ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-10392/2023, 10АП-8788/2023, 10АП-7677/2023, 10АП-3955/2023

Дело № А41-45884/18

29 мая 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  22 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 мая 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Досовой М.В.,

судей Катькиной Н.Н., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, Администрации г.о. Протвино Московской области на определение Арбитражного суда Московской области от 26.01.2023 по делу № А41-45884/18 

о несостоятельности (банкротстве) МУП «УЖКХ»

при участии в заседании: 

от Администрации г.о. Протвино Московской области - ФИО5 по № 197/01.1-11 доверенности от 02.02.2023,

от ФИО4 - ФИО6 по доверенности от 05.05.2023,

от конкурсного управляющего МУП «УЖКХ» - ФИО7 по доверенности от 01.05.2022,

от иных лиц, участвующих в деле - представители не явились, извещены надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 25.08.2020 по делу №А41-45884/18 муниципальное унитарное предприятие «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8.

Конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Администрации г.о. Протвино Московской области, ФИО3, ФИО4, ФИО2, пояснив, что указанные лица причастны к созданию и функционированию заведомо несостоятельного предприятия, созданного в целях списания ранее имевшихся долгов перед кредиторами иного общества, наращивания долга вновь, отказа от его погашения и вывода активов на иное общество, также созданное с целью избежания необходимости погашать долги перед кредиторами, не имеющими права отказаться от заключения договора.

Определением Арбитражного суда Московской области от 26.01.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Суд привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «УЖКХ» Администрацию г.о. Протвино Московской области, ФИО3, ФИО2 и ФИО4 солидарно. Производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности привлечённых лиц приостановлено до завершения расчета с кредиторами.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, Администрация г.о. Протвино Московской области, ФИО3, ФИО2 и ФИО4 подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, а также неполное выяснение обстоятельств дела.

Считают, что конкурсным управляющим не доказаны основания для возложения на них субсидиарной ответственности, вина в банкротстве предприятия должника, а также причинно-следственная связь между наступившим банкротством и финансово-хозяйственной деятельностью ответчиков.

На основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда произведена замена судей Мизяк В.П., Семикина Д.С. на судей Катькину Н.Н., Мурину В.А.

В суд апелляционной инстанции от конкурсного управляющего поступили отзывы на апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 и ФИО4, в которых он просит отказать в удовлетворении апелляционных жалоб.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители ФИО4, Администрации г.о. Протвино Московской области поддержали доводы апелляционных жалоб, просили обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель конкурсного управляющего МУП «УЖКХ» возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации в картотеке арбитражных дел на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения представителей участвующих в  деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы (п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве).

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом (п. 1 ст. 61.16 Закона о банкротстве). 

Согласно п.1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, руководителями МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино», действия которых, по мнению конкурсного управляющего, являются основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности, являлись:

1.ФИО3 на основании трудового договора от 12.03.2019 (в период с 12.03.2019 по 24.08.2020);

2. ФИО4 на основании трудового договора № 38-тд от 01.08.2017 (в период с 01.08.2017 по 18.01.2019);

3. ФИО2 на основании трудового договора от 11.04.2016 (в период с 11.04.2016 по 13.06.2017).

Конкурсный управляющий также пояснил, что должник является муниципальным унитарным предприятием.

В соответствии с п.1 ст.113 ГК РФ особенность организационно-правовой формы унитарного предприятия заключается в том, что такое предприятие не наделено правом собственности на закрепленное имущество.

По этой причине собственник имущества, которым выступает муниципальное образование, вправе распоряжаться указанным имуществом с учетом ограничений, содержащихся в гражданском законодательстве и Федеральном законе от 14.11.2022 №161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях».

Как указал заявитель, по инициативе Администрации городского округа Протвино Московской области были совершены противоправные сделки, которые причинили существенный ущерб самому предприятию и его конкурсным кредиторам в период, когда должник уже отвечал признакам банкротства.

