﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-13388/2020(2)-АК

Дело №А60-43618/2019

09 декабря 2020 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 декабря 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 И.П. Даниловой, С.И. Мармазовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Д.Д. Малышевой,    

при участии в судебном заседании в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от заинтересованного лица с правами ответчика ООО «Модуль» - Логинова Е.В., паспорт, доверенность  от 01.10.2018;

конкурсный управляющий должника ООО «Профтехстрой» - Хадеева М.О., паспорт;

от кредитора ООО «Центр жилищного строительства» - Медведев Илья Сергеевич, паспорт, доверенность  от 21.09.2020;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Профтехстрой» Хадеевой Марины Олеговны

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 30 сентября 2020 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Хадеевой М.О. о признании недействительным договора уступки права требования №ПС-3/у-16 от 23.03.2017, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Модуль»,

вынесенное судьей М.Е. Яних

в рамках дела №А60-43618/2019 

о признании общества с ограниченной ответственностью «Профтехстрой» (ИНН 6658491542, ОГРН 1169658104990) несостоятельным (банкротом)

третье лицо, не заявляющие самостоятельные требования ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379435) в лице конкурсного управляющего Кузнецовой Любови Вадимовны,

 

установил:

26.07.2019 общество с ограниченной ответственностью «Центр жилищного строительства» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Профтехстрой» (ИНН 6658491542, ОГРН 1169658104990) несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 30.07.2019 принято к производству, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.08.2019 (резолютивная часть от 27.08.2019) заявление ООО «Центр жилищного строительства» признано обоснованным, в отношении должника ООО «Профтехстрой» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утверждена Хадеева Марина Олеговна, член союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс».

Сообщение о введении в отношении должника наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №162 от 07.09.2019, стр.83.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2020 (резолютивная часть от 25.02.2020) ООО «Профтехстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев до 25.08.2020. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника ООО «Профтехстрой» назначена Хадеева Марина Олеговна.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ №42 от 07.03.2020, стр. 96. 

Определением арбитражного суда Свердловской области от 23.10.2020 конкурсным управляющим должника утверждена Хадеева Марина Олеговна.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №201 от 31.10.2020, стр.182.  

29.06.2020 конкурсный управляющий Хадеева М.О. обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ) о признании договора уступки права требования №ПС-З/у-16 от 23.03.2017, заключенного между ООО «Модуль» и должником ООО «Профтехстрой», недействительным и применении последствий его недействительности в виде взыскания с заинтересованного лица в конкурсную массу должника 2 775 000,00 рублей, которое определением суда от 07.07.2020 принято к производству.

К участию в рассмотрении обособленного спора, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено ООО «Профтехстрой»  (ИНН 6674379435) в лице конкурсного управляющего Кузнецовой Л.В. (определение от 15.09.2020).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30 сентября 2020 года (резолютивная часть от 22.09.2020) в удовлетворении заявления исполняющего обязанности конкурсного управляющего Хадеевой Марины Олеговны о признании недействительным договора уступки права требования №ПС-3/у-16 от 23.03.2017, заключенного между должником обществом с ограниченной ответственностью «Профтехстрой» (ИНН 6658491542, ОГРН 1169658104990) и обществом с ограниченной ответственностью «Модуль» (ИНН 6672180274 ОГРН 1056604386288), отказано. В порядке распределения судебных расходов с должника ООО «Профтехстрой» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000,00 рублей.

Не согласившись с судебным актом, конкурсный управляющий должника ООО «Профтехстрой» Хадеева М.О. обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 30.09.2020, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления о признании недействительным договора об уступке прав требования и применении последствий недействительности сделки.

