АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-51345/2019

Дело № А55-20746/2018

г. Казань

26 января 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 26 января 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Кашапова А.Р., Фатхутдиновой А.Ф.,

при участии представителей:

Федеральной налоговой службы – ФИО1, доверенность от 11.01.2023,

общества с ограниченной ответственностью Поволжский комбинат «Родник» – ФИО2, доверенность от 15.09.2022,

общества с ограниченной ответственностью «Промышленные Технологии» – ФИО3, доверенность от 21.02.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 08.07.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022

по делу № А55-20746/2018

по заявлению Федеральной налоговой службы о привлечении общества с ограниченной ответственностью  «Поволжский комбинат «Родник» к субсидиарной ответственности по делу № А55-20746/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  Самарский комбинат «Родник», ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 27.07.2018 возбуждено производству по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Самарский комбинат «Родник».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 15.01.2021 общество с ограниченной ответственностью Самарский комбинат «Родник» (далее – общество СК «Родник», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

Общество с ограниченной ответственностью «Паритет Групп» 16.04.2021 обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении солидарно ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. 

Конкурсный управляющий общества СК «Родник» ФИО7 10.06.2021 также обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением (уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о привлечении солидарно ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; привлечении солидарно ФИО10, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами, а также о взыскании с ФИО6 и ФИО11 в пользу должника убытков в размере 827 410 866,78 руб. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19.08.2021 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявление общества «ПаритетГрупп» и заявление конкурсного управляющего ФИО7.

Общество с ограниченной ответственностью «Профит» 02.06.2020 и 07.08.2020 обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «РегионСтройИнком», ФИО12, ФИО13, общества с ограниченной ответственностью «РегионБизнесКонтакт», ФИО14, общества с ограниченной ответственностью «Кристалл-Лефортово» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 29.10.2021 заявления общества «ПаритетГрупп», конкурсного управляющего ФИО7 и общества «Профит» объединены в одно производство для совместного рассмотрения. 

Федеральная налоговая служба России 08.02.2022 также обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4; ФИО6; ФИО8; общекства с ограниченной ответственностью «Поволжский комбинат «Родник»; общества с ограниченной ответственностью «Интеллектуальное право»; общества с ограниченной ответственностью «Экостройресурс»; общества с ограниченной ответственностью «Промышленные технологи» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении рассмотрения заявления уполномоченного органа о привлечении к субсидиарной ответственности на основании пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества СК «Родник» до окончания расчетов с кредиторами. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 16.03.2022 заявления общества «ПаритетГрупп», конкурсного управляющего ФИО7, общества «Профит» (правопреемник ООО «Градус»), Федеральной налоговой службы России объединены в одно производство для совместного рассмотрения. К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Прокуратура Российской Федерации, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому Федеральному округу (МРУ Росфинмониторинга по ПФО). 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19.05.2022 заявление Федеральной налоговой службы России в части требований о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Поволжский комбинат «Родник» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника выделено в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10.06.2022 отказано в удовлетворении ходатайства Федеральной налоговой службы России о рассмотрении заявления в закрытом заседании.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08.07.2022 Прокуратура Российской Федерации по её ходатайству исключена из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, при рассмотрении настоящего обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности общества «Поволжский комбинат «Родник» по обязательствам общества СК «Родник». 

Этим же определением отказано в удовлетворении заявления Федеральной налоговой службы России о привлечении общества «Поволжский комбинат «Родник» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 определение суда первой инстанции от 08.07.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными по результатам настоящего обособленного спора судебными актами, Федеральная налоговая служба России в лице Управления ФНС России по Самарской области обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неверное применение судами норм материального и процессуального права, просила отменить определение суда первой инстанции от 08.07.2022 и постановление суда апелляционной инстанции от 04.10.2022 и направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

