ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

 

02.08.2018

             Дело № А40-208534/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 30.07.2018

Полный текст постановления изготовлен 02.08.2018

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего-судьи Дунаевой Н.Ю.,

судей Денисовой Н.Д., Нечаева С.В., 

при участии в заседании:

от ООО «ФАРМАЦЕВТИЧЕСКОЕ БЮРО» – ФИО1 доверен. от 09.01.2018, ФИО2 доверен. от 05.07.2018

от ФИО3 – лично, паспорт, ФИО4 доверен. от 20.11.2017 р-3-4268

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ООО «ФАРМАЦЕВТИЧЕСКОЕ БЮРО»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда,

от 19 апреля 2018 года

принятое судьями Ким Е.А., Петровой О.О., Лялиной Т.А.,

по иску ООО «ФАРМАЦЕВТИЧЕСКОЕ БЮРО»

к ФИО3

о взыскании убытков 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО "ФАРМАЦЕВТИЧЕСКОЕ БЮРО" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ФИО3 о взыскании убытков в размере 144591305 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2018 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2018 решение Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2018 по делу N А40-208534/17 отменено, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым апелляционной инстанцией судебным актом, истец обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просит отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2018 по делу N А40-208534/17, оставить в силе решение Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2018 по делу N А40-208534/17.

В качестве оснований обоснованности жалобы заявитель ссылается на нарушение и неправильное применение норм права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам, суд пришел к неверному выводу о том, что ответчику было неизвестно об отсутствии у контрагентов возможности возврата денежных средств, судом не был установлен рыночный уровень процентов по аналогичны договорам займа, суд пришел к неверному выводу о нацеленности контрагентов на получение прибыли, суд неверно установил добросовестность ответчика и пришел к выводу, что действия ответчика не выходили за пределы обычного делового риска, суд неверно квалифицировал негативные последствия для общества, поэтому постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене.

В ходе судебного рассмотрения кассационной жалобы заявитель поддержал доводы, изложенные в жалобе, просил отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2018 по делу N А40-208534/17, оставить в силе решение Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2018 по делу N А40-208534/17.

Ответчик доводы кассационной жалобы отклонил, просил постановление суда апелляционной инстанции оставить в силе, представил отзыв.

Изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом норм материального права и соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что отсутствуют основания, предусмотренные статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения оспариваемого судебного акта, а именно:

Из материалов дела следует и установлено судом, согласно протоколу общего собрания участников общества N 7 от 11.12.2006 ФИО3 был избран на должность генерального директора ООО "ФАРМАЦЕВТИЧЕСКОЕ БЮРО" и осуществлял свои полномочия до момента их прекращения - 15.06.2015 (решение единственного участника общества от 11.06.2015).

В период осуществления полномочий генерального директора, ФИО3 от имени общества были совершены следующие сделки:

- между обществом (заимодавец) и заемщиком ООО "Эр Эм Би Си Аналитика" (новое наименование - ООО "АВС", реорганизовано путем присоединения к ООО "Мастер Лайн") заключены договоры займа N 1-21/10 от 21.04.2010, N 1-30/09 от 21.07.2009, N 1-42/09 от 23.09.2009, N 1-62/10 от 29.07.2010, N 1-68/09 от 27.11.2009, N 1-75/09 от 24.12.2009, по которым общество перечислило контрагенту в качестве займа денежную сумму в размере 33 000 000 руб.;

- между обществом (заимодавец) и заемщиком ООО "Бонурс" заключен договор займа N 1-76/09 от 30.12.2009, по которому общество перечислило контрагенту в качестве займа денежную сумму в размере 2 000 000 руб.;

- между обществом (заимодавец) и заемщиком ООО "Диендион" заключен договор займа N 1-32/09 от 17.09.2009, по которому общество перечислило контрагенту в качестве займа денежную сумму в размере 2 000 000 руб.;

- между обществом (заимодавец) и заемщиком ООО "Интермедиа" заключен договор займа N 1-10/12 от 22.02.2012, по которому общество перечислило контрагенту в качестве займа денежную сумму в размере 5 870 000 руб.;

