ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-22643/2019

25 марта 2021 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме    25 марта 2021 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Зюкова В.А.,

судей  Брежневой О.Ю., Дубок О.В. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-14999/2020) ФИО2, ФИО3, ФИО4 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 14.12.2020 по делу № А70-22643/2019 (судья Поляков В.В.), вынесенное по заявлению финансового управляющего ФИО5 о признании сделки, совершенной в пользу ФИО3 и ФИО4, недействительной и применении последствий ее недействительности, при участи в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>), 

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

установил:

решением от 13.03.2020 Арбитражного суда Тюменской области ФИО2 (далее – ФИО2, должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5 (далее - ФИО5). 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» от 14.03.2020                          № 46 (6767). 

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО5 27.08.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),  об оспаривании соглашения об отступном от 15.03.2019 в отношении автомобиля ХОНДА CR-V, VIN 

<

***>, подписанного между ФИО2 и ФИО4 (далее - ФИО4), применении последствий недействительности данной сделки в виде взыскания с последнего в конкурсную массу 970 000 рублей.

Определением от 13.10.2020 Арбитражного суда Тюменской области  к участию в обособленном споре  в качестве соответчика привлечен ФИО3 (далее - ФИО3).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 14.12.2020 заявление финансового управляющего ФИО5 удовлетворено. Признана недействительной сделка по отчуждению ФИО2 в пользу ФИО4 15.03.2019 автомобиля ХОНДА CRV, VIN 

<

***>. Применены последствия недействительности сделки. Солидарно с ФИО3 и ФИО4 в конкурсную массу  взыскано 970 000 рублей. 

Не согласившись с указанным судебным актом ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились  с апелляционной жалобой, в которой просили обжалуемое определение суда первой инстанции отменить.

В обоснование жалобы ее податели  указали на то, что  доказательств фактической или юридической аффилированности сторон оспариваемой сделки в материалы дела не представлено. Кроме того, отсутствуют доказательства того, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. Напротив, заемные денежные средства были потрачены должником на выполнение обязательств перед кредиторами. В результате совершения сделки не был причинен вред имущественным правам кредиторов. Так же отсутствуют доказательства того, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Возражая против доводов апелляционной жалобы, финансовый управляющий имуществом должника ФИО5 представил письменный отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судебное заседание апелляционного суда проведено в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 АПК РФ.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 14.12.2020  по настоящему делу.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  между ФИО4 (кредитор) и ФИО2 (должник) подписано соглашение об отступном от 15.03.2019, предметом которого согласно пункту 1.1 является прекращение обязательств должника перед кредитором, вытекающих из договора беспроцентного займа от 10.01.2018 в размере 950 000 рублей, путем предоставления должником кредитору в качестве отступного автомобиля ХОНДА CR-V, VIN 

<

***>.

Стоимость данного транспортного средства стороны согласовали в пункте 2.1 соглашения, которая составила также 950 000 рублей. 

Сторонами подписан акт приема-передачи автомобиля от 29.03.2019, который представлен в регистрационное подразделение МВД России.

Согласно сведениям УГИБДД УМВД России по Тюменской области с 06.08.2019 автомобиль ХОНДА CR-V, VIN 

<

***>, зарегистрирован за ФИО6 (т.д.6 л.д.64).

Договор займа от 10.01.2018 представлен в материалы обособленного спора (т.д. 6 л.д. 25-26).

По условиям указанного договора ФИО4 (займодавец) передает ФИО2 (заемщик) беспроцентный заем в сумме 950 000 рублей, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в срок до 15.01.2018.

Полагая, что вышеуказанное соглашение об отступном, а также договор займа являются недействительными сделками, финансовый управляющий, ссылаясь на статьи 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением (впоследствии уточненным).