В обоснование своих требований заявитель кассационной жалобы ссылается неверную оценку судами доводов уполномоченного органа о том, что источником получения ответчиком денежных средств для приобретения имущественного комплекса стали активы должника, полученные по цепочке сделок, в результате чего ответчик стал участником схемы по переводу бизнеса бенефициарами должника на новое лицо; судами необоснованно отклонены доводы заявителя об аффилированности должника и ответчика, вытекающей из того, что единственный участник ответчика ФИО15 одновременно является вице-президентом общественной организации Самарская областная федерация гребли на байдарках и каноэ, президентом которой в свою очередь является ФИО4 (один из бенефициаров должника), ответчик и должник располагаются по одному адресу, ответчик осуществляет такую же деятельность (производство алкогольной продукции), большая часть сотрудников должника перешла к ответчику. В результате, по мнению кассатора, суды необоснованно отклонили его доводы о том, что ответчик извлек выгоду от незаконного и недобросовестного поведения контролирующих должника лиц путем приобретения имущественного комплекса должника, в связи с чем подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа настаивал на удовлетворении своей кассационной жалобы.

ООО «Промышленные технологии» представило мотивированный отзыв на кассационную жалобу, в которой, выражая согласие с выводами судов, просило отказать в её удовлетворении. Присутствующий в судебном заседании представитель ООО «Промышленные технологии» поддержал доводы своего мотивированного отзыва, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Представитель ООО «Промышленная компания «Родник» (далее – общество «ПК «Родник», ответчик) в судебном заседании также возражал против удовлетворения кассационной жалобы, полагая её доводы необоснованными, а обжалуемые судебные акты подлежащими оставлению без изменения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав в судебном заседании представителей ФНС России, общества «Промышленные технологии» и общества «Промышленная компания «Родник», судебная коллегия считает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Обращаясь с вышеуказанным заявлением, уполномоченный орган указывал, что общество «ПК «Родник» подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве как лицо, извлекшее выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, и принимающее участие в бизнес-схеме, предусматривающей периодическую смену юридических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность на алкогольном рынке под торговой маркой «Родник» с разделением на рисковую часть «центр убытков» (должник и остальные «Родники») и безрисковую «центр прибылей» (ООО «Интеллектуальное право», ООО «Промышленные технологии» - балансодержатели активов, используемых в деятельности «Родников»), позволяющую, не уплачивая обязательные платежи в бюджет в законно установленном размере и не утрачивая активы, продолжать ведение деятельности. 

Об этом, по мнению уполномоченного органа, свидетельствует то, что все юридические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность на алкогольном рынке под торговой маркой «Родник», располагались (располагаются) по одному юридическому и фактическому адресу: 

<

...> Е (

<

...>), используют одни и те же товарные знаки алкогольной продукции, одно и тоже технологическое оборудование.

Причинение ответчиком ущерба должнику и его кредиторам уполномоченный орган видит в том, что общество ПК «Родник» ввиду причастности к взаимосвязанной группе лиц извлекло существенные преимущества путем приобретения активов должника в виде технологического оборудования на сумму 155 670 000 руб. за счет денежных средств должника, переданных ответчику в виде займов через цепочку юридических аффилированных лиц от обществ «САГ», «Ал-Ко опт», акционерного общества «Актив».

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался положениями пунктов 1, 4, 5 статьи 61.10, статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума от 21.12.2017 № 53), и  исходил из недоказанности наличия совокупности оснований для возложения на ответчика ответственности по обязательствам должника.

Как установлено судами и следует из материалов дела, участником должника в период с 24.12.2014 по 19.09.2019 являлось АО «Актив» с долей 51 % в уставном капитале (организация, согласно сведений размещённых на официальном сайте ФНС России (egrul.nalog.ru) и сведений размещённых в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru) по делу № А55-4869/2021, находится в стадии ликвидации). 

Участником должника в период с 20.07.2016 по 01.08.2016 являлась ФИО10 с долей 49 % в уставном капитале, а с 02.08.2016 по настоящее время участником должника является ФИО8 с размером доли в уставном капитале общества 49 %. При этом с 13.12.2019 и по настоящее время доля в уставном капитале в размере 51 % принадлежит самому обществу СК «Родник». 

