018/2022-65045(1) 

 

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001 E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-4158/2017

г. Вологда

24 августа 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2022 года.  В полном объёме постановление изготовлено 24 августа 2022 года.  

 Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего Писаревой О.Г., судей Селецкой С.В. и Шумиловой Л.Ф.,   при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,  

 при участии ФИО2 и её представителя ФИО3 (по  устному ходатайству),  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Стройиндустрия» ФИО4 на определение  Арбитражного суда Вологодской области от 03.06.2022 по делу  

 № А13-4158/2017, 

у с т а н о в и л:

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью  «Стройиндустрия» (адрес: 160000, 

<

...>;  

ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>; далее – Должник) ФИО4 обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с  апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Вологодской  области от 03.06.2022 об отказе ему в удовлетворении требований о  привлечении ФИО2 к субсидиарной  ответственности по обязательствам Должника.  

В обоснование жалобы её податель, ссылаясь на незаконность и  необоснованность принятого судебного акта, просит его отменить и принять по  делу новый судебный акт об удовлетворении требований о привлечении  ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника. По  его мнению, представленными в материалы дела доказательствами, в том числе  вступившим в законную силу судебным актом, подтверждается совершение  ФИО2 сделки купли-продажи песка, причинившей существенный  вред кредиторам Должника и самому Должнику, а также невнесение в Единый  государственный реестр юридических лиц (далее – Реестр) сведений в  

отношении Должника, в частности о признаках его банкротства, что повлекло  увеличение объема обязательств Должника, не обеспеченных его имуществом  (заключались договоры долевого участия в строительстве), а также списка его  кредиторов.  

От ФИО2 поступил отзыв на жалобу, в котором она просила  оставить определение суда без изменения.  

В судебном заседании апелляционной инстанции ФИО2 и её  представитель просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.  

Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим  образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,  представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их  отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

 Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке  апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта,  арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и  обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом  лица, участвующие в деле, не заявят возражений.  

 В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде  апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268  АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба  на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в  судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц  относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части  судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.  

 При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных  возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд  апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой  части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы  апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм  процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.  

 Поскольку фактически доводы жалобы сводятся к оспариванию  определения суда в части отказа в удовлетворении требований о привлечении к  субсидиарной ответственности ФИО2, возражений относительно  проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной  инстанции пересматривает судебный акт в пределах доводов апелляционной  жалобы.  

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и  обоснованность судебного акта в обжалуемой части, арбитражный суд  апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 12.07.2002 по 10.05.2017 руководителем Должника являлся 

ФИО5, в период с 11.05.2017 по 19.12.2017 (дату открытия конкурсного  производства) - ФИО2  

Помимо того, ФИО5 является единственным участником Должника.  

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 19.06.2017  возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) Должника.  

Решением суда от 26.12.2017 Должник признан несостоятельным  (банкротом) и в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утверждён ФИО4, который обратился в суд с заявлением  к ФИО5, ФИО2 о привлечении их солидарно к  субсидиарной ответственности по обязательствам Должника, ссылаясь на  совершение сделок, причинивших ущерб кредиторам Должника, а также по  причине неисполнения обязанности по подаче заявления о признании  Должника несостоятельным (банкротом).  

Суд первой инстанции, рассмотрев данные требования, выделил  требование конкурсного управляющего Должника ФИО4 о  привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Должника в отдельное производство, а в удовлетворении заявленных  требований к ФИО2 отказал.  

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит  оснований не согласиться с принятым судебным актом в обжалуемой части.  

 В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 

статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы несостоятельности (банкротства).  

 Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является  разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые  нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на  момент совершения вменяемых в вину ответчикам действий (возникновения  обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к  ответственности).  

 Исходя из материалов дела обстоятельства, с которыми конкурсный  управляющий связывает наличие оснований для привлечения  

ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Должника, имели место в 2017 году, до вступления в законную силу  Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

 В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред  имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в  

пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного  Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).  

 Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей  редакции такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности,  как «признание должника несостоятельным вследствие поведения  контролирующих лиц», по существу не отличается от предусмотренного  действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания  ответственности в виде «невозможности полного погашения требований  кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный  объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), может  быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей  редакции.  

 При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания  обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности  был упрощен законодателем для заявителей посредством введения  соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий  которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до  банкротства и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия  оснований для удовлетворения иска.  

 Судом установлено, что в соответствии с абзацем тридцать вторым 

статьи 2 Закона о банкротстве ФИО2 относится к числу  контролирующих должника лиц.  

 Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного  документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет  ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и  исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или  неразумно.  

 В частности, это может означать, что субсидиарная ответственность  наступает, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов  наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а  искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации  воли) контролирующих лиц.  

 Существенная убыточность сделки является оценочной категорией,  поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические  обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности  должника и в связи с этим определяет, является ли убыточность существенной  с учетом представленных доказательств.  

 Судом первой инстанции установлено, что в период осуществления  ФИО2 полномочий директора Должника ею был заключен  договор купли-продажи песка от 17.07.2017 № 84/СК с обществом с  ограниченной ответственностью «Судоходная компания «Сухона» (далее –  

Общество), результатом которого фактически стало отчуждение имущества  Должника по существенно заниженной стоимости - на более чем 7 млн руб.  (вместо рыночной стоимости 296 руб. за одну тонну, он продан по цене  

22,38 руб. за одну тонну, то есть цена занижена более чем в 10 раз), и который  впоследствии признан арбитражным судом недействительным в рамках  настоящего дела о банкротстве (определение Арбитражного суда Вологодской  области от 12.10.2018).  