Конкурсный управляющий полагает, что кроме указанных выше руководителей должника привлечению к субсидиарной ответственности также подлежит собственник имущества - Администрация городского округа Протвино Московской области. 

Заявитель считает, что ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по своевременной подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве должника; за совершение ряда противоправных сделок, вследствие которых предприятию и его конкурсным кредиторам был причинен существенный вред; они не предпринимали действий, направленных на восстановление платежеспособности предприятия в условиях явной убыточности его деятельности; а также не передали первичные документы, необходимые для проведения процедуры банкротства, формирования и реализации конкурсной массы должника (п.1 ст.61.12 Закона о банкротстве); кроме того, совершили действия, которые были направлены на лишение должника единственного источника дохода.

Суд первой инстанции привлек всех ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по своевременной подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве должника.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанные выводы суда первой инстанции.

В отношении требования о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве должника арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве - в связи с нарушением обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника о его собственном банкротстве, обусловлена недобросовестным сокрытием от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, что, в свою очередь, влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

В силу ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»), что означает, что обоснованность и пределы ответственности должны устанавливаться на всестороннем и полном исследовании всех значимых обстоятельства дела и основываться на доказательствах.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Для решения вопроса необходимо учитывать доход, позволяющий своевременно расплачиваться с кредиторами.

Как следует из материалов дела, в период с 2014 года по 2018 год ключевые финансовые показатели предприятия должника демонстрируют отрицательную динамику.

Начиная с 2014 года у МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» из года в год увеличивается показатель непокрытого убытка, который фактически является итоговым показателем финансово-хозяйственной деятельности любой организации.

Наличие у организации непокрытого убытка означает, что всех имеющихся у организации активов с учетом финансового результата по итогам года недостаточно для своевременного и полного удовлетворения обязательств организации.

Критической для предприятия стала ситуация, которая сложилась по окончании 2015 года.

Должник не только не смог преодолеть незначительный относительно масштабов своей деятельности убыток по результатам 2014 года, но и показал еще больший убыток, который достиг 30,4 миллионов рублей.

Таким образом, начиная с 2015 года МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» начало накапливать задолженность перед кредиторами такими темпами, которые не позволяли ему в перспективе получать прибыль от хозяйственной деятельности.

В последующем финансовые показатели предприятия только ухудшались, поэтому руководители не могли рассчитывать на преодоление кризисной ситуации при сохранении прежней модели ведения хозяйственной деятельности.

В таких условиях добросовестному руководителю должно быть очевидно, что результаты хозяйственной деятельности должника не позволяют надлежащим образом обслуживать свои долговые обязательства перед кредиторами.

Однако последовательно сменяющие друг друга руководители предприятия не приняли необходимых мер по восстановлению платежеспособности и подаче заявления о банкротстве.

Результатом такого бездействия стало еще большее увеличение кредиторской задолженности.

Как указал конкурсный управляющий, совокупный объем требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, составляет 183 043 987,88 рублей.

При этом основными кредиторами МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» являются АО «ПРОТЭП» и АО «Мосэнергосбыт».

Данные организации являются ресурсоснабжающими, то есть заключение соответствующих договоров с должником для них было обязательным.

Таким образом, порядка 90% от всех требований конкурсных кредиторов приходится на недобровольных кредиторов.

Согласно п.3.1 Закона о банкротстве, если в течение установленного срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд.

Арбитражный суд считает, что на конец 2015 года предприятие стало отвечать признакам недостаточности имущества и неплатежеспособности.

Можно утверждать, что по состоянию на 31.12.2015 наступление объективного банкротства стало очевидным для добросовестного руководителя.

Так как бухгалтерская (финансовая) отчетность подлежит сдаче в налоговый орган не позднее трех месяцев с момента окончания финансового года, руководитель должен был узнать об объективном банкротстве не позднее 31.03.2016, а обратиться в суд с заявлением о банкротстве - не позднее 30.04.2016.