Генеральным директором общества СК «Родник» в период с 30.12.2013 по 22.12.2014 являлся ФИО16, с 20.06.2016 по 26.03.2018 должность единоличного исполнительного органа общества занимал ФИО8, а с 27.03.2018 по 01.02.2021 генеральным директором должника являлся ФИО6.

Судами также установлено, что общество ПК «Родник» было зарегистрировано в качестве юридического лица 09.07.2018, 100%-ным участником ответчика в период с 09.07.2018 по 05.07.2021 являлся ФИО15, с 05.07.2021 по настоящее время единственным участником общества является ФИО17. 

Генеральным директором общества ПК «Родник» в период с 09.07.2018 по 30.08.2021 являлся ФИО15, с 30.08.2021 по 23.05.2022 - ФИО18, а с 24.05.2022 по настоящее время ФИО19. 

С учетом указанных обстоятельств, а также правовой позиции Верховного Суда РФ о том, что отсутствие доказательств фактического контроля над должником со стороны конкретных лиц и использования ими властных полномочий во вред кредиторам является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности (Определение Верховного Суда РФ от 20.11.2019 № 304-ЭС15-194(17) по делу № А27-18417/2013, Определение Верховного Суда РФ от 20.11.2019 № 304-ЭС15-194(16) по делу № А27-18417/2013), суд первой инстанции сделал вывод об отсутствии применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве доказательств наличия у общества ПК «Родник», ФИО15, ФИО18, ФИО19, ФИО17 ни за три года, предшествующих возникновению у должника признаков банкротства, ни после принятия арбитражным судом 23.07.2018 заявления о признании общества СК «Родник» банкротом, признаков юридической аффилированности с должником, а также признаков наличия у них возможности давать обязательные для должника указания или иным образом контролировать его деятельность, равно как доказательств того, что именно эти лица осуществляли фактический контроль над должником, давали обязательные для исполнения указания либо иным образом определяли его действия.

Отклоняя доводы заявителя о наличии признаков фактической аффилированности должника и общества ПК «Родник» по тому основанию, что участник ответчика ФИО15 ранее состоял в трудовых отношениях с должником, суд первой инстанции указал, что представленная уполномоченным органом справка 2-НДФЛ о получении ФИО15 дохода в обществе СК «Родник» не может служить относимым и достаточным доказательством наличия у ФИО15 статуса, позволяющего давать обязательные для должника указания, поскольку сам по себе факт наличия трудовых правоотношений не подразумевает наличие у работника, осуществляющего деятельность по трудовому контракту формальной или фактической возможности влиять на деятельность юридического лица-работодателя. При этом участие ФИО15 в органах управления должника, а также возможность принятия им каких-либо решений касающихся деятельности должника, не подтверждена материалами дела.

Доводы заявителя о том, что должник и ответчик находятся по одному адресу, имеют смешанные наименования, о совпадении IP-адресов, выдаче доверенностей одному доверенному лицу, а также о том, что общество ПК «Родник» при производстве алкогольной продукции использует товарные знаки, которые ранее использовал должник, судом первой инстанции также отклонены.

При этом суд принял во внимание пояснения ответчика о том, что осуществление основной хозяйственной деятельности по месту нахождения приобретенного им основного технологического оборудования, демонтаж которого является затруднительным и влечет значительные материальные вложения, обусловлено экономической целесообразностью и объективными факторами. Использование в наименовании предприятия слова «Родник» обусловлено коммерческими причинами, поскольку торговая марка «Родник» на момент регистрации предприятия являлась широко известной на рынке алкогольной продукции и ассоциировалось с данным видом товаров, производимых в Самарской области. 

