АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 октября 2019 года

Дело №

А05-14941/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Родина Ю.А., судей Васильевой Е.С., Соколовой С.В., 

при участии от Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Архангельску ФИО1 (доверенность от 18.12.2018 № 2.5-14/44719), ФИО2 (доверенность от 21.10.2019 № 2.5-16/40603), от индивидуального предпринимателя ФИО3 представителей ФИО4 (доверенность от 21.10.2019) и ФИО5 (доверенность от 27.05.2014), от индивидуального предпринимателя ФИО6 представителя ФИО5 (доверенность от 18.07.2017), от индивидуального предпринимателя ФИО7 представителя ФИО5 (доверенность от 24.01.2018), 

рассмотрев 24.10.2019 в открытом судебном заседании кассационные жалобы Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Архангельску и  индивидуального предпринимателя ФИО3 на решение Арбитражного суда Архангельской области от 27.03.2019 постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2019 по делу             № А05-14941/2018,

                                               у с т а н о в и л:

Индивидуальный предприниматель ФИО3,                  ОГРНИП 304290328100062, обратился в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением (после уточнения требований) о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Архангельску, адрес: 163000, 

<

...>,                 ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Инспекция), от 29.06.2018               № 2.19-30/31 (в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округу от 09.11.2018 № 07-10/2/17163), за исключением привлечения налогоплательщика к ответственности, предусмотренной статьей 126 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), в виде взыскания 300 руб. штрафа.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены индивидуальные предприниматели ФИО6, ОГРНИП 304290128200317, ФИО7, ОГРНИП 304290131800114.

Решением суда первой инстанции от 27.03.2019 признано недействительным оспариваемое решение Инспекции, за исключением привлечения налогоплательщика к ответственности, предусмотренной статьей 126 НК РФ, в виде взыскания 300 руб. штрафа. 

Постановлением апелляционного суда от 31.07.2019 решение от 27.03.2019 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе и дополнении к ней Инспекция, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить решение от 27.03.2019 и постановление от 31.07.2019 и направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение. Податель жалобы настаивает на обоснованности своего довода о неправомерном применении предпринимателем упрощенной системы налогообложения (далее – УСН) ввиду несоблюдения требований подпункта 16 пункта 3 статьи 346.12 НК РФ. При этом налоговый орган считает, что при определении размера остаточной стоимости основных средств в целях соответствия требованию, установленному подпунктом 16 пункта 3 статьи 346.12 НК РФ, им правомерно назначена бухгалтерская экспертиза. В дополнении к кассационной жалобе Инспекция также указывает на то, что предприниматель, применяющий УСН, выбрал в качестве объекта налогообложения доходы. По мнению налогового органа, исходя из подтверждения судами факта участия предпринимателя в договорах доверительного управления имуществом, в силу пункта 4 статьи 346.13 НК РФ предприниматель считается утратившим возможность применения специального режима налогообложения с объектом налогообложения «доходы».

В отзыве на кассационную жалобу предприниматель, считая принятые по делу решение и постановление судов в оспариваемой налоговым органом части законными и обоснованными, просит оставить их без изменения.

В своей кассационной жалобе с учетом дополнений предприниматель, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, просит изменить решение от 27.03.2019 и постановление от 31.07.2019, исключив из мотивировочной части обжалуемых судебных актов вывод о том, что подлинное экономическое содержание взаимоотношений предпринимателя с агентами – обществами с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ТЕХНО», ООО «ЦУМ-Техно» отвечает признакам договора доверительного управления имуществом. Податель жалобы полагает, что исходя из условий агентских договоров, деятельность названных организаций сводилась к выполнению юридических действий, связанных с передачей недвижимого имущества в аренду, деятельностью по управлению имуществом агенты не занимались, выводы судов противоречат положениям статей 166, 167, 168, 1012, 1013, 1017 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

В судебном заседании представители Инспекции и предпринимателя поддержали доводы своих кассационных жалоб, возражая против удовлетворения жалобы другой стороны. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как видно из материалов дела, Инспекция по результатам выездной налоговой проверки предпринимателя за период с 01.01.2014 по 31.12.2016 составила акт от 25.05.2018 № 2.19-30/20 и приняла решение от 29.06.2018             № 2.19-30/31 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. В соответствии с указанным решением предпринимателю доначислено 11 430 124 руб. налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) и 41 644 874 руб. налога на добавленную стоимость (далее – НДС), а также начислено 15 175 203 руб. 17 коп. пеней за нарушение срока уплаты этих налогов. Кроме того, предприниматель привлечен к ответственности, предусмотренной статьей 119, пунктом 1 статьи 122 и статьей 126 НК РФ, в виде взыскания 6 112 895 руб. штрафа. Налоговый орган уменьшил на 975 605 руб. единый налог, уплачиваемый в связи с применением УСН, на 1 997 400 руб. налог, уплачиваемый в связи с применением патентной системы налогообложения.