- между обществом (заимодавец) и заемщиком - ООО "СИА Спорт" заключены договоры займа N 1-1/11 от 14.01.2011, N 1-28/11 от 06.04.2011, по которым общество перечислило контрагенту в качестве займа денежную сумму в размере 5 650 000 руб.;

- между обществом (заимодавец) и заемщиком - Общероссийская общественная организация "Федерация лапты России" заключены договоры займа N 1-114/10 от 27.12.2010 и N 1-78/09 от 30.12.2009, по которым общество перечислило контрагенту в качестве займа денежную сумму в размере 2 500 000 руб.;

- между обществом (заимодавец) и заемщиком - Чеховская местная общественная Физкультурно-спортивная организация "СК Русская лапта" заключен договор займа N 1-77/09 от 30.12.2009, по которому общество перечислило контрагенту в качестве займа денежную сумму в размере 400 000 руб.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указал, что обязательства по договорам займа в пользу общества не были исполнены, что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами о взыскании задолженности, а именно: решением Арбитражного суда города Москвы от 17.05.2016 по делу N А40-114601/2015 по иску общества к ООО "Мастер Лайн", решением Арбитражного суда города Москвы от 09.10.2015 по делу N А40-96374/2015 по иску общества к ООО "Бонурс", постановлением 9-го апелляционного арбитражного суда от 21.01.2016 по делу N А40-106258/2015 по иску общества к ООО "Диендион", решением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2015 по делу N А40-104046/2015 по иску общества к ООО "Интермедиа", решением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2015 по делу N А40-114660/2015 по иску общества к ООО "СИА Спорт". Более того, на основании совершенных ФИО3 сделок - соглашений об уступке прав требования N 1-8/12 от 02.03.2012 и N 1-45/11 от 03.08.2011 в отношении контрагента ООО "СИА Спорт" обществом как цессионарием приобретены у ЗАО "СИА Интернейшнл ЛТД" (цедент) права требования в общей сумме 38 953 709 руб. 96 коп. по договорам поставки N Л-01/13К от 27.06.2011 и N АО-1359 от 08.04.2010 в обязательствах по оплате товара, которые должником - ООО "СИА Спорт" не были исполнены надлежащим образом ни в период осуществления ФИО3 полномочий генерального директора общества, ни после прекращения его полномочий, что также подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2015 по делу N А40-114688/2015.

Кроме того, исполнительные производства по взысканию задолженностей окончены на основании п. 3 и п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", в связи с невозможностью установить местонахождение должника (его имущества) или ввиду отсутствия у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебными приставами-исполнителями допустимые законом меры по отысканию имущества должников оказались безрезультатными.

Учитывая изложенное, истец полагает, что совершенные ФИО3 от имени общества сделки с учетом их неисполнения контрагентами и невозможности принудительного взыскания задолженности в рамках исполнительного производства являются для общества убыточными (невыгодными). 

Размер имущественных потерь общества по указанным сделкам составил 144 591 305 руб., что эквивалентно сумме неисполненных в натуре обязательств по договорам займа, а именно: сумма невозвращенных обществу займов в размере 51 420 000 руб. и процентов по займу, начисленных, но не выплаченных обществу согласно условиям обязательства в размере 54 217 624 руб. 93 коп.; сумма неисполненных перед обществом обязательств по оплате товара в рамках договоров поставки в размере 38 953 709 руб. 96 коп., права требования по которым приобретены обществом в результате цессии.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности истцом состава убытков.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции исходил из отсутствия доказательств неразумности либо недобросовестности ответчика. Суд пришел к выводу о том, что выдача займов относится к обычным гражданско-правовым сделкам. Доказательств того, что ФИО3 заключал сделки с целью их неисполнения и его действия выходили за пределы обычного делового риска, суду не представлено. Доказательства того, что при заключении договоров ответчик не проявил должной осмотрительности, не проверил местонахождение контрагентов, наличие у них имущества и платежеспособность, не соответствуют материалам дела. Кроме того, суд пришел к выводу о добросовестности действий ответчика, поскольку последним предпринимались меры для принудительного взыскания задолженности - путем подачи соответствующих исков по взысканию задолженности со всех перечисленных в иске заемщиков, которые были поданы ООО "Фармацевтическое Бюро" в период до прекращения полномочий ФИО3 как генерального директора. Более того, суд установил пропуск срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. Суд указал, что положения ст. 53.1 Гражданского кодекса РФ не могли быть применены, поскольку убытки, заявленные ко взысканию, возникли в период с 2009 по 2012 гг.

