ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-4531/2021

31 марта 2022 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     21 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  31 марта 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Кротова С.М.

судей  Слобожаниной В.Б., Черемошкиной В.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:  

от истца (заявителя): 1. ФИО2, представитель по доверенности от 27.08.2020; 2. Шток А.А., представитель по доверенности от 23.06.2021;

от ответчика (должника): 1. ФИО3, представитель по доверенности от 21.05.2021; 2. не явился (извещен);

от 3-го лица: не явился (извещен),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-1713/2022, 13АП-1717/2022)  (заявление)  ФИО4, общества с ограниченной ответственностью "АСБ-Техно" на решение Арбитражного суда  Калининградской области от 01.12.2021 по делу № А21-4531/2021 (судья Иванов С.А.), принятое

по иску 1) ФИО5; 2) закрытого акционерного общества  "Мелиоратор"

к 1) ФИО4; 2) обществу с ограниченной ответственностью "АСБ-Техно"

3-и лица: 1) ФИО6; 2) ФИО7; 3) ФИО8; 4) ФИО9; 5) акционерное общество «Независимая регистраторская компания Р.О.С.Т»

о признании недействительным договора купли-продажи,  

 

установил:

ФИО5 (г. Калининград) и закрытое акционерное общество «Мелиоратор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) обратились в Арбитражный суд Калининградской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к ФИО4 (г. Калининград) и обществу с ограниченной ответственностью «АСБ-Техно» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительными договора купли-продажи одной обыкновенной именной бездокументарной акции ЗАО «Мелиоратор», переводе прав и обязанностей покупателя обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО «Мелиоратор» в количестве 50 001 штуки с ООО «АСБ-Техно» на ФИО5, понуждении АО «НРК Р.О.С.Т.» списать 50 001 обыкновенную именную бездокументарную акцию ЗАО «Мелиоратор» с лицевого счёта ООО «АСБ-Техно» и зачислить их на лицевой счёт ФИО5, а также исключении из реестра акционеров ЗАО «Мелиоратор» ООО «АСБ-Техно».

Определением от 26.10.2021г. и 22.11.2021г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены акционеры ЗАО «Мелиоратор» ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9

Решением от 01.12.2021 Арбитражный суд Калининградской области удовлетворил заявленные требования в полном объеме.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО4 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

Ответчик с оспариваемым решением не согласен, считает его незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, подлежащим отмене, т.к. иск по данному делу был подан за пределами срока исковой давности и с явным злоупотреблением правом в целях оказания давления на акционеров в рамках корпоративного конфликта. Как полагает податель жалобы, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления правом, истцам должно было быть отказано в судебной защите в силу ч. 2 ст. 10 ГК РФ.

Ответчик считает, что суд первой инстанции ошибочно признал оспариваемую сделку притворной, а довод истцов об иной цели сделки не основан на доказательствах, должен был быть оценен судом критически с учетом наличия корпоративного конфликта между сторонами спора.

Как полагает ФИО4, отчет об оценке, который суд принял в качестве надлежащего доказательства несоответствия цены оспариваемых сделок рыночной стоимости акций Общества, составлен заинтересованным (не независимым) лицом - арендатором Общества.

Вывод суда о том, что оспариваемой сделкой Обществу и акционерам причинен вред, ответчик считает основанным на неправильном толковании норма материального права.

Более того, как указал податель жалобы, истцами пропущен 3-месячный срок по требованию о переводе акций на ФИО5, а суд первой инстанции неправильно определил момент начала течения этого срока. В данном случае, по мнению ответчика, извещение о намерении продать акцию третьему лицу было направлено ФИО4 в установленном порядке 25.12.2019 г., а истец, принимая активное участие в собраниях акционеров на протяжении всего 2020 г. не мог не знать о том, что ООО «АСБ-Техно» является собственником 50 001 акции Общества.

ООО «АСБ-Техно» также не согласившись с решением от 01.12.2021 подало апелляционную жалобу.

Помимо прочего (указанных выше доводов ФИО4), ООО «АСБ-Техно» указало, что вывод суда первой инстанции об истинной цели сделок не подкреплен какими-либо доказательствами, основан на голословных утверждениях представителей истцов, при этом, суд не учел, что оснований принимать на веру такие пояснения не имеется, учитывая затяжной корпоративный конфликт между ФИО4 и иными акционерами ЗАО.

Ответчик также полагал, что отчет об оценке является недопустимым доказательством, подлежащим критической оценке.

