АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень	Дело № А45-23870/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 21 мая 2019 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			Доронина С.А.,

судей							Глотова Н.Б.,

								Кадниковой О.В.-

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств видеоконференц-связи при ведении протокола помощником судьи Бачуриным Е.Д. кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Живой квас» Астафьева Артёма Юрьевича (далее - управляющий) на определение от 09.11.2018 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Лихачёв М.В.) и постановление от 13.02.2019 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Назаров А.В., Зайцева О.О., Кудряшева Е.В.) по делу № А45-23870/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Живой квас» (ИНН 5433189651, ОГРН 1125476113894; далее – общество «Живой квас», должник), принятые по заявлению управляющего о признании недействительными договоров займа, заключённых между обществом «Живой квас» и Алдохиным Сергеем Геннадьевичем, Петровичевым Алексеем Юрьевичем, Грищенко Вадимом Вячеславовичем.

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Седьмого арбитражного апелляционного суда (судья Фролова Н.Н.) в заседании лица, участвующие в деле не явились.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа принял участие представитель управляющего  Сорокин А.А. по доверенности от 02.04.2019.

Суд установил:

на стадии проведения в отношении общества «Живой квас» процедуры конкурсного производства его управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договоров займа, заключённых между должником и Алдохиным Сергеем Геннадьевичем от 17.04.2013 и от 04.09.2013, Петровичевым Алексеем Юрьевичем от 07.06.2013, от 23.07.2013 и от 14.04.2014, и Грищенко Вадимом Вячеславовичем от 21.01.2013 № 1/13, от 28.05.2013 № 1, от 18.03.2014 № 2/14, от 14.04.2014 № 2/14, от 14.04.2014 3/14, от 28.05.2014 № 3/14 (далее – договоры займа).

Управляющий в обоснование своего заявления указывал на то, что на даты заключения спорных договоров займодавцы имели статус контролирующих должника лиц, поэтому заёмные отношения фактически прикрывали использование лицами, контролирующими общество «Живой квас», механизма по увеличению уставного капитала, в этой связи просил признать договоры займа недействительными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 09.11.2018, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2019, в удовлетворении заявления управляющего отказано.

Суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что на момент выдачи займов у должника не было неисполненных обязательств перед кредиторами, реальность заёмных правоотношений подтверждена вступившими в законную силу судебными актами арбитражного суда и суда общей юрисдикции, в связи с чем пришли к выводу об отсутствии в действиях контрагентов по оспариваемым сделкам признаков злоупотребления правом, ничтожности договоров займа.

Не согласившись с определением суда от 09.11.2018 и постановлением апелляционного суда от 13.02.2019, управляющий обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт о признании договоров займа недействительными.

Податель кассационной жалобы полагает, что выдача займов была связана именно с увеличением уставного капитала должника, совершена в обход установленной корпоративным законодательством соответствующей процедуры, спорные договора заключались исключительно с целью минимизация коммерческих рисков неэффективного управления предприятием, что свидетельствует о пороке воли у сторон договоров займа.

Управляющий также указывает на то, что по окончании действия договоров займа никто из физических лиц не предпринимал мер по возврату заёмных денежных средств, так как они осознавали бесперспективность таких действий ввиду их осведомлённости о финансовых показателях должника и это прямо свидетельствует о корпоративном характере правоотношений.

По мнению управляющего, данные обстоятельства свидетельствуют о неправильном применений судами положений статей 10, 168, 170 ГК РФ.

В отзыве Алдохин С.Г. опровергает доводы, изложенные в кассационной жалобе, просит судебные акты оставить без изменения. 

Представитель управляющего в заседании суда округа доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал, на отмене судебных актов настаивал.

В заседание суда кассационной инстанции иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодека Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив  в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых определения и постановления, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела усматривается, что реальность заёмных правоотношений (факт выдачи займов) управляющим не оспаривается, он связывает недействительность договоров займа с противоправным поведением контролирующих должника лиц.

Факт выдачи займов подтверждается вступившими в законную силу судебными актами суда общей юрисдикции и арбитражного суда.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очерёдность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Невозможность продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжёлого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объёмов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

При этом если мажоритарный участник (учредителем) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

В этой связи правоотношения участника с подконтрольным ему предприятием, вытекающие из договоров займа подлежат детальному исследования на предмет их правовой природы, поскольку предоставление должнику денежных средств в форме может при определённых обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

Действительно, при таких условиях с учётом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), признав за прикрываемым договорами займа статус корпоративного увеличения уставного капитала общества.

Вместе с тем сама по себе выдача займа участником (учредителем) должника безусловно не свидетельствует о корпоративном характере правоотношений для целей банкротства.

Поскольку совершение сделок между аффилированным (связанным) кредитором к должнику, имеющему признаки объективного банкротства, может ввести в заблуждение других участников правоотношений относительно финансового состояния должника и причинить им имущественный вред. 

В частности, когда выдаётся заём, который прикрывает корпоративные отношения по увеличению уставного капитала либо когда финансируется публично нераскрытый план выхода фактически несостоятельного должника из кризиса и его в итоге не удаётся реализовать.

Вместе с тем следует учитывать, что деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций. Так, в частности, заключение договор займа для финансирования компании может носить ситуационный характер, и быть связанно с обычными производственными нуждами предприятия.

Признавая очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения, суды обязаны установить факт того, что сделки, в том числе между аффилированными (связанными) лицами, совершены после критического изменения возникшего ранее неблагополучного финансового положения должника - появления признаков объективного банкротства.

При рассмотрении обособленного спора судами установлено, что признаки объективного банкротства у общества «Живой квас», появились не ранее четвёртого квартала 2015 года, так как именно с этого момента у должника появилась недоимка перед бюджетом, в то время как займы были выданы в период с 21.01.2013 по 28.05.2014, то есть они не являлись финансированием нераскрытого публично плана выхода из финансового кризиса, не способствовали предупреждению выполнения руководителем должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), а имели ситуационный характер и были связаны с производственными нуждами предприятия (направлялись на приобретение оборудования, сырья, материалов, сертификатов, уплату налогов, оплату строительных и монтажных работ, и прочее). 

Иного управляющим как лицом, утверждающими обратное, не доказано (статья 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах оснований полагать, что договоры займа заключались с противоправной целью (скрытой докапиталицией должника), имеют корпоративную природу и, следовательно, являются ничтожными ввиду порока воли сторон, у судов первой и апелляционной инстанций не имелось.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 09.11.2018 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 13.02.2019 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-23870/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Живой квас» Астафьева Артёма Юрьевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий								С.А. Доронин

Судьи												Н.Б. Глотов

													О.В. Кадникова