﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2603/19 

Екатеринбург

05 июня 2019 г.

 

Дело № А76-34855/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 июня 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Вербенко Т.Л.,

судей Сидоровой А.В., Громовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Старковой Ю.В., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Завод УСМК» (далее – общество «Завод УСМК») на определение Арбитражного суда Челябинской области                              от 28.02.2019 по делу № А76-34855/2018.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Седьмого арбитражного апелляционного суда.  

В судебном заседании Седьмого арбитражного апелляционного суда принял участие представитель акционерного общества «Сибирский химический комбинат» (далее – общество Сибирский химический комбинат») –                       Радзивил Г.С. (доверенность от 26.10.2018).

Полномочия лица, явившегося в судебное заседание, проверены Седьмым арбитражным апелляционным судом.

Акционерное общество «Сибирский химический комбинат»                     (ОГРН: 1087024001965; далее – общество «Сибирский химический комбинат») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 05.06.2018 по делу                  № В-86/2017 по иску общества «Сибирский химический комбинат» к обществу «Завод УСМК» о взыскании 1 862 226 руб. 59 коп. 

Определением суда от 28.02.2019 (судья Гусев А.Г.) заявление общества «Сибирский химический комбинат» удовлетворено, выдан исполнительный лист. 

В кассационной жалобе общество «Завод УСМК» просит указанное определение отменить, в выдаче исполнительного листа отказать. Заявитель полагает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для выдачи исполнительного листа в связи с тем, что третейские суды не обладают компетенцией по рассмотрению споров ни при заключении государственных и муниципальных контрактов, ни по вопросам их недействительности, определяемой по законодательству, действующему на момент подписания. Как указывает кассатор, договор на поставку продукции заключен в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц (далее – Закон № 223-ФЗ), который не предусматривает возможности рассмотрения споров, возникающих в ходе исполнения договоров, в третейских судах. Вместе с тем, заявитель жалобы обращает внимание на то, что доля участия Российской Федерации в уставном капитале общества общество «Сибирский химический комбинат» составляет 100%, а продукция, изготовленная по договору от 29.11.2016                   № 11/6633-Д, предназначалась для атомной промышленности Российской Федерации, конечный потребитель – Государственная корпорация по атомной энергии «Росатом». Более того, заявитель утверждает, что договор заключен в публичных интересах, целью его заключения выступает удовлетворение государственных потребностей, финансирование которых осуществляется за счет средств федерального бюджета, споры из договора являются неарбитрабельными, а третейское соглашение о передаче подобных споров в третейский суд – недействительным. 

В отзыве на кассационную жалобу общество «Сибирский химический комбинат» считает обжалуемое определение законным и вынесенным в соответствии с нормами действующего законодательства, просит оставить его без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Как следует из материалов дела и установлено судом при рассмотрении спора, между обществом «Урало-Сибирская машиностроительная компания» (поставщик) и обществом «Сибирский химический комбинат» подписан договор по поставке продукции от 29.11.2016 № 11/6633-Д. Данный договор заключен на основании протокола от 10.11.2016 № 708-U310-16/3502. 

Согласно пункту 9.4 названного договора все споры, разногласия или требования, возникающие из договора или в связи с ним, в том числе касающиеся его исполнения, нарушения, прекращения или недействительности, подлежат рассмотрению по выбору истца: либо в Третейском суде для разрешения экономических споров при Торгово-промышленной палате Российской Федерации, либо в Третейском суде для разрешения экономических споров при Частном учреждении «Центр третейского регулирования и правовой экспертизы» в соответствии с их регламентами. Решение Третейского суда является окончательным.

Ссылаясь на неисполнение обязательств по договору, общество «Сибирский химический комбинат» обратилось в Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации с исковым заявлением о взыскании с общества «Завод УСМК» задолженности и неустойки в размере 1 862 226 руб. 59 коп. 

Решением третейского суда от 05.06.2018 по делу № В-86/2017 исковые требования общества «Сибирский химический комбинат» удовлетворены.

Неисполнение обществом «Завод УСМК» указанного решения в добровольном порядке послужило основанием для обращения общества «Сибирский химический комбинат» в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на его принудительное исполнение.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, не усмотрел правовых оснований для отказа в его выдаче, предусмотренных статьей 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Проверив законность оспариваемого судебного акта, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены исходя из следующего. 

Согласно статье 31 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов по спорам, возникающим при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности. Рассмотрение таких дел регламентируется параграфом 2 главы 30 данного Кодекса.

В силу части 2 статьи 236 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда по спору, возникшему из гражданских правоотношений при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности, рассматривается арбитражным судом по заявлению стороны третейского разбирательства, в пользу которой принято решение третейского суда.