ООО «АСБ-Техно» указало, что по мнению суда, утрата Обществом права на применение упрощенной системы налогообложения в результате вхождения в состав его акционеров ООО «АСБ-ТЕХНО» является доказательством совершения сделок с целью причинения ущерба. Вместе с тем, суд первой инстанции не учел, что обязанность уплаты налогов не может расцениваться как ущерб. При этом, истцы не представили никаких доказательств, что переход на общую систему налогообложения привел к реальному увеличению налоговой нагрузки на Общество и вызвал негативные последствия для его финансового состояния. 

Суд также сослался на представленный истцами в дело финансовый анализ ООО «АСБ-ТЕХНО» за 2020 г., который указывает на то, что Общество находится в критическом финансовом состоянии. По мнению ООО «АСБ-Техно», имеющийся в деле финансовый анализ нельзя считать достаточным и достоверным доказательством, подтверждающим экономическую рентабельность Общества.

В судебном заседании 14.03.-21.03.2022 представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме, представил письменные пояснения.

Представители истцов против удовлетворения апелляционных жалоб возражали по основаниям, изложенным в отзывах.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, согласно Устава ЗАО «Мелиоратор», уставной капитал ЗАО «Мелиоратор» определен в размере 162100 рублей и составляет 162100 штук обыкновенных, именных, бездокументарных акций номинальной стоимостью 1 руб. каждая.

Согласно сведениям представленными в дело регистратором - Акционерным обществом «Независимая Регистраторская Компания Р.О.С.Т.» Калининградский филиал, истец ФИО5 является акционером ЗАО «Мелиоратор» с количеством обыкновенных, именных, бездокументарных акций – 6020 штук, что соответствует 3,7% уставного капитала ЗАО «Мелиоратор». ФИО4 принадлежит 20697 акций или 12.7% уставного капитала ЗАО «Мелиоратор», ООО «АСБ-Техно» принадлежит и 50 001 акция, что соответствует 30,8% уставного капитала ЗАО «Мелиоратор».

13.01.2020 года, ФИО4, известил ЗАО «Мелиоратор» о намерении, продать одну обыкновенную именную бездокументарную акцию, номинальной стоимостью один рубль за 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей, третьему лицу.

Акционер ЗАО «Мелиоратор» ФИО5, отказалась покупать одну акцию за предложенную цену, посчитав ее несоразмерно высокой.

16 марта 2020 года ФИО4 и ООО «АСБ-Техно» заключили между собой Договор купли-продажи акции, по условиям которого ФИО4, продал, а ООО «АСБ-Техно» купило одну обыкновенную именную бездокументарную акцию номинальной стоимостью один руб. ЗАО «Мелиоратор», за 150 000 рублей.

13 апреля 2020 года, ФИО4 и ООО «АСБ-Техно» заключили меду собой Договор купли-продажи акций, по условиям которого ФИО4 продал, а ООО «АСБ-Техно» купило 50 000 обыкновенных именных бездокументарных акций, номинальной стоимостью один руб. ЗАО «Мелиоратор» по цене 5(пять) руб. за одну акцию.

Таким образом, между ответчиками в разницу в 27 дней были заключены два однородных договора купли-продажи акций ЗАО «Мелиоратор», принадлежащих ФИО4, на условиях существенно отличающихся между собой по цене.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, истцы указывали на следующие обстоятельства.

В результате заключенной притворной сделки между ответчиками, а именно заключенного Договора купли-продажи 1(одной) обыкновенной бездокументарной акции, номинальной стоимостью 1(один) рубль, закрытого акционерного общества «Мелиоратор», за 150 000 ( сто пятьдесят тысяч) рублей и Договора купли - продажи 50 000 обыкновенных бездокументарных акций, номинальной стоимостью 1(один) рубль, закрытого акционерного общества «Мелиоратор», за 5 руб. за акцию, было нарушено преимущественное право истца ФИО5, на покупку продаваемых ФИО4 акций. Подтверждением этому является заключение между одними и теми же лицами в короткий срок, двух взаимосвязанных между собой договоров купли-продажи акций на разных условиях, наступления для общества неблагоприятных последствий.

Истцы считают, что воля ответчиков при заключении оспариваемых договоров изначально была направлена не на куплю - продажу акций ЗАО « Мелиоратор» по цене 150 000 руб. за акцию, а на покупку 50 000 штук акций по цене 5 руб. за одну акцию, и наступления для ЗАО «Мелиоратор» неблагоприятных последствий.