Доказательства, свидетельствующие о том, что в указанный период времени руководитель предпринимал конкретные меры, направленные на восстановление платежеспособности предприятия (то есть реализовывал разумный бизнес-план для преодоления имущественного кризиса), в материалы дела не представлены.

Согласно п.1 ст.20 Закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» собственник имущества унитарного предприятия в отношении указанного предприятия утверждает бухгалтерскую (финансовую) отчетность, утверждает показатели экономической эффективности деятельности унитарного предприятия и контролирует их выполнение.

Следовательно, Администрации городского округа Протвино Московской области было известно об объективном банкротстве предприятия не позднее 31.03.2016, поскольку собственник имущества должен был утверждать отчетность перед ее сдачей в налоговый орган.

Это означает, что Администрация городского округа Протвино Московской области должна была принять решение об обращении в арбитражный суд не позднее 11.05.2016. 

В соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Обязанность по подаче заявления о банкротстве своевременно не была исполнена ни последовательно сменяющими друг друга руководителями МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино», ни собственником его имущества.

Должник обратился с заявлением о собственном банкротстве только 29.06.2018.

Причем должник подал заявление только после того, как заявление о банкротстве было подано конкурсным кредитором АО «ПРОТЭП».

Производство по делу о банкротстве было возбуждено на основании определения Арбитражного суда Московской области от 17.07.2018 по делу №А41-45884/2018.

В соответствии с п.2 ст.61.12 Закона о банкротстве предполагается наличие причинно-следственной связи между неподачей заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о необходимости привлечения всех руководителей МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино», а также собственника имущества предприятия к субсидиарной ответственности на основании п. 1 и 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности также за осуществление деятельности (совершение сделок), повлекшей банкротство Общества и причинение существенного вреда правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 1 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", абзац 1 пункта 1, пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Таким образом, исходя из вышеуказанных норм права, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 16 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) по делу N А40-208852/2015, при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

Также согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

В соответствии с п.40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" перечень прав собственника имущества, находящегося в хозяйственном ведении государственного предприятия, определяется в соответствии с пунктом 1 статьи 295 ГК РФ и иными законами.

При этом собственник не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении государственного предприятия.

Акты органов местного самоуправления по распоряжению имуществом, принадлежащим государственным предприятиям на праве хозяйственного ведения, по требованиям этих предприятий должны признаваться недействительными.

Согласно абз. 3 п.5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» поскольку в федеральном законе, в частности статье 295 ГК РФ, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

Как установлено арбитражным судом, изъятое Администрацией имущество использовалось в обычной хозяйственной деятельности должника.

Его изъятие привело к невозможности ведения такой деятельности.

Фактически активы должника были переданы в пользу иного лица, в настоящее время продолжающего оказывать услуги по управлению.

В ходе рассмотрения обособленного спора о признании сделок недействительными было установлено, что изъятию имущества предшествовали письма руководителей должника, в которых выражалось согласие на такое изъятие.

Таким образом, руководители предприятия не только не препятствовали принятию незаконных решений Администрации городского округа Протвино Московской области (в том числе в судебном порядке путем восстановления права хозяйственного ведения в отношении утраченного имущества), но и сами являлись инициаторами принятия таких решений.

При таких обстоятельствах отвечать за совершение незаконных сделок, направленных на незаконное изъятие имущества из хозяйственного ведения, должен не только собственник имущества унитарного предприятия, но и руководители, фактически одобрившие противоправные действия собственника имущества.

Арбитражным судом также учитывается, что собственник имущества унитарного предприятия не предпринимал действий, направленных на восстановление платежеспособности должника в условиях явной убыточности его деятельности.

В уставе МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино», который был утвержден постановлением главы города Протвино №7-пг от 20.11.2013, целью деятельности должника указано обеспечение благоприятных и безопасных условий проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирных домах, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в многоквартирных домах.