Кассационная коллегия соглашается с выводами суда апелляционной инстанции по следующим основаниям:

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, перед самим юридическим лицом предусмотрена статьей 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В частности единоличный исполнительный орган, обязан возместить обществу убытки, причиненные его виновными действиями (бездействием).

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума ВАС РФ N 62 от 30.07.2013 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности о (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Согласно разъяснениям, данным в п. 2 постановления Пленума ВАС РФ N 62 от 30.07.2013 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (абз. 2 п. 1 постановления Пленума ВАС РФ N 62 от 30.07.2013).

Из материалов дела следует и установлено судом, в силу положений ст. 40 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и п. 6.7 устава ООО "Фармацевтическое Бюро" (ред. от 02.09.2010) генеральный директор без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества и распоряжается имуществом общества, руководствуясь внутренними документами общества, регулирующими порядок совершения сделок и порядок взаимодействия с хозяйственными обществами и организациями, акциями и долями которых владеет общество.

При этом, согласно п. 6.9 устава совершение крупных сделок, предусмотренных ст. 46 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", осуществляется генеральным директором и не требует решения единственного участника общества.

Таким образом, заключение вышеуказанных сделок входило в компетенцию ответчика как генерального директора общества, а выдача займов относилась к обычным гражданско-правовым сделкам.

Доказательства того, что ФИО3 заключал сделки с целью их неисполнения и его действия выходили за пределы обычного делового риска, суду не представлено.

Более того, судом установлено, что выдача рассматриваемых займов осуществлялась на условиях, не отличающихся от заключенных в данный период иных сделок - договоров займа, которые выдавались по аналогичной процентной ставке. Указанные договоры займа были заключены на возмездной основе и на непродолжительное время (до 1 года), что свидетельствует о намерении при их заключении получить вложенные денежные средства обратно. При этом,  процентная ставка по договорам займа составляла 13-15% годовых, что свидетельствует об их заключении на рыночных и возмездных условиях.

Кроме того, из пояснений ответчика следует, что денежные средства по договорам займа выдавались ООО "Фармацевтическое Бюро" не из собственных средств, а из средств, полученных от головной компании - ЗАО "СИА ИНТЕРНЕИШНЛ ЛТД". При этом, доказательств предъявления претензий со стороны ЗАО "СИА ИНТЕРНЕИШНЛ ЛТД" о погашении задолженности по договорам займа за весь период выполнения ФИО3 функций генерального директора ООО "Фармацевтическое Бюро" не представлено.

Отклоняя доводы истца о том, что при заключении договоров ответчик не проявил должной осмотрительности, не проверил их местонахождение, наличие у них имущества и платежеспособность, суд апелляционной инстанции исходил из представленных ответчиком в материалы дела документов, свидетельствующих о том, что контрагенты по сделкам являлись действующими и вели уставную деятельность. Более того, суд установил, что все заемщики входили в одну группу лиц с ЗАО "СИА ИНТЕРНЕЙШНЛ ЛТД" и ее владельцем и руководителем ФИО5, либо характер их деятельности был тесно связан с указанной компанией, стоимость активов которой превышала 50 млрд. руб.

Таким образом, наличие взаимных связей организаций позволяли не производить дополнительную проверку платежеспособности контрагентов, поскольку денежные средства основной инвестор ЗАО "СИА ИНТЕРНЕЙШНЛ ЛТД" предоставлял связанным с ним компаниям через аффилированную структуру - ООО "Фармацевтическое Бюро". 

Кроме того, суд указал что ни основной долг, ни проценты за пользование займами, ни финансовые санкции (неустойки и т.д.) ЗАО "СИА ИНТЕРНЕИШНЛ ЛТД" не требовало от истца до возврата этих средств конечными заемщиками.