Неблагоприятные последствия для ЗАО «Мелиоратор» выразились в том, что ранее, до заключения оспариваемых договоров между ответчиками, общество применяло упрощенную систему налогообложения. В связи с появлением акционера - юридического лица с долей акций равной 30% уставного капитала, ЗАО «Мелиоратор» утратило право на упрощённую систему налогообложения. Кроме этого, из-за смены системы налогообложения уменьшился размер дивидендов распределяемых между акционерами.

По мнению истцов, прикрывающая сделка - договор купли-продажи одной акции за 150 000 руб. от 16 марта 2020 года - является ничтожной сделкой по отношению к сделке, которую стороны имели ввиду (продажи 50 000 акций по цене 5 руб. за одну акцию).

В апреле 2021 года ФИО5 стало известно из реестра бухгалтерской отчетности ООО «АСБ-Техно», выложенного в свободном доступе в интернете, что у ООО «АСБ-Техно» отсутствуют на балансе 50 001 акций ЗАО «Мелиоратор». Между тем, ЗАО «Мелиоратор» в виду того, что ООО «АСБ-Техно» приобрело в собственность более 25% акций ЗАО, со второго квартала 2020 года утратило возможность использовать упрощённую систему налогообложения, и вынуждено было перейти на общую систему налогообложения. 

В связи с указанными обстоятельствами истцы обратились в суд с настоящим иском.

Оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд первой инстанции признал обоснованными требования истцов и удовлетворил иск в полном объеме.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Способы защиты гражданских прав предусмотрены статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой недействительными могут быть признаны сделки, а также акты государственных органов или органов местного самоуправления.

В соответствии с частью 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, изложенным в 87 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 25), согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Согласно п. 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от25.06.2009 № 131, если заключенные договоры дарения и купли-продажи акций являются притворными и прикрывают единый договор купли-продажи акций, акционер ЗАО вправе требовать перевода на себя прав и обязанностей покупателя по единому договору купли-продажи, который действительно имелся в виду.

Оценив указанные обстоятельства, фактические обстоятельства дела и представленные в материалы дела документы, апелляционный суд приходит к выводу о том, что спорный договор не содержит признаки притворной сделки.

Из смысла приведенных нормы следует, что различаются две сделки: прикрываемая - заключенная с намерением воспользоваться порождаемыми ею правами и обязанностями, и прикрывающая - призванная скрыть подлинный характер правоотношений. Совершение притворной сделки не направлено на достижение определенного правового результата, так как стороны, заключая прикрывающую сделку, преследуют цель создать правовые последствия прикрываемой сделки. Из существа притворной сделки следует, что стороны не собирались ее исполнить уже в самом совершении сделки. 

Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее заключения. При этом истец должен доказать, что стороны в сделке желали создать правовые последствия, но не те, которые предусмотрены в сделке (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31 мая 2021 г. N 09АП-27544/21 по делу N А40-135464/2020).

В пунктах 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» разъяснено, что признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку, наличие воли хотя бы одной из сторон на достижение правового результата, соответствующего совершенной сделке, исключает возможность признания ее недействительной как притворной.

Особенность доказывания оснований для признания сделки притворной заключается в том, что на заявителе лежит обязанность подтвердить направленность воли сторон не на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенной сделки, а на совершение иной прикрываемой сделки. Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании притворной сделки недействительной входят факт совершения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства ее совершения и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

При этом при разрешении спора, вытекающего из корпоративного конфликта, установление судами фактических обстоятельств, входящих в предмет доказывания осложнено представлением множества документов каждой из сторон, противоречащих друг другу, и подтверждающих исследуемые обстоятельства не прямо, а косвенно. В такой ситуации для правильного рассмотрения дела судам необходимо исследовать и оценивать все указанные участниками спора  обстоятельства в совокупности, с учетом приводимых каждой из сторон конфликта доводов и представленных доказательств в обоснование своей позиции, мотивировать причины принятия либо отклонения относительно всех заявленных участниками спора доводов и возражений (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 15 апреля 2021 г. N Ф01-267/21 по делу N А43-26832/2019).

В данном деле суд указал, что воля ответчиков при заключении оспариваемых договоров изначально была направлена не на куплю-продажу акций ЗАО «Мелиоратор» по цене 150 000 руб. за акцию, а на покупку 50 000 штук акций по цене 5 руб. за одну акцию. Тем самым, ответчики имели цель избежать необходимости соблюдения положений устава ЗАО «Мелиоратор» о преимущественном праве приобретения акций. 

