﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4537/19 

Екатеринбург

18 января 2021 г.

 

Дело № А60-63167/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 января 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Новиковой О.Н., Артемьевой Н.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Тупицына Александра Сергеевича (далее – ответчик) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 21.08.2020 по делу № А60-63167/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Тупицына А.С. – Муравьев А.Л. (доверенность от 08.11.2019);

Стихиной Анны Львовны – Невгад А.В. (доверенность от 13.10.2020).

В Арбитражный суд Свердловской области 21.11.2017 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Фулл-сервис» о признании общества с ограниченной ответственностью «Желдоркомплекс плюс» (далее – общество «Желдоркомплекс плюс», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 24.11.2017 принято к производству суда, возбуждено производство по настоящему делу.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2017 общество «Желдоркомплекс плюс» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Ростунов Александр Владимирович.

В арбитражный суд 10.10.2019 поступило заявление конкурсного управляющего, о привлечении Тупицына А.С. и Стихиной А.Л. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании солидарно в пользу должника денежных средств в сумме 36 698 080 руб. (с учетом уточнения требований от 07.07.2020, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.08.2020 признано доказанным наличие оснований для привлечения Тупицына А.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении Стихиной А.Л. к субсидиарной ответственности отказано; производство по рассмотрению заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2020 определение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Тупицын А.С. просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что основанием для привлечения контролирующих должника лиц послужили две сделки, которые, по мнению конкурсного управляющего Ростунова А.В., находятся в причинно-следственной связи с возникновением признаков неплатежеспособности, а именно: договор управления с индивидуальным предпринимателем Тупицыным А.С., а также договор оказания услуг по перемещению и дислокации вагонов локомотивов, повлекший взыскание с должника в пользу открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (далее – общество «РЖД») неосновательного обогащения; заявление о привлечении к субсидиарной ответственности не содержит ни претензий о непередаче документов, ни объяснений, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства. Суды, определяя наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, указали, что Тупицын А.С. не передал конкурсному управляющему документы бухгалтерского учета, применив презумпцию, установленную подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), иных оснований привлечения к субсидиарной ответственности судебные акты не содержат; однако при рассмотрении дела конкурсный управляющий не обращался с требованиями о понуждении к передаче документации и имущества, а также не ссылался на отсутствие документов, которое затруднило бы проведение процедур банкротства. Кроме того, по мнению заявителя кассационной жалобы, был нарушен принцип состязательности, поскольку судом первой инстанции не предлагалось представить доказательства передачи документов, в суде апелляционной инстанции было предложено представить соответствующие акты, однако поскольку состоялось одно судебное заседание и заблаговременно такое предложение не раскрыто, представитель ответчика данные документы не смог представить, хотя бухгалтерская ответственность была передана по реестрам от 27.12.2017 и 28.12.2017. Заявитель кассационной жалобы также указывает, что судебные акты основаны на результатах анализа финансового состояния, который не был предметом какой-либо проверки, при этом содержит ошибки и неточные расчеты, не соответствующие исходным данным; суды ссылаются на сокрытие ответчиком документов и сведений, не раскрывая, какие конкретно факты были скрыты ответчиком; не заявлены такие факты и конкурсным управляющим. Заявитель кассационной жалобы отмечает, что причиной банкротства должника послужили сделки с обществами «РЖД» и «Р-Строительно-монтажный поезд», законом предусмотрена возможность возмещения контролирующим должника лицом убытков, однако справедливым является разрешение судом вопроса о его виновных действиях по каждой сделке. 

В отзыве на кассационную жалобу Стихина А.Л. просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В силу статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права, установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц общество «Желдоркомплекс плюс» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.03.2008; участниками общества являются Тупицын А.С., Стихина А.Л.; до 05.12.2017 функции единоличного исполнительного органа осуществлял Тупицын А.С., после 05.12.2017 указанное лицо выступало в качестве ликвидатора.