В соответствии с положениями части 4 статьи 238 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела о выдаче исполнительного листа арбитражный суд в судебном заседании устанавливает наличие или отсутствие оснований для выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, предусмотренных статьей 239 указанного Кодекса, путем исследования представленных в суд доказательств обоснования заявленных требований и возражений.

Положениями статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлен исчерпывающий перечень оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Арбитражный суд может отказать в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если сторона третейского разбирательства, против которой вынесено решение третейского суда, представит доказательства того, что:

1) одна из сторон третейского соглашения, на основании которого спор разрешен третейским судом, не обладала полной дееспособностью;

2) третейское соглашение, на основании которого спор был разрешен третейским судом, недействительно по праву, которому стороны его подчинили, а при отсутствии такого указания по праву Российской Федерации;

3) сторона, против которой вынесено решение, не была должным образом уведомлена о назначении третейского судьи или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда, либо по другим уважительным причинам не могла представить в третейский суд свои объяснения;

4) решение третейского суда вынесено по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения, и что если постановления по вопросам, охватываемым третейским соглашением, могут быть отделены от тех, которые не охватываются таким соглашением, та часть решения третейского суда, в которой содержатся постановления по вопросам, охватываемым третейским соглашением, может быть признана и приведена в исполнение;

5) состав третейского суда или процедура арбитража не соответствовали соглашению сторон или федеральному закону (части 2 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом в силу части 4 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что:

1) спор, рассмотренный третейским судом, в соответствии с федеральным законом не может быть предметом третейского разбирательства;

2) приведение в исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации. Если часть решения третейского суда, которая противоречит публичному порядку Российской Федерации, может быть отделена от той части, которая ему не противоречит, та часть решения, которая не противоречит публичному порядку Российской Федерации, может быть признана или приведена в исполнение.

Оба основания подлежат проверке судом по собственной инициативе на любой стадии рассмотрения дела независимо от доводов и возражений сторон.

Таким образом, арбитражный суд проверяет решение третейского суда на соответствие строго установленным критериям, то есть ограничивается установлением наличия или отсутствия предусмотренных законом оснований, препятствующих выдаче исполнительного листа.

Оценив материалы дела, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае оснований для отказа, установленных нормами статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется, в связи с чем удовлетворил заявление общества «Сибирский химический комбинат» о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 05.06.2018 по делу № В-86/2017.

Доводы заявителя жалобы о том что, спор из договора поставки                 от 29.11.2016 № 11/6633-Д, заключенного на основании закупки, запроса цен Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом», в соответствии с Законом № 223-ФЗ, является неарбитрабельным, отклоняется судом округа.

Судом первой инстанции установлено, что покупателем по названному договору выступало общество «Сибирский химический комбинат», учредителем которого является Правительство Российской Федерации.    

Закупки товаров, работ, услуг такого заказчика, как хозяйственное общество, доля участия субъекта Российской Федерации в уставном капитале которого превышает 50 процентов, в силу пункта 1 части 2 статьи 1 Закона                     № 223-ФЗ осуществляются в соответствии с его положениями. При этом не имеет значения для цели разрешения вопроса о наличии или отсутствии у третейского суда компетенции, соблюдали ли стороны требования специальных норм о закупках, предусмотренных Законом № 223-ФЗ, при оформлении своих отношений, если по своей правовой природе отношения должны регулироваться императивными нормами указанного закона (определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.05.2018 № 308-ПЭК17,                      от 28.07.2017 № 305-ЭС15-20073 по делу № А40-188599/2014).

Следовательно, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что отношения сторон в рамках договора от 29.11.2016 № 11/6633-Д регулируются нормами Закона № 223-ФЗ. Соответственно, вопрос об арбитрабельности спора из отношений сторон подлежал разрешению в настоящем деле, как в части субъективной арбитрабельности, ввиду участия в отношениях особых субъектов, так и в части объективной арбитрабельности по причине особого характера отношений.

Согласно части 1 статьи 2 Закона № 223-ФЗ правовую основу закупки товаров работ услуг, кроме указанного закона и правил закупки, утвержденных в соответствии с нормами данного закона, составляют Конституция Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации, другие федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации.

