ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №А40- 111219/24-139-871

29 августа 2024 года

г. Москва

Резолютивная часть решения оглашена 26 августа 2024 г.

Полный текст решения изготовлен 29 августа 2024 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Вагановой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Широковой У.Д.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

Федерального государственного унитарного предприятия "18 Центральный научно-исследовательский институт" Министерства обороны Российской Федерации (111558, г. Москва, вн.тер.г. Муниципальный Округ Новогиреево, пр-кт Свободный, д. 4, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 30.01.2003, ИНН: 

<

***>) к Федеральной антимонопольной службы России (123001, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третье лицо: Общество с ограниченной ответственностью "Корсар" (141091, Московская область, г.о. Королёв, 

<

...> эт/помещ 1/1.01-1.09, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 02.10.2014, ИНН: 

<

***>)

о признании незаконным решение и предписание от 25.03.2024 № 223ФЗ-76/24

при участии: от заявителя  – ФИО1, дов от 11.01.2023 диплом, ФИО2, дов. от 26.07.2022; от ответчика– Молчанова М,А., дов. от 18.01.2024, диплом; от третьего лица - не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

Федеральное государственное унитарное предприятие «18 Центральный научно-исследовательский институт» Министерства обороны Российской Федерации (заявитель, предприятие) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Федеральной антимонопольной службе России (антимонопольный орган, служба) об оспаривании решения и предписания от 25.03.2024 № 223ФЗ-76/24.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Корсар» (общество).

В обоснование заявленного требования предприятие сослалось на то, что комиссия антимонопольного органа не предприняла надлежащих мер к выяснению содержания государственного контракта с Министерством обороны Российской Федерации, исполняемого заявителем, что привело комиссию к ошибочным выводам, касающимся поставки кейса PELI 1630 с вкладышем пенолоновым (только импортного производства).

В судебном заседании представители заявителя доводы и требования заявления поддержали.

Представитель антимонопольного органа возражала по заявлению по доводам отзыва, обеспечила представление материалов дела, в рамках которого вынесены оспариваемые акты.

Третье лицо, будучи извещенным о дате, времени и месте заседания, своего представителя не направило, в связи с чем суд счел возможным рассмотреть дело в его отсутствие. В отзыве общество поддержало позицию антимонопольного органа.

Судом проверено и установлено, что срок, предусмотренный ч. 4 ст. 198 АПК РФ, заявителем не пропущен.

В соответствии со ст. 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов и действий государственных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта, оспариваемых действий и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт и действия права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В соответствии со ст. 13 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованиям.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении, в отзыве на него и в выступлениях присутствующих в заседании представителей участвующих в деле лиц, оценив на основании ст. 71 АПК РФ материалы дела в их совокупности и взаимосвязи по своему внутреннему убеждению, суд признал заявление подлежащим удовлетворению.

Из материалов дела усматривается, что основанием для принятия оспариваемых актов послужила, поступившая в ФАС России, жалоба общества на действия заявителя при проведении закрытого запроса котировок на право заключения договора на поставку тары (приглашение на участие в процедуре закупки № 032024КР-20Т). В обоснование доводов и требований жалобы общество сослалось на то, что заказчиком в состав Документации не включен расчет НМЦД, а также неправомерно установлены положения закупочной документации, не позволяющие поставку эквивалентного товара.

Оспариваемым решением от 28.07.2023 антимонопольный орган признал жалобу обоснованной, установив в действиях заявителя нарушение п. 3 ч. 6.1 ст. 3 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (Закон о закупках).

Оспариваемым предписанием на предприятие возложена обязанность по отмене составленных по итогам закупки протоколов, возврату заявок, извещению об этом участников, внесению изменений в документацию, повторному проведению закупочной процедуры.

Судом установлено, что оспариваемые акты приняты уполномоченным органом в порядке ст. 18.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (Закон о защите конкуренции). Заявитель является заказчиком со специальной правосубъектностью, субъектом Закона о закупках.

Как следует из материалов дела и установлено судом, закупка кейса с вкладышем пенолоновым осуществлялась предприятием в целях выполнения государственного контракта с Министерством обороны Российской Федерации от 21.12.2022 № 23/760/П (гриф «секретно»), о чем указано в приглашении принять участие в закрытом запросе котировок.

В соответствии с ч. 3 ст. 3 Закона о закупках конкурентной закупкой является закупка, осуществляемая с соблюдением одновременно следующих условий: 1)информация о конкурентной закупке сообщается заказчиком одним из следующих способов: а) путем размещения в единой информационной системе извещения об осуществлении конкурентной закупки, доступного неограниченному кругу лиц, с приложением документации о конкурентной закупке; б) посредством направления приглашений принять участие в закрытой конкурентной закупке в случаях, которые предусмотрены ст. 3.5 названного закона, с приложением документации о конкурентной закупке не менее чем двум лицам, которые способны осуществить поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг, являющихся предметом такой закупки; 2) обеспечивается конкуренция между участниками конкурентной закупки за право заключить договор с заказчиком на условиях, предлагаемых в заявках на участие в такой закупке, окончательных предложениях участников такой закупки.

Как указывает заявитель, согласно условиям п/п. 3.2.1 упомянутого контракта, предприятие обязано поставить заказчику товар, соответствующий требованиям контракта и нормативно-технической документации, к которой относятся Технические условия, в срок до 25.09.2024.

В соответствии с п/п. 1.9.1 Технических условий материалы и комплектующие изделия, применяемые в изделии, не должны позволять идентифицировать его как изделие российского производства.

Таким образом, по условиям контракта и Технических условий к нему, осуществляется закупка кейса только импортного производства.