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из  того, что подписание соглашения об отступном фактическим является завуалированным выводом активов должника в пользу близкого родственника, который в порядке распоряжения данным имуществом реализовал его и выручил 970 000 рублей. Сделка по безвозмездному отчуждению должником транспортного средства судом квалифицирована как подозрительная, содержащая все элементы, указанные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции соглашается.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

В силу норм пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления N 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из материалов дела между ФИО4 (кредитор) и ФИО2 (должник) подписано соглашение об отступном от 15.03.2019, предметом которого согласно пункту 1.1 является прекращение обязательств должника перед кредитором, вытекающих из договора беспроцентного займа от 10.01.2018 в размере 950 000 рублей, путем предоставления должником кредитору в качестве отступного автомобиля ХОНДА CR-V, VIN 

<

***>.

Стоимость данного транспортного средства стороны согласовали в пункте 2.1 соглашения, которая составила также 950 000 рублей. 

Сторонами подписан акт приема-передачи автомобиля от 29.03.2019, который представлен в регистрационное подразделение МВД России.

Как верно установлено судом первой инстанции, оспариваемое соглашение от 15.03.2019 подпадает под периоды подозрительности, установленные пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определением суда от 30.12.2019 заявление ФИО2 о признании её несостоятельной (банкротом) принято к производству).

Далее, указанный автомобиль был реализован ФИО7 при непосредственном участии сына должника ФИО3

Применительно к настоящему делу, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемая сделка были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве.

Так, в силу статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Оспариваемая сделка совершена должником в период наличия признаков неплатежеспособности, что не оспаривается заявителями апелляционной жалобы и подтверждается материалами дела.

По состоянию на 15.03.2019 у ФИО2 имелась задолженность перед акционерным обществом «Кредит Европа Банк» по кредитному договору от 20.08.2018 № 00009-ML-000000084988; перед публичным акционерным обществом «Промсвязьбанк» по кредитному договору от 07.05.2018 №709064554; перед публичным акционерным обществом «Почта Банк» по кредитному договору от 22.12.2017 № 27183957.

На основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Согласно абзацу 4 пункта 12 Постановления № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991                 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Как установлено судом первой инстанции ФИО3 является сыном ФИО2, в связи с чем является заинтересованным лицом в силу содержания статьи 19 Закона о банкротстве.

Согласно информации Российского союза автостраховщиков от 27.04.2020               № И28441 ФИО2 застраховала в акционерном обществе «АльфаСтрахование» свою автогражданскую ответственность за вред, причиненный при управлении спорным транспортным средством, а также автомобилем Фольксваген Поло, что подтверждается страховыми полисами от 02.04.2019 № МММ 5019317205, от 08.08.2019 № МММ 5025735155, из содержания которых следует, что к управлению указанными транспортными средствами, наряду с ФИО2, допущены ФИО3 и ФИО4

Кроме того, как установлено судом первой инстанции ФИО4 включен, наряду с ФИО2 и ФИО3, не только в страховой полис на спорный автомобиль, но и в страховой полис на транспортное средство, приобретенное ФИО3 08.08.2019 исключительно в свою собственность, что какими-либо разумными обстоятельствами не аргументировано.

Как правило, незнакомых (неаффилированных) лиц в страховой полис не включают.

В соответствии с письменными пояснениями ФИО6 реализацией в его пользу транспортного средства занимался ФИО3, который в период ведения преддоговорных переговоров указал, что данный автомобиль принадлежит его матери; в момент подписания договора со стороны продавца присутствовали ФИО2, ФИО3 и ФИО4, непосредственно по указанию ФИО2 заполнявший необходимые документы; в целях обеспечения безопасности сделки ФИО6 от передачи стоимости транспортного средства в размере 970 000 рублей в наличной форме ФИО3 отказался, перечислил указанные средства на его расчетный счет.