Управление Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – Управление) решением от 09.11.2018          № 07-10/2/17163 отменило решение налогового органа в части доначисления НДС и НДФЛ, начисления пеней и штрафа по эпизоду, связанному с занижением предпринимателем на 40 000 000 руб. дохода, полученного от продажи здания детского комбината на 280 мест по адресу: 

<

...>. 

Предприниматель оспорил решение Инспекции (в редакции решения вышестоящего налогового органа), за исключением привлечения налогоплательщика к ответственности, предусмотренной статьей 126 НК РФ, в виде взыскания 300 руб. штрафа в судебном порядке. 

Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявленные требования. Принимая такое решение, суды исходили из ошибочности вывода налогового органа об утрате предпринимателем права на применение УСН, поэтому признали недействительным оспариваемое решение налогового органа, которым по итогам выездной проверки доначислены налоги по общей системе налогообложения. 

Кассационная инстанция, рассмотрев материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, установила следующее. 

Как следует из материалов дела, в 2014 - 2016 годах ФИО3, будучи зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя, применял УСН с объектом налогообложения «доходы» и патентную систему налогообложения. В период с 01.01.2013 по 28.03.2017 предприниматель состоял на налоговом учете в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы  № 3 по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – Инспекция № 3), с 28.03.2017 поставлен на налоговый учет в Инспекции. 

По результатам выездной налоговой проверки Инспекция пришла к выводу об утрате предпринимателем права на применение УСН и необходимости уплаты налогов по общей системе налогообложения ввиду превышения года предельного размера доходов, установленного пунктом 4 статьи 346.13 НК РФ. 

При этом налоговый орган посчитал, что результаты проведенных мероприятий налогового контроля выявили ряд обстоятельств, свидетельствующих о применении заявителем схемы сокрытия части дохода от основного вида его деятельности - сдачи в аренду недвижимого имущества путем вывода выручки от реализации недвижимого имущества на подставное лицо с целью сохранения права на применение УСН. Указанное нарушение повлекло за собой занижение на 40 000 000 руб. дохода, полученного в 2014 году от реализации детского комбината на 280 мест по адресу: 

<

...>. Однако Управление по итогам рассмотрения апелляционной жалобы предпринимателя отменило оспариваемое решение Инспекции в части доначисления НДС и НДФЛ, начисления пеней и штрафа по данному эпизоду, признав, что налоговый орган не получил в ходе проверки полных и бесспорных доказательств в подтверждение выявленного нарушения. 

Также налоговый орган пришел к выводу о занижении предпринимателем на 53 139 417 руб. и 51 352 000 руб. суммы дохода, полученного от предпринимательской деятельности и подпадающего под обложение единым налогом УСН за 2014, 2016 годы. В обоснование этого вывода Инспекция сослалась на результаты камеральной проверки представленной предпринимателем налоговой декларации по единому налогу по УСН за 2015 год, оформленные решением Инспекции № 3 от 16.11.2016 № 08-14/1674. Как указала Инспекция, налогоплательщик неправомерно, с нарушением пункта 5 статьи 346.43 и пункта 1 статьи 346.45 НК РФ отнес к доходам от патентной системы налогообложения доходы, полученные от сдачи в аренду недвижимого имущества через агентов - ООО «ЦУМ-Техно» и ООО «ТЕХНО». По мнению налогового органа, деятельность по сдаче в аренду нежилых помещений должна осуществляться налогоплательщиком самостоятельно, без привлечения к оказанию таких услуг иных юридических лиц – посредников. Поскольку фактически ФИО3 осуществлял не самостоятельную деятельность по сдаче в аренду собственного имущества, следует признать, что он получил доход от управления имуществом, принадлежащим ему на праве собственности, посредством заключения агентских договоров.