Начиная с 17.12.2013 МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» оказывало услуги по управлению многоквартирными домами на территории города Протвино.

Предприятие являлось крупнейшей управляющей организацией на территории города, в управлении которого находилось 152 многоквартирных дома.

При этом по состоянию на сентябрь 2022 года жилой фонд города Протвино составляет 178 многоквартирных домов.

Таким образом, МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» фактически являлось единственной управляющей организацией на территории города Протвино и в этом смысле являлось системно значимым предприятием на территории муниципального образования.

Цели деятельности, закрепленные в уставе предприятия, и монопольное положение на рынке управляющих организаций в городе Протвино свидетельствуют о том, что предприятие изначально создавалось Администрацией городского округа Протвино Московской области не как обычная коммерческая организация, но для выполнения публично значимых функций, связанных с обеспечением благоприятный условий жизни граждан на территории города Протвино.

На протяжении всего периода деятельности должника Администрация городского округа Протвино Московской области не оказывала последнему какую-либо, в том числе необходимую и достаточную финансовую поддержку.

Какие-либо действия, направленные на преодоление финансового кризиса, не предпринимались ни публичным собственником, ни последовательно сменявшими друг друга руководителями, заявление о банкротстве не подавалось.

Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности уже к концу 2014 года, по результатам первого года работы, у МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» образовался непокрытый убыток.

В дальнейшем этот показатель только увеличивался.

При этом анализ финансовых показателей с 2014 по 2018 год показывает, что на протяжении всего периода времени выручка предприятия значительно ниже себестоимости продаж.

Это означает, что предприятие при текущей системе ведения хозяйственной деятельности очевидно для всех контролирующих его лиц являлось убыточным предприятием и только накапливало задолженность перед кредиторами без возможности ее погашения.

При таких обстоятельствах любому добросовестному и разумному руководителю, равно как и собственнику имущества должника - унитарного предприятия должна быть очевидной необходимость изменения условий ведения хозяйственной деятельности и разработки плана конкретных действий, направленных на достижение положительных финансовых показателей и преодоление кризиса.

В настоящем деле, когда неудовлетворительное финансовое положение МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» стало настолько очевидным, что образовался реальный риск возбуждения дела о банкротстве по инициативе одного из кредиторов, Администрация городского округа Протвино Московской области приступила к изъятию имущества из хозяйственного ведения предприятия, очевидно, с целью не допустить обращения взыскания на него.

Как следует из материалов дела, Администрация городского округа Протвино Московской области внесла в уставный капитал МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» в качестве вклада 200 000,00 рублей.

Позднее постановлением Администрации городского округа Протвино Московской области от 27.06.2014 № 511 в хозяйственное ведение должника было передано недвижимое имущество, которым тот не вправе распоряжаться по собственной инициативе в силу законодательных ограничений.

Очевидно, что вклад в уставный капитал, произведенный собственником имущества, является недостаточным для предприятия, в управлении которого находится 150 многоквартирных домов, а штат работников составляет несколько сотен человек.

То есть должник изначально был неспособен производить расчеты с кредиторами.

Это объясняет то обстоятельство, что уже по результатам первого года работы на предприятии возник непокрытый убыток, а чистые активы стали отрицательными.

При таких обстоятельствах арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о необходимости  привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности также за невозможность полного погашения требований кредиторов (за доведение предприятия до состояния банкротства).

Конкурсным управляющим поставлен также вопрос об ответственности руководителя за не передачу первичных документов, необходимых для проведения процедуры банкротства, формирования и реализации конкурсной массы.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо кодню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Неисполнение руководителем должника указанной обязанности является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Из смысла подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что на руководителя организации-должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность: 

- отсутствуют; 

- не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации; 

- либо указанная информация искажена. 

То есть, для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности достаточно установить наличие одного из перечисленных обстоятельств. 