Заявитель жалобы указывает на то, что отказывая в удовлетворении требований, суд ошибочно пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена с равноценным встречным предоставлением, поскольку оспариваемый договор уступки права требования предполагает уплату цессионарием денежных средств в размере, равном стоимости передаваемых прав, что свидетельствует об отсутствии причинения вреда. Вместе с тем, судом не дана надлежащая оценка доводам конкурсного управляющего и фактическим обстоятельствам дела, свидетельствующим о том, что уже при заключении сделки (23.03.2017) сторонам было известно о том, что оплата со стороны должника в пользу нового кредитора произведена не будет. Определением суда от 20.12.2016 в отношении третьего лица введена процедура наблюдения. Решением суда от 18.05.2017 по делу №А60-33556/2016 в отношении  ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379435) открыта процедура конкурсного производства. Требование ООО «Модуль» в размере 3 220 838,40 рубля включено в реестр требований кредиторов ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379435). Таким образом, судом не принято во внимание, что, приобретая право требования к предприятию, находящемуся в процедуре банкротства по номинальной стоимости передаваемого права (основного долга) и оплатив за это ликвидный актив в виде денежных средств, для нового кредитора, должно быть очевидно, что такая сделка является для него и его кредиторов явно невыгодной. Несмотря на заключение договора уступки права требования, процессуальное правопреемство в рамках дела о банкротстве №А60-33556/2016 не производилось, требования нового кредитора не удовлетворялись, определением суда от 29.05.2020 процедура банкротства в отношении третьего лица ООО «Профтехстрой» завершена. Однако, данным обстоятельствам оценка судом не дана. Полагает, что в действиях сторон сделки усматривается недобросовестность, а также мнимость отношений по совершению сделки. Судом не учтено, что новый кредитор создан 14.09.2016, по состоянию на 31.12.2016 совокупный размер активов должника составлял 49 тыс. рублей. Таким образом, фактически деятельность предприятия начата в 2017 году, тогда как уже в марте 2017 года, вместо наращивания оборотов новым кредитором выводится ликвидный актив в виде денежных средств, после чего начинает формироваться кредиторская задолженность, в последующем включенная в реестр требований кредиторов нового кредитора. Ссылается также на наличие аффилированности ООО «Профтехстрой» и ООО «Модуль» через цепочку юридических лиц. Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 170 ГК РФ.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2020 конкурсному управляющему ООО «Профтехстрой» предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе. Жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению. 

Кредитор ООО «Центр жилищного строительства» в отзыве поддерживает доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника. Считает апелляционную жалобу подлежащей удовлетворению. Отмечает, что ООО «Модуль» не могло не знать о затруднительном финансовом положении должника, так как на момент совершения сделок основного договора с ООО «Профтехстрой» и договора уступки права требования с должником, помимо банкротства ООО «Профтехстрой», директором указанных предприятий был Садыков М.М., действия которого, предположительно, довели указанные юридические лица до банкротства. Стоимость переданного в результате сделки имущества составляет 20 и более процентов от балансовой стоимости активов должника по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату. При заключении спорного договора фактически были удовлетворены требования одного кредитора ООО «Модуль» в ущерб интересам других кредиторов в период подозрительности, предусмотренный статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Заинтересованное лицо ООО «Модуль» в отзыве возражает против доводов апелляционной жалобы, считает определение суда законным и обоснованным. Конкурсным управляющим не доказана совокупность обстоятельств, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимых для признания сделки недействительной. Размер имущества должника не уменьшился, поскольку было приобретено действительное право требования денежных средств. На момент совершения сделки должник не отвечал признакам неплатежеспособности, не доказано, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов. При этом, стороны не являются заинтересованными или аффилированными друг к другу лицами по признакам, установленным статьей  19 Закона о банкротстве. Факт нахождения должника по переданному долгу в процедуре банкротства о невозможности удовлетворить уступленные права требования не свидетельствует.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника Хадеева М.О.  доводы апелляционной жалобы поддерживает. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным. Просит определение  отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ООО «Центр жилищного строительства» доводы апелляционной жалобы и доводы своего отзыва на нее поддерживает. Считает определение суда первой инстанции необоснованным. Просит определение  отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель заинтересованного лица ООО «Модуль» против доводов апелляционной жалобы возражает по основаниям, изложенным в отзыве. Считает определение суда первой инстанции законным и обоснованным. Просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу статей 256, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, определением суда от 30.07.2019 в отношении ООО «Профтехстрой» (ИНН 6658491542) возбуждена процедура банкротства, определением суда от 28.08.2019 в отношении должника введено наблюдение. Решением арбитражного суда от 26.02.2020 ООО «Профтехстрой» признано банкротом, открыто конкурсное производство. Временным, а затем конкурсным управляющим утверждена Хадеева М.О. 