При проверке доводов ФНС России об использовании обществом ПК «Родник» при производстве продукции товарных знаков, используемых ранее должником, судами установлено наличие в материалах настоящего обособленного спора доказательств заключения ответчиком лицензионных договоров на предоставление права использования товарных знаков с различными организациями, в том числе, с обществом «Торговый дом «Медведь», акционерным обществом «Татспиртпром», обществом «Сызранский водочный завод», обществом «Квест», а также обществом ПК «Родник». 

При этом судом первой инстанции указано, что право использования указанных товарных знаков в разные периоды времени предоставлялось ряду компаний, не связанных с должником и расположенных в разных регионах Российской Федерации. Использование товарных знаков осуществляется обществом ПК «Родник» на коммерческих условиях на основании лицензионного договора, заключенного с правообладателем товарных знаков - обществом «Интеллектуальное право».

Отклоняя доводы уполномоченного органа об участии ответчика в бизнес-схеме по переводу бизнеса, переносу производственно-операционной деятельности должника на общество ПК «Родник», суд первой инстанции исходил из следующего.

Так, судом установлено, что 27.08.2014 между ООО СК «Родник» (должник) и ООО СК «Родник» (затем переименованный в общество «Аполло») был заключен договор № 27/08/2014 купли-продажи основного технологического оборудования.

Затем, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2018 по делу № А55-10731/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества «Аполло» (ранее – ООО СК «Родник» (ИНН 

<

***>)) удовлетворено заявление ФНС России о признании недействительным вышеуказанного договора купли-продажи № 27/08/2014 от 27.08.2014, заключенного между должником (обществом СК «Родник» (ИНН 

<

***>)) и обществом СК «Родник» (ныне – общество «Аполло), применены последствия недействительности сделки в виде обязания общества СК «Родник» (должник) вернуть обществу «Аполло» это технологическое оборудование. 

Судами также установлено, что в рамках дела № А55-10731/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества «Аполло» данное технологическое оборудование было реализовано с торгов гражданину ФИО20 за 155 906 760 руб. Денежные средства в полном объеме поступили в конкурсную массу общества «Аполло». 

При этом ФНС России как кредитор общества «Аполло» согласовало начальную цену продажи и порядок проведения аукциона, уполномоченным органом в рамках дела № А55-10731/2015 результаты торгов не оспаривались, добросовестность приобретения имущества по итогам проведенного аукциона под сомнение не ставилась. 

В последующем, как установлено судами, между ФИО20 и обществом ПК «Родник» заключен договор купли-продажи оборудования № 30/07-2018/об от 30.07.2018, в соответствии с условиями которого общество ПК «Родник» приобрело основное технологическое оборудование за сумму 161 560 937,94 руб., доказательства оплаты ответчиком в полном объеме приобретенного технологического оборудования были представлены в материалы обособленного спора. 

Указав, что стоимость приобретения ответчиком оборудования превышает согласованную ФНС России рыночную стоимость, утвержденную собранием кредиторов общества «Аполло» на основании отчета о рыночной стоимости имущества, на котором заявитель обладал 100% голосов, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что общество ПК «Родник» не совершало действий по отчуждению у должника имущества, а приобрело его у физического лица по рыночной цене, одновременно отклонив довод уполномоченного органа о приобретении ответчиком основного технологического оборудования на условиях, отличных от рыночных и сложившихся в виду подконтрольности должника и ответчика одной группе лиц.

Рассматривая довод уполномоченного органа о наличии у общества ПК «Родник» статуса контролирующего лица как выгодоприобретателя в связи с получением денежных средств по цепочкам сделок от должника через компании ООО «САГ» и ООО «Ал-Ко опт» по договорам займа № 05/06/20019 от 05.06.2019 в сумме 99 050 000 руб. и б/н от 15.11.2018 в сумме 56 620 000 руб. соответственно суд первой инстанции пришел к следующему.

Как установлено судом, должник в 1-2 квартале 2018 года произвел поставку алкогольной продукции обществу «Северная крепость», уступив при этом права требования к покупателям продукции акционерному обществу «Актив», являющемуся аффилированной по отношению к нему организацией. 