Вышеизложенная норма закона, а также регламентируемые нормами Гражданского кодекса Российской Федерации организационно-правовые формы и правовой статус лиц, являющихся субъектами отношений закупки, регулируемой Законом № 223-ФЗ, свидетельствуют о воле законодателя на регулирование спорных отношений в целом как гражданско-правовых, то есть основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Субъекты, указанные в частях 2, 5 статьи 1, пункте 2 части 1 статьи 3.1 Закона № 223-ФЗ, в силу норм Гражданского кодекса (глава 4), являются субъектами гражданских правоотношений и участниками гражданского оборота. Создавая такие юридические лица или участвуя в их деятельности, государство реализует невластные полномочия (статьи 124, 125 Гражданского кодекса). При закупках, осуществляемых субъектами, указанными в нормах Закона                           № 223-ФЗ, стороны таких отношений выступают как юридически равноправные, никакая сторона не наделена властными полномочиями по отношению к другой стороне, что также свидетельствует о гражданско-правовом характере отношений.

Таким образом, совокупность вышеизложенных признаков свидетельствует о том, что споры, возникающие из договоров, заключенных в результате закупки в рамках Закона № 223-ФЗ, в целом являются гражданско-правовыми. Соответственно, в целом спорные правоотношения сторон по настоящему делу носят гражданско-правовой характер. 

К числу общепризнанных в современном правовом обществе способов разрешения гражданско-правовых споров, проистекающих из свободы договора, которой наряду с автономией воли участников предпринимательской и иной экономической деятельности обуславливаются диспозитивные начала гражданско-правовых и гражданско-процессуальных отношений, относится обращение в третейский суд. В Российской Федерации право сторон гражданско-правового спора на его передачу в третейский суд основано на статье 45 (часть 2) и статье 8 (часть 1) Конституции Российской Федерации (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 № 10-П, определение Конституционного Суда Российской Федерации                       от 05.02.2015 № 233-О).

Таким образом, в своих судебных актах Конституционный Суд Российской Федерации указал на гражданско-правовой характер спора как критерий его возможного разрешения посредством третейского разбирательства.

Возможность разрешения гражданско-правовых споров с помощью третейского разбирательства закреплена в гражданском законодательстве.

Согласно пункту 1 статьи 11 Гражданского кодекса защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд.

Нормой части 6 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по соглашению сторон подведомственный арбитражному суду спор, возникающий из гражданских правоотношений, может быть передан на рассмотрение третейского суда, если иное не установлено федеральным законом.

Общие принципы определения категорий споров, которые могут рассматриваться третейским судом, регулируются Федеральным законом              от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» (далее - Закон об арбитраже), вступившим в силу с 01.09.2016. 

При реформировании законодательства о третейском разбирательстве в 2014 - 2016 годах федеральный законодатель закрепил следующий подход к регулированию арбитрабельности: общий критерий арбитрабельности - гражданско-правовой характер отношений (часть 3 статьи 1 Закона об арбитраже, часть 6 статьи 4, часть 1 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), перечень неарбитрабельных споров (пункты 1 - 5, 7, 8 части 2 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также условно неарбитрабельную категорию - споры, возникающие из отношений, регулируемых законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (пункт 6 части 2 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Однако споры, возникающие из отношений, регулируемых законодательством о закупках товаров отдельными видами юридических лиц, в данном перечне не указаны, иных законов, закрепляющих нормы о неарбитрабельности таких споров, не имеется, не названы они и в качестве условно арбитрабельных.

Таким образом, анализ правового регулирования, существовавшего в период спорных правоотношений, равно как и действующего в настоящее время, не позволяет сделать вывод о том, что федеральный законодатель в рамках своих полномочий, устанавливая баланс публичных и частных интересов в отношениях по закупке товаров отдельными видами юридических лиц, предусматривал правило о неарбитрабельности споров, вытекающих из договоров, заключенных в результате такой закупки.

Указанное выше соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 11.07.2018                             № 305-ЭС17-7240,  от 21.01.2019 № 305-ЭС18-16908. 

Судебная власть вправе устанавливать баланс в отношениях в целях защиты публичного порядка при наличии соответствующего элемента публичного порядка. Такого элемента публичного порядка Российской Федерации как неарбитрабельность споров, возникающих из отношений, регулируемых Законом № 223-ФЗ, судом не выявлено. Доказательств нарушения иных элементов публичного порядка, в том числе расходования бюджетных средств, заявитель жалобы не представил (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что общество «Завод УСМК» добровольно не исполнило решение третейского суда, арбитражный суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование общества «Сибирский химический комбинат» о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Приводимые заявителем доводы являлись предметом исследования суда первой инстанции, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно отклонены с приведением соответствующих причин в мотивировочной части обжалуемого судебного акта.     

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 05.06.2018 по делу             № А76-34855/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу ООО "ЗАВОД УСМК" – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию           Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             Т.Л. Вербенко 

 

Судьи                                                                          А.В. Сидорова 

 

                                                                                     Л.В. Громова