Конкурсный управляющий обществом «Желдоркомплекс плюс» Ростунов А.В. обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника Тупицына А.С. и участника должника Стихиной А.Л. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с них солидарно 36 698 080 руб.

В качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности указано совершение сделок, в результате которых должнику и имущественным интересам кредиторов был причинен существенный вред, в том числе заключение договора оказания услуг с предпринимателем Тупицыным А.С., во исполнение которого должником в период с 2014 года по 2017 год были перечислены денежные средства в сумме 21 720 680 руб., а также заключение со Стихиной А.Л. договора купли-продажи автомашины Hyundai, который был признан недействительным определением суда от 03.07.2019.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения Тупицына А.С. как контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, исходя из того, что между должником и ответчиком был заключен договор управления на условиях, не соответствующим рыночным, и не имевший экономической выгоды для должника, а также исходя из того, что ответчиком не были предоставлены конкурсному управляющему сведения о наличии просроченной кредиторской задолженности, ее структуре и периоде ее возникновения, перечень сведений о структурных подразделениях, схемы структуры управления предприятием (в частности, наличии каких-либо иных управленческих должностей, помимо самого управляющего обществом – ИП Тупицына А.С.), его подразделениях; характеристики системы документооборота, внутреннего контроля, страхования, организационной и производственной структур, данных о доле компании на рынке и т.д., на что было указано в анализе финансового состояния, подобное поведение Тупицына А.С. признано противоправным и позволило применять в отношении него предусмотренную пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпцию возникновения у общества «Желдоркомплекс плюс» признаков неплатежеспособности по вине контролирующего лица.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, признал их законными и обоснованными.

Суд округа не усматривает оснований для отмены судебных актов, исходя из следующего.

Одним из оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности судами указана непередача бывшим руководителем должника документов, относящихся к деятельности должника.

Привлечение к субсидиарной ответственности – это мера ответственности руководителя за действия, повлекшие невозможность сформировать конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения требований кредиторов должника.

Следовательно, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности, если непередача документов явилась препятствием для формирования конкурсной массы должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в частности тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему достоверной документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве содержится презумпция о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Иными словами, в случае отказа в передачи документации или представлении документов о финансово-хозяйственной деятельности с искаженной информацией у судьи возникает обоснованное предположение, что имеются обстоятельства, которые бывший руководитель намеревается скрыть. Кроме того, как правило, вследствие совершения таких действий оказывается затруднено проведение процедуры, например оспаривание сделок, взыскание дебиторской задолженности.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства судебной практикой понимается невозможность определения основных активов должника и их идентификации, невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – постановление № 53).

Вместе с тем, исходя из приведенных положений закона и соответствующих разъяснений, в рассматриваемом случае выводы судов о наличии оснований для привлечения Тупицына А.С. к субсидиарной ответственности по указанному основанию нельзя признать достаточно обоснованными.

Признавая наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документов, суды первой и апелляционной инстанций не установили, как именно отсутствие у конкурсного управляющего сведений о наличии просроченной кредиторской задолженности, ее структуре и периоде ее возникновения (при том, что соответствующие требования включены в реестр требований кредиторов должника), сведений о структурных подразделениях, схемы структуры управления предприятием (наличие каких-либо иных управленческих должностей, помимо самого управляющего обществом – предпринимателя Тупицына А.С.), его подразделениях; характеристики системы документооборота, внутреннего контроля, страхования, организационной и производственной структур, данных о доле компании на рынке (на что было указано в анализе финансового состояния) – повлияла или могла повлиять на формирование конкурсной массы, при том, что в соответствии с данным анализом основные средства конкурсному управляющему были переданы, сведения о совершенных должником сделках в документе отражены, данные по дебиторской задолженности имеются.

Из пояснений конкурсного управляющего, изложенных в финансовом анализе и заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, и судебных актов невозможно установить, в чем выразился существенный характер отсутствия указанных выше сведений с точки зрения защиты прав кредиторов на удовлетворение своих требований и в чем прослеживается причинно-следственная связь нарушения с доведением предприятия до банкротства.