Как следует из материалов дела, между ООО «Модуль» (подрядчик) и третьим лицом ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379435) (заказчик) был заключен договор подряда №15-75С от 06.07.2015, предметом которого являлось выполнение комплекса работ по изготовлению, монтажу и пусконаладке 2БКТП-630 кВА, монтажу фундаментной плиты и контура заземления.

Объемы работ согласованы и определены сторонами в спецификации поставляемого оборудования (Приложение №1 к договору), локальных сметных расчетах №1-2 (Приложения №2-3 к договору), являющихся его неотъемлемой частью, и проектной документации, указанной в п. 2.1 настоящего договора.

В соответствии с п. 3.1 договора, стоимость работ определена локальными сметными расчетами №1-2 и составляет 6 400 000 рублей.

ООО «Модуль» выполнило работы по договору в полном объеме, на сумму 6 400 000 рублей, о чем свидетельствует акт сдачи-приемки работ. При этом, в связи с частичной оплатой выполненных работ по договору в размере 3 328 000 рублей на стороне заказчика третьего лица ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379435) образовалась задолженность в размере 3 072 000 рублей.

23.03.2017 между ответчиком ООО «Модуль» (кредитор) и должником ООО «Профтехстрой» (новый кредитор) заключен договор №ПС-3/у-16  уступки права требования, по условиям которого новый кредитор с 15.12.2016 является новым генподрядчиком по договору строительного подряда №КР-п от 12.03.2013, заключенному между муниципальным унитарным предприятием «Управление капитального строительства города Екатеринбурга» и ООО «ПТС» (ИНН 6674379435), в рамках которого новый кредитор принял на себя обязательство по строительству объекта: «Здание гостиничного комплекса переменной этажности с подземной автостоянкой (№1 по ГП), БКТП (№2 по ГП), канализационная насосная станция (№4 по ГП), расположенные по адресу: г. Екатеринбург, Чкаловский район, ул. Крестинского на земельном участке, кадастровый номер 66:41:0000000:782, расположенным в г. Екатеринбурге в границах улиц Крестинского (далее - объект) (п.1.1).

В соответствии с условиями настоящего договора кредитор передает, а новый кредитор принимает на себя право требования уплаты долга по следующему обязательству: договору подряда №15/75С от 06.07.2015, заключенному между кредитором и должником ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379635) (далее - договор подряда) (п. 1.2. договора от 23.03.2017).

В соответствии с п. 1.3 договора уступка прав требований кредитора к должнику по обязательству, оговоренному п. 1.1 настоящего договора, производится в части уплаты основного долга и неустойки, и составляет сумму основного долга в размере 3 072 000 рублей, в т.ч НДС 18%, и неустойки в размере 148 838,40 рубля, в общей сумме 3 220 838,40 рубля.

Пунктом 1.2 договора от 23.03.2017 предусмотрено произведение новым кредитором уплаты кредитору суммы в размере 3 072 000 рублей в два этапа в счет оплаты за произведенную уступку права требования. Оплата в размере 2 775 000 рублей производится в течение 5 рабочих дней с момента подписания настоящего договора путем перечисления денежных средств на расчетный счет кредитора. Оставшаяся сумма в размере 297 000 рублей выплачивается путем перечисления денежных средств на расчетный счет кредитора в течение 5 рабочих дней с момента передачи кредитором новому кредитору документов, указанных в пункте 1.6 настоящего договора.

Новым кредитором ООО «Профтехстрой» (ИНН 6658491542) произведена оплата по договору уступки в пользу первоначального кредитора ООО «Модуль» в размере 2 775 000 рублей на основании платежного поручения №21 от 29.03.2017.

