АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-69663/2017

30 января 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2020 года Полный текст постановления изготовлен 30 января 2020 года 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:  председательствующего-судьи Голобородько В.Я.,  

судей Зверевой Е.А., Тарасова Н.Н. при участии в заседании: от конкурсного управляющего ООО «УПТК» - ФИО1 по дов. от 08.10.2019, ФИО2 по дов. от 29.11.2019 

от конкурсного управляющего ОАО «ГлобалЭлектроСервис» - ФИО3  по дов. от 13.11.2019  

от ООО «Инвестор» - ФИО4 по дов. от 04.02.2019  от ГК АСВ (от ООО УК «Помощь») – ФИО5 по дов. № 50/3 от  

30.05.2019, по дов. № 577 от 30.05.2019 от ООО «Балтия – Сервис» - ФИО6 ген. дир., выписка из ЕГРЮЛ от 

10.01.2020  от конкурсного управляющего ООО «Стройновация» - ФИО7 по дов. от  

23.07.2019  

рассмотрев 23.01.2020 в судебном заседании кассационные жалобы ООО «ЧОО  «Витязь», конкурсного управляющего ООО «УПТК», ГК «АСВ», ООО «Балтия  Сервис»  

на постановление от 30.08.2019 Девятого арбитражного апелляционного суда 

по заявлению ООО «Инвестор» о процессуальном правопреемстве кредитора  БАНК ВТБ (ПАО) на ООО «Инвестор»  

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ОАО  «ГлобалЭлектроСервис»,  

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москва от 24.08.2018 г.  (резолютивная часть объявлена 06.08.2018) в отношении открытого  акционерного общества "ГлобалЭлектроСервис" (ОГРН: 

<

***>, ИНН:  

<

***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим  должника утвержден ФИО8, о чем опубликованы  сведения в газете "КоммерсантЪ" от 18.08.2018 N 148.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2019 г.  ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей  временного управляющего должника в деле о банкротстве акционерного  общества "ГлобалЭлектроСервис" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>).  Временным управляющим должника утвержден ФИО9  (ИНН 

<

***>, адрес для почтовых отправлений: 107140, г. Москва, а/я  72), член Ассоциации саморегулируемая организация арбитражных  управляющих Центрального федерального округа.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2019 г.  отказано в удовлетворении заявления ООО "Инвестор" о процессуальном  правопреемстве кредитора БАНК ВТБ (ПАО) на ООО "Инвестор".  

Не согласившись с вынесенным определением, ОАО  "ГлобалЭлектроСервис" и ООО "Инвестор" обратились в Девятый арбитражный  апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили  

определение Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2019 отменить и  принять по делу новый судебный акт, удовлетворив заявленные требования.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  30.08.2019 определение Арбитражного суда г. Москвы от 02 июля 2019 года  отменено, заявление ООО "Инвестор" о процессуальном правопреемстве по  требованиям кредитора третьей очереди - ПАО "Банк "ВТБ" удовлетворено:  произведена замена кредитора ПАО "Банк "ВТБ" в деле А40-69663/2017 о  несостоятельности (банкротстве) ОАО "ГлобалЭлектроСервис" его  правопреемником ООО "Инвестор":  

- в общем размере 429 954 004,00 рубля, признанное обоснованным и  включенное в реестр требований кредиторов должника определением от 14  ноября 2018 года;  

- в общем размере 8 003 312 248,10 рублей, признанное обоснованным и  включенное в реестр требований кредиторов должника определением от 05  декабря 2018 года.  

Не согласившись с постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 30.08.2019, конкурсный кредитор ООО «Частная  охранная организация «Витязь» обратилось с кассационной жалобой на  постановление, ссылаясь на то, что судом апелляционной инстанции не были  рассмотрены обстоятельства аналогичного спора, разрешенного определением  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  07.06.2019, и которым было отказано в удовлетворении заявления о  процессуальном правопреемстве.  

