АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-5898/2020

г. Краснодар

14 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  14 июня 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Мацко Ю.В. и Сороколетовой Н.А., при участии в судебном заседании от Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю – ФИО1  (доверенность от 11.01.2024), ФИО2  (лично), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 30.10.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2024 по делу № А63-5898/2020 (Ф08-4573/2024), установил следующее. 

В деле о банкротстве ООО «Винзавод "Надежда"» (далее – завод) его конкурсный управляющий ФИО3 (далее – управляющий) обратилась с заявлением о признании недействительными совершенных в пользу ФИО2 (далее – ответчик) транзакций на 2 360 тыс. рублей; применении соответствующих последствий.

Определением от 30.10.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 25.03.2024, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе Управление Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю (далее – управление) просит отменить судебные акты. По мнению подателя жалобы, с учетом аффилированности ответчика и должника представленные первым документы не являются надлежащими доказательствами возвращения денежных средств последнему. Оспариваемые перечисления являются безвозмездными. Действительность договоров цессии, на основании которых завод уступил долг ответчика третьим лицам, в данное время является предметом оценки суда. В момент совершения перечислений должник пребывал в состоянии имущественного кризиса. Ответчик, являясь родственником руководителя должника, знал о данных обстоятельствах.

В отзыве на кассационную жалобу ответчик просит в удовлетворении жалобы отказать.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы жалобы, ответчик поддержал доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, индивидуальный предприниматель ФИО4 обратился в суд с заявлением о признании завода банкротом. Определением от 02.06.2020 введено наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО3 Решением от 31.05.2021 должник признан банкротом, применена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО3

Завод зарегистрирован 13.08.1999 и основным видом его деятельности являлись производство вина из винограда (ОКВЭД 11.02). Участниками завода являлись: ФИО5 (с 10.06.2013 по 02.06.2019 с долей участия 40%); ФИО6 (с 10.06.2013 по 05.06.2018 с долей участия 40%); ФИО2 (с 24.12.2002 по 02.06.2019 с долей участия 10,15%); ФИО7 (с 25.12.2002 по 30.05.2019 с долей участия 9,85%).

В ходе исполнения обязанностей управляющий выявил, что должник с 23.06.2017 по 24.07.2018 перечислил ответчику 2 360 тыс. рублей, и оспорил эти сделки в судебном порядке. Производство по данному делу возбуждено 07.05.2020, оспариваемые сделки совершены с 23.06.2017 по 24.07.2018, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Как указали суды, завод (займодавец) и ответчик (заемщик) заключили договоры займа от 23.06.2017 № 88 (на 500 тыс. рублей), от 20.07.2017 № 93 (на 150 тыс. рублей), от 21.11.2017 № 100 (на 800 тыс. рублей), от 24.11.2017 № 101 (на 500 тыс. рублей), от 04.07.2018 № 101 (на 360 тыс. рублей) и от 24.07.2018 № 105 (на 50 тыс. рублей) под 9% процентов годовых (выплачиваются в день возврата суммы займа); срок возврата займа – до 31.12.2019. По платежным поручениям от 23.06.2017 № 1722, от 20.07.2017 № 1985, от 21.11.2017 № 3540, от 24.11.2017 № 3564, от 04.07.2018 № 282 и от 24.07.2018 № 374 займодавец перечислил заемщику 2 360 тыс. рублей.

По двум договорам цессии от 31.12.2017 (с учетом дополнительных соглашений от 17.01.2018) завод (цедент) уступил ООО «Многопрофильное предприятие "Коммерсант"» (цессионарий; далее – предприятие) и ООО «Торговый дом "Меридиан"» (цессионарий; далее – торговый дом) право требования с ответчика 87 571 839 рублей 56 копеек 10 946 385 рублей соответственно (ответчик уведомлен об уступке).

В этот же день завод, предприятие и торговый дом подписали акты зачета взаимных требований на 87 571 839 рублей 56 копеек и 10 946 385 рублей.

В подтверждение возврата заемных средств ответчик предоставил копии чеков от 29.12.2020 и 09.02.2021 о внесении в кассу предприятия 87 572 тыс. рублей долга и 26 644 397 рублей процентов со ссылкой в назначении платежа на уплату долга по договору цессии от 31.12.2017. Также ответчик предоставил копии чеков от 29.12.2020 и 09.02.2021 о внесении в кассу торгового дома 45 001 385 рублей долга и 9 194 758 рублей процентов со ссылкой в назначении платежа на уплату долга по договору цессии от 31.12.2017.

Оценив представленные ответчиком копии чеков в качестве надлежащих доказательств возврата долга и процентов, квалифицировав оспариваемые сделки в качестве возмездных (имевших равноценное встречное предоставление), указав на действительность состоявшихся договоров цессии, а также на отсутствие у должника в момент совершения перечислений признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества), судебные инстанции заключили о недоказанности оснований для признания оспариваемых транзакций недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем отказали в удовлетворении требований управляющего.

В то же время суды не учли следующего.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35), пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, а также правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним лица в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов, в связи с чем в таких ситуациях подлежит применению повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения возлагается на аффилированные стороны сделки.

С учетом того, что ответчик являлся участником завода и родственником единоличного исполнительного органа должника к нему как заинтересованному лицу (статья 19 Закона о банкротстве) подлежал применению повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения реальности правоотношений возлагается на заинтересованного ответчика.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 № 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику).