Полагая, что сделка  направлена на вывод активов должника, в условиях неравноценного встречного исполнения, при наличии признаков неплатежеспособности, а также совершения ее лишь для вида, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о признании договора уступи права требования недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего, не установив совокупность условий, достаточных для признания сделки недействительной, указав, что факт нахождения должника по переданному долгу в процедуре банкротства о невозможности удовлетворить уступленные права требования не свидетельствует. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в силу следующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N63) могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названого постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацем 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Помимо периода «подозрительности» оспариваемой по специальным основаниям сделки, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается, в том числе уменьшение стоимости или размера имущества должника.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Учитывая, что заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом 30.07.2019, а оспариваемая сделка совершена 23.03.2017, следует, что сделка заключена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, в результате заключения оспариваемого договора от 23.03.2017 ООО «Профтехстрой» (ИНН 6658491542) приобрело у ООО «Модуль» к ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379435) права требования выплаты денежных средств на сумму 3 220 838,40 рубля.

Стоимость уступленного права составила 3 072 000 рублей (пункт 1.7 договора уступки).

Из анализа выписок по расчетным счетам должника следует, что 29.03.2017 в адрес ООО «Модуль» перечислены денежные средства в размере 2 775 000,00 рублей  с указанием в назначении платежа «оплата по договору №ПС-3/у-16 от 23.03.2017».

Конкурсным управляющим заявлено о неравноценности приобретенного права требования с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, приобретая право требования к лицу, находящемуся в процедуре банкротства, ссылаясь на следующие обстоятельства.

После совершения оспариваемой сделки начала формироваться кредиторская задолженность должника ООО «Профтехстрой», в последующем включенная в реестр требований кредиторов должника, в числе которых задолженность перед:

- ООО «Фирма «СМУ-1» на основании договора подряда №ПС-7/СП-17 от 01.04.2017,

 - ООО  «Сервис Сварка» на основании договоров подряда №№ПС-5/сп-16-1  от 21.02.2017, №ПС-22/СП-17 от 24.07.2017, 

- ООО «Инженер-А» на основании договора подряда №ПС-25/СП-17 от 01.08.2017, №ПС-26/СП-17 от 01.08.2017, №ПС-28/СП-17 от 03.08.2017, 

- ООО «Центр Жилищного Строительства» на основании договора займа от 25.09.2017.

Согласно данным, полученным из системы Контур.Фокус, ООО «Профтехстрой» и ООО «Модуль» имеют фактическую аффилированность через ряд юридических лиц. Третье лицо ООО «Профехстрой» (ИНН 6674379435), директором которого с 10.08.2015 по 09.01.2017 являлся Садыков М.М.) и должник ООО «Профтехстрой» (ИНН 6658491542, директором которого с 14.09.2016 по 04.03.2020 являлся Садыков М.М.) являются заинтересованными лицами.

В результате совершения спорной сделки конкурсная масса должника уменьшилась.

Между тем, в отношении ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379435) определением суда от 01.08.2016 возбуждено дело о банкротстве, определением суда от 20.12.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения (дело №А60-33556/2016).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.05.2017 ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379435) признано несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден Маслов Игорь Николаевич.

Определением суда от 13.11.2018 конкурсным управляющим ООО «Профтехстрой» утверждена Кузнецова Любовь Вадимовна, член союза «АО «Стратегия». 

Определением суда от 16.03.2017 требование ООО «Модуль» в размере в размере 3 220 838,40 рубля, в том числе 3 072 000,00 рублей основного долга, 148 838,40 рубля неустойки, включено в реестр требований кредиторов третьего лица ООО «Профехстрой» (ИНН 6674379435).

В настоящее время определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.05.2020 конкурсное производство в отношении ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379435) по делу №А60-33556/2016 завершено.

По мнению конкурсного управляющего должника, на момент заключения договора уступки права требования было очевидным, что оплата со стороны третьего лица ООО «Профехстрой» (ИНН 6674379435) в пользу должника произведена не будет. 