Также с кассационной жалобой обратился конкурсный управляющий ООО  «УПТК», просивший отменить постановление суда апелляционной инстанции,  оставить в силе определение суда первой инстанции, ссылаясь на то, что ООО  «Инвестор» является аффилированным с должником ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» лицом, в связи с чем, как полагал заявитель, целью  заявления о процессуальном правопреемстве является установление контроля  «дружественного кредитора» - ООО «Инвестор» над должником, с целью  уменьшения количества голосов дружественных кредиторов. Кроме того,  

заявитель кассационной жалобы ссылался на то, что процессуальное поведение  должника – поддержка доводов ООО «Инвестор»  

Кроме того, с кассационной жалобой обратилась государственная  корпорация «Агентство по страхованию вкладов», которая просила отменить  постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе определение  суда первой инстанции. В обоснование кассационной жалобы Агентство  ссылалось на то, что выводы суда апелляционной инстанции о том, что проверке  подлежали только обстоятельства перехода права, являются ошибочными. В  ходе рассмотрения обособленного спора установлена аффилированность ООО  «Инвестор» и ООО «ГлобалЭлектроСервис», договоры, на основании которых к  ООО «Инвестор» перешли права требования заключены за три дня до введения  процедуры наблюдения в отношении должника, наличие экономической цели  заключения сделки сторонами не подтверждено, в ходе совершения сделки ООО  «Инвестор» утратило ценный актив — акции АО «Объединённая зерновая  компания». Кроме того, ГК АСВ ссылалась на то, что со стороны ООО  «Инвестор было допущено злоупотребление правом, и подлежала применению  норма статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Также с кассационной жалобой обратилось ООО «Балтия Сервис»,  просило отменить постановление суда апелляционной инстанции, оставить в  силе определение суда первой инстанции, в виду того, что ООО «Инвестор» и  должник являются аффилированными лицами, а заявление о процессуальном  правопреемсте было подано с целью получения контроля над процедурой  банкротства должника. Заявитель полагал, что сделка, на основании которой  заявитель просит произвести процессуальное правопреемство, являлась формой  внутрикорпоративного займа, однако судом апелляционной инстанции указанное  обстоятельство не было принято во внимание.  

Таким образом, общие доводы кассаторов сводятся к тому, что в виду  установленной аффилированности ООО «Инвестор» и должника, а также  отсутствия экономической обоснованности сделки по предоставлению ООО  «Инвестор» в залог ПАО Банк ВТБ акций АО «Объединённая зерновая  компания», имело место внутрикорпоративное финансирование  

(внутрикорпоративный займ), нацеленный на получение контроля над  проведением процедуры банкротства должника, путём уменьшения количества  голосов независимых кредиторов. Указанные обстоятельства, по мнению  кассаторов, препятствуют удовлетворению заявления о процессуальном  правопреемстве, в связи с чем, постановление суда апелляционной инстанции  подлежит отмене.  

В отзыве на кассационные жалобы ОАО "ГлобалЭлектроСервис"  (должник) просил отказать в их удовлетворении. Свою позицию должник  аргументировал тем, что суд апелляционной инстанции верно определил круг  обстоятельств, подлежавших проверке в рамках рассмотрения настоящего  обособленного спора, а именно обстоятельств перехода права, при этом ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» возражало против доводов о том, что требование  подлежит рассмотрению по существу, поскольку материально-правовое  основание перешедшего требования уже было установлено ранее, в ходе  рассмотрения обоснованности требований ПАО Банк ВТБ о включении в реестр  требований кредиторов должника. Также должник ссылался на то, что  возможность процессуального правопреемства прямо предусмотрена нормами  федерального законодательства и судебной практикой (п. 55, 56 Постановления  Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешений  споров, связанных с поручительством»). Должник полагал, что судом  апелляционной инстанции обоснованно не приняты доводы о  внутрикорпоративном характере спорных взаимоотношений, поскольку в  результате сделки, которую фактически оспаривают кассаторы, должник не  получил имущества, а существовавшее в реестре кредиторов права перешло в  том объёме, в котором оно было закреплено в реестре. Кроме того, должник  полагал, что у ООО «УПТК» отсутствуют права на обжалование судебных актов,  так как ООО «УПТК» является дочерним предприятием должника, а доводы о  том, что в рамках дела о банкротстве ООО «Стройновация» было отказано в  удовлетворении аналогичного заявления о процессуальном правопреемстве,  подлежат отклонению, поскольку указанное производство имеет отличную  временную историю, в частности, применительно к дате возбуждения процедуры  