Установление указанных обстоятельств обусловлено необходимостью исключения при заключении договора займа недобросовестного поведения сторон данного договора (злоупотребления правом), которое направлено на искусственное увеличение кредиторской задолженности должника-банкрота либо безвозмездный вывод денежных средств.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 26 постановления № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства; имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т. д.

Учитывая аффилированность должника и ответчика, а также то, что в данное время в производстве суда рассматривается обособленный спор по заявлению о признании недействительными оформленных заводом, предприятием и торговым домом договоров цессии, вывод судов о доказанности наличия равноценного встречного предоставления со стороны ответчика является преждевременным.

Согласно абзацу 33 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. В соответствии с абзацем 34 статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 22.12.2016 по делу № 308-ЭС16-11018, обязанность по уплате налогов возникает на стороне налогоплательщика в момент, когда сформирована налоговая база применительно к налоговому (отчетному) периоду исходя из совокупности финансово-хозяйственных операций или иных фактов, имеющих значение для налогообложения.

В обоснование позиции о наличия у должника описанных признаков управление в числе прочего указывало на то, что с января по март 2018 года завод применил незаконную схему «оптимизации» налогообложения по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС). Предполагается, что в условиях нормальной хозяйственной деятельности (отсутствии финансового кризиса) и в отсутствие злоупотребления со стороны контролирующих лиц не может сложиться ситуация, при которой добросовестный налогоплательщик будет использовать незаконные способы уклонения от уплаты налогов. Завод 25.04.2018 подал налоговую декларацию по НДС за 1 квартал 2018 года и задекларировал в ней налоговые вычеты с использованием искусственно созданного документооборота с ООО «Филип» (ИНН 

<

***>), ООО «Лира» (ИНН 

<

***>), ООО «Дубкор» (ИНН 

<

***>), ООО «Карба» (ИНН 

<

***>). 

Налоговым органом в ходе проведения камеральной налоговой проверки установлены факты искусственного оформления фиктивных правоотношений должника с названными контрагентами и применена статья 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации. По результатам камеральной налоговой проверки вынесено решение от 12.08.2020 № 771 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым должнику доначислено 37 667 083 рубля 51 копейка долга и финансовых санкций.

Вопрос законности решения от 12.08.2020 № 771 в данный момент является предметом судебной проверки в рамках дела № А63-2331/2021. Так, решением Арбитражного суда Ставропольского края от 11.10.2021 отказано в признании незаконным решения от 12.08.2020 № 771. Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2022 решение от 11.10.2021 отменено, решение уполномоченного органа от 12.08.2020 № 771 признано недействительным. Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.06.2023 апелляционное постановление от 23.11.2022 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд со ссылкой на то, что апелляционный суд, отменяя решения суда первой инстанции, не опроверг изложенные в нем выводы, ошибочно сославшись на преюдициальные обстоятельства иного дела. Таким образом, в данный момент решение от 12.08.2020 № 771 не признано незаконным. Производство по обособленному спору об установлении данных требований уполномоченного органа приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по делу № А63-2331/2021.

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).

При этом задолженность перед частью кредиторов, включенных в третью очередь реестра, образовалась до совершения оспариваемых сделок: перед ООО «Дебют» – в результате ненадлежащего исполнения условий договора поставки от 14.10.2015 № 27 (товарные накладные от 17.12.2015 № 242, от 28.12.2015 № 260, от 17.12.2015 № 242, от 28.12.2015 № 260); перед индивидуальным предпринимателем ФИО4 – с 01.01.2016; перед ООО «Меридиан», ООО «МП "Коммерсант"», ООО «Гермес и Ко» – по договорам, заключенным в 2015 – 2016 годах.

В данный момент сумма задолженности завода по обязательным платежам и денежным обязательствам перед Российской Федерацией, включенная в реестр требований кредиторов должника, составляет 274 185 779 рублей. Общая задолженность завода перед конкурсными кредиторами, включенная в реестр, превышает 700 млн рублей.

Суды оставили данные обстоятельства без должной правовой оценки, в связи с чем пришли к преждевременному выводу об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности в момент совершения спорных платежей.

Также суд округа обращает внимание на то, что по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели. Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63).

Вместе с тем из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Кодекса).

Данные разъяснения относительно толкования и применения комментируемой нормы права приведены в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013.

Кроме того, уполномоченный орган указывал на то, что до настоящего времени не рассмотрен по существу обособленный спор об истребовании документов управляющим у бывшего руководителя должника. Следовательно, невозможно расшифровать суммовой остаток актива баланса за 2017 год, в частности: определить из каких объектов учета определена общая балансовая стоимость активов завода (1 668 904 тыс. рублей). Основным активом баланса 2017 года являлась дебиторская задолженность и запасы, которые при отсутствии расшифровок, а также в динамике 2018, 2019 годов являются сомнительным доказательством платежеспособности должника. Анализ данных баланса 2021 года дает основание полагать, что должником производился вывод активов с 2018 года.

С учетом изложенного вывод судов об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемых сделок недействительными является преждевременным.

В соответствии с частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Кодекса суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам. Таким образом, обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 Кодекса).

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установить все существенные для правильного разрешения спора обстоятельства, исследовать имеющиеся в материалах дела (дополнительно представленные лицами, участвующими в деле) доказательства, дать оценку их доводам (возражениям), разрешить спор при правильном применении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 30.10.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2024 по делу № А63-5898/2020 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                 Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                            Ю.В. Мацко

                                                                                                                           Н.А. Сороколетова