ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

01.07.2022Дело № А41-4843/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 28.06.2022

Полный текст постановления изготовлен 01.07.2022

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.,

судей: Голобородько В.Я., Перуновой В.Л.

при участии в заседании:

от ФИО2 – ФИО1 – дов. от 05.05.2022

в судебном заседании 28.06.2022 по рассмотрению кассационной жалобы ФИО2 

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022,

по заявлению финансового управляющего об оспаривании сделки – брачного договора от 10.09.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО3, применении последствий недействительности сделок, 

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 22.03.2021 в отношении гражданина ФИО2 (далее – ФИО2, должник) введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4, член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсанты» №58(7020) от 03.04.2021.

Финансовый управляющий должника обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением об оспаривании сделки должника, в котором просила признать недействительной сделкой  брачный договор от 10.09.2020, заключенный между ФИО2 и ФИО3, удостоверенный нотариусом г. Балашиха Московской области (зарегистрирован в реестре 10.09.2020 за №34/190-н/50-2019-31088, бланк 50 АБ 3259383).

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылалась на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Московской области от 07.01.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Судом первой инстанции установлено, что между должником и его супругой ФИО3 10.09.2020 заключен брачный договор, которым был изменен установленный законом режим совместной собственности и установлен режим раздельной собственности имущества, приобретенного супругами во время брака, на период этого брака, а также в случае расторжения брака.

Пунктом 2 брачного договора супруги устанавливают режим раздельной собственности на все имущество, а также на доли в праве собственности на любое имущество, в том числе недвижимое, приобретенное и оформленное каждым из супругов на свое имя с момента удостоверения нотариусом настоящего брачного договора.

По условиям указанного договора принадлежность имущества, приобретенного супругами во время брака, на период брака, а также в случае его расторжения определяется следующим образом:

- банковские вклады, сделанные супругами во время брака, а также проценты по ним являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого они сделаны (пункт 5);

- акции и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака (кроме ценных бумаг на предъявителя), а также дивиденды по ним принадлежат во время брака и в случае его расторжения тому из супругов, на имя которого оформлено приобретение акций и других ценных бумаг (пункт 6);

- доля в имуществе и (или) доходах коммерческих организаций, приобретенная во время брака, является во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение указанной доли (пункт 7);

- ювелирные украшения, приобретенные супругами во время брака, являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, который ими пользовался (пункт 9);

- автомобили, приобретенные супругами во время брака, являются в период брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого были оформлены автомобили (пункт 10);

- имущество, принадлежащее тому или иному супругу, не может быть признано их совместной собственностью даже в случае, когда за счет имущества или труда другого супруга были произведены вложения, значительно увеличившие стоимость этого имущества (пункт 12);

- любые доходы, полученные одним из супругов, от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные им пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие) и т.п. признаются собственностью того супруга, которому они выплачены.

Однако, поскольку в материалы дела не было представлено доказательств о том, что вследствие заключения брачного договора стоимость или размер имущества должника уменьшился, а размер имущественных требований к должнику увеличился, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии вреда имущественным интересам кредиторов в результате ее совершения, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления. Суд также отметил, что в период брака супругами, имущество, которое могло быть включено в конкурсную массу должника не приобреталось, доказательств обратного не представлено.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022, принятым по апелляционной жалобе финансового управляющего, определение суда первой инстанции отменено, брачный договор от 10.09.2020, заключенный между ФИО2 и ФИО3, удостоверенный нотариусом г. Балашиха Московской области (зарегистрирован в реестре 10.09.2020 за № 34/190-н/50-2019-31088 бланк 3259383) признан недействительной сделкой, применены последствия признания недействительной сделкой брачного  договора от 10.09.2020 в виде признания имущества супругов ФИО2 и ФИО3, приобретенного и нажитого в период брака, общим имуществом супругов.

Рассмотрев  обособленный спор по правилам, установленным статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Исходя из даты заключения оспариваемого договора и даты возбуждения производства по делу о банкротстве, суд установил, что сделка может быть оспорена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства: убытки в размере 712 371 851,85 руб., взысканные в солидарном порядке в пользу ЗАО «Осташковский кожевенный завод» постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2017 по делу №А41-4283/14 с ФИО5, ФИО2 и ООО УК «ИНТЕРКОЖА».

Таким образом, судом установлено, что в рассматриваемый период времени у должника имелись неисполненные просроченные обязательства перед кредиторами, которые им не исполнялись.

Согласно полученной финансовым управляющим от ИФНС России по г. Балашихе Московской области декларации 3-НДФЛ, представленной в материалы дела, ФИО3 производились налоговые вычеты на строительство. При этом, суду не раскрыта информация о том, на чьи денежные средства приобретался данный объект строительства, а также на кого оформлен возведенный объект строительства.

Судом апелляционной инстанции также установлено, что должник фактически является самозанятым лицом и может получать вознаграждение наличными денежными средствами, факт получения которых, как в период процедуры банкротства, так и ранее, финансовому управляющему проверить не представляется возможным, в связи с чем, имущество, принадлежащее супруге должника, могло быть приобретено или может быть приобретено супругой должника за счет денежных средств должника. Однако, с учетом условий оспариваемого брачного договора, такое имущество, выявленное финансовым управляющим ФИО2, будет являться исключительно имуществом супруги должника, и кредиторы ФИО2 не вправе будут рассчитывать на удовлетворение своих требований за счет такого имущества. 