банкротства часть требований ПАО Банк ВТБ является текущими.  

В отзыве на кассационные жалобы ООО «Инвестор» просило отказать в  их удовлетворении, оставить в силе постановление суда апелляционной  инстанции, ссылаясь на отсутствие корпоративного характера в спорных  правоотношениях, а также на то, что удовлетворение заявления о  процессуальном правопреемстве не наносит вреда имущественным правам и  интересам кредиторов, не имеет противоправных целей.  

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) информация о времени и месте  судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.  

Представители ГК АСВ, ООО «Балтия - Сервис», конкурсного  управляющего «УПТК» в судебном заседании поддержали доводы кассационных  жалоб. Конкурсный управляющий должника также поддержал позицию  кассаторов.  

Представители ООО «Инвестор» в судебном заседании возражали против  удовлетворения кассационных жалоб.  

Кассационные жалобы рассмотрены в порядке ст. 284 АПК РФ в  отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежаще.  

Проверив в порядке ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судами  первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального  права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемом судебном  акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, заслушав представителей лиц, участвующих в рассмотрении  дела, судебная коллегия считает, что постановление суда апелляционной  инстанции и определение суда первой инстанции подлежат отмене, с  направлением настоящего обособленного спора на новое рассмотрение по  следующим мотивам.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, определениями  суда от 27.12.2018 и от 18.01.2019 признаны обоснованными и включены в  

реестр требований кредиторов ОАО «ГлобалЭлектроСервис» требования ПАО  Банк ВТБ в размерах, соответственно, 429 954 004, 03 руб., 8 003 312 248, 10 руб.  и 456 994 680, 94 руб. на основании заключенных между  правопредшественником ПАО Банк ВТБ и должником кредитных договоров от  29.03.2013 № 38-177/15/51-13-КP, от 31.05.2013 № 38-177/15/74-13-КР, от  09.06.2014 № 79-1006/15/1126-14-КР, от 05.08.2014 № 79-1006/15/1162-14-КР;  соглашении о предоставлении банковских гарантий от 31.07.2013 № 74- 192/16/390-13-ГА и выданных на основании данного соглашения гарантиях от  26.12.2013 № 78-1003/16/390/42-13-ГА, от 11.02.2014 № 78-1003/16/390/47-14-ГА,  от 28.03.2014 № 78-1003/16/390/58-13-ГА, от 01.09.2014 № 14GA/27/390C0375,  от 08.09.2014 № 14GA/27/390C0415, от 25.09.2014 № 14GA/27/390C03651, от  28.01.2016 № 15GA/27/390C0680, от 28.01.2016 № 15GA/27/390C0681, от  28.01.2016 № 15GA/27/390C0682, от 28.01.2016 № 15GA/27/390C0683, от  28.01.2016 № 15GA/27/390C0684, от 28.01.2016 № 15GA/27/390C0685, от  28.01.2016 № 15GA/27/390C0690; генеральном соглашении о выдаче банковских  гарантий от 08.09.2016 № ГСГ16/MSHD/6545 и выданных на основании данного  соглашения гарантиях от 23.11.2016 № IGR16/MSHD/7835, от 28.11.2016 №  IGR16/MSHD/7837, от 28.11.2016 № IGR16/MSHD/7838, от 21.12.2017   № IGR17/MSHD/9861, от 21.12.2017 № IGR17/MSHD/9862, а также договорах  поручительства от 27.12.2013 № 79- 1006/17/1028-13-П/1027, от 31.07.2013 № 4- 192/17/421-13/П/420 и от 03.10.2016 № ДП1- ГСГ16/М5НО/6546.  

