Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, https://fasvso.arbitr.ru тел./факс 

<

***>, 210-172 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 Ф02-2014/2025

Дело № А19-17423/2024

02 июля 2025 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 02 июля 2025 года.  

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе: председательствующего Шелёминой М.М.,  

судей: Курочкиной И.А., Рудых А.И., 

при ведении протокола судебного заседания с использованием систем веб- конференции помощником судьи Манзановой Н.Ю.,  

при участии в судебном заседании с использованием систем веб-конференции представителя общества с ограниченной ответственностью «НикоФарм» ФИО1 (доверенность от 09.01.2025 № 01-Н, диплом, паспорт),  

при участии в судебном заседании в Арбитражном суде Восточно-Сибирского округа представителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области ФИО2 (доверенность от 07.03.2025, диплом),  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НикоФарм» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 11 февраля 2025 года по делу № А19-17423/2024, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 23 апреля 2025 года по тому же делу,  

установил:

общество с ограниченной ответственностью «НикоФарм» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Пермь; далее – ООО «НикоФарм», Общество) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании незаконным решения от 09.07.2024 Управления Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (далее – Иркутское УФАС России, Управление, антимонопольный орган).  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Иркутский областной центр по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями» (далее – ГБЗУ «ИОЦ СПИД», Учреждение), Министерство по регулированию контрактной системы в сфере закупок Иркутской области (далее – Министерство), ФИО3 (далее – ФИО3).  

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 11 февраля 2025 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 23 апреля 2025 года, в удовлетворении заявленного требования отказано.  

ООО «НикоФарм» обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить принятые по делу судебные акты по мотивам неправильного применения судами пунктов 3, 4, 6, 9, 10 Правил государственной регистрации медицинских изделий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2012 № 1416 (далее – Правила № 1416), Правил ведения государственного реестра медицинских изделий и организаций (индивидуальных предпринимателей), осуществляющих производство и изготовление медицинских изделий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2021 № 1650 (далее – Правила № 1650), Требований к содержанию технической и эксплуатационной документации производителя (изготовителя) медицинского изделия, утвержденных приказом Минздрава России от 19.01.2017 № 11н (далее – Приказ № 11н), статьи 33 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), нарушения норм процессуального права, несоответствия выводов судов фактическим обстоятельствам дела, принять новый судебный акт.  

По мнению заявителя кассационной жалобы, сведения о совместимости/несовместимости оборудования с расходными материалами должны содержаться в эксплуатационной документации, являющейся официальным документом, содержащейся в регистрационном досье медицинского изделия и размещенной в государственном реестре медицинских изделий; если эксплуатационная документация не содержит ограничений по эксплуатации оборудования, заявления производителя об обратном являются нелегитимными; суды не дали оценку противоречиям требований аукционной документации нормативному регулированию порядка установления совместимости/несовместимости расходных материалов с оборудованием заказчика; из размещенной на сайте Росздравнадзора эксплуатационной документации  

автоматизированного комплекса для дозирования и выделения нуклеиновых кислот «RbMag» не следует, что он совместим с расходными материалами исключительно производства «RbMag»; производителю оборудования законом не предоставлено право в свободной форме по своему усмотрению устанавливать такую специфику, в том числе договором аренды; Обществом в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о совместимости расходных материалов АО «Перинт» с автоматизированным комплексом для дозирования и выделения нуклеиновых кислот «RbMag», которым судами не дана соответствующая оценка; суды также не установили, расходные материалы каких производителей были указаны в заявках иных участников аукциона; включение в документацию оспариваемого пункта направлено на поставку расходных материалов исключительно АО «Вектор-Бест», что является нарушением положений статьи 33 Закона № 44-ФЗ.  

В отзывах на кассационную жалобу Иркутское УФАС России и Министерство считают ее доводы несостоятельными, судебные акты – законными и обоснованными.  

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru); третьи лица своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем кассационная жалоба на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается в их отсутствие.  

Представители ООО «НикоФарм» и Иркутского УФАС России в судебном заседании подтвердили доводы, изложенные, соответственно, в кассационной жалобе и отзыве на нее.  

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и, исходя из доводов, содержащихся в  

кассационной жалобе и возражениях на нее, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, 20.06.2024 в Единой информационной системе в сфере закупок размещено извещение № 0134200000124003843 о проведении электронного аукциона для закупки «Поставка изделий медицинского назначения: расходных лабораторных материалов для комплексов автоматизированного для дозирования и выделения нуклеиновых кислот «RbMag», Tecan FreedomEvo 150/8, имеющихся у заказчика». Начальная (максимальная) цена контракта составила 1 231 265 рублей 34 копеек.  

Согласно приложению к извещению № 0134200000124003843 о проведении электронного аукциона «Часть 2. Наименование и описание объекта закупки (техническое задание)», в числе требований к качеству товара указано следующее: «В связи с тем, что комплекс автоматизированный для дозирования и выделения нуклеиновых кислот «RbMag» находится у Заказчика в аренде, и в соответствии с п. 5.3.7 договора на аренду оборудования № КС-45/ПЦР-24 в обязанности арендатора входит обязанность «Использовать исключительно те расходные материалы, которые имеют документально подтвержденную производителем оборудования совместимость с данным оборудованием», при поставке товара заказчик проверяет наличие документов, подтверждающих совместимость расходных материалов и оборудования, заверенных производителем оборудования».  