Кроме того, в оспариваемом решении Инспекции содержится вывод о том, что предприниматель не имел правовых оснований для применения УСН на основании подпункта 16 пункта 3 статьи 346.12 НК РФ, поскольку остаточная стоимость его имущества по состоянию на 01.01.2014, 01.01.2015, 01.01.2016 превышала 100 млн. руб. Отраженная в решении налогового органа стоимость основных средств, используемых в предпринимательской деятельности (центральный универмаг, западная одноэтажная пристройка и двухэтажная западная пристройка к зданию центрального универмага, расположенные по адресу: 

<

...>; торговые центры «Морской», «Корона», «Фудзи», находящиеся в г. Архангельск по адресам: пр. Домоносова, 

<

...>, определена Инспекцией исходя из заключения эксперта от 17.05.2018. 

Оценив заключение экспертизы, проведенной в ходе налоговой проверки, в совокупности с представленными предпринимателем инвентарными карточками, в которых отражена первоначальная стоимость приобретенных основных средств и произведенные расходы, заключением аудитора № 05/СЗ-2018, подготовленным по заказу заявителя, экспертными заключениями по результатам обследования спорных объектов недвижимости, суды пришли к выводу о недоказанности Инспекцией того обстоятельства, что остаточная стоимость основных средств превысила 100 млн. руб. 

Приведенные налоговым органом в кассационной жалобе доводы вывод судов не опровергают и не являются достаточным основанием для отмены обжалуемых судебных актов в оспоренной Инспекцией части.

В силу подпункта 16 пункта 3 статьи 346.12 НК РФ (в редакции, действовавшей в спорный период) не вправе применять УСН организации, у которых остаточная стоимость основных средств и нематериальных активов, определяемая в соответствии с законодательством Российской Федерации о бухгалтерском учете, превышает 100 млн. руб., при этом учитываются основные средства и нематериальные активы, которые подлежат амортизации и признаются амортизируемым имуществом в соответствии с главой 25 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 4 статьи 346.13 НК РФ, если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 НК РФ, превысили установленное данной нормой значение и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4 статьи 346.12 и пунктом 3 статьи 346.14 НК РФ, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение УСН с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

Исходя из правовой позиции, отраженной в пункте 6 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, в формулировке пункта 4 статьи 346.13 НК РФ используется понятие «налогоплательщик», включающее в себя как организации, так и предпринимателей. Следовательно, на предпринимателей наравне с организациями распространяется правило об утрате права на применение УСН при несоблюдении требования, приведенного в подпункте 16 пункта 3 статьи 346.12 НК РФ. Определение остаточной стоимости основных средств индивидуальным предпринимателем при этом производится по правилам, установленным данной нормой для организаций.

К основным средствам индивидуального предпринимателя относится имущество, непосредственно используемое им в процессе осуществления предпринимательской деятельности в качестве средств труда для изготовления и реализации товаров (выполнения работ, оказания услуг) (пункт 24 Порядка учета доходов и расходов и хозяйственных операций для индивидуальных предпринимателей, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.08.2002 № 86н, Министерства Российской Федерации по налогам и сборам № БГ-3-04/430).

Пунктом 1 статьи 256 НК РФ определено, что амортизируемым имуществом признается имущество, которое находится у налогоплательщика на праве собственности, используется им для извлечения дохода и стоимость которого погашается путем начисления амортизации. Амортизируемым имуществом признается имущество со сроком полезного использования более 12 месяцев и первоначальной стоимостью более 40 тыс. руб.

Как установлено судами, предприниматель сдавал в спорном периоде в аренду принадлежащую ему недвижимость, которая соответствует критериям амортизируемого имущества, предусмотренным статьей 256 НК РФ, следовательно, остаточная стоимость объектов недвижимости должна определяться по правилам бухгалтерского учета. При этом объекты недвижимости были приобретены по договорам купли-продажи за денежные средства, была произведена реконструкция некоторых спорных объектов, осуществлены работы по устройству вентиляции и т.д.

В силу пунктов 7, 8, 14, 17 Положения по бухгалтерскому учету «Учет основных средств» ПБУ 6/01, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 30.03.2001 № 26н, (далее – ПБУ 6/01) основные средства принимаются к бухгалтерскому учету по первоначальной стоимости, которая не подлежит изменению кроме случаев, установленных данным и иными положениями (стандартами) по бухгалтерскому учету, и погашается посредством начисления амортизации, если иное не установлено этим положением. Первоначальной стоимостью основных средств, приобретенных за плату, признается сумма фактических затрат организации на приобретение, сооружение и изготовление, за исключением НДС и иных возмещаемых налогов (кроме случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации). Изменение первоначальной стоимости основных средств, в которой они приняты к бухгалтерскому учету, допускается в случаях достройки, дооборудования, реконструкции, модернизации, частичной ликвидации и переоценки объектов основных средств.