 Между тем, как правильно указано судом первой инстанции в  обжалуемом судебном акте, признание сделки недействительной безусловно не  предрешает результата рассмотрения спора о привлечении к субсидиарной  ответственности; ФИО2 не лишена права привести доводы,  касающиеся отсутствия оснований для привлечения её к субсидиарной  ответственности, в рамках соответствующего обособленного спора.  

 В абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве заложена  презумпция причинно-следственной связи между совершением бывшим  руководителем должника или в его пользу либо одобрения им одной или  нескольких сделок должника и тем, что должник признан несостоятельным  (банкротом). Обратное доказывается бывшим руководителем должника.  

 В опровержение указанной презумпции ФИО2 указала на то,  что оспариваемый договор заключен после возбуждения дела о банкротстве в  целях получения денежных средств на погашение уже имеющейся у Должника  задолженности по заработной плате перед работниками и по цене, которая  соответствовала иным аналогичным договорам, ранее заключаемым  Должником со схожими условиями.  

 Так, цена за единицу речного песка по этому договору при рассмотрении  спора о признании данной сделки недействительной сопоставлялась с ценой за  единицу аналогичного товара при продаже его со склада Должника  

(в г. Вологде), а спорный договор предусматривал стоимость за единицу товара  исходя из того, что этот песок находится на месторождении (то есть цена за  единицу уменьшена в связи с возложением на контрагента по сделке  обязанности по добыче, погрузке и перевозке).  

 В подтверждение данного довода представлены договоры Должника,  заключенные на таких же условиях с иным лицом по цене 26,45 руб. за одну  тонну (по спорному договору - 22,38 руб. за одну тонну).  

 Соответственно, суд первой инстанции, установив, что спорная сделка  совершена после возбуждения дела о банкротстве Должника, правильно  пришел к выводу о том, что отсутствуют основания полагать, что она стала  причиной объективного банкротства Должника.  

 У Должника на дату совершения данной сделки имелись долги по  выплате заработной платы в сумме более 50 млн руб., эта задолженность  возникла как минимум в июле 2016 года.  

 Доказательства, подтверждающие, что в отсутствие сделок наличие у  Должника имущества способствовало бы восстановлению его хозяйственной  деятельности, суду не представлены.  

 Само по себе совершение контролирующим Должника лицом сделок,  впоследствии признанных недействительными, не является безусловным  основанием для привлечения лиц к ответственности по правилам статьи 10  Закона о банкротстве.  

 При таких обстоятельствах вывод Арбитражного суда Вологодской  области о недоказанности конкурсным управляющим причинно-следственной  связи между действиями ФИО2 по заключению указанной сделки  и банкротством Должника правомерен, в связи с чем правильно отказано в  привлечении её к субсидиарной ответственности в данной части.  

 По второму эпизоду оснований для привлечения ФИО2 к  субсидиарной ответственности апелляционная инстанция считает отказ суда  первой инстанции верным, исходя из следующего.  

 В обоснование данного требования конкурсный управляющий Должника  ФИО4 ссылается на то, что ФИО2 не внесены в Реестр  сведения в отношении Должника, в частности о признаках его банкротства, что  повлекло увеличение объема обязательств Должника, не обеспеченных его  имуществом (заключались договоры долевого участия в строительстве), а  также списка его кредиторов, так как согласно данным бухгалтерского баланса  Должника за 2017 год активы Должника превышали его пассивы.  

 Согласно абзацу третьему подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве в редакции, действующей в период возникновения спорных  правоотношений, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица при условии, что на дату возбуждения дела о  банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с  федеральным законом сведения в Единый федеральный реестр сведений о  фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по  внесению которых возложена на юридическое лицо.  

 В силу Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной  регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее –  Закон № 129-ФЗ) обязательному внесению в Единый федеральный реестр  сведений о фактах деятельности юридических лиц подлежат сведения, внесение  которых предусмотрено другими федеральными законами.  

 Согласно подпункту «л.1» пункта 7 статьи 7.1 Закона № 129-ФЗ  обязательному внесению в Единый федеральный реестр сведений о фактах  деятельности юридических лиц подлежат в том числе сведения о  возникновении признаков недостаточности имущества в соответствии с  законодательством о несостоятельности (банкротстве).  

 Из разъяснений, изложенных в пункте 25 Постановления № 53, следует,  что согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1  статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении  презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный  реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах  деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной  информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно  

того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре  недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства.  

 Конкурсный управляющий Должника ФИО4 в качестве  объяснения наличия оснований для удовлетворения заявленных требований в  данной части ссылался на то, что у Должника согласно данным бухгалтерского  баланса за 2017 год активы превышали его пассивы, что свидетельствовало о  наличии признаков недостаточности имущества, данный факт скрыт от  кредиторов Должника, так как не опубликован в установленном  вышеупомянутым Законом порядке, и Должником продолжалось заключение  договоров участия в долевом строительстве, тем самым увеличивались  обязательства Должника, не обеспеченные имуществом последнего, и  количество кредиторов.  

 Между тем, как усматривается из материалов дела, данный факт не мог  существенным образом повлиять на наступление вышеприведенных  последствий, так как в значительной части кредиторами являются физические  лица, которые не обязаны знать о существовании таких публикаций, равно как  и изучать их содержание.  

 Более того, большая часть договоров долевого участия в строительстве  заключена Должником до 2017 года.  

 С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к правильному  выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к  субсидиарной ответственности по обязательствам Должника в данной части.  

 Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 03.06.2022 

по делу № А13-4158/2017 в обжалуемой части оставить без изменения,  апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Стройиндустрия» ФИО4 – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд 

Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.  

Председательствующий О.Г. Писарева  

Судьи С.В. Селецкая  

Л.Ф. Шумилова