Однако, апелляционная коллегия полагает, что данный довод не подтверждается соответствующими доказательствами. Материалы дела, касающиеся обстоятельств заключения и исполнения оспариваемых договоров, в том числе доказательства регистрации в реестре акционеров и реального перехода права собственности на акции к покупателю, свидетельствуют об отсутствии у продавца акций намерения совершить сделки по отчуждению ценных бумаг в ущерб интересам Общества (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 2 августа 2005 г. N2601/05).

Стороны оспариваемой сделки не являются аффилированными лицами, что свидетельствует об отсутствии совместного умысла на причинение ущерба иным акционерам путем заключения договоров купли-продажи акций. Доказательств обратного, в нарушение положений ст. 65 АПК РФ, истцами не представлено.

Истцы, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по п. 2 ст. 170 ГК РФ, должны доказать, что при совершении сделки стороны сделки не только не намеревались исполнять её, но и фактически не исполнили, а сама сделка не породила правовых последствий для сторон. Кроме того, истцы обязаны представить доказательства направленности воли сторон на совершение именно прикрываемой сделки. 

Вопреки выводам суда первой инстанции, таких доказательств в дело не представлено. Оспариваемые сделки породили реальные правовые последствия, на которые были рассчитаны. Стороны произвели расчет по обоим сделкам, что подтверждается расписками продавца на договорах, а также расходными кассовыми ордерами. Регистратор внес соответствующие сведения в реестр владельцев ценных бумаг ЗАО «Мелиоратор». Действия регистратора не оспорены, в установленном порядке незаконными не признаны.

Вопреки выводу суда первой инстанции, само по себе заключение между одними и теми же субъектами в течение месяца двух сделок купли-продажи акций по разной цене не свидетельствует о притворности договоров. Как пояснил ответчик, идентичность текстов договоров не может указывать на притворность, т.к. заключая вторую сделку, стороны разумно и логично использовали тот же шаблон документа; разница в покупной цене акций объясняется тем, что по второй сделке продавался именно пакет акций.

В обоснование вывода о притворности оспариваемой сделки суд первой инстанции указал, что стоимость акции Общества по договору купли-продажи одной акции была многократно завышена. В подтверждение данного довода суд сослался на отчет № 21-04-54 аудиторской фирмы ООО «Оценка консультации аудит» об определении среднерыночной стоимости одной акции.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не может признаваться экспертным заключением по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1, 2 статьи 71 АПК РФ).

В силу частей 4, 5 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. При этом никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Апелляционный суд полагает, что указанный отчет, наряду с ответом СРО ААС исх. № 13856 от 05.10.2021 г. (т. 3 л. д. 73-76), представленном ответчиком, согласно которому была удовлетворена жалоба ответчика на ООО «Оценка консультации аудит», составившее отчет об оценке акций Общества, не может безусловно свидетельствовать о завышении стоимости акций. Жалоба ФИО4  была мотивирована небеспристрастностью и заинтересованностью оценочной компании при составлении отчетов по заказу Общества и выполнении функций аудитора, т.к. ООО «Оценка консультации аудит» арендует у Общества офисное помещение. Доводы жалобы подтверждены дисциплинарной комиссией СРО ААС, что является существенным основанием для критической оценки представленного истцами отчета о стоимости акций. 

При этом судебная экспертиза по делу не назначалась.

Ссылка истцов на существенное изменение цены отчужденных акций по сравнению с их рыночной стоимостью является несостоятельной, поскольку это обстоятельство само по себе не имеет существенного значения для настоящего дела. Кроме того, по обоим оспариваемым договорам стоимость отчуждаемых акций была выше номинальной.

Согласно пп. 14 п. 3 ст. 246.12 Налогового кодекса РФ, не вправе применять упрощенную систему налогообложения организации, в которых доля участия других организаций составляет более 25 процентов. 

Истцами представлено в дело сообщение налогового органа от 06.07.2020 г. об утрате ЗАО «Мелиоратор» права на применение упрощенной системы налогообложения, что суд первой инстанции расценил как доказательство наступления неблагоприятных последствий для Общества после заключения оспариваемых договоров.

Вместе с тем, обязанность уплаты налогов и особенности налоговых режимов, действующих в отношении Общества как налогоплательщика, не могут расцениваться как вред или ущерб. Иное означало бы, что любая сделка по отчуждению акций юридическому лицу причиняет вред ЗАО.