Суды обоснованно не расценили в качестве надлежащего и достоверного доказательства представленное Инспекцией экспертное заключение от 17.05.2018, составленное по итогам бухгалтерской экспертизы (том дела 5, листы 26 – 86), в котором определена остаточная (рыночная) стоимость спорных объектов основных средств.  

Как установили суды, в распоряжение эксперту не были переданы первичные документы в отношении исследуемых объектов, на основании которых возможно было определить первоначальную стоимость объектов недвижимости на дату их принятия к учету. Ввиду отсутствия документации эксперт указал на наличие сомнений в правильности формирования первоначальной, восстановительной, остаточной стоимости объектов основных средств, достоверности документов, представленных для исследования. На основании изложенных обстоятельств экспертом рассчитана рыночная стоимость объектов по состоянию на 01.01.2014 с применением сравнительного подхода на основании положений статьи 40 НК РФ. 

Таким образом, при решении вопроса о стоимости имущества, принадлежащего предпринимателю, в рыночных ценах на дату принятия к учету спорных объектов и дату проводимого исследования эксперт руководствовался абзацем 2 пункта 11 ПБУ 6/01, предусматривающим порядок определения первоначальной стоимостью основного средства, полученного по договору, предусматривающему исполнение обязательств неденежными средствами, и положениями статьи 40 НК РФ.

Такой подход к определению остаточной стоимости основных средств для целей проверки соблюдения предпринимателем требований подпункта 16 пункта 3 статьи 346.12 НК РФ суды признали ошибочным. 

Как обоснованно указали суды, в настоящем деле объекты недвижимости приобретены предпринимателем в общую долевую собственность за денежные средства, у заявителя имеются первичные документы по приобретению объектов основных средств в подтверждение их первоначальной стоимости. Более того, в ходе выездной проверки Инспекцией правильность применения цены сделок купли-продажи объектов недвижимости в порядке статьи 40 НК РФ не исследовалась, обстоятельства, свидетельствующие об отклонении цены от рыночных условий, не выявлялись, данных о том, что сделки подлежат налоговому контролю в силу положений пункта 2 статьи 40 НК РФ, в решении не отражено. 

Изложенные в кассационной жалобе доводы Инспекции о том, что имеющиеся в деле доказательства опровергают вывод судов о приобретении заявителем всех объектов, подвергнутых экспертизе, за денежные средства, предприниматель и ООО «Авгур» на момент совершения сделки купли-продажи являлись взаимозависимыми лицами, не принимаются судом кассационной инстанции. 

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу, что определение налоговым органом остаточной стоимости основных средств на основании заключения эксперта от 17.05.2018, содержащего сведения не об остаточной стоимости, а о рыночной стоимости принадлежащего предпринимателю имущества, не основано на достоверной информации и нормах налогового законодательства.

Утверждение налогового органа о необоснованном отказе суда апелляционной инстанции в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (выписки из ЕГРП о приобретении заявителем здания центрального универмага в г. Северодвинске) подлежит отклонению, поскольку такие доказательства предоставляются с соблюдением требований, установленных частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). Доказательства невозможности представления доказательства в суд первой инстанции по уважительным причинам Инспекция не привела. 

Возражения налогового органа, в том числе относительно неверного определения привлеченным предпринимателем аудитором остаточной стоимости спорных объектов недвижимости, неправомерного отклонения судами заключения эксперта от 25.02.2019, полученного в рамках расследования уголовного дела, по существу, касаются несогласия с оценкой судами доказательственной базы. Между тем вопросы достоверности, относимости, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств разрешаются судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств дела; полномочиями по исследованию и оценке данных вопросов суд кассационной инстанции не обладает.

Приведенные Инспекцией в дополнении к кассационной жалобе доводы относительного наличия у предпринимателя, применяющего УСН и являющегося участником договоров доверительного управления имуществом, в силу пункта 3 статьи 346.14 НК РФ обязанности избрать в качестве объекта налогообложения доходы, уменьшенные на величину расходов, не принимаются судом кассационной инстанции. 

Указанные доводы не были заявлены Инспекцией в судах первой и апелляционной инстанций и, как следствие, не были предметом исследования судов.

Суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта (часть 1 статьи 286 АПК РФ) и не наделен полномочиями по рассмотрению новых доводов.

Согласно части 2 статьи 287 АПК РФ арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, установлены судами на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, нормы материального и процессуального права не нарушены.

При таком положении у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены принятых по делу судебных актов в оспоренной Инспекцией части и удовлетворения кассационной жалобы.