ООО «НикоФарм» обратилось в Иркутское УФАС России с жалобой на указанное положение извещения, указывая на то, что установленные в извещении требования влекут ограничение конкуренции.  

Антимонопольный орган с учетом указанного условия договора аренды медицинского оборудования, заключенного между заказчиком и производителем оборудования АО «Вектор-Бест», а также условия пункта 6.3 договора об ответственности арендатора за дефекты оборудования, которые являются следствием неправильного использования, халатности, внесения изменений, неправильного обращения или несанкционированных действий со стороны любого лица, которое имеет доступ к использованию оборудования; письма Росздравнадзора о том, что возможность эксплуатации медицинского оборудования одного производителя совместно с принадлежностями другого производителя определяется производителем медицинского оборудования; принимая во внимание пояснения заказчика, пришел к выводу, что в извещении о проведении закупки заказчиком установлены требования с учетом его потребностей.  

Решением Иркутского УФАС России от 11.07.2024 № 038/4115/24 жалоба Общества признана необоснованной.  

 ООО «НикоФарм» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с указанным заявлением.  

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходили из того, что оспариваемый ненормативный правовой акт не противоречит требованиям действующего законодательства и не нарушает права и законные интересы заявителя.  

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа считает обжалуемые судебные акты не подлежащими отмене, а кассационную жалобу – удовлетворению в силу следующего.  

В соответствии с частью 1 статьи 49 Закона № 44-ФЗ электронный аукцион начинается с размещения в единой информационной системе извещения об осуществлении закупки.  

Извещение об осуществлении закупки, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, должно содержать описание объекта закупки в соответствии со статьей 33 настоящего Федерального закона (пункт 1 части 2 статьи 42 Закона № 44-ФЗ).  

Частью 1 статьи 33 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что в описании объекта закупки указываются функциональные, технические и качественные характеристики, эксплуатационные характеристики объекта закупки (при необходимости). В описание объекта закупки не должны включаться требования или указания в отношении товарных знаков, знаков обслуживания, фирменных наименований, патентов, полезных моделей, промышленных образцов, наименование страны происхождения товара, требования к товарам, информации, работам, услугам при условии, что такие требования или указания влекут за собой ограничение количества участников закупки.  

Описание объекта закупки в соответствии с требованиями, указанными в части 1 настоящей статьи, должно содержать показатели, позволяющие определить соответствие закупаемых товара, работы, услуги установленным заказчиком требованиям (часть 2 статьи 33 Закона № 44-ФЗ).  

По результатам исследования и оценки в порядке, предусмотренном главой 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленных доказательств и доводов сторон суды установили, что описание объекта закупки, содержащее требование о том, что при поставке товара заказчик проверяет наличие документов, подтверждающих совместимость расходных материалов и оборудования, заверенных производителем оборудования, сформировано заказчиком с учетом  

требований заключенного с производителем договора аренды оборудования, для которого заказчиком осуществляется закупка расходных материалов, и исходя из потребностей заказчика.  

Доводы заявителя кассационной жалобы, оспаривающие данный вывод судов, со ссылкой на Правила № 1416, Правила 1650, Приказ № 11н о том, что сведения о совместимости/несовместимости оборудования с расходными материалами должны содержаться в эксплуатационной документации, подлежат отклонению, как несостоятельные.  

Согласно статье 6 Закона № 44-ФЗ контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок.  

Государственные органы, органы управления государственными внебюджетными фондами, муниципальные органы, казенные учреждения, иные юридические лица в случаях, установленных настоящим Федеральным законом, при планировании и осуществлении закупок должны исходить из необходимости достижения заданных результатов обеспечения государственных и муниципальных нужд (часть 1 статьи 12 Закона № 44-ФЗ).  

Определенный статьей 8 Закона № 44-ФЗ принцип обеспечения конкуренции (создания равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок), равно как и корреспондирующие этому принципу специальные положения Закона о контрактной системе, устанавливающие запрет на ограничение количества участников закупочных процедур (доступа к участию в этих процедурах), должны применяться таким образом, чтобы контрактная система способствовала удовлетворению государственных (муниципальных) нужд, обеспечивала экономность и результативность соответствующих бюджетных ассигнований и не приводила к созданию условий для длительного неудовлетворения государственных (муниципальных) нужд, ущемлению прав и законных интересов граждан - жителей соответствующих публично-правовых образований, в интересах которых осуществляются расходы бюджетов.  

Механизм защиты прав участников закупки в административном порядке путем рассмотрения их жалоб контрольным органом в сфере закупок, установленный главой 6 Закона о контрактной системе, в соответствии с пунктом 2 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) должен применяться в  

случаях действительных, а не мнимых нарушений прав и законных интересов участников закупки и не должен создавать предпосылки для нарушения вышеуказанных публичных интересов (пункт 33 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2020).  