В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 названной нормы предусмотрено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Таким образом, статьей 10 ГК РФ закреплен принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определены общие границы (пределы) осуществления гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделки, влечет ничтожность сделки, как не соответствующей закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. При этом недобросовестность безусловно предполагает информированность контрагента о том, что он действует с целью причинения вреда и в ущерб интересам другого лица.

При этом в нарушение положений ст. 65 АПК РФ истцом не представлено доказательств действий сторон со злоупотребления правом, в том числе и факт причинения вреда Обществу (так как изменение налогового режима в обществе не может быть расценено как убыток общества либо его акционеров в виде упущенной выгоды), направленность действий сторон сделки и их умысел на причинение вреда иным лицам.

Более того, в ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с п. 1 ст. 197 ГК РФ, для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Срок для предъявления требования о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи акций предусмотрен в абз. 3 п. 4 ст. 7 Закон об акционерных Обществах и составляет три месяца, не может быть продлен, а равно не может прерываться. Такой пресекательный срок представляет собой специальный срок для защиты нарушенного преимущественного права, в связи с чем в силу статьи 195 ГК РФ является исковой давностью.

Согласно ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по защите этого права.

18.05.2020 г. регистратор осуществил списание акций по второму (более позднему) договору купли-продажи акций. Настоящий иск был заявлен 11.05.2021 г., почти через год после исполнения оспариваемых сделок.

Отклоняя заявление ответчика о пропуске истцами рассматриваемого специального срока исковой давности, суд первой инстанции указал, что до момента предоставления в Арбитражный суд Калининградской области договоров купли-продажи акций, ФИО5 не знала и не могла знать по какой сделке и на каких условиях были приобретены ООО «АСБ-Техно» 50 000 акций у ФИО4 Оснований сомневаться в добросовестности ответчиков, при заключении договоров купли-продажи акций по предложенной ФИО4 цене одной акции, до апреля 2021 года, у нее не было. Срок исковой давности по требованию о нарушенном преимущественном праве покупки акций следует, по мнению суда первой инстанции, исчислять с 21.04.2021 г., когда истцу стало известно из реестра бухгалтерской отчетности ООО «АСБ-Техно», выложенного в свободном доступе в сети Интернет, что у ООО «АСБ-Техно» отсутствуют на балансе 50 001 штука акций ЗАО «Мелиоратор».

Вместе с тем, апелляционная коллегия полагает, что судом первой инстанции не было учтено следующее. 

Начало исчисления срока исковой давности законодатель связывает с моментом, когда лицо, заявляющее требования о нарушении своего преимущественного права, должно было узнать о таком нарушении. 

В данном случае извещение о намерении продать акции третьему лицу было направлено ФИО4 в установленном порядке 25.12.2019 г. После этого все сделки с ООО «АСБ-Техно» регистрировались в реестре владельцев ценных бумаг Общества, к которому имеется равный доступ всех акционеров ЗАО «Мелиоратор».

Также, ООО «АСБ-Техно» допускалось к общим собраниям акционеров в 2020 г., участвовало в них наравне с ФИО5 Всякий раз на собраниях в силу закона присутствовал регистратор, все участники собраний регистрировались. В процессе регистрации участники собрания заполняют документы, в которых отражены сведения о количестве акционеров и принадлежащих им акциях. 

Таким образом, истец, принимая активное участие в собраниях акционеров на протяжении всего 2020 г. не мог не знать о том, что ООО «АСБ-Техно» является собственником 50 001 акции Общества.

Апелляционная коллегия полагает, что квалификация удовлетворенных судом первой инстанции требований о признании недействительными спорных договоров по основанию их притворности, направлена на обход истцом-заявителем  установленного законом трехмесячного срока на осуществление преимущественного права.

При таких обстоятельствах, апелляционная коллегия признает Решение Арбитражного суда  Калининградской области  от 01.12.2021 по делу №  А21-4531/2021 подлежащим отмене, как принятое при неправильном применении норм материального права, с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении исковых требований

Расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение искового заявления и по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на истцов.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  Калининградской области  от 01.12.2021 по делу №  А21-4531/2021  отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

В иске отказать.

Взыскать с ФИО5 и закрытого акционерного общества  "Мелиоратор" в пользу ФИО4 по 1 500 руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО5 и закрытого акционерного общества  "Мелиоратор" в пользу общества с ограниченной ответственностью "АСБ-Техно" по 1 500 руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

С.М. Кротов

 

Судьи

 

В.Б. Слобожанина

 

 В.В. Черемошкина