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанной обязанности, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника. 

Применительно к правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий: 

- объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации; 

- вины руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); 

- причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» признано несостоятельным (банкротом) решением арбитражного суда от 25.08.2020, конкурсным управляющим утвержден Ш.А.ПБ.

Таким образом, руководитель должника был обязан в трехдневный срок передать конкурсному управляющему печати и штампы, материальные ценности, всю бухгалтерскую и иную документацию должника.

На дату признания должника банкротом его руководителем являлся ФИО3

07.09.2020 ФИО3 передал конкурсному управляющему учредительные документы.

Однако какие-либо иные документы ему не передавались.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», следует, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

По данным бухгалтерской отчетности по состоянию на 2021 год в числе активов должника значится дебиторская задолженность в размере 79 803 000,00 рублей.

Вследствие непередачи первичных документов и реквизитов дебиторов должника, у конкурсного управляющего отсутствует возможность предъявить требования о взыскании соответствующей задолженности.

Это существенно затрудняет работу конкурсного управляющего по формированию конкурсной массы.

При разрешении настоящего обособленного спора ФИО3 также не представлено доказательств исполнения названной обязанности.

Как не представлено и доказательств отсутствия его вины (что неисполнение обязанности по передаче документации и материальных ценностей общества связано с обстоятельствами, не зависящими от самого ответчика) (ст. 401 ГК РФ).

Как подтверждается материалами дела, конкурсная масса не сформирована, размер кредиторской задолженности является значительным.

Погашение требований кредиторов невозможно.

Не исполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и материальных ценностей затрудняет проведение процедуры банкротства и достижение цели конкурсного производства – формирование конкурсной массы и проведение расчетов с кредиторами.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО3 субсидиарной ответственности за не передачу документации МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» конкурсному управляющему должника.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Исследовав материалы дела, принимая во внимание, что в настоящее время определить точный размер обязательств МУП «Управление жилищно-коммунальным хозяйством г. Протвино» не представляется возможным, суд первой инстанции правомерно приостановил производство по настоящему спору в части определения размера субсидиарной ответственности ответчиков до окончания расчетов с кредиторами.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах ФИО2, ФИО3, ФИО4, Администрации г. Протвино Московской области, сводящиеся к несогласию с выводами суда первой инстанции о доказанности оснований для возложения на них субсидиарной ответственности, рассмотрены арбитражным апелляционным судом и отклонены, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела.

В заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал, что ФИО2 подлежит привлечению к ответственности в связи с непринятием мер по подаче заявления о банкротстве должника в условиях его объективного банкротства, а также инициированием процесса незаконного изъятия имущества из хозяйственного ведения должника.

Арбитражный апелляционный суд считает, что арбитражный суд первой инстанции сделал правильный вывод о необходимости привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по указанным основаниям.

В период с 2014 года по 2018 год ключевые финансовые показатели должника, демонстрируют отрицательную динамику.

Критической для должника стала ситуация, которая сложилась по окончании 2015 года.

Предприятие не только не смогло преодолеть незначительный относительно масштабов своей деятельности убыток по результатам 2014 года, но и показало еще больший убыток, который достиг 30,4 миллионов рублей.

Таким образом, начиная с 2015 года должник начал накапливать задолженность перед кредиторами такими темпами, которые не позволяли ему в перспективе получать прибыль от хозяйственной деятельности.

В последующем финансовые показатели только ухудшались, поэтому руководители не могли рассчитывать на преодоление кризисной ситуации при сохранении прежней модели ведения хозяйственной деятельности.

В таких условиях добросовестному руководителю было бы очевидно, что результаты хозяйственной деятельности должника не позволяют надлежаще обслуживать свои долговые обязательства перед кредиторами.

Однако ФИО2 не инициировал подачу заявления о банкротстве в условиях очевидности пребывания должника в состоянии объективного банкротства.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 подтверждают, что ответчик осознавал трудное финансовое положение должника и его неспособность проводить расчеты с кредиторами.