По результатам анализа выписок по расчетным счетам участников сделок, книг покупок и продаж, судом установлен факт реализации обществом «Северная крепость» алкогольной продукции в общество «САГ» во 2 квартале 2018 года. 

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что общество «САГ» во 2-ом квартале 2018 года осуществляла закупку алкогольной продукции как у общества «Северная крепость», так и иных лиц, что подтверждается данными книги покупок. 

Приняв во внимание факт приобретения обществом «САГ» товаров у нескольких продавцов, суд первой инстанции указал, что общество «САГ» получало выручку не только от реализации алкогольной продукции, приобретенной у общества «Северная крепость», при этом стоимость приобретенной у должника через общество «Северная крепость» продукции составила 159 207 304,50 руб., а выручка от реализации алкогольной продукции, поступившая на расчетный счет общества «САГ» составила 485 198 689,78 руб., что на 325 991 385,28 руб. больше.

С учетом этого суд первой инстанции отметил, что эта выручка в сумме 485 198 689,78 руб. получена обществом «САГ» либо в результате реализации иной алкогольной продукции, либо в результате реализации продукции, приобретенной у общества «Северная крепость», с применением торговой наценки. 

В то же время суд указал на отсутствие доказательств того, что денежные средства в размере 325 991 385,28 руб. в виде разницы между суммой выручки в 485 198 689,78 руб. и стоимостью приобретенной у должника через общество «Северная крепость» продукции – 159 207 304,50 руб. являлись активом должника или средствами, полученными неправомерно в ущерб интересам должника или его кредиторов, одновременно отметив, что сам факт получения обществом «САГ» коммерческой прибыли от реализации алкогольной продукции не может расцениваться как недобросовестное поведение участника гражданского оборота, поскольку получение прибыли является основной целью деятельности коммерческой организации.

На этом основании судом отклонен довод заявителя о том, что источником получения ответчиком денежных средств в период 2019 -2020 по договору займа от общества «САГ» с назначением платежа «займ № 05/06/2019 от 05.06.2019» в общей сумме 99 050 000 руб. являются не собственные средства заимодавца, а активы должника, переданные ответчику через цепочку аффилированных лиц. 

При этом судом отмечено, что перечисление ответчику займа в сумме 99 050 000 руб. осуществлялось обществом «САГ», начиная с 13.06.2019, то есть спустя значительное время не только после поставки должником продукции обществу «Северная крепость» (2 квартал 2018 года), но и после возбуждения настоящего дела о несостоятельности (банкротстве).

Судом первой инстанции также установлено, что перечисление денежных средств в сумме 175 850 000 руб. от акционерного общества «Актив» в адрес общества «Ал-Ко опт» имело место в период октябрь 2018 - апрель 2019 года, то есть после возбуждения настоящего дела о банкротстве. 

В то же время, как отмечено судом, источником формирования дохода общества «Ал-Ко опт» в период, предшествующий выдаче ответчику займа в сумме 56 620 000 руб., являлись не только операции с акционерным обществом «Актив», поскольку основным видом хозяйственной деятельности общества «Ал-Ко опт» являлось оптовая торговля алкогольной продукцией, в результате общество получало в 2018 году денежные средства не только от общества «Актив», но и от иных компаний, в том числе от общества «Промышленные технологии». 

Оценив установленные обстоятельства получения указанными лицами денежных средств от осуществления ими основной хозяйственной деятельности, и приняв во внимание обезличенный характер поступивших на расчетных счет организации денежных средств, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности принадлежности полученных обществом ПК «Родник» от общества «Ал-Ко опт» заемных денежных средств в сумме 56 620 000 руб. должнику, а также осведомленности общества ПК «Родник» о происхождении денежных средств, полученных им в качестве займов. 