Суд первой инстанции также принял во внимание, что  пояснения ФИО6 в полном объеме согласуются с представленными ФИО3 и истребованными судом сведениями о движении средств по расчетному счету ответчика, из которых явствует, что остаток средств на счете ФИО3 по состоянию на 03.08.2019 составлял 62,88 рублей, 05.08.2019 на него поступило 970 000 рублей, из которых 530 000 рублей перечислено 08.08.2019 ответчиком на банковскую карту ФИО4, в этот же день 150 000 рублей получено ФИО3 в наличной форме со своего счета.

ФИО4, в свою очередь, 08.08.2019 одномоментно с получением средств на свою банковскую карту, снял их в наличной форме, в подтверждение чему представлена выписка о движении средств по его расчетному счету, а также расписка от 08.08.2019 о передаче 440 000 рублей от ФИО3 в пользу ФИО4

С учетом приведенных фактических обстоятельств (в том числе включение ФИО4 в полис по двум автомобилям), не оспоренных ответчиками, в условиях отсутствия доказательств обратного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об осведомленности ФИО4 о финансовом состоянии должника на момент совершения оспариваемой сделки, указав на его  аффилированность.

Доводы жалоба о недоказанности аффилированности сторон отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку противоречат материалам обособленного спора, а именно  включение его в  полис ОСАГО, о чем указано выше.

С учетом аффилированности ответчиков к должнику,  осведомленность сторон о целях причинения вреда кредиторам предполагается.

При этом согласно договору купли-продажи транспортного средства от 08.08.2019 № 0000001217 ФИО3 приобрел у общества с ограниченной ответственностью «Восток моторс Тюмень» за наличный расчет в размере 670 000 рублей автомобиль Фольксваген Поло, в страховой полис на который, как уже указывалось, включены, наряду с ФИО3, ФИО2 и ФИО4

То есть автомобиль был приобретен, в том числе и за счет денежных средств полученных от реализации автомобиля ФИО6

Коллегия суда также поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что ФИО4 не составило бы затруднения представить определенную совокупность доказательств, неопровержимо свидетельствующих о наличии у него по состоянию на 10.01.2018 наличных денежных средств в размере 950 000 рублей (сведения о движении средств по расчетному счету ответчика, показания свидетелей – работодателей, в пользу которых им выполнялись работы и проч.).

Вопреки приведенным процессуальным требованиям ответчик ограничился лишь предоставлением патентов на осуществление трудовой деятельности и устными пояснениями о том, что его заработок и накопления позволяли предоставить в займ ФИО2 указанную денежную сумму.

Суд первой инстанции принял во внимание, что уровень дохода ФИО4  (по данным налогового органа) не позволял совершить сделку на данных условиях.

Так, доход ФИО4 в 2018 году составил 145 000 рублей,  в 2019 году – 145 000 рублей, что, очевидно, недостаточно для представления займа в размере 950 000 рублей.

Наряду с этим, сам должник не детализировал обстоятельства привлечения заемных средств, а равно их дальнейшего расходования.

Суд отклоняет доводы изложенные в апелляционной жалобе о погашении должником  иных кредитных обязательства, к представленным сведениям о погашении ФИО2 кредитных обязательств в публичном акционерном обществе «Уралсиб» 20.04.2018 на сумму              489 323,18 рублей, 25.05.2018 на сумму 495 168,20 рублей именно за счет полученных от ответчика средств, коллегия суда относится критически, во-первых, ввиду наличия значительного календарного разрыва между датой подписания договора займа и датами погашения кредитных обязательств, а, во вторых, по причине того, что указанное погашение совпадает с получением должником кредита в публичном акционерном обществе «Промсвязьбанк» (договор от 07.05.2018 №709064554).

В отсутствие доказательств обратного, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что подписанию ФИО2 и ФИО4 соглашения об отступном не предшествовало какое-либо встречное предоставление со стороны последнего.

Суд отклоняет доводы о платежеспособности  ФИО3,  анализ движения средств по расчетному счету ФИО3 свидетельствует о том, что фактически за счет средств от продажи автомобиля ХОНДА CR-V, VIN 

<

***>, ответчик приобрел в свою собственность автомобиль Фольксваген Поло.

Представленные суду документы о реализации им в марте 2019 года жилого помещения названные выводы не опровергают, поскольку остаток средств на счете ФИО3 по состоянию на 03.08.2019 составлял 62,88 рублей.