22.05.2019 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО  «Инвестор» о процессуальном правопреемстве кредитора – ПАО Банк ВТБ Банк  «ВТБ» в связи с заключением между указанным обществом (залогодатель) и  ПАО Банк ВТБ (залогодержатель) договоров последующего залога акций АО  «Объединенная зерновая компания» в обеспечение исполнения ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» указанных выше обязательств из соглашений о  предоставлении банковских гарантий и кредитных обязательств (договоры  последующего залога акций от 03.08.2018 № 1027-13-КР/ДЗ, от 03.08.2018 № 74- 192/16/420-13-ГА-ГСГ16/М8НВ/6546-/ДЗ, от 03.08.2018 № 51-13/74-13/1126- 14/1162-14/ДЗ, от 03.08.2018 № 74-192/16/390-13- ГА-ГСГ16/М8НБ/6545-ДЗ) и  

обращением банком взыскания на заложенное имущество во внесудебном  порядке.  

Согласно уведомлению об обращении взыскания стоимость предмета  залога, определенная в отчете оценщика, составила 9 706 837 000 руб.  

Ссылаясь на указанные обстоятельства и, указывая, что ООО «Инвестор»  является залогодателем, исполнившим в полном объеме перед ПАО Банк ВТБ  обязательства ОАО «ГлобалЭлектроСервис» из кредитных договоров от  29.03.2013 № 38-177/15/51-13-КР, от 31.05.2013 № 38-177/15/74-13-КР, от  09.06.2014 № 79-1006/15/1126-14-КР и от 05.08.2014 № 79-1006/15/1162-14-КР,  генерального соглашения о выдаче банковских гарантий от 08.09.2016 №  ГСГ16/MSHD/6545 и соглашения о предоставлении банковских гарантий от  31.07.2013 № 74-192/16/390-13-ГА, обязательства из кредитного договора от  27.12.2013 № 79-1006/15/1027/13-КР, генерального соглашения о выдаче  банковских гарантий от 23.09.2016 № ГСГ/MSHD/6546 и соглашения о  предоставлении банковских гарантий от 31.07.2013 № 74-192/16/420-13-ГА, а  также из договоров поручительства и всех иных договоров, обеспечивающих  исполнение ОАО «ГлобалЭлектроСервис» принятых на себя  вышеперечисленных обязательства, ООО «Инвестор» обратилось в  арбитражный суд с заявлением о процессуальной замене кредитора ПАО Банк  ВТБ на ООО «Инвестор».  

Отказав в удовлетворении заявления ООО "Инвестор" о процессуальном  правопреемстве, суд первой инстанции указал на то, что действия ООО  "Инвестор" по обращению с заявлением о процессуальном правопреемстве, по  сути, направлены на недобросовестную цель - обеспечение контроля должника в  собственном деле о банкротстве. Суд пришёл к выводу о том, что  предоставление в залог акций АО «Объединенная зерновая компания» являлось  формой внутрикорпоративного финансирования со стороны ООО «Инвестор».  

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой  инстанции, посчитав, что единственным обстоятельством, действительно  имеющим значение для разрешения спора является установление  обстоятельства, связанного с тем, состоялось ли правопреемство в материальном  

правоотношении между ПАО "Банк "ВТБ" и ООО "Инвестор" в результате  погашения последним задолженности за должника.  

Суд апелляционной инстанции посчитал, что залог имущества ООО  "Инвестор" в обеспечение обязательств должника перед Банком ВТБ не является  "внутрикорпоративным финансированием", в том числе поскольку договоры  залога преследовали разумную экономическую цель реструктуризацию  задолженности ООО "ГлобалЭлектроСервис" перед крупнейшим кредитором -  Банком ВТБ.  