Отклоняя доводы уполномоченного органа о единой цели всех вышеуказанных сделок и их направленности на вывод активов должника с целью перевода бизнеса на вновь созданную организацию, являющуюся центром прибыли, с одновременным возложением на должника как центр убытков всех обязательств, суд указал на отсутствие оснований для квалификации сделок по выдаче ответчику заемных денежных средств и последующему приобретению обществом ПК «Родник» технологического оборудования у общества «Аполло» как единой сделки, направленной на вывод активов должника или причинение вреда кредиторам, отметив, что отчуждение должником алкогольной продукции производилось до возникновения общества ПК «Родник» в качестве субъекта гражданских правоотношений, в связи с чем ответчик не может считаться инициатором описанной заявителем цепочки сделок.

Доводы уполномоченного органа о получении обществом ПК «Родник» материальной выгоды от гражданско-правовых сделок должника путем аккумулирования приобретенных в результате указанных сделок денежных средств, отклонены судом первой инстанции как несостоятельные со ссылкой на отсутствие доказательств извлечения обществом ПК «Родник» существенной выгоды по смыслу подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, исходя из масштабов деятельности должника. 

При этом судом указано, что сами по себе факты получения обществом ПК «Родник» в течение 2019-2020 гг. денежных средств по договорам займа от организаций, имеющих взаимоотношения с акционерным обществом «Актив», не подтверждают совершение ответчиком действий, целью которых было существенное ухудшение положения должника либо невозможность погашения требований кредиторов должника.

Рассматривая доводы заявителя о существенном характере вменяемых ответчику действий для должника ввиду отсутствия у должника реальных активов из-за отсутствия возможности взыскания дебиторской задолженности, судом проанализированы данные бухгалтерского баланса должника за 2018 год и установлено, что в общества «СК «Родник» в 2018 году имелись активы в сумме 5 779 555 тыс. руб., в том числе дебиторская задолженность в размере 5 415 906 тыс. руб., основные средства 5 252 тыс. руб., отложенные налоговые активы 101 652 тыс. руб., запасы 46 930 тыс. руб., НДС 343 тыс. руб., краткосрочные финансовые вложения 201 400 тыс. руб., денежные средства 7 318 тыс. руб., прочие 754 тыс. руб.

Соглашаясь с доводом уполномоченного органа о том, что часть дебиторов должника ликвидирована и их дебиторская задолженность не представляет реальной ценности, суд первой инстанции, тем не менее отметил, что для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по приведенному основанию необходимо, в первую очередь, установить факт существенной убыточности совершенной сделки, исходя при этом из размера сделки применительно к масштабам деятельности должника на момент ее совершения.

Между тем, как установлено судом первой инстанции, ликвидация большей части дебиторов и введение в отношении дебиторов процедур банкротства произошла уже после 2018 года, в то время как существенность выгоды относительно масштабов деятельности должника имеет ретроспективный характер (на момент совершения сделок), а не определяется на текущий момент с учетом впоследствии произошедших событий. В противном случае выводы о существенном характере сделок будут носить вероятностный и необъективный характер, что недопустимо. 

В результате суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств получения обществом ПК «Родник» существенной выгоды от получения заемных денежных средств (размер которой, по мнению уполномоченного органа, составляет 155 670 тыс. руб.) относительно масштабов деятельности должника.

Приняв во внимание разъяснения пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ, независимо от того, каким образом заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, должен самостоятельно квалифицировать предъявленное требование и при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, принять решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков, указал на отсутствие в рассматриваемом случае состава гражданско-правового деликта, а именно: наличия вреда, противоправности действий (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между противоправными действиями (бездействием) и вредом и вины ответчика в причинении вреда.

Суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности заявителем противоправности совершенных обществом ПК «Родник» действий, наличия причинно-следственной связи между обстоятельствами передачи алкогольной продукции должником обществу «Северная крепость» в 1 квартале 2018 года и выдачей обществом «Ал-Ко опт» ответчику по договору займа № 15/11/2018 от 15.11.2018 в ноябре - декабре 2018 года заемных денежных средств в сумме 56 620 000 руб. и получением ответчиком от общества «САГ» в период с июня 2019 года по июнь 2020 года заемных денежных средств в общей сумме 155 670 000 руб. по договору займа № 05/06/2019 от 05.06.2019, указав, что обществом ПК «Родник» денежные средства получены по договорам займа, заключенным в рамках ведения обычной хозяйственной деятельности, которые до настоящего времени не оспорены и недействительными не признаны.

Кроме того, как указал суд первой инстанции, на момент получения обществом ПК «Родник» денежных средств по договорам займов должник хозяйственную деятельность уже не осуществлял, находился в процедуре банкротства, в связи с чем вина общества ПК «Родник» в причинении ущерба должнику не доказана. Доказательств того, что источником денежных средств, полученных ответчиком, являются именно активы должника, в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции по результатам повторного рассмотрения дела счел, что выводы суда первой инстанции, послужившие основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования, сделаны при полном исследовании материалов дела и правильном применении норм материального права.

При этом  суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о том, что схожее наименование, место расположения производства, вид экономической деятельности, не свидетельствуют о том, что общество ПК «Родник» является лицом, действия которого привели к невозможности погашения требований кредиторов должника, также указав на отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика возможности определять действия должника (абзац три тать второй статьи 2 Закона о банкротстве) либо каким-либо иным образом быть вовлеченным в процесс управления должником. 

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

В силу пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанным пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплены опровержимые презумпции, которые облегчают доказывание наличия статуса контролирующего у такого (в том числе) лица, которое извлекло выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ) (лица, уполномоченного выступать от имени организации).

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 также приведены признаки контролирующего должника лица, согласно которым в качестве такого может быть признано третье лицо, получившее существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения должника в результате совершения руководителем последнего сделки в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (абзац 3 пункта 7 Постановления).

Таким образом, лицу, которому вменяются признаки лица, контролирующего должника, в данном случае необходимо будет доказать свою добросовестность посредством следующих инструментов: доказать возмездность сделки; доказать, что условия отчуждения актива должника аналогичны тем, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. 

Для утверждения о том, что общество ПК «Родник» является бенефициаром (получателем) активов должника заявителю необходимо было доказать факт свободного перемещения денежных средств внутри данной группы путем перераспределения активов должника целенаправленно в пользу ответчика на безвозмездной основе. 

Между тем, в рассматриваемом случае по результатам исследования установленных в рамках настоящего обособленного спора фактических обстоятельств, их оценки в совокупности с доводами сторон судами установлено отсутствие как достаточных и убедительных доказательств формально-юридической или фактической аффилированности общества «ПК «Родник» с должником, так и доказательств принадлежности полученных ответчиком от иных членов группы заемных денежных средств непосредственно должнику.

Напротив, судами установлено, что денежные средства в сумме 155 670 000 руб. получены обществом ПК «Родник» от обществ «САГ» и «Ал-Ко опт» на заемной основе за счет собственных денежных средств указанных лиц спустя значительное время после получения этими лицами активов должника в виде прав требования к дебиторам и в период, когда в отношении должника уже была введена процедура банкротства. Общества «САГ» и «Ал-Ко опт», предоставившие ответчику заемные денежные средства, сами осуществляли активную хозяйственную деятельность, по результатам которой на их счета в период, предшествующий выдаче займов обществу ПК «Родник», поступили денежные средства в размере, значительно превышающем размер средств, полученных обществами «САГ» и «Ал-Ко опт» от должника через цепочку сделок с третьими лицами.

Доводов о том, что условия договоров займа, по которым обществом ПК «Родник» были получены денежные средства в сумме 155 670 000 руб., не соответствуют рыночным, а займы получены ответчиком на льготных условиях, недоступных независимым участникам рынка, уполномоченным органом не заявлялось и соответствующих доказательств представлено суду не было.