Процессуальное правопреемство в рамках дела о банкротстве №А60-33556/2016 не производилось, требования должника по делу не удовлетворялись.

Поскольку в отношении третьего лица ООО «Профехстрой» (ИНН 6674379435) процедура банкротства завершена, вышеуказанное свидетельствует о том, что в результате заключения оспариваемой сделки выбыл ликвидный актив в виде денежных средств взамен которого получено безнадежное ко взысканию право требования к предприятию-банкроту, о чем на момент совершения сделки не могло быть неизвестно обществу «Модуль».

Таким образом, ответчик не мог не осознавать о причинении имущественного вреда кредиторам должника ООО «Профтехстрой».

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, денежные средства были перечислены должником во исполнение договора уступки права требования.

При этом суд первой инстанции правильно отметил, что факт необращения нового кредитора за взысканием задолженности с третьего лица, а также с заявлением о включении указанной задолженности в реестр, не свидетельствует о безвозмездности либо неравноценности встречного предоставления. Обращение нового кредитора с заявлением о взыскании является лишь реализацией переданного ему права требования. Факт необращения за взысканием не влияет на действительность либо недействительность полученного новым кредитором актива. Помимо того, реализация права требования необязательно подразумевает непосредственное взыскание в пользу нового кредитора: оно могло быть переуступлено от нового кредитора третьему лицу или реализовано любым другим законным способом.

Кроме того, обязанность реализации дебиторской задолженности возложена законом на управляющего должника и бывшего руководителя.

Установив вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии неравноценности встречного исполнения.

При этом размер имущества должника не уменьшился, поскольку было приобретено действительное право требования денежных средств, что не оспаривается конкурсным управляющим должника в рамках настоящего дела.

Доказательства, свидетельствующие о наличии у должника на момент совершения оспариваемой сделки кредиторов, перед которыми должник имел неисполненные обязательства, признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, недостаточности денежных средств для расчетов с кредиторами, в материалы дела не представлены.

Согласно отчету конкурсного управляющего по состоянию на 30.09.2019 балансовая стоимость имущества должника составляла 66 426 000 рублей. 

На 01.01.2018 актив должника составлял 60 млн. рублей и начал снижаться к 2019 году, достигнув отметку 23 млн. рублей.

В марте 2017 года не были опубликованы какие-либо сообщения о будущем банкротстве. Как следует из выписки с официального сайта https://fedresurs.ru/ первое сообщение о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве было опубликовано 27.06.2019, то есть спустя два года и три месяца после совершения сделки.

При этом суд обоснованно исходил из того, что стороны по договору сутки права требования не являлись и не являются заинтересованными или аффилированными друг к другу лицами применительно к положениям, установленным статьей 19 Закона о банкротстве. 

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Из материалов дела с очевидностью для должника не следует, что третьим лицом не будут исполнены обязательства по договору уступки права требования.

Как следует из выписки по счету должника, по состоянию после заключения договора уступки права требования и приобретения права требования к третьему лицу, должник обладал достаточными активами для исполнения собственных обязательств (обороты по счету составили более 40 млн. рублей). Соответственно, с учетом указанных обстоятельств, не следует безусловный вывод о заключении оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (требования которых на дату заключения договора отсутствовали). 

Таким образом, при отсутствии доказательств наличия у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, принимая во внимание, что осведомленность ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности и цели совершения сделки - причинения вреда имущественным правам кредиторов должника не доказана, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии совокупности обстоятельств для признания сделки недействительной по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, конкурсным управляющим заявлено о совершении сделки при злоупотреблении правом и ее мнимости. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. 

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно статьи 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

Сделка по уступке права требования имеет своим результатом замену кредитора в обязательстве (основном обязательстве). Эта сделка представляет собой действие первоначального кредитора по отказу от своих прав в отношении должника и передаче их новому кредитору.

В силу пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

По условиям договора уступки права требования от 23.03.2017, заключенного между ответчиком ООО «Модуль и должником ООО «Профтехстрой», кредитор передает, а новый кредитор принимает на себя право требования уплаты долга по обязательству из договора подряда №15/75С от 06.07.2015, заключенному между кредитором и должником ООО «Профтехстрой» (ИНН 6674379635) на сумму 3 220 838,40 рубля.