Таким образом, различие в правовом решении настоящего обособленного  спора судебными инстанциями заключалось в возможности квалифицирования  договоров залога акций, заключенных ООО «Инвестор», в качестве  внутрикорпоративного финансирования, а также в круге обстоятельств,  подлежавших исследованию и установлению судом, с целью удовлетворения  (или отказа в удовлетворении) заявления о процессуальном правопреемстве в  рамках дела о банкротстве.  

Аналогичное различие в подходе к правовой квалификации настоящего  заявления о процессуальном правопреемстве усматривается из позиции лиц,  участвующих в рассмотрении настоящего обособленного спора.  

Суд округа в рамках настоящего обособленного спора приходит к  следующим выводам.  

В соответствии со ст. 223 АПК РФ, дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным арбитражным процессуальным кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

Согласно ч. 1 ст. 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном  судебным актом арбитражного суда правоотношении (уступка требования,  перевод долга) арбитражный суд производит замену этой стороны ее  правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство  возможно на любой стадии арбитражного процесса.  

В рассматриваемом случае основанием для обращения с заявлением на  основании ст. 48 АПК РФ, послужили нормы ст.ст. 313, 365, 387 ГК РФ.  

В силу пункта 1 статьи 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему  обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права,  принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором  поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе  требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и  возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за  должника.  

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 387 ГК РФ права  кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона  вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не  являющимся должником по этому обязательству залогодателем.  

В силу пункта 5 статьи 313 ГК РФ к третьему лицу, исполнившему  обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в  соответствии со статьей 387 Кодекса.  

Необходимым условием для применения положений ст. 48 АПК РФ  является установление судом факта перехода прав и обязанностей, вытекающих  из материального правоотношения.  

Однако вопреки выводам суда апелляционной инстанции и доводам  должника, изложенным в отзыве, указанное обстоятельство не может являться  исключительным (то есть единственным) обстоятельством, подлежащим  установлению судом при рассмотрении требований о процессуальном  правопреемстве в рамках дела о признании должника несостоятельным.  

Действительно, по общему правилу для удовлетворения требований о  процессуальном правопреемстве, для должника не имеет существенного  значения при исполнении обязанности по уплате денежных средств, какое  именно лицо выступает на стороне взыскателя, за исключением прямо  предусмотренных случаев, учитывая, что перемена взыскателя не прекращает  обязательство должника и не влияет на возможность его исполнения.  

Но при рассмотрении таких заявлений в рамках дела о банкротстве,  

надлежит принимать во внимание публичную составляющую данной процедуры,  а также цели процедуры банкротства должника, контролируемой со стороны  суда, который обеспечивает сохранение баланса интересов между должником и  его кредиторами.  

В этой связи, удовлетворяя (или отказывая в удовлетворении) заявления о  процессуальном правопреемстве в каждом конкретном случае надлежит  учитывать возможные правовые последствия, которые будет иметь такое  решения для дальнейшего проведения процедуры банкротства должника, а также  то, как такое решение повлияет на права, как кредиторов, так и должника.  

Делая вывод о том, что проверка заявления о процессуальном  правопреемстве в рамках дела о банкротстве должна носить формальный  характер установления факта перехода права, суд апелляционной инстанции,  равно как и должник и ООО «Инвестор», ошибочно не учли вышеуказанные  особенности процедуры банкротства, что может иметь неблагоприятные  последствия для кредиторов должника, существенно ограничивая их права, в  виду следующего.  

Как установлено судом первой инстанции, на текущий момент доля  голосов ПАО Банк ВТБ от общего количества голосов кредиторов должника  составляет не менее 50%. Следовательно, удовлетворение заявления о  процессуальном правопреемстве приведет к замене мажоритарного кредитора в  рамках дела о банкротстве должника.  