Предприниматель в кассационной жалобе выражает несогласие с мотивировочной частью обжалуемых судебных актов, в которой судами сделан вывод о том, что подлинное экономическое содержание взаимоотношений заявителя с агентами – ООО «ТЕХНО», ООО «ЦУМ-Техно» заключается не в сдаче в аренду нежилых помещений, а в передаче названным организациям недвижимого имущества в доверительное управление. 

Кассационная инстанция не находит оснований для удовлетворения жалобы предпринимателя. 

На основании статьи 57 Конституции Российской Федерации и пункта 1 статьи 3 НК РФ каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы.

Названная обязанность не может считаться исполненной, если хозяйственные операции, совершаемые во исполнение сделок, учтены налогоплательщиком не в соответствии с их действительным экономическим смыслом и искажены. Извлеченная в таких случаях экономия налоговых платежей (налоговая выгода), как следует из разъяснений, данных в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление № 53), признается необоснованной.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 7 постановления № 53, в случае учета налогоплательщиком операций не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, права и обязанности налогоплательщика определяются исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в 2014, 2016 годах договоры аренды нежилых помещений, принадлежащих на праве общей долевой собственности предпринимателю, были заключены с арендаторами                         ООО «ТЕХНО» и  ООО «ЦУМ-Техно» в рамках предоставленных им агентскими договорами полномочий.

По итогам проверки Инспекция пришла к выводу о неверной квалификации предпринимателем осуществляемой им деятельности по договорам, заключенным с ООО «ТЕХНО» и  ООО «ЦУМ-Техно», в качестве деятельности по сдаче в аренду нежилых помещений, в отношении которой применяется специальный налоговый режим в виде патентной системы налогообложения. 

Проведя анализ условий агентских договоров, выяснив, что агенты заключали от своего имени договоры аренды с арендаторами, получали арендную плату от арендаторов, вели деятельность по обслуживанию зданий (нежилых помещений), заключали договоры с энергоснабжающими и обслуживающими организациями, оплачивали коммунальные услуги, а также услуги по охране и обслуживанию, Инспекция пришла к выводу, что в данном случае (с учетом сложивших между сторонами гражданско-правовых отношений) непосредственно сдачу в аренду недвижимого имущества осуществлял не предприниматель, а юридические лица – агенты. Соответственно, в рассматриваемой ситуации, предприниматель не занимался деятельностью по сдаче в аренду, а фактически управлял (распоряжался) собственным имуществом путем заключения агентских договоров. 

При разрешении вопроса соответствия избранного предпринимателем режима налогообложения виду осуществляемой ФИО3 деятельности суды, исследовав характер фактически сложившихся между налогоплательщиком и агентами взаимоотношений, условия заключенных договоров, характер и объем выполняемых агентами обязательств и действий, пришли к выводу, что ООО «ТЕХНО», ООО «ЦУМ-Техно» осуществляли именно деятельность по управлению торговыми центрами. 

Обстоятельства данного спора и представленные доказательства были предметом тщательного рассмотрения и оценки судов.

Выводы судов не противоречат подходам, высказанным в пунктах 1 и 7 постановления № 53. 

Приведенные предпринимателем в кассационной жалобе доводы об отличии условий агентских договоров, заключенных с ООО «ТЕХНО»,                 ООО «ЦУМ-Техно», от договоров доверительного управления, повторяют ранее заявленные доводы, сводятся к изложению обстоятельств дела, которые получили надлежащую правовую оценку судов и мотивированно отклонены. Данные доводы не опровергают выводы судов, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для отмены (изменения) обжалуемых судебных актов. 

Позиция заявителя о том, что выводы судов противоречат положениям статей 166, 167, 168, 1012, 1013, 1017 ГК РФ, не принимается судом кассационной инстанции.

Согласно пункту 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение гражданско-правовых сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством. 

Если суд на основании оценки доказательств, представленных налоговым органом и налогоплательщиком, придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения не учел операции либо учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания данной операции или совокупности операций в их взаимосвязи.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций полно и объективно исследованы все обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, кассационный суд не усматривает оснований для отмены или изменения принятых судами решения и постановления, в силу чего кассационная жалоба предпринимателя удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287 и статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Архангельской области от 27.03.2019 постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2019 по делу № А05-14941/2018 оставить без изменения, а кассационные жалобы Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Архангельску и  индивидуального предпринимателя ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий

Ю.А. Родин

Судьи

Е.С. Васильева

 С.В. Соколова