Судом также принято во внимание Определение Верховного суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4), и в совокупности представленных в материалы дела доказательств и фактических обстоятельств дела, с учетом того, что экономическая целесообразность заключения брачного договора сторонами не была раскрыта, апелляционный суд пришел к выводу, что  в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, в связи с возможностью выбытия имущества в отсутствие равноценного встречного предоставления, за счет реализации которого могли быть погашены требования кредиторов должника, признал сделку недействительной, применив последствия ее недействительности в соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

С выводами суда апелляционной инстанции не согласился должник ФИО2, обратившись в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой ссылается на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление, оставить без изменения определение Арбитражного суда Московской области.

В обоснование кассационной жалобы ФИО2 указывает, что в результате заключения брачного договора никакого вреда имущественным интересам кредиторов не причинено, поскольку после заключения договора  никакого имущества на имя его супруги не приобреталось, а в отношении имущества, приобретенного до заключения брачного договора, которое, впрочем, также отсутствует, сохраняется установленный законом режим совместной собственности супругов.

Кассатор отмечает, что заключение брачного договора не нарушает ничьих прав, и введение в отношении него процедуры банкротства не препятствует реализации им и его супругой прав, предусмотренных Семейным кодексом Российской Федерации.

Кроме того, ФИО2 указывает, что налоговый вычет оформлен его супругой в связи с обучением дочери, и никаких объектов недвижимого имущества возведено не было. 

На кассационную жалобу представлен отзыв финансового управляющего должника, в котором она возражает по доводам кассационной жалобы, просит оставить постановление без изменения. Отмечает, что брак между супругами зарегистрирован 28.01.2017, и экономическая целесообразность заключения брачного договора раскрыта не была, отзыв приобщен к материалам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, просил об отмене постановления, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителя должника, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона. В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 2 пункта 9 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в деле о банкротстве граждан» финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2. 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 пункт 1 статьи 174 ГК РФ. Разъяснения, приведенные в настоящем пункте, подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

Наличие цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов в конкретном споре установлена судом с наличием у должника задолженности в виде убытков перед ЗАО «Осташковский кожевенный завод» в размере 712 371 851,85  руб., взысканных судебным актом Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2017 по делу № А41-4283/14.

Более того, из картотеки арбитражных дел следует, что процедура банкротства в отношении ФИО2 возбуждена именно на основании указанного судебного акта по заявлению ЗАО «Осташковский кожевенный завод», требование которого в размере 712 371 851, 85 руб. признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов. 

Осведомленность заинтересованного лица  - супруги должника ФИО3, очевидна. 

Основным доводом кассаторов является недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов брачным договором, суд округа отмечает следующее.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено. 

Согласно части 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

 Пунктом 1 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов. 

Статьей 46 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрены специальные гарантии прав кредиторов супругов в случае заключения последними брачного договора. По смыслу данной нормы, являясь двусторонней сделкой, такого рода соглашение связывает только супругов, при этом ухудшение имущественного положения супруга-должника в результате исполнения такого договора не влечет правовых последствий для не участвовавших в нем кредиторов должника (пункт 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Аналогичный подход содержит пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», исходя из которого, если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации). 

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.05.2019 № 305-ЭС18-25248).

В данном же случае, как обоснованно указано судом апелляционной инстанции, возможность приобретения имущества на имя супруги должника после заключения брачного договора от 10.09.2020, исключает возможность включения такого имущества в конкурсную массу и удовлетворения тем самым требований кредиторов. При этом, происхождение денежных средств, на которое такое имущество может быть приобретено, в силу специфики профессиональной деятельности должника установить  не представляется возможным, а также учитывая наличие судебного акта о взыскании с должника более 700 млн. руб. убытков.

Судом апелляционной инстанции отмечено, что экономический мотив заключения брачного договора за три месяца до подачи кредитором заявления о банкротстве ФИО2 и после взыскания убытков раскрыт перед судом не был, не представил таких пояснений представитель должника и в суде кассационной инстанции. 

Обычный стандарт доказывания ("разумная степень достоверности" или "баланс вероятностей") применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

В случаях, когда процессуальные возможности участвующих в деле лиц заведомо неравны (что характерно, в частности, для споров, осложненных банкротным элементом), цели справедливого, состязательного процесса достигаются перераспределением судом между сторонами обязанности по доказыванию значимых для дела обстоятельств (повышением стандарта доказывания до уровня "ясные и убедительные доказательства").

Наиболее высокий стандарт доказывания (достоверность за пределами разумных сомнений) применим в ситуациях, когда общие основания для отступления от начального стандарта доказывания дополняется еще и тем, что кредитор аффилирован (формально-юридически или фактически) с должником, а противостоящий им в правоотношении субъект оборота в связи с этим не просто слаб в сборе доказательств, а практически бессилен.

Поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, положенных в основание притязаний аффилированного кредитора, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности его требования, когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.

Данный подход согласуется с правовой позицией о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки.

Оценив по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что брачный договор заключен супругами ФИО6 во вред имущественным интересам кредиторов. 

Доводы кассационной жалобы проверены судебной коллегией и не влекут отмены обжалуемого постановления. Нормы материального права применены судом апелляционной инстанции правильно.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022 по делу № А41-4843/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяЛ.В. Михайлова

Судьи:В.Я. Голобородько     

В.Л. Перунова