Сведения о накоплении ФИО3 средств в наличной форме документально не подтверждены, тогда как налоговые декларации сами по себе о наличии дохода, позволяющего совершить эту покупку, не указывают.  Так,  в 2018 году доход ФИО3 составил  около 400 000 рублей, в 2019 году  459 686 рублей, что недостаточно для приобретения автомобиля.

Более того, суд отмечает, что разумное обоснование того, по какой причине средства не перечислены ФИО6 сразу на счет ФИО4, а также обстоятельства их дальнейшего расходования суду не раскрыты.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

При изложенных обстоятельствах в условиях установленной судом заинтересованности ФИО2, ФИО3 и ФИО4 коллегия суда поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что подписание соглашения об отступном фактическим являлось завуалированным выводом активов должника в пользу близкого родственника, который в порядке распоряжения данным имуществом реализовал его и выручил 970 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание,  разъяснения, содержащиеся в абзаце третьем пункте 16 Постановления № 63, в пункте 37 - 39 Постановления № 10/22, суд учитывает, наличие аффилированности  между ответчиками, совершение сделки в отсутствие финансовой возможности по ее оплате  в условиях недобросовестности сторон, в отсутствие доказательств подтверждающих фактическое исполнение сделок, суд вынес правильный и обоснованный судебный акт.

Таким образом, в рамках настоящего спора судом первой инстанции, верно  установлены основания для признания оспариваемой сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: оспариваемая сделка совершена при наличии признаков неплатежеспособности должника, без встречного предоставления со стороны контрагента (обратного из материалов дела не следует) с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника (выбытие автомобиля из имущественной сферы должника). При этом осведомленность ФИО4 о цели причинения вреда предполагается, поскольку ответчиком безвозмездно получен актив должника, и не опровергнута.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Кроме этого, в соответствии с правовой позицией, закрепленной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678, в ситуации неправомерного завладения чужим имуществом по недействительной прикрываемой сделке с использованием ничтожных притворных сделок купли-продажи, у стороны, утратившей имущество, возникает реституционное требование к другой стороне прикрываемой сделки - бенефициару (статья 167 ГК РФ). Однако это не является препятствием для признания за потерпевшим права требовать возмещения имущественного вреда, возникшего вследствие противоправного вывода активов, от лиц, участвующих в заведомо незаконной схеме, в результате умышленных противоправных действий которых был утрачен контроль над имуществом (чьи действия были направлены на умышленное создание необходимых объективных условий для совершения недействительной прикрываемой сделки) - статья 1064 ГК РФ. Хотя основания этих требований различны, они преследуют единую цель возместить в полном объеме (статья 15 ГК РФ) убытки продавца, поэтому обязательства приобретателя (бенефициара – стороны недействительной прикрываемой сделки) и причинителя вреда (лица, участвующего в выводе активов через подписание притворных договоров) являются солидарными (статья 1080 ГК РФ), что также позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения на стороне пострадавшего.

Таким образом, обязанность возвратить в конкурсную массу 970 000 рублей суд  верно признал солидарной ФИО3 и ФИО4

В рассматриваемом случае судом апелляционной инстанции было установлено соучастие ответчиков  в совершении действий, приведших к выбытию имущества.

Арбитражный суд первой инстанции обоснованно применил последствия недействительности сделок. 

            Примененные меры направлены на восстановление сторон в первоначальное положение и устранение неблагоприятных для должника последствий совершения цепочки сделок. 

В связи с данным обстоятельством у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в соответствующей части (пункт 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в связи с отказом в ее удовлетворении относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 14.12.2020 по делу №А70-22643/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

 

В.А. Зюков

 

 

Судьи

 

О.Ю. Брежнева

 

О.В. Дубок