Кроме того, из электронной карточки дела о банкротстве общества «Желдоркомплекс плюс» не следует, что конкурсный управляющий Ростунов А.В. обращался к бывшему руководителю должника с требованием о передаче документации.

Исходя из изложенного, выводы судов о наличии оснований для привлечения Тупицына А.С. к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника нельзя признать достаточно обоснованными.

Вместе с тем, в качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим должником заявлено также совершение сделок, в результате которых был причинен существенный вред правам кредиторов (с учетом уточнения, представленного в суд 07.07.2020).

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей в спорный период, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если вред имущественным правам кредиторов причинен в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Судами установлено, что должником был заключен договор управления от 14.01.2014 № 2 с предпринимателем Тупицыным А.С., на основании которого должником в период с 2014 года по 2017 год ответчику были перечислены денежные средства в сумме 21 720 685 руб. 52 коп.

Исходя из того, что фактически средняя заработная плата сотрудников должника составляла от 12 000 руб. до 40 000 руб. в месяц, в то время как среднемесячное вознаграждение ответчика составило 452 500 руб., проанализировав условия совершенной сделки, объем оказываемых предпринимателем Тупицыным А.С. услуг, суды пришли к выводу, что договор был заключен на условиях, не соответствующим рыночным, а заключение договора не несло экономической выгоды для должника.

При этом из общедоступных материалов, размещенных в «Картотеке арбитражных дел», следует, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на сумму более 23 млн. руб., в том числе общества «Фулл-сервис» в сумме 1 120 000 руб. (решение от 26.12.2017 о признании должника банкротом), Банка ВТБ в сумме 250 217 руб. 19 коп. (определение от 22.03.2018), общества «РЖД» в сумме 21 013 321 руб. 92 коп. (определение от 11.04.2017), Соколова Михаила Игоревича в сумме 513 876 руб. (определение от 17.04.2018), уполномоченного органа в сумме 1 001 317 руб. 58 коп. (определение от 01.06.2018).

Суды первой и апелляционной инстанций, принимая во внимание вышеуказанную совокупность действий контролирующего должника лица, учитывая отсутствие разумных пояснений относительно обстоятельств и оснований установления соответствующих условий, определяющих уровень вознаграждения руководителя по договору от 14.01.2014 № 2, исходя из того, что в результате данной сделки из имущественной массы общества «Желдоркомплекс плюс» выбыли денежные средства, за счет которых должником могли быть удовлетворены требования кредиторов, пришли к выводу о наличии достаточных оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в связи с совершением сделки, причинившей существенный вред имущественным правам кредиторов.

При этом, руководствуясь положениями пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, учитывая, что на момент рассмотрения данного обособленного спора конкурсная масса еще не сформирована, расчеты с кредиторами не осуществлены, суды приостановили производство по вопросу об определении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, удовлетворяя требования управляющего в данной части, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия обстоятельств, являющихся основанием для привлечения Тупицына А.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что выводы судов о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по указанному основанию сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела; выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам обособленного спора и имеющимся в деле доказательствам.

Доводы заявителя кассационной жалобы об отсутствии оснований для привлечения к ответственности за непередачу документов не опровергают выводов судов о наличии в материалах дела доказательств, подтверждающих достаточную совокупность условий, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за совершение им от имени должника сделки, причинившей существенный вред имущественным правам кредиторов, в связи с чем не являются основанием для изменения или отмены принятых по делу судебных актов.

При этом суд округа считает необходимым отметить, что обстоятельства, связанные с определением соразмерного уровня вознаграждения руководителя, подлежат рассмотрению при установлении размера ответственности Тупицына А.С., применительно к положениям пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Процессуальных нарушений, являющихся в силу норм части 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судами при рассмотрении настоящего дела также не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 21.08.2020 по делу № А60-63167/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Тупицына Александра Сергеевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Новикова 

 

                                                                                              Н.А. Артемьева