Судом установлено, что по договору уступки ООО «Профтехстрой» (ИНН 6658491542) оплатило в пользу ООО «Модуль» денежные средства в сумме 2 775 000 рублей. 

Таким образом, сделка по уступке права требования была исполнена сторонами в соответствии с его условиями, является реальной. Соответственно, основания для признания ее мнимой у суда первой инстанции отсутствовали. 

Исходя из условий договор является реальным, возмездным и предполагает уплату цессионарием денежных средств в размере, равном стоимости переданных прав требований, что не свидетельствует о причинении вреда кредиторам.

Сам факт нахождения должника по переданному долгу в процедуре банкротства о невозможности удовлетворить уступленные права требования не свидетельствует.

Договор уступки права требования исполнен, предметом договора уступки права требования являлась уступка задолженности по реальным взаимоотношениям между сторонами. 

Соответственно, сделать однозначный вывод о совершении сделки лишь для вида, из материалов дела не представляется возможным. 

Таким образом, принимая во внимание недоказанность причинения совершением оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, наличия в сделке пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, в связи с чем, правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований.

Доводы заявителя жалобы о том, что судом не учтено, что новый кредитор создан 14.09.2016 и по состоянию на 31.12.2016 совокупный размер активов должника составлял 49 тыс. рублей, что свидетельствовало об отсутствии у него активов, поскольку фактически деятельность предприятия начата в 2017 году, тогда как уже в марте 2017 года, вместо наращивания оборотов новым кредитором, выводится ликвидный актив в виде денежных средств, после чего начинает формироваться кредиторская задолженность, в последующем включенная в реестр требований кредиторов нового кредитора, подлежат отклонению как противоречащие фактическим обстоятельствам, установленным судом. В данном случае, сам факт создания общества и заключение в 2017 году сделок с контрагентами, перед которыми в последующем формировалась кредиторская задолженность, с учетом финансово-хозяйственной деятельности должника, не свидетельствует о противоправной цели сторон вывести в спорный период времени ликвидные активы должника.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

По смыслу указанных выше норм, применение судом исковой давности по заявлению стороны в споре направлено на сохранение стабильности гражданского оборота и защищает его участников от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №63 от 23.12.2010, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). Само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №10044/11 сформирован правовой подход, согласно которому применение к сделкам с предпочтением, не имеющим других недостатков, общих положений о ничтожности, оценивается как обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

Такой правовой подход применим и к рассматриваемому судом спору, поскольку в случае оспаривания договора по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявление ответчика о пропуске специального срока, установленного статьей 61.9 Закона о банкротстве, справедливо, поскольку о совершении оспариваемого договора конкурсный управляющий должен был узнать в течение разумного срока после утверждения его судом. 

Таким образом, срок исковой давности подлежит исчислению со дня, когда конкурсный управляющий узнал о наличии оснований для признания сделки недействительной, т.е. не ранее даты открытия процедуры конкурсного производства (25.02.2020).

Поскольку требование предъявлено конкурсным управляющим 29.06.2020, то, по мнению суда апелляционной инстанции, предусмотренный Законом о банкротстве срок для предъявления заявления об оспаривании сделки должника, не является пропущенным. 

Выводы, изложенные в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

С учетом изложенного, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении жалоб надлежит отказать.

Согласно статье 59 Закона о банкротстве судебные расходы в деле о банкротстве относятся на имущество должника.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном  подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2020 конкурсному управляющему должника Хадеевой Марине Олеговне предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе на срок до окончания рассмотрения дела.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ возмещение расходов по уплате госпошлины относится на должника, поскольку в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 сентября 2020 года по делу №А60-43618/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массу должника общества с ограниченной ответственностью «Профтехстрой» в доход федерального бюджета за рассмотрение апелляционной жалобы государственную пошлину в размере 3 000,00 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

И.П. Данилова 

 

С.И. Мармазова