Вместе с тем, задолженность ООО "Фармацевтическое Бюро" перед ЗАО "СИА ИНТЕРНЕИШНЛ ЛТД" по состоянию на 31.12.2014 составляла 1,669 млрд.руб., задолженность перед генеральным директором и основным акционером ЗАО "СИА ИНТЕРНЕИШНЛ ЛТД" ФИО5 составляла 110 млн.руб. Из акта, подписанного между ответчиком и ФИО6 следует, что сумма кредиторской задолженности ООО "Фармацевтическое Бюро" перед ЗАО "СИА ИНТЕРНЕИШНЛ ЛТД" составляла 2.4 млрд. руб. При этом, сроки возврата данной задолженности регулярно продлевались и досрочно не истребовались.

Отклоняя доводы истцом о недобросовестности действий ответчика суд исходил из того, что последним предпринимались меры для принудительного взыскания задолженности - путем подачи соответствующих исков по взысканию задолженности со всех перечисленных в иске заемщиков, которые были поданы ООО "Фармацевтическое Бюро" в период до прекращения полномочий ФИО3 как генерального директора.

Более того, ответчиком постоянно осуществлялся контроль исполнения сделок, что подтверждается регулярным предоставлением отчетности единственному участнику общества - ООО "Паспорт Рекламная группа".

Судом установлено, что единственным участником ООО "Фармацевтическое Бюро" ежегодно утверждались годовые отчеты и бухгалтерские балансы, при этом, каких-либо претензий к генеральному директору относительно исполнения им функций единоличного исполнительного органа в период осуществления им полномочий не предъявлялось.

Из материалов дела следует, что полномочия ФИО3 были прекращены на основании решения единственного участника ООО "Фармацевтическое Бюро" от 15.06.2015 в связи с расторжением трудового договора по соглашению сторон.

Доказательства того, что ФИО3 заключал сделки с целью их неисполнения и его действия выходили за пределы обычного делового риска, суду не представлено.

При этом, суд апелляционной инстанции правомерно указал на то, что постановления об окончании исполнительных производств не подтверждают принятие судебными приставами-исполнителями всех предусмотренных законодательством мер для установления места нахождения должников и их имущества.

Из материалов дела следует, что в суде первой инстанции ответчиком было заявлено о пропуске срока исковой давности.

В силу части 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно разъяснениям, данным в п. 10 постановления Пленума ВС РФ N 62 от 30.07.2013 в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора.

В силу ч. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Судом установлено, что единственный участник общества - ООО "Пасспорт Рекламная группа" ежегодно информировался о работе общества и утверждал как годовые отчеты, так и бухгалтерскую отчетность истца, в связи с чем общество должно было знать и знало о совершенных сделках.

Таким образом, течение срока исковой давности по самой поздней по дате сделке - договора с ООО "СИА Спорт" от 02.03.2012, начинается не позднее утверждения годового отчета и годовой бухгалтерской отчетности за 2012 год, т.е. с 29.03.2013 соответственно, трехлетний срок давности истек 29.03.2016. Исковое заявление подано ООО "Фармацевтическое Бюро" в суд 08.11.2017, т.е. за пределами срока исковой давности.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", положениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", статьями 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, полно и всесторонне исследованы судебной коллегией и в соответствии со статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отклонению, поскольку основаны на ошибочном толковании закона, не опровергают обстоятельств, установленных судом при рассмотрении настоящего дела, не влияют на законность обжалуемого судебного акта и не подтверждены надлежащими доказательствами.

Согласно ч. 3 ст. 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно ч. 1 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом апелляционной инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы заявителя кассационной жалобы, по которым он не согласен с оспариваемым судебным актом, направлены на переоценку обстоятельств, установленных судом апелляционной инстанции, что недопустимо при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции, исходя из положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены постановления апелляционной инстанции, предусмотренных в ч. 1 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 апреля 2018 года по делу № А40-208534/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                              Н.Ю. Дунаева

 

Судьи:                                                                                                          С.В. Нечаев 

 

                                                                                                                      Н.Д. Денисова