банкротом). 

Определением от 22.10.2019 (резолютивная часть определения объявлена 15.10.2019) заявление МИФНС №25 по Свердловской области о признании индивидуального предпринимателя ФИО2  (25.09.1953г.р., место рождения: ст. Новая – Заря Серовского района Свердловской области, адрес регистрации: 

<

...>, ИНН 

<

***>) несостоятельной (банкротом) признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов до 18.11.2019. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО4 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 620000, г. Екатеринбург, а/я 259), член СРО ААУ «ЕВРАЗИЯ». 

Решением суда от 25.11.2019 (резолютивная часть объявлена 18.11.2019) индивидуальный предприниматель ФИО2 (25.09.1955г.р., место рождения: ст. Новая – Заря Серовского района Свердловской области, адрес регистрации: 

<

...>, ИНН 

<

***>) признана несостоятельной (банкротом) и введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 28.04.2020. Исполняющим обязанности финансового управляющего должника утверждена ФИО4 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 620000, г. Екатеринбург, а/я 259), член СРО ААУ «ЕВРАЗИЯ». 

Определением суда от 19.02.2020 (резолютивная часть от 14.02.2020) финансовым управляющим имуществом должника индивидуального предпринимателя ФИО2 утверждена ФИО5 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 192019, 

<

...> (Невский район), корпус 13, офис 241), член СРО «ААУ «Паритет». 

В Арбитражный суд Свердловской области 13.10.2021 года поступило заявление финансового управляющего ФИО5 о применении последствий недействительности (ничтожности) сделки. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021 заявление принято к производству суда, назначено судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.02.2022 заявление финансового управляющего ФИО5 о применении последствий недействительности (ничтожности) сделки удовлетворено. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: гор. Екатеринбург, зарегистрирован по адресу: 620144, 

<

...>) в конкурсную массу должника ФИО2 12 800 000 руб. 00 коп.

Не согласившись с вынесенным определением, должник ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе указывает на то, что судом нарушен срок изготовления полного текста решения. Заявитель жалобы считает, что судом неверно истолковано, что срок исковой давности не пропущен. Резолютивной частью определения (объявлена 15.10.2019) заявление уполномоченного органа о признании ИП ФИО2 признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов до 18.11.2019г. Оспариваемые сделки были заключены - 12.07.2017 г. и 14.08.2018 г. Финансовый управляющий был назначен 15.10.2019 г. Иск о признании сделки недействительной был подан 29.04.2020 г., при этом не содержал требования о последствиях признания сделки недействительной о взыскании денег. Заявление о применении последствий недействительности сделки подано лишь 13.10.2021 г. Ссылку суда на то, что «финансовый управляющий узнал о невозможности в качестве применения последствий недействительности сделки возврата имущества в конкурсную массу в период рассмотрения судом заявления о признании договора дарения от 08.06.2017 и договора купли-продажи от 09.08.2018 недействительными» заявитель жалобы считает необоснованной, поскольку в деле нет надлежащих доказательств данного факта. При таких обстоятельствах и, исходя из того, что пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ), ФИО2 настаивает на том, что срок исковой давности для обращения в суд с заявлением о применении последствий недействительной сделки пропущен. Заявитель жалобы указывает, что суд первой инстанции, взыскивая сумму, положил в основу доказательство, которое было исключено, а именно - в определении Арбитражного суда Свердловской области от 29.03.2021 г. данное доказательство положено в основу решения, а также на данное определение суд первой инстанции ссылается в определении, которое обжалуется настоящей жалобой. Обращает внимание суда на тот факт, что ни одним из судов договор купли-продажи неотделимых улучшений от 09.08.2020 не признавался недействительным, также этот договор не являлся неотъемлемой частью/либо составной частью договора купли-продажи объекта недвижимости. Более того, отзыв ФИО3 от 18.02.2021 был исключен из числа доказательств. Таким образом, по мнению заявителя жалобы, преюдиции относительно договора купли-продажи неотделимых улучшений от 09.08.2020 нет. На момент заключения и исполнения договора  никаких ограничений (обременений), правопритязаний, а также споров в судебном порядке, в отношении, кредиторов у ФИО2 не было. По мнению заявителя жалобы, на момент совершения сделки ФИО2 обладала признаками платежеспособности, имела доход. Данный факт подтверждается - налоговыми декларациями, а также судебным актом, имеющим преюдиционное значение. По состоянию на 10.02.2022 г., у должника имеются денежные средства для расчетов с кредиторами. Остаток денежных средств на счете составляет 28 391 947,12 руб., счет не арестован. Согласно данных отчета финансового управляющего на настоящий момент остаток непогашенного реестра кредиторов составляет 8 000 000 рублей. Таким образом, по мнению заявителя жалобы, денежных средств в сумме 28 391 947,12 рублей достаточно для расчётов с кредиторами.