Одновременно с этим материалы обособленного спора не содержат доказательств того, что ФИО2 предпринимал какие-либо меры, направленные на восстановление платежеспособности.

Также в материалах дела нет каких-либо доказательств того, что указанные меры, даже если бы они были реализованы, позволили восстановить платежеспособность должника и вести безубыточную деятельность.

При таких обстоятельствах, учитывая субъективное осознание объективного банкротства Должника, ФИО2 был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве в соответствии с положениями статьи 9 Закона о банкротстве.

Неисполнение указанной обязанности влечет привлечение ФИО2 к субсидиарной ответственности.

ФИО2 инициировал совершение противоправных сделок, направленных на незаконное изъятие имущества должника из его хозяйственного ведения.

Определением Арбитражного суда Московской области от 29.08.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.01.2023 по делу №А41-45884/2018, были признаны недействительными ряд постановлений Администрации городского округа Протвино Московской области, на основании которых из хозяйственного ведения должника изымалось движимое и недвижимое имущество.

В ходе рассмотрения дела выяснилось, что изъятие части имущество было инициировано на основании обращений ФИО2

По обращениям ФИО2 были изъяты: вакуумная коммунальная машина ВКМ 2020; машина для городского коммунального хозяйства МПУ-1М, в том числе прицеп специальный тракторный ОПМ-35; помещение с кадастровым номером 50:59:0020202:2940 площадью 74,8 кв.м. по адресу: 

<

...> по состоянию на 19.08.2016; нежилое помещение с кадастровым номером 50:59:0000000:7701 площадью 74,7 кв.м. по адресу: 

<

...> по состоянию на 19.08.2016; нежилое помещение с кадастровым номером 50:59:0020206:803 площадью 121,8 кв.м. по адресу: 

<

...> по состоянию на 19.08.2016; здание с кадастровым номером 50:59:0000000:171 площадью 146,9 кв.м. по адресу: 

<

...> Д.8-А по состоянию на 19.08.2016; помещение с кадастровым номером 50:59:0000000:11838 площадью 93,9 кв.м. по адресу: 

<

...>; помещение с кадастровым номером 50:59:0000000:3733 площадью 78 кв.м. по адресу: 

<

...>, нежилое помещение с кадастровым номером 50:59:0020206:806 площадью 409,6 кв.м. по адресу: 

<

...>; нежилое помещение с кадастровым номером 50:59:0020205:219 площадью 1232 кв.м. по адресу: 

<

...> Д.13Г, пом.1; нежилое помещение с кадастровым номером 50:59:0020206:805.

Кадастровая стоимость имущества, подлежащего возврату в конкурсную массу должника в натуре, составила 56 592 903,78 рублей.

Рыночная стоимость имущества, возврат которого в натуре невозможен, составила 24 168 137,00 рублей.

Таким образом, совокупный ущерб от совершения оспоренных сделок составил порядка 80 761 040,78 рублей.

При таких обстоятельствах ФИО2 должен нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов.

Довод ФИО2 о том, что банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами, является необоснованным.

В материалах спора имеется Протокол совещания от 13.09.2016. 

Из его содержания следует, что ФИО2 являлся участником указанного совещания и докладывал, что сбор с населения составляет 95-97%.

Данное обстоятельство опровергает довод ФИО2 о том, что неплатежеспособность должника связана исключительно с неплатежами (долгами) населения за коммунальные услуги.

Также арбитражным апелляционным судом не установлено оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО4.

ФИО4 являлась единоличным исполнительным органом должника в период с 01.08.2017 по 18.01.2019.

Следовательно, уже к моменту своего назначения руководителем должника последний находился в состоянии объективного банкротства.