Кроме того, как установлено судами, заемные обязательства общества ПК «Родник» перед обществом «САГ» в сумме 99 050 000 руб. и обществом «Ал-Ко опт» в сумме 56 620 000 руб. были погашены в период с 20.12.2018 по 02.11.2020 путем передачи займодавцам обществом ПК «Родник» денежных средств в сумме 43 020 000 руб. и собственных векселей ответчика на общую сумму 112 650 000 руб., о чем свидетельствуют представленные акты приема-передачи векселей и расходные кассовые ордера, копии которых приобщены к материалам дела, в связи с чем доводы заявителя кассационной жалобы о том, что источником получения ответчиком денежных средств для приобретения имущественного комплекса стали активы должника, полученные по цепочке сделок, в результате чего ответчик стал участником схемы по переводу бизнеса бенефициарами должника на новое лицо, подлежат отклонению.

Довод кассатора о том, что в результате реализованной участниками группы схемы основной актив должника был выведен в пользу ответчика, в связи с чем должник прекратил свою производственную деятельность и ему был причинен ущерб, также подлежит отклонению.

Как установлено судами, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2018 по делу № А55-10731/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества «Аполло» (ранее – ООО СК «Родник» (ИНН 

<

***>)) признан недействительной сделкой договор купли-продажи технологического оборудования № 27/08/2014 от 27.08.2014, заключенный между должником (обществом СК «Родник» (ИНН 

<

***>)) и обществом СК «Родник» (ныне – общество «Аполло), применены последствия недействительности сделки в виде обязания общества СК «Родник» (т.е. должника) вернуть обществу «Аполло» это технологическое оборудование. 

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Таким образом, с учетом признания договора купли-продажи  № 27/08/2014 от 27.08.2014 недействительной сделкой, у должника отсутствовало право собственности на это технологическое оборудование, в связи с чем действия общества ПК «Родник» по приобретению этого технологического оборудования не могли причинить вред имущественным интересам кредиторов должника, даже если допустить, что ответчик принимал участие в схеме по переводу бизнеса на новое юридическое лицо.

Ссылка кассатора на неверную оценку судами его доводов о наличии фактической аффилированности должника и ответчика, вытекающей из того, что единственный участник ответчика ФИО15 одновременно является вице-президентом общественной организации Самарская областная федерация гребли на байдарках и каноэ, президентом которой, в свою очередь, является ФИО4 (один из бенефициаров должника) отклоняется судом округа, поскольку участие в руководящих органах общественной организации само по себе не свидетельствует о наличии возможности ФИО15 давать должнику обязательные для него указания либо каким-то иным образом влиять на принятие должником хозяйственных решений.

В свою очередь, доводы заявителя о расположении ответчика и должника по одному адресу, осуществлении ответчиком аналогичной деятельности (производство алкогольной продукции), а также о переходе большей части сотрудников должника к ответчику были подробно рассмотрены судами первой и апелляционной инстанции, им дана надлежащая оценка.

Вопреки суждениям уполномоченного органа, выводы судов первой и апелляционной инстанций не противоречат имеющимся в деле доказательствам, не свидетельствуют о неправильном применении норм материального права, основаны на совокупной оценки конкретных обстоятельств настоящего дела, оснований для переоценки которых у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Установив недоказанность заявителем неправомерного получения ответчиком выгоды путем безосновательного приобретения активов должника, приведшего должника к банкротству и невозможности дальнейшего осуществления должником хозяйственной деятельности, совершения ответчиком действий, направленных на ухудшение финансового состояния должника и причинение имущественного вреда кредиторам, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения общества ПК «Родник» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В данном случае, разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций исследовали представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Иные доводы кассатора не опровергают сделанные судами выводы, направлены на переоценку доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Суды правильно применили нормы материального права, не допустили нарушений норм процессуального права, перечисленных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 08.07.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 по делу № А55-20746/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                        В.А.  Самсонов 

 

Судьи                                                                               А.Р. Кашапов 

 

                                                                                          А.Ф. Фатхутдинова