В силу п. 88 Положения о закупках предприятия, утвержденного приказом от 14.08.2023 № 311, при описании предмета закупки заказчик использует при описании предмета конкурентной закупки указания на товарный знак слова «(или эквивалент)», за исключением случаев: несовместимости товаров, на которых размещаются другие товарные знаки, и необходимости обеспечения взаимодействия таких товаров с товарами, используемыми заказчиком; закупок запасных частей и расходных материалов к машинам и оборудованию, используемым заказчиком, в соответствии с технической документацией на указанные машины и оборудование; закупок товаров, необходимых для исполнения государственного или муниципального контракта; закупок с указанием конкретных товарных знаков, знаков обслуживания, патентов, полезных моделей, промышленных образцов, места происхождения товара, изготовителя товара, если это предусмотрено условиями международных договоров Российской Федерации или условиями договоров юридических лиц, указанных в ч. 2 ст. 1 Закона о закупках, в целях исполнения этими юридическими лицами обязательств по заключенным договорам с юридическими лицами, в том числе с иностранными юридическими лицами.

Аналогичные требования предъявлены п. 3 ч. 6.1 ст. 3 Закона о закупках, вмененной в качестве нарушения заявителю.

Таким образом, с целью проверки доводов жалобы, службе надлежало проверить, позволяет ли государственный контракт, исполняемый предприятием, поставить какой-либо иной товар, помимо поименованного в оспариваемой закупочной документации, то есть имелись ли у предприятия правовые и фактические основания для отступления от законодательного требования по указанию словосочетания «или эквивалент», предусмотренные п. 3 ч. 6.1 ст. 3 Закона о закупках.

Как указано выше, источником подобного изложения требований заказчика в закупочной документации послужил государственный контракт (гриф «секретно»).

Судом установлено, что заседания комиссии службы по рассмотрению жалобы общества проводились посредством видео-конференц-связи (хотя в отсутствие угрозы распространения коронавирусной инфекции все государственные органы и прочие институции давно вернулись к очной работе).

Как указывает служба, комиссия неоднократно откладывала рассмотрение жалобы (на 15.03.2024, 21.03.2024, 22.03.2024, 25.03.2024) с целью обеспечения заказчику возможности представления государственного контракта.

Государственный контракт имеет гриф «секретно» и, как указывает заявитель, для его представления требовалось направление со стороны ФАС России официального запроса с указанием правовых оснований и времени на получение согласия от государственного заказчика (на изготовление копии или выписки, так как эта процедура регламентирована приказом Министра обороны Российской Федерации от 25.04.2018 № 010).

Заявитель также указывает, что копия контракта могла быть направлена в службу только спецсвязью, а в случае предоставления выписки – почтовой связью. Документ не мог быть направлен посредством электронной связи или продемонстрирован комиссии по видео-конференц-связи.

Согласно ч. 15.2 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции, которой установлен порядок рассмотрения подобных жалоб, антимонопольный орган в случае необходимости направляет организатору торгов, оператору электронной площадки, в конкурсную или аукционную комиссию, уполномоченный орган и (или) организацию, осуществляющую эксплуатацию сетей, заявителю запрос о представлении иных сведений и документов для рассмотрения жалобы.

Данными нормоположениями не исчерпываются полномочия антимонопольного органа, поскольку в силу ст. 25 Закона о защите конкуренции служба имела возможность направить мотивированный запрос сторонам государственного контракта с требованием предоставления его копии или необходимой выписки из него (то есть, не нарушая при этом прав сторон и обеспечивая сохранение грифа «секретно»).

Суд считает, что антимонопольным органом не принято всех зависящих от него мер для установления объективной истины – выяснения вопроса о содержании государственного контракта, что привело службу к ошибочному выводу о нарушении заказчиком п. 3 ч. 6.1 ст. 3 Закона о закупках. Выводы антимонопольного органа сделаны фактически на основании объективного вменения, поскольку служба не посчитала необходимым собрать необходимые доказательства для принятия своего решения, а негативные последствия своего процессуального воздержания от сбора и исследования доказательств отнесла на заказчика.

При таких данных суд считает, что возможность поставить эквивалент предприятие правомерно не предусмотрело, поскольку это проистекало из положений государственного контракта, Закона о закупках и п. 88 его Положения о закупках. При этом суд учитывает, что в силу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских отношений презюмируется. 

Кроме того, службе были предоставлены копии материалов конструкторской документации, в части, касающейся использования именно кейса «PELI 1630». Учитывая, что собственником конструкторской документации является Российская Федерация в лице Министерства обороны, заявитель не может самостоятельно вносить в нее изменения без разрешения собственника.

В силу ч. 2 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Поскольку такие основания в рассматриваемом случае судом установлены, заявление подлежит удовлетворению в полном объеме.

Расходы по государственной пошлине распределяются по правилам ст. 110 АПК РФ и относятся на ответчика.

С учетом изложенного и руководствуясь ст. 71, 75, 104, 106, 110, 167-170, 176, 198, 200, 201 АПК РФ, суд 

 

РЕШИЛ:

Признать незаконным и отменить решение и предписание Федеральной антимонопольной службы России от 25.03.2024 № 223ФЗ-76/24.

Обязать Федеральную антимонопольную службу России устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в течение тридцати дней с момента вступления решения суда в законную силу в установленном законном порядке. 

Взыскать с Федеральной антимонопольной службы России (123001, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Федерального государственного унитарного предприятия "18 Центральный научно-исследовательский институт" Министерства обороны Российской Федерации (111558, г. Москва, вн.тер.г. Муниципальный Округ Новогиреево, пр-кт Свободный, д. 4, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 30.01.2003, ИНН: 

<

***>) расходы по оплате госпошлины в размере 3 000 (три тысячи) руб. 00 коп.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия (изготовления в полном объеме) в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

СУДЬЯ:                                                                                                    Е.А. Ваганова