До начала судебного разбирательства от финансового управляющего ФИО6 должника поступил письменный отзыв, согласно которым просит обжалуемое определение суда оставить без  изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статей 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения от 08.06.2017 № 5, по условиям которого даритель безвозмездно передает одаряемому в собственность земельный участок общей площадью 1908 кв.м. с кадастровым номером 66:25:3401002:98, расположенный по адресу: Свердловская область, 

<

...>.

 Также между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения от 08.06.2017 № 3, по условиям которого даритель безвозмездно передает одаряемому в собственность здание общей площадью 261,9 кв.м. с кадастровым номером 66:25:3401005:276, расположенное по адресу: Свердловская область, 

<

...>. 

Сделка дарения и право собственности ФИО3 на указанное недвижимое имущество зарегистрированы в установленном законом порядке, о чем 12.07.2017 в Единый государственный реестр недвижимости внесена соответствующая запись о государственной регистрации перехода права собственности. 

Впоследствии по договору купли-продажи от 09.08.2018 ФИО3 продал подаренное ему должником имущество ФИО7 

Право собственности ФИО7 на указанное недвижимое имущество зарегистрировано в установленном законом порядке, о чем 14.08.2018 в Единый государственный реестр недвижимости внесена соответствующая запись о государственной регистрации перехода права собственности. 

Ссылаясь на то, что названные объекты недвижимости переданы должником заинтересованному лицу в течение полутора лет до возбуждения дела о банкротстве безвозмездно, с целью вывода основных активов должника, при этом у должника на момент отчуждения спорных объектов недвижимости имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, что повлекло за собой причинение вреда имущественным правам должника и его кредиторов, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании вышеназванных договоров дарения и купли-продажи как единой сделки недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, и применении последствий их недействительности в виде возврата объектов недвижимости в конкурсную массу. 

Определением от 29.03.2021 заявление финансового управляющего удовлетворено частично. Договор дарения от 08.06.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО3, признан недействительной (ничтожной) сделкой. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий просит применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника ФИО2 12 800 000 руб.

Суд первой инстанции, придя к выводу о том, что имеются все условия для признания оспариваемых сделок недействительными и применения последствий их недействительности, признал заявленные требования обоснованными.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда первой инстанции отмене не подлежит, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Гражданское и процессуальное законодательство исходят из необходимости защиты нарушенного права (статьи 1 ГК РФ, 4 АПК РФ), выбор средств защиты которого лежит в пределах компетенции лица, считающего свои права нарушенными (статья 12 ГК РФ), однако суд наделен дискрецией по определению преследуемого материально-правового интереса и самостоятельной квалификации заявленного требования (статья 133 АПК РФ).

В соответствии со статьей 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В то же время согласно пункту 29 Постановления N 63 если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Поэтому применение последствий в случае признания сделки недействительной в рамках дела о банкротстве является обязанностью арбитражного суда.

Суд обязан применить именно те последствия, которые позволяют восполнить имущественную массу должника и восстановить нарушенное положение, существовавшее до совершения и исполнения сделки, вне зависимости от требования заявителя.

При этом финансовый управляющий имеет возможность заявить его одновременно с требованиями о признании недействительными оспоренных им сделок, либо предъявить отдельное требование, которое, по своей сути, является реституционным.