На ФИО4, как на добросовестном и разумном руководителе, лежала обязанность в максимально короткие сроки оценить финансовое состояние предприятия и сделать вывод о возможности или невозможности восстановления его платежеспособности в тех условиях хозяйственной деятельности, которые сложились к тому моменту.

В случае, если у ФИО4 имелись бы разумные основания полагать, что восстановление платежеспособности возможно в обозримом будущем, ответчику следовало бы немедленно приступить к реализации экономически обоснованного плана по восстановлению финансового состояния должника.

Напротив, если у ФИО4 отсутствовали основания считать восстановление платежеспособности и проведение расчетов с кредиторами достижимой целью, она обязана была обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

При рассмотрении обособленного спора в арбитражном суде первой инстанции ФИО4 не привела каких-либо доводов и не представила доказательств, свидетельствующих о возможности восстановления платежеспособности должника в разумные сроки и о наличии у нее экономически обоснованного плана по достижению такой цели.

Одновременно с этим ФИО4 продолжительное время не инициировала подачу заявления о банкротстве в условиях очевидности пребывания должника в состоянии объективного банкротства.

Заявление о собственном банкротстве было подано должником в Арбитражный суд Московской области только 29.06.2018, уже после подачи заявления о банкротстве одним из конкурсных кредиторов.

При таких обстоятельствах, учитывая субъективное осознание объективного банкротства Должника, ФИО4 была обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве в соответствии с положениями статьи 9 Закона о банкротстве не позднее одного месяца с момента, когда руководителю стало известно о наличии у должника признаков объективного банкротства.

Применительно к обстоятельствам данного обособленного спора заявление о банкротстве должника должно было быть подано ФИО4 не позднее 01.09 2017, в то время как фактически оно было подано 29.06.2018.

Несвоевременное исполнение указанной обязанности влечет привлечение ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Также ФИО4 инициировала совершение противоправных сделок, направленных на незаконное изъятие имущества должника из его хозяйственного ведения.

Определением Арбитражного суда Московской области от 29.08.2022 были признаны недействительными ряд постановлений Администрации городского округа Протвино Московской области, на основании которых из хозяйственного ведения должника изымалось движимое и недвижимое имущество.

В ходе рассмотрения дела выяснилось, что изъятие части имущества было инициировано на основании обращений ФИО4

Так, по обращениям ФИО4 были изъяты: вакуумная коммунальная машина ВКМ 2020 и детские игровые площадки.

При таких обстоятельствах ФИО4 должна нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов.

Что касается доводов апелляционной жалобы ФИО3, арбитражный апелляционный суд считает, что она также не подлежит удовлетворению.

Согласно п.2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника.

ФИО3 являлся последним руководителем должника на момент открытия конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего, поэтому на нем лежит обязанность по передаче соответствующих документов управляющему.

ФИО3 передал конкурсному управляющему только учредительные документы.

В то же время согласно данным бухгалтерской отчетности в числе активов должника значится дебиторская задолженность в размере 79 803 000,00 рублей.

По состоянию на 2019 год размер дебиторской задолженности составил 85 582 000,00 рублей.

При этом бухгалтерская (финансовая) отчетность за 2019 года подписана ФИО3 как руководителем должника, который занимал соответствующую должность в период с 12.03.2019 по 24.08.2020.

Одни из ключевых принципов ведения бухгалтерского учета - принципы достоверности, объективности и беспристрастности, согласно которым информация, не содержащая существенной ошибки или предвзятости, считается достоверной, а все хозяйственные операции должны быть отражены в финансовом отчете, зарегистрированы на каждом этапе хозяйственной деятельности, а также подтверждены оправдательными документами.

Следовательно, подпись ФИО3 под бухгалтерским балансом за 2019 год, который был сдан в ФНС России, предполагает, что у должника имеются достоверные и достаточные первичные документы для отражения дебиторской задолженности в заявленном размере.