Принимая во внимание изложенное, а также то, что мажоритарность  (крупность) кредитора в реестре требований определяет количество голосов того  или иного кредитора, а следовательно, возможность оказания влияния  (контроля) на проведение процедуры банкротства, суду апелляционной  инстанции (равно как и суду первой инстануии) надлежало оценить насколько  допуск ООО «Инвестор» к такой возможности будет соответствовать принципу  справедливости по отношению к иным конкурсным кредиторам должника, в  силу заявленных кредиторами доводов об аффилированности правопреемника и  должника.  

Таким образом, вопреки выводам суда апелляционной инстанции,  

исследованию подлежал не только факт перехода права, но и экономическое  намерение, которое преследовал правопреемник — ООО «Инвестор», совершая  сделку (договор залога акций) и правовые последствия применительно к  процедуре банкротства должника.  

Рассматривая доводы конкурсных кредиторов и ГК АСВ об  аффилированности ООО «Инвестор» и АО «ГлобалЭлектроСервис», судом  первой инстанции было правомерно установлено, что при предоставлении  заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный  характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по  опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско- правовой природы обязательства.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве  заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо,  которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ  «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое  является аффилированным лицом должника.  

Согласно статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и  ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»  аффилированными лицами физического лица, осуществляющего  предпринимательскую деятельность, являются лица, принадлежащие к той  группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо.  

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 26.05.2017 по делу № 306-ЭС16-20056 (6),  доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов  допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в  частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное  участие), но и фактической.  

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона  РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении  монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает  доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура  

корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать  влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской  деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать  поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой  сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным  (независимым) участникам рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника с  участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований  в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки  недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть  возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения  сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного  соглашения.  

С учётом изложенного, суд первой инстанции обоснованно установил, что  ОАО «ГлобалЭлектроСервис» и ООО «Инвестор» входят в группу лиц,  обладающих общими экономическими интересами.  

Так, единственным участником ООО «Инвестор» является ФИО10, что подтверждается выпиской из Единого  государственного реестра юридических лиц от 25.04.2019.  

В определении Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2019 по  настоящему делу был установлен факт аффилированности ООО «Инвестор» и  должника. В вышеназванном определении также содержится вывод о вхождении  ОАО «ГлобалЭлектроСервис» и ООО «Инвестор» в группу компаний «Сумма»,  конечным бенефициаром которой является тот же ФИО10.  

Сведения о вхождении ООО «Инвестор» и ОАО «ГлобалЭлектроСервис»  в группу «Сумма» приводятся также в общедоступных интернет-источниках, где  

указано, что названные организации входят группу компаний «Сумма»,  конечным бенефициаром которой является Магомедов Зиявудин Гаджиевич.  

Правовая позиция о допустимости учета общедоступных сведений,  размещенных в сети «Интернет» и в СМИ, при установлении фактов  аффилированности лиц содержится в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 04.10.2018 № 305-ЭС18-9321. Суд также принимает во внимание,  что учредителем и участником должника (99%) является Компания Е-Севен  Лимитед (Кипр).  

Суд первой инстанции также обоснованно сослался на то, что как  отмечено в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, обеспечительные  конструкции, как правило, используются лицами, входящими в группу, для  повышения вероятности ее кредитования.  

Выводы об аффилированности участников настоящих правоотношений  были учтены судом апелляционной инстанции. ООО «Инвестор» и должник  также не привели контраргументов, не представили доказательств,  опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельства  фактической аффилированности ООО «Инвестор» и должника.  

Одновременно правомерны выводы суда апелляционной инстанции о том,  что аффилированность поручителя (залогодателя) с должником не является  основанием для автоматической переквалификации обеспечительных  правоотношений в корпоративные.  

Однако суд округа не может согласиться с выводами суда апелляционной  инстанции о том, что в рамках настоящего обособленного спора специфика  сделок по предоставлению обеспечения лицами, связанными  внутрикорпоративно, являющаяся обычной практикой, не препятствует  удовлетворению заявления и не нарушает прав иных кредиторов, поскольку  ООО «Инвестор», аффилированное с должником лицо, получает большинство  голосов, и соответственно, контроль над процедурой банкротства должника.  