Исходя из положений статьи 33 Закона № 44-ФЗ, заказчики при описании объекта закупки должны таким образом определить требования к закупаемым товарам, работам, услугам, чтобы, с одной стороны, повысить шансы на приобретение товара именно с такими характеристиками, которые ему необходимы, а с другой стороны - не ограничить количество участников закупки.  

В пункте 1 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, разъяснено, что по общему правилу указание заказчиком в аукционной документации особых характеристик товара, которые отвечают его потребностям и необходимы заказчику с учетом специфики использования такого товара, не может рассматриваться как ограничение круга потенциальных участников закупки.  

Специфика каждой закупки определяет необходимые требования к товару, работам, услугам, в связи с чем правомочие на их установление законодательством Российской Федерации о контрактной системе предоставлено заказчику.  

По смыслу статьи 33 Закона о контрактной системе характеристики объекта закупки устанавливаются заказчиком, исходя из цели заключения государственного (муниципального) контракта и соответствующих, определенных с учетом данных целей, потребностей заказчика. Заказчик вправе включить в документацию о проведении закупки такие характеристики товара, которые отвечают именно его потребностям.  

В рассматриваемом случае суды установили, что между ГБУЗ «ИОЦ СПИД» (арендатор) и производителем медицинского оборудования АО «Вектор-Бест» (арендодатель) 08.04.2024 заключен договор аренды оборудования – комплекса автоматизированного для дозирования и выделения нуклеиновых кислот «RbMag».  

Согласно пункту 5.3.7 договора арендатор обязан использовать исключительно те расходные материалы, которые имеют документально подтвержденную производителем оборудования совместимость с данным оборудованием.  

В соответствии с пунктом 6.3 договора аренды, арендатор (заказчик) несет ответственность перед арендодателем за дефекты оборудования, которые являются  

следствием неправильного использования, халатности, внесения изменений, неправильного обращения или несанкционированных действий со стороны любого лица, которое имеет доступ к использованию оборудования. В случае обнаружения у оборудования таких дефектов арендатор обязан возместить арендодателю стоимость работ, необходимых для устранения дефекта, а если устранить такой дефект невозможно, и оборудование стало непригодным для использования, арендатор оплачивает стоимость оборудования на дату заключения договора, указанную в Приложении № 1 настоящего договора, за вычетом естественного износа оборудования.  

Антимонопольный орган и суды приняли во внимание требования Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», определяющего одним из основных принципов приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи и пояснения Учреждения о том, что включение в извещение спорного требования обусловлено условиями договора аренды медицинского оборудования; а также об использовании медицинского оборудования для диагностики социально значимых заболеваний (ВИЧ-инфекций и парентеральные гепатиты) и необходимости в связи с этим качественной работы автоматизированного комплекса и адекватности, объективности полученных результатов исследований; рекомендации производителя оборудования использовать исключительно расходные материалы, имеющие документально подтвержденную производителем оборудования совместимость с данным оборудованием гарантируют качественную работу автоматизированного комплекса и адекватность, объективность полученных результатов исследований. Использование несоответствующего расходного материала влияет на результаты исследования при ВИЧ - инфекции (например, несвоевременное выявление социально значимых инфекций, назначение не эффективной схемы антиретровирусной терапии). Кроме того, с учетом пункта 6.3 договора Учреждение несет риски экономического характера.  

Суды правильно отметили, что само по себе отсутствие у лиц, заинтересованных в заключении контракта, возможности поставить товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий потребностям заказчика, не свидетельствует о нарушении заказчиком прав этих лиц, а также об ограничении заказчиком числа участников закупки.  

Доводы Общества о представлении им доказательств, свидетельствующих о совместимости расходных материалов АО «Перинт» с автоматизированным комплексом для дозирования и выделения нуклеиновых кислот «RbMag», которым судами не дана соответствующая оценка; о том, что суды не установили, расходные материалы каких производителей были указаны в заявках иных участников аукциона, не имеют правового  

значения, поскольку предметом жалобы Общества являлись положения извещения о проведения закупки.  

Таким образом, поскольку антимонопольный орган доказал соответствие закону оспариваемого решения, а заявитель не представил доказательства нарушения этим решением его прав и законных интересов, суды, исследовав и оценив в порядке статей 71, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства и доводы лиц, участвующих в деле, в соответствии с требованиями части 3 статьи 201 названного Кодекса правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.  

Неправильного применения норм материального права или нарушения норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов, в том числе тех, на которые имеется ссылка в кассационной жалобе, не установлено.  

Выводы судов основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Поэтому у суда кассационной инстанции, учитывая предусмотренные статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пределы его компетенции, отсутствуют правовые основания для переоценки названных выводов судов и учета доводов кассационной жалобы, направленных на переоценку установленных судами фактических обстоятельств.  

При таких условиях Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не находит предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых судебных актов, в связи с чем решение Арбитражного суда Иркутской области и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда в силу пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».  

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.  

Руководствуясь статьями 274, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 11 февраля 2025 года по делу № А19-17423/2024, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 23 апреля 2025 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий М.М. Шелёмина  

Судьи И.А. Курочкина  

 А.И. Рудых