При этом применительно к дебиторской задолженности населения по коммунальным услугам и услугам управления многоквартирным домом первичными документами, подтверждающими наличие такой задолженности, являются сводные реестры лицевых счетов и выписки из финансовых лицевых счетов в отношении каждой отдельной квартиры в составе многоквартирного дома.

В отсутствие указанных первичных документов у конкурсного управляющего отсутствует возможность установить, какой конкретно размер задолженности числится за жильцами каждой квартиры и за какие конкретно коммунальные услуги образовалась такая задолженность.

Это, в свою очередь, влечет невозможность взыскания дебиторской задолженности в судебном порядке.

При этом доводы ФИО3 о том, что в распоряжении конкурсного управляющего имеются все документы и материальные ценности, отклонены, так как они документально не подтверждены.

Исследовав материалы дела, арбитражным апелляционным судом также не установлено оснований для удовлетворения апелляционной жалобы Администрации городского округа Протвино.

Установлено, что в течение незначительно периода времени, с конца 2018 года и до января 2019 года, уже в тот период, то есть немедленно после подачи заявления о банкротстве должника, весь жилищный фонд также был переведен с МУП «УЖКХ» на МБУ «УКП».

На сегодняшний день в управлении МБУ «УКП» находятся 119 многоквартирных домов, ранее находившихся в управлении должника.

Перевод жилищного фонда сопровождался также и переводом подавляющего большинства штата работников должника в МБУ «УКП».

Все работники продолжили работу на своих должностях во вновь созданной управляющей организации.

Вследствие указанных действий Администрации городского округа Протвино Московской области предприятие должника оказалось сначала лишено имущества для ведения хозяйственной деятельности, а затем и жилищного фонда в управлении, то есть своего единственного источника доходов.

Такое поведение контролирующего лица не соответствуют стандартам добросовестного и разумного поведения, поэтому он должен понести ответственность за свои противоправные действия, вследствие которых удовлетворение требований кредиторов стало невозможным.

Арбитражный суд принимает во внимание, что ситуация, сложившаяся с должником в настоящем деле о банкротстве, является сама по себе не уникальной на территории города Протвино.

МУП «УЖКХ» (должник в данном деле) сам являлся компанией, которая создавалась взамен прежней управляющей компании - МУП «ЖКХ» (ОГРН 

<

***>).

21.08.2013 в Арбитражный суд Московской области поступило заявление о банкротстве МУП «ЖКХ», а уже в ноябре 2013 года Администрация городского округа Протвино Московской области принимает решение об учреждении должника по настоящему делу.

Весь жилищный фонд, который раньше находился в управлении МУП «ЖКХ», так же был передан в управление должнику, как и теперь он был передан в управление МБУ «УКП».

В 2017 году МУП «ЖКХ» было ликвидировано на основании определения Арбитражного суда Московской области от 04.05.2017 по делу №А41-41210/13 о завершении процедуры конкурсного производства. 

Требования кредиторов в совокупном размере 145 906 263,01 рублей так и не были удовлетворены.

Спустя год было возбуждено дело о банкротстве должника, у которого совокупный размер требований кредиторов также составляет порядка 183 миллионов рублей.

Указанное свидетельствует о том, что вся совокупность действий Администрации городского округа Противно Московской области была направлена на реализацию уже неоднократной применявшейся схемы: взамен неплатежеспособной управляющей компании, чье финансовое положение становится критическим, создается аналогичная компания, на которую переводятся основные активы и жилищный фонд.

Результатом таких действий становится невозможность прежней управляющей организации генерировать выручку и окончательная неспособность удовлетворить требования своих кредиторов.

Таким образом, оснований для освобождения Администрации городского округа Противно Московской области от субсидиарной ответственности нет.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы апелляционных жалоб ФИО2, ФИО3, ФИО4, Администрации г. Протвино Московской области проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 26.01.2023 по делу № А41-45884/18 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий cудья

Судьи

 

М.В. Досова

Н.Н. Катькина

В.А. Мурина