То есть требование о взыскании утраченной в связи с совершением недействительной сделки стоимости имущества, является частью реституционного требования и рассматривается в рамках обособленного спора.

Более того, Законом о банкротстве такое неосновательное обогащение (убытки от утраты стоимости) прямо отнесено к возмещаемому в качестве реституции.

Так, согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В ходе судебного разбирательства по рассмотрению обособленного спора по признанию сделки недействительной судом установлено, что спорные объекты недвижимости были реализованы ФИО3 по цене 12 800 000,00 руб. Данный факт установлен расписками ФИО3 – никем не оспаривался. 

В пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам ФИО3 было отказано. Судебный акт вступил в законную силу.

Следовательно, требование о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере утраченной стоимости предмета недействительной сделки в данной ситуации фактически является заменой реституционного требования и подлежит рассмотрения в целях устранения последствий исполнения недействительности сделки.

Проанализировав указанные нормы права, условия договора дарения от 08.06.2017, установив выбытие земельного участка общей площадью 1908 кв.м. и здания общей площадью 261,9 кв.м. из собственности ФИО3, учитывая отсутствие иных доказательств стоимости имущества при заключении договора дарения, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3  действительной стоимости вышеуказанного имущества в размере 12 800 000 руб., полученной последним при реализации спорного имущества от ФИО7

Вопреки доводам заявителя жалобы, стоимость реализованного имущества определена судом не на основании отзыва заинтересованного лица – ФИО3, а при анализе всех доказательств в совокупности. 

Таким образом, даже если учитывать тот факт, что отзыв ФИО3 исключен из доказательств по данному делу – материалы дела имеют и иные доказательства, которые подтверждают реализацию имущества по цене 12 800 000,00 руб.

Поскольку доказательств того, что стоимость нежилого помещения и земельного участка на момент его передачи по договору дарения от 08.06.2017 была отличной от указанной сторонами в договоре от 09.08.2018, суд обоснованно взыскал с ФИО3 12 800 000 руб.

Отклоняя  ходатайство ФИО3 о применении срока исковой давности судом первой инстанции указано, что  в настоящем случае, судом при рассмотрении заявления о признании сделки по договору дарения от 08.06.2017 установлено о признании данной сделки недействительной по ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, таким образом, в данном случае применяется срок исковой давности составляющий 3 года. 

Судом первой инстанции отмечено, что применение последствий недействительности сделки, является составной частью сделки подлежащей оспариванию, в связи с чем, довод заинтересованного лица о применении срока исковой давности отдельно к заявлению о применении последствий недействительности сделки, является ошибочным, построенным на верном толковании права.

Поскольку требование финансового управляющего, являющееся производным от заявления об оспаривании сделки должника, совершенной без оплаты, фактически является требованием о взыскании с контрагента задолженности, следовательно, предполагает иные подходы к вопросам исчисления сроков исковой давности. Срок давности для таких заявлений, в отличие от специального годичного срока для оспаривания сделки должника по правилам главы III.1 Закона о банкротстве (статья 61.9 Закона о банкротстве), составляет три года (статья 196 ГК РФ), следовательно, он финансовым управляющим не пропущен.

К тому же характер возникших правоотношений между ФИО2 и ФИО3 явно свидетельствует о том, что при заключении оспоренных договоров дарения сторонами преследовалась противоправная цель - перевод всего имущества на своего внука, создавались условия для сокрытия имущества с целью затруднения его возврата в конкурсную массу, в том числе путем раздела на части и отчуждения, в ущерб интересам кредиторов должника.

Такое поведение не отвечает критериям добросовестного поведения в гражданском обороте и не подлежит судебной защите (статья 10 ГК РФ).

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, изучения материалов дела суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции верно и в полной мере установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора по существу, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в обжалуемом судебном акте мотивов, по которым он был принят или отклонен, выводы суда первой инстанции соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции является законным и обоснованным и не подлежит отмене.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу статьи 110 АПК РФ государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на её подателя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 февраля 2022 года по делу № А60-14820/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

И.П. Данилова