Как обоснованно указал суд первой инстанции, при избранной форме  удовлетворения требований ПАО Банк ВТБ, действия ООО «Инвестор»,  

заявившего о процессуальном правопреемстве, могли быть направлены на  получение выгоды в виде перехода к нему права (требования), что позволило бы  ему стать мажоритарным кредитором и контролировать дело о банкротстве ОАО  «ГлобалЭлектроСервис».  

Между тем в силу правовой позиции, отраженной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.18 № 307-ЭС17-1676(3),  должник не может контролировать собственное банкротство.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора надлежало  установить, насколько избранная ООО «Инвестор» и должником конструкция  правоотношений соответствовала признакам внутрикорпоративного  финансирования, в толковании, придаваемом судебной практикой.  

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556, в силу абзаца восьмого  статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть  отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств,  вытекающих из факта участия.  

К подобного рода обязательствам относятся не только такие,  существование которых прямо предусмотрено корпоративным  законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и  т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско- правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по  причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если  бы заимодавец не участвовал в капитале должника).  

В случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности  имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и  справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на участника должника подлежит  распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного  косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством  запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования  требованиям иных (независимых) кредиторов.  

По смыслу правовой позиции, отраженной в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556,  внутрикорпоративное финансирование может быть предоставлено не только  посредством договора займа.  

Так, в указанном определении рассматривалась ситуация, в которой  подобное финансирование было предоставлено путем платежа по договору  поручительства в счет исполнения обязательства должника по кредитному  договору.  

Как обоснованно указал суд первой инстанции, с учётом установленного  факта аффилированности, ООО «Инвестор», предоставившее 03.08.2018 в залог  акции АО «Объединенная зерновая компания» в качестве обеспечения  исполнения обязательств и ОАО «ГлобалЭлектроСервис» за три дня до введения  процедуры в отношении ОАО «ГлобалЭлектроСервис» (06.08.2018),  контролируемое ФИО10, не могло не знать о  рисках по обращению взыскания на залог в тех экономических условиях,  которые были на тот момент.  

Однако, делая указанный вывод, суду первой инстанции надлежало  рассмотреть правовые последствия, предусмотренные банкротным  законодательством, таких рисков кредитора, а также установить преследуемые  экономические цели такого поведения.  

В этой связи суд округа считает выводы суда первой инстанции о  возможности классификации действий ООО «Инвестор» по заключению  договоров залога, как действий содержащих признаки злоупотребления правом,  влекущих последствия, регулируемые ст. 10 ГК РФ, преждевременными.  

Суду первой инстанции надлежало соотнести, насколько очевидно было  намерение причинения вреда независимым кредиторам, посредством введения в  процедуру дружественного кредитора через правопреемство по сравнению с  внутрикорпоративными намерениями по урегулированию неблагоприятной  финансовой ситуации внутри группы компаний со стороны юридического лица,  входящего в группу компаний, поскольку правовые последствия исследования  указанных обстоятельств могут быть различными.  

Суды, рассматривая требования аффилированных кредиторов о  включении в реестр должника (что фактически рассматривается в рамках  настоящего обособленного спора о процессуальном правопреемстве), должны  обеспечивать индивидуальный подход при рассмотрении таких требований,  устанавливая цели и намерения аффилированных кредиторов применительно к  рискам смещения баланса прав и законных интересов, как независимых  кредиторов, так и должника.  

Суд первой инстанции, согласившись с доводами должника и ООО  «Инвестор» о том, что сами по себе действия ООО «Инвестор» по погашению  требований ПАО Банк ВТБ не являются недобросовестными, поскольку  организации, входящие в группу лиц с общими экономическими интересами,  вправе совершать подобные действия, однако только в той мере, в которой при  этом не нарушаются интересы независимых кредиторов, не исследовал вопрос о  возможности дальнейшего субординирования требования ООО «Инвестор».  

В рамках настоящего обособленного спора надлежало исследовать вопрос  о том, имело ли место злоупотребление правом со стороны ООО «Инвестор»,  заключающееся в совершении сделки с целью обеспечения контроля над  процедурой банкротства должника, позволяющее применить к спорным  правоотношениям ст. 10 ГК РФ, и отказать в защите права, или же  внутригрупповой кредитор, принимая на себя возможные риски, преследовал  цели финансовой реструктуризации, рассчитывая на экономическое  восстановление сложившейся неблагоприятной финансовой ситуации внутри  группы кредиторов. Правовыми последствиями такого поведения не может быть  установленное судом апелляционной инстанции равенство требований ООО  «Инвестор» и иных некорпоративных требований. Удовлетворение такого  требования на равных началах нарушит права неаффилированных кредиторов, а  также войдёт в противоречие с нормами закона о банкротстве.  

Следовательно, с целью обеспечения баланса между рисками, которые на  себя берёт внутригрупповой кредитор, исполняя обязательство за должника, в  том числе посредством представления обеспечения, правовыми последствиями  таких рисков, которые внутригрупповой кредитор не может не учитывать, и  

одновременно с целью сохранения возможности для внутрикорпоративной  реструктуризации в экономическом обороте, необходимо рассмотреть вопрос о  возможном субординировании заявленного требования ООО «Инвестор» в  порядке, предусмотренном абзацем 5 части 4 статьи 134 Закона о банкротстве  (по аналогии с порядком расчёта с кредиторами по удовлетворению требований  по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и  пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона).  

Однако такое субординирование возможно в случае исключения  обстоятельств злоупотребления правом.  

Поскольку исследование указанных обстоятельств выходит за пределы  рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, настоящий обособленной  спор подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении суду первой инстанции надлежит исследовать  экономические цели, совершения подвергаемой сомнению кредиторами сделки,  с учётом установленной цели, разрешить вопрос о том, возможно ли  удовлетворить требование о процессуальном правопреемстве (с учётом  применения правил о понижении в очерёдности требований) или же в  удовлетворении требований следует отказать.  

При новом рассмотрении суду следует учесть обзор судебной практики по  разрешению споров, связанных с установлением в процедурах банкротства  требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (раздел 6),  утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  29.01.2020.  

Кроме того, на новом рассмотрении суду надлежит установить размер  требований, перешедший к ООО «Инвестор», в том числе с учётом размера  требований штрафных санкций, применительно к доводам конкурсного  управляющего о том, что судами не была разрешена судьба требований в размере  456 994 680 руб. 94 коп.  

Также, помимо указанных выше обстоятельств, суду надлежит  исследовать вопрос о необходимости привлечения к участию в обособленном  споре ООО «Стройновация», с учётом субъектного состава спорных  

правоотношений и затрагиваемых судебным актом по настоящему делу прав.  

Согласно ч. 1 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации основаниями для изменения или отмены решения, постановления  арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие  выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим  обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и  апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение  либо неправильное применение норм материального права или норм  процессуального права.  

Доводы должника об отсутствии у ООО «УПТК» права на обращение с  кассационной жалобой, в виду его аффилированности, подлежат отклонению,  поскольку не подтверждены представленными в материалы обособленного спора  доказательствами.  

Иные доводы должника и ООО «Инвестор» отклоняются судом  кассационной инстанции, по изложенным в настоящем постановлении  основаниям.  

С учётом изложенного, кассационные жалобы подлежат удовлетворению в  описанной выше части, постановление суда апелляционной инстанции и  определение суда первой инстанции – отмене, а обособленный спор  направлению на новое рассмотрение для разрешения вышеобозначенных  вопросов.  

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.07.2019 года и  

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2019, по  

делу № А40-69663/2017 отменить, обособленный спор направить на новое  

рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы. 

Председательствующий-судья В.Я. Голобородько  Судьи: Е.А. Зверева  